Дело № 2-172/2017

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

17 мая 2017 года г. Пласт

Пластский городской суд Челябинской области в составе:

председательствующего Данилкиной А.Л.,

при секретаре Джаран Е.С.,

с участием прокурора Махова В.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью «Пласт-Рифей» о компенсации морального вреда, 

установил:

ФИО1, ФИО2 обратились в суд с исковым заявлением к ООО «Пласт-Рифей» о взыскании компенсации морального вреда по 800 000 рублей в пользу каждого.

В обоснование иска указали, что Л.С.П. – супруг ФИО1 и отец ФИО2, с ДД.ММ.ГГГГ являлся работником ООО «Пласт-Рифей» на основании трудового договора, работал в должности бункеровщик 3-го разряда. ДД.ММ.ГГГГ во время работы на территории ООО «Пласт-Рифей» с Л.С.П. произошел несчастный случай на производстве – защемление между движущимися предметами, деталями и машинами. В результате несчастного случая на производстве Л.С.П. получит тупую травму обеих ног, обильную кровопотерю, от которых скончался. По результатам указанного несчастного случая был составлен акт № от ДД.ММ.ГГГГ о несчастном случае на производстве, которым установлено, что причинами несчастного случая явились: неудовлетворительная организация производства работ, нарушение требований норм и правил в области промышленной безопасности. Установлены лица, допустившие нарушений требований охраны труда: Л.В.А. – бункеровщик, Е.А.С. электрослесарь, Л.В.В. – сменный мастер, Р.А.М. – старший мастер, Д.К.В. – главный энергетик, И.Б.Т. – главный механик. Истцы считают, что вина за произошедший с Л.С.П. несчастный случай лежит на работодателе – ООО «Пласт-Рифей», так как работодателем были грубо нарушены действующие нормы трудового законодательства. В связи с произошедшим несчастным случаем на производстве, повлекшего смерть ФИО3, нарушена целостность семьи, жена осталась без мужа, кормильца семьи, сын лишился отца, надежды и опоры жизни. Потеря родственника является одним из наиболее сильных патогенных факторов влияния на психику человека независимо от его возраста и вызывает невротические реакции, в ряде случаев отсроченные. 

Истцы ФИО1 и ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержали в полном объеме, пояснив, что потеря супруга и отца стала для них невосполнимой потерей.

В судебном заседании представитель истцов ФИО4, действующий на основании нотариально удостоверенной доверенности от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 7 том), иск поддержал. 

Представитель ответчика ООО «Пласт-Рифей» ФИО5, действующая на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 143 том 1), иск не признала, ссылаясь на то, что грубая неосторожность пострадавшего бункеровщика ФИО3, проигнорировавшего требования охраны труда при выполнении работ, содействовала возникновению вреда здоровью и послужила причиной его гибели.

Заслушав стороны, заключение прокурора, полагавшего, что иск подлежит удовлетворению, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам. 

Согласно ч. 2 ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии с ч. 1 ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

В силу ст. 220 Трудового кодекса Российской Федерации в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

Согласно п. 1, 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В силу п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

На основании ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, возникший вследствие умысла потерпевшего, возмещению не подлежит. 

Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. 

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни и здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается. 

Суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

В соответствии со ст. 1084 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный жизни или здоровью гражданина при исполнении договорных обязательств, а также при исполнении обязанностей военной службы, службы в полиции и других соответствующих обязанностей возмещается по правилам, предусмотренным настоящей главой, если законом или договором не предусмотрен более высокий размер ответственности.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд, в силу ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации морального вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. 

Согласно ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В соответствии со ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В судебном заседании установлено и следует из материалов дела, что Л.С.П. и ФИО1 состояли в зарегистрированном браке с ДД.ММ.ГГГГ (свидетельство о заключении брака л.д. 16 том 1). У Л.С.П. и ФИО1 есть сын Л.С.П. ДД.ММ.ГГГГ года рождения (свидетельство о рождении л.д. 15 том 1).

Согласно представленной справки администрации Пластовского городского поселения Челябинской области ФИО2, ФИО1 зарегистрированы по месту жительства по адресу: 

<

адрес> (л.д. 209 том 1).

ДД.ММ.ГГГГ Л.С.П. был принят в ООО «Пласт-Рифей» на фабрику машинистом питателя 3 разряда, с ДД.ММ.ГГГГ переведен бункеровщиком 3 разряда. ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор был расторгнут по независящим от воли сторон обстоятельствам в связи со смертью работника (п. 6 ст. 83 Трудового кодекса Российской Федерации). Указанные обстоятельства подтверждены копией трудовой книжки, копиями приказов о приеме работника, переводе на другую должность, копией трудового договора, дополнительного соглашения, копией личной карточки, приказом о прекращении трудового договора (л.д. 18-21,29-30, 31, 33-37, 38, 40, 41). 

Согласно дополнительного соглашения № от ДД.ММ.ГГГГ к трудовому договору работа бункеровщика 3 разряда фабрики Л.С.П. относится к работе во вредных условиях труда, за что работнику установлена доплата 4% от тарифной ставки (л.д. 40). 

Фабрика обогатительная ООО «Пласт-Рифей» является опасным производственным объектом, эксплуатируемым ООО «Пласт-Рифей», в связи с чем зарегистрирована в государственном реестре опасных производственных объектов в соответствии с Федеральным законом от 21 июля 1997 года № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» за номером № от ДД.ММ.ГГГГ, класс опасности III, что подтверждается свидетельством о регистрации в государственном реестре опасных производственных объектов (л.д. 210).

В состав опасного производственного объекта – фабрика обогатительная ООО «Пласт-Рифей» входит объект - измельчитель глины (л.д. 211).

В ходе судебного разбирательства установлено, что ФИО3 работал бункеровщиков на объекте – измельчитель глины фабрики обогатительная ООО «Пласт-Рифей».

Согласно акту судебно-медицинского исследования № от ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты> 

По факту несчастного случая со смертельным исходом, произошедшего на фабрике в ООО «Пласт-Рифей» проведено расследование, по результатам которого составлен акт № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 8-14 том 1). 

Из указанного акта следует, что ДД.ММ.ГГГГ перед началом ночной смены в 19 часов 30 минут старший мастер Р.А.М. выдала задание на смену сменному мастеру Л.В.В. в свою очередь сменный мастер Л.В.В. провел выдачу наряда работникам смены – бункеровщикам 3 разряда Л.С.П.. и Л.В.А. на производство работ на участке приемного бункера каолина-сырца под роспись в «Журнале дачи нарядов». В течение смены бункеровщик Л.В.А. выполнял производственное задание на участке измельчителя глины и участке накопительного бункера загрузки отходов производства. Л.В.А. работал совместно с Л.С.П. на загрузке каолина-сырца в бункер измельчителя глины. Л.С.П. в течение рабочей смены находился на участке измельчителя глины. В 05 часов 00 минут к сменному мастеру Л.В.В. обратился бункеровщик Л.С.П. и сообщил, что измельчитель глины не включается, работы на измельчителе приостановлены. Л.В.В. вызвал дежурного электрослесаря Е.А.С. и они вместе пошли к установке измельчителя для выявления и устранения неисправности. Л.С.П. не дожидаясь сменного мастера и электрослесаря, вернулся к измельчителю глины. Е.А.С. приступил к выявлению и устранению неисправностей. После проведения работ и устранения неисправностей, Е.А.С. убедился, что все работает и ушел. Сменный мастер Л.В.В. после запуска измельчителя глины ушел на территорию фабрики, а бункеровщики Л.С.П. и Л.В.А. продолжили работать в измельчителе глины. Примерно через 10-15 минут после запуска в работу измельчителя глины, Л.В.А. увидел, что вернулась машина с карьера и он пошел к накопительному бункеру для загрузки автомобиля. После загрузки автомобиля песком, он вернулся к измельчителю глины, Л.С.П. попросил его сходить и найти электрика, поскольку машина снова перестала работать. Он нашел электрика Е.А.С. и сообщил ему, что резательная машина снова не работает, и Е.А.С. направился к машине. после чего Е.А.С. выполнил работы: отключил питание, вывесил предупреждающую табличку, проверил контакты. В это время подошел Л.В.А. и они перешли к пульту ручного управления измельчителя глины. Е.А.С. крикнув «перепускаю», выждал паузу, никаких сигналов они не услышали и Е.А.С. нажал кнопку «ПУСК». В этот момент раздался крик, Е.А.С. нажал кнопку «СТОП», они побежали к бункеру и увидели в бункере Л.С.П. зажатого клеваками. Для освобождения Л.С.П. Е.А.С. произвел отключение электропитания, разобрал схему в щите управления измельчителя глины, вывесил табличку «не включать, работают люди». Е.А.С. вызвал скорую медицинскую помощь и побежал за сменным мастером Л.В.В. Л.В.В. вызвал к месту происшествия бригаду спасателей МЧС. После извлечения Л.С.П. из бункера измельчителя глины, фельдшер бригады скорой помощи констатировали его смерть. 

