Дело № 2 - 251/2019

Решение

Именем Российской Федерации

20 июня 2019 года р.п. Мокшан

Мокшанский районный суд Пензенской области в составе председательствующего судьи Устименковой О.В., при секретаре судебного заседания Гордеевой В.В., с участием помощника прокурора прокуратуры Мокшанского района Пензенской области Маметьева К.В., истицы ФИО1, представителя истцов ФИО2, представителя ответчика ООО «Новая Изида» ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании в здании Мокшанского районного суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО4, ФИО1 к ООО «Новая Изида» о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

истцы ФИО4 и ФИО1 обратились в Мокшанский районный суд Пензенской области с исковым заявлением к ООО «Новая Изида» о взыскании компенсации морального вреда. Исковое заявление мотивированно тем, что 20.04.2018 их внук Ш.Д.С. умер от поражения техническим электричеством вследствие обрыва провода. Ш.Д.С. являлся их единственным внуком, которого они с детства воспитывали вместе с его отцом, он постоянно проживал с ними, рос на их глазах, его мама лишена родительских прав, они фактически ему ее заменили. Внук постоянно помогал им во всем по хозяйству, на приусадебном участке, так как сын постоянно находился на работе, а впоследствии вступил в другой брак. Они рассчитывали, что внук останется их надеждой и опорой в дальнейшем, что они смогут в будущем на него рассчитывать, что жизнь прожита не зря, он является продолжателем рода. Он рос на их глазах, взрослел, являлся частью их жизни, без которой они сейчас практически не представляют для себя смысла. Гибелью внука Ш.Д.С. нравственные страдания выразились в форме переживаний по поводу его смерти, понимания того, что у истцов практически отсутствует опора и поддержка, они лишены возможности рассчитывать на его заботу и опору в дальнейшем, на его помощь. По факту происшествия было возбуждено уголовное дело. В настоящее время расследование данного уголовного дела прекращено за отсутствием состава преступления в действиях должностных лиц ООО «Новая Изида», на балансе которого находилась линия электропередач и на территории которой произошел разрыв проводов. Руководствуясь статьями 1079, 151, 1100, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, свои нравственные страдания по поводу утраты внука истцы оценивают каждый в 1000000 рублей. Истцы ФИО1 и ФИО4 просят суд взыскать в их пользу с ООО «Новая Изида» в качестве компенсации морального вреда деньги в сумме по 1000000 рублей в пользу каждого.

Истица ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержала, просила суд их удовлетворить по указанным в иске основаниям. Пояснила, что они с мужем растили внука почти с самого рождения, он был для них как сын, во всем им помогал по хозяйству, по характеру парень был очень добрый, отзывчивый, помогал материально. Он занимался спортом, собирался в армию. Для них смерть внука стала невосполнимой утратой и трагедией. 

Истец ФИО4 в судебное заседание не явился, просил дело рассмотреть без его участия.

Представитель истца ФИО2 исковые требования поддержала в полном объеме, просила их удовлетворить. Суду пояснила, что ответчик ООО «Новая Изида» является владельцем источника повышенной опасности, им не были соблюдены требования безопасной эксплуатации ЛЭП, в результате чего произошел обрыв проводов. Истцы, которые приходятся дедушкой и бабушкой умершего, являются близкими родственниками, Ш.Д.С. находился на их воспитании, они обеспечивали его всем необходимым, любили очень внука, у них были теплые отношения, независимо от того, как он характеризовался со стороны школы, Денис был для них единственным, любимым и не похожим на других. Они перенесли боль, внутренние переживания по поводу гибели внука. 

Представитель ООО «Новая Изида» ФИО3 просил в иске отказать. Суду пояснил, что истцами не доказан факт причинения им физических и нравственных страданий в связи со смертью Ш.Д.С. Согласно характеристике ученика МБОУ СОШ № 2 имени Малышкина покойный воспитывался в неблагополучной семье, воспитанием его никто особо не занимался, в связи с чем, Денис еще в младших классах начал курить и постоянно пропускал уроки без уважительных причин, совершал в школе неприглядные поступки и никогда не признавался в содеянном, состоял на внутришкольном учете, а в девятом классе совершил кражу и был поставлен на учет в детскую комнату милиции. Данное обстоятельство, по мнению ответчика, свидетельствует о том, что воспитанием покойного Ш.Д.С. истцы особо не занимались, покойный фактически был предоставлен сам себе, что, по мнению ответчика, также является основанием для отказа в иске. Вина ответчика, а также причинно-следственная связь между действиями (бездействием) ООО «Новая Изида» и сотрудников ООО «Новая Изида» в смерти внука истцов отсутствуют. Общество и его сотрудники не имели возможность установить и выявить имеющийся производственный дефект оборвавшегося провода и предупредить трагическую гибель внука истцов, что исключает в данном случае возможность взыскания с ООО «Новая Изида» компенсации морального вреда в связи со смертью Ш.Д.С. Вместе с этим, учитывая, что ответчику неизвестно содержание будущего решения суда по настоящему делу, в случае, если суд посчитает возможным в этой ситуации исковые требования удовлетворить, вышеуказанные обстоятельства являются, по мнению ответчика, существенным основанием для снижения судом суммы компенсации морального вреда, заявленной в иске, с 1000000 рублей до 50000 рублей в пользу каждого из истцов. ООО «Новая Изида», несмотря на отсутствие вины и причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ООО «Новая Изида» и сотрудников ООО «Новая Изида» в смерти внука истцов во внесудебном порядке в июне 2018 года выплатило отцу погибшего (сыну истцов) компенсацию морального вреда в размере 450000 рублей. Таким образом, даже в случае, если бы ООО «Новая Изида» было виновно в смерти внука истцов, общество в любом случае уже урегулировало вопрос компенсации морального вреда во внесудебном порядке с отцом погибшего, который был признан потерпевшим в рамках уголовного дела. ООО «Новая Изида» обращает внимание суда на то обстоятельство, что действия истцов по обращению в суд с вышеуказанным иском для попытки фактически повторного получения семьей погибшего от ООО «Новая Изида» денежных средств в счет компенсации морального вреда свидетельствуют о злоупотреблении истцами своими процессуальными правами, так как сын истцов уже получил от ответчика 450000 рублей (помимо того, что ООО «Новая Изида» добровольно в полном объеме оплатило все расходы на похороны Ш.Д.С.). Визуальный осмотр воздушной линии электропередачи ВЛ 10000 кВ Парижская, обрыв которой привел к смерти внука истцов, производился сотрудниками ООО «Новая Изида» визуально в четком соответствии с положениями действующего законодательства. В связи с этим, учитывая надлежащее обследование и эксплуатацию линии электропередачи со стороны ООО «Новая Изида», в ходе которых было невозможно выявить производственный дефект провода, поэтому обрыв указанного провода, приведший к смерти внука истцов, произошел вследствие непреодолимой силы по независящим от ООО «Новая Изида» причинам, вследствие чего ООО «Новая Изида» не обязано возмещать истцам какой-либо вред.

Свидетель Свидетель 1 суду показала, что она проживает в соседях с истцами. Погибшего мальчика знает с ранних лет, он воспитывался на ее глазах с дедушкой ФИО4 и бабушкой ФИО1, которые фактически его вырастили, поскольку отец развелся с его мамой и женился снова, стал проживать с другой семьей, а Денис жил с истцами. Они любили его, отношения в семье были хорошие, сам мальчик очень трудолюбивый, заботливый. Истцы до сих пор очень переживают смерть внука, для них это тяжелая потеря.

Свидетель Свидетель 2 суду показала, что погибший Ш.Д.С. воспитывался в семье истцов, постоянно с ними проживал, они для него были как родители. Мальчик хороший, доброжелательный, истцы очень переживают потерю внука, он для них как сын. Семью Ш-ных характеризует как обыкновенную и нормальную. Истец ФИО4 около 4 лет не проживает с ФИО1, но часто приезжал к внуку.

Заслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими частичному удовлетворению, допросив свидетелей, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, 20 апреля 2018 года погиб Ш.Д.С., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, о чем составлена запись акта о смерти № 130 от 24.04.2018 территориальным отделом ЗАГС 

<

адрес> Управления ЗАГС 

<

адрес>.

ФИО1 и ФИО4 является бабушкой и дедушкой погибшего Ш.Д.С., что подтверждается свидетельствами об установлении отцовства, о рождении Ш.Д.С., о заключении брака.

Как следует из домовой книги, истцы ФИО1, ФИО4 и погибший Ш.Д.С. были зарегистрированы и проживали по адресу: р.

<

адрес>.

Каждый человек имеет право на жизнь, на свободу и на личную неприкосновенность (статья 3 Всеобщей декларации прав человека).

Право на жизнь и охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите; Российская Федерация является социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь человека (статьи 2 и 7, часть 1 статьи 20, статья 41 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

Семейная жизнь, в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека, охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

При определении круга лиц, относящихся к близким, следует руководствоваться положениями статьи 14 Семейного кодекса Российской Федерации, согласно которым близкими родственниками являются родственники по прямой восходящей и нисходящей линии (родители и дети, дедушки, бабушки и внуки), полнородные и неполнородные (имеющие общих отца или мать) братья и сестры.

В соответствии с пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь, здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Пунктом 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с данным кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В силу статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В абзаце втором пункта 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что моральный вред может заключаться, в частности, в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (пункт 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).

Как разъяснено в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», с учетом того, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. Вместе с тем при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В силу статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Как разъяснено в п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 г. дата № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», по смыслу статьи 1079 ГК РФ, источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами.

Под «владельцем источника повышенной опасности» следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности) (п. 19 Постановления).

Исходя из указанных норм закона, ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в данном случае источником электрической энергии, возлагается на владельца соответствующих электрических сетей.

Как установлено решением Мокшанского районного суда Пензенской области от 17 апреля 2019 года, вступившим в законную силу 21 мая 2019 года, согласно акту № 28 от 06 февраля 2013 года разграничения балансовой принадлежности электросетей и эксплуатационной ответственности сторон, заключенному между ОАО «МРСК Волги»-«ПензаЭнерго», из которого следует граница балансовой принадлежности сетей определена по данным бухгалтерского учета и устанавливается на контактных соединениях линейного провода с отпаечным проводом на опоре № 133 ВЛ-10кВ Сельхохтехникумовская, контактных соединений линейного провода с отпаечным проводом на опоре № 280 ВЛ-10кВ Парижская, для ООО «Новая Изида» от шлейфа в строну ТП-35 от опоры № 133 Вл-10 КВ Сельхозтехникумовская и опоры № 280 ВЛ-10 кВ Парижская. Как установлено в рамках расследования уголовного дела, несчастный случай со смертельным исходом произошел в опасной зоне действующей воздушной линии электропередачи Вл-10 кВ переменного тока, находящейся в ведении и на балансе ООО «Новая Изида», которая смонтирована в виде 3-х неизолированных вертикально расположенных проводов, прикрепленных штыревыми изоляторами с крюками к двум угловым деревянным опорам. Разрыв нижнего фазного провода произошел между угловыми опорами в середине промежуточного пролета длиной 62 м, расположенного между пролетом, связанным с опорой № 280 и пролетом, связанным с ТП-35. При эксплуатации ВЛ-10кВ были допущены нарушения требований технического состояния и правил безопасной эксплуатации электрических сетей, находящихся в ведении ООО «Новая Изида» (заключение эксперта № 240 от 17.09.2018).

Таким образом, ООО «Новая Изида» обязано нести ответственность за безопасную эксплуатацию высоковольтной линии от шлейфа в строну ТП-35 от опоры № 133 Вл-10 КВ Сельхозтехникумовская и опоры № 280 ВЛ-10 кВ Парижская. Ответчиком не представлено суду доказательств того, что в соответствии со статьёй 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред возник вследствие непреодолимой силы либо умысла потерпевшего. 

Отсутствие причинно - следственной связи для наступления уголовной ответственности не могут освобождать ответчика от гражданско-правовой ответственности. Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Это отличает вину в гражданском праве, когда виновность лица, причинившего вред, предполагается изначально и оно должно доказать отсутствие своей вины (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации), от вины в уголовном судопроизводстве, когда обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда, обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность (статья 49 Конституции Российской Федерации, статья 14 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Презумпция вины в гражданском праве предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Таким образом, в соответствии с нормами материального права, подлежащими применению к спорным отношениям сторон (статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации), именно ответчик должен доказать отсутствие своей вины в создании условий, при которых был причинен вред жизни Ш.Д.С.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что ответчиком были допущены нарушения требований технического состояния и правила безопасной эксплуатации электрических сетей, находящихся в ведении ООО «Новая Изида», поэтому ответственность за надлежащее состояние, эксплуатацию и обслуживание данной линии электропередач и за причиненный вред возлагается на ООО «Новая Изида» как владельца высоковольтной линии, от контакта с которой последовала гибель Ш.Д.С. Доказательств наличия обстоятельств, освобождающих ООО «Новая Изида» от ответственности по компенсации морального вреда, ответчиком суду не представлено.

Близкие родственники лица, смерть которого наступила от источника повышенной опасности, вправе требовать от его владельца компенсации морального вреда за причиненные им нравственные и физические страдания.

Как установлено судом, умерший Ш.Д.С. с раннего возраста проживал в семье истцов, воспитывался ими, ходил в школу, затем стал работать. Истцы и погибший проживали одной семьей, в семье отношения были хорошие, доброжелательные, поэтому сам факт причинения нравственных страданий, вызванных смертью близкого родственника не подлежит доказыванию, страдания истцов ФИО1 и ФИО4 носят неоспоримый характер ввиду невосполнимой утраты близкого им человека, поэтому сама гибель Ш.Д.С. является для его бабушки и дедушки необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право на родственные и семейные связи, что свидетельствует о причинении истцам нравственных страданий и является основанием компенсации морального вреда.

Суд, в пределах предоставленной ему законом свободы усмотрения, при определении размера компенсации морального вреда, с учетом установленных по делу обстоятельств, степени вины ответчика, его действий по оказанию отцу погибшего материальной помощи в размере 100000 рублей, а также компенсации морального вреда в размере 450000 рублей, отсутствие вины потерпевшего и его молодой возраст, а также конкретные обстоятельства дела, в частности, степень родства истцов с погибшим, характер и степень причиненных ФИО1 и ФИО4 глубоких нравственных и моральных страданий, вызванных невосполнимой утраты близкого человека - внука, которого они воспитывали с раннего возраста, сильную душевную боль, связанную с трагической гибелью своего внука, считает, что размер компенсации морального вреда в сумме по 100000 рублей в пользу каждого истца будет наиболее полно соответствовать принципу разумности и справедливости. 

Добровольная компенсация морального вреда ООО «Новая Изида» в пользу отца умершего Ш.Д.С. в размере 450000 рублей, не может является основанием для освобождения ответчика от гражданско-правовой ответственности по возмещению морального вреда другим близким родственникам, в том числе истцам по настоящему делу.

Не может быть принята во внимание ссылка ответчика на отрицательную характеристику погибшего со стороны школы, поскольку это не умаляет права истцов на получение от ответчика компенсации морального вреда. 

В силу статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

В соответствии с подпунктом 3 пункта 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, а также мировыми судьями, освобождаются истцы - по искам о возмещении вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья, а также смертью кормильца.

Согласно подпункту 3 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче искового заявления имущественного характера, не подлежащего оценке, а также искового заявления неимущественного характера государственная пошлина физическим лицом уплачивается в размере 300 рублей.

Поскольку истцы ФИО1 и ФИО4 от уплаты государственной пошлины в силу подпунктом 3 пункта 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации освобождены, государственная пошлина в размере 600 рублей подлежит взысканию с ответчика ООО «Новая Изида».

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО4, ФИО1 к ООО «Новая Изида» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «Новая Изида» в пользу ФИО4 в счет компенсации морального вреда денежные средства в размере 100000 (сто тысяч) рублей. 

Взыскать с ООО «Новая Изида» в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда денежные средства в размере 100000 (сто тысяч) рублей. 

Взыскать с ООО «Новая Изида» в доход муниципального образования Мокшанский район Пензенской области государственную пошлину в размере 600 (шестьсот) рублей.

В остальной части в удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Пензенский областной суд через Мокшанский районный суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья О.В. Устименкова

Мотивированное решение составлено 21.06.2019.

Судья О.В. Устименкова