Дело № 

Р Е Ш Е Н И Е

 

Именем Российской Федерации

17 сентября 2020 года 

<

адрес>

Приокский районный суд 

<

адрес> в составе

председательствующего судьи Бадояна С.А., при секретаре Аникиной Я.О.,

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2, представителя ответчика ГБУЗ 

<

адрес> «Наркологическая больница» - ФИО3, представителя ответчика главного врача ФИО4 - ФИО5, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ГБУЗНаркологическая больница, главному врачу ГБУЗ 

<

адрес> «Наркологическая больница» ФИО4, зав.диспансерного отделения о признании незаконной, недействительной, необоснованной постановки истца на диспансерный учет; признании отсутствующим истца под диспансерным наблюдением, признании отсутствия оснований для такой постановки (наблюдения); признании таковых не породившими соответствующих правовых последствий; признании незаконными, недействительными заявлений истца от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ о согласии с постановкой на диспансерный учет и о снятии с диспансерного учета, а также не породившими правовых последствий и не подлежащими применению; признании недействительной, необоснованной, незаконной медицинской карты амбулаторного больного, признании ее составленной с нарушениями требований, предъявляемых к данному виду медицинской документации, и не подлежащей применению; признании необоснованными, незаконными действий ответчиков по постановке истца на диспансерный учет на основании предварительного диагноза, поставленного без соблюдения диагностических правил и требований клинических рекомендаций и без совершения действий по установлению окончательного (заключительного, основного) диагноза, а также без соблюдения порядка постановки на диспансерное наблюдение (без решения врачебной комиссии); признании действий, связанных с обработкой данных истца, их сбор, запись, систематизацию, накопление, хранение незаконными; аннулировании сведений из общей электронной базы данных информационно-аналитической медицинской системы о нахождении истца на диспансерном учете; признании отсутствия оснований для состояния истца на диспансерном учете (под диспансерным наблюдением) на момент вынесения судебного решения; признании незаконным понуждения встать на повторное диспансерное наблюдение, признании права на управление транспортными средствами,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 первоначально обратился в Приокский районный суд 

<

адрес> с административным исковым заявлением к ГБУЗ 

<

адрес> «Наркологическая больница», главному врачу ГБУЗ 

<

адрес> «Наркологическая больница» ФИО4, заведующему диспансерным отделением № ГБУЗ НО «Наркологическая больница» Кооп Г.В., в котором просил признать незаконным (необоснованным) постановку его на диспансерное наблюдение в ГБУЗ НО «Наркологическая больница», признать незаконным понуждение должностными лицами ФИО4 и Кооп Г.В. его, ФИО1, встать на повторное диспансерное наблюдение в ГБУЗ НО «Наркологическая больница», признать за ним право на управление транспортными средствами.

Свои требования истец ФИО1 мотивировал тем, что в 2018 году в связи с окончанием срока действия водительского удостоверения он решил обратиться в организацию, имеющую необходимую лицензию, о проведении медицинского осмотра для подтверждения права на управление транспортным средством. ДД.ММ.ГГГГ он заключил договор на оказание платных медицинских услуг с медицинским центром «Эксперт НН». Исполнитель обязался оказать медицинские услуги (проведение врачебной комиссии, доп. осмотр для СДЕ категорий) и выдать справку установленного образца о пригодности к управлению транспортным средством. Осмотр нарколога и психиатра он должен был пройти в диспансерном отделении № ГБУЗ 

<

адрес> «Наркологическая больница».

При обращении к наркологу-психиатру диспансерного отделения №, расположенного по адресу 

<

адрес>, истцу выдали направления на медицинские анализы (флюорографию, анализ крови и др.), а также провели внешний осмотр. Противопоказания по медицинским данным к управлению транспортным средством не были установлены. Однако пригодность к управлению транспортными средствами врач нарколог-психиатр и заведующий диспансерным отделением не подтвердили, сославшись, что с марта 2005 года он стоит под диспансерным наблюдением с диагнозом «Синдром зависимости от алкоголя, средняя стадия, периодическое употребление». Справку об этом ему выдали ДД.ММ.ГГГГ за подписью врача нарколога-психиатра ФИО6

Полученное сообщение было неожиданным, так как он мог управлять транспортными средствами с 2008 года. Это подтверждается водительским удостоверением, полученным на основании медицинского заключения врачей той же Наркологической больницы. Кроме того, истец имел право на охранную деятельность (право на ношение оружия). Фактически под диспансерным наблюдением ФИО1 не находился, за медицинской помощью не обращался из-за отсутствия указанного выше заболевания.

Согласно международной классификации болезней синдром зависимости - это начальная стадия в условиях исключающих употребление алкоголя.

Как известно, диспансерному учету и динамическому наблюдению в амбулаторных наркологических учреждениях здравоохранения подлежат лица, которым установлен диагноз «Хронический алкоголизм».

Истец посчитал, что его права нарушаются, и обратился за юридической помощью.

Вместе с тем, он вспомнил, что в марте (в праздничные дни) ДД.ММ.ГГГГ года уснул на остановке. Кто-то вызвал машину скорой помощи, и его отвезли в ГБУЗ 

<

адрес> «Наркологическая больница». Там он пробыл несколько часов, после чего его отправили в больницу № 

<

адрес>, поскольку было обнаружено обморожение конечностей. Таким образом, для него медицинская карта не могла быть тогда заведена. 

В больнице № ему оказали необходимое лечение и хирургическую помощь, что подтверждается справкой №.

Таким образом, болезненное состояние в результате гипотермии было необоснованно оценено как проявление синдрома зависимости от алкоголя. То, что он испытывал сильную боль и претерпевал восстановление температуры тела до нормы, оказалось неучтенным, более того, медицинская помощь выхода из данного состояния ему не была оказана.

Как известно, предварительный диагноз наркологического расстройства устанавливается в течение нескольких суток с момента поступления гражданина на основании данных клинического обследования, результатов лабораторных исследований. Основной диагноз наркологического расстройства устанавливается в течение 3-7 суток с момента поступления пациента на основании данных клинического обследования, результатов инструментальных и лабораторных исследований, динамического наблюдения.

Таким образом, диагноз «Синдром зависимости от алкоголя, средняя стадия, периодическое употребление» не был установлен достоверно, поскольку не был подтвержден надлежащим образом в установленном законом порядке, не было учтено болезненное состояние, вызванное гипотермией. Это дает основание утверждать, что диагноз «Синдром зависимости от алкоголя, средняя стадия, периодическое употребление», который был ему приписан, является необоснованным, а значит, не окончательным. Врач нарколог-психиатр не смог отдифференцировать диагноз «Хронический алкоголизм» от других состояний.