В ходе расследования комиссией было установлено, что в соответствии с заключением экспертизы промышленной безопасности технической проектной документации звуковой цветовой сигнализации при запуске измельчителя глины МГ-50М не предусмотрено; заключение экспертизы промышленной безопасности соответствует предъявленным требованиям и об его утверждении. Бункеровщик Л.С.П. повторно обнаружив неисправность при работе измельчителя глины, отправил бункеровщика Л.В.А. за электрослесарем. Согласно протокола опроса электрослесаря Е.А.С. он видел бункеровщика Л.С.П. когда поднимался на площадку обслуживания измельчителя глины и предупредил Л.С.П. о проведении текущего ремонта электроснабжения измельчителя глины. Бункеровщик Л.В.А. не предупредил сменного мастера Л.В.В. о произошедшей повторной поломке оборудования. В соответствии с журналом выдачи нарядов, наряд на выполнение ремонтных работ бункера измельчителя глины в ночную смену с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не выдавался. При ежемесячной работе на измельчителе глины ИГ-50М кран-балка не используется (технической документацией не предусмотрено). Установленная под металлическим навесом кран-балка используется ремонтным персоналом при ведении ремонтных работ. Глубина приемного бункера от его верхнего края до вращающихся лопастей составляет 1,58 м. Рост Л.С.П. 157 см. Согласно протоколов опроса и объяснительных записок бункеровщика Л.В.А. сменного мастера Е.А.В. они не видели бункеровщика Л.С.П. 

Согласно акту причинами, вызвавшими несчастный случай со смертельным исходом, являются: нарушение бункеровщиком Л.С.П. требований трудового распорядка и производственной дисциплины, в части выполнения не порученной работы, самовольного спуска в бункер, нарушения требований инструкции по охране труда для бункеровщиков (п. 2.2, п. 3.11, п. 2.7); нарушение бункеровщиком Л.В.А. требований инструкции по охране труда для бункеровщиков (п. 2.2); нарушение электрослесарем Е.А.С. трудового распорядка дисциплины труда, а именно произвел запуск оборудования, не убедившись в безопасности членов бригады и находящихся по близости, чем нарушил требования п. 59 требований Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правила безопасности при ведении горных работ и переработке твердых полезных ископаемых», утвержденных приказом Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору от 11 декабря 2013 года № 599, требования п. 3.5 Инструкции по охране труда для электрослесаря дежурного и по ремонту электрооборудования № ИОТ-Р-7-05; конструктивные недостатки и недостаточная надежность машин, механизмов, оборудования, выразившиеся в отсутствии звукового сигнала при запуске измельчителя глины ИГ-50М, в нарушение требований ч. 1 ст. 7, ч. 1 ст. 9 Федерального закона от 21 июля 1997 года № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов», п. 58 Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правила безопасности при ведении горных работ и переработке твердых полезных ископаемых», утвержденных приказом Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору от 11 декабря 2013 года № 599; недостаточный производственный контроль за соблюдением требований промышленной безопасности при эксплуатации опасного производственного объекта, в нарушение требований ч. 1 ст. 9, ч. 1 ст. 11 Федерального закона от 21 июля 1997 года № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов», п. 10 Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правила безопасности при ведении горных работ и переработке твердых полезных ископаемых», утвержденных приказом Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору от 11 декабря 2013 года № 599 (далее – Правила безопасности). 

Лицами, допустившими нарушения требований охраны труда, признаны: бункеровщик 3 разряда Л.С.П. который выполнял не порученную работу и спустился в бункер; бункеровщик 3 разряда Л.В.А. который не сообщил о неисправностях мастеру; электрослесарь Е.А.С. который нарушил п. 59 Правил безопасности Перед пуском и началом движения технологического оборудования, машин и механизмов машинист (оператор) обязан убедиться в безопасности членов бригады и находящихся поблизости лиц, подать предпусковой предупредительный сигнал (звуковой и/или световой), со значением которого должны быть ознакомлены все работающие. При этом сигнал должен быть слышен (виден) всем работающим в зоне действия машин и механизмов; сменный мастер Л.В.В.., который обязан не допускать обязан не допускать производство работ при наличии требований безопасности их выполнения; старший мастер фабрики Р.А.М. главный энергетик Д.К.В. главный механик И.Б.Т. нарушившие п. 58 Правил безопасности, согласно которому технические устройства, находящиеся в эксплуатации, должны быть исправны, оснащены в соответствии с требованиями заводов-изготовителей и настоящих Правил сигнальными устройствами, контрольно-измерительной аппаратурой, устройствами, отключающими привод при забивке разгрузочных течек, воронок, желобов и иметь защиту от перегрузок, переподъема; а также требования своих должностных инструкций.

