1-455/2019

66RS0003-02-2019-000998-47

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

29 августа 2019 года г. Екатеринбург 

Кировский районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Савинова С.А., 

при секретаре СубхангуловойЭ.Р.,

с участием государственного обвинителя - помощников прокурора Кировского района г.Екатеринбурга Веретновой Ю.С., 

подсудимого ФИО1 и его защитника – адвоката ВалевинаА.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО1, 

<

...>, судимого

23.05.2007 Орджоникидзевским районным судом г. Екатеринбурга по пунктам «а, г» части 2 статьи 161 Уголовного кодекса Российской Федерации к наказанию в виде лишения свободы сроком на 2 года условно с испытательным сроком на 2 года;

15.07.2009 Кировским районным судом г. Екатеринбурга по части 4 статье 111 Уголовного кодекса Российской Федерации к наказанию в виде лишения свободы сроком на 6 лет 6 месяцев, на основании статьи 70 Уголовного кодекса Российской Федерации окончательно к наказанию в виде лишения свободы сроком на 8 лет,

23.08.20012 постановлением Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга наказание по приговорам от 23.05.2007 и 15.07.2009 снижено, на основании статьи 70 Уголовного кодекса Российской Федерации, окончательно назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 7 лет 10 месяцев, 24.08.2016 освободившегося по отбытию наказания;

16.05.2017 мировым судьей судебного участка № 3 Нижнесергинского судебного района по части 1 статье 112 Уголовного кодекса Российской Федерации к наказанию в виде лишения свободы сроком на 1 года, 13.03.2018 освободившегося условно-досрочно на 2 месяца 19 дней,

содержащегося под стражей в порядке задержания и меры пресечения с 09.04.2019, 

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 111 Уголовного Кодекса Российской Федерации,

установил:

З.Д.ВБ. умышленно причинил П. тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, повлекший по неосторожности смерть потерпевшей. Преступление совершил в Кировском районе г. Екатеринбурга при следующих обстоятельствах.

04.04.2019 в период с 18:00 до 19:40, у ФИО1, который находился в состоянии алкогольного опьянения, на участке местности у дома № *** в г.Екатеринбурге, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, произошла ссора с П.. В ходе ссоры, с целью причинения тяжкого вреда здоровью, на почве личных неприязненных отношений, ФИО1 нанес П. не менее четырех ударов рукой по голове, после чего вместе проследовали в тепловой коллектор, расположенный около заборов домов, расположенных по *** в г. Екатеринбурге соответственно.

Далее,ФИО1, находясь в указанном тепловом коллекторе, в период с 19:40 04.04.2019 до 04:00 05.04.2019, продолжая свой преступный умысел, нанес П. не менее восьми ударов руками и ногами в грудную клетку, а также не менее сорока двух ударов руками и ногами по верхним конечностям.

Своими действиями ФИО1 причинил П. следующий телесные повреждения: закрытую черепно-мозговую травму и лицевую травму: 

<

...>, в совокупности имеют признаки причинения тяжкого вреда здоровью, и состоят в прямой причинной связи с наступлением смерти. 

От вышеуказанной закрытой черепно-мозговой и лицевой травм П. скончалась на месте преступления в указанный период.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 вину в совершении преступления признал полностью, и показал, что 04.04.2019 около 19:00 он в ходе распития спиртных напитков, на почве ревности нанес П. четыре удара рукой в лица и удар ногой в живот, после чего последняя ушла спасть. Утром 05.04.2019 П. стало плохо, он вызвал её медиков.

В ходе проверки показаний на месте, ФИО1 показал, как наносил удары рукой по голове П. и ногой в живот (т. 1 л.д. 179-185). 

Вина подсудимого ФИО1 подтверждается исследованными в судебном заседании доказательствами.

Из оглашенных в порядке статьи 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации показаний потерпевшего М. следует, что П. приходится ему сестрой, которая вела бродяжнический образ жизни, злоупотребляла спиртными напитками. По фотографии он опознал тело сестры (т. 1 л.д. 136-138).

Из оглашенных в порядке статьи 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации показаний свидетеля Р. следует, что он проживает в коллекторе теплотрассы, где с января 2019 года проживал ФИО2 и две девушки по имени П. и М. 04.04.2019 после 20:00 в указанном коллекторе распивал спиртные напитки, после чего уснул. Проснулся от того, что ФИО2 кричал на П. после чего услышал звуки 6-7 ударов, при этом П. просила ФИО2 больше не бить её. 05.04.2019 онуслышал утром как П. сильно храпит и просил ФИО2 перевернуть последнюю. После чего он с М. пошли попрошайничать, а ФИО2 остался с П., так как она плохо себя чувствовала. М. помогала ФИО2 вытащить П. из коллектора, но у них не получилось. Когда М. пришла к нему, сообщила, что П. не дышит, а ФИО2 пошел вызывать медиков (т. 1 л.д. 148-151).

Из оглашенных в порядке статьи 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации показаний свидетеля М. следует, что 04.04.2019 около 19:10 она находилась около «Храма на крови», когда между ФИО2 и П. произошел конфликт, в ходе которого ФИО2 нанес последней не менее четырех ударов по лицу рукой. От ударов П. упала на асфальт на бок, при этом головой не ударялась. Она помогла подняться П. и они все ушли в коллектор теплотрассы, где распивали спиртные напитки. ФИО2 вновь нанес П. не менее двух ударов руками по голове, от чего последняя упала на пол, а ФИО2 пнул не менее четырех раз П. по голове и в живот, после чего нанес по голове два удара кулаками и один раз локтем. От полученных ударов от ФИО2, П. потеряла сознание и стала хрипеть. Утром 05.04.2019 П. продолжала хрипеть, она пыталась оказать медицинскую помощь, но у последней пошла пена изо рта. В этот же день, около 17:00 ФИО2 сообщил, что не может разбудить П., тогда они попробовали вытащить П. из коллектора, но не получилось и вызвали медиков. Приехавшая бригада скорой медицинской помощи сообщила, что П. мертва (т. 1 л.д. 152-155).

Из оглашенных в порядке статьи 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации показаний свидетеля С. работающего врачом МБУССМП, следует, что 05.04.2019 он в составе бригады скорой медицинской помощи выехал на вызов. По прибытию к дому № ***, их встретил ФИО2 с женщиной и провели их к канализационному люку, где внутри находилась пострадавшая женщина и не дышала. При осмотре данной женщины обнаружил у неё телесные повреждения, констатировал смерть последней (т. 1 л.д. 156-158).

Согласно рапорту следователя В, 05.04.2019 поступило сообщение из ОП № 1 УМВД России по городу Екатеринбургу, об обнаружении по *** в г.Екатеринбурге трупа неустановленной женщины (т. 1 л.д. 25).

Из рапорта оперативного дежурного следует, что 05.04.2019 в 18:20 поступило сообщение от врача С. об обнаружении у «Храма на крови» скончавшейся женщины (т. 1 л.д. 29).

Согласно протолку установлению смерти человека, констатирована смерть неустановленной женщины в 18:13 05.04.2019 (т. 1 л.д. 30).

Из рапорта сотрудника полиции Т. следует, что 05.04.2019 задержан ФИО1, который сообщил, что наносил 04.04.2019 своей сожительнице телесные повреждения (т. 1 л.д. 34).

Из протокола осмотра места происшествия следует, что осмотрен участок местности слева от здания расположенного по *** на котором располагается тепловой коллектор, где обнаружен труп женщины с телесными повреждениями (т. 1 л.д. 37-45).

Из акта судебно-медицинского исследования трупа П. № *** от 06.05.2019 и заключению эксперта № *** от 13.05.2019следует, что при судебно-медицинской экспертизе трупа неустановленной женщины, возрастом на вид 40-50 лет, обнаружены следующие повреждения: 

1. Закрытая черепно-мозговая и лицевая травма: 

<

...>.