В ДД.ММ.ГГГГ году был нарушен порядок постановки ФИО1 на диспансерный учет, установленный ст. 27 Закона РФ от 02.07.1992 г. №3185-1 «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании». В нарушение требований законодательства в указанной области медицины решение о снятии истца с диспансерного наблюдения не было принято своевременно. В нарушение его прав при оказании первичной медицинской помощи он незаконно (необоснованно) был поставлен на диспансерное наблюдение.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратился с заявлением в ГБУЗ 

<

адрес> «Наркологическая больница», в котором указал, что не употребляет алкоголь и, следовательно, не страдает алкогольной зависимостью, а диагноз «Синдром зависимости от алкоголя» не был подтвержден методом общего обследования и профилактического наблюдения.

Согласно Приказу Минздрава СССР от 12.10.1988 г. №704 «О сроках диспансерного наблюдения больных алкоголизмом, наркоманиями и токсикоманиями», а также Инструкции «О порядке диспансерного учета больных хроническим алкоголизмом, наркоманиями, токсикоманиями и профилактического наблюдения лиц, злоупотребляющих алкоголем...» динамическому учету и динамическому наблюдению подлежат больные хроническим алкоголизмом. За лицами, обратившимися за наркологической помощью самостоятельно, у которых употребление алкоголем не сопровождается клиническими проявлениями заболевания, должно организовываться профилактическое наблюдение. Диспансерный учет осуществляется по месту жительства.

Диагноз может быть установлен только врачом психиатром-наркологом в соответствии с принципами деонтологии и строгим соблюдением действующего законодательства в области медицины. В отдельных случаях диагноз наркологического заболевания может быть установлен при обследовании и лечении в психиатрических (психоневрологических) учреждениях. Однако окончательное решение вопроса о необходимости диспансерного учета (диспансерного, профилактического наблюдения) должно приниматься участковым врачом психиатром-наркологом по месту жительства.

Таким образом, в отношении ФИО1 диагноз о якобы имеющемся заболевании и решение о постановке под диспансерное наблюдение принималось единолично врачом наркологической больницы без проведения необходимого обследования и наблюдения за изменением состояния, что не соответствовало требованиям указанных выше правовых норм. Лицо, которому не было проведено диспансерное наблюдение в течение года, подлежало снятию с диспансерного учета в силу указанных выше правовых норм.

В настоящее время действует Приказ Минздрава России от 30.12.2015 года №1034. Согласно п.2 Порядка диспансерного наблюдения диспансерное наблюдение предусматривает собой динамическое наблюдение, в том числе необходимое обследование, за состоянием здоровья пациентов в целях своевременного выявления предупреждения осложнений, обострения заболевания, иных патологических состояний, их профилактики, осуществления лечения и медицинской реабилитации указанных лиц, а также подтверждения наличия стойкой ремиссии заболевания.

Следовательно, если заболевания нет, предварительный диагноз ошибочный, то подтверждать наличие стойкого выздоровления абсурдно. Понуждение к постановке на диспансерное наблюдение является незаконным.

Согласно п. 5 диспансерное наблюдение организовывается при наличии информационного добровольного согласия в письменной форме.

В ДД.ММ.ГГГГ году добровольного согласия в письменной форме на проведение диспансерного наблюдения ФИО1 не давал.

Таким образом, оснований для организации в отношении истца диспансерного наблюдения не имелось. Никакого лечения ему не назначалось.

Истец обратился к должностному лицу - главному врачу ГБУЗ 

<

адрес> «Наркологическая больница» ФИО4 о снятии с диспансерного наблюдения (об исключении записи), поскольку фактически не находился под диспансерным наблюдением в течение более 1 года (более 13 лет), лечение ему не назначалось и медицинская помощь не оказывалась.

Однако врачебная комиссия потребовала у истца личное заявление о снятии с диспансерного учета. Как оказалось, это основание снятия с диспансерного наблюдения повлекло нарушение права на медицинское освидетельствование и получение заключения о пригодности к управлению транспортным средством.

В ответе на заявление ФИО1 было указано, что на ДД.ММ.ГГГГ стойкая ремиссия (выздоровление) не подтверждена и для получения подтвержденной стойкой ремиссии в течение трех лет диспансерное наблюдение не проводилось.

Чтобы подтвердить отсутствие зависимости от алкоголя, истец стал собирать доказательства и обратился с заявлением повторно.

Истец представил характеристику участкового отдела полиции №6 Приокского района 

<

адрес> (по месту жительства), а также справку из Главного министерства внутренних дел России по 

<

адрес> о не привлечении за указанный период к административному наказанию за распитие спиртных напитков.

Должностные лица ГБУЗ 

<

адрес> «Наркологическая больница» должны были снять истца с диспансерного учета (прекратить диспансерное наблюдение) без его заявления о снятии на основании п.12 указанного выше Приказа Минздрава России от 30.12.2015 года.

Согласно п. 12 прекращение диспансерного наблюдения принимается, если медицинская организация не могла в течение 1 года обеспечить осмотр больного несмотря на все принимаемые меры.

Однако они применили п. 13 названного Приказа, когда основанием для принятия решения о прекращении диспансерного наблюдения является непосредственно отказ пациента.

Повторно должностные лица наркологической больницы отказали ему в проведении медицинского наркологического освидетельствования (осмотра) для допуска к управлению автотранспортными средствами.

Чтобы скрыть свои действия, повлекшие нарушение прав истца при оказании медицинской помощи и проведении осмотра, его стали понуждать подписать информированное согласие на проведение диспансерного наблюдения в течение трех лет, то есть вновь встать на учет, чтобы подтвердить приписанный ему ранее необоснованный диагноз.

Он осознал ситуацию, в которой оказался и свою зависимость от изначально необоснованного диагноза, а также от неправомерных действий (бездействия) должностных лиц, повлекших нарушение его прав при подтверждении права на управление транспортными средствами.

В диспансерном отделении №, расположенном в 

<

адрес>, нарколог-психиатр осмотрел истца и направил на анализ крови. Однако медицинское заключение о допуске к управлению автотранспортными средствами ему не дали. От ответа на заявление о причине отказа или задержки совершения необходимых действий должностное лицо - заведующий диспансерным отделением Кооп Г.В. уклонился.

Таким образом, в нарушение закона должностные лица ГБУЗ 

<

адрес> «Наркологическая больница» пытались закрепить за ФИО1 положение больного человека, страдающего алкогольной зависимостью, которому необходимо пройти ремиссию. Они отказали истцу в медицинском освидетельствовании (в подтверждении права на управление транспортным средством), хотя имеют необходимую квалификацию и могут отличить состояние здорового человека от больного в соответствии с требованиями Квалификационных характеристик к специальности «врач нарколог-психиатр». Решение должно приниматься с учетом состояния здоровья гражданина и утвержденным перечнем медицинских, психиатрических (наркологических) противопоказаний.

