Судья Исаев Р.А.

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№к-1088/2020

<

дата> г. Махачкала

Верховный Суд Республики Дагестан в составе: председательствующего судьи Колуба А.А.; при секретаре судебного заседания Гаджиевой Л.М., с участием прокурора Кислицкой А.С., подсудимых ФИО4, ФИО1 и ФИО2 с использованием систем видеоконференц-связи (далее – ВКС) защитников – адвокатов Курбанова К.А., Гимбатова Р.Ш., Абдуллаева Э.М., Бакриева Б.А. и Абдуллаева Ш.М. рассмотрел в открытом судебном заседании материал по апелляционной жалобе защитника Курбанова на постановление Ленинского районного суда г. Махачкалы от 

<

дата> о продлении меры пресечения в виде заключения под стражу 

ФИО4, родившемуся 

<

дата> 

<

адрес> ССР, несудимому, обвиняемому в совершении пяти преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, и преступлений, предусмотренных пп. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1, ч. 3 ст. 30 и пп. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1, ч. 3 ст. 30 и п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ,

ФИО1, родившемуся 

<

дата> в с. К.

<

адрес>а Дагестанской АССР, несудимому, обвиняемому в совершении четырех преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, и преступлений, предусмотренных пп. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1, ч. 3 ст. 30 и пп. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ,

и

ФИО2, 

родившемуся 

<

дата> в г. Махачкале, несудимому, обвиняемому в совершении пяти преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, и преступлений, предусмотренных пп. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1, ч. 3 ст. 30 и пп. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ,

каждому, срока содержания под стражей на 3 месяца, до 

<

дата> включительно.

Заслушав после доклада председательствующего выступления подсудимых и защитников, поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора, полагавшего жалобу подлежащей удовлетворению, а постановление – отмене, суд

у с т а н о в и л :

в производстве Ленинского районного суда г. Махачкалы находится уголовное дело в отношении ФИО4, ФИО1 и ФИО2 

По поступлении дела в суд избранная им мера пресечения в виде заключения под стражу оставлена без изменения и продлена до 

<

дата> включительно.

<

дата> суд принял решение об оставлении подсудимым действующей меры пресечения без изменения и продлении ее на 3 месяца, т.е. до 

<

дата> включительно.

В апелляционной защитник Курбанов в интересах ФИО4 выражает несогласие с постановлением, отмечая, что в судебном заседании председательствующий в связи с болезнью отсутствовал. Заседание суд проводил через мобильное приложение «ВатцАп», при этом судью видно не было, как и не было сообщено, где судья находится, а также не ясно, уходил ли судья в совещательную комнату. Согласие на возможность рассмотрения вопроса в таком порядке от всех участников судопроизводства не получено. 

Это обстоятельство, по мнению защитника, указывает на заинтересованность судьи в исходе дела и является основанием для отмены постановления с освобождением подсудимых из-под стражи.

Изучив материал, суд приходит к следующему.

Согласно ч. 2 ст. 1 УПК РФ порядок уголовного судопроизводства, установленный УПК РФ, является обязательным для судов, а также иных участников уголовного судопроизводства.

Регламент судебного заседания (ч. 1 ст. 257 УПК РФ) определяет, что при входе судей все присутствующие в зале судебного заседания встают.

Положения уголовно-процессуального закона (ч. 6 ст. 35, ч. 4 ст. 240, ч. 6.1 ст. 241, ст. 278.1, 293, ч. 2 ст. 389.12, ч. 2 ст. 399 УПК РФ) предоставляют суду в ряде случаев использовать системы ВКС с целью обеспечения участия в судебном заседании участников уголовного судопроизводства (обвиняемого, подсудимого, осужденного, свидетеля, потерпевшего). 

Вместе с тем возможность участия в судебном заседании судьи путем использования систем ВКС, т.е. в условиях непосредственного отсутствия судьи в месте проведения судебного заседания, закон не предусматривает.

Более того, нахождение председательствующего в месте проведения судебного заседания не сводится лишь к его простому участию, поскольку ч. 1 ст. 243 УПК РФ устанавливает, что председательствующий именно руководит судебным заседанием.

В свою очередь, уголовно-процессуальный закон норм, позволяющих председательствующему руководить судебным заседанием путем использования систем ВКС, не содержит.

Как видно из выписки из протокола судебного заседания, 

<

дата> при рассмотрении вопроса о мере пресечения подсудимым председательствующий, находясь на удаленном доступе, в режиме видеосвязи сообщил сторонам о своем положительном тесте на «КОВИД-19», в связи с чем он поставил на обсуждение вопрос о возможности проведения заседания при удаленном доступе председательствующего. Защитник Курбанов против этого возразил, ссылаясь на нахождение председательствующего на больничном. Иные участники судопроизводства (все подсудимые, защитники Гибматов и ФИО13) поддержали Курбанова, защитник Бакриев разрешение вопроса оставил на усмотрение суда, государственный обвинитель считал возможным рассмотрение вопроса в таком порядке. Суд, ссылаясь на угрозу распространения новой коронавирусной инфекции и упомянутого теста у председательствующего, принял решение о проведении заседания в режиме видеосвязи при удаленном доступе председательствующего, после чего разрешил вопрос по существу (л.м. 172-173 т. 3).

В силу ст. 255, ч. 2 ст. 256 и ч. 1 ст. 298 УПК РФ решение о продлении меры пресечения принимается судом в совещательной комнате. Во время принятия решения в этой комнате могут находиться лишь судьи, входящие в состав суда по данному конкретному делу.

Из выписки из протокола судебного заседания усматривается, что для вынесения решения председательствующий удалился в совещательную комнату, по возвращении из которой огласил принятое постановление.

Однако в условиях того, что председательствующий непосредственно в зале судебного заседания не находился, а проводил заседание при его удаленном доступе, возможность у сторон убедиться в соблюдении судом упомянутых выше норм о принятии судом решения в совещательной комнате в отсутствие посторонних лиц объективно отсутствовала, на что обоснованно обращается внимание в апелляционной жалобе.

Кроме того, согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации в п. 30 постановления от 

<

дата> № «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий» (далее – постановление Пленума) суд вправе рассмотреть вопрос о продлении срока содержания под стражей в отношении нескольких подсудимых в одном судебном заседании при условии индивидуального исследования обстоятельств, имеющих значение для принятия решения о мере пресечения. В описательно-мотивировочной части постановления, вынесенного в отношении нескольких подсудимых, следует излагать мотивы принятого решения в отношении каждого из них. В резолютивной части такого постановления необходимо указывать срок, на который продлено содержание под стражей, и дату его окончания в отношении каждого лица.

Соответственно, считает Верховный Суд Республики Дагестан, критерию законности судебного решения постановление по результатам рассмотрения вопроса о продлении срока содержания под стражей двум и более обвиняемым может отвечать при соблюдении в т.ч. приведенного выше разъяснения постановления Пленума высшего судебного органа по уголовным делам, подсудным судам общей юрисдикции.

Между тем из постановления суда следует, что в таковом содержатся выводы о продлении срока содержания ФИО4, ФИО1 и ФИО2 одновременно, без учета индивидуальных особенностей каждого.

При таких обстоятельствах постановление требованиям законности отвечать не может и в соответствии с ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ подлежит отмене, а апелляционная жалоба в этой части – удовлетворению.

Приходя к такому выводу, Верховный Суд Республики Дагестан отмечает, что сторона защиты не ставит под сомнение наличие у председательствующего в суде первой инстанции на момент разрешения вопроса о мере пресечения положительного теста на «КОВИД-19». Это обстоятельство с учетом общеизвестных мер, принимаемых в указанный период в целях противодействия распространению новой коронавирусной инфекции, в т.ч. ответственности за их несоблюдение, объективно исключало возможность председательствующего лично присутствовать в судебном заседании.

Вместе с тем суд второй инстанции полагает, что в данном конкретном случае председательствующему следовало передать материалы находящегося у него в производстве уголовного дела (либо необходимые выделенные материалы из этого дела) другому судье этого же суда для разрешения исключительно вопроса о мере пресечения подсудимым. Однако этого председательствующим сделано не было.

В силу того, что допущенное нарушение может быть устранено при рассмотрении материала в настоящем апелляционном порядке, Верховный Суд Республики Дагестан полагает необходимым принять новое судебное решение по рассмотренному вопросу в отношении всех присутствующих подсудимых, что не ухудшает их положение.

В соответствии с подп. «с» п. 1 ст. 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, ст. 9 Международного пакта о гражданских и политических правах от 

<

дата> и ч. 1 ст. 22 Конституции Российской Федерации каждый человек имеет право на свободу и личную неприкосновенность. 

Согласно ч. 3 ст. 255 УПК РФ суд, в производстве которого находится уголовное дело, по истечении 6 месяцев со дня поступления уголовного дела в суд вправе продлить срок содержания подсудимого под стражей. При этом продление срока содержания под стражей допускается только по уголовным делам о тяжких и особо тяжких преступлениях и каждый раз не более чем на 3 месяца.

Из материала видно, что ФИО4 обвиняется в совершении 8 особо тяжких преступлений, ФИО1 – 6 особо тяжких преступлений, ФИО2 – 7 особо тяжких преступлений.

