Уникальный идентификатор дела: 66RS0044-01-2018-004606-82

КОПИЯ

Дело 2-622/2019 

Мотивированное 

решение

 изготовлено 25 февраля 2019 года

(с учётом выходных дней 23.02.2019 г., 24.02.2019 г.). 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

19 февраля 2019 года город Первоуральск Свердловской области

Первоуральский городской суд Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Антропова И.В.,

с участием истца ФИО5, действующей в своих интересах и интересах ФИО6,

представителя истцов ФИО16 действующего в интересах ФИО7 и ФИО6,

представителя ответчика ФИО10,

старшего помощника прокурора г. Первоуральска Свердловской области Поторочина Д.В.,

при секретаре судебного заседания Мичуровой Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-622/2019 по иску ФИО7, действующей в своих интересах и интересах ФИО6, к обществу с ограниченной ответственностью «Строительная компания «КМ-Центр» о компенсации морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве, судебных расходов, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО7 обратилась в суд с исковым заявлением в своих интересах и интересах ФИО6 к обществу с ограниченной ответственностью «Строительная компания «КМ-Центр» (далее по тексту - ООО «СК «КМ-Центр») о компенсации морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве, судебных расходов.

В обоснование требований указала, что ФИО2 являлся сыном ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 вступил в брак с ФИО2, она является их дочерью. ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 умер, по день смерти ФИО2 состоял в трудовых отношениях с ООО «СК «КМ-Центр», смерть отца наступила в результате несчастного случая на производстве, что подтверждается актом о несчастном случае на производстве N 4 от ДД.ММ.ГГГГ. Согласно акту несчастный случай произошел с монтажником по монтажу стальных и железобетонных конструкций 5 разряда ФИО2 при строительстве здания главного корпуса Сахалинской ГРЭС на территории Томаринского района Сахалинской области: ФИО2 при переходе по металлическому мостику на отметке +16,310 метров строящегося здания упал с высоты вниз на монолитный пол. Смерть ФИО2 наступила от тупой сочетанной травмы груди, живота, конечностей, травматического шока. Причиной смерти работника явилось нарушение работодателем требований дисциплины труда и требований по охране труда, факта грубой неосторожности или вины в действиях работника не установлено. В результате смерти отца ей и матери погибшего ФИО6 были причинены глубокие нравственные страдания, выразившиеся в психологических переживаниях, вызванных смертью отца и сына, как самого близкого и родного человека, что является наиболее тяжелым и необратимым по своим последствиям событием, влекущим тяжелые нравственные страдания, затрагивающие психику, здоровье, самочувствие и настроение. Со смертью ФИО2 истцы навсегда лишились заботы, поддержки, внимания самого близкого человека, что отразилось на их психологическом состоянии. Мать погибшего ФИО6 в связи с гибелью сына перенесла инсульт и нуждается в постоянном медицинском уходе. Его гибель нарушила неимущественное право на родственные и семейные связи. После известия о смерти отца она длительное время находилась в депрессии. До настоящего времени боль от потери близкого ей человека не утихла, состояние ее здоровья и здоровья ФИО6 вследствие перенесенного стресса и переживаний ухудшилось.

С учетом изложенного, просит суд взыскать с ООО «СК «КМ-Центр» в ее пользу компенсацию морального вреда в сумме 1 000 000 рублей, в пользу матери погибшего ФИО6 1000 000 рублей, а также расходы на оплату услуг представителя в размере 30000 рублей.

Истец ФИО7, действующая в своих интересах и интересах ФИО6 на основании нотариальной доверенности от 29 ноября 2018 года серии № сроком на пять лет, суду пояснила, что потеря ею отца и потеря сына для ФИО6 невосполнима. От случившегося подорвалось здоровье всей семьи, у ФИО6 случился инсульт. Считает, что это все от событий, которые произошли с ее отцом ФИО2 Отец был прекрасным человеком, семья была на нем, он выплачивал ипотеку для семьи. По профессии отец был монтажником, опытным специалистом, 8 лет он ездил на вахту одной бригадой. Денежные суммы, которые предъявлены к взысканию в счет компенсации морального вреда, считает разумными. Утрата самого близкого человека невосполнима, что привело её и ФИО6 к нравственным страданиям.