Смерть неустановленной женщины, наступила от вышеуказанной закрытой черепно-мозговой и лицевой травмы с последующим развитием осложнения в виде сдавления головного мозга острым травматическим субдуральным кровоизлиянием и его травматического отека, что подтверждается наличием характерных морфологических изменений головного мозга и гистологическими данными. Таким образом, между совокупностью всех вышеуказанных повреждений, составляющих комплекс закрытой черепно-мозговой и лицевой травмы, и наступлением смерти пострадавшей усматривается прямая причинно-следственная связь.

С учетом морфологических свойств повреждений, составляющих комплекс вышеуказанной закрытой черепно-мозговой и лицевой травмы, а также гистологических данных ориентировочный срок давности их образования находится в пределах одних-трех суток ко времени наступления смерти пострадавшей. На основании вышеизложенного все вышеперечисленные повреждения, составляющие вышеуказанную закрытую черепно-мозговую и лицевую травму, могли образоваться в быстрой последовательности друг за другом в относительно короткий промежуток времени или одновременно.

Все вышеперечисленные повреждения, составляющие закрытую черепно-мозговую и лицевую травму, взаимно отягощают друг друга, ввиду чего определение степени тяжести причиненного вреда здоровью человека производится по их совокупности и по тому критерию, который соответствует большей степени тяжести вреда. Таким образом, все вышеперечисленные повреждения, составляющие закрытую черепно-мозговую и лицевую травму, применительно к живым лицам расцениваются в своей совокупности как причинившие тяжкий вред здоровью человека по признаку вреда, опасного для жизни, создающего непосредственно угрозу для жизни, и по признаку вреда здоровью, опасного для жизни человека, вызвавшего развитие угрожающего жизни состояние – травматический отек головного мозга (проявляющийся клинически комой).

Повреждения, составляющие комплекс вышеуказанной закрытой черепно-мозговой и лицевой травмы, могли образоваться от ударных воздействий тупыми твердыми предметами, предметом с ограниченной или преобладающей контактирующей поверхностью, возможно, имеющих выраженный край, края или ребро, ребра, или от удара о таковые, таковой. Более подробно высказаться об этих травмирующих предметах, предмете не представляется возможным ввиду того, что их специфические свойства не отобразились на следовоспринимающей поверхности кожных покровах. Ответить на вопрос о последовательности образования вышеуказанных повреждений не представляется возможным ввиду их множества и различной анатомической локализации.

С учетом характера, локализации и ориентировочного срока давности образования вышеуказанной закрытой черепно-мозговой и лицевой травмы, приведшей к смерти пострадавшей, а также данных из специальной медицинской литературы не исключается возможность сохранения пострадавшей способности к активным самостоятельным действиям в течение ограниченного периода времени, последовавшего после их причинения, исчисляемого минутами первого часа – несколькими днями, но не более трех суток. По данным специальной литературы, как правило, при черепно-мозговых травмах различного характера возможны любые нарушения сознания, от его кратковременной потери в момент травмы до комы.

2. Открытый несросшийся перелом тела нижней челюсти слева со смещением костных отломков и нагноением.

С учетом морфологических свойств данного повреждения ориентировочный срок давности его образования составляет не менее трех суток ко времени наступления смерти пострадавшей. По имеющимся данным более конкретно высказаться об ориентировочном сроке давности его образования не представляется возможным.

Степень тяжести вреда, причиненного здоровью человека, вышеуказанного повреждения не определяется, так как не ясен исход вреда здоровью, не опасного для жизни человека. Однако, повреждения аналогичного характера у живых лиц, как правило, могут вызывать временное нарушение функции органов и систем, временную нетрудоспособность продолжительностью свыше 3-х недель, что относится к критериям, характеризующим квалифицирующий признак длительного расстройства здоровью. По указанному признаку вышеуказанное повреждение применительно к живым лицам может расцениваться как причинившее средней тяжести вред здоровью человека.

