УИД: 61RS0007-01-2024-003640-21

Дело №2-2963/2024

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

24 октября 2024 года г. Ростов-на-Дону

Пролетарский районный суд г. Ростова-на-Дону в составе:

председательствующего судьи Федотовой Е.Н., 

при секретаре судебного заседания Кова А.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску АО «Страховое общество газовой промышленности» к ФИО1 о признании договора страхования недействительным, 

У С Т А Н О В И Л:

АО «СОГАЗ» обратилось в суд с иском к наследнице ФИО2 – ФИО1 о признании недействительным договора страхования №№ от 16.12.2019 г., заключенного между ФИО2 и ООО СК «ВТБ Страхование», применении последствий недействительности сделки согласно условий статьи 167 ГК РФ, взыскании государственной пошлины за подачу искового заявления в размере 6 000 руб. В обоснование требований истец указал, что ФИО2 являлся Страхователем и Застрахованным лицом в соответствии с Полисом № № от 16.12.2019 года. Договор страхования был заключен на основании заявления Страхователя и в соответствии с полисными условиями ипотечного страхования по программе ипотечного кредитования банк ВТБ (ПАО) № и «Правилами комплексного ипотечного страхования» ООО «СК «ВТБ Страхование». Согласно п. С18 заявления на страхование ФИО2 на вопрос: - «Состоите ли вы на учете в диспансере в том числе наркологическом, психоневрологическом, туберкулезном, онкологическом» ответил «нет». Согласно выписному эпикризу истории болезни № ГБУ РО «ПНД», застрахованный с 02.03.2016 г. по 07.04.2016 г., находился на лечении по заболеванию «Шизофреноподобное расстройство», в 2017 году проходил лечение в ООО «Лечебно-реабилитационном научном центре «Феникс» по психическому расстройству. Так же из документов правоохранительных органов известно, что ФИО2 признан негодным и уволен со службы в МВД в 2016 году в связи с заболеванием. В постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела указано, что смерть ФИО2 не носит криминального характера. По утверждению истца ФИО2 на протяжении 8-9 лет состоял на учете у врача психиатра с диагнозом «Шизофреноподобное расстройство», что сподвигло его совершить суицид. Таким образом, как считает истец, ФИО2 укрыл факт наличия заболевания имевшегося до заключения Договора страхования, и заведомо знал о неудовлетворительном состоянии своего здоровья, что послужило основанием для обращения с исковым заявлением для признания Договора страхования недействительным в судебном порядке.

Представитель истца ФИО6 поддержал исковые требования по основаниям, изложенным в иске, просил суд их удовлетворить. 

Представитель ответчика ФИО7 в иске просила отказать, ссылаясь на письменные возражения, приобщенные к материалам дела.

Ответчик ФИО1 в судебное заседание не явилась, извещена о месте и времени рассмотрения дела надлежащим образом. Суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившегося лица, извещенного о времени и месте рассмотрения дела применительно к положениям ст. 167 ГПК РФ. 

Исследовав материалы дела, выслушав участников процесса, суд приходит к следующему.

Согласно п. 1 ст. 943 ГК РФ условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков (правилах страхования).

Условия, содержащиеся в правилах страхования и не включенные в текст договора страхования (страхового полиса), обязательны для Страхователя, если в договоре (страховом полисе) прямо указано на применение таких правил и сами правила изложены в одном документе с договором или на его оборотной стороне либо приложены к нему (п. 2 ст. 943 ГК РФ).

Согласно статье 944 Гражданского кодекса Российской Федерации при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику.

Существенными признаются во всяком случае обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе (пункт 1).

Если договор страхования заключен при отсутствии ответов страхователя на какие-либо вопросы страховщика, страховщик не может впоследствии требовать расторжения договора либо признания его недействительным на том основании, что соответствующие обстоятельства не были сообщены страхователем (пункт 2).

Если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, указанных в пункте 1 этой статьи, страховщик вправе потребовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных пунктом 2 статьи 179 данного кодекса (пункт 3).

Бремя доказывания факта сообщения страхователем заведомо ложных сведений и их существенного значения лежит на страховщике (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) и статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

В силу пункта 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Таким образом, правила пункта 3 статьи 944 Гражданского кодекса Российской Федерации конкретизируют применительно к договору страхования общие положения статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации о недействительности сделок, совершенных под влиянием обмана, и обязательным условием применения данных положений является наличие умысла страхователя.

Согласно п. 99 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман. 

Существенными признаются во всяком случае обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе.

В соответствии со ст. 945 ГК РФ при заключении договора личного страхования страховщик вправе провести обследование страхуемого лица для оценки фактического состояния его здоровья.

В последнем случае согласие страхователя заключить договор на предложенных страховщиком условиях подтверждается принятием от страховщика указанных в абзаце первом настоящего пункта документов.

Согласно ст. 963 ГК РФ страховщик освобождается от выплаты страхового возмещения или страховой суммы, если страховой случай наступил вследствие умысла страхователя, выгодоприобретателя или застрахованного лица.

Из материалов дела видно, что 16.12.2019 года между Банком ВТБ (ПАО) и ФИО2 заключен кредитный договор №, по условиям которого Банк предоставил заемщику кредит в размере 1 136 430,00 руб. сроком на 122 месяца на приобретение 

<

адрес>, расположенной по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, 

<

адрес>-б, 

<

адрес> КН: №

16.12.2019 г. в обеспечение выполнения своих денежных обязательств по указанному кредитному договору ФИО2 заключил со страховщиком ООО «СК «ВТБ Страхование» договор комплексного страхования №№ на предмет риска утраты жизни в результате несчастного случая и/или болезни; инвалидность I и II группы в результате несчастного случая и/или болезни, выгодоприобретателем по которому является застрахованное лицо, в случае смерти лица, застрахованного по договору, в котором не назван иной выгодоприобретатель, выгодоприобретателями признаются наследники застрахованного лица. 

По условиям договора страхования срок действия Полиса с момента уплаты 16.12.2019 г. страховой премии и по 15.12.2020 года (один год), с ежегодной пролонгацией и внесением страховой премии.

В соответствии с п. 1.3 полисных условий ипотечного страхования по программе кредитования банка ВТБ (ПАО) № договор страхования в части личного страхования, не заключается в отношении имущественных интересов лиц, являющихся инвалидами I и II группы, носителями ВИЧ-инфекции, больных злокачественными новообразованиями (в том числе злокачественными болезнями крови и кроветворных органов), циррозом печени, почечной недостаточностью, хроническими сердечно-сосудистыми заболеваниями, психическими расстройствами, СПИДом.

При заключении данного договора ФИО2 было заполнено и подписано заявление, которое содержало опросный лист о состоянии здоровья последнего, где в пункте С18 он указал, что не стоит на учете в диспансере в том числе наркологическом, психоневрологическом, туберкулезном, онкологическом.

Впоследствии по договору о передаче страхового портфеля от 01.10.2022 г. к истцу перешел страховой портфель по договорам комплексного ипотечного страхования, заключенным в отношении обеспечения ипотечных кредитов Банк ВТБ (ПАО).

Обращаясь с настоящими требованиями, истец ссылается на предоставленные ФИО8 недостоверные данные, которые заключаются в том, что застрахованный скрыл, что с 02.03.2016 г. по 07.04.2016 г. находился на лечении по заболеванию «Шизофреноподобное расстройство», в 2017 году проходил лечение в ООО «Лечебно-реабилитационном научном центре «Феникс» по психическому расстройству. 

Кроме того, из документов правоохранительных органов, предоставленных ответчиком, истцу стало известно, что ФИО2 признан негодным и уволен со службы в МВД в 2016 году в связи с заболеванием. 

На основании изложенного истец считает, что ФИО2 на протяжении 8-9 лет состоял на учете у врача психиатра с диагнозом «Шизофреноподобное расстройство» (А25.2), что сподвигло его совершить суицид, так же считает, что ФИО2 укрыл факт наличия заболевания, имевшегося до заключения Договора страхования и заведомо знал о неудовлетворительном состоянии своего здоровья. Поведение ФИО2 свидетельствует о недобросовестности его действий при заключении договора страхования и намеренном желании ввести страховщика в заблуждение.

В соответствии со справкой о смерти №№ ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умер ДД.ММ.ГГГГ Причиной смерти ФИО2 является механическая асфиксия от сдавливания шеи петлей при повешении.

На основании свидетельства о праве на наследство по закону от 01.03.2024 г. ответчик ФИО1 является наследником имущества ФИО2, а именно: квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, 

<

адрес>-б, 

<

адрес> КН: №

Согласно ответу Аксайского филиала ГБУ РО «Психиатрическая больница» № от 24.09.2024 г., ФИО2 находился на лечении в учреждении в период с 02.03.2016 г. по 07.04.2016 г.; с 20.05.2016 г. по 14.07.2016 г.; с 29.12.2016 г. по 25.01.2017 г. с диагнозом «шизофреноподобное расстройство», смешанный тип (F25.2). 