Комиссия, проводившая расследование, с учетом мнения трудового коллектива большинством голосов факт грубой неосторожности со стороны пострадавшего ФИО3 и степень его вины не установила (л.д. 43-58 том 1). 

Причины несчастного случая на производстве со смертельным исходом, обстоятельства, установленные в ходе расследования несчастного случая, сторонами не оспорены.

Трудовым законодательством обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, возлагается на работодателя (статьи 22, 212, 220 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье и т.п.). Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства, а также степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. 

В соответствии с п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

Поскольку гибель Л.С.П. является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие истцов, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, так как утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право на семейные связи, суд приходит к выводу о причинении истцам морального вреда.

Поскольку близкие родственники во всех случаях испытывают нравственные страдания, вызванные смертью потерпевшего, факт причинения им морального вреда предполагается и установлению подлежит лишь размер его компенсации.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание обстоятельства дела, степень пережитых истцами нравственных страданий, причиненных гибелью супруга и отца Л.С.П. на помощь и поддержку которого они могли рассчитывать, невосполнимость и боль утраты близкого человека.

В ходе рассмотрения дела судом установлено, что истица ФИО1 является женой погибшего Л.С.П. с супругом они прожили 36 лет, на момент смерти проживали совместно, вели совместное хозяйство. Истец ФИО2 является сыном погибшего Л.С.П. на момент смерти проживал вместе с отцом, имели близкие отношения, совместно с отцом строили для его семьи дом. 

В связи с чем, суд считает, что утрата близкого человека для указанных лиц является невосполнимой.

Вместе с тем, при определении размера компенсации морального вреда, суд принимает во внимание наличие в действиях Л.С.П. нарушения требований безопасности и инструкции по эксплуатации измельчителя глины, хотя комиссией факта грубой неосторожности со стороны пострадавшего Л.С.П. степени его вины не установлено, однако его действия способствовали возникновению вреда, причиненного его здоровью, что отражено в акте о несчастном случае на производстве, а также то обстоятельство, что несчастный случай на опасном производственном объекте, эксплуатируемом ответчиком, произошел, в том числе, по вине работодателя, не обеспечившего безопасные условия и охрану труда, производственный контроль за соблюдением работниками правил охраны труда и промышленной безопасности.

Исследованные доказательства в их совокупности свидетельствуют о том, что в результате действий (бездействия) ответчика ООО «Пласт-Рифей», его должностных лиц, нарушено право истцов ФИО1 и ФИО2 на родственные и семейные связи, на помощь, поддержку и заботу со стороны их супруга и отца. 

Учитывая невосполнимость утраты истцами близкого человека, исходя из требований разумности и справедливости, суд считает необходимым взыскать с ответчика ООО «Пласт-Рифей» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 600 000 рублей, в пользу ФИО2 – 300 000 рублей.

Доводы представителя ответчика на то обстоятельство, что постановлением старшего следователя следственного отдела по г. Южноуральск следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Челябинской области от ДД.ММ.ГГГГ было отказано в возбуждении уголовного дела, на возмещение компенсации морального вреда в порядке гражданского судопроизводства не влияет.

Согласно п.п. 3 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым судами общей юрисдикции, освобождаются истцы по искам о возмещении вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья, а также смертью кормильца.

В соответствии с пп. 8 п. 1 ст. 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика (если он не освобожден от уплаты государственной пошлины) пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

Статья 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации предусматривает размер государственной пошлины при подаче искового заявления неимущественного характера для физических лиц – 300 рублей.

Таким образом, с ответчика ООО «Пласт-Рифей» подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей 00 копеек в доход местного бюджета.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО1, ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью «Пласт-Рифей» о компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Пласт-Рифей» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 600 000 (шестьсот тысяч) рублей 00 копеек.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Пласт-Рифей» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 300 000 (триста тысяч) рублей 00 копеек.

В остальной части исковых требований о компенсации морального вреда отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Пласт-Рифей» в местный бюджет государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме с подачей апелляционной жалобы через Пластский городской суд Челябинской области.

Председательствующий: