44RS0028-01-2019-000179-33

Дело № 2-387/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

22 июля 2019 года

Костромской районный суд Костромской области в составе:

председательствующего судьи Вороновой О.Е.

при секретаре Николаевой Е.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ЗАО «Шунга» к ФИО1 о прекращении права собственности на жилой дом и земельный участок, признании права собственности на дом,

установил:

ЗАО «Шунга» обратилось в Костромской районный суд Костромской области с иском к ФИО1 о признании права собственности на жилой дом, расположенный по адресу: (адрес) отсутствующим. 

Свои требования мотивировал тем, что в декабре 2018 года истцом было принято решение об оформлении в собственность принадлежащих ему жилых домов (11 объектов), в том числе жилого дома по вышеуказанному адресу. С этой целью Общество обратилось в Управление Росреестра по Костромской области за выдачей выписок из ЕГРН. Согласно выписке из ЕГРН право собственности на спорный жилой дом оформлено на имя ФИО1. Со слов ФИО1 им стало известно, что она зарегистрировала права на жилой дом в упрощенном порядке, по декларации. 

Решением Арбитражного суда Костромской области от 03 июня 2016 года по делу по иску ЗАО «Шунга» к Администрации Шунгенского сельского поселения о признании права собственности на жилой дом было установлено, что производственный кооператив «Дружба» (адрес) был создан на основании реорганизации колхоза «Дружба» в соответствии с Указом Президента РФ и зарегистрирован на основании Постановления Администрации Костромского района от 22 июня 1992 № 159. Согласно постановлению главы администрации Костромского района от 06 мая 1993 года № 97, производственный кооператив «Дружба» переименован в производственный сельскохозяйственный кооператив «Дружба», в дальнейшем на основании протокола № 1 от 14.02.2004 года был переименован в СПК «Дружба». 

28 июля 2008 года между СПК «Дружба» и ЗАО «Шунга» заключен договор о присоединении СПК «Дружба» к ЗАО «Шунга». СПК прекратил свою деятельность путем реорганизации в форме присоединения к ЗАО «Шунга». Согласно Уставу ЗАО «Шунга» является правопреемником СПК «Дружба». 

На балансе истца находится спорный жилой дом, что подтверждается протоколом Общего собрания членов СПК «Дружба» от 30.07.2008 года и передаточным актом. 

Согласно выписке из похозяйственной книги № 10 за 2010-2013 г.г. владельцем спорного жилого дома является ПСХК «Дружба». Таким образом, указанный жилой дом принадлежал колхозу «Дружба» и в настоящее время находится на балансе Общества как его правопреемника. 

Со ссылками на ст. ст. 12, 218 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), Постановление Пленума ВС РФ и ВАС РФ № 10/22 от 29.04.2010 года, просит признать отсутствующим право собственности ФИО1 на индивидуальный жилой дом, расположенный по адресу: (адрес)

В ходе судебного разбирательства истец уточнил исковые требования, в окончательной редакции просил:

- прекратить право собственности ФИО1 на индивидуальный жилой дом, расположенный по адресу: (адрес) кадастровым номером № и земельный участок кадастровым номером № расположенный по тому же адресу;

- погасить запись регистрации в Едином государственном реестре недвижимости №№44-44-01/063/2013-417, 44-44-01/063/2013-41 от 25 июля 2013 года о праве собственности ФИО1 на индивидуальный жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: (адрес)

- признать за ЗАО «Шунга» право собственности на индивидуальный жилой дом, расположенный по адресу: (адрес)

К участию в деле в качестве третьих лиц привлечены: Комитет имущественных и земельных отношения администрации Костромского района и администрация Костромского муниципального района Костромской области.

Представитель истца ЗАО «Шунга» ФИО2, действующая на основании доверенности от 03.10.2018 года, исковые требования в окончательной редакции поддержала в полном объеме и в соответствии с доводами, изложенными в иске. Дополнительно пояснила, что свидетельство на право собственности на землю, на основании которого ответчик зарегистрировала право собственности на дом, было выдано сельской администрацией на участок не под домом, а скорей всего на картофельник, который мог также входить в границы населенного пункта. Дом был предоставлен ответчику для проживания примерно в 1985 году на основании решения Правления колхоза в связи с трудовыми правоотношениями колхозом, которому она вносила оплату за проживание в нем.

Не согласна с заявлением ответчика о применении срока исковой давности, при этом указала, что в 2018 году ЗАО «Шунга» было принято решение о регистрации права собственности на принадлежащие ему объекты недвижимости. регистрация права собственности в Управлении Росреестра Костромской области для ЗАО «Шунга» в данном конкретном случае возможна только на основании решения суда, поскольку в соответствии с требованиями п.2 ст.14 ФЗ РФ «О государственной регистрации недвижимости» №218-ФЗ от 13 июля 2015 года справка-выписка из похозяйственной книги перестала являться основанием для государственной регистрации прав. До 2015 года регистрация прав законодательно допускалась на основании справки-выписки из похозяйственной книги.

