Дело № 2-3630/2017

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

15 ноября 2017 года г. Кострома

Свердловский районный суд г. Костромы в составе председательствующего Царёвой Т.С., при секретаре Тихомировой А.Ю., с участием ответчика ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2, к ФИО3,, ФИО1 о возмещении ущерба, причиненного преступлением,

у с т а н о в и л:

ФИО2 обратился в суд с вышеуказанным исковым заявлением, мотивируя требования тем, что вступившим в законную силу приговором Ленинского районного суда г. Костромы от 23 марта 2017 года по уголовному делу №1-2/2017 ФИО3 признана виновной в совершении преступлений, предусмотренных ч.4 ст.159 УК РФ (четыре эпизода), ответчик ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ. В рамках данного уголовного дела ФИО2 признан потерпевшим и гражданским истцом. В результате преступления, совершенного ответчиками, истцу был причинен материальный ущерб в размере 4 030 000 рублей. На день подачи искового заявления материальный ущерб истцу не возмещен. На основании п. 1 ст. 1064, ст.ст. 151, 1101 ГК РФ истец просил взыскать солидарно с ФИО3 и ФИО1 в счет возмещения материального ущерба, причиненного преступлением, 4 030 000 рублей и компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб.

В ходе рассмотрения дела истец неоднократно уточнял исковые требования. В окончательной редакции исковых требований просит суд взыскать с ФИО3 и ФИО1 солидарно материальный ущерб в размере 3 730 000 руб., компенсацию морального вреда 500 000 руб. В обоснование требований ссылается на отчет № об оценке рыночной стоимости квартиры, явившейся предметом преступного посягательства ответчиков, в соответствии с которым рыночная стоимость объекта на момент совершения преступления составляла 4 030 000 руб.. При этом, ответчик ФИО3 частично возместила ему материальный ущерб в размере 300 000 руб. За вычетом данной суммы размер материального ущерба равен 3730000 руб.

Истец ФИО2, уведомленный надлежащим образом о месте и времени рассмотрения дела, в судебном заседании не участвовал, ввиду проживания в другом населенном пункте ходатайствовал о рассмотрении иска в его отсутствие. 

Ответчик ФИО1, отбывающий наказание в ФКУ ..., участвовавший в судебном заседании посредством видеоконференцсвязи, исковые требования не признал, полагал, что заявленная истцом стоимость квартиры в сумме 4 030 000 руб. является завышенной, требование о компенсации морального вреда в размере 500 000 руб. считал не подлежащим удовлетворению. 

Ответчик ФИО3 в судебном заседании не участвовала, в телефонограмме просила рассмотреть дело в ее отсутствие. В ходе рассмотрения дела дала объяснения, в которых исковые требования считала подлежащими частичному удовлетворению. От ответственности за возмещение материального ущерба, причиненного преступлением не отказывалась. При этом полагала, что размер ущерба должен быть определен в размере суммы, за которую была продана квартира, в размере 3 900 000 рублей, на что указано в приговоре суда. Кроме того, предоставила выписку из ЕГРП от 05.05.2017, о кадастровой стоимости квартиры в размере 3 504 572,37 рублей. Иных доказательств, в опровержение заявленной истцом рыночной стоимости спорной квартиры, не предоставила. 

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

В соответствии с п. 1 ст. 15 Гражданского кодекса РФ (ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

По смыслу ст. 1064 ГК РФ для наступления ответственности вследствие причинения вреда, необходимо наличие совокупности следующих условий: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между наступлением вреда и действиями причинителя вреда, вину причинителя вреда. Установленная ст. 1064 Гражданского кодекса РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия вины должен представить причинитель вреда. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт причинения вреда, размер причиненного вреда, причинно-следственную связь между действиями ответчика и причиненным вредом.

Как следует из материалов дела, приговором Ленинского районного суда г. Костромы от 23.03.2017 года, выступившим в законную силу 16.05.2017 года, ФИО3 и ФИО1 признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ по эпизоду совершения мошеннических действий и оформления в собственность квартиры по адресу: 

<

адрес> 

Этим же приговором был оставлен без рассмотрения гражданский иск ФИО4 За истцом признано право на удовлетворение гражданского иска с передачей вопроса о размере возмещения в порядке гражданского судопроизводства. 

В соответствии с п.4 ст. 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Вина ФИО3, ФИО1 в причинении материального ущерба ФИО2 установлена приговором суда и повторному доказыванию не подлежит.

Согласно содержанию указанного приговора суда, в феврале - марте 2014 года ФИО3 и ФИО1 вступив в сговор, незаконно оформили на третье лицо право собственности на жилое помещение - ... квартира, площадью ... кв.м., расположенная по адресу: 

<

адрес>, собственники которой умерли. Переход права собственности на квартиру на подставное лицо был зарегистрирован 

<

дата> года. Затем ФИО3, подыскивала добросовестных покупателей на квартиру, которым 

<

дата> года указанная квартира была продана за 3 900 000 руб. При этом в приговоре суда конкретный размер ущерба не определен. 

Решением Свердловского районного суда г. Костромы от 22.03.2016 года по гражданскому делу № 2-729/2017 наследником собственника квартиры по адресу: 

<

адрес>, Б.А.С.., умершего 

<

дата>, был признан истец ФИО2 

Решением Ленинского районного суда г. Костромы от 17.03. 2017 года по гражданскому делу № 2-90/2017 отказано в удовлетворении исковых требований муниципального образования г.о.г. Кострома к К.А.А.., К.Е.В. (добросовестным покупателям квартиры), АО «Газпромбанк» о признании права муниципальной собственности на выморочное имущество - квартиру, расположенную по вышеуказанному адресу, истребовании имущества из чужого незаконного владения, выселении.

Определением Ленинского районного суда г. Костромы от 22.03.2017 года по гражданскому делу № 2-3/2017 по иску ФИО2 к К.Е.В.., К.А.А. (добросовестные покупатели квартиры) между ФИО2 и К.А.А.. утверждено мировое соглашение, по условиям которого стороны признали и не оспаривают, что квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес> входит в наследственную массу Б.А.С. ФИО2 является наследником Б.А.С. по закону, принявшим наследство фактическими действиями, в том числе данной квартиры. К.А.А.. являются добросовестными покупателями. К.А.А. приобрели право собственности на квартиру с момента его государственной регистрации за ними, и до настоящего времени являются собственниками квартиры.

ФИО2 отказался от требований к К.А.А. о признании недействительным договора купли-продажи, применении последствий ничтожности сделки, включении имущества в наследственную массу и признании права собственности на квартиру, истребовании квартиры из чужого незаконного владения, выселении и снятии с регистрационного учета, погашении записи о переходе права собственности, снятии обременения в виде ипотеки, 

Обращаясь в суд с настоящим иском ФИО2 воспользовался способом защиты своего нарушенного права путем возмещения имущественного вреда, с лиц, виновных в выбытии квартиры из владения помимо его воли. Таким образом ФИО2 является надлежащим истцом по делу. 

Под вредом понимается материальный ущерб, который выражается в уменьшении имущества потерпевшего в результате нарушения принадлежащего ему материального права. В связи, с чем суд приходит к выводу, что в результате противоправных действий ФИО3 и ФИО1, установленных приговором суда, ФИО2 лишился принадлежащего ему имущества в виде жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>, право наследования на которую в силу закона имел ФИО2 Указанными действиями ответчиками ФИО3, ФИО1 истцу причинен материальный ущерб, который подлежит взысканию с ответчиков в пользу истца.

Согласно п. 25 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2007 № 51 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» при определении стоимости имущества, похищенного в результате мошенничества, необходимо исходить из его фактической стоимости на момент совершения преступления. При отсутствии сведений о цене похищенного имущества его стоимость может быть установлена на основании заключения экспертов.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. Виды доказательств перечислены в ст. 55 ГПК РФ. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы (ч. 2 ст. 67 ГПК РФ). Оценка доказательств производится судом по правилам ст. 67 ГПК РФ. 

Истец основывает размер заявленного ко взысканию размера материального ущерба на отчете ООО «Региональный центр оценки» № от 

<

дата> об оценке рыночной стоимости 4-комнатной квартиры общей площадью ... кв.м., расположенной по адресу: 

<

адрес> согласно которому рыночная стоимость спорного жилого помещения на указанную дату составляет 4 030 000 руб.

Представленный в материалы дела отчет об оценке рыночной стоимости спорной квартиры ответчиками не оспорен, выводы оценщиком даны с учетом проведения обследования квартиры, а также по состоянию на дату – ... года, приближенную к дате совершения преступления ... года. Оснований не доверять выводам специалиста, проводившего данное исследование не имеется. Выводы, указанные в отчете, мотивированы, подкреплены материалами, на основании которых составлен отчет, в приложениях к отчету представлены документы, подтверждающие право оценщика на проведение оценки недвижимости и его квалификацию.

Отчет об оценке отвечает требованиям относимости, допустимости и не вызывает сомнений в достоверности, является надлежащим доказательством, подтверждающим рыночную стоимость объекта недвижимости, определенную по состоянию на дату определения его рыночной стоимости.

Ответчик ФИО3 в опровержении заявленного истцом размера материального ущерба, представила в материалы дела выписку из Единого государственного реестра недвижимости от ..., согласно которой кадастровая стоимость квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, составляет 3 504 572,37 руб. Иных доказательств ответчиками суду не представлено. 

Изучив представленную выписку из ЕГРП, суд не находит оснований для определения размера ущерба, причиненного преступлением, в размере кадастровой стоимости квартиры, заявленной ответчиком. При этом суд учитывает, что кадастровая стоимость объектов недвижимости применяется для начисления налогов и не подлежит применению при определении рыночной стоимости объекта недвижимости. Кроме того, в представленной выписке не указаны даты определения и утверждения кадастровой стоимости, реквизиты акта о её утверждении, отсутствуют сведения о дате внесения сведений в реестр. Вместе с тем, в соответствии с требованиями закона при определении стоимости имущества, ставшего объектом преступления, следует исходить из обстоятельств приобретения его собственником, в том числе, из рыночных цен на момент совершения преступления.

Таким образом представленные ответчиком сведения о кадастровой стоимости не могут быть положены в основу решения суда об определении размера ущерба, причиненного истцу, на момент совершения преступления. 

Оценивая довод ответчиков о том, что в результате преступления размер причиненного ущерба соответствует цене квартиры, указанной в расписках о получении денежных средств за квартиру от добросовестных покупателей в размере 3 900 000 рублей, суд приходит к следующему выводу. 

Как следует из приговора от 23.03.2017, при оформлении сделки купли-продажи рассматриваемого жилого помещения, продавец квартиры написал две расписки. Первую – о получении части денежных средства в размере 2 300 000 рублей от непосредственных покупателей, вторую - о получении денег в банке, оформленных покупателями в качестве ипотеки, в сумме 1600 000 рублей. Таким образом, квартира по адресу: 

<

адрес>, была реализована в результате преступных действий ответчиков за 3 900 000 рублей. Как обосновано указано в приговоре суда, законный собственник квартиры мог рассчитывать на получение данных сумм при реализации принадлежащего ему имущества.

Вместе с тем, указанная в расписках денежная сумма не подтверждает действительной рыночной стоимости квартиры на момент совершения преступления, а является волеизъявлением конкретных сторон сделки на реализацию объекта именно по данной стоимости. Указанная в расписках совокупная стоимость квартиры не свидетельствует о том, что при распоряжении квартирой истец не мог выручить от её реализации большую выгоду. Определенная сторонами договора купли-продажи, при заключении которого истец не участвовал, стоимость объекта не может ограничивать права истца на возмещение ущерба в размере действительной стоимости его имущества.

Кроме того, суд принимает во внимание имеющиеся в материалах дела разногласия о цене квартиры, за которую она была реализована. Так, согласно приговору, в материалах уголовного дела, имеется договор купли-продажи от 

<

дата> и акты приема-передачи от 

<

дата>, заключенные между продавцом квартиры и покупателями К.А.А. согласно которым квартира продана по цене 2 000 000 рублей; кредитный договор К.А.А. от 

<

дата> на сумму 1 600 000 рублей. Согласно протоколу явки с повинной ФИО1 от 

<

дата> ФИО3 продала квартиру за 2 000 000 рублей. В копии объявления о продаже квартиры стоимость квартиры указана в размере 3 800 000 рублей. 

При таких обстоятельствах суд не находит оснований для определения стоимости ущерба в размере 3 900 000 рублей. 

С учетом положений ч. 3 ст. 196, ст. 56 ГПК РФ, суд считает возможным определить размер ущерба, причиненный истцу в результате указанного преступления, в размере рыночной стоимости жилого помещения, указанной в отчете об оценке №, в размере 4 030 000 рублей. 

В ходе рассмотрения дела ответчиком ФИО3 заявлено о том, что 

<

дата> года она перечислила в адрес истца ФИО2 денежные средства в счет частичного погашения причиненного материального ущерба в размере 300 000 рублей, в подтверждение чего представила заявление в ПАО «Сбербанк» от 

<

дата> года о денежном переводе и квитанцию к приходному ордеру от той же даты на указанную сумму (л.д. 30,31). 

Данное обстоятельство не оспаривается истцом, в связи с чем, истец уменьшил размер ущерба 4 030 000 рублей на 300 000 рублей, т.е. до 3 730 000 рублей. Указанная сумма подлежит взысканию с ФИО3 и ФИО1 солидарно, поскольку истцу причинен ущерб вследствие совместных противоправных действий ответчиков (ст. 1080 ГК РФ). Кроме того, требование о солидарном взыскании ущерба заявлено в иске, в связи с чем, оснований для взыскания денежной суммы с ответчиков в ином порядке у суда не имеется. 

ФИО3 частично исполнившая солидарную обязанность, имеет право регрессного требования к соответчику о взыскании исполненного обязательства в установленном законом порядке. 

Разрешая исковые требования ФИО2 к ответчикам ФИО3, ФИО1 в части компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей суд находит их неподлежащими удовлетворению. 

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу п. 2 ст. 1099 Гражданского кодекса РФ моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

По правовому смыслу положений ст. 151, п. 2 ст. 1099 ГК РФ перечень оснований для компенсации морального вреда является исчерпывающим. Он определен в действующих нормативно-правовых актах и подлежит взысканию только тогда, когда такая возможность прямо предусмотрена законом.

Однако, возможность взыскания компенсации морального вреда в связи с причинением потерпевшему имущественного ущерба преступлением, действующим законодательством не предусмотрена.

В связи с изложенным, суд отказывает в удовлетворении требований истца о взыскании с ответчиков компенсации морального вреда. 

В соответствии со ст. 98, ч.1 ст.103 ГПК РФ, ст.333.19 НК РФ, с ответчиков, исходя из сумм удовлетворенных исковых требований, в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина, в размере 26 850 рублей, от уплаты которой истец при подаче искового заявления был освобожден. 

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

р е ш и л :

Исковые требования ФИО2, удовлетворить частично.

Взыскать в пользу ФИО2, с ФИО3, и ФИО1 солидарно в счет возмещения материального ущерба, причиненного преступлением, 3 730 000 рублей. 

В удовлетворении исковых требований в остальной части отказать. 

Взыскать с ФИО3, и ФИО1 солидарно государственную пошлину в доход бюджета городского округа город Кострома в размере 26 850 рублей. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Костромской областной суд через Свердловский районный суд г. Костромы в течение месяца со дня принятия в окончательной форме. 

Судья Т.С. Царёва

Мотивированный текст решения изготовлен 20.11.2017.