Представитель истцов ФИО9, действующий в интересах ФИО7 по устному ходатайству и ФИО6, на основании нотариальной доверенности от 29 ноября 2018 года серии № сроком на пять лет, доводы истцов, изложенные в исковом заявлении, поддержал в полном объеме. Размер компенсации морального вреда, заявленный к взысканию, считает разумным, так как семья лишилась самого близкого и дорогого человека, восполнить утрату невозможно, близкие семейные отношения между истцами и умершим установлены материалами дела. Требования предъявлены к ООО «СК «КМ-Центр» - работодателю, так как ФИО2 погиб ДД.ММ.ГГГГ при исполнении трудовых обязанностей на строящемся здании ГРЭС на территории Томаринского района Сахалинской области. Так как истцы не обладают юридическими знаниями, они были вынуждены обратиться за юридической помощью, ими понесены расходы в размере 30000 рублей, которые надлежит взыскать с ответчика.

Представитель ответчика ООО «СК «КМ-Центр» ФИО10, действующая на основании доверенности от 21 января 2019 года № сроком по 31 декабря 2019 года, в судебном заседании представила отзыв на исковое заявление. Пояснила, что факт родственных отношений сам по себе не является достаточным основанием для удовлетворения требований, наличие права на компенсацию морального вреда основано исключительно на утверждениях стороны истца. Доказательства, подтверждающие близкие семейные отношения между истцами и умершим, не представлены. С момента смерти и до обращения с иском в суд прошло полтора года, что причинно-следственная связь между ухудшением состояния здоровья истца ФИО6 и произошедшим несчастным случаем ничем не подтверждена. Ссылается на наличие грубой неосторожности потерпевшего при производстве монтажных работ. Вместе с тем, ответчиком выплачена материальная помощь семье погибшего, организовано проведение ритуальных услуг, представлены документы в Фонд социального страхования для оформления единовременной страховой выплаты семье погибшего и назначения пенсии по потери кормильца, добровольно исполнено решение Первоуральского городского суда о выплате в адрес ФИО2 (жене погибшего) 700000 рублей и ФИО11 (сыну погибшего) 500000 рублей. В связи с чем размер компенсации морального вреда в предъявленной истцом сумме по 1000 000 рублей ФИО7 и ФИО6 является несоразмерным характеру физических и нравственных страданий, указанных в исковом заявлении. Таким образом, учитывая указанные обстоятельства, просит суд определить сумму компенсации морального вреда в размере по 100 000 рублей в отношении каждого из истцов, считая данную сумму соразмерной моральному вреду, причиненному истцу в результате несчастного случая на производстве. Полагая заявленную истцами сумму расходов на оплату услуг представителя необоснованно завышенной и чрезмерной, просит снизить её в два раза.

Истец ФИО6 в судебное заседание не явилась, о времени и месте слушания дела извещена своевременно и надлежащим образом, в срок, достаточный для обеспечения явки и подготовки к судебному заседанию, в том числе посредством публикации информации на официальном интернет-сайте Первоуральского городского суда Свердловской области, не ходатайствовала об отложении судебного заседания. От ФИО6 поступило заявление о рассмотрении дела в её отсутствие, с участием представителей ФИО7 и ФИО9 Учитывая надлежащее извещение истца ФИО6 о времени и месте судебного заседания, руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело в её отсутствие. 

Заслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, полагавшего подлежащими удовлетворению требования в части компенсации морального вреда с учетом принципов справедливости и разумности, исследовав материалы дела, суд находит исковые требования подлежащими частичному удовлетворению.

В соответствии со ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство по гражданским делам в Российской Федерации осуществляется на основе принципа состязательности и равноправия сторон, при этом, в соответствии с ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается в обоснование своих требований и возражений.

Согласно ч. 1 ст. 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

Как следует из материалов дела, ФИО2 с ДД.ММ.ГГГГ состоял в трудовых отношениях с ООО «СК «КМ-Центр», в должности монтажника по монтажу стальных и железобетонных конструкций 5 разряда.

ДД.ММ.ГГГГ в результате несчастного случая на производстве ФИО2 погиб.

Согласно акта формы Н-1 причинами несчастного случая явились: неудовлетворительная организация производства работ (08) – выраженная отсутствием контроля за соблюдением требований охраны труда, установленных локальными нормативными актами (инструкция по охране труда для монтажника по монтажу стальных и железобетонных конструкций; правила внутреннего трудового распорядка работников ООО «СК «КМ-Центр») в части не соблюдения производственной дисциплины, выразившееся в подъеме работника к месту производства работ, не применение страховочной системы. Нарушение требований ст.189 Трудового кодекса РФ, нарушение проекта производства работ шифр СГРЭС-2-ППР-КМ.ГК п. 5.1.18, п. 8.4. Нарушение п.17, 28з, 29г, 30д, 30ж, 30к Правил по охране труда при работе на высоте, утвержденных приказом Министерства труда и социальной защиты РФ от 28.03.2014 № 155н.

Виновными в нарушении требований охраны труда признан ФИО12 – производитель работ ООО «СК «КМ-Центр» – несет ответственность за нарушение ст. 212 Трудового кодекса РФ, п.17, 28з, 29г, 30д, 30ж, 30к Правил по охране труда при работе на высоте, утвержденных приказом Министерства труда и социальной защиты РФ от 28.03.2014 № 155н, не обеспечил контроль за соблюдением работником дисциплины труда, в части подъема к месту производства работ, и не проконтролировал применение страховочной системы – ответственен за нарушение ст. 189 Трудового кодекса РФ, в части проекта производства работ шифр СГРЭС-2-ППР-КМ.ГК п. 5.1.18, п. 8.4., нарушение должностной инструкции «Производителя работ» п.п. 2.6, 2.16.

Вопреки доводам стороны ответчика, факта вины, нарушения режима труда и отдыха либо нахождения погибшего в состоянии опьянения не установлено.

Обратившись в суд с настоящим иском ФИО7 в обоснование требований ссылалась на положения статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации, предусматривающие обязанность работодателя обеспечить безопасные условия и охрану труда, которую, по мнению истца, ответчик не исполнил, что повлекло смерть ФИО2 и, как следствие, её право как дочери, а ФИО6 как матери, на компенсацию морального вреда в соответствии со статьями 151, 1064, 1079, 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Признавая за истцами право на компенсацию морального вреда, суд приходит к выводу, что повлекший смерть ФИО2 несчастный случай произошел по вине работников ООО «СК «КМ-Центр», нарушивших требования охраны труда и не обеспечивших безопасные условия труда ФИО2; в результате произошедшего несчастного случая ФИО7 и ФИО6 утратили близкого им человека, испытали глубокие физические и нравственные страдания. 

В соответствии со статьей 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены ТК РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В силу части 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" (далее - Федеральный закон от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ), абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В абзаце втором пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что моральный вред может заключаться, в частности, в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда").

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", с учетом того, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. Вместе с тем при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Как следует из материалов дела и установлено в судебном заседании, факт смерти подтвержден представленным в материалы дела свидетельством о смерти ФИО2, имевшей место ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 18), выданным Отделом ЗАГС Томаринского района агентства записи актов гражданского состояния Сахалинской области от 11.08.2017 1-ФС №.

Факт родственных отношений подтвержден свидетельством о рождении ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, выданным отделом ЗАГС города Первоуральска Свердловской области ДД.ММ.ГГГГ V-АИ № (л.д. 21), согласно которому её родителями являются: отец ФИО2, мать ФИО3.

В материалы дела представлено свидетельство о рождении ФИО2, согласно которому его родителями являются ФИО4, мать ФИО6 (л.д. 19). 

В исковом заявлении, а также в ходе рассмотрения дела истец пояснила, что смертью отца, ей были причинены глубокие нравственные страдания, вызванные болью невосполнимой утраты близкого и любимого для нее человека, потеря сына для ФИО6 невосполнима, от случившегося подорвалось здоровье всей семьи, у ФИО6 случился инсульт. Считает, что это все от событий, которые произошли с её отцом ФИО2 Отец был прекрасным человеком, семья была на нем, он выплачивал ипотеку для семьи. Известие о гибели стало для них шоком, негативно сказалось на их самочувствии. 

Определяя размер компенсации морального вреда, суд исходит из того, что в результате смерти ФИО2 нарушено принадлежавшее истцам нематериальное благо - это родственные и семейные отношения. Истцы ФИО7 и ФИО6 испытали сильные нравственные переживания в связи с утратой близкого человека, повлекшие за собой изменение привычного уклада и образа жизни. Смертью отца и сына была нарушена целостность их семьи и семейных связей. Все эти обстоятельства причинили и причиняют истцам душевные переживания и нравственные страдания.

Требования истцов о компенсации морального вреда подлежат удовлетворению, поскольку они испытали и продолжает испытывать нравственные страдания, вызванные потерей близкого человека. Суд также учитывает, что размер компенсации морального вреда не поддается точному денежному подсчету и взыскивается с целью смягчения эмоционально-психологического состояния лица, которому он причинен.

Как указано выше, в соответствии с п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве осуществляется причинителем вреда. То есть, именно работодатель несет ответственность по компенсации морального вреда, причиненного истцам, получившим моральную травму в связи с гибелью отца и сына ФИО2

Ответчиком выплаты компенсации морального вреда истцам не производились. 

При определении размера морального вреда суд исходит из конкретных обстоятельств дела, учитывает недостаточное обеспечение ответчиком безопасных условий труда, послуживших причиной несчастного случая на производстве, в результате которого погиб ФИО2, учитывает факт нарушения правил техники безопасности со стороны самого погибшего, объем и характер причиненных истцам нравственных страданий, действия ответчика по выплате материальной помощи семье погибшего, организации проведения ритуальных услуг, оформлению единовременной страховой выплаты семье погибшего и назначении пенсии по потери кормильца, компенсации морального вреда жене и сыну погибшего во исполнение решения суда и размер такой компенсации, также учитываются требования разумности и справедливости относительно размера морального вреда, подлежащего возмещению, что предусмотрено п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

С учетом вышеизложенных оснований моральный вред, причиненный дочери погибшего ФИО2 – ФИО7, подлежит возмещению в размере 500000 руб., матери погибшего ФИО6 - 700000 руб.

В соответствии с п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации истец освобождена от уплаты государственной пошлины.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. 333.19, п. 8 ст. 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов. В соответствии с п. 2 ст. 61.1, п.2 ст. 61.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации государственная пошлина подлежит взысканию в бюджет муниципального района.

Соответственно, с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в размере 600 рублей. 

Кроме того, истцом заявлены требования в части взыскания расходов на оплату юридических услуг в размере 30000 рублей.

Согласно ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. 

Согласно ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии со статьей 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. Ответчик возражения в части взыскания затрат на оплату услуг представителя в судебное заседание не представил. 

По общему правилу, условия договора определяются по усмотрению сторон (пункт 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации). К их числу относятся и те условия, которыми устанавливаются размер и порядок оплаты услуг представителя.

Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

В материалы дела представлен договор на оказание комплексных юридических услуг по ведению гражданского дела, заключенный 07.12.2018 между ИП ФИО13, с одной стороны, и ФИО6 и ФИО7, с другой стороны. В объем услуг включены работы, связанные с подготовкой необходимых процессуальных документов, ведение гражданского дела, в случае возможности заключение между сторонами мирового соглашения, представление интересов заказчиков в суде первой инстанции о взыскании компенсации морального вреда с ООО «СК «КМ-Центр». В соответствии с п. 1.4 договора для оказания услуг исполнитель вправе привлекать ФИО9 без согласования с заказчиками. Расходы на оплату услуг подтверждены представленными в дело квитанциями к приходным кассовым ордерам от 07.12.2018 № на сумму 15000 руб., от 11.12.2018 № на сумму 15000 руб., принятыми от ФИО7 (л.д. 28).

Суд считает возможным данные требования удовлетворить частично, исходя из требований разумности и справедливости, и определяет размер расходов на оплату юридических услуг в сумме 15000 руб. в пользу истца ФИО7

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 12, 56, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО7, действующей в своих интересах и интересах ФИО6, к обществу с ограниченной ответственностью «Строительная компания «КМ-Центр» о компенсации морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве, судебных расходов – удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания «КМ-Центр» в пользу ФИО6 в счет компенсации морального вреда 700000 (Семьсот тысяч) рублей 00 копеек.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания «КМ-Центр» в пользу ФИО7 515000 (Пятьсот пятнадцать тысяч) рублей 00 копеек, из них в счет компенсации морального вреда 500 000 рублей 00 копеек, расходы на оплату юридических услуг в размере 15000 рублей 00 копеек.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания «КМ-Центр» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 600 (Шестьсот) рублей 00 копеек. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Свердловском областном суде путем подачи жалобы через Первоуральский городской суд Свердловской области в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения.

Председательствующий: подпись. И.В. Антропов

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>