Согласно ст.195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В соответствии со ст.69 ФЗ РФ «О государственной регистрации недвижимости» права на объекты недвижимости, возникшие до дня вступления в силу ФЗ РФ от 21 июля 1997г. № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним», признаются юридически действительными при отсутствии их государственной регистрации в ЕГРН.

Государственная регистрация таких прав в ЕГРН проводится по желанию их правообладателей.

Таким образом, оформление права собственности является правом Общества, а не обязанностью, сроков исковой давности для оформления права собственности законодательством РФ не предусмотрено. На основании изложенного полагает, что срок исковой давности в данном конкретном случае применению не подлежит.

Ответчик ФИО1 исковые требования не признала и пояснила, что с 1985 года вместе с ФИО3 и двумя общими детьми проживали совместно. Оба были трудоустроены в колхозе, который предоставил им спорный дом для проживания. Она работала в колхозе до начала 2000 годов, а после увольнения продолжала проживать в доме, так как на тот момент с 1992 года земля под домом уже была оформлена в её собственность. 

Земельный участок был предоставлен администрацией сельского поселения, в том числе четыре сотки на (адрес) и семь соток у дома, всего 11 соток. Участок, площадью 4 сотки, был выделен для посадки картофеля, правоустанавливающий документ на него не выдавали. Сейчас у нее в собственности участок под домом площадью 13 соток, увеличен он был после межевания в 2013 году; при этом за перераспределением земель не обращалась. 

В 2011 году она обратилась к ФИО4 (ген.директор ЗАО «Шунга») по вопросу приобретения дома в собственность. Он сказал ей, что дом колхозный, надо писать заявление. Согласия от ФИО4 не получила. Позже встретила бывшего председателя колхоза депутата ФИО5 и сообщила, что оформляет дом в собственность, на что он ей сказал, что соберут комиссию и выдадут ей дом в собственность. От сельсовета ей дали какую-то справку с печатью, с которой она поехала и оформила дом в собственность. Согласна, что дом колхозный, но считает, что возникло право собственности на дом у нее, поскольку была там прописана, и есть такой закон, что в случае проживания в доме более 15 лет можно оформить его на себя. Решения суда о признании права собственности на дом в порядке приобретательной давности не выносилось, с колхозом сделки по приобретению права собственности на дом тоже не заключала. Об оформлении дома и земельного участка в свою собственность ЗАО «Шунга» в известность не ставила.

Представители ответчика - адвокат Трубников В.В., а также ФИО6 позицию своего доверителя поддержали в полном объеме. Заявили о применении срока исковой давности. В письменном отзыве на иск указали, что истец избрал неверный способ защиты своего права. При этом дает неверное толкование на абз. 4 п.52 совместного Постановления Пленума ВС РФ и ВАС РФ № 10/22 от 29.04.2010 года, в котором разъяснено, что в случае, когда запись в ЕГРН нарушает право истца, которое не может быть защищено путем признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения (право собственности на один и тот же объект недвижимости зарегистрировано за разными лицами, право собственности на движимое имущество зарегистрировано как не недвижимое имущество, ипотека или иное обременение прератились), оспаривание зарегистрированного права или обременения может быть осуществлено путем предъявления иска о признании права или обременения отсутствующими.

То есть за истцом ранее должно было быть зарегистрировано право собственности на указанное жилое строение, а поэтому его права ФИО1 не нарушены.

В данном случае ЗАО «Шунга» еще только выставляет требование о признании права собственности на спорное жилое помещение, право собственности на которое зарегистрировано за ФИО1 в соответствии с требованиями законодательства, что подтверждается отзывом Управления Росреестра по Костромской области.

Документы, послужившие основанием к регистрации права собственности ФИО1 на жилой дом, не оспорены в установленном законом порядке и недействительными не признаны.

Кроме того ничем не обоснованы требования истца о прекращении права собственности в отношении земельного участка, который изначально до государственной регистрации находился в собственности у ФИО1 на основании свидетельства на право собственности на землю от 07.12.1992г.

Истцом не представлены доказательства того, что у бывшего колхоза «Дружба» в дальнейшем СПК, на праве собственности находилось спорное жилое строение. Необходимо определить, кто и за чей счет возвел спорное строение, кому и на каком праве принадлежит земельный участок под спорным строением. Ссылки истца на нахождение у него на балансе и ссылки на похозяйственные книги не могут служить доказательствами права собственности истца на спорные объекты.

Обратил внимание, что согласно разъяснениям Пленума ВС РФ и ВАС РФ № 10/22 от 29.04.2010, течение срока исковой давности по искам, направленным на оспаривание зарегистрированного права, начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о соответствующей записи в ЕГРН. При этом сама по себе запись в ЕГРН о праве или обременении недвижимого имущества не означает, что со дня ее внесения в ЕГРН лицо знало или должно было знать о нарушении права. Поскольку законом не установлено иное, к искам, направленным на оспаривание зарегистрированного права, применяется общий срок исковой давности, предусмотренный ст.196 ГПК РФ. Из содержания исковых требований можно сделать вывод, что ЗАОЛ «Шунга» узнало о предполагаемом нарушении своих прав еще в 2008 году, когда оно стало правопреемником СПК «Дружба».

Представитель третьего лица администрации Шунгенского сельского поселения Костромского муниципального района Костромской области в суд не явился, просил о рассмотрении дела в его отсутствие. Ранее в судебном заседании представитель ФИО7 полагала требования ЗАО «Шунга» законными и обоснованными. Суду пояснила, что правопритязаний на спорный объект администрация Шунгенского сельского поселения не имеет, в муниципальной собственности дом никогда не числился. По данным похозяйственных книг собственником дома в целом является СПК «Дружба». Исходя из Свидетельства на право собственности на землю, выданного ответчику, невозможно установить местоположение земельного участка. В похозяйственных книгах земельный участок фигурирует площадью 1300 кв.м. Это значительная разница между земельным участком, предоставленным в собственность ответчику площадью 9 соток.

Представитель третьего лица Управления Росреестра по Костромской области в суд не явился, просил о рассмотрении дела в его отсутствие. В письменном отзыве на иск указал, что согласно сведениям ЕГРН 25.07.2013г. на основании свидетельства на право собственности на землю, бессрочного 9Постоянного) пользования землей от 07.12.1992г., кадастрового паспорта здания от 03.07.2013г. № 4400/201/13-55131 произведена государственная регистрация права собственности ФИО1 на жилой дом с кадастровым номером №, назначение: жилое, 1-этажный, общая площадь 54 кв.м., инв. №, лит. А,а, а также на земельный участок с кадастровым номером №, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для ведения личного подсобного хозяйства, общая площадь 900 кв.м., расположенные по адресу: (адрес) о чем в ЕГРН были внесены записи №, № соответственно.

Государственная регистрация права собственности произведена на основании Федерального закона «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» № 133-ФЗ от 21.07.1997г., согласно пункту 3 ст.13 которого основания для государственной регистрации прав собственности на объекты недвижимого имущества, указанные в ст.ст.25, 25.2, 25.3 и 30.1 Закона, установлены в данных статьях.

Статьёй 25 Закона о регистрации устанавливался общий порядок регистрации права собственности на созданные объекты недвижимого имущества. В силу пункта 1 ст.25 Закона право собственности на созданный объект недвижимого имущества регистрируется на основании документов, подтверждающих факт его создания. По смыслу пункта 1 ст.55 ГрК РФ таким документом является разрешение на ввод объекта в эксплуатацию.

Исключение составляли случаи, когда действовал упрощенный порядок регистрации прав, установленный Федеральным законом от 30.06.2006 № 93-ФЗ «О внесении изменений в некоторые законодательные акты РФ по вопросу оформления в упрощенном порядке прав граждан на отдельные объекты недвижимого имущества», так называемый Закон о дачной амнистии.

В силу п.1 ст.25.3 Закона о регистрации в редакции, действовавшей на момент регистрации права собственности ФИО1, основаниями для государственной регистрации права собственности на создаваемый или созданный объект недвижимого имущества, если для строительства, реконструкции такого объекта недвижимого имущества в соответствии с законодательством РФ не требуется выдача разрешения на строительство, а также для государственной регистрации права собственности гражданина на объект индивидуального жилищного строительства, создаваемый или созданный на земельном участке, предназначенном для индивидуального жилищного строительства, либо создаваемый или созданный на земельном участке, расположенном в границе населенного пункта и предназначенном для ведения личного подсу\обного хозяйства, являются: документы, подтверждающие факт создания такого объекта недвижимого имущества и содержащие его описание; правоустанавливающий документ на земельный участок, на котором расположен такой объект недвижимого имущества.

