Дело № 12-5/2018

РЕШЕНИЕ

по жалобе на постановление по делу об административном правонарушении

п.г.т. Анна 19 февраля 2018 года

Воронежская область

Аннинский районный суд Воронежской области в составе:

судьи Аннинского районного суда Воронежской области Пысенкова Д.Н., 

с участием заявителя ФИО1, 

защитника Мананниковой Ю.Ю., 

при секретаре Седовой Т.А.,

рассмотрев жалобу ФИО1 на постановление мирового судьи судебного участка № 2 в Аннинском судебном районе Воронежской области от 28 декабря 2017 года, которым:

ФИО1, 

<

данные изъяты>

привлечен к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях,

Установил:

Постановлением мирового судьи судебного участка № 2 в Аннинском судебном районе Воронежской области от 28 декабря 2017 года ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и ему назначено наказание в виде административного штрафа в размере 30 000 рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 10 месяцев.

ФИО1 не согласившись с постановлением мирового судьи, принес на него жалобу, в которой просил отменить указанное постановление мирового судьи и прекратить производство по делу, указав, что данное постановление является незаконным и необоснованным по следующим основаниям. При вынесении постановления мировым судьей неверно были указаны его показания, а именно что применяемые им лекарственные препараты содержали в себе наркотические вещества, окончательный распад которых происходит от 90 дней до 1 года. Фактически он суду пояснял, что лекарственные препараты, которые он применяет при лечении имеющегося у него заболевания - гепатит «С», а именно «Софосбувир» и «Дакталасвир» не содержат в себе наркотических веществ и являются противовирусными препаратами, а так же, что распад наркотических веществ якобы найденных у него в моче при проведении медицинского освидетельствования 29 ноября 2017 года (тетрагидроканнабинол, метилендиоксипировалерон, пирролидиновалерофенон, пировалерон) происходит от 90 дней до 1 года. Но при таких обстоятельствах вышеуказанные вещества были бы обнаружены при химико-токсикологическом исследовании, проведенном 25 декабря 2017 года БУЗ ВО ВОКНД. Судом не было учтено, что с ноября 2009 года он состоит на учете в МУЗ Аннинской ЦРБ с диагнозом хронический 

<

данные изъяты>. Согласно выписке из медицинской карты амбулаторного больного от 27 декабря 2017 года, в августе 2017 года он находился на лечении в БУЗ ВО ВОКНД в гепатотделении с 27 сентября 2017 года по 24 декабря 2017 года, где получал лечение противовирусными препаратами. В период прохождения лечения у него неоднократно брали анализы крови и мочи, но при этом содержание наркотических веществ обнаружено не было. При проведении лечения употребление наркотикосодержащих препаратов и алкогольных напитков было строго противопоказано. За время его лечения нарушения лечебного режима не было.

Так же суд не принял во внимание, что в настоящее время, согласно результатов анализов клинико-диагностической лаборатории «Альдомед» от 22 декабря 2017 года, вируса гепатита «С» в крови не обнаружено. Данные обстоятельства так же свидетельствуют о том, что режим лечения им не нарушался, ни наркотические вещества, ни алкогольные напитки им не употреблялись. В противном случае результаты его лечения были бы иными.

Судом не были учтены его замечания по поводу объема биологического материала, указанного в акте медицинского освидетельствования от 29 ноября 2017 года № 47, а именно согласно п. 14 Акта объем биологического материала (мочи), собранного для проведения анализов составил 100,0 и 50,0 мл., при этом для проведения анализа у него забрали 50,0 и 25,0 мл. мочи, о чем он расписался в журнале в больнице.

Судьей было отклонено его устное ходатайство об истребовании журнала, между тем он считает, что в данном случае могла идти речь о чужих анализах, и факт забора анализов необходимо было исследовать. При этом суд не предложил ему подать письменное ходатайство в соответствии с ч. 2 ст. 24.4 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Суду он так же пояснял, что при заборе у него анализов, баночки с биологическим материалом при нем никем не опечатывались, на них был только наклеен лейкопластырь с его инициалами.

Судом не был учтен тот факт, что согласно протоколу о направлении его на медицинское освидетельствование на состояние опьянения от 29 ноября 2017 года у него имелись следующие признаки опьянения: резкое изменение кожных покровов лица, нарушение речи. При этом в составленном через 30 минут терапевтом ФИО3 акте медицинского освидетельствования указано, что изменений психической деятельности не выявлено, кожные покровы обычной окраски, речь в норме, походка не нарушена, зрачки в норме.

Так же считает необоснованным вывод суда о том, что имеющаяся у него справка о результатах химико-токсикологических исследований № 18617н от 25 декабря 2017 года не подтверждает тот факт, что им не употреблялись какие-либо наркотические вещества, поскольку обследование проведено спустя 25 дней после медицинского освидетельствования в Аннинской ЦРБ. Но при этом суд не учел, что повторное обследование он проходил спустя 10 дней после получения медицинского заключения Аннинской ЦРБ которое было вынесено 14 декабря 2017 года.

Таким образом, считает, что при вынесении постановления мировым судьей был нарушен принцип административной ответственности - презумпции невиновности лица, в отношении которого осуществляется производство по делу, а так же считает, что его вина в совершении административного правонарушения доказана не была.

В связи с чем, просил постановление мирового судьи судебного участка № 2 в Аннинском судебном районе Воронежской области от 28 декабря 2017 года в отношении него отменить и прекратить производство по делу.

Заявитель ФИО1 и его защитник Мананникова Ю.Ю. в судебном заседании доводы жалобы поддержали, просили отменить постановление мирового судьи и прекратить производство по делу за отсутствием события административного правонарушения.

Выслушав ФИО1 и его защитника Мананникову Ю.Ю., допросив свидетелей и специалиста, проверив материалы жалобы, судья приходит к следующему. 

Согласно ст. 24.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях задачей производства по делам об административных правонарушениях является всесторонне, полное и объективное выяснение обстоятельств каждого дела.

В силу требований ст. 30.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях судом проверяется законность и обоснованность вынесенного постановления, судья не связан доводами жалобы и проверяет дело в полном объеме.

В соответствии с частью 1 статьи 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения, влечет наложение административного штрафа в размере тридцати тысяч рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок от полутора до двух лет.

В силу абзаца 1 пункта 2.7 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Совета Министров – Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года № 1090 (далее – Правила дорожного движения Российской Федерации), водителю запрещается управлять транспортным средством в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического или иного), под воздействием лекарственных препаратов, ухудшающих реакцию и внимание, в болезненном или утомленном состоянии, ставящем под угрозу безопасность движения.

Как усматривается из материалов дела 29 ноября 2017 года в 13 часов 54 минуты на ул. 

<

адрес>, водитель ФИО1, управлял транспортным средством - автомобилем Форд Фокус, гос. номер № в состоянии наркотического опьянения.

Исходя из положений части 1 статьи 1.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, обеспечение законности при применении мер административного принуждения предполагает не только наличие законных оснований для применения административного наказания, но и соблюдение установленного законом порядка привлечения лица к административной ответственности.

По делу об административном правонарушении, предусмотренном статьей 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, надлежит учитывать, что доказательствами состояния опьянения водителя являются акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и (или) акт медицинского освидетельствования на состояние опьянения (пункт 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 октября 2006 года № 18 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях»).

В силу части 1.1 статьи 27.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях лицо, которое управляет транспортным средством соответствующего вида и в отношении которого имеются достаточные основания полагать, что это лицо находится в состоянии опьянения, подлежит освидетельствованию на состояние алкогольного опьянения в соответствии с частью 6 данной статьи. При отказе от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения либо несогласии указанного лица с результатами освидетельствования, а равно при наличии достаточных оснований полагать, что лицо находится в состоянии опьянения, и отрицательном результате освидетельствования на состояние алкогольного опьянения указанное лицо подлежит направлению на медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

В силу части 6 статьи 27.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и оформление его результатов, направление на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, осуществляются в порядке, установленном Правительством Российской Федерации.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 июня 2008 года № 475 утверждены Правила освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения. Медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов (далее – Правила).

