Уникальный идентификатор дела №

Дело № 1-173/2024

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Омск 

3 мая 2024 г. 

Советский районный суд г. Омска в составе:

председательствующего судьи Бекетова А.О., 

при помощнике судьи Каськовой К.А.,

с участием государственных обвинителей Хамошина А.Н., Храмшина С.А., 

потерпевшего Р.С.А.,

подсудимой ФИО1,

защитника – адвоката Жусупбекова Б.Б.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в общем порядке судебного разбирательства уголовное дело в отношении

ФИО1, 

<

данные изъяты> не судимой,

которой применена мера пресечения в виде заключения под стражу, фактически задержанной 3.12.2023,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 совершила убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку при следующих обстоятельствах.

В период с 22 часов 40 минут 2.12.2023 до 2 часов 37 минут 3.12.2023 ФИО1, находясь в адрес, в ходе ссоры, обусловленной аморальным и противоправным поведением Р.В.А., взяла в руки нож, подошла к Р.В.А., сидевшему на диване, и нанесла ему не менее одного удара в область шеи, не менее трёх ударов в область верхних конечностей и один удар в область груди, чем причинила последнему телесные повреждения в виде колото-резаной раны груди с повреждением правой подключичной артерии, правого лёгкого, квалифицирующиеся как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, находящиеся в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти; раны тыльной поверхности правой кисти, раны передневнутренней поверхности левого предплечья, раны тыльной стороны поверхности левой кисти, ссадины боковой поверхности шеи. Причиной смерти Р.В.А. явилось проникающее колото-резаное ранение груди справа с повреждением правой подключичной артерии, правого лёгкого с острым массивным кровотечением, которое непосредственно и обусловило наступление смерти.

В судебном заседании подсудимая ФИО1 заявила о полном признании вины и раскаянии в содеянном, фактически вину в совершении преступления признала частично, указав, что нанесла только один удар ножом, так как опасалась за свою жизнь и здоровье, а также за жизнь и здоровье Г.Л.В. От дачи показаний отказалась на основании ст. 51 Конституции Российской Федерации. Из оглашенных на основании п. 3 ч. 1 ст. 276 УПК РФ показаний подсудимой установлено, что 2.12.2023 около 22 часов 40 минут она совместно со своим сожителем Р.В.А. приехала к знакомой Г.Л.В., проживающей по адресу: адрес, после чего стали распивать спиртное. Через некоторое время Р.В.А. пошёл спать. Периодически он вставал, наливал еще спиртного, после чего снова ложился спать. 3.12.2023 около 2 часов 30 минут Р.В.А. вновь проснулся и стал вести себя неадекватно, требовал налить еще спиртного, которого уже не было, на что тот требовал найти еще спиртное. Она пыталась успокоить Р.В.А., поскольку они находились в гостях, но тот не успокаивался. Г.Л.В. при этом ушла на кухню. Далее Р.В.А. стал вести себя ещё более агрессивно, оскорблял её грубой нецензурной бранью, она просила его успокоиться, тогда он встал, ударил её кулаком в область левого виска, продолжил высказывать оскорбления, после чего отошёл от неё и сел на диван. Она испугалась его взгляда, считала, что он может причинить вред как ей, так и Г.Л.В. Тогда она взяла со стола нож, подошла к Р.В.А. и нанесла ему удар в область шеи, от чего у того пошла кровь, она отпустила нож и отошла от него. Р.В.А. встал и пошёл в прихожую, нож при этом торчал рукоятью вверх. Далее Р.В.А. взял рукой нож и вытащил его из себя, от чего кровь стала фонтанировать из раны. Она взяла полотенце, стала прикладывать его к ране Р.В.А., последний вернулся в комнату, сел на диван, забрал у неё полотенце и вновь приложил его к ранению. Г.Л.В. стала кричать, что нужно вызывать скорую, что они ему сами не помогут. Р.В.А. стало хуже, тот начал хрипеть, лёг на диван. Она стала понимать, что от полученного телесного повреждения тот может умереть, испугалась, и в шоковом состоянии вышла на улицу. Через некоторое время она вернулась в квартиру, где уже находились сотрудники правоохранительных органов, которым она рассказала о случившемся. До нанесения удара ножом Р.В.А. никаких телесных повреждений на теле Р.В.А. не было, открытого кровотечения она не видела. Откуда появились иные телесные повреждения на теле Р.В.А. пояснить не может.

В ходе проверки показаний на месте ФИО1 дала аналогичные показания, продемонстрировала, каким образом она нанесла телесные повреждения Р.В.А. (т. 1 л.д. 144-150).

Помимо её показаний, вина подсудимой в совершении преступления подтверждается показаниями потерпевшего Р.С.А., допрошенного в судебном заседании, а также показаниями свидетеля Г.Л.В., исследованными в судебном заседании на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ. 

В соответствии с показаниями потерпевшего Р.С.А. установлено, что у него был брат Р.В.А., с которым они вместе росли и до 22-23 лет очень тесно общались. После того, как Р.В.А. стал поддерживать отношения с ФИО1, их общение стало не столь близким. О смерти брата узнал 5.12.2023 от сотрудников полиции. Заявляет гражданский иск на 2 млн. рублей в качестве компенсации морального вреда, причинённого преступлением, поскольку смерть брата стала для него тяжёлой утратой, которую он переживал и продолжает переживать.

Свидетель Г.Л.В. показала, что 2.12.2023 к ней в гости приехали ФИО1 и Р.В.А., они вместе стали распивать спиртное. Через некоторое время Р.В.А. пошёл спать. Время от времени последний просыпался, приходил на кухню, наливал себе пиво, после чего снова уходил спать. 3.12.2023 около 2 часов 30 минут Р.В.А. проснулся и стал вести себя неадекватно, стал требовать спиртного, ему сказали, что всё закончилось, но тот требовал найти ещё. ФИО1 просила того успокоиться, так как те находились в гостях. Тогда она ушла на кухню, так как не хотела впутываться в конфликт. Далее между ФИО1 и Р.В.А. происходил словесный конфликт, который она не наблюдала, так как находилась на кухне, слушала только их голоса. Она услышала шаги, пошла в комнату и увидела, что нож с красной ручкой был воткнут в правую часть туловища Р.В.А. чуть ниже шеи. Р.В.А. при этом перемещался по квартире, вышел в прихожую, кровь из раны текла очень сильно. ФИО1 сказала ей, что это она нанесла удар ножом Р.В.А. Далее ФИО1 взяла полотенце с тала прикладывать к ране Р.В.А. Последний вернулся в комнату, она прошла за ним и увидела, что нож уже лежал возле дивана, а Р.В.А. сидел на диване, затем лёг и стал хрипеть и более не вставал.

Кроме того, вина подсудимой в совершении преступления подтверждается исследованными в суде протоколами следственных действий и иными документами:

- протоколом осмотра места происшествия от 3.12.2023, согласно которому осмотрена адрес, обнаружен и осмотрен труп Р.В.А., изъяты следы крови на марлевые тампоны, а также нож (т. 1 л.д. 5-20);

- заключением эксперта № от 7.12.2023, в соответствии с которым у Р.В.А. обнаружены телесные повреждения в виде проникающего колото-резанного ранения груди с повреждением правой подключичной артерии, правого лёгкого, которое квалифицируется как причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, находится в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти; раны тыльной стороны поверхности правой кисти, раны предневнутренней поверхности левого предплечья, раны тыльной поверхности левой кисти, которые как по отдельности, так и в совокупности квалифицируются как причинившие лёгкий вред здоровью по признаку кратковременности расстройства здоровья, продолжительностью до 21 дня, отношения к смерти не имеют; ссадины правой боковой поверхности шеи, которая квалифицируется как не причинившая вреда здоровью. Причиной смерти Р.В.А. явилось проникающее колото-резаное ранение груди справа с повреждением правой подключичной артерии, правого лёгкого, с острым массивным кровотечением, которое непосредственно и обусловило наступление смерти. Всего по телу Р.В.А. было нанесено 5 травматических воздействий (т. 1 л.д. 25-34);

- протоколом выемки от 3.12.2023, согласно которому у ФИО1 изъята футболка (т. 1 л.д. 101-105);

- заключением эксперта № от 16.01.2024, в соответствии с которым вероятность того, что биологические следы на клинке и рукоятке ножа и на марлевом тампоне (смыв с пола в комнате у дивана) действительно произошли от Р.В.А. составляет не менее 99,(9)331 % (т. 1 л.д. 121-142);

- протоколом выемки от 7.12.2023, в соответствии с которым из 

<

данные изъяты> были изъяты одежда Р.В.А., а также марлевые тампоны со смывами с рук, волосы, образцы крови, рана (т. 1 л.д. 159-162);

- протоколом осмотра от 18.01.2024, согласно которому осмотрен нож, изъятый в ходе осмотра места происшествия (т. 1 л.д. 184-187);

- заключением эксперта № от 24.01.2024, в соответствии с которым нож, изъятый в ходе осмотра места происшествия, к категории холодного оружия не относится. Данный нож изготовлен промышленным способом, по типу ножей хозяйственно-бытового назначения (т. 1 л.д. 192-193);

- заключением эксперта № МК от 30.01.2024,

в соответствии с которым повреждения на представленном препарате кожи от трупа Р.В.А. по механизму образования является колото-резаным. По морфологическим признакам, отобразившимся в повреждении, можно судить о том, что оно причинено плоским колюще-режущим предметом, типа клинка ножа, имеющим острое лезвие, «П» образной формы обух, толщиной около 0,1 см, с хорошо выраженными ребрами и остроконечное острие. Ширина погруженной части клинка не более 2,5 см, с учетом сократимости кожи. Длина погруженной части клинка не менее 8 см. Указанные свойства предполагаемого орудия травмы в полном объеме имеются у клинка ножа, представленного на экспертизу, поэтому причинение им вышеуказанного повреждения не исключается (т. 1 л.д. 200-203);

- заключением эксперта № от 18.12.2023, согласно которому в момент инкриминируемого ей деяния ФИО1 не была лишена способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В момент инкриминируемого ей деяния ФИО1 не находилась в состоянии патологического или физиологического аффекта (т. 1 л.д. 94-98).

Исследовав и оценив в совокупности представленные доказательства, суд считает вину подсудимой ФИО1 в совершении преступления, изложенного в описательной части приговора, доказанной.

Законность проведения следственных и иных процессуальных действий, на основании которых получены доказательства по уголовному делу, у суда сомнения не вызывает, сторонами не оспаривается.

Суд считает установленным, что умысел подсудимой был направлен именно на лишение жизни Р.В.А., о чём убедительно свидетельствует поведение подсудимой в совокупности: целенаправленный и последовательный характер действий подсудимой, использование ей в качестве оружия ножа, то есть предмета, обладающего очевидными поражающими способностями, нанесение подсудимой ударов остриём ножа в сторону потерпевшего со значительной силой, о чем свидетельствует характер причинённых повреждений, нанесение удара ножом в место расположения жизненно-важных органов потерпевшего, характер и локализация причиненных телесных повреждений. 

Удар ножом ФИО1 нанесла осознанно и не могла не понимать, что тем самым причиняет травмы, несовместимые с жизнью, так как с учетом силы и локализации ранения совершенное действие обычно влечёт причинение смертельных повреждений, в связи с чем подсудимая понимала неизбежность наступления смерти, чего желала и достигла. Смерть потерпевшего наступила спустя непродолжительное время.

Обстоятельств, указывающих на совершение преступления в условиях аффекта или необходимой обороны, не имеется. Мотивом к преступлению послужили личные неприязненные отношения, обусловленной аморальным и противоправным поведением Р.В.А., который оскорблял ФИО1, в том числе с использованием грубой нецензурной брани, нанёс удар в область головы.

Суд считает доказанным факт наличия прямой причинно-следственной связи между действиями подсудимой (нанесению удара ножом) и наступившей смертью Р.В.А.

В связи с изложенным, доводы стороны защиты о том, что подсудимая не желала причинения смерти потерпевшему, являются несостоятельными.

Не находилась ФИО1 и в состоянии необходимой обороны. В соответствии с действующим законодательством общественно опасное посягательство, сопряженное с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, представляет собой деяние, которое в момент его совершения создавало реальную опасность для жизни обороняющегося или другого лица. О наличии такого посягательства могут свидетельствовать, в частности, причинение вреда здоровью, создающего реальную угрозу для жизни обороняющегося или другого лица (например, ранения жизненно важных органов), применение способа посягательства, создающего реальную угрозу для жизни обороняющегося или другого лица (применение оружия или предметов, используемых в качестве оружия, удушение, поджог и т.п.). Непосредственная угроза применения насилия, опасного для жизни обороняющегося или другого лица, может выражаться в высказываниях о намерении немедленно причинить обороняющемуся или другому лицу смерть или вред здоровью, опасный для жизни, демонстрации нападающим оружия или предметов, используемых в качестве оружия, взрывных устройств, если с учетом конкретной обстановки имелись основания опасаться осуществления этой угрозы.

В ходе судебного заседания не установлено наличие реального опасного посягательства на жизнь и здоровье подсудимой со стороны потерпевшего, который какой-либо опасности для неё не представлял, посягательств, сопряженных с насилием, опасным для жизни и здоровья, либо создававших угрозу применения такого насилия, не совершал. В момент причинения Р.В.А. телесных повреждений и непосредственно перед этим, каких-либо угроз жизни и здоровью Р.В.А. в адрес подсудимой не высказывалось, какие-либо предметы в его руках отсутствовали.

Под посягательством, защита от которого допустима в пределах, установленных ч. 2 ст. 37 УК РФ, по смыслу закона следует понимать совершение общественно опасных деяний, сопряженных с насилием, не опасным для жизни обороняющегося или другого лица (например, побои, причинение легкого или средней тяжести вреда здоровью). При этом право на необходимую оборону сохраняется до момента фактического окончания посягательства. Действия не могут признаваться совершенными в состоянии необходимой обороны, если вред посягавшему лицу причинен после того, как посягательство было предотвращено, пресечено или окончено и в применении мер защиты явно отпала необходимость, что осознавалось оборонявшимся лицом.

В судебном заседании установлено, что после возникшего конфликта и нанесенного Р.В.А. удара ФИО1, он отошёл от последней и сел на диван. Таким образом, суд считает установленным, что фактически посягательство в отношении ФИО1, сопряженное с насилием, не опасным для жизни и здоровья, было окончено. ФИО1 могла объективно оценить степень и характер опасности посягательства со стороны Р.В.А.

Кроме того, как установлено подсудимая причинила Р.В.А. 5 ударов ножом, один из которых находится в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти, что подтверждается заключением эксперта, показаниями свидетеля и самой подсудимой, поскольку последние указывали, что до нанесения удара ножом ФИО1 у Р.В.А. какие-либо телесные повреждения отсутствовали.

Таким образом, подсудимая ФИО1 не находилась в состоянии необходимой обороны, а равно при превышении ее пределов.

Тяжесть причиненных Р.В.А. повреждений и их причинная связь с наступлением смерти были установлены на основании заключения эксперта, выводы которого суд признает достоверными, сторонами не оспариваются.

На основании изложенного, суд квалифицирует противоправные действия ФИО1 по ч. 1 ст. 105 УК РФ, как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

При определении вида и размера наказания подсудимой ФИО1, руководствуясь положениями ч. 3 ст. 60 УК РФ, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления.

Также суд принимает во внимание данные о личности подсудимой, которая социально обустроена, имела постоянное место жительства, а также иные сведения, характеризующие личность подсудимой, исследованные в судебном заседании. Судом учитывается влияние назначаемого наказания на исправление ФИО1 и на условия жизни её семьи.

К обстоятельствам, смягчающим наказание ФИО1, суд относит заявление о признании вины и раскаянии в содеянном, принесение извинений потерпевшему, аморальность и противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, неудовлетворительное состояние здоровья родственников подсудимой. В качестве смягчающего наказание обстоятельства суд также признает активное способствование расследованию преступления, выразившееся в указании обстоятельств нанесения удара ножом Р.В.А., ранее органам расследования не известные.

Явку с повинной суд не может признать в качестве смягчающего наказание обстоятельств, поскольку признательные пояснения были даны ФИО1 под давлением имеющихся улик.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимой, судом не установлено.

Суд не может признать обстоятельством, отягчающим наказание ФИО1, совершение преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, поскольку установлено, что удары ножом ФИО1 нанесла вследствие противоправного и аморального поведения потерпевшего. 

По мнению суда, определенные ст. 43 УК РФ, цели наказания – восстановление социальной справедливости, исправление подсудимой и предупреждение совершения ей новых преступлений, будут достигнуты только с применением к ФИО1 наказания, назначаемого с применением правил, предусмотренных ч. 1 ст. 62 УК РФ, в виде лишения свободы, с его отбыванием, согласно п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ, в исправительной колонии общего режима.

Учитывая фактические обстоятельства дела, личность подсудимой, исключительных и иных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, суд не усматривает, в связи с чем отсутствуют основания для применения положений ч. 6 ст. 15, ст.ст. 531, 64 УК РФ. 

Кроме того, суд полагает невозможным исправление ФИО1 без реального отбывания назначенного наказания, в связи с чем не находит оснований для применения положений ст. 73 УК РФ.

Основания для назначения дополнительного наказания суд не усматривает.

На основании ч. 2 ст. 97 УПК РФ, в целях обеспечения исполнения приговора суда, меру пресечения в виде заключения под стражу ФИО1 суд считает необходимым не изменять.

Процессуальные издержки, предусмотренные п. 5 ч. 2 ст. 131 УПК РФ в виде сумм, подлежащих выплате адвокату за оказание им юридической помощи суд считает необходимым отнести за счёт средств федерального бюджета в связи с имущественной несостоятельностью подсудимой. 

При решении вопроса о судьбе вещественных доказательств суд руководствуется требованиями ст.ст. 81, 82 УПК РФ.

Гражданский иск потерпевшего Р.С.А. о компенсации морального вреда подлежит удовлетворению, поскольку исковые требования основаны на положениях ст.ст. 151, 1064, 1099 и 1101 ГК РФ. При этом, в соответствии с приведённым положениями при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает характер причиненных потерпевшему нравственных страданий, степень вины подсудимой, её материальное положение и другие конкретные обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости. Кроме того, судом учитывается установленные факты противоправного и аморального поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 303, 304, 307-309 УПК РФ,

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО1 признать виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, и назначить ей наказание в виде 9 (девяти) лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Меру пресечения ФИО1 в виде заключения под стражу не изменять до вступления приговора в законную силу, содержать в ФКУ СИЗО № 1 УФСИН России по Омской области.

Срок наказания в виде лишения свободы исчислять со дня вступления приговора в законную силу. Зачесть в срок лишения свободы время содержания под стражей в период с 3.12.2023 до дня вступления приговора в законную силу в соответствии с п. «б» ч. 31 ст. 72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

После вступления приговора в законную силу, вещественные доказательства по делу:

– футболку ФИО1 – вернуть ФИО1 по принадлежности или её доверенному лицу;

– нож, смывы, срезы, марлевые тампоны, трусы Р.В.А. – уничтожить.

Гражданский иск потерпевшего Р.С.А. о компенсации морального вреда удовлетворить частично. Взыскать с ФИО1 в пользу Р.С.А., 

<

данные изъяты>, в счет компенсации морального вреда 1 500 000 (одного миллиона пятисот тысяч) рублей.

Процессуальные издержки возместить за счёт средств федерального бюджета.

Приговор может быть обжалован в Омский областной суд в течение 15 суток со дня его провозглашения через Советский районный суд г. Омска, а осужденной, содержащейся под стражей - в тот же срок со дня вручения ей копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы или представления осужденная вправе ходатайствовать о своем участии при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции.

Судья /подпись/ А.О. Бекетов

Копия верна:

Судья: Помощник судьи:

Подлинник документа находится в деле № 1-173/2024 Советского районного суда г. Омска