Согласно п.4 ст.25.3 Закона о регистрации в редакции, действовавшей на момент регистрации права собственности ФИО1, документами подтверждающими факт создания объекта индивидуального жилищного строительства на земельном участке, предназначенном для индивидуального жилищного строительства, или факт создания объекта индивидуального жилищного строительства на земельном участке, расположенном в черте поселения и предназначенном для ведения личного подсобного хозяйства, и содержащими описание такого объекта индивидуального жилищного строительства, являются кадастровый паспорт такого объекта индивидуального жилищного строительства и разрешение органа местного самоуправления на ввод такого объекта в эксплуатацию или в случае, если такой объект является объектом несовершенного строительства, разрешение на строительство. До 01 марта 2015 года кадастровый паспорт объекта является единственным документом, подтверждающим факт создания такого объекта индивидуального жилищного строительства на указанном земельном участке и содержащим его описание. Разрешение на ввод объекта в эксплуатацию, разрешение на строительство запрашиваются органом, осуществляющим государственную регистрацию прав, в органе местного самоуправления, если заявитель не представил такие документы самостоятельно.

В данном случае в качестве правоустанавливающих документов на жилой дом ФИО1 представлялись: свидетельство на право собственности на землю, бессрочного (постоянного) пользования землей от 07.12.1992, кадастровый паспорт здания от 03.07.2013.

Представитель третьего лица Комитета имущественных и земельных отношений, архитектуры и градостроительства администрации Костромского района в суд не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежаще, ходатайств об отложении судебного заседания не заявил. Ранее в судебном заседании 04.07.2019 года представитель ФИО8 пояснила, что при согласовании границ спорного земельного участка ответчик ФИО9 представила правоустанавливающий документ - Свидетельство о государственной регистрации права, поэтому Комитет согласовал ей местоположение границ. Основания проводить правовую экспертизу документов у Комитета не имелось.

Представитель третьего лица Администрации Костромского муниципального района Костромской области в суд не явился, ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие, указал при этом, что спорное имущество в муниципальной собственности Костромского муниципального района не значится.

В соответствии со ст.167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав стороны, изучив материалы дела, суд приходит к следующему:

Согласно ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В силу ст. 218 ГК РФ право собственности на новую вещь, изготовленную или созданную лицом для себя с соблюдением закона и иных правовых актов, приобретается этим лицом. Право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества. В случае реорганизации юридического лица право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит к юридическим лицам - правопреемникам реорганизованного юридического лица.

Согласно п. 52 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ № 10/22 от 29.04.2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» в соответствии с пунктом 1 статьи 2 Федерального закона "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" (далее - Закон о регистрации) государственная регистрация прав на недвижимое имущество и сделок с ним - это юридический акт признания и подтверждения государством возникновения, ограничения (обременения), перехода или прекращения прав на недвижимое имущество в соответствии с ГК РФ. Государственная регистрация является единственным доказательством существования зарегистрированного права. Зарегистрированное право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке.

В случаях, когда запись в ЕГРП нарушает право истца, которое не может быть защищено путем признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения (право собственности на один и тот же объект недвижимости зарегистрировано за разными лицами, право собственности на движимое имущество зарегистрировано как на недвижимое имущество, ипотека или иное обременение прекратились), оспаривание зарегистрированного права или обременения может быть осуществлено путем предъявления иска о признании права или обременения отсутствующими.

В силу п. 59 вышеназванного Постановления, если иное не предусмотрено законом, иск о признании права подлежит удовлетворению в случае представления истцом доказательств возникновения у него соответствующего права. Иск о признании права, заявленный лицами, права и сделки которых в отношении спорного имущества никогда не были зарегистрированы, могут быть удовлетворены в тех случаях, когда права на спорное имущество возникли до вступления в силу Закона о регистрации и не регистрировались в соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 6 названного Закона, либо возникли независимо от их регистрации в соответствии с пунктом 2 статьи 8 ГК РФ.

Основания прекращения права собственности предусмотрены статьей 235, в соответствии с которой право собственности прекращается при отчуждении собственником своего имущества другим лицам, отказе собственника от права собственности, гибели или уничтожении имущества и при утрате права собственности на имущество в иных случаях, предусмотренных законом. Принудительное изъятие у собственника имущества не допускается, кроме случаев, когда по основаниям, предусмотренным законом.

Предметом спора по настоящему делу являются жилой дом с кадастровым номером №, общей площадью 54 кв.м. по адресу: (адрес) а также земельный участок с кадастровым номером № общей площадью 1204 кв.м., на котором вышеназванный дом расположен.

Относимость дома и земельного участка друг к другу подкрепляется выписками из ЕГРН на здание от 20.11.2018 и на земельный участок от 02.04.2019 (т.1 л.д.7,78).

Судом установлено, что право собственности на указанные объекты недвижимости зарегистрированы за ФИО1 25.07.2013 года, в том числе на дом за № 44-44-01/063/2013-417, на земельный участок - за № 44-44-01/063/2013-418.

Из дела правоустанавливающих документов на жилой дом, а также информации ФГБУ Федеральная кадастровая палата в лице филиала по Костромской области от 05.06.2019 следует, что основанием для регистрации права ФИО1 на жилой дом явились: свидетельство на право собственности на землю, бессрочного (постоянного) пользования землей от 07.12.1992 и кадастровый паспорт здания от 03.07.2013 № 4400/201/13-55135 (л.д.29-34); право собственности на дом было зарегистрировано в упрощенном порядке.

Право собственности на земельный участок с кН № зарегистрировано за ответчиком на основании Свидетельства на право собственности на землю, бессрочного пользования землей от 07.12.1992 года. Иных документов не предоставлялось. На момент регистрации прав местоположение земельного участка в соответствии с действующим земельным законодательством установлено не было.

Согласно содержанию Свидетельства на право собственности на землю, бессрочного (постоянного) пользования землей в 1992 году ФИО1 был предоставлен земельный участок, площадью 0,09 га в (адрес) с/с для личного пользования.

Судом также установлено, что после регистрации прав на дом и земельный участок по адресу: (адрес), по инициативе ФИО1 было установлено местоположение границ участка и его площадь в соответствии с Межевым планом от 09.01.2014г., согласно которому площадь участка стала составлять 1204 кв.м.

Истец ЗАО «Шунга» заявляет о нарушенных правах, позиционируя себя собственником вышеназванного жилого дома в порядке правопреемства от СПК Дружба.

В ходе судебного разбирательства ответчик ФИО1 не отрицала принадлежность дома колхозу Дружба, в котором она работала, полагая, что право собственности на дом у нее возникло в связи с проживанием в нем более 15 лет и в связи с получением в собственность земельного участка под этим домом.

Право собственности ПСХК «Дружба» на жилой дом в целом, помимо пояснений ответчика, отражено в содержании похозяйственной книги (т.1 л.д.17,18), о чем ответчику не могло быть не известно, поскольку она ежегодно знакомилась с содержанием записей в похозяйственной книги под роспись.

Оснований полагать, что данный дом мог принадлежать иным лицам и что сведения в Похозяйственной книге не соответствуют действительности, у суда не имеется.

По данным Костромского муниципального района и Шунгенского сельского поселения, указанный спорный объект в реестре муниципальной собственности не числился.

Сведений об отчуждении дома его собственником, либо его правопреемниками ответчику ФИО1 в деле также не имеется. В ходе судебного разбирательства ответчик ФИО1 не представила правоустанавливающего документа, явившегося основанием для возникновения у нее права собственности на дом, и подтвердила фактический отказ ЗАО «Шунга» в передаче ей в собственность данного объекта в 2011 году.

Таким образом, суд приходит к убеждению о том, что фактически указанный жилой дом до настоящего времени принадлежит истцу, и регистрация прав на данный объект за ФИО1 нарушает права ЗАО «Шунга».

Как следует из материалов дела, трудовой книжки ответчика и установлено решением Арбитражного суда Костромской области от 03.06.2016г. по делу № А31-7806/2015, производственный кооператив «Дружба» с.Шунга Костромского района был создан на основании реорганизации колхоза «Дружба» в соответствии с Указом Президента РФ «О неотложных мерах по осуществлению земельной реформы в РСФСР» и зарегистрирован на основании Постановления администрации Костромского района от 22.06.1992г. №159. Согласно Постановлению главы администрации Костромского района от 06.05.1993г. №97 «О внесении дополнения в название производственного кооператива «Дружба» производственный кооператив (коллективное предприятие) «Дружба переименован в производственный сельскохозяственный кооператив «Дружба». Как следует из протокола №1 от 14.02.2004г. Общим собранием членов производственного сельскохозяйственного кооператива «Дружба» в соответствии с Федеральным законом № 193 от 08.12.1995г. принято решение о переименовании производственного сельскохозяйственного кооператива «Дружба» в сельскохозяйственный кооператив «Дружба», также утверждена новая редакция Устава СПК «Дружба».

28 июля 2008 года между СПК «Дружба» и ЗАО «Шунга» заключен договор о присоединении СПК «Дружба» к ЗАО «Шунга». СПК «Дружба» прекратил свою деятельность путем реорганизации в форме присоединения к ЗАО «Шунга», что подтверждено свидетельством о внесении записи в ЕГРЮЛ серии 44 №000698766 и свидетельством о государственной регистрации юридического лица серии 44 №000091977. Согласно Уставу, ЗАО «Шунга» является правопреемником СПК «Дружба».

Таким образом, ЗАО «Шунга» будучи правопреемником СПК «Дружба», принял на себя права и обязанности, в том числе в отношении передаваемых объектов недвижимости.

В ходе реорганизации из СПК «Дружба» в ЗАО «Шунга» было передано имущество, среди которого поименовано «жилье» (пункт 89). То обстоятельство, что данный перечень имущества не содержит развернутых сведений о местоположении объектов жилого назначения, не свидетельствует о том, что жилой дом по адресу: (адрес), не был передан на баланс ЗАО.

В совокупности собранные по делу письменные доказательства и пояснения сторон позволяют суду сделать вывод о наличии у ЗАО «Шунга» права собственности на спорный объект. То обстоятельство, что в делах предприятия не сохранилась инвентарная карточка на дом, иной первичный документ о строительстве этого дома, не должно влечь негативных последствий для собственника имущества, поскольку балансовая принадлежность этого имущества правопредшественнику ЗАО - СПК «Дружба» нашла свое подтверждение в иных документальных сведениях, к числу которых относятся Похозяйственные книги.

При таких обстоятельствах требования ЗАО «Шунга» о признании за ним права собственности на жилой дом по адресу: (адрес), являются обоснованными и подлежащими удовлетворению. Указанное является основанием для прекращения права собственности ФИО1 на дом с погашением записи о регистрации права в ЕГРН.

Довод ответчика о том, что право на дом возникло у нее в связи с давностью владения, ничем не подкреплен. Доказательств признания за ней права собственности в судебном порядке на основании ст.234 ГК РФ в дело не представлено. Сам собственник от своих прав не отказывался.

Разрешая требования о прекращении прав ФИО1 на земельный участок с кадастровым номером №, суд исходит из следующего:

Земельный участок, право собственности на который зарегистрировано за ответчиком ФИО1, как установлено судом выше, расположен по адресу: (адрес). Основанием для регистрации права явилось Свидетельство на право собственности на землю, бессрочного (постоянного) пользования землей, выданное на основании решения Шунгенского с/с № 504 от 07 декабря 1992г.

До вступления в силу Закона СССР от 06.03.1990 N 1305-1 "О собственности в СССР", то есть до 01.07.1990, все земельные участки предоставлялись гражданам в пользование только на титуле постоянного (бессрочного) пользования.

Согласно п. 14 Указа Президента РФ от 27.12.1991 N 323 "О неотложных мерах по осуществлению земельной реформы в РСФСР" земельные участки, выделенные для личного подсобного хозяйства, садоводства, жилищного строительства в сельской местности, передавались в собственность граждан бесплатно.

В соответствии со ст. 7 Земельного кодекса РСФСР (в редакции, действовавшей на момент выдачи спорного свидетельства) граждане РСФСР имели право по своему выбору на получение в собственность, пожизненное наследуемое владение или аренду земельных участков, в том числе для индивидуального жилищного строительства и личного подсобного хозяйства в городах, поселках и сельских населенных пунктах.

Статьей 30 Земельного кодекса РСФСР было установлено, что граждане, заинтересованные в предоставлении им земельного участка в собственность или пожизненное наследуемое владение, подают заявление в местный Совет народных депутатов, обладающий в соответствии со статьей 23 настоящего Кодекса правом изъятия и предоставления земельных участков.

По поручению Совета народных депутатов местный комитет по земельной реформе и земельным ресурсам в двухнедельный срок готовит необходимые материалы и представляет их на утверждение Совета народных депутатов.

Принятое решение (либо выписка из него) о предоставлении земельного участка выдается гражданину в семидневный срок с момента его принятия.

При передаче всего земельного участка в собственность бесплатно решение Совета народных депутатов является основанием для отвода земельного участка в натуре и выдачи документов, удостоверяющих право собственности на землю.

В силу ст. 31 Земельного кодекса РСФСР право собственности на землю удостоверяется государственным актом, который выдается и регистрируется соответствующим Советом народных депутатов. Форма государственного акта утверждается Советом Министров РСФСР.

Согласно ст. 9 Закона РСФСР "О земельной реформе" от 23.11.1990 года приобретение земельных участков в собственность осуществлялось только через Совет народных депутатов, на территории которого расположен земельный участок.

20.05.1992 года Роскомземом утвержден "Порядок выдачи и регистрации свидетельств о праве собственности на землю", согласно которому в соответствии с п. 6 Указа Президента Российской Федерации от 27.12.1991 года N 323 "О неотложных мерах по осуществлению земельной реформы в РСФСР" право собственности на землю удостоверяется Свидетельством, которое имеет законную силу до выдачи государственного акта, удостоверяющего это право. Форма Свидетельства утверждена Правительством Российской Федерации Постановлением от 19.03.1992 г. N 177 "Об утверждении форм Свидетельства о праве собственности на землю, Договора аренды земель сельскохозяйственного назначения и Договора временного пользования землей сельскохозяйственного назначения".

Свидетельства выдаются гражданам, предприятиям, учреждениям, организациям на основании принятых исполнительными органами Советов народных депутатов решений о предоставлении земельных участков либо о перерегистрации права на ранее предоставленный земельный участок.