Согласно пункту 3 Правил достаточными основаниями полагать, что водитель транспортного средства находится в состоянии опьянения, является наличие одного или нескольких следующих признаков: запах алкоголя изо рта; неустойчивость позы; нарушение речи; резкое изменение окраски кожных покровов лица; поведение, не соответствующее обстановке.

Направлению на медицинское освидетельствование на состояние опьянения водитель транспортного средства подлежит: при отказе от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения; при несогласии с результатами освидетельствования на состояние алкогольного опьянения; при наличии достаточных оснований полагать, что водитель транспортного средства находится в состоянии опьянения, и отрицательном результате освидетельствования на состояние алкогольного опьянения (пункт 10 Правил).

Из постановления мирового судьи по делу об административном правонарушении следует, что вина ФИО1 в совершении указанного административного правонарушения установлена на основании протокола об отстранении от управления транспортным средством серии 36 УУ № 040825 от 29 ноября 2017 года /л.д. 7/, акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения серии 36 АО № 016713 от 29 ноября 2017 года и чеком к нему, согласно которым у ФИО1 имеются признаки опьянения: нарушение речи, резкое изменение окраски кожных покровов. Состояние алкогольного опьянения не установлено. С проведенным освидетельствованием на состояние алкогольного опьянения ФИО1 ознакомлен в ходе ведения видеозаписи и с результатами освидетельствования согласен /л.д. 8, 9/, протокола о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения 36 ВА № 058255 от 29 ноября 2017 года, в соответствии с которым ФИО1 согласен пройти медицинское освидетельствование /л.д. 10/, актом медицинского освидетельствования на состояние опьянении (алкогольного, наркотического или иного токсического) от 29 ноября 2017 года № 47, согласно которому у ФИО1 установлено состояние наркотического опьянения /л.д. 13/, справкой о результатах химико-токсикологических исследований БУЗ ВО ВОКНД ХТЛ от 05 декабря 2017 года № 8587, согласно которой у ФИО1 при химико-токсикологических исследованиях биологического объекта мочи обнаружены (вещества, средства): тетрагидроканнабинол, метилендиоксипировалерон, пирролидиновалерофенон, пировалерон /л.д. 14/, протокола об административном правонарушении серии 36 ТТ № 010200 от 14 декабря 2017 года /л.д. 4/, видеозаписи, приобщенной к материалам дела /л.д. 19/.

Между тем, заявителем оспаривалось установленное мировым судьей обстоятельство управления им транспортным средством, находясь в состоянии наркотического опьянения, поскольку в указанные дату и время автомобилем Форд Фокус, гос. номер №, он управлял в трезвом состоянии, у сотрудника ДПС отсутствовали основания для направления его на медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции был допрошен в качестве свидетеля инспектор ДПС ОГИБДД отдела МВД России по Аннинскому району Воронежской области ФИО5, который показал, что в конце ноября 2017 года он нес службу по обеспечению безопасности дорожного движения в п.г.т. Анна Воронежской области. От граждан была получена информация, что ФИО1 управляет своим автомобилем Форд Фокус, гос. номер №, в состоянии наркотического опьянения. Они выехали на место указанное гражданами, но ФИО1 там не оказалось. Спустя несколько дней ФИО1 управлял автомобилем Форд Фокус, гос. номер №, на ул. 

<

адрес>, где был остановлен. При общении со ФИО1 появились основания полагать, что он находится в состоянии опьянения, поскольку у него наблюдалось резкое изменение (покраснение) кожных покровов лица, нарушение речи, было заметно, что ФИО1 волновался. После разъяснения соответствующих прав и обязанностей ФИО1 было предложено пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения на месте, на что ФИО1 согласился. После прохождения освидетельствования, состояние опьянения у ФИО1 установлено не было. Но поскольку имелись подозрения, что ФИО1 все-таки находится в состоянии опьянения, то ему было предложено пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения, на что ФИО1 согласился и они проследовали в БУЗ ВО «Аннинская районная больница». Забор анализов мочи производился в кабинете врача-нарколога в присутствии его (ФИО10), врача и ФИО1 Забор анализов быль произведен в две баночки, которые опечатывались и пломбировались. ФИО1 также ставил свои подписи на баночках и в журнале. При этом уточнил, что когда ФИО1 непосредственно сдавал образцы мочи в туалетной комнате, он находился рядом со Свинцовым, чтобы исключить какие-либо фальсификации при сдаче мочи со стороны ФИО1 Отобранные образцы мочи были направлены работниками медицинского учреждения в наркологический диспансер г. Воронежа для исследования. В ходе составления процессуальных документов, ни со стороны сотрудников полиции, ни со стороны работников медицинского учреждения какого-либо принуждения на ФИО1 не оказывалось, последний вел себя спокойно. При получении справки из БУЗ ВО ВОКНД ХТЛ от 05 декабря 2017 года № 8587, было установлено, что у ФИО1 при химико-токсикологических исследованиях биологического объекта мочи обнаружены наркотические вещества. По результатам данной справки врачом составлен акт медицинского освидетельствования на состояние опьянения и в отношении ФИО1 им был составлен протокол об административном правонарушении по ч. 1 ст. 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

У суда нет оснований не доверять показаниям допрошенного свидетеля, предупрежденного в установленном законом порядке об ответственности за дачу заведомо ложных показаний. 

Между тем, в опровержение показаний инспектора ДПС ФИО5 и в подтверждение нарушения порядка забора образцов мочи в медицинском учреждении, ФИО1 сослался на показания свидетеля ФИО6

В судебном заседании свидетель ФИО6 показала, что является супругой ФИО1 Она работает в здании поликлиники БУЗ ВО «Аннинская районная больница» руководителем страховой медицинской компании. 29 ноября 2017 года она присутствовала при взятии образцов мочи у ФИО1 на наркотические вещества. Ее муж не мог употреблять наркотические вещества, так как проходил на протяжении 6 лет противовирусную терапию 

<

данные изъяты>. Во время ее прохождения необходимо соблюдать строгую диету, запрещено употребление алкоголя и наркотических веществ. Ее муж относится серьезно к лечению, и терапия дала положительный результат. Если бы он употреблял наркотические вещества, то положительного результата не было бы. После забора анализов баночки для забора анализов при них не опечатывались, поскольку сотрудники полиции её и мужа увезли, муж только расписался на пластыре. Также ее муж расписывался в журнале, но там было много посторонних лиц, постоянно кто-то заходил и выходил из кабинета. После получения результатов анализов они консультировались с несколькими врачами-наркологами 

<

адрес>, которые сказали, что такой состав наркотических веществ мог употреблять только наркоман с длительным стажем, так как зависимость от такого синтетического наркотика наступает сразу и не заметить это не возможно.

Суд апелляционной инстанции критически относится к показаниям свидетеля ФИО6, поскольку она состоит в брачных отношениях с заявителем и ее показания направлены на избежание последним административной ответственности. Кроме того, ее показания опровергаются показаниями инспектора ДПС ФИО5, показаниями свидетеля ФИО3 и пояснениями специалиста ФИО7

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО3 суду показала, что работает врачом-терапевтом БУЗ ВО «Аннинская районная больница». 29 ноября 2017 года она проводила медицинское освидетельствование на состояние опьянения ФИО1, которого хорошо запомнила. При проведении освидетельствования каких-либо внешних признаков опьянения у ФИО1 установлено не было, но это является субъективным мнением и на момент остановки транспортного средства под управлением ФИО1 у сотрудников полиции, возможно, имелись подозрения на состояние опьянения ФИО1 по внешним признакам. Освидетельствование проводила она в присутствии медсестры и сотрудника ДПС. Алкометр показал нулевой результат. Непосредственно при сдаче образцов мочи в туалетной комнате со ФИО1 присутствовал сотрудник ДПС, чтобы исключить какие-либо фальсификации со стороны освидетельствуемого. Образцы отбирались в стерильные одноразовые флаконы, которые распечатывались в присутствии ФИО1 и сотрудника ДПС. После сдачи образцов мочи, указанные флаконы были запечатаны в присутствии вышеуказанных лиц скотчем и лейкопластырем, причем ФИО1 поставил свою подпись на лейкопластыре флакона, также расписывалась она, сотрудник ДПС и ставилась печать. Поскольку на момент сдачи анализов в БУЗ ВО «Аннинская районная больница» отсутствовало оборудование для химико-токсикологических исследований, то полученные образцы мочи во флаконах ставились в холодильник и на утро следующего дня отвозились в наркологический диспансер г. Воронеж. Она составила акт медицинского освидетельствования ФИО1 на состояние опьянения без результата. Когда результат был получен, то в акте и в журнале освидетельствований было указано, что у ФИО1 установлено состояние наркотического опьянения. В акте освидетельствования в журнале освидетельствований она указала, что у ФИО1 было отобрано 100 и 50 мл. мочи. Данное указание является типовым, а фактический объем полученной мочи указывается в специальном журнале, где ставит свою подпись освидетельствуемый. Фактический объем сданной мочи зависит от индивидуальных особенностей организма при сдаче, но полученного от ФИО1 объема мочи – 50 и 25 мл. является достаточным для проведения химико-токсикологического исследования. Какой-либо подмены флаконов с мочой быть не может, поскольку они четко индивидуализированы и хранятся под строгим контролем. Вскрыть флаконы, без повреждения самого флакона и без потери образцов мочи, невозможно. Также указала, что употребление наркотических веществ не влияет на лечение 

<

данные изъяты>. То, что по результатам проведенного химико-токсикологического исследования 25 декабря 2017 года, наркотических веществ в моче ФИО1 не было обнаружено, не может свидетельствовать о том, что их не существовало 29 ноября 2017 года, поскольку не известно какой период времени он их употреблял, возможно, разово и при повторной сдаче анализов они выведены из организма.

У суда нет оснований не доверять показаниям допрошенного свидетеля, предупрежденного в установленном законом порядке об ответственности за дачу заведомо ложных показаний. 

Врач-терапевт ФИО3 правомочна проводить медицинское освидетельствование не состояние опьянения, поскольку прошла соответствующую подготовку на базе БУЗ ВО «Воронежский областной клинический наркологический диспансер» с 05 мая 2015 года по 20 мая 2015 года, что подтверждается справкой от 20 мая 2015 года, со сроком действия три года.

Как усматривается из Журнала регистрации медицинских освидетельствований на состояние опьянения (алкогольного, наркотического, или иного токсического) (Приложение № 3 к Приказу Министерства здравоохранения Российской Федерации от 18 декабря 2015 года № 933н) 29 ноября 2017 года проведено медицинское освидетельствование на состояние опьянения ФИО1, взято 100 и 50 мл. мочи. Указанная запись в журнале заверена подписью врача ФИО3 и инспектора ДПС ФИО5

При этом, как следует из показания свидетеля ФИО3 указание на объем мочи в данном журнале является типовым, а фактический объем полученной мочи указывается в специальном журнале, где ставит свою подпись освидетельствуемый.

Из Журнала регистрации отбора биологических образцов (Медицинская документация учетная форма № 450/у-06) видно, что у ФИО1 29 ноября 2017 года было отобрано 50 и 25 мл мочи, что зафиксировано подписью ФИО1 в данном журнале.

Как следует из п. 4 Правил проведения химико-токсикологических исследований при медицинском освидетельствовании (Приложение № 3 к Порядку проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического), утвержденному приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 18 декабря 2015 года № 933н, отбор биологического объекта (мочи) для направления на химико-токсикологические исследования производится в объеме не менее 30 мл в одноразовый контейнер для сбора мочи в туалетной комнате.

Указанные положения также отражены в п. 4 Приказа Минздравсоцразвития РФ от 27 января 2006 года № 40 «Об организации проведения химико-токсикологических исследований при аналитической диагностике наличия в организме человека алкоголя, наркотических средств, психотропных и других токсических веществ», согласно которому отбор мочи производится в условиях, исключающих возможность замены или фальсификации биологического объекта. Моча собирается освидетельствуемым в стеклянный или пластмассовый градуированный сосуд с широким горлом объемом до 200 мл в количестве до 100 мл, но не менее 30 мл. 

В судебном заседании ФИО3 указала, что объема мочи – 50 и 25 мл. является достаточным для проведения химико-токсикологического исследования.

Указанные обстоятельства также подтверждаются показаниями специалиста ФИО7

Допрошенный в судебном заседании в качестве специалиста ФИО7 суду показал, что длительное время работает врачом-наркологом БУЗ ВО «Аннинская районная больница». При проведении освидетельствований на состояние опьянения и отборе образцов мочи врачи руководствуются Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 18 декабря 2015 года № 933н. Согласно указанному приказу минимальный объем забора мочи составляет 30 мл. При этом в практике сложилось, что отбирают 100 и 50 мл мочи, но не менее 30 мл. Объем сдачи зависит от индивидуальных особенностей организма человека на момент сдачи. При этом 100 мл является основным анализом, а 50 мл – контрольным. Освидетельствование на состояние опьянения проведено в отношении ФИО1 строго с установленными Правилами. То, что у ФИО1 взято 50 и 25 мл. мочи не имеет никакой роли для правильного исследования, поскольку основной анализ – 50 мл взят в допустимых пределах, а объем контрольного анализа вообще не регламентируется. Контрольный анализ служит для восполнения основного в случае непредвиденных обстоятельств при исследовании. Полученные у ФИО1 образцы мочи были надлежащим образом упакованы, опечатаны, заверены подписями, в том числе и подписью ФИО1 и скреплены печатью учреждения. На момент проведения освидетельствования ФИО1 в БУЗ ВО «Аннинская районная больница» отсутствовало оборудование для химико-токсикологических исследований, в том числе хроматографы, то полученные образцы мочи во флаконах ставились в холодильник с температурой от 0 до + 2 градусов по Цельсию и на утро следующего дня были отвезены в наркологический диспансер г. Воронеж. Данное оборудование появилось в БУЗ ВО «Аннинская районная больница только в январе 2018 года. На доставление образцов мочи в наркологический диспансер г. Воронежа отводится двое суток. Также указал, что вскрыть флаконы, без повреждения самого флакона и без потери образцов мочи, невозможно. При этом пояснил, что употребление наркотических веществ не влияет на лечение 

<

данные изъяты>. То, что по результатам проведенного химико-токсикологического исследования 25 декабря 2017 года, наркотических веществ в моче ФИО1 не было обнаружено, не может свидетельствовать о том, что их не существовало 29 ноября 2017 года, поскольку не известно какой период времени он их употреблял, возможно, однократно и при повторной сдаче анализов они выведены из организма. Так, при однократном употреблении время возможного выявления в моче каннабиноидов составляет 3-4 суток.

У суда нет оснований не доверять пояснениям специалиста ФИО7, предупрежденного в установленном законом порядке об ответственности за дачу заведомо ложных пояснений.

Кроме того, пояснения специалиста ФИО7 и свидетеля ФИО3 подтверждаются ответом на запрос БУЗ ВО «Воронежский областной клинический наркологический диспансер» от 05 февраля 2018 года № 109, согласно которому разный результат химико-токсикологического исследования мочи № 8587 от 05 декабря 2017 года и № 18617п от 25 декабря 2017 года объясняется тем, что выявленные при первом исследовании мочи ФИО1 (моча отобрана 29 ноября 2017 года) наркотические средства и психотропные вещества, а в его моче, отобранной 25 декабря 2017 года, не находились. Время возможного выявления в моче каннабиноидов (тетрагидроканнабинол) составляет от 3 суток при однократном употреблении, до 36 суток – при длительном частом употреблении, психостимуляторов – до 3 суток.

Таким образом, результат химико-токсикологического исследования от 25 декабря 2017 года не может опровергать результатов химико-токсикологического исследования образов мочи ФИО1 от 05 декабря 2017 года.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что порядок проведения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения на месте, медицинского освидетельствования на состояние опьянения в медицинском учреждении и оформления результатов в отношении ФИО1 нарушен не был.

Суд принимает во внимание показания свидетеля ФИО3 и пояснения специалиста ФИО7, а также Правила проведения химико-токсикологических исследований при медицинском освидетельствовании (Приложение № 3 к Порядку проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического), утвержденному приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 18 декабря 2015 года № 933н, о том, что объема мочи – 50 и 25 мл. является достаточным для проведения химико-токсикологического исследования.

Доводы жалобы о том, что анализы ФИО1 могли быть подменены, баночки не опечатывались, сфальсифицированы, не нашли своего подтверждения в судебном заседании. 

Суд не может принять во внимание указание защитника Мананниковой Ю.Ю. на то, что согласно Правилам проведения химико-токсикологических исследований при медицинском освидетельствовании, в целях исключения фальсификации биологического объекта мочи в течение первых пяти минут после его отбора проводится измерение различных параметров, поскольку как пояснили ФИО3 и ФИО7 на момент проведения освидетельствования ФИО1 в медицинском учреждении отсутствовало оборудование для химико-токсикологических исследований и образцы мочи в охлажденном виде направлялись в наркологический диспансер.

В действиях сотрудника полиции, направившего ФИО1 на медицинское освидетельствование не состояние опьянения, нарушения порядка направления на освидетельствование не установлено. У инспектора ДПС имелись подозрения на нахождение ФИО1 в состоянии опьянения по внешним признакам, которым инспектор ДПС дал субъективную оценку. 

При этом судом не может быть принята во внимание положительная динамика в лечении ФИО1 

<

данные изъяты> в связи с невозможностью употребления в период лечения наркотических веществ, поскольку как указали свидетель ФИО3 и специалист ФИО7 наркотические вещества на 

<

данные изъяты> его лечение не влияют.

Доводы ФИО1 о том, что по результатам проведенного химико-токсикологического исследования 25 декабря 2017 года, наркотических веществ в его моче не было обнаружено, не может свидетельствовать о том, что их не существовало 29 ноября 2017 года, поскольку данное обстоятельство достоверно установлено справкой о результатах химико-токсикологического исследования от 05 декабря 2017 года.

Свои подписи в процессуальных документах ФИО1 не оспаривает.

Какого – либо принуждения со стороны сотрудников полиции и работников медицинского учреждения на ФИО1 не оказывалось.

Оснований сомневаться в исследованных доказательствах, у суда не имеется.

Доказательства также оценены мировым судьей в соответствии с требованиями закона и обстоятельств дела.

Действия ФИО1 правильно квалифицированы мировым судьей по ч. 1 ст. 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, как управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения.

Порядок и срок давности привлечения ФИО1 к административной ответственности соблюдены.

Вместе с тем, привлекая ФИО1 к административной ответственности, мировой судья обязан был исходить из определенных в Кодексе Российской Федерации об административных правонарушениях правил назначения административного наказания.

В соответствии с общими правилами назначения административного наказания, основанными на принципах справедливости, соразмерности и индивидуализации ответственности, административное наказание за совершение административного правонарушения назначается в пределах, установленных законом, предусматривающим ответственность за данное административное правонарушение, в соответствии с Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях (ч. 1 ст. 4.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях).

Согласно ч. 2 ст. 4.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях при назначении административного наказания физическому лицу учитываются характер совершенного им административного правонарушения, личность виновного, его имущественное положение, обстоятельства, смягчающие административную ответственность, и обстоятельства, отягчающие административную ответственность.

Тем самым законодатель предоставил возможность судье, органу, должностному лицу, рассматривающим дело об административном правонарушении, индивидуализировать наказание в каждом конкретном случае.

При этом назначение административного наказания должно основываться на данных, подтверждающих действительную необходимость применения к лицу, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, в пределах нормы, предусматривающей ответственность за административное правонарушение, именно той меры государственного принуждения, которая с наибольшим эффектом достигала бы целей восстановления социальной справедливости, исправления правонарушителя и предупреждения совершения новых противоправных деяний, а также подтверждающих ее соразмерность в качестве единственно возможного способа достижения справедливого баланса публичных и частных интересов в рамках административного судопроизводства.

Из системного толкования указанных выше норм Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях следует, что судья, орган, должностное лицо, рассматривающие дело об административном правонарушении, должны привести мотивы назначения лицу, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, соответствующего административного наказания в пределах санкции статьи, предусматривающей ответственность за совершенное административное правонарушение.

Назначая ФИО1 административное наказание, мировым судьей обоснованно учтены характер совершенного административного правонарушения, данные о личности лица, привлекаемого к административной ответственности, обстоятельство, отягчающее административную ответственность ФИО1 – повторное совершение однородного административного правонарушения, поскольку ранее в течение года он привлекался к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного Главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, что подтверждается справкой о нарушениях Правил дорожного движения РФ.

Между тем, суд апелляционной инстанции не может согласиться об учете в качестве обстоятельства, влияющего на размер наказания, отсутствие у ФИО1 постоянного источника дохода, поскольку данное обстоятельство не отнесено законодателем к обстоятельствам, отягчающим административную ответственность, перечень которых установлен ст. 4.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

При этом, суд апелляционной инстанции полагает возможным учесть в качестве обстоятельства, смягчающего административную ответственность ФИО1, в соответствии со ст. 4.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях его состояние здоровья, а именно наличие заболевания в виде гепатита «С».

На основании п. 2 ч. 1 ст. 30.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, по результатам рассмотрения жалобы на постановление по делу об административном правонарушении может быть вынесено решение об изменении постановления, если при этом не усиливается административное наказание или иным образом не ухудшается положение лица, в отношении которого вынесено постановление.

С учетом вышеизложенного, постановление мирового судьи судебного участка № 2 в Аннинском судебном районе Воронежской области от 28 декабря 2017 года, вынесенное в отношении ФИО1 подлежит изменению со снижением назначенного ему срока лишения права управления транспортными средствами до 1 года 7 месяцев.

На основании изложенного, руководствуясь п. 2 ч. 1 ст. 30.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, 

Решил:

Постановление мирового судьи судебного участка № 2 в Аннинском судебном районе Воронежской области от 28 декабря 2017 года о привлечении ФИО1 к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и назначении административного наказания в виде административного штрафа в размере 30000 (тридцать тысяч) рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 (один) год 10 (десять) месяцев, изменить.

Назначить ФИО1 по ч. 1 ст. 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях наказание в виде административного штрафа в размере 30000 (тридцать тысяч) рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 (один) год 7 (семь) месяцев, в остальной части постановление мирового судьи судебного участка № 2 в Аннинском судебном районе Воронежской области от 28 декабря 2017 года по делу об административном правонарушении в отношении ФИО1 по ч. 1 ст. 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях оставить без изменения, а жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Решение вступает в законную силу со дня его оглашения.

Судья Д.Н. Пысенков