Согласно п. 3 ст. 5 Закона РФ от 02.07.1992 года №3185-1 «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» ограничение прав и свобод граждан, страдающих психическими (наркологическими) расстройствами только на основании диагноза, фактов нахождения под диспансерным наблюдением или лечением в наркологическом учреждении не допускается. Должностные лица, виновные в подобных нарушениях несут ответственность в соответствии с законодательством РФ.

Требование возобновить диспансерное наблюдение у нарколога еще в течение трех лет при отсутствии в течение более 13 лет данных об употреблении алкоголя и других психоактивных веществ является незаконным. Действия (бездействие) должностных лиц повлекло нарушение прав истца в спорном правоотношении, унижают честь и достоинство, стали препятствием в реализации права на управление транспортным средством, и могут повлечь невозможность реализовать другие права как человека и гражданина.

Согласно приложению №1 к Приказу Минздрава РФ от 31.12.2002 года №420 причинами прекращения диспансерного наблюдения являются: выздоровление (значительное и стойкое улучшение); снятие диагноза наркологического заболевания; отсутствие необходимых сведений в течение длительного времени для находящихся под диспансерным наблюдением; для находящихся на консультативном учете наблюдение прекращается, если больной не обращается за помощью в течение одного года.

Согласно ч.1 ст. 218 Кодекса административного судопроизводства РФ, ч. 1 ст. 47 Закона №3185-1 действия медицинских работников, врачебных комиссий, ущемляющие права и законные интересы граждан, могут быть обжалованы непосредственно в суд (т.1 л.д. 4-8).

В ходе рассмотрения дела ДД.ММ.ГГГГ административный истец подал заявление об изменении административного иска в порядке ст. 46 КАС РФ, согласно которому поддержал ранее заявленные требования и в дополнение к ним просил признать медицинскую карту амбулаторного больного ФИО1 без учетного номера с дополнительными записями, не подтвержденными подписью врача, недействительной и незаконной; аннулировать сведения из общей электронной базы данных информационно-аналитической системы о нахождении ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на диспансерном учете; взыскать с ГБУЗ 

<

адрес> «Наркологическая больница» компенсацию морального вреда в размере 300 000 руб.

В обоснование исковых требований ФИО1 дополнительно к ранее изложенному указал, что в связи с нервными переживаниями, оказанием некачественной медицинской помощи, повлекшей необоснованную постановку на диспансерное наблюдение и вред здоровью, а также с невозможностью устроиться на работу водителем ему причинен моральный вред, который он оценивает в 300 000 руб.

Относительно записей, имеющихся в его медицинской карте стационарного больного № от ДД.ММ.ГГГГ, истец указывает следующее: в карте отсутствует запись о принятии решения о постановке его на диспансерное наблюдение (диспансерный учет); в карту внесены дополнительные записи (поправки); медицинский анализ на содержание алкоголя отсутствует, то есть не проводился; карта имеет вкладыш «Направление» без номера за подписью ФИО7, а также пояснения о его состоянии. Однако врач его не осматривала и в 4 утра, конечно, не согласовывала с Кооп Г.В. о направлении его из больницы № в Наркологическую больницу; в карте имеется вкладыш листа о его госпитализации без даты, за подписью неизвестного ему лица, то есть не лечащего врача.

Относительно записей в представленной на его имя медицинской карте амбулаторного больного без учетного номера истец заявляет следующее.

Амбулаторная карта не соответствует установленной форме, утвержденной приказом Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ №, в нарушение установленного порядка ведения учетной медицинской документации карта не имеет учетного номера.

Учетная медицинская документация введена приказом Минздрава НО от ДД.ММ.ГГГГ №.

Записи в карте не позволяют проверить обоснованность и достоверность выводов об ухудшении состояния его здоровья и необходимости продолжения диспансерного наблюдения.

Согласно п.1 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье относятся к нематериальным благам. Конституция РФ гарантирует их защиту.

Ст. 151 ГК РФ предусматривает компенсацию морального вреда, если незаконными действиями (бездействием) нарушаются личные неимущественные права, а также в других случая, предусмотренных законом.

Согласно ст. 152 ГК РФ гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь и достоинство сведений.

Поскольку оказание медицинской помощи проводилось с существенным нарушением закона, то медицинскую карту амбулаторного больного без учетного номера, оформленную на имя истца, следует признать незаконной (т.1 л.д. 150-156).

Вышеуказанное заявление об изменении административного иска в порядке ст. 46 КАС РФ принято к производству суда частично, а именно в части требований о признании медицинской карты амбулаторного больного ФИО1 без учетного номера с дополнительными записями, не подтвержденными подписью врача, недействительной и незаконной; аннулировании сведений из общей электронной базы данных информационно-аналитической системы о нахождении ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на диспансерном учете. В части требования о взыскании с ГБУЗ 

<

адрес> «Наркологическая больница» компенсации морального вреда в размере 300 000 руб. в принятии к производству заявления отказано в виду несоответствия требования положениям ст. 46 КАС РФ (протокол судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ т.1 л.д. 173 оборот).

В своем заявлении об уточнении исковых требований от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 дополнительно указывает, что вследствие полученных сведений благодаря проведенной по делу экспертизе выявляется: оснований для постановки ФИО1 на диспансерное наблюдение у нарколога в 2005 году в связи с отсутствием достоверного наркологического анамнеза не имелось. Далее экспертом описывается, что с 2007 года основание для постановки имелось с письменного согласия ФИО1, однако такового истец не предоставлял. Далее со ссылкой на нормативный акт 2015 года (что применимо к обстоятельствам после 2015 года) эксперт констатирует: основанием для снятия с диспансерного наблюдения может быть письменное заявление пациента. ДД.ММ.ГГГГ был снят по личному заявлению (данное обстоятельство является спорным вследствие того, что А) изначального законного постановления на учет не имелось, Б) данное заявление «подано» вопреки правильной и объективной оценки правовых последствий с его стороны и противоречит его воле (порок воли)).

Существо спора направлено на незаконность «стояния» на учете, что автоматически влечет препятствия в реализации гражданских прав, а именно законодательный запрет на допуск к осуществлению деятельности, связанной с источником повышенной опасности, а именно к управлению ТС.