На вновь предоставляемые земельные участки одновременно с оформлением Свидетельства в обязательном порядке изготавливается чертеж границ или план (выкопировка с плана) землепользования с указанием на нем границ предоставляемых земель. Границы предоставляемого земельного участка в натуре (на местности) собственнику земли, землевладельцу, землепользователю указываются одновременно с выдачей свидетельства.

Аналогичные положения содержались в Инструкции, утвержденной Комитетом по земельной реформе и земельным ресурсам при Правительстве Российской Федерации 09.03.1992 года "О порядке выдачи (замены) государственных актов на право собственности на землю, пожизненного наследуемого владения, постоянного (бессрочного) права пользования землей", разработанной специалистами Роскомзема во исполнение Постановления Совета Министров РСФСР от 17.09.1991 года N 493 "Об утверждении форм государственного акта на право собственности на землю, пожизненного наследуемого владения, бессрочного (постоянного) пользования землей".

Таким образом, при выдаче Свидетельства на право собственности на землю, бессрочного (постоянного) пользования землей ФИО1 в обязательном порядке прилагались чертеж границ или план (выкопировка с плана) землепользования с указанием на нем границ предоставляемых земель.

Из содержания имеющегося у ответчика ФИО1 Свидетельства о праве собственности на землю следует, что оно выдано в отношении земельного участка площадью 0,09 га, для личного пользования в (адрес). Привязки к конкретному адресу в Свидетельстве не содержится. На вопросы суда о представлении схемы земельного участка, являющейся приложением к Свидетельству, ответчик документов не представил. По информации администрации Шунгенского сельского поселения такая схема отсутствует, сведений о местоположении предоставленного ФИО1 земельного участка в администрации не имеется.

По данным кадастрового учета по состоянию на 2013 год площадь земельного участка, предоставленного в собственность ФИО1, составляла 900 кв.м.. Предыдущий номер данного участка № отражен в кадастровом паспорте на участок от 26.06.2013г. (т.1 л.д.64). Согласно информации Оценочной описи земельных участков, площадь предоставленного ФИО1 в собственность участка также составляла 900 кв.м. (т.1 л.д.115)

С учетом пояснений ФИО1 о том, что в (адрес) ей также предоставлялся под посадку картофеля еще один земельный участок, нельзя однозначно утверждать, что вышеназванное Свидетельство, как правоустанавливающий документ на землю, было выдано в отношении спорного участка с кН :№, а не в отношении участка на (адрес) в (адрес).

В дальнейшем в связи с установлением местоположения земельного участка по инициативе ФИО1 его адрес был определен по местонахождению жилого дома. Указанное подтверждается выпиской из ЕГРН в отношении земельного участка от 02.04.2019. При этом изменился не только адрес участка, в котором были отражены номер дома и название улицы, но и площадь участка увеличилась с 900 кв.м. до 1204 кв.м.

Вышеизложенное в своей совокупности позволяет суду сделать вывод о том, что ответчику ФИО1 в 1992 году участок под домом по спорному адресу не предоставлялся. Правоустанавливающий документ (Свидетельство) выдавалось на иной объект, не имеющий отношения к жилому дому и земельному участку по адресу: (адрес). Привязка участка к спорному адресу произошла по инициативе заказчика Межевого плана. При этом никакими бесспорными документами не подтверждается.

Материалы инвентаризации земель н.(адрес), где по состоянию на сентябрь 1998 года в качестве землепользователя участка с инв.№ 23 указана ФИО1, не являются доказательством возникновения у ФИО1 прав собственности на участок по спорному адресу, поскольку содержание Материалов инвентаризации в соответствии с Приказом Роскомзема от 02.08.1993 N 38 "О проведении инвентаризации земель", Постановлением от 12 июля 1993 г. N 659 "О проведении инвентаризации земель для определения возможности их предоставления гражданам" отражает лишь фактическое землепользование земельными участками и выявление свободных участков для предоставления их гражданам. По сути, материалы инвентаризации земель содержат сведения о факте пользования участками, но не являются бесспорным свидетельством возникновения у землепользователей прав собственности на занимаемые земельные участки.

По факту проведенной в н.(адрес) инвентаризации установлено фактическое использование ФИО10 земельного участка площадью 1300 кв.м., а не в размере площади 900 кв.м., которая предоставлялась ей в собственность.

Как пояснила сама ответчик, за перераспределением земель, что могло послужить увеличению площади предоставленного ей в собственность земельного участка, она не обращалась.