3. Кровоподтеки верхнего века правого глаза (1), грудной клетки (8), обеих верхних (справа 11, слева 8) и нижних (справа общим количеством более 19, слева 1) конечностей. С учетом морфологических свойств данных повреждений ориентировочный срок давности образования кровоподтека верхнего века правого глаза составляет не менее пяти суток ко времени наступления смерти пострадавшей, ориентировочный срок давности образования остальных кровоподтеков составляет не менее одних суток и не более четырех суток ко времени наступления смерти пострадавшей.

4. Ссадины спины (3), правого плеча (1), левых стопы (1) и области голеностопного сустава (4). С учетом морфологических свойств данных повреждений ориентировочный срок давности их образования составляет не более одних суток ко времени наступления смерти пострадавшей. 

5. Кровоизлияние в мягких тканях левой височной области головы. С учетом морфологических свойств данного повреждения и гистологических данных ориентировочный срок давности его образования составляет не менее 1-3-х часов первых суток и не более одних суток ко времени наступления смерти пострадавшей.

Повреждения, кроме закрытой черепно-мозговой и лицевой травмы, не состоят в причинно- следственной связи с наступлением смерти пострадавшей, носят прижизненный характер, могли образоваться от ударного воздействия тупыми твердыми предметами, предметом с ограниченной или преобладающей контактирующей поверхностью, возможно, имеющих выраженный край, края или ребро, ребра, или от удара о таковые, таковой. Более подробно высказаться об этих травмирующих предметах, предмете не представляется возможным ввиду того, что их специфические свойства не отобразились на следовоспринимающей поверхности кожных покровах.

Повреждения, перечисленные в частях 3-5 Заключения, кровоподтеки и ссадины являются поверхностными и применительно к живым лицам расцениваются как каждое в отдельности, так и в совокупности, как повреждения, не причинившие вред здоровью человека.

Взаиморасположение пострадавшей и нападавшего могло быть разнообразным, допускающим возможность причинения вышеуказанных повреждений в указанные области тела пострадавшей.

Помимо всего вышеизложенного при судебно-медицинской экспертизе трупа неустановленной женщины, возрастом на вид 40-50 лет, обнаружено повреждение в виде термического ожога кожных покровов в области левого коленного сустава II степени, площадью менее 1% от всей поверхности тела, который носит прижизненный характер, что подтверждается его морфологическими свойствами, и образовался от как минимум однократного прямого воздействия высоких температур. С учетом морфологических свойств данного повреждений ориентировочный срок давности их образования составляет не менее одних суток и не более четырех суток ко времени наступления смерти пострадавшей. Степень тяжести вреда, причиненного здоровью человека, вышеуказанного повреждения не определяется, так как не ясен исход вреда здоровью, не опасного для жизни человека. Однако, повреждения аналогичного характера у живых лиц, как правило, могут вызывать временное нарушение функции органов и систем, временную нетрудоспособность продолжительностью менее 3-х недель, до 21 календарного дня включительно, что относится к критериям, характеризующим квалифицирующий признак кратковременного расстройства здоровью. По указанному признаку вышеуказанное повреждение применительно к живым лицам может расцениваться как причинившее легкий вред здоровью человека.

С учетом ориентировочного срока давности образования всех вышеперечисленных повреждений можно предположить, что они все были причинены пострадавшей в разное время, а именно в следующей хронологической последовательности по отношению к наступлению ее смерти, от более ранних к более поздним:

а) кровоподтек верхнего века правого глаза, с учетом морфологических свойств данного повреждения ориентировочный срок давности его образования составляет не менее пяти суток ко времени наступления смерти пострадавшей;

б) открытый несросшийся перелом тела нижней челюсти слева со смещением костных отломков и нагноением, с учетом морфологических свойств данного повреждения ориентировочный срок давности его образования составляет не менее трех суток ко времени наступления смерти пострадавшей;

в) повреждения, составляющие комплекс закрытой черепно-мозговой и лицевой травмы, с учетом морфологических свойств повреждений, составляющих ее комплекс, а также гистологических данных ориентировочный срок давности их образования находится в пределах одних-трех суток ко времени наступления смерти пострадавшей;

- кровоподтеки грудной клетки (8), обеих верхних (справа 11, слева 8) и нижних (справа общим количеством более 19, слева 1) конечностей, с учетом морфологических свойств данных повреждений ориентировочный срок давности их образования составляет не менее одних суток и не более четырех суток ко времени наступления смерти пострадавшей;

- термический ожог кожных покровов в области левого коленного сустава II степени, площадью менее 1% от всей поверхности тела, с учетом морфологических свойств данного повреждений ориентировочный срок давности их образования составляет не менее одних суток и не более четырех суток ко времени наступления смерти пострадавшей;

г) ссадины спины (3), правого плеча (1), левых стопы (1) и области голеностопного сустава (4), с учетом морфологических свойств данных повреждений ориентировочный срок давности их образования составляет не более одних суток ко времени наступления смерти пострадавшей;

д) кровоизлияние в мягких тканях левой височной области головы, с учетом морфологических свойств данного повреждения и гистологических данных ориентировочный срок давности его образования составляет не менее 1-3-х часов первых суток и не более одних суток ко времени наступления смерти пострадавшей. Локализация и количество всех вышеперечисленных повреждений позволяют сделать вывод о том, что на голову пострадавшей было нанесено как минимум восемь травматических воздействий травмирующими предметами, предметом, на грудную клетку – как минимум восемь травматических воздействий, на правую верхнюю конечность – как минимум одиннадцать травматических воздействий, на левую верхнюю конечность – как минимум восемь травматических воздействий, на правую нижнюю конечность – как минимум девятнадцать травматических воздействий, на левую нижнюю конечность – как минимум четыре травматических воздействие, травмирующими предметами, предметом.

В крови от трупа неустановленной женщины, этилового и других спиртов не обнаружено.

В биологических жидкостях, кровь и желчь и во внутренних органах, печень и почка от трупа неустановленной женщины, каких-либо наркотических и лекарственных, а также психоактивных веществ не обнаружено.

Учитывая степень выраженности трупных явлений, зафиксированных в предоставленном протоколе осмотра места происшествия от 05 апреля 2019 года, ориентировочный срок давности наступления смерти пострадавшей составляет не менее двух часов и не более восьми часов ко времени проведения осмотра ее трупа на месте происшествия(т. 1 л.д. 47-57, 61-68).

Согласно осмотру предметов, произведен осмотр куртки ФИО3, которая признана вещественным доказательством, хранится в камере хранения (т. 1 л.д. 110-112, 114, 115).

Согласно заключению эксперта № *** от 30.04.2019, на куртке ФИО1 обнаружена кровь потерпевшей (т. 1 л.д. 75-92).

Из протокола опознания личности неустановленного трупа, 1 и 2 опознали труп П. (т. 1 л.д. 120, 121).

Из заключения судебно-психиатрического эксперта № 4-0184-19 от 21.06.2019 следует, что что ФИО1 каким-либо хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики, которое лишало бы его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими не страдал в период относящийся к совершению инкриминируемого ему деяния, и не страдает в настоящее время, а обнаруживал и обнаруживает признаки психического расстройства не психологического уровня – Умственной отсталости легкой степени с другими нарушениями поведения.

В период времени, относящийся к совершению инкриминируемого ему деяния, ФИО1 находился в состоянии простого (не патологического) алкогольного опьянения, мог в период времени, относящийся к совершению инкриминируемого ему деяния, и может в настоящее время осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими.В применении к нему принудительных мер медицинского характера ФИО1 не нуждается.У ФИО1 не обнаруживается таких нарушений внимания, восприятия, памяти и мышления, которые лишали бы его способности правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них показания(т. 1 л.д. 101-107).

Исследованные доказательства признаются судом допустимыми и достаточными, оценены, и их совокупность позволяет суду сделать вывод о том, что ФИО1 умышленно, находясь в состоянии алкогольного опьянения, в ходе ссоры на почве личных неприязненных отношений, причинил тяжкий вред здоровью потерпевшей ФИО4, о чем свидетельствует множественность нанесения ударов и их локализация. Множественные удары руками и ногами ФИО1 нанес по голове со значительной силой, о чем свидетельствует характер повреждений – закрытая черепно-мозговая и лицевая травма. 

При этом, исходя из своего жизненного опыта, подсудимый предвидел возможность наступления смерти, но без достаточных к тому оснований рассчитывал на её предотвращение. Действия ФИО1 основаны на состоянии алкогольного опьянения и неприязненного отношения к потерпевшей. 

Кроме признательных показаний подсудимого ФИО1, суд кладет в основу приговора показания свидетелей Р. и М., которые являлись очевидцами произошедшего, присутствовали при нанесении подсудимым потерпевшей многочисленных ударов в голову, и что иные лица не причиняли потерпевшей телесных повреждений. Свидетель С. констатировал смерть потерпевшей, при этом пояснил, что встречал бригаду скорой медицинской помощи подсудимый и указал на место нахождения потерпевшей женщины.

Потерпевшему М. не известны обстоятельства произошедшего, но он пояснил, что его сестра вела бродяжнический образ жизни. 

Показания потерпевшего и свидетелей получены в соответствии с требованиями закона, последовательны, согласуются между собой и материалами уголовного дела. Информацией о намерении свидетелей оговорить подсудимого суд не располагает. 

Из показаний ФИО1, данных на предварительном следствии в ходе проверки показаний на месте, следует, что указанные им удары нанесенные потерпевшей соответствуют обнаруженным на трупе телесным повреждениям.

Признательные показания ФИО1, изложенные в протоколах следственных действия и исследованные в судебном заседании, которые получены в соответствии с требованиями закона, последовательны, подтверждены подсудимым собственноручной записью, даны в присутствии защитника, не противоречат показаниям свидетелей, согласуются с ними и иными материалами дела, и суд кладет их в основу приговора на ряду с показаниями свидетелей.

Проведенные по делу экспертизы проведены в соответствии с требованием закона, назначены в соответствии со статьями 195, 199 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, выводы экспертов у суда сомнений не вызывают. 

Действия ФИО1 квалифицируются судом по части 4 статьи 111 Уголовного Кодекса Российской Федерации, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего. 

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности преступления, личность подсудимого, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи. 

Оценивая степень общественной опасности, а так же тяжесть содеянного, суд учитывает, что совершенное ФИО1 преступление является умышленным, относится к категории особо тяжких, направлено против жизни и здоровья. Оснований для изменения категории преступления на основании части 6 статьи 15 Уголовного кодекса Российской Федерации не имеется.

Обсуждая личность подсудимого ФИО1, суд принимает во внимание, что он в содеянном раскаялся, является инвалидом с детства, участковым уполномоченным характеризуется отрицательно,ранее судим. 

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание З.Д.ВВ., суд учитывает на основании части 2 статьи 61 Уголовного кодекса Российской Федерации признание вины и состояние здоровья;на основании пункта «к» части 1 статьи 61 Уголовного кодекса Российской Федерацииоказание иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления; на основании пункта «и» части 1 статьи 61 Уголовного кодекса Российской Федерации активное способствование раскрытию и расследованию преступления, так как рассказал и показал на месте, как совершал преступление.

Кроме того, непосредственно, после задержания ФИО1 в объяснении изложил обстоятельства совершения преступления, которые ранее не были известны сотрудникам полиции, что расценивается судом как явка с повинной и учитывается в качестве смягчающего наказание обстоятельство на основании пунктом «и» части 1 статьи 61 Уголовного кодекса Российской Федерации. 

Вместе с тем суд учитывает, что ФИО1 ранее судим, в том числе за аналогичное преступление, и в соответствии с пунктом «б» части 3 статьи 18 Уголовного кодекса Российской Федерации, в его действиях усматривается особо опасный рецидив преступлений, который в силу части 1 статьи 63 Уголовного кодекса Российской Федерации является отягчающим наказание обстоятельством. 

Так как преступление совершено подсудимым в состоянии алкогольного опьянения, что подтверждается материалами дела и не опровергается самим З.Д.ВГ., учитывая характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельства его совершения и его личность, суд на основании части 1.1 статьи 63 Уголовного кодекса Российской Федерации признает отягчающим обстоятельством совершение З.Д.ВГ. преступления в состоянии опьянения, вызванным употреблением алкоголя.

С учетом характера и степени общественной опасности содеянного, личности подсудимого ФИО1, а также влияния назначенного наказания на исправление осужденного, наличия обстоятельств смягчающих и отягчающих наказание, суд приходит к выводу, что наказание ему должно быть назначено в виде лишения свободы с учетом требований части 2 статьи 68 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Оснований для применения З.Д.ВД. требований части 1 статьи 62 Уголовного кодекса Российской Федерации не имеется, так как установлены обстоятельства отягчающие его наказание. 

Такое наказание, по мнению суда, будет максимально способствовать его исправлению, предупреждению совершения им новых преступлений и восстановлению социальной справедливости. Оснований для применения условного осуждения, либо назначения более мягкого наказания, чем предусмотрено за данное преступление, а также применение требований части 3 статьи 68 Уголовного кодекса Российской Федерации суд не усматривает. 

С учетом положения пункта «г» части 1 статьи 58 Уголовного кодекса Российской Федерации суд считает необходимым назначить отбывание наказания ФИО1 в исправительной колонии особого режима.

В соответствии с протоколом задержания, ФИО3 Вв качестве подозреваемого задержан 09.04.2019, вместе с тем из рапорта сотрудника полиции Т. (т. 1 л.д. 34) следует, что фактически ФИО1 задержан по подозрению в совершении указанного преступления 05.04.2019. Данный факт не противоречит и обвинительному заключению. 

Согласно части 3 статьи 128 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, срок содержания под стражей при задержании исчисляется с момента фактического задержания. С учетом изложенного, в срок назначенного ФИО1 наказания подлежит зачесть время с его фактического задержания, то есть с 05.04.2019 по 08.04.2019.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 303, 304, 307, 308, 309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

приговорил:

признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 111 Уголовного Кодекса Российской Федерации и назначить наказание виде лишения свободы сроком на 8 лет с отбыванием в исправительной колонии особого режима.

Меру пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставить прежней - содержание под стражей. 

Срок наказания исчислять с 29августа 2019 года.

Зачесть в срок наказания время содержания ФИО2 под стражей с 05.04.2019 по день вступления приговора в силу в соответствии с пунктом «а» части 3.1 статьи 72 Уголовного кодекса Российской Федерации.

По вступлению приговора в законную силу, вещественное доказательство – куртку, находящуюся в камере хранения СОпоКировскому району г. Екатеринбурга СУ СК РФ по Свердловской области– уничтожить (т. 1 л.д.115).

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Свердловский областной суд через Кировский районный суд г. Екатеринбурга в течение 10 суток, а осужденным – в тот же срок со дня получения копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы ФИО1 вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции в течение 10 суток со дня вручения копии приговора, в тот же срок со дня вручения копии апелляционного представления.

Приговор изготовлен с использованием компьютера и принтера в совещательной комнате.

Председательствующий 

<

...> С.А. Савинов