Исходя из существа спора и исполнимости потенциального решения с целью защиты нарушенных прав для истца выявляется необходимым с точки зрения материально-правового интереса: устранение препятствий в прохождении освидетельствования как «часть» признания годности к управлению ТС, а именно «часть» в виде отказа ответчика отразить «ГОДНОСТЬ к управлению ТС» по причине исключительно факта состояния на диспансерном наблюдении с марта 2005 года, что в качестве «начала» обусловлено справкой от ДД.ММ.ГГГГ, а в последующем «усугублено» посредством незаконного убеждения в написании заявления от ДД.ММ.ГГГГ о снятии с диспансерного наблюдения.

Фактом такого снятия с учета для истца возникли непредсказуемые на момент написания заявления правовые последствия, связанные с отсутствием «якобы» наступившей стойкой ремиссии.

Однако, согласно текста заявления от ДД.ММ.ГГГГ, когда истец осознавал отсутствие заболевания, понимал, что неправильно (незаконно) состоял на каком-то учете, на который его поставили незаконно и без его ведома и при отсутствии медицинских и иных правовых оснований, счел, что таким заявлением для него прекращаются препятствия для реализации гражданских прав.

Согласно текста данного заявления истинная воля истца была направлена на устранение состояния на диспансерном учете (наблюдении) в корне, свершенного изначально как незаконное действо.

Данное заявление не связано с согласием на некогда состоявшуюся постановку, не связано с осознанностью (пониманием) законности изначального состояния на таком учете, не связано с желанием быть снятым с него именно в таком порядке, когда впредь невозможно из-за «законности» (что отрицается) состояния на учете - подтвердить стойкую ремиссию при отсутствии наблюдения.

То есть желание и воля истца при подаче заявления от ДД.ММ.ГГГГ связаны с требованием о безоговорочном и безусловном снятии с учета как совершенного незаконно.

Формально с точки зрения законодательства такое заявление воспринято ответчиками как воля истца на «простое» снятие с учета после законного состояния на нем, что категорически не верно интерпретировано и воля истца не была направлена на такие правовые последствия, как при таком формальном подходе.

Надлежит толковать данное заявление как требование о восстановлении нарушений, допущенных в отношении истца ранее.

Данное обстоятельство, оцененное экспертом с формальной точки зрения, как воспринимается в соответствии с законодательством, стало одной из причин неверного истолкования обстоятельств, и счесть такое заявление соответствующим его формальной сути не допустимо.

Истец считает, что породить «снятие» с учета данное заявление не могло, и это не является законным.

Косвенным и прямым подтверждением этому обстоятельству являются заявления истца от ДД.ММ.ГГГГ, где он правильно формулирует свое отношение и требования - незаконность и необоснованность состояния на учете с 2005 года; от ДД.ММ.ГГГГ, где недвусмысленно истец отрицает законность состояния на учете с 2005 года, ответ на заявление от ответчиков, датированный ДД.ММ.ГГГГ, которым констатируется якобы законность состояния на учете с 2005 года.

Истец также оценивает свое заявление о постановке на учет от ДД.ММ.ГГГГ с аналогичными доводами по отношению к заявлению от ДД.ММ.ГГГГ, т.к. «формально» для истца было важно подтвердить пригодность и истец не осознавал, что такой формальный подход влечет последствия, которые препятствуют истцу в реализации прав.

По существу заявление от ДД.ММ.ГГГГ, заявление от ДД.ММ.ГГГГ являются «недействительными» с точки зрения оценки по аналогии со ст. ст. 178 и 179 ГК РФ, когда истец заблуждался относительно природы и существа заявления, в т.ч. в ракурсе правовых последствий и оснований, а также, будучи подвергнутым «убеждениям» со стороны сотрудников ответчика, счел, что достаточно подать заявления и «проблема» для истца будет исчерпана и он будет признан пригодным к управлению ТС, что свидетельствует о признаках гражданско-правового обмана (как признак ст. 179 ГК РФ).

Истец считает, что данные заявления подлежат признанию недействительными и/или не породившими правовых последствий, и не подлежат применению в прямом смысле.

Учитывая изложенное, истец считает важным заметить, что для ответчиков формально он состоит на учете с 2005 года, основание постановки на учет в 2005 году признаны экспертизой необоснованными, иных оснований для постановки его на учет не имелось как с медицинской точки зрения, так и с формальной точки зрения.

В случае «устранения» законности постановки на учет в 2005 году (если судом признается незаконным постановка на учет в 2005 году) для истца потенциальным препятствием может оказаться формально имеющиеся, но недействительные (составленные и поданные с пороком воли) заявления о постановке в 2018 году и снятии с учета в 2018 году, что истец намерен устранить путем признания их недействительными.

Вследствие такой логической цепи выявляется, что истец не должен и не состоит на учете на настоящий момент, что автоматически исключает необходимость подтверждения/опровержения наличия или отсутствия ремиссии.

На основании изложенного, истец уточнил предмет иска, изложив просительную часть искового заявления в следующей редакции:

1) признать постановку истца на диспансерное наблюдение с марта ДД.ММ.ГГГГ года незаконной, недействительной, необоснованной в ГБУЗ 

<

адрес> «Наркологическая больница»; признать отсутствующим истца состоящим на диспансерном учете; признать отсутствующими основания для такой постановки на диспансерный учет (наблюдение), признать таковое не породившим соответствующие правовые последствия;

2) признать незаконными, недействительными заявления истца от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ о согласии с постановкой на диспансерный учет и о снятии с диспансерного учета, а также не породившими правовых последствий и не подлежащими применению;

4) признать медицинскую карту амбулаторного больного б/н ГБУЗ 

<

адрес> «Наркологическая больница» на имя ФИО1 с дополнительными записями по ее содержанию (тексту), не подтвержденными подписью (-ями) врача (-ей), недействительной, незаконной, необоснованной; признать ее составленной с нарушениями требований, предъявляемых к данному виду медицинской документации, признать ее не подлежащей применению;

5) аннулировать сведения из общей электронной базы данных информационно-аналитической медицинской системы о нахождении истца с ДД.ММ.ГГГГ на диспансерном учете;

6) взыскать с ГБУЗ 

<

адрес> «Наркологическая больница» компенсацию морального вреда в размере 300 000 руб. (т.2 л.д. 87-90).

Указанное заявление истца принято к производству суда частично за исключением требования шестого пункта о компенсации морального вреда в связи с несоответствием данного требования положениям ст. 46 КАС РФ (протокол судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ том 2 л.д. 94).

ДД.ММ.ГГГГ судом принято определение о переходе к рассмотрению настоящего дела в порядке гражданского судопроизводства, судом определен круг лиц, участвующих в деле: ФИО1 - истец, ГБУЗ 

<

адрес> «Наркологическая больница», ФИО4, Кооп Г.В. - ответчики, Управление МВД России по 

<

адрес> - третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований, прокурор Приокского района 

<

адрес> привлечен для дачи заключения по делу (т.2 л.д. 165-167).

В последующем истец неоднократно уточнял свои исковые требования в порядке ст. 39 ГПК РФ и в окончательной их редакции просит суд:

1. признать постановку ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ на диспансерный учет диспансерного отделения ГБУЗ 

<

адрес> «Наркологическая больница» незаконной, недействительной, необоснованной; признать отсутствующим истца под диспансерным наблюдением, признать отсутствующими основания для такой постановки (наблюдения); признать таковые не породившими соответствующих правовых последствий;

2. признать незаконными, недействительными заявления истца от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ о согласии с постановкой на диспансерный учет и о снятии с диспансерного учета, а также не породившими правовых последствий и не подлежащими применению;

3. признать медицинскую карту ГБУЗ 

<

адрес> «Наркологическая больница» амбулаторного больного без учетного номера на имя ФИО1, имеющую неполноту содержания и заполнения граф, с записями, не подтвержденными подписями врача (врачей) недействительной, необоснованной, незаконной; признать ее составленной с нарушениями требований, предъявляемых к данному виду медицинской документации; признать ее не подлежащей применению;

4. признать необоснованными, незаконными действия ответчиков по постановке истца на диспансерный учет ДД.ММ.ГГГГ на основании предварительного диагноза, поставленного без соблюдения диагностических правил и требований клинических рекомендаций и без совершения действий по установлению окончательного (заключительного, основного) диагноза, а также без соблюдения порядка постановки на диспансерное наблюдение (постановка без решения врачебной комиссии);

5. признать действия, связанные с обработкой данных истца, их сбор, запись, систематизацию, накопление, хранение незаконными, аннулировать сведения из общей электронной базы данных информационно-аналитической медицинской системы о нахождении истца с ДД.ММ.ГГГГ на диспансерном учете;

6. признать отсутствующими основания для состояния истца на диспансерном учете (под диспансерным наблюдением) на момент вынесения судебного решения;

7. признать незаконным понуждение должностными лицами ФИО4 и Кооп Г.В. его, ФИО1, встать на повторное диспансерное наблюдение в ГБУЗ 

<

адрес> «Наркологическая больница»;

8. признать за ФИО1 право на управление транспортными средствами.

В судебном заседании истец ФИО1, его представитель ФИО2, действующий по ордеру (т.1 л.д. 169), исковые требования поддержали.

Ответчики ФИО4, Кооп Г.В. в суд не явились, о времени и месте рассмотрения дела были извещены в установленном порядке.

Представитель ответчика ГБУЗ 

<

адрес> «Наркологическая больница» ФИО3, действующая по доверенности, представитель ответчика ФИО4 - ФИО5, действующий по доверенности, в удовлетворении исковых требований просили отказать.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований, Управление МВД РФ по городу 

<

адрес> явку представителя не обеспечило, о времени и месте рассмотрения дела было извещено в установленном порядке.

Прокурор Приокского района 

<

адрес> для дачи заключения по делу в суд не явился, о времени и месте рассмотрения дела был извещен.

По правилам ст. 167 ГПК РФ судом дело рассмотрено в отсутствие неявившихся участников процесса.

Заслушав истца и его представителя, представителей ответчиков, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Хронический алкоголизм, наркомания, токсикомания являются заболеваниями, подпадающими под действие Закона РФ от 02 июля 1992 года N 3185-1 "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании" (Международная классификация болезней десятого пересмотра МКБ-10, приказ Министерства здравоохранения РФ от 31 декабря 2002 года N 420 "Об утверждении форм первичной медицинской документации для психиатрических и наркологических учреждений").

Согласно статье 26 Закона РФ "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании" от 02.02.1992 № 3185-1, в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений, (1) Амбулаторная психиатрическая помощь лицу, страдающему психическим расстройством, в зависимости от медицинских показаний оказывается в виде консультативно-лечебной помощи или диспансерного наблюдения.

(2) Консультативно-лечебная помощь оказывается врачом-психиатром при самостоятельном обращении лица, страдающего психическим расстройством, по его просьбе или с его согласия, а в отношении несовершеннолетнего в возрасте до 15 лет - по просьбе или с согласия его родителей либо иного законного представителя.

(3) Диспансерное наблюдение может устанавливаться независимо от согласия лица, страдающего психическим расстройством, или его законного представителя в случаях, предусмотренных частью первой статьи 27 настоящего Закона, и предполагает наблюдение за состоянием психического здоровья лица путем регулярных осмотров врачом-психиатром и оказание ему необходимой медицинской и социальной помощи.

Согласно статье 27 Закона РФ "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании" от 02.02.1992 № 3185-1 (1) Диспансерное наблюдение может устанавливаться за лицом, страдающим хроническим и затяжным психическим расстройством с тяжелыми стойкими или часто обостряющимися болезненными проявлениями.

(2) Решение вопроса о необходимости установления диспансерного наблюдения и о его прекращении принимается комиссией врачей-психиатров, назначаемой администрацией психиатрического учреждения, оказывающего амбулаторную психиатрическую помощь, или комиссией врачей-психиатров, назначаемой органом управления здравоохранением субъекта Российской Федерации.

(3) Мотивированное решение комиссии врачей-психиатров оформляется записью в медицинской документации. Решение об установлении или прекращении диспансерного наблюдения может быть обжаловано в порядке, установленном разделом VI настоящего Закона.

(4) Установленное ранее диспансерное наблюдение прекращается при выздоровлении или значительном и стойком улучшении психического состояния лица. После прекращения диспансерного наблюдения амбулаторная психиатрическая помощь по просьбе или с согласия лица либо по просьбе или с согласия его законного представителя оказывается в консультативно-лечебном виде. При изменении психического состояния лицо, страдающее психическим расстройством, может быть освидетельствовано без его согласия или без согласия его законного представителя по основаниям и в порядке, предусмотренным частью четвертой статьи 23,статьями 24 и 25 настоящего Закона. Диспансерное наблюдение может быть возобновлено в таких случаях по решению комиссии врачей-психиатров.

Согласно ст. 47 Закона РФ "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании" от 02.02.1992 N 3185-1 (1) Действия медицинских работников, иных специалистов, работников социального обеспечения и образования, врачебных комиссий, ущемляющие права и законные интересы граждан при оказании им психиатрической помощи, могут быть обжалованы по выбору лица, приносящего жалобу, непосредственно в суд, а также в вышестоящий орган (вышестоящему должностному лицу) или прокурору.

Согласно пункту 1 Инструкции о порядке диспансерного учета больных хроническим алкоголизмом, наркоманиями, токсикоманиями и профилактического наблюдения лиц, злоупотребляющих алкоголем, замеченных в немедицинском потреблении наркотических и других одурманивающих средств без клинических проявлений заболевания, утвержденной приказом Минздрава СССР от 12 сентября 1988 года N 704 "О сроках диспансерного наблюдения больных алкоголизмом, наркоманиями и токсикоманиями", действовавшей до декабря 2018 года, диспансерному учету и динамическому наблюдению в амбулаторных наркологических учреждениях (подразделениях) подлежат все лица, которым установлены диагнозы: хронический алкоголизм, наркомания, токсикомания. Исключение составляют лица, обращающиеся за наркологической помощью в кабинеты (отделения) для анонимного лечения больных алкоголизмом и хозрасчетные наркологические амбулатории (кабинеты).

На всех наркологических больных и лиц группы риска в установленном порядке заполняется медицинская карта амбулаторного наркологического больного (ф. N 025-5/у-88) и контрольная карта диспансерного наблюдения за психически больным (ф. N 030-1/у). Диспансерный учет больных хроническим алкоголизмом, наркоманиями, токсикоманиями и профилактическое наблюдение лиц группы риска осуществляются по месту жительства, в территориальных наркологических учреждениях (подразделениях). Диагноз наркологического заболевания может быть установлен как в амбулаторных, так и в стационарных условиях только врачом психиатром-наркологом в соответствии с принципами деонтологии и строгим соблюдением действующих документов Минздрава СССР 

<

*> (В сложных и сомнительных случаях диагноз заболевания целесообразно устанавливать врачебно-консультативной комиссией наркологического учреждения).

В отдельных случаях диагноз наркологического заболевания может быть установлен при обследовании и лечении в психиатрических (психоневрологических) учреждениях, однако, окончательное решение вопроса о необходимости диспансерного учета (профилактического наблюдения) в данных случаях принимается участковым врачом психиатром-наркологом по месту жительства больного (лица группы риска) по получении соответствующих материалов и при необходимости после дополнительного обследования.

Согласно п. 2 указанной Инструкции за время диспансерного учета больные должны получить квалифицированную медицинскую помощь, обеспечивающую состояние длительной ремиссии. В случае выполнения больным всех назначений лечащего врача, соблюдения сроков явок в наркологические учреждения (подразделения) и наступления после лечения стойкой, объективно подтвержденной ремиссии устанавливаются следующие сроки диспансерного учета:

а) больных хроническим алкоголизмом - 3 года;

б) больных наркоманиями и токсикоманиями - 5 лет.

Снятие с диспансерного учета производится по следующим причинам:

- стойкая ремиссия (выздоровление);

- изменение постоянного места жительства с выездом за пределы обслуживаемой наркологическим учреждением (подразделением) территории, в том числе в связи с передачей под диспансерное наблюдение в другое наркологическое учреждение (подразделение);

- осуждение с лишением свободы на срок свыше 1 года;

- направление в лечебно-трудовой профилакторий МВД СССР (для больных наркоманиями);

- в связи со смертью.

Снятие с учета в связи со стойкой ремиссией (по выздоровлению) производится на основании заключения врачебно-консультативной комиссии учреждения, в котором наблюдался больной. В остальных случаях заключение о снятии с учета составляется лечащим врачом больного на основании официальных сообщений соответствующих органов или учреждений, при этом заключение о снятии подписывается руководителем лечебно-профилактического учреждения, в котором наблюдался больной.

Судом установлено, что в целях получения заключения врача психиатра-нарколога о годности к управлению транспортными средствами ФИО1 обратился в ГБУЗ 

<

адрес> «Наркологическая больница», где ДД.ММ.ГГГГ ему была выдана справка о том, что он состоит под диспансерным наблюдением в ГБУЗ 

<

адрес> «Наркологическая больница» с марта ДД.ММ.ГГГГ года с диагнозом «Синдром зависимости от алкоголя, средняя стадия, периодическое употребление» (т.1 л.д. 10).

Согласно записи, содержащейся в медицинской карте амбулаторного больного, ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был взят под диспансерное наблюдение по эпикризу из Наркологической больницы с диагнозом «Синдром отмены алкоголя с делирием и судорожными припадками» (F 10.41).

Как следует из медицинской карты стационарного больного ГБУЗ 

<

адрес> «Наркологическая больница» ФИО1 доставлен ДД.ММ.ГГГГ в 04.15 час. в Городскую больницу № 35 (в состоянии алкогольного опьянения уснул на улице, отморозил себе дистальные отделы конечностей). При осмотре дезориентирован в месте и времени (находится дома). Со слов дежурной мед. сестры: больной был возбужден, периодически выходил на улицу, порывался убежать, жаловался на плохой сон, у больного зрительные галлюцинации устрашающего характера, было дано направление в ГБУЗ 

<

адрес> «Наркологическая больница», куда ФИО1 был доставлен каретой скорой помощи ДД.ММ.ГГГГ в 13.15 час., при первичном осмотре его состояние оценивалось как тяжелое, поставлен диагноз «алкогольное абстинентное состояние с делирием с судорожными припадками».

ДД.ММ.ГГГГ после оказания медицинской помощи ФИО1 был возвращен в больницу №35 по экстренным показаниям в связи с отморожением стоп и кистей, необходимостью оказания ему хирургической помощи, выписан с диагнозом «алкогольное абстинентное состояние с делирием с судорожными припадками» под наблюдение участкового нарколога.

Таким образом, основанием для постановки ФИО1 под диспансерное наблюдение послужил диагнозом «алкогольное абстинентное состояние с делирием и судорожными припадками», установленный при оказании ему медицинской помощи в стационарных условиях.

В целях проверки обоснованности поставленного диагноза по ходатайству истца в ходе рассмотрения настоящего дела судом назначалась психиатрическая, а затем повторная психиатрическая экспертизы.

Согласно заключению судебно-психиатрической комиссии экспертов ГБУЗ 

<

адрес> «

<

адрес> областная психоневрологическая больница №1 им. П.П. Кащенко» ФИО1 по состоянию на март ДД.ММ.ГГГГ года выявлял признаки наркологического расстройства в форме синдрома зависимости от алкоголя средней стадии, о чем свидетельствуют данные медицинской документации: эпикриз из наркологической больницы о том, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 проходил лечение в наркологической больнице с диагнозом «алкогольное абстинентное состояние с делирием и судорожными припадками» (в состоянии алкогольного опьянения уснул на улице, отморозил себе дистальные отделы конечностей, доставлен с улицы в ГБ № 35, где у него и отмечалось неадекватное поведение, что трактовалось как алкогольный психоз, в связи с чем переведен в наркологическую больницу). ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был возвращен в хирургическую больницу вынуждено по экстренным показаниям в связи с отморожением стоп и кистей. О том, что подэкспертный в алкогольном опьянении отморозил стопы и кисти говорит запись хирурга по месту жительства от 29.03.2005 года (см. амбулаторную карту), который наблюдал подэкспертного после выписки из больницы № 5 за нарушение режима. Как следует из описания поведения подэкспертного при доставке его в ГБ № 35 и при последующей госпитализации в НБ ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1 описана характерная клиническая картина алкогольного психоза. О том, что подэкспертный уже на март 2005 года выявлял «синдром зависимости от алкоголя», свидетельствует запись нарколога от ДД.ММ.ГГГГ при прохождении подэкспертным лечения в инфекционной больнице № 2, где сказано, что злоупотребляет алкоголем 5 лет, неадекватность поведения подэкспертного в больнице № 35 в ДД.ММ.ГГГГ году подтверждает мать подэкспертного. В данной консультации отмечается тревожность подэкспертного, затрудненный контакт, некритичность к состоянию. Кроме того, при той же госпитализации подэкспертному выставляют гепатит токсического генеза, а именно - алкогольного. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 взят под диспансерное наблюдение по результатам пришедшего в диспансерное отделение эпикриза из стационара ГБУЗ 

<

адрес> «НБ» с установленным диагнозом синдрома зависимости от алкоголя. ДД.ММ.ГГГГ подэкспертный по личному заявлению был снят с диспансерного наблюдения. Решить вопрос «страдает ли подэкспертный в настоящее время синдромом зависимости от алкоголя?» не представляется возможным, так как подэкспертный не прошел очное освидетельствование и снят с диспансерного наблюдения. Необходимо отметить, что врач-нарколог, врач-психиатр имеет право единолично выставить диагноз психического (наркологического) расстройства (согласно МКБ 10, «синдром зависимости от алкоголя» относится к классу 5 «психические и поведенческие расстройства», диагностика которых входит в профессиональную компетенцию врача-психиатра, врача-нарколога). Указанное право дает ему диплом о высшем медицинском образовании, сертификат психиатра (нарколога) и гарантировано ч. 2 ст. 20 Закона РФ «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании». Минимального срока постановки диагноза не существует. ФИО1 на март ДД.ММ.ГГГГ года подлежал постановке на диспансерный учет, как лицо, которому был установлен диагноз синдрома зависимости от алкоголя в стационарных условиях. В 2008 году при обращении подэкспертного в ГБУЗ 

<

адрес> «НБ», диспансерное наблюдение ему было продлено с разъяснениями правил обращения к наркологу. После 2008 года до 2018 года ФИО1 не являлся к наркологу по месту жительства, явился только ДД.ММ.ГГГГ, вновь был поставлен на учет, о чем дал согласие. Решением ВК от ДД.ММ.ГГГГ снят с учета. Решить вопрос «нуждается ли он в диспансерном наблюдении у нарколога на текущий период?» не представляется возможным, так как нет очного осмотра подэкспертного. На настоящий момент ФИО1 снят с диспансерного учета у нарколога. На настоящий период (июль 2020 года) нельзя решить вопрос «имеется ли у подэкспертного стойкая ремиссия по поводу алкогольной зависимости?» так как нет объективных данных, нет очного осмотра. Также нельзя решить на настоящий момент «имеются ли у ФИО1 иные противопоказания, которые препятствуют ему осуществлять деятельность, связанную с источником повышенной опасности, т.е. управлять транспортным средством?», так как необходимо очное освидетельствование подэкспертного (с учетом имеющейся соматической и эндокринологической патологии, описания подэспертного в представленных медицинских документах, нельзя исключить наличие у него психического расстройства).

Из изложенного суд приходит к выводу, что согласно положениям Инструкции о порядке диспансерного учета больных хроническим алкоголизмом, наркоманиями, токсикоманиями и профилактического наблюдения лиц, злоупотребляющих алкоголем, замеченных в немедицинском потреблении наркотических и других одурманивающих средств без клинических проявлений заболевания, утвержденной приказом Минздрава СССР от 12 сентября 1988 года N 704 "О сроках диспансерного наблюдения больных алкоголизмом, наркоманиями и токсикоманиями", ФИО1 подлежал диспансерному учету и динамическому наблюдению в амбулаторных наркологических учреждениях в связи с установленным ему диагнозом - синдром зависимости от алкоголя средней стадии.

Допустимых доказательств, опровергающих установленный истцу диагноз либо подтверждающих отсутствие у него данного заболевания, суду не представлено, доводы истца о необходимости для установления диспансерного наблюдения комиссионного заключения врачей-психиатров не имеют правового значения, поскольку сама по себе постановка на диспансерный учет и динамическое наблюдение при наличии соответствующего заболевания не может рассматриваться как нарушение прав и законных интересов истца, продиктована необходимостью оказания медицинской помощи истцу с учетом специфики заболевания, при этом действовавшее на 2005 год законодательство не предусматривало необходимости получения согласия больного для постановки его на диспансерный учет.

Как следует из последующей записи медицинской карты амбулаторного больного ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ он был на приеме у врача нарколога для получения допуска к управлению автотранспортом. В результате осмотра поставлен диагноз синдром зависимости от алкоголя средняя стадия, ремиссия более 3 лет (F 10.202), дан допуск к управлению автотранспортом, диспансерное наблюдение продолжить в течение года, явка 15-ДД.ММ.ГГГГ для динамического контроля и продолжения лечения.

Согласно пункту 3 Инструкции о порядке диспансерного учета больных хроническим алкоголизмом, наркоманиями, токсикоманиями и профилактического наблюдения лиц, злоупотребляющих алкоголем, замеченных в немедицинском потреблении наркотических и других одурманивающих средств без клинических проявлений заболевания, утвержденной приказом Минздрава СССР от 12 сентября 1988 года N 704 "О сроках диспансерного наблюдения больных алкоголизмом, наркоманиями и токсикоманиями", осмотры наркологических больных и лиц группы риска необходимы для осуществления контроля за состоянием больного в процессе динамического наблюдения, проведения лечения и профилактических мер медицинского характера. При этом осмотром наркологических больных или лиц группы риска может считаться только личный контакт с пациентами участкового врача психиатра-нарколога, участковой медсестры, фельдшера наркопункта, фельдшера (медсестры) социальной помощи, сопровождающийся обследованием, лечебным воздействием или назначением медикаментозных средств.

ФИО1 от явки в ГБУЗ 

<

адрес> «Наркологическая больница» для осмотра, динамического контроля и продолжения лечения уклонился, о чем свидетельствует отсутствие в амбулаторной карте записей вплоть до ДД.ММ.ГГГГ, обратное истцом не доказано, в связи с чем он продолжал находится на диспансерном учете (наблюдении).

В следующий раз ФИО1 обратился на прием к врачу наркологу только ДД.ММ.ГГГГ в связи со сменой водительских прав, в результате проведенного осмотра ему поставлен диагноз - синдром зависимости от алкоголя, средняя стадия, периодическое употребление (F 10.262), от ФИО1 получено информированное согласие на диспансерное наблюдение, из которого следует, что ФИО1 врачом психиатром наркологом ознакомлен с диагнозом наркологического заболевания, уведомлен врачом психиатром наркологом о постановке на диспансерный учет (наблюдение), о чем дает свое согласие, ему врачом психиатром наркологом разъяснены социально правовые аспекты постановки на учет, связанные с наличием наркологического заболевания (ограничения на определенные виды деятельности, возможности принудительного лечения).

В тот же день ФИО1 своим письменным заявлением дал согласие в соответствии с требованиями ст. 9 Федерального закона РФ от 27.07.2006 года №152-ФЗ «О персональных данных» на обработку его персональных данных ГБУЗ 

<

адрес> «Наркологическая больница», предоставив тем самым право осуществлять все действия (операции) с персональными данными, включая сбор, систематизацию, накопление, хранение, использование, обезличивание, уничтожение, внесение их в электронную базу данных, включение в списки и другие отчетные формы.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 снят с диспансерного наблюдения на основании личного заявления от ДД.ММ.ГГГГ.

Заявления от ДД.ММ.ГГГГ о согласии на диспансерное наблюдение и от ДД.ММ.ГГГГ о снятии с диспансерного наблюдения написаны ФИО1 собственноручно, что не оспаривалось в судебном заседании. При этом каких-либо доказательств введения истца в заблуждение или принуждения к написанию указанных заявлений со стороны должностных лиц ГБУЗ 

<

адрес> «Наркологическая больница» в ходе рассмотрения дела стороной истца не предоставлено.

Оформление медицинской карты, диспансерное наблюдение и оказание медицинской помощи ФИО1 не противоречит требованиям Закона РФ от 02.07.1992 N 3185-1 и не породило для истца каких-либо негативных последствий.

В силу п. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

На основании ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации, п. 2 ст. 1 ГК РФ права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Согласно п. 1 ст. 1079 ГК РФ использование транспортных средств признается деятельностью, осуществление которой связано с повышенной опасностью для окружающих. Указанная деятельность создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля над ней со стороны человека.

На основании ст. 1 Федерального закона от 10 декабря 1995 года N 196-ФЗ "О безопасности дорожного движения" задачами настоящего Федерального закона являются охрана жизни, здоровья и имущества граждан, защита их прав и законных интересов, а также защита интересов общества и государства путем предупреждения дорожно-транспортных происшествий, снижения тяжести их последствий.

В соответствии со ст. 5 Федерального закона от 10 декабря 1995 года N 196-ФЗ "О безопасности дорожного движения" обеспечение безопасности дорожного движения осуществляется посредством проведения комплекса мероприятий по медицинскому обеспечению безопасности дорожного движения.

На основании п. 1 ст. 23.1 Федерального закона от 10 декабря 1995 года N 196-ФЗ "О безопасности дорожного движения" медицинскими противопоказаниями к управлению транспортным средством являются заболевания (состояния), наличие которых препятствует возможности управления транспортным средством.

В соответствии с Перечнем медицинских противопоказаний к управлению транспортным средством, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 29 декабря 2014 г. N 1604, противопоказанием к управлению транспортным средством являются психические расстройства и расстройства поведения, связанные с употреблением психоактивных веществ (до прекращения диспансерного наблюдения в связи со стойкой ремиссией (выздоровлением).

Установление для гражданина прямого противопоказания к управлению транспортными средствами свидетельствует о непосредственной угрозе для безопасности дорожного движения, пресечение которой необходимо для реализации основных принципов Федерального закона от 10 декабря 1995 года "О безопасности дорожного движения" и направлено на обеспечение охраны жизни, здоровья и имущества граждан, защиты их прав и законных интересов общества и государства в области дорожного движения.

В связи с изложенным, суд не может согласиться с доводами истца о нарушении его прав со стороны ГБУЗ 

<

адрес> «Наркологическая больница» и его должностных лиц, у которых не имелось оснований для снятия истца с диспансерного наблюдения в связи со стойкой ремиссией (выздоровлением). Не соответствующих нормативным правовым актам действий (бездействия) со стороны ответчиков допущено не было, в связи с чем суд в удовлетворении искового заявления ФИО1 отказывает в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении искового заявления ФИО1 к ГБУЗНаркологическая больница главному врачу ГБУЗНаркологическая больница, зав.диспансерного отделения о признании незаконной, недействительной, необоснованной постановки истца на диспансерный учет; признании отсутствующим истца под диспансерным наблюдением, признании отсутствия оснований для такой постановки (наблюдения); признании таковых не породившими соответствующих правовых последствий; признании незаконными, недействительными заявлений истца от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ о согласии с постановкой на диспансерный учет и о снятии с диспансерного учета, а также не породившими правовых последствий и не подлежащими применению; признании недействительной, необоснованной, незаконной медицинской карты амбулаторного больного, признании ее составленной с нарушениями требований, предъявляемых к данному виду медицинской документации, и не подлежащей применению; признании необоснованными, незаконными действий ответчиков по постановке истца на диспансерный учет на основании предварительного диагноза, поставленного без соблюдения диагностических правил и требований клинических рекомендаций и без совершения действий по установлению окончательного (заключительного, основного) диагноза, а также без соблюдения порядка постановки на диспансерное наблюдение (без решения врачебной комиссии); признании действий, связанных с обработкой данных истца, их сбор, запись, систематизацию, накопление, хранение незаконными; аннулировании сведений из общей электронной базы данных информационно-аналитической медицинской системы о нахождении истца на диспансерном учете; признании отсутствия оснований для состояния истца на диспансерном учете (под диспансерным наблюдением) на момент вынесения судебного решения; признании незаконным понуждения встать на повторное диспансерное наблюдение, признании права на управление транспортными средствами отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в 

<

адрес> областной суд через Приокский районный суд 

<

адрес> в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья С.А. Бадоян

В окончательной форме решение суда изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.