Вывод суда о том, что земельный участок под спорным домом ответчику в собственность не предоставлялся и не мог быть предоставлен подкреплен также принципом единства прав в отношении земельного участка и расположенного на нем объекта, который нашел свое отражение в статье 37 Земельного кодекса РСФСР (в ред. на момент выдачи Свидетельства), согласно которой, при переходе права собственности на строение, сооружение или при передаче их другим предприятиям, учреждениям, организациям и гражданам вместе с этими объектами переходит и право пожизненного наследуемого владения или право пользования земельными участками. При этом им выдается новый документ, удостоверяющий право на землю.

При переходе в порядке продажи или дарения права собственности на жилой дом, строение, сооружение, расположенные на земельном участке, находящемся в собственности граждан, соответствующий Совет народных депутатов производит отчуждение (выкуп) земельного участка с одновременной его передачей в собственность на условиях, установленных в статье 7 настоящего Кодекса (или безвозмездно - при дарении жилого дома, строения, сооружения), новому собственнику указанных объектов. 

Поскольку, как установлено судом выше ФИО1 права собственности на жилой дом по спорному адресу не приобрела, участок под этим объектом также в собственность ей не передавался. При таких обстоятельствах регистрация права собственности за ней на земельный участок нарушает права собственника дома - истца ЗАО «Шунга», в связи с чем его требования о прекращении права собственности на земельный участок и погашении записи о регистрации права за ФИО1 подлежат удовлетворению.

Довод стороны ответчика о невозможности прекращения права собственности ФИО1 на земельный участок без признания недействительным Свидетельства на право собственности на землю является несостоятельным, поскольку указанный правоустанавливающий документ, как установлено судом, не имеет отношения к спорному объекту недвижимости.

Стороной ответчика заявлено о применении пропуска срока исковой давности.

Согласно статье 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса (ст. 196 ГК РФ). 

Ст. 200 ГК РФ предусмотрено, что если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (пункт 2 ст. 199 ГК РФ).

Исковая давность не распространяется на требования, прямо предусмотренные статьей 208 ГК РФ. К их числу относятся требования собственника или иного владельца об устранении всяких нарушений его права, если эти нарушения не были соединены с лишением владения, в том числе требования о признании права (обременения) отсутствующим.

Согласно разъяснениям Пленума ВС РФ и ВАС РФ в пункте 57 Постановления № 10/22 от 29.04.2010г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", течение срока исковой давности по искам, направленным на оспаривание зарегистрированного права, начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о соответствующей записи в ЕГРП. При этом сама по себе запись в ЕГРП о праве или обременении недвижимого имущества не означает, что со дня ее внесения в ЕГРП лицо знало или должно было знать о нарушении права.

Поскольку законом не установлено иное, к искам, направленным на оспаривание зарегистрированного права, применяется общий срок исковой давности, предусмотренный статьей 196 ГК РФ.

Вместе с тем в силу абзаца пятого статьи 208 ГК РФ в случаях, когда нарушение права истца путем внесения недостоверной записи в ЕГРП не связано с лишением владения, на иск, направленный на оспаривание зарегистрированного права, исковая давность не распространяется.

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Применение судом исковой давности направлено на сохранение стабильности гражданского оборота, защищает его участников от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав.

Разрешая вопрос о начале исчисления срока исковой давности, заявленного ответчиком ФИО1, суд принимает во внимание отсутствие в деле сведений об осведомленности истца о совершенных ответчиком действиях по регистрации прав собственности на спорные объекты. Единственным подтверждением момента, когда истцу стало известно о регистрации прав на объекты недвижимости является выписка из ЕГРН о зарегистрированных правах, полученная ЗАО 20.11.2018г.. В ходе судебного разбирательства ответчик ФИО1 также поясняла суду, что не ставила в известность ЗАО «Шунга» о регистрации за собой прав на дом и земельный участок.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что в настоящем случае истцом не пропущен срок исковой давности для защиты нарушенных прав.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ЗАО «Шунга» удовлетворить.

Прекратить право собственности ФИО1 на:

- жилой дом, с кадастровым номером №, общей площадью 54,0 кв.м., расположенный по адресу: (адрес)

- земельный участок, с кадастровым номером №, расположенный по адресу: (адрес)

погасив в Едином государственном реестре недвижимости записи о регистрации права собственности ФИО1 № 44-44-01/063/2013-417 от 25.07.2013 года, № 44-44-01/063/2013-418 от 25.07.2013 года.

Признать за ЗАО «Шунга» право собственности на жилой дом, с кадастровым номером 44:07:140304:119, общей площадью 54,0 кв.м., расположенный по адресу: (адрес)

Решение суда может быть обжаловано в Костромской областной суд в течение месяца с момента изготовления в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Костромской районный суд Костромской области.

Судья: Воронова О.Е.

решение в окончательной форме 

изготовлено 26.07.2019 -судья: