РЕШЕНИЕ

 Именем Российской Федерации г. Усть-Илимск Иркутской области 20 декабря 2017 года 

Усть-Илимский городской суд Иркутской области в составе

председательствующего судьи Третьякова М.С.,

при секретаре судебного заседания Кучерук Е.С.,

с участием истца ФИО1, представителя ФИО2, действующей на основании доверенности,

с участием представителей ответчика: ФИО3, председателя правления ПКО «Соболь», ФИО4, действующей на основании доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-2293/2017 по иску ФИО1 к Потребительскому кооперативу охотников «Соболь» о признании решений общего собрания, изменений в Устав кооператива, недействительными,

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился с исковым заявлением к потребительскому кооперативу охотников «Соболь», в котором просит с учетом уточнений признать недействительным решение общего собрания пайщиков потребительского кооператива охотников «Соболь» (ПКО «Соболь») оформленное протоколом № 25 от 24.01.2016 года. Признать недействительным Устав ПКО «Соболь» в редакции от 24.01.2016 года. В обоснование заявленных требований указал, что он является пайщиком ПКО «Соболь» с момента его образования. Согласно подпункта 15 п.1.9 Устава ПКО «Соболь», утвержденного решением общего собрания от 19.07.1997 года, кооператив учрежден физическими лицами с уставным фондом *** руб. и распределен между его членами на паи (доли) - доля истца составляет 6,25 %, что в денежном эквиваленте составляет *** руб. На основании решения общего собрания пайщиков кооператива от 24.01.2016 года были приняты изменения в Устав ПКО «Соболь» и утвержден Устав в новой редакции (протокол общего собрания № 25). Указывает, что в новой редакции в подпункте 15 п. 1.9 Устава написано, что кооператив учрежден физическими лицами с паевым фондом *** руб. и внесен его членами в равных долях, при этом указание на долю истца в процентном и денежном выражении отсутствует. Считает, таким образом, не имея никаких правовых оснований общее собрание лишило истца паевого взноса, чем нарушило его права и законные интересы. Также указывает, что решением общего собрания от 24.01.2016 года исключены из Устава п. 4.7.2 «член кооператива имеет право выйти из кооператива с площадью охотугодий, закрепленных за ним договором для ведения спортивно-промысловой охоты, для создания нового юридического лица в соответствии с ФЗ «О животном мире», что лишило истца права на выход из участников кооператива с охотучастком и нарушает его права как члена кооператива, поскольку при создании кооператива в члены принимались только охотники, имеющие собственный участок охотугодий на праве аренды, впоследствии в связи с изменением законодательства и с согласия всех членов кооператива охотничьи угодья были объединены и заключено одно охотохозяйственное соглашение на ПКО «Соболь», при этом за членами кооператива сохранилось закрепление охотничьих участков согласно ранее действовавших договоров аренды охотугодий. Кроме того, решением общего собрания внесены изменения в п. 4.7.3 Устава в результате которых фактически лишены права члены кооператива вести промысел на своих ранее закрепленных охотучастках. Считает, что решение общего собрания пайщиков ПКО «Соболь» от 24.01.2016 года незаконно, поскольку было принято с нарушением установленной законом «О потребительской кооперации в РФ» и Уставом кооператива процедуры проведения общего собрания и полномочности принятия решений. Просит признать недействительным решение общего собрания пайщиков потребительского кооператива охотников «Соболь» (ПКО «Соболь») оформленное протоколом № 25 от 24.01.2016 года. Признать недействительным Устав ПКО «Соболь» в редакции от 24.01.2016 года. Взыскать с ответчика судебные расходы по оплате юридических услуг в размере 10000 руб., расходы по оплате банковской комиссии в размере 150 руб., за оформление нотариальной доверенности 1100 руб., расходы по уплате госпошлины в размере 600 руб., расходы по оплате уведомления в средствах массовой информации в размере 920 руб. 

Истец обратился с исковым заявлением к потребительскому кооперативу охотников «Соболь», в котором просит с учетом уточнений признать недействительным решение общего собрания пайщиков потребительского кооператива охотников «Соболь» (ПКО «Соболь») оформленное протоколом № 29 от 05.11.2017 года. Признать недействительным Устав ПКО «Соболь» в редакции от 05.11.2017 года. Восстановить права истца в прежнее положение в ПКО «Соболь». В обоснование заявленных требований указал, что он является пайщиком ПКО «Соболь» с момента его образования. Согласно подпункта 15 п.1.9 Устава ПКО «Соболь», утвержденного решением общего собрания от 19.07.1997 года, кооператив учрежден физическими лицами с уставным фондом *** руб. и распределен между его членами на паи (доли) - доля истца составляет 6,25 %, что в денежном эквиваленте составляет *** руб. На основании решения общего собрания пайщиков кооператива от 05.11.2017 года были приняты изменения в Устав ПКО «Соболь», п. 1.9. Устава исключен. Считает, что данное решение незаконно, поскольку вопрос об исключении п.1.9 из Устава в повестку общего собрания не был включен, кроме того, считает, что данный вопрос вправе разрешать только учредители, которые учреждали ПКО «Соболь». Также указывает, что в повестку общего собрания был включен вопрