Дело № 1-238/2018 год

П Р И Г О В О Р

 

Именем Российской Федерации

Составлен в совещательной комнате 10 октября 2018 года 

Московский районный суд г. Калининграда в составе:

Председательствующего судьи Дмитриковской Е.Е.,

При секретаре Селиной Л.А.,

С участием:

Государственных обвинителей – помощников прокурора Московского района г. Калининграда Коротченко Л.А., ФИО1, 

Подсудимого ФИО2,

Защитника Зимина А.Е.,

потерпевшей З.И.В.,

Рассмотрев в помещении суда в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении ФИО2, ранее не судимого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 111 УК РФ,

У с т а н о в и л:

ФИО2 совершил умышленное преступление против жизни и здоровья при следующих обстоятельствах.

В период времени с 20:00 часов 26.01.2018 года до 08:00 часов 27.01.2018 года у ФИО2, находящегося в состоянии алкогольного опьянения совместно с Х.И.В., К.Е.С., С.А.Г., А.А.В. и О.Е.А. в квартире №. корпуса * дома * по ул. З* г.К*, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений возник преступный умысел, направленный на причинение телесных повреждений О.Е.А. С этой целью ФИО2, действуя умышленно, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, предвидя возможность причинения тяжкого вреда здоровью О.Е.А. и сознательно допуская причинение тяжкого вреда её здоровью, приблизившись к лежавшей там же на диване на спине О.Е.А., кулаками рук с силой нанёс не менее 20 ударов в область лица, головы и иных частей тела последней, после чего, продолжая осуществлять задуманное, схватив О.Е.А. своими руками за одежду, с силой сбросил её с дивана на пол в положение лежа на спине, и, по-прежнему предвидя возможность причинения тяжкого вреда здоровью О.Е.А. и сознательно допуская причинение тяжкого вреда её здоровью, ногами, обутыми в ботинки, с силой нанёс не менее 20 ударов в область лица, головы и иных частей тела О.Е.А. В результате вышеуказанных преступных действий ФИО2, потерпевшей О.Е.А. были причинены телесные повреждения в виде закрытой тупой внутричерепной травмы с двусторонними субдуральными гематомами (кровоизлияние под твёрдую мозговую оболочку) объемом 300 мл (удалены во время операции 28.01.2018 года), кровоизлияниями под мягкую мозговую оболочку обеих лобных долей головного мозга, кровоподтёками в поднижнечелюстной области справа и слева (по одному), причинившие тяжкий вред здоровью О.Е.А. по признаку опасности для жизни, а также в виде ссадины в левой подключичной области, не причинившей вред здоровью О.Е.А.

Подсудимый ФИО2 свою вину по указанному обвинению признал частично и суду пояснил, что 26 января 2018 года вечером он пришёл в квартиру по месту жительства Х., с собой принёс спиртное, которое стал распивать со всеми там присутствующими, в том числе и О.Е.А., которой он стал высказывать претензии по поводу пропавших из его квартиры кроссовок, ударил О.Е.А. ладонью по лицу 2 раза и по туловищу 3 раза, других повреждений О.Е.А. он не причинял.

Несмотря на частичное признание вины подсудимым ФИО2, его виновность в инкриминируемом ему деянии подтверждается исследованными судом доказательствами.

Согласно рапорту оперативного дежурного ДЧ ОП №2 УМВД России по г. Калининграду Р.В.В. 28.01.2018 года в 19:40 часов в дежурную часть отдела полиции № УМВД России по г. Калининграду поступило сообщение из ГБУЗ БССМП о том, что за медицинской помощью обратилась О.Е.А. с диагнозом: ЗЧМТ, ушиб головного мозга, двусторонняя субдуральная гематома, множественные кровоподтёки головы, туловища, конечностей.

Согласно справки ГБУЗ БССМП № 256 от 28.01.2018 года, О.Е.А. выставлен диагноз: ЗЧМТ, ушиб головного мозга, двусторонняя субдуральная гематома, множественные кровоподтёки, ссадины головы, туловища, конечностей, госпитализирована в реанимацию.

Протоколом осмотра места происшествия от 28.01.2018 года, согласно которого, с участием Х.И.В. установлено и осмотрено место совершения преступления – комната квартиры № корпуса * дома * по ул. З* в г. К*, где имеется диван. 

Согласно рапорту оперативного дежурного ДЧ ОП № УМВД России по г. Калининграду Л.В. 30.01.2018 года в 10:47 часов по телефону «02» в дежурную часть ОП № УМВД России по г. Калининграду поступило сообщение из ГБУЗ БССМП о том, что в реанимационном отделении умерла О.Е.А. которая была избита 26.01.2018 года и доставлена в ГБУЗ БССМП 28.01.2018 года с диагнозом: «ЧМТ, УГМ».

Согласно копии свидетельства о смерти О.Е.А., скончалась 30.01.2018 года. 

