Судья Артюшов Ф.А. Дело № 22-781/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Йошкар-Ола 15 декабря 2025 года

Верховный Суд Республики Марий Эл в составе:

председательствующего судьи Решетова А.В.,

судей Чередниченко Е.Г. и Шитовой И.М.,

при секретаре Макаровой Е.И.,

с участием прокурора - прокурора уголовно-судебного отдела прокуратуры Республики Марий Эл Плаксы В.Н.,

осуждённого ФИО1, участие которого обеспечено путём использования систем видео-конференц-связи,

защитника - адвоката Дьячковой Л.Р., представившей удостоверение № 72 и ордер № 45,

рассмотрел в открытом судебном заседании 15 декабря 2025 года уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Одинцовой Г.Н. и апелляционным жалобам осуждённого ФИО1 и адвоката Бусыгиной И.И. на приговор Йошкар-Олинского городского суда Республики Марий Эл от 14 октября 2025 года, которым

ФИО1, родившийся 

<

...>, не судимый,

осуждён по:

- ч. 1 ст. 228.1 УК РФ к лишению свободы на срок 5 лет;

- п. «б» ч. 2 ст. 228.1 УК РФ к лишению свободы на срок 7 лет;

- п. «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ к лишению свободы на срок 10 лет.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путём частичного сложения наказаний назначено окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 14 лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

По делу решены вопросы о мере пресечения осуждённому, сроке исчисления наказания, зачёте времени содержания под стражей, о процессуальных издержках и судьбе вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Чередниченко Е.Г., проверив материалы уголовного дела, выслушав мнение прокурора Плаксы В.Н., полагавшего приговор подлежащим изменению по доводам апелляционного представления и возражавшего против доводов апелляционных жалоб, объяснения осуждённого ФИО1 и выступление защитника Дьячковой Л.Р., просивших оставить апелляционное представление без удовлетворения и изменить приговор по доводам апелляционной жалобы осуждённого, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Приговором Йошкар-Олинского городского суда Республики Марий Эл от 14 октября 2025 года ФИО1 признан виновным в незаконном сбыте М.С.В. 

<

дата> по месту её жительства наркотического средства 4-хлорметкатинон (4-смс, клефедрон) неустановленной массы; в незаконном сбыте М.С.В. 

<

дата> в период с 1 часа 30 минут до 2 часов с использованием информационно телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет») наркотического средства метадон (фенадон, долофин) неустановленной массы; в незаконном сбыте М.С.В. 

<

дата> в период с 2 часов 7 минут до 2 часов 20 минут с использованием информационно телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет») наркотического средства метадон (фенадон, долофин) в значительном размере, массой не менее 0,34 грамма, при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО1 виновным себя в предъявленном обвинении признал частично, пояснив, что он не сбывал М.С.В. наркотические средства. Указал, что 

<

дата> он употребил вместе с ней и С.Р.А. мефедрон в квартире М.С.В., угостив её. 

<

дата> М.С.В. дважды забрала принадлежащее ей самой наркотическое средство метадон, которое она ранее оставила у него на хранение.

В апелляционном представлении государственный обвинитель - помощник прокурора 

<

адрес> Республики Марий Эл Одинцова Г.Н. выражает несогласие с приговором, полагая его подлежащим изменению в связи с неправильным применением уголовного закона, существенными нарушениями уголовно-процессуального закона и его несправедливостью.

Полагает, что по первому преступлению, предусмотренному ч. 1 ст. 228.1 УК РФ, суд необоснованно исключил из объёма предъявленного обвинения указание о незаконном сбыте ФИО1 наркотического средства метадон. Приводя показания осуждённого ФИО1, обращает внимание, что по заключению экспертизы № 287 от 

<

дата> на внутренней поверхности пакета с застёжкой обнаружены: 4-хлорметкатинон (4-смс, клефедрон), являющийся производным наркотического средства эфедрон, и метадон. Указывает, что по заключению экспертизы № 21-362 от 

<

дата> на денежной купюре номиналом 100 рублей обнаружен метадон в следовых количествах, а согласно акту медицинского исследования 

<

№> от 

<

дата> и показаниям специалиста Я.Г.А. в моче осуждённого обнаружен метадон. Констатирует, что по заключению экспертиз 

<

№> и 

<

№> от 

<

дата> смерть М.С.В. и С.Р.А. наступила от отравления метадоном и клефедроном. При таких обстоятельствах полагает, что факт сбыта ФИО1 М.С.В. 

<

дата> в том числе наркотического средства метадон (фенадол, долофин) является доказанным. В связи с чем просит дополнить описательно-мотивировочную часть приговора по данному эпизоду указанием о сбыте ФИО1 М.С.В. 

<

дата> наркотического средства метадон (фенадол, долофин) и усилить назначенное наказание.

Кроме того, ссылаясь на ч. 3.1 ст. 81 УПК, прокурор полагает, что приговором неверно разрешён вопрос о судьбе вещественных доказательств. Указывает, что следователем в отдельное производство выделены материалы проверки, содержащие сведения о сбыте неустановленным лицом наркотических средств ФИО1 В связи с этим полагает, что указание об уничтожении вещественных доказательств - частиц мусора с передних сидений автомобиля, пакетика с комплементарной застёжкой, содержащего наркотическое средство (метадон) подлежит исключению из приговора. Указанные вещественные доказательства, по мнению прокурора, подлежат хранению до принятия решения по выделенному уголовному делу.

В апелляционной жалобе защитник осуждённого ФИО1 - адвокат Бусыгина И.И. выражает несогласие с приговором, считая его несправедливым и чрезмерно суровым. Обращает внимание, что на стадии предварительного следствия и в ходе судебного разбирательства ФИО1 давал признательные, подробные и последовательные показания.

Приводя положения п. 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 декабря 2022 года № 37 «О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о преступлениях в сфере компьютерной информации, а также иных преступлениях, совершённых с использованием электронных или информационно- телекоммуникационных сетей, включая сеть «Интернет», считает, что по второму и третьему эпизодам подлежит исключению квалифицирующий признак «с использованием средств массовой информации либо электронных или информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»)». Обращает внимание, что под сайтом с сети «Интернет» понимается совокупность программ для компьютерных устройств и иной информации, содержащейся в информационной системе, доступ к которой обеспечивается посредством сети «Интернет» по доменным именам или по сетевым адресам, позволяющим идентифицировать такие сайты. Указывает, что ФИО1 с М.С.В. и С.Р.А. проживали в одном доме, в соседних подъездах, общался ФИО1 с М.С.В. как лично, так и путём отправки мгновенных сообщений посредством мобильного телефона. Полагает, что мгновенные сообщения не могут относиться к сайту в сети «Интернет», так как не являются совокупностью программ для компьютерных устройств и иной информации, содержащейся в информационной системе, доступ к которой обеспечивается посредством сети «Интернет» по доменным именам и (или) по сетевым адресам, позволяющим идентифицировать такие сайты.

Кроме того, указывает, что в нарушение требований ст. 6 УК РФ и п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2015 года № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», при назначении наказания суд первой инстанции не в полной мере учёл смягчающие наказание обстоятельства, отражённые в приговоре, данные о личности ФИО1, совершение им преступления впервые, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств. Просит приговор изменить, смягчить назначенное ФИО1 наказание.

В дополнительной апелляционной жалобе осуждённый ФИО1 выражает несогласие с приговором, считая его несправедливым и чрезмерно суровым. Указывает, что в ходе предварительного следствия в своих показаниях он не говорил о том, что с 

<

дата> принимал метадон, а следователь необоснованно указал это в его показаниях, чем ухудшил его положение. Сообщает, что впервые употребил метадон 

<

дата>, когда этим наркотиком его угостила М.С.В. Обращает внимание, что он, достоверно зная о присутствии мефедрона в его крови при задержании, трижды просил провести исследование крови, в чём ему необоснованно было отказано. Полагает, что таким образом органы следствия вводят суд в заблуждение, не представив правдивую информацию, ухудшают его положение.

Обращает внимание, что показания свидетеля Б.Н.А., данные в ходе предварительного следствия, о том, что он является сбытчиком наркотических средств, ничем не подтверждены, а слухи не являются доказательствами по делу.

Указывает, что свёрток с наркотическим средством массой 0,34 грамма, обнаруженный у М.С.В., он в руках не держал, его отпечатков и следов ДНК на нём не обнаружено. Сообщает, что М.С.В. сама отсыпала ему наркотическое вещество, а потом оставшуюся его часть оставила в его автомобиле, сказав, что позже заберёт, поскольку у них с С.Р.А. был конфликт по поводу употребления ею наркотических средств.