Также из материалов дела следует, что ФИО2 в 2017 году проходил лечение в ООО «Лечебно-реабилитационном научном центре «Феникс» по психическому расстройству.

На запрос суда из ГБУ РО «Психиатрическая больница» поступил ответ от 26.09.2024 г., согласно которому ФИО2 под диспансерным наблюдением врача-психиатра не состоит.

В соответствии с письмом ГБУ РО «Наркологический диспансер» от 23.09.2024 г. следует, что в отношении ФИО2 в наркологическом диспансере диспансерное наблюдение не установлено.

20.10.2022 года ФИО2 выдано водительское удостоверение 99 27 718791 на основании медицинского заключения серия № №, выданного ООО «МЦ «Гиппократ», в котором в том числе был произведен осмотр врачом-психиатром и указано, что патологии не выявлено.

Материалы дела не содержат доказательств, подтверждающих наличие у ФИО2 на момент подписания полиса страхования психических расстройств, а также то, что он находился на учете в психоневрологическом или наркологическом диспансере. 

Соответственно, при подписании договора страхования у ФИО2 не имелось оснований для введения истца в заблуждение при ответе на вопрос С18. 

Обман в виде намеренного умолчания об обстоятельстве при заключении сделки является основанием для признания ее недействительной, поскольку такой обман, в данном случае, возник в отношении обстоятельств, о котором застрахованный должен был сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась. В данном деле, по смыслу полиса-оферты подразумевалось сообщение о состоянии на учете в психоневрологическом, наркологическом, туберкулезном или онкологическом диспансере, о чем, как установлено судом, ФИО2 не мог не знать на момент заключения договора.

При таких данных суд приходит к выводу, что требование АО «СОГАЗ» о признании Полиса № № от 16.12.2019 года (Договор страхования), заключенного между ФИО3 и ООО СК «ВТБ Страхование» недействительным, не подлежащим удовлетворению, поскольку на момент подписания Договора страхования ФИО2 лечения не проходил, на учете у врача-психиатра и врача-нарколога не состоял.

Доводы истцовой стороны о том, что наличие у ФИО2 диагноза «Шизофреноподобное расстройство» (А25.2) сподвигло его совершить суицид, не состоятельны.

Доказательств наличия причинно-следственной связи между смертью ФИО2 и наличием диагноза «Шизофреноподобное расстройство» (А25.2) материалы дела не содержат. 

Более того, не подтверждено допустимыми доказательствами наличие у ФИО2 указанного выше заболевания как на момент подписания договора страхования, так и на момент смерти.

В заключении судебно-медицинского исследования трупа № указано, что смерть ФИО2 наступила в результате механической асфиксии от сдавливания шеи петлей при повешении, стоящей в прямой причинной связи с наступившей смертью.

Таким образом смерть наступила в результате механической асфиксии, а не из-за диагноза, сподвигшего на совершение суицида, как утверждает истец.

Учитывая положения вышеприведенных норм права, можно сделать вывод о том, что обязательным условием для применения нормы о недействительности сделки является наличие умысла страхователя, направленного на сокрытие обстоятельств или предоставление ложных сведений, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных от него убытков.

Оснований полагать, что ФИО2 намеренно скрыл факт перенесенного заболевания, не имеется, поскольку сведений о том, что у него имелись какие-либо жалобы со стороны здоровья после перенесенного заболевания не имеется, тогда как страховщик, являясь лицом, осуществляющим профессиональную деятельность на рынке страховых услуг, является более сведущим в определении факторов риска, однако при заключении договора страхования не предлагал страхователю пройти медицинское освидетельствование, следовательно, осознавал риски, связанные с тем, что лицо, подписывающее договор страхования, в силу объективных причин может не знать или не полностью располагать сведениями о последствиях ранее перенесенного заболевания.

Принимая во внимание установленные обстоятельства, не доказанность факта злоупотребления своим правом со стороны ФИО2, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных исковых требований о признании договора страхования недействительным и производных от него требований о применении последствий недействительности сделки, взыскании расходов по оплате государственной пошлины.

Руководствуясь ст.ст. 194-198,199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования АО «Страховое общество газовой промышленности» оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Ростовский областной суд через Пролетарский районный суд г. Ростова-на-Дону в течение месяца с момента изготовления решения в окончательной форме. 

Решение в окончательной форме изготовлено 7 ноября 2024 года.

Судья Е.Н. Федотова