РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

28 августа 2024 года город Губкин Белгородской области.

Губкинский городской суд Белгородской области в составе:

судьи Бобровникова Д.П.

при секретаре Долгих О.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 и муниципальному образованию Губкинский городской округ Белгородской области о признании права собственности на земельные участки и жилой дом, 

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о признании за нею права собственности на земельный участок с кадастровым номером № площадью 3 000 кв.м., категория земель – земли населённых пунктов, разрешённое использование – для ведения личного подсобного хозяйства, на земельный участок с кадастровым номером № площадью 2 110 кв.м., категория земель – земли населённых пунктов, разрешённое использование – для ведения личного подсобного хозяйства, расположенные в селе Истобное Губкинского района Белгородской области, и на жилой дом с кадастровым номером № площадью 41,6 кв.м, расположенный по адресу: 

<

адрес> (далее – спорные земельные участки и жилой дом, спорное имущество), указывая, что унаследовала их после смерти супруга ФИО6, который в свою очередь приобрёл их у ФИО7, но не оформил должным образом куплю-продажу, не зарегистрировал своих права на спорное имущество. Ответчик ФИО2 – дочь истца и её умершего супруга ФИО6 на наследство не претендует (л.д.5-6).

К участию в деле привлечена в качестве соответчика ФИО3 (определение суда от 4 июня 2024 г. в протокольной форме (л.д.74-75)).

В редакции заявления от 21 июня 2024 г. в порядке части 1 статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) ФИО1 поддержала свои требования к ответчикам ФИО2 и ФИО3, ссылаясь также на давностное открытое владение её супругом ФИО6 и ею самою спорным имуществом как собственным (л.д.94-95).

К участию в деле в качестве соответчиков также были привлечены ФИО4, ФИО5 и муниципальное образование Губкинский городской округ Белгородской области в лице администрации Губкинского городского округа (далее – администрация) (определения суда от 16 июля 2024 г. в протокольной форме (л.д.115-116)).

В судебное заседание истец ФИО1 не явилась, явку представителя не обеспечила. Представитель истца ФИО8 просила о рассмотрении дела в её отсутствие поддерживая исковые требования (л.д.154).

Ответчик ФИО2 не возражала против удовлетворения иска. просила о рассмотрении дела в её отсутствие (л.д.146).

Ответчики ФИО3, ФИО4 и ФИО5 о времени и месте рассмотрения дела были уведомлены, но о причинах неявки суду не сообщили. Дело в их отсутствие рассмотрено в соответствии с положениями части 4 статьи 167 ГПК РФ.

Представитель ответчика администрации в судебное заседание не явился. В отзыве на исковое заявление просил о рассмотрении дела в его отсутствие (л.д.50).

Изучив доводы искового заявления, исследовав представленные в дело доказательства в их совокупности, суд пришёл к следующему выводу.

Статья 234 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) в редакции закона, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений и до внесения изменений Федеральным законом от 16 декабря 2019 г. №430-ФЗ, устанавливала, что лицо – гражданин или юридическое лицо, – не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность).

Право собственности на недвижимое и иное имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает у лица, приобретшего это имущество в силу приобретательной давности, с момента такой регистрации (пункт 1).

Течение срока приобретательной давности в отношении вещей, находящихся у лица, из владения которого они могли быть истребованы в соответствии со статьями 301 и 305 настоящего Кодекса, начинается не ранее истечения срока исковой давности по соответствующим требованиям (пункт 4).

В пункте 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации №22 от 29 апреля 2010 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что в пункте 4 статьи 234 ГК РФ предусмотрено специальное основание для начала течения срока приобретательной давности, которое не ограничено условиями пункта 1 указанной статьи. Если основанием для отказа в удовлетворении иска собственника об истребовании имущества из чужого незаконного владения является пропуск срока исковой давности, с момента его истечения начинает течь срок приобретательной давности в отношении спорного имущества.

Таким образом, течение срока приобретательной давности в отношении недвижимого имущества, находящихся у лица, из владения которого такое имущество могло быть истребовано в соответствии со статьями 301 и 305 ГК РФ, начинается не ранее истечения срока исковой давности по соответствующим требованиям, то есть складывается из трёхлетнего срока исковой давности для истребования имущества из чужого незаконного владения и пятнадцатилетнего срока давностного владения.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 15 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда №10/22, давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности; давностное владение признаётся открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении. Принятие обычных мер по обеспечению сохранности имущества не свидетельствует о сокрытии этого имущества; давностное владение признаётся непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности. В случае удовлетворения иска давностного владельца об истребовании имущества из чужого незаконного владения имевшая место ранее временная утрата им владения спорным имуществом перерывом давностного владения не считается. Передача давностным владельцем имущества во временное владение другого лица не прерывает давностного владения. Не наступает перерыв давностного владения также в том случае, если новый владелец имущества является сингулярным или универсальным правопреемником предыдущего владельца; владение имуществом как своим собственным означает владение не по договору. По этой причине статья 234 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежит применению в случаях, когда владение имуществом осуществляется на основании договорных обязательств (аренды, хранения, безвозмездного пользования и т.п.).

Как указано в абзаце первом пункта 16 приведённого выше постановления, по смыслу статей 225 и 234 ГК РФ, право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу, а также на бесхозяйное имущество.

Согласно абзацу первому пункта 19 этого же постановления возможность обращения в суд с иском о признании права собственности в силу приобретательной давности вытекает из статей 11 и 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым защита гражданских прав осуществляется судами путем признания права. Поэтому лицо, считающее, что стало собственником имущества в силу приобретательной давности, вправе обратиться в суд с иском о признании за ним права собственности.

При этом фактическим принятием наследства как способа универсального правопреемства в соответствии с пунктом 2 статьи 1153 ГК РФ признаётся, если наследник совершил действия, в частности:

вступил во владение или в управление наследственным имуществом;

принял меры по сохранению наследственного имущества, защите его от посягательств или притязаний третьих лиц;

произвёл за свой счёт расходы на содержание наследственного имущества;

оплатил за свой счёт долги наследодателя или получил от третьих лиц причитавшиеся наследодателю денежные средства.

Отказ от наследства одним из наследников одной очереди влечёт за собой приращение доли других наследников в соответствии со статьёй 1161 ГК РФ.

Судом установлено, что ФИО7 был на основании договора купли-продажи от 9 сентября 1993 г. в собственность приобретён спорный жилой дом (л.д.21).

Постановлением главы Истобнянского сельского Совета Губкинского района Белгородской области от 25 ноября 1992 г. №3 ФИО7 в собственность для ведения личного подсобного хозяйства был выделен земельный участок общей площадью 0,71 га (л.д.24), а 11 мая 1994 г. в подтверждение прав на землю выдано было свидетельство №750 (л.д.23).

В соответствии с техническим паспортом (л.д.16-20) и выписками из Единого государственного реестра недвижимости (л.д.7-15), спорный жилой дом на день рассмотрения дела имеет площадь 41,6 кв.м, а спорный земельный участок является двухконтурным, то есть представляет собой два земельных участка площадью 3 000 кв.м и 2 110 кв.м соответственно.

Истец ФИО1 и ФИО6 состояли в браке с 26 февраля 1972 г. (л.д.32).

Из расписки от 21 августа 1997 г. следует, что ФИО7 получил от ФИО6 40 000 ? за продажу спорного дома, который согласно этой расписке он обязался переоформить на ФИО6 (л.д.22).

С этого времени как утверждает в иске ФИО1, они с супругом жили в доме, пользовались им как собственным.

Однако спорные дом и земельные участки в собственность ФИО6 переоформлены не были, договор купли-продажи или иное соглашение сторон по отчуждению спорного имущества в пользу ФИО6 его прежним собственником ФИО7 заключены не были.

Судом также установлено, что решением Старооскольского районного суда Белгородской области от 16 июня 2020 г. по заявлению ФИО3 – супруги ФИО7, последний был признан безвестно отсутствующим. 

Из решения суда следует, что супруги с 1995 года фактически прекратили семейные отношения, а с января 1998 г. о месте нахождения ФИО7 ничего неизвестно (л.д.91).

При этом ни ФИО3 – супруга ФИО7, ни ФИО4 и ФИО5 – его дочери (л.д.127-133) о правах на спорные дом и земельные участки как на наследственное имущество не заявляли. Наследственное дело, как это следует из открытого реестра наследственных дел Федеральной нотариальной палаты Российской Федерации, к имуществу ФИО3 не открывалось.

О правах на правах на спорные дом и земельные участки как на выморочное имущество ответчик администрация также не заявлял.

Таким образом, семья А-вых с 21 августа 1997 г. открыто и непрерывно пользуется спорным имуществом как собственным.

Об открытом и добросовестном владении спорным имуществом свидетельствует то, что сведения о семье А-вых содержатся в похозяйственной книге сельской администрации (л.д.30,53, 57-60). 

6 сентября 2004 г. ФИО6 заключен договор на техническое обслуживание газового оборудования в спорном доме (л.д.28-29), и расходы по оплате полученных коммунальный услуг оплачивались ФИО6 по платёжным документам, выданным на его имя (л.д.25-27).

ФИО6 умер 5 октября 2022 г. (л.д.31).

Его супруга – истец ФИО1, как она утверждает в исковом заявлении, фактически приняла наследство, открывшееся смертью ФИО1, а его дочь ФИО2 (урождённая ФИО9) И.В. (л.д.134,147), напротив наследство не принимала.

Исходя из приведённых выше положений норм закона и толкования их применения супругами Антиповыми В.Д. и ФИО1 владение спорными жилым домом и земельными участками было открытым, добросовестным и непрерывным с 1997 г., которое не было основано на договоре с прежним собственником, поскольку такой договор заключен не был, давностное владение не прерывалось смертью ФИО6, и на день обращения ФИО1 в суд, фактически принявшей наследство со смертью супруга, составляет более 26 лет подряд.

При таких обстоятельствах требования ФИО1 подлежат удовлетворению к ответчику ФИО2, ответчикам ФИО3, ФИО4 и ФИО5 путём признания права собственности за истцом на спорное имущество.

Требования ФИО1 к администрации, которая является в данном случае ненадлежащим ответчиком, в данном случае, удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь статьями 193-199 ГПК РФ, суд

решил:

иск ФИО1 (паспорт №) к ФИО2 (СНИЛС №), ФИО3 (паспорт №), ФИО4 (паспорт №), ФИО5 (паспорт №) о признании права собственности на земельные участки и жилой дом удовлетворить.

Признать за ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, право собственности на земельный участок с кадастровым номером № площадью 3 000 кв.м., категория земель – земли населённых пунктов, разрешённое использование – для ведения личного подсобного хозяйства, на земельный участок с кадастровым номером № площадью 2 110 кв.м., категория земель – земли населённых пунктов, разрешённое использование – для ведения личного подсобного хозяйства, расположенные в селе Истобное Губкинского района Белгородской области, и на жилой дом с кадастровым номером 31:03:1601001:582 площадью 41,6 кв.м, расположенный по адресу: 

<

адрес>.

В удовлетворении иска ФИО1 к муниципальному образованию Губкинский городской округ Белгородской области о признании права собственности на земельные участки и жилой дом отказать.

Решение может быть обжаловано в Белгородский областной суд с подачей апелляционной жалобы через суд первой инстанции в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Мотивированное решение суда изготовлено 3 сентября 2024 года

Судья