Показаниями потерпевшей З.И.В. в суде, что О.Е.А. – её дочь, которая последнее время проживала отдельно от неё. Последний раз она видела дочь 10 января 2018 года, повреждений у неё не было. 28 января 2018 года к ней домой пришла женщина по имени В. и сообщила, что её дочь избили, и она лежит в квартире её знакомых на ул. З*, ей срочно нужна медицинская помощь. В. рассказала ей, что 27 января 2018 года О.Е.А. вызывали «скорую помощь», однако в больницу её не забрали, поскольку некому было нести носилки. Для оказания помощи дочери она пригласила С.А., вместе с которым и В. пошла на ул. З*, где она осталась на улице, а С. и В. пошли в квартиру, где находилась её дочь, которую С. с каким – то мужчиной вынес на улицу, затем в машине «скорой» дочь увезли в больницу, о её смерти она узнала 30.01.2018 года.

Показаниями свидетеля С.А.Е. в суде, согласно которым днём 28.01.2018 года к нему домой пришла З.И. и попросила сходить с ней в какую-то квартиру в посёлке, где находится дочь З.И. - О.Е.А. в бессознательном состоянии, так как ту кто-то избил и ей нужна помощь. Вместе с З.И. и ещё какой – то женщиной, которая показала адрес нахождения О.Е.А., он пошёл в данную квартиру. З.И. в квартиру подниматься не стала, а он и женщина пошли в квартиру № дома * корпус *, где он увидел на диване О.Е.А., которая всё время стонала, ничего не говорила, ни на что не реагировала, была одета в джинсы и кофту, повреждений он не видел из-за одежды. В квартире были две женщины и мужчина. Затем приехала бригада скорой помощи - две женщины, которые осмотрели О.Е.А. и вызвали вторую бригаду скорой помощи, где был мужчина, он помог врачу вынести О.Е.А. на носилках на улицу с самим врачом и ещё каким-то мужчиной, после чего О.Е.А. увезли в больницу, после чего он более О.Е.А. не видел, а впоследствии от З.И, узнал, что О.Е.А. умерла в больнице. 

Показаниями свидетеля К.В.А. в суде и в ходе предварительного следствия о том, что она часто навещает своих знакомых Х.И. и К.Е., которые проживают в ул. З*, д. * корпус * квартира *. 22 или 23 января 2018 года она была в квартире у К. и Х., также в их квартире проживал мужчина по имени А. Затем домой к Х. и К. она пришла 27 января 2018 года около 13.00 часов, Х.о, К. и А. находились дома, также в квартире была О.Е.А., которая лежала на диване, стонала от боли, каких-либо повреждений на лице О.Е.А. она не видела, крови не было, та была одета в кофточку с длинными рукавами, джинсы и красные носки. О.Е.А. находилась от неё на расстоянии, близко к О.Е.А. она не подходила, спрашивала её: «К., тебе плохо?», на что та ей ничего не отвечала и на вопросы не реагировала. Х. рассказала ей, что вечером 26 января 2018 года О.Е.А. в её квартире избил мужчина, имя которого она забыла, отчего О.Е.А. теперь стонет и не встаёт. Вместе с Х. на улице они попросили у продавщицы рыбы телефон, с которого вызвали «скорую помощь». Через некоторое время приехала бригада «скорой», после этого она ушла домой. На следующий день 28 января 2018 года около 13 часов она вновь пришла домой к Х. и К. и увидела, что О.Е.А. лежит на диване без сознания. Х. И. рассказала, что «скорая помощь» не забрала О.Е.А., так как некому было ту вынести из квартиры. Она (ФИО3) узнала адрес матери О.Е.А. – З.И., которой рассказала о состоянии её дочери. З. вместе с каким-то молодым человеком пришли в квартиру к Х.И., при этом З. сама в квартиру к Х. поднималась, а ждала на улице. Она (К.) с тем молодым человеком прошли в квартиру, где находилась О.Е.А., куда через несколько минут приехалидве бригады скорой помощи, осмотрели О.Е.А., после этого она ушла к себе домой. Впоследствии от Х.И. ей стало известно, что О.Е.А. 28 января 2018 года увезли в больницу, где та умерла через два дня. Когда она приходила к Х.И., то следов крови в данной квартире где – либо, как и на самой О.Е.А., она не видела, однако видела перед диваном, где лежала О.Е.А., на полу какую – то тряпку, которая, как ей показалось, была в крови. 

Согласно копии карты выезда бригады скорой медицинской помощи № от 27.01.2018 года, 27.01.2018 года в 15 часов 23 минуты поступил вызов на адрес: *** по факту избиения неустановленного человека возраста 37 лет, затраты на выезд 1 час 10 минут, какой – либо другой информации в карте выезда не имеется.

Свидетель Т.Д.А. в ходе предварительного следствия пояснил, что он работает в ГБУЗ БССМП в должности фельдшера выездной бригады, 27.01.2018 года был на дежурстве, в 15:39 часов от диспетчера была получена информация о том, что по адресу: *** избита женщина 37 лет, более никакой информации не поступило. Он прибыл с водителем на указанный адрес, где находились две женщины, одна пожилая, вторая – молодая, также были двое мужчин, которые его не пустили в данную квартиру и в грубой форме попросили уйти, сказав, что сами разберутся, и что в медицинской помощи никто не нуждается. Так как никто не нуждался в медицинской помощи и госпитализации, он с водителем уехал. 

Согласно копия карты выезда бригады скорой медицинской помощи № от 28.01.2018 года, 28.01.2018 года в 15 час 26 минут поступил вызов на адрес: *** по факту избиения О.Е.А., возраст 37 лет. На момент прибытия по указанному адресу в 15:55 часов у О.Е.А. сознание отсутствует, находится в коме, по всему телу отмечаются гематомы – шейный отдел позвоночника, лицо, руки. Диагноз: «ЗЧМТ, перелом костей свода черепа, ЧМТ, мозговая кома» со слов знакомых 26.01.2018 года была избита, после чего несколько раз теряла сознание, а после перестала реагировать на происходящее. 

Согласно копия карты выезда бригады скорой медицинской помощи № от 28.01.2018 года, 28.01.2018 года в 16 часов 15 минут поступил вызов на адрес: *** по факту мозговой комы у О.Е.А. На момент прибытия по указанному адресу в 16:38 часов у О.Е.А. на лице и теле отмечаются следы побоев, подкожные гематомы. Диагноз: «ЗЧМТ, ушиб головного мозга, внутримозговая гематома, мозговая кома. Со слов знакомых, 26.01.2018 года была избита, и с 27.01.2018 года перестала контактировать. Была доставлена в приёмный покой ГБУЗ БССМП. 

Свидетель П.А.В. в ходе предварительного следствия пояснила, что она работает в должности фельдшера ГБУЗ ГССМП, 28 января 2018 года в 08.00 часов она заступила на суточное дежурство совместно с фельдшером Ч.Г.А. В этот день в 15:26 часов от их дежурного поступило сообщение о выезде по адресу: ***, по факту избиения О.Е.А. В 15:55 часов их бригада прибыла по указанному адресу в квартиру, внутри квартиры на диване на спине находилась пострадавшая, также в квартире были ещё две женщины, а также двое мужчин и ещё одна пожилая женщина, которая вызвала в скорую помощь. Со слов находящихся в данной квартире людей было установлено, что О.Е.А. была избита неизвестным мужчиной, после чего теряла сознание, а потом перестала реагировать на происходящее. Также пояснили, что 27 января 2018 года к О.Е.А. по этому же поводу выезжала бригада скорой помощи, однако О.Е.А. не госпитализировали. На момент прибытия бригады в данную квартиру у О.Е.А. были открыты глаза, она была неконтактна, на звуковые раздражители не реагировала, не разговаривала, однако реагировала на болевые раздражители, издавала звуки голосом. На теле, ногах снизу, на голени О.Е.А. были множественные синяки и гематомы на теле и под подбородком – по краям, гематомы на лице, ногах, на голове. О.Е.А. находилась в коме, был выставлен диагноз: «ЗЧМТ, перелом костей свода черепа под вопросом, черепно-мозговая травма, мозговая кома». Так как у О.Е.А. было крайне тяжелое состояние здоровья, она вызвала вторую бригаду скорой помощи для дальнейшей госпитализации той в стационар специальной бригадой. Прибывшая вторая бригада госпитализировала О.Е.А. в ГБУЗ БССМП на ул.Н*. Когда врач второй бригады осматривал О.Е.А., то он поворачивал ту на бок, и у О.Е.А. на позвоночнике также были гематомы. На момент осмотра О.Е.А. не была в состоянии алкогольного опьянения. 

Свидетель В.А.В. в ходе предварительного следствия пояснил, что он работает врачом – нейрохирургом в ГБУЗ БСМП, 28 января 2018 года он с 15:40 часов заступил на суточное дежурство, в этот день к ним в больницу на скорой помощи поступила О.Е.А., которую доставили на «скорой помощи»,в бессознательном состоянии, с диагнозом ЗЧМТ, ушиб головного мозга со сдавлением, субдуральная гематома. Он прооперировал О.Е.А. в тот же день, произвёл трепанацию черепа, в лобной области удалил субдуральную гематому, в ходе операции переломов костей обнаружено не было.В ходе лечения было установлено, что у О.Е.А. верхняя долевая пневмония справа. После операции О.Е.А. находилась на лечении в реанимационном отделении до 30 января 2018 года, когда у неё в 06:50 часов не могла ничего пояснить в связи с тяжелым состоянием, была без сознания и в сознание не приходила вплоть до смерти. Со слов бригады скорой помощи, 26 января 2018 года О.Е.А. по месту жительства была избита неизвестным, другой информации не имеется, подробности не известны. 

Согласно копии посмертного эпикриза из медицинской карты стационарного больного О.Е.А. ГБУЗ БССМП от 30.01.2018 года, О.Е.А. **года рождения поступила в приёмное отделение городской БСМП 28.01.2018 года в 17:35 часов, доставлена бригадой скорой помощи. Со слов сотрудников скорой помощи, была избита 26.01.2018 года. Локально: имелись множественные кровоподтёки, ссадины головы, туловища, конечностей. Произведена РКТ головного мозга – выявлены двусторонние субдуральные гематомы лобных долей, контузионные очаги в височных долях, САК. Рентгенография грудной клетки – правосторонняя верхнедолевая пневмония. В экстренном порядке произведена костнопластическая трепанация черепа в лобных долях, удаление теменно-височной области, удаление подострых субдуральных гематом объёмом 300 мл, ревизия, дренирование брюшной полости. Пациентка осмотрена хирургом – цирроз печени, асцит. В послеоперационном периоде состояние оставалось тяжёлым с отрицательной динамикой. 30.01.2018 года в 06:50 часов констатирована смерть больной. Клинический диагноз: Основной: закрытая черепно-мозговая травма, ушиб головного мозга тяжелой степени со сдавлением подострыми субдуральными гематомами лобных областей объёмом 300 мл. Осложнения: отёк, дислокация и постдислакационная ишемия головного мозга. Сопутствующий: внебольничная правосторонняя верхнедолевая пневмония, цирроз печени, асцит.

Заключением комиссии экспертов № от 23 апреля – 18 мая 2018 года, согласно которого, при обследовании О.Е.А. в медицинском стационаре и при судебно – медицинском исследовании её трупа, кроме следов медицинских манипуляций, были обнаружены следующие прижизненные телесные повреждения: закрытая тупая внутричерепная травма с двусторонними субдуральными гематомами (кровоизлияния под твёрдую мозговую оболочку) объёмом 300 мл (удалены во время операции 28.01.2018 года), кровоизлияниями под мягкую мозговую оболочку обеих лобных долей головного мозга, кровоподтёками в поднижнечелюстной области справа и слева (по одному); ссадина в левой подключичной области. Вышеуказанная закрытая тупая внутричерепная травма, обнаруженная при исследовании трупа О.Е.А., могла образоваться в результате как минимум двух ударных травматических воздействий каких-либо твёрдых тупых предметов, конструктивные особенности травмирующей поверхности которых в имеющихся повреждениях не отобразились. Местами приложения травмирующей силы явились поднижнечелюстная область справа и слева. Морфологические особенности данных повреждений дают основание сделать вывод, что все они могли образоваться примерно за 3 - 4 суток до наступления смерти, возможно, в вечернее время 26.01.2018 года. По поводу закрытой тупой черепно-мозговой травмы О.Е.А. в медицинском стационаре 28.01.2018 года была произведена операция - костнопластическая трепанация черепа в лобной области с удалением субдуральных гематом объёмом около 300 мл. Ссадина в левой подключичной области образовалась в результате одного касательного динамического воздействия каким-либо твёрдым тупым предметом, конструктивные особенности травмирующей поверхности которого в имеющемся повреждении не отобразились. Макроскопические особенности указанного повреждения указывают на то, что эта ссадина также могла образоваться примерно за 3 - 4 суток до наступления смерти (возможно, в вечернее время 26.01.2018 года). Смерть О.Е.А. наступила 30.01.2018 года от заболевания - правосторонней верхнедолевой сливной фибринозно-гнойной бронхопневмонии (воспаление легкого) с реактивным фибринозным плевритом (воспаление плевры легкого), на фоне ВИЧ-инфекции, осложнившейся фибринозно-гнойным лептоменингитом (воспаление мягкой оболочки головного мозга), легочно-сердечной недостаточностью, отёком головного мозга, что и явилось причиной наступления её смерти. Закрытая тупая внутричерепная травма, имевшаяся у О.Е.А., в причинной связи с наступлением смерти не находится. Закрытая тупая внутричерепная травма с кровоподтёками в поднижнечелюстной области справа и слева, кровоизлияниями под мягкую мозговую оболочку обеих лобных долей головного мозга и двусторонними субдуральными гематомами (кровоизлияниями под твёрдую оболочку головного мозга) объёмом 300 мл, имевшаяся у О.Е.А. и повлекшая за собой угрожающее жизни состояние вследствие явлений сдавления головного мозга, потребовавшее проведение экстренного хирургического вмешательства (декомпрессивной костнопластической трепанации черепа с формированием обширного костного дефекта в лобной области с целью удаления массивных субдуральных гематом), по признаку опасности для жизни квалифицируется как тяжкий вред здоровью, но в прямой причинной связи с наступлением смерти не состоит. Ссадина в левой подключичной области у живых лиц не влечёт за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, поэтому расценивается как повреждение, не причинившее вред здоровью, в причинной связи с наступлением смерти не состоит. Характер, количество, локализация и морфологические особенности вышеуказанных повреждений в области головы и туловища пострадавшей, позволяют не исключить возможности их образования при обстоятельствах, указанных свидетелями К.Е.С., Х.И.В. и С.А.Г. в ходе их допросов и проверок показаний на месте, а именно: в результате ударных травматических воздействий руками и ногами, причинённых пострадавшей обвиняемым Ч.А.А. в вечернее время 26.01.2018 года. Характер, количество, локализация и морфологические особенности вышеуказанных повреждений в области головы и туловища пострадавшей, позволяют не исключить возможности их образования при обстоятельствах, указанных обвиняемым Ч.А.А. в ходе его допроса от 29.01.2018 года, а именно: в результате ударных травматических воздействий ладонями рук, причинённых пострадавшей в вечернее время 26.01.2018 года.

Показаниями свидетеля Х.И.В. в суде и в ходе предварительного следствия о том, что она проживает в однокомнатной квартире по адресу: ***, с дочерью К.Е.С. С 10.01.2018 года с ними в её квартире проживал их знакомый С.А.Г. В ночь с 25 на 26 января 2018 года помимо неё, её дочери Е. и С. у неё дома осталась их знакомая О.Е.А., которая 25 января 2018 года пришла к ней домой, на лице и теле О.Е.А. каких-либо повреждений не было, однако та плохо себя чувствовала. 26.01.2018 года около 19.00 часов к ней домой пришёл сосед А. А. В тот день около 20.00 часов к ней в квартиру также пришёл знакомый ФИО2, у которого с собой были две бутылки водки. С ФИО2 стали выпивать С. и А., при этом ни она, ни её дочь Е., ни О.Е.А. спиртное не распивали. О.Е.А. всё время лежала на диване и не вставала. Спустя где-то час после распития спиртного ФИО2 стал вести себя агрессивно, начал у её дочери Е. К. спрашивать, где его кроссовки, и что якобы её дочь К.и О.Е.А., летом 2017 года убирались в его квартире и похитили его кроссовки. Летом 2017 года действительно её дочь Е. и О.Е.А. по просьбе Чернецкого убирались у него дома, но её дочь и О.Е.А. ранее никогда в воровстве замечены не были, дома у Чернецкого убирались за деньги, поэтому не могли похитить у того кроссовки. Её дочь стала говорить, что не знает, где его обувь, и что к краже кроссовок не причастна, также как и О.Е.А.. ФИО4 стал те же самые вопросы задавать О.Е.А., которая на тот момент продолжала лежать на диване. ФИО4 подошёл к лежащей на диване О.Е.А. и стал её бить кулаками поочередно по корпусу тела, лицу и голове, и все время требовал сказать, где его кроссовки. Разграничить, куда именно и сколько приходилось таковых ударов, она не может, так как точно этого не помнит, но в общей сложности таковых ударов пришлось О.Е.А. не менее 20. При этом О.Е.А. сопротивления Чернецкому не оказывала, была в сознании, но ничего не говорила. Она (Х.) стала просить Чернецкого не бить О.Е.А., однако тот сказал, чтобы она не лезла, иначе он её побьёт. Она говорила Чернецкому, что купит тому такие же кроссовки, но ФИО4 продолжал бить О.Е.А.. Остальные присутствующие в квартире сидели в комнате на диване и в конфликт не вмешивались, так как боялись Чернецкого, который после её замечаний нанёс ей один удар кулаком руки в область лица, и также один удар кулаком руки в область лица нанёс её дочери. ФИО4 нанёс в общей сложности по голове, лицу и корпусу тела О.Е.А. не менее 20 ударов кулаками рук, это длилось около 30 минут, при этом в момент нанесения данных ударов ФИО4 то стоял на полу над О.Е.А., то сидел на том же диване, где лежала сама О.Е.А.. Затем ФИО4 схватил О.Е.А. двумя руками за одежду в область груди и швырнул О.Е.А. на пол, и та оказалась перед тем же диваном на полу и в положении лежа на спине, была в сознании, но также ничего не говорила. Когда О.Е.А. лежала на полу на спине, то ФИО4 продолжил ту избивать, а именно, стал наносить О.Е.А. множественные удары своими ногами по голове, лицу и по разным частям тела, при этом О.Е.А. то лежала на спине, то поворачивалась на правый бок (к ним лицом) и вновь на спину, видимо, от боли от нанесённых ударов поворачивалась, но ничего не говорила, теряла ли та сознание, она точно сказать не может, возможно, и теряла, но приходила в себя. ФИО4 нанёс О.Е.А. не менее 20 ударов в общей сложности, пока та лежала на полу. На тот момент ФИО4 был обут в какие – то ботинки, поскольку он не разувался, был одет в красный спортивный костюм и шапку тканевую чёрного цвета. Первым из её квартиры к себе домой ушёл А.А., следом за ним ушли она и её дочь Е., а в её квартире оставались ФИО2, С. и О.Е.А., которая продолжала лежать на полу и которая, кажется, была на тот момент в сознании, но на лице той уже была кровь. Она с дочкой убежали около 22.00 часов 26.01.2018 года. Помощь они вызвать не смогли, так как соседи двери не открыли. До утра 27.01.2108 года она с дочерью были дома у А.А. вместе с последним, где и переночевали. Утром 27.01.2018 года в период времени с 08.00 до 11.00 часов она со своей дочерью вернулись к себе домой, где находились О.Е.А., которая уже лежала на том же диване напротив входа в комнату и была в сознании, стонала от боли, но ничего не говорила, у той было сильно отекшее лицо и на лице была запекшаяся кровь. Также там находился С.А., который ей рассказал, что после того, как они ушли, ФИО4 ещё немного выпил и остался ночевать в их квартире, а рано утром 27.01.2018 года ушёл. Кто именно О.Е.А. вновь положил на диван, она не знает, сама этого не видела. В этот день она вместе с К.В. на улице у прохожих просили телефон, чтобы позвонить в «скорую». В этот день приезжала скорая помощь, врачи осмотрели О.Е.А. и хотели госпитализировать, однако так как выносить её на улицу было некому, скорая помощь О.Е.А. на забрала. Перед приездом скорой дочь по её просьбе помыла полы, так как в месте, где ФИО4 бил на полу О.Е.А., были следы крови. Ёе дочь помыла полы не с целью скрыть следы преступления, а чтобы при сотрудниках скорой помощи было убрано, также та помыла лицо О.Е.А. от крови. В полицию они не обращались, так как боялись, что ФИО4 их за это побьёт. 27.01.2018 года О.Е.А. всё время лежала на диване, была в сознании, но не разговаривала, ей казалось, что та ничего не понимает, когда она что-либо спрашивала, так как та на неё не реагировала, даже воды не пила. Затем 28.01.2018 года О.Е.А. стало ещё хуже, она стонала от боли, не вставала, ничего не понимала и не разговаривала, они решили вновь вызвать скорую помощь. По её просьбе К.В. сходила к маме О.Е.А., через которую и вызвала скорую помощь. Мама О.Е.А. к ним домой не приходила, однако пришёл молодой человек по имени А. и сама В., потом приехали две бригады скорой помощи, и на носилках унесли О.Е.А. из её квартиры, нести помогали С. А., А.А. и А. Более О.Е.А. она не видела, а в начале февраля 2018 года она узнала, что О.Е.А. умерла в больнице. После того, как ФИО2 узнал о смерти О.Е.А. он приходит к ней домой и требовал, чтобы она и её дочь поменяли свои показания, угрожая, что сожжет их и выкинет в окно, и что они будут следующие после О.Е.А.. В её присутствии О.Е.А. с 25.01.2018 года сама не падала, головой и телом ни обо что не ударялась, никто, кроме Чернецкого 26.01.2018 года, ударов О.Е.А. не наносил, и до момента нанесения тем ударов у О.Е.А. каких-либо следов побоев, синяков, ран и гематом на теле и лице не было. 

В ходе проверки показаний на месте свидетель Х.И.В. указала, что 26 января 2018 года к ней домой, где также находились её дочь К.Е.С., знакомые С.А.Г. и О.Е.А., пришёл ФИО2, который избил О.Е.А., которой нанёс удары кулаками по голове, лицу и телу О.Е.А., таких ударов было нанесено в общей сложности не менее 20. Свидетель Х.И.В. указала на участок пола, расположенный перед диваном, пояснила, что ФИО2 схватил О.Е.А. руками за одежду и бросил ту на пол, где продолжил избивать О. Е.А. ногами в область головы и по телу, и таких ударов было нанесено ФИО2 не менее 20.

Показаниями свидетеля К.Е.С. в суде и в ходе предварительного следствия о том, что она проживает со своей мамой Х. И. 26 января 2018 года к ним домой, где находились С. А., О.Е.А. и сосед А. А.р, около 20.00 часов пришёл знакомый ФИО2, у которого с собой были две бутылки водки. ФИО4, С. и А. распивали спиртное, а она, мама и О.Е.А. спиртное не пили, О.Е.А. плохо себя чувствовала и лежала на диване. Через один час после распития спиртного, ФИО4 начал спрашивать у неё, где его кроссовки, которые якобы она и О.Е.А., когда летом 2017 года убирались в его квартире, похитили. Она отвечала, что не знает, где кроссовки и их не похищала. Затем ФИО4 стал те же самые вопросы задавать О.Е.А., которая на тот момент продолжала лежать на диване. ФИО4 подошёл к лежащей на диване О.Е.А. и стал бить её кулаками поочередно по телу, лицу и голове, и всё время требовал сказать, где находятся его кроссовки. В общей сложности ФИО4 нанёс О.Е.А. не менее 20 ударов. О.Е.А. сопротивления Чернецкому не оказывала, была в сознании. Её мама (Х.) стала просить Чернецкого не бить О.Е.А., однако ФИО4 сказал, чтобы они не лезли, иначе маму и её побьёт. После этого ФИО4 ударил её и маму по одному разу по лицу рукой. Они испугались, после этого сидели молча и наблюдали за происходящим, С. и А. также боялись Чернецкого. В момент нанесения О.Е.А. ударов ФИО4 то стоял на полу над О.Е.А., то сидел на том же диване, где лежала сама О.Е.А., это длилось около 30 минут. Затем ФИО4 схватил О.Е.А. двумя руками за одежду в области груди и швырнул ту на пол, и О.Е.А. оказалась перед данным диваном, на котором лежала, на полу, в положении лежа на спине. Когда О.Е.А. была на полу на спине, то ФИО4 продолжил её избивать, и нанёс не менее 20 ударов ногами, обутыми в ботинки, по голове О.Е.А., лицу и по разным частям тела, при этом О.Е.А. теряла сознание, стонала от боли. ФИО4 бил О.Е.А., лежащую на полу, не менее 30 минут, при этом кричал, что убьёт ту и выкинет в окно, то есть устроит ей «полет Гагарина». Затем из их квартиры ушёл А.А., она и мама прошли за А. и остались у него ночевать, так как боялись возвращаться домой. В их квартире оставались ФИО4, С. и О.Е.А., которая лежала на полу, кажется, та на тот момент была в сознании, но на лице у той уже была кровь, это было около 22.00 часов 26.01.2018 года. Вызвать полицию они не смогли, так как соседи не открыли двери. Утром 27.01.2018 года, в период времени с 08.00 до 11.00 часов, она с мамой вернулись домой, где находилась О.Е.А., она уже лежала на том же диване напротив входа в комнату и была в сознании, но ничего не говорила, у той было отекшее лицо, на лице была кровь, она стонала от боли, а также там находился ФИО5 в квартире уже не было. В этот день мама ходила на улицу, где пыталась вызвать скорую помощь с телефонов прохожих людей, и в этот день приезжала скорая помощь, врач осмотрел О.Е.А., которую в больницу не забрали, так как её некому было выносить на улицу. Перед приездом скорой помощи по маминой просьбе она помыла полы, и помыла лицо О.Е.А. от крови. Затем 28.01.2018 года мама снова через свою знакомую вызвала скорую помощь, так как О.Е.А. стало хуже. Затем приехали две бригады скорой помощи и унесли на носилках О.Е.А., которую она более не видела. В её присутствии О.Е.А. с 25.01.2018 года сама не падала, головой и телом ни обо что не ударялась, никто другой, кроме Чернецкого 26.01.2018 года, той ударов не наносил, и до момента ударов у той никаких побоев, синяков, ран, гематом на теле и лице не было. 30.01.2018 года она узнала, что О.Е.А. умерла в больнице. ФИО2 после того, как стало известно, что О.Е.А. умерла, приходил к ним домой и требовал, чтобы она поменяла свои показания, иначе тот её сожжет и выкинет в окно, в связи с чем, она того очень боится. 

В ходе проверки показаний на месте свидетель К.Е.С. указала, что 26.01.2018 года около 21.00 часа именно ФИО2 избил О.Е.А., нанеся последней, лежавшей на диване, удары кулаками по голове, лицу и телу, было нанесено не менее 20 ударов, при этом в момент нанесения ударов ФИО2 находился то стоя перед диваном, то в положении сидя на том же диване, где лежала О.Е.А. При этом свидетель К.Е.С. при помощи статиста воспроизвела положение О.Е.А. на диване в тот момент и механизм нанесения той ударов кулаками ФИО2 Также свидетель К.Е.С. указала, что ФИО2 схватил О.Е.А. руками и бросил ту на пол, где продолжил её избивать ногами в область головы и по корпусу тела, ударов ФИО2 нанёс не более 20. 

После надлежащей проверки исследованных судом доказательств, суд приходит к выводу о достаточности доказательств, свидетельствующих о направленности умысла подсудимого ФИО2 на причинение О.Е.А. умышленного тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни.

Так о направленности умысла ФИО2 на причинение О.Е.А. тяжкого вреда здоровью свидетельствует способ совершения преступления, количество, характер и локализация телесных повреждений, причинённых потерпевшей, которой были нанесены множественные удары руками и ногами по голове, туловищу и конечностям. 

Суд полагает, ФИО2 не находился в состоянии аффекта, так как в ходе предварительного и судебного следствия он подробно и обстоятельно рассказывал о своих действиях до и после совершения преступления, что свидетельствует о том, что подсудимый ФИО2 осознавал и контролировал свои действия, поскольку он разговаривал во время и после совершения преступления с окружающими его людьми – потерпевшей, свидетелями. 

Судом не установлено обстоятельств, свидетельствующих, что ФИО2 в момент совершения преступления находился в состоянии необходимой обороны, а также при превышении таковой, поскольку О.Е.А. никакого сопротивления ему не оказывала и ударов не наносила.

Суд не может согласиться с доводами подсудимого и его защитника о том, что телесные повреждения, повлекшие тяжкий вред здоровью О.Е.А., могло причинить иное лицо до 26 января или в ночь с 26 на 27 января 2018 года, по следующим основаниям.

Свидетели Х.И.В. и К.Е.С. пояснили суду, что О.Е.А. пришла к ним домой 25 января 2018 года и осталась ночевать, на тот момент на её лице и теле никаких повреждений не было, весь день 26 января О.Е.А. находилась в них в квартире и никуда не выходила, а вечером того же дня пришли гости, в том числе и ФИО2, который после распития спиртного стал наносить руками и ногами удары О.Е.А., отчего у неё на лице появилась кровь, она стонала от боли, не могла разговаривать, и перестала реагировать на происходящее. Никаких иных повреждений на лице и теле О.Е.А. на следующий день – 27 января, кроме тех, которые накануне причинил ФИО4, у О.Е.А. не было. 

Свои показания указанные свидетели подтвердили и в ходе предварительного следствия в ходе проверки показаний на месте, когда при помощи статиста свидетели показали механизм нанесения Чернецким повреждений О.Е.А..

Кроме того, показания свидетелей Х.И.В. и К.Е.С. согласуются не только между собой, но и с другими доказательствами по делу, в том числе заключением комиссии экспертов № от 23.04-18.05.2018 года, согласно которому закрытая внутричерепная травма с двусторонними субдуральными гематомами объёмом 300 мл, кровоизлияниями под мягкую мозговую оболочку обеих лобных долей головного мозга, кровоподтёками в поднижнечюлюстной области справа и слева, ссадина в левой подключичной области могли образоваться в результате как минимум двух ударных травматических воздействия каких – либо твёрдых тупых предметов, примерно за 3-4 суток на наступления смерти, возможно в вечернее время 26.01.2018 года. 

У суда нет оснований не доверять показаниям свидетелей Х.И.В. и К.Е.С., которые не имеют оснований для оговора подсудимого ФИО2

Сам подсудимый ФИО2 не отрицал нанесение О.Е.А. двух ударов рукой по лицу, а кроме того, ФИО2 указывал, что оставался в квартире Х.И.В. с ночь с 26 на 27 января 2018 года и никаких посторонних лиц в указанный период в квартире не было.

Судом установлено, что до появления ФИО2 в квартире Х.И., у О.Е.А. никаких телесных повреждений не имелось, а тот факт, что она всё время лежала на диване и не вставала, был обусловлен имеющимся у неё заболеванием фибринозно-гнойной бронхопневмонии с реактивным фиброзным плевритом на фоне хронического заболевания, а также фибринозно-гнойным лептоменингитом.

Кроме того, показания свидетелей Х.И.В. и К.Е.С. о нанесении ФИО2 многочисленных ударов О.Е.А. руками и ногами в область лица, туловища и конечностей, подтверждаются показаниями свидетелей В.А.В. и П.А.В. – медицинских работников, которые осматривали О.Е.А. и видели на её лице, теле и конечностях множественные гематомы и повреждения.

Совокупностью исследованных судом доказательств вина ФИО2 полностью доказана и суд его действия квалифицирует по ч.1 ст. 111 УК РФ – как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека.

При назначении наказания подсудимому ФИО2 суд учитывает характер и степень общественной опасности совершённого им преступления, личность подсудимого, обстоятельства отягчающие и смягчающие наказание.

ФИО2 совершил преступление, которое ст. 15 УК РФ отнесено к категории тяжких преступлений. Учитывая повышенную общественную опасность совершённого подсудимым преступления, направленного против жизни и здоровья, суд не находит оснований для изменения его категории.

Обстоятельством, отягчающим наказание подсудимого ФИО2, суд признаёт совершение преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, поскольку судом установлено, что подсудимый ФИО2 перед совершением преступления употреблял спиртные напитки, именно то, что он находился в состоянии алкогольного опьянения, спровоцировало конфликт с О.Е.А., и именно такое состояние способствовало совершению ФИО2 преступления.

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимого ФИО2 суд признает: явку с повинной в виде объяснения от 29.01.2018 года, состояние здоровья, нахождение на иждивении двоих малолетних детей.

Также суд учитывает и личность ФИО2, который по месту жительства участковым уполномоченным ОП № УМВД России по г. Калининграду В.А.В. характеризуется отрицательно, как лицо, склонное к употреблению спиртных напитков, привлекающееся к административной ответственности, на учёте в психоневрологическом и наркологическом диспансерах не состоит.

С учётом характера и повышенной степени общественной опасности совершённого ФИО2 преступления, личности подсудимого, обстоятельств отягчающих и смягчающих наказание, а также влияния назначенного наказания на исправление подсудимого, суд полагает, что наказание ФИО2 должно быть назначено в целях восстановления социальной справедливости и предупреждения новых преступлений в виде лишения свободы. Признанные судом смягчающие обстоятельства не являются исключительными, не уменьшают степень общественной опасности совершённого подсудимым преступления, в связи с чем суд не усматривает оснований для применения ст. 64 и ст. 73 УК РФ.

Исковые требования прокурора Московского района г. Калининграда о взыскании с ФИО2 в пользу Территориального фонда обязательного медицинского страхования Калининградской области за лечение потерпевшей О.Е.А. в ГБУЗ КО «ГКБСМ» 113820 рублей 86 копеек следует оставить без рассмотрения, поскольку суду не представлены сведения, что такие расходы Территориальным фондом обязательного медицинского страхования Калининградской области были понесены.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 307 – 309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 111 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок – 4 (четыре) года с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Меру пресечения ФИО2 до вступления приговора в законную силу изменить с подписки о невыезде и надлежащем поведении на содержание под стражей и взять его под стражу в зале суда.

Срок отбытия наказания исчислять с 10 октября 2018 года.

Исковые требования прокурора Московского района г. Калининграда о взыскании с ФИО2 в пользу Территориального фонда обязательного медицинского страхования Калининградской области за лечение потерпевшей О.Е.А. в ГБУЗ КО «ГКБСМ» 113820 рублей 86 копеек – оставить без рассмотрения.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Калининградский областной суд через Московский районный суд г. Калининграда в течение 10 суток со дня провозглашения, а осуждённым ФИО2, находящимся под стражей – в тот же срок со дня получения копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе в течение 10 дней со дня получения копии приговора заявить ходатайство о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции. 

Судья: подпись

Копия верна. Судья Е.Е. Дмитриковская