Утверждает, что сбытчиком наркотических средств не является. Обращает внимание, что денежных средств от М.С.В. и С.Р.А. он не получал. Полагает, что цель сбыта и его умысел на сбыт наркотических средств органами следствия не доказан, в связи с чем все его действия необходимо переквалифицировать на ч. 1 ст. 228 УК РФ. Просит назначить наказание, не связанное с лишением свободы.

В возражениях на апелляционную жалобу адвоката Бусыгиной И.И. государственный обвинитель - помощник прокурора 

<

адрес> Республики Марий Эл Одинцова Г.Н. выражает несогласие с доводами жалобы, считает, что приговор подлежит изменению по доводам апелляционного представления.

В судебном заседании осуждённый ФИО1 поддержал свою апелляционную жалобу. Жалобу адвоката Бусыгиной И.И. поддержал в части доводов об отсутствии квалифицирующего признака «с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»)».

Изучив материалы уголовного дела, проверив доводы апелляционных представления и жалоб, выслушав участников судебного заседания, суд апелляционной инстанции считает, что приговор в отношении ФИО1 подлежит отмене на основании п. 2 ст. 389.15 УПК РФ в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона, повлиявшим на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

Согласно ст. 389.17 УПК основаниями отмены или изменения судебного решения судом апелляционной инстанции являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые путём лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения. Основанием отмены судебного решения в любом случае является рассмотрение уголовного дела с нарушением права обвиняемого (подсудимого) пользоваться помощью защитника (п. 4 ч. 2 ст. 389.17 УПК).

По смыслу ст. 16 УПК РФ обеспечение права на защиту является одним из принципов уголовного судопроизводства, действующих во всех его стадиях.

Согласно ч. 1 ст. 16 УПК РФ подозреваемому и обвиняемому обеспечивается право на защиту, которое они могут осуществлять лично либо с помощью защитника и (или) законного представителя.

В качестве защитников, осуществляющих в установленном УПК РФ порядке защиту прав и интересов подозреваемых и обвиняемых и оказывающих им юридическую помощь при производстве по уголовному делу, по приглашению подозреваемого, обвиняемого, его законного представителя либо другого лица по поручению или с согласия подозреваемого, обвиняемого, либо по назначению дознавателя, следователя или суда, допускаются адвокаты.

По смыслу закона (ст. 49 УПК РФ) защитник (адвокат) не является участником уголовного судопроизводства, имеющим самостоятельные, независимые от подзащитного интересы. В его функции входит обеспечение подзащитного необходимой юридической помощью, выполнение его поручений, и позиции защитника и его подзащитного не могут различаться.

В соответствии с ч. 7 ст. 49 УПК РФ и п.п. 3, 4 ч. 4 ст. 6 Федерального закона от 31 мая 2002 года № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» адвокат не вправе отказаться от принятой на себя защиты подозреваемого, обвиняемого, в том числе он не может занимать по делу позицию вопреки воле доверителя, за исключением случаев, когда он убеждён в наличии самооговора доверителя, делать публичные заявления о доказанности вины доверителя, если тот её отрицает.

Судебной коллегией установлено, что в суде первой инстанции было допущено нарушение права подсудимого ФИО1 на защиту.

Из протокола судебного заседания суда первой инстанции следует, что ФИО1 вину в инкриминируемых преступлениях фактически не признал, отрицая, что сбывал наркотические средства. Пояснил, что 

<

дата> угостил М.С.В. наркотическим средством по её просьбе, употребив его вместе с ней и С.Р.А., а 

<

дата> М.С.В. забрала у него наркотические средства, которые принадлежали ей самой.

В ходе предварительного следствия ФИО1 давал аналогичные показания.

Данную позицию осуждённый ФИО1 отстаивает и в своей апелляционной жалобе на приговор, указывая о недоказанности наличия у него умысла на сбыт наркотических средств и необходимости квалификации его действий по ч. 1 ст. 228 УК РФ.

Несмотря на это, как видно из протокола судебного заседания, адвокат Бусыгина И.И., осуществлявшая защиту ФИО1 в суде первой инстанции, задавая вопросы подсудимому, неоднократно высказывалась о совершении ФИО1 сбыта наркотических средств М.С.В., с чем подсудимый вынужденно соглашался. Выступая в прениях сторон, адвокат заявила лишь о необходимости исключения из квалификации по второму и третьему эпизодам предъявленного обвинения квалифицирующего признака совершения сбыта наркотических средств с использованием электронных и информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), фактически согласившись с квалификацией действий ФИО1, предложенной органами предварительного расследования. То есть, по сути, адвокат просила признать подсудимого виновным, несмотря на фактическое отрицание им вины в совершении сбыта наркотических средств.

Указанная позиция была поддержана адвокатом Бусыгиной И.И. и в её апелляционной жалобе на приговор.

Как пояснил в заседании суда апелляционной инстанции осуждённый ФИО1, он, поддерживая выраженную в его апелляционной жалобе позицию об отсутствии у него умысла на сбыт наркотических средств М.С.В. и недоказанности обвинения в сбыте наркотических средств, не согласен с позицией адвоката Бусыгиной И.И., в связи с чем им в апелляционной жалобе было заявлено ходатайство о замене защитника.

Таким образом, адвокат в суде первой инстанции и при составлении апелляционной жалобы заняла позицию, не соответствующую позиции доверителя.

Суд апелляционной инстанции считает, что такая позиция защитника вступила в противоречие с позицией её подзащитного, оспаривающего свою виновность в совершении инкриминируемых ему преступлений.

При этом судебная коллегия принимает во внимание, что по заключению судебно-психиатрической экспертизы ФИО1 имеет нарушения психики, препятствующие самостоятельному осуществлению своего права на защиту.

Исходя из изложенного судебная коллегия приходит к выводу о нарушении права ФИО1 на защиту, поскольку в силу ст. ст. 49, 53 УПК РФ, п. 3 ч. 4 ст. 6 Федерального закона от 31 мая 2002 № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», п. 2 ч. 1 ст. 9 Кодекса профессиональной этики адвоката, адвокат не вправе занимать по делу позицию, противоположную позиции доверителя.

Вместе с тем суд первой инстанции, выслушав данную позицию защитника, которая противоречила интересам подсудимого, не принял мер к устранению возникших противоречий или к замене защитника.

В силу п. 4 ч. 2 ст. 389.17 УПК РФ и п. 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 ноября 2012 года № 26 «О применении норм уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих производство в суде апелляционной инстанции», нарушение права подсудимого на защиту является существенным, влекущим на основании ст. 389.15 УПК РФ безусловную отмену судебного приговора с передачей уголовного дела на новое судебное рассмотрение, поскольку данное нарушение не может быть устранено судом апелляционной инстанции.

При новом рассмотрении дела необходимо в соответствии с требованиями уголовного и уголовно-процессуального законов всесторонне, полно и объективно провести судебное разбирательство и принять по делу законное, обоснованное и справедливое решение.

В связи с отменой приговора по указанным основаниям суд апелляционной инстанции не рассматривает по существу доводы апелляционных представления и жалоб. Эти доводы подлежат проверке при рассмотрении уголовного дела судом первой инстанции.

Отменяя приговор в отношении ФИО1 и направляя уголовное дело на новое судебное разбирательство, в целях охраны прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства и надлежащего проведения судебного разбирательства в разумные сроки судебная коллегия считает необходимым оставить без изменения избранную в отношении ФИО1 меру пресечения в виде заключения под стражу, установив её срок на 2 месяца - до 

<

дата>.

При этом учитывая обстоятельства и тяжесть предъявленного ФИО1 обвинения в совершении двух особо тяжких и одного тяжкого преступлений в сфере незаконного оборота наркотических средств, представляющих повышенную общественную опасность, суд апелляционной инстанции исходит из совокупности данных о личности обвиняемого, который участковым уполномоченным полиции по месту жительства характеризуется отрицательно, на иждивении никого не имеет, в 2022 году находился в розыске и вновь может скрыться от суда, чем воспрепятствует судебному разбирательству. Для обеспечения рассмотрения уголовного дела в разумные сроки судебная коллегия не находит оснований для избрания в отношении ФИО1 иной более мягкой меры пресечения.

С учётом изложенного и руководствуясь ст. ст. 389.15, 389.17, 389.20, 389.22, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ОПРЕДЕЛИЛ:

Приговор Йошкар-Олинского городского суда Республики Марий Эл от 14 октября 2025 года в отношении ФИО1 отменить.

Уголовное дело в отношении ФИО1 передать на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе со стадии подготовки к судебному заседанию.

Меру пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО1 оставить без изменения, установив её срок на 2 месяца - до 

<

дата>.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном ч. 3 ст. 401.3 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции (г. Самара), путём подачи кассационной жалобы (представления) непосредственно в суд кассационной инстанции.

Обвиняемый вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: А.В. Решетов

Судьи: И.М. Шитова

Е.Г. Чередниченко