Тяжесть предъявленного обвинения, исходя из правовых позиций Европейского суда по правам человека (постановления от 

<

дата> по делу «Александр Шевченко против России», от 

<

дата> по делу «Федорин против Российской Федерации» и от 

<

дата> по делу «Андрей Смирнов против России») и разъяснений в абз. 2 п. 5 постановления Пленума, а также вероятность назначения безальтернативного наказания в виде лишения свободы, по мнению суда апелляционной инстанции, свидетельствует о том, что, будучи на свободе, подсудимые могут скрыться от суда, продолжить заниматься преступной деятельностью и иным путем воспрепятствовать судебному разбирательству.

Обоснованность разумного подозрения подсудимых в совершении вмененных преступлений подтверждается в отношении каждого из них копиями протоколов допросов ФИО4, ФИО1 и ФИО2 в качестве подозреваемых от 

<

дата>, дополнительного допроса обвиняемого ФИО4 в качестве обвиняемого от 

<

дата>, а также обвинительного заключения, утвержденного 

<

дата> прокурором.

В качестве данных о личности суд учитывает в отношении:

ФИО4 – наличие постоянных мест регистрации и жительства, супруги, двух 

<

.> детей и одного малолетнего ребенка, непривлечение ранее к уголовной ответственности, положительные характеристики с мест жительства и работы, ненахождение на учетах в диспансерах;

ФИО1 – наличие постоянных мест регистрации и жительства, супруги и пятерых малолетних детей, отсутствие судимости, положительную характеристику с места жительства и ненахождение на учетах в диспансерах;

ФИО2 – наличие постоянных мест регистрации и жительства, супруги и двоих малолетних детей, отсутствие судимости, положительную характеристику с места жительства и ненахождение на учетах в диспансерах.

Вместе с тем эти данные о личностях подсудимых, по мнению суда, достаточными для устранения существующей угрозы в случае изменения им меры на не связанную с содержанием под стражей (домашний арест, запрет определенных действий, залог и другие менее строгие), вопреки мнению в апелляционной жалобе об обратном, не являются.

Каких-либо сведений о заболеваниях, препятствующих содержанию подсудимых под стражей, не имеется.

Исходя из ч. 1 ст. 110 УПК РФ мера пресечения отменяется или изменяется на более мягкую, когда изменяются основания для ее избрания, предусмотренные ст. 97 и 99 УПК РФ. В то же время сведений о наличии таковых суд не усматривает.

При таких обстоятельствах суд считает, что сохранение в силе на данном этапе судопроизводства действующей меры пресечения подсудимым является оправданным и пропорциональным достижению целей уголовного судопроизводства, в т.ч. защиты государственных интересов, что, несмотря на презумпцию невиновности, имеет превалирующее значение по отношению к требованию уважения права каждого на свободу и личную неприкосновенность.

Как следствие, Верховный Суд Республики Дагестан приходит к заключению о необходимости продления срока содержания каждого подсудимого под стражей до 3 месяцев, т.е. с 26 мая до 

<

дата> включительно.

Довод защитника Бакриева о том, что угроза распространения новой коронавирусной инфекции представляет угрозу подсудимым при их нахождении в следственном изоляторе, суд находит несостоятельным. Каких-либо сведений о наличии соответствующего заболевания по месту пребывания подсудимых, помещенных в изолятор до ухудшения санитарно-эпидемиологической обстановки, не имеется.

Руководствуясь ст. 389.9, 389.13, п. 2 ст. 389.15, ч. 1 ст. 389.17, ч. 1 ст. 389.19, п. 6 ч. 1 ст. 389.20, ст. 389.23, чч. 1, 3 и 4 ст. 389.28 и чч. 1, 2 ст. 389.33 УПК РФ, Верховный Суд Республики Дагестан

п о с т а н о в и л :

апелляционную жалобу защитника Курбанова К.А. удовлетворить частично.

Постановление Ленинского районного суда г. Махачкалы от 

<

дата> в отношении ФИО4, ФИО1 и ФИО3 отменить.

Принять по материалу новое решение.

Меру пресечения в виде заключения под стражу продлить:

ФИО4 – на 3 (три) месяца, т.е. с 26 мая до 

<

дата> включительно;

ФИО1 – на 3 (три) месяца, т.е. с 26 мая до 

<

дата> включительно;

ФИО2 – на 3 (три) месяца, т.е. с 26 мая до 

<

дата> включительно.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, установленном гл. 47.1 УПК РФ. В случае кассационного обжалования подсудимые вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении материала судом кассационной инстанции.

Председательствующий: