Судья Гаврилова И.А. дело № 33-2386/2025

УИД 44RS0001-01-2024-009606-35

№ дела в суде первой инстанции 2-1217/2025

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

10 декабря 2025 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Костромского областного суда в составе:

председательствующего Ивановой О.А.,

судей Зиновьевой Г.Н., Королевой Ю.П.,

при секретаре Теселкиной К.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе Министерства финансов РФ в лице УФК по Костромской области на решение Ленинского районного суда г. Костромы от 12 августа 2025 г. по делу по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации.

Заслушав доклад судьи Зиновьевой Г.Н., выслушав представителя ФИО1 по доверенности Гасанова В.А.-о., представителя прокуратуры Костромской области по доверенности ФИО2, судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

ФИО1, действуя через уполномоченных доверенностью Ковальчук Н.И. и Гасанова В.А. о., обратилась в Свердловский районный суд г. Костромы с вышеуказанным иском, мотивируя свои требования тем, что приговором Красносельского районного суда Костромской области от ДД.ММ.ГГГГ по уголовному делу № по обвинению в преступлении, предусмотренном ч. 1 ст. 109 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее - УК РФ) она оправдана на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 и п. 3 ч. 2 ст. 302 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее - УПК РФ) за отсутствием состава преступления, признании за ней права на реабилитацию. Апелляционным постановлением от ДД.ММ.ГГГГ приговор Красносельского районного суда Костромской области от ДД.ММ.ГГГГ оставлен без изменения. ФИО1 была незаконно и необоснованно подвергнута уголовному преследованию, в связи с чем имеются основания для взыскания компенсации морального вреда. Истец указывает, что в ходе расследования уголовного дела она была допрошена в качестве подозреваемой, обвиняемой. Участвовала в не менее 5 следственных действиях, в том числе ознакомление с постановлениями о назначении судебных экспертиз, ознакомление с заключением экспертиз, ознакомление с материалами уголовного дела. Участие в следственных действиях проходило в помещении Костромского межрайонного следственного отдела (

<

адрес>), куда она прибывала из 

<

адрес>. Данные обстоятельства причиняли неудобства. Мера пресечения на период следствия и суда избиралась в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, что являлось для нее существенным ограничением. На период предварительного следствия дом по адресу: 

<

адрес> был опечатан. В доме находились погибшие животные, следователь разрешения на их захоронение не давад. Судебное следствие носило длительный характер: по рассмотрению уголовного дела состоялось не менее 9 судебных заседаний. Рассмотрение дела происходило в Красносельском районном суде, куда также она прибывала из 

<

адрес>. Территориальная отдаленность суда от места жительства безусловно приносила не только неудобства, но и затраты на проезд. Передвигалась она на автомобиле под управлением супруга. В ходе предварительного следствия на фоне переживаемого горя, а также незаконного уголовного преследования у нее ухудшилось состояние здоровья, обострилась болевая симптоматика, проводилась операция. Предварительное следствие и судебное разбирательство, включая апелляционную инстанцию длилось около года. На протяжении всего этого времени она в тяжелой психотравмирующей ситуации от необоснованного уголовного преследования: испытывала стыд и чувство несправедливости в связи с производством по уголовному делу за преступление, которое она не совершала. У нее имелось повышенное чувство тревоги, страха, нарушился сон, пропал аппетит. Сами обстоятельства уголовного дела – 

<

данные изъяты> способствовали увеличению уровня негативного восприятия ситуации, в которой она оказалась. Также в целях защиты своих прав она обратилась за квалифицированной юридической помощью к адвокатам Ковальчук Н.И. и Гасанову В.А. о., с которыми она заключила соглашение. За юридическую помощь ею оплачена сумма в размере 60 000 рублей.

На основании вышеизложенного, истец просит взыскать с Министерства финансов Российской Федерации в ее пользу компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 рублей, а также расходы по оплате услуг представителя в сумме 60 000 рублей.

Определением Свердловского районного суда г. Костромы от 15 января 2025 г. гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации передано для рассмотрения по подсудности в Ленинский районный суд г. Костромы.

К участию в деле в качестве третьих лиц привлечены: прокуратура Костромской области, Следственное управление Следственного комитета РФ по Костромской области в лице Костромского межрайонного следственного отдела, ФИО3

Решением Ленинского районного суда г. Костромы от 12 августа 2025 г. иск ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Костромской области о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации удовлетворен частично.

С Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в сумме 400 000 рублей, судебные расходы на оплату услуг представителей в сумме 40 000 рублей, а всего взыскано 440 000 рублей.

В удовлетворении остальной части требований отказано.

В апелляционной жалобе представитель Министерства финансов Российской Федерации в лице УФК по Костромской области ФИО4 просит решение суда изменить в части взыскания компенсации морального вреда в порядке реабилитации, путем значительного снижения взыскиваемой суммы, в остальной части решение суда просит оставить без изменения. Считает, что судом неправильно применены нормы материального и процессуального права, а взысканная сумма является несоразмерной причиненному вреду. Полагает, что при определении размера денежной компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу ФИО1, суд не в полной мере учел обстоятельства дела, влияющие на размер возмещения вреда, характер и степень причиненных истцу нравственных страданий. Материалами дела подтверждается факт уголовного преследования в отношении ФИО1, что не является достаточным при определении суммы вреда, а дает лишь право на компенсацию. Каких-либо иных доказательств, свидетельствующих о тяжести вреда и понесенных вследствие этого нравственных страданий, истцом суду не представлено. В период предварительного расследования дела в суде ей была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. В порядке ст. 91 УПК РФ не задерживалась, иных мер пресечения в отношении истца не избиралось. Данных о том, что она обращалась к следователю или суду за разрешением покинуть место жительства, и ей в этом было отказано, не имеется. Суд сослался в решении на продолжительность производства по уголовному делу, категорию преступления, в совершении которого обвинялась ФИО1, характер и объект преследования. Однако само по себе отражение этих обстоятельств в решении суда не позволяет считать, что они в совокупности и в полной мере учтены при определении размера компенсации. Суд без наличия достаточных оценочных доказательств, свидетельствующих о тяжести перенесенных физических и нравственных страданий, не оценив обстоятельства дела, взыскал с Министерства финансов РФ за счет средств казны Российской Федерации необоснованную сумму в размере 400 000 руб., являющуюся явно завышенной, не отвечающей принципу разумности и справедливости. Судом учтено ухудшение состояния здоровья истца, однако причинно-следственной связи между ухудшением здоровья и незаконным уголовным преследованием в материалы дела не представлено. Суд не принял во внимание тот факт, что ФИО1 не было представлено доказательств, подтверждающих ее нравственные и физические страдания, не конкретизировано, в чем именно выразился моральный вред, какие страдания она испытала. Компенсация морального вреда должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания, это судом учтено не было. Обращает внимание, что источником средств для возмещения вреда является казна Российской Федерации и в целях разумного распределения бюджетных средств необходимо соблюсти баланс интересов, чтобы возмещение вреда одним категориям граждан не нарушило права других категорий.

В судебном заседании представитель ФИО1 по доверенности Гасанов В.А.-о., представитель прокуратуры Костромской области по доверенности ФИО2 полагали решение суда законным и обоснованным.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом, ходатайств об отложении судебного разбирательства от них не поступало. От представителя Министерства финансов Российской Федерации в лице УФК по Костромской области ФИО5 поступило ходатайство, в котором он просит рассмотреть дело в его отсутствие.

Поскольку в силу ч. 3 ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) неявка лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте рассмотрения дела, не является препятствием к разбирательству дела, дело рассмотрено в отсутствие не явившихся в судебное заседание участников процесса.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в соответствии со ст. 327.1 ГПК РФ по доводам апелляционной жалобы, изучив материалы гражданского дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, приходит к следующему.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ по признакам преступления, предусмотренного по ч. 1 ст. 109 УК РФ, возбуждено уголовное дело.

Постановлением от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 привлечена в качестве обвиняемого по уголовному делу.

ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 была допрошена в качестве подозреваемой, ДД.ММ.ГГГГ допрошена в качестве обвиняемой.

При допросе в качестве обвиняемой ФИО1 указала, что вину в совершении преступления предусмотренного ч. 1 ст. 109 УК РФ она признает в полном объеме.

По делу было назначено несколько судебных экспертиз.

В период следствия в порядке ст. 91 УПК РФ ФИО1 не задерживалась, мера пресечения в отношении ее не избиралась.

ДД.ММ.ГГГГ по делу составлено обвинительное заключение.

ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело поступило в производство Красносельского районного суда Костромской области, делу присвоен №.

В ходе рассмотрения уголовного дела в суде первой инстанции по делу проведено 10 судебных заседаний, два судебных заседания в суде апелляционной инстанции.

Приговором Красносельского районного суда Костромской области от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признана невиновной по предъявленному ей обвинению в совершении преступления ч. 1 ст. 109 УК РФ и на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 и п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ оправданной за отсутствием в ее деянии состава преступления.

В соответствии со ст. 134 УПК РФ за ФИО1 признано право на реабилитацию, разъяснен порядок возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

Апелляционным постановлением Костромского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ и кассационным постановлением Второго кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ приговор Красносельского районного суда Костромской области от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 оставлен без изменения, представление прокурора без удовлетворения.

Разрешая спор, суд первой инстанции исходил из того, что поскольку истец ФИО1 была незаконно подвергнута уголовному преследованию, приговором суда, вступившим в законную силу, была оправдана в связи с отсутствием в ее действиях состава преступления, она имеет право на возмещение причиненного морального вреда.

Данный вывод суда никем из участвующих в деле лиц не оспаривается.

Доводы апелляционной жалобы ответчика сводятся к несогласию с определенным судом размером компенсации морального вреда.

При определении суммы возмещения морального вреда суд учел следующие обстоятельства настоящего дела: реабилитация является полной; срок незаконного уголовного преследования - с момента возбуждения уголовных дел ДД.ММ.ГГГГ до вступления в законную силу оправдательного приговора ДД.ММ.ГГГГ; тяжесть обвинения - истцу вменялось в вину совершение тяжкого преступления 

<

данные изъяты>; объем процессуальных действий, которые были совершены в отношении истца в период незаконного уголовного преследования; избрание в отношении нее меры пресечения в виде подписки о не выезде; индивидуальные особенности ФИО1, ранее не судимой, остро воспринимающей стрессовую ситуацию, потерю 

<

данные изъяты>, физические, нравственные и душевные страдания, связанные с неопределенностью положения и неуверенности в будущем, изменение семейного положения, с учетом того, что в рамках уголовного дела в качестве свидетелей допрашивались жители 

<

данные изъяты>, небольшого населенного пункта, в отношении нее проводились следственные действия; состояние здоровья ФИО1 в период уголовного преследования и после.

С учетом указанных обстоятельств суд первой инстанции взыскал в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 400 000 рублей, которую посчитал соответствующей требованиям разумности и справедливости, возложив обязанность по выплате данной компенсации на Министерство финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации.

Между тем выводы суда о размере взысканной в пользу истца компенсации морального вреда требованиям закона не отвечают.

Под реабилитацией в уголовном производстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда (п. 34 ст. 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее – УПК РФ).

Реабилитированный - это лицо, имеющее в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием (п. 35 ст. 5 УПК РФ).

В соответствии с ч. 1 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Как следует из п. 3 ч. 2 ст. 133 УПК РФ, право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют, в частности, подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части 1 статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части 1 статьи 27 этого кодекса (в частности, в связи с непричастностью подозреваемого или обвиняемого к совершению преступления (пункт 1 части 1 статьи 27).

В силу ч. 1 ст. 134 УПК РФ суд в приговоре, определении, постановлении, а следователь, дознаватель в постановлении признают за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию. Одновременно реабилитированному направляется извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

Иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (ч. 2 ст. 136 УПК РФ).

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 и ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) (п. 1 ст. 1099 ГК РФ).

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст.151 ГК РФ).

Вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом (п. 1 ст. 1070 ГК РФ).

Согласно положениям ст. 1100 ГК РФ в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

В п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" разъяснено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33) даны разъяснения о том, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда. Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статьи 1079, 1095 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации) (абзацы первый, второй и четвертый пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).

Моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни (абз. 1 п. 42 названного Постановления).

При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий (абзац второй пункта 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).

Из приведенных норм материального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что основания возникновения права гражданина на реабилитацию, порядок признания этого права и возмещения гражданину вреда, связанного с уголовным преследованием, закреплены в Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации, устанавливающем в том числе, что иски за причиненный реабилитированному моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства. В Гражданском кодексе Российской Федерации содержатся положения об ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, а также нормы, определяющие основания, способы и размеры компенсации морального вреда.

Моральный вред - это нравственные и (или) физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага.

Компенсация морального вреда, являясь одним из способов возмещения вреда лицу, которое незаконно или необоснованно было подвергнуто уголовному преследованию, направлена на возмещение такому лицу тех нравственных и (или) физических страданий, которые оно претерпевало в результате незаконного уголовного преследования.

Компенсация морального вреда подлежит взысканию в пользу реабилитированного гражданина за счет казны Российской Федерации и независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда. Реабилитированный гражданин (истец по делу о компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием) должен доказать характер и степень нравственных и (или) физических страданий, причиненных ему в результате незаконного уголовного преследования.

Поскольку закон (ст.ст. 151, 1101 ГК РФ) устанавливает лишь общие принципы определения размера компенсации морального вреда, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда и конкретные обстоятельства, связанные с незаконным уголовным преследованием гражданина, соотнести их с тяжестью причиненных гражданину физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.

Следовательно, исходя из цели присуждения компенсации морального вреда реабилитированному гражданину размер этой компенсации должен быть индивидуализирован, то есть определен судом применительно к личности реабилитированного гражданина, к понесенным именно им нравственным и (или) физическим страданиям в результате незаконного уголовного преследования, с учетом длительности и обстоятельств уголовного преследования, тяжести инкриминируемого ему преступления, избранной в отношении его меры процессуального принуждения, причины избрания такой меры и иных обстоятельств, сопряженных с фактом возбуждения в отношении гражданина уголовного дела.

При этом компенсация морального вреда должна быть адекватной обстоятельствам причинения морального вреда лицу, подвергнутому незаконному уголовному преследованию, и должна обеспечить баланс частных и публичных интересов, с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, поскольку, как правильно указано в апелляционной жалобе, казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

Суд первой инстанции, разрешая требования ФИО1, приведенные нормативные положения применил неправильно, разъяснения, данные в вышеназванных постановлениях Верховного Суда Российской Федерации, в полной мере не учел.

Согласно ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу ч. 4 ст. 198 ГПК РФ в мотивировочной части решения должны быть указаны обстоятельства дела, установленные судом, доказательства, на которых основаны выводы суда об этих обстоятельствах, доводы, по которым суд отвергает те или иные доказательства, законы, которыми руководствовался суд.

В основание заявленных требований ФИО1, в том числе указывала, что фоне незаконного уголовного преследования у нее ухудшилось состояние здоровья, обострилась болевая симптоматика, проводилась операция.

Суд первой инстанции, по сути, согласился с этими доводами, указав, что при определении размера компенсации морального вреда учитывает состояние здоровья ФИО1 в период уголовного преследования и после.

Однако при этом суд не учел, что никаких доказательств, подтверждающих, что незаконное уголовное преследование ФИО1 негативно повлияло на состояние ее здоровья, что между таким преследованием и ухудшением состояния здоровья ФИО1 имеется прямая причинно-следственная связь, в материалы дела не представлено.

Также не представлено доказательств того, что изменение семейного положения ФИО1 (на что также сослался суд как на обстоятельство, влияющее на размер компенсации морального вреда) как-то связано с ее незаконным уголовным преследованием; более того, сами доказательства изменения семейного положения ФИО1 в деле отсутствуют.

Указывая на то, что в отношении ФИО1 избиралась мера пресечения в виде подписки о невыезде, суд не принял во внимание, что каких-либо данных о том, что она обращалась к следователю или суду за разрешением покинуть место жительства, и ей в этом было отказано, в деле не имеется. Иные меры пресечения (в виде домашнего ареста либо заключения под стражу в отношении ФИО1) не принимались.

Ссылаясь на объем процессуальных действий, которые были совершены в отношении истца в период незаконного уголовного преследования, суд указал, что ФИО1 участвовала во всех судебных заседаниях (по уголовному делу) в суде первой инстанции и в суде апелляционной инстанции, хотя это не основано не представленных суду доказательствах. Так на л.д. 133 имеется представленная Красносельским районным судом Костромской области справка, из которой следует, что ФИО1 участвовала не во всех судебных заседаниях суда первой инстанции.

Указывая на тяжесть обвинения – что истцу вменялось в вину совершение тяжкого преступления - причинение смерти по неосторожности - суд первой инстанции не учел, что согласно положениям ст. ст. 15 и 109 УК РФ преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 109 УК РФ, относится не к числу тяжких преступлений, наоборот, к преступлениям небольшой тяжести.

В этой связи определенный судом размер компенсации морального вреда в сумме 400 000 рублей не может быть признан обоснованным.

Разумные и справедливые пределы компенсации морального вреда являются оценочной категорией, четкие критерии его определения применительно к тем или иным категориям дел не предусматриваются. В каждом конкретном случае суд вправе определить такие пределы с учетом конкретных обстоятельств дела. При определении размера компенсации морального вреда действует принцип судейского усмотрения, основанного на индивидуальных обстоятельствах каждого дела и характере спорных правоотношений.

Принимая во внимание изложенные выше, а также фактические обстоятельства настоящего дела и собранные по делу доказательства, судебная коллегия полагает, что взысканная судом сумма компенсации морального вреда в размере 400 000 рублей является чрезмерно завышенной, не отвечает требованиям разумности, соразмерности и справедливости, и подлежит снижению до 100 000 рублей. Данная сумма, по мнению судебной коллегии, обеспечит баланс частных и публичных интересов, с тем чтобы реабилитированному лицу максимально возместить (компенсировать) причиненный моральный вред и чтобы выплата указанной компенсации морального вреда не нарушила бы права других категорий граждан.

Таким образом, решение суда в части взыскания компенсации морального вреда и обшей суммы взыскания подлежит изменению.

Руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

Решение Ленинского районного суда г. Костромы от 12 августа 2025 г. в части взыскания с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсации морального вреда и общей взысканной суммы изменить.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1, 

<

данные изъяты> г.р. (паспорт 

<

данные изъяты>) компенсацию морального вреда в сумме 100 000 рублей, судебные расходы на оплату услуг представителей в сумме 40 000 рублей, а всего взыскать 140 000 (сто сорок тысяч) рублей.

Апелляционное определение может быть обжаловано во Второй кассационный суд общей юрисдикции в течение трёх месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 10 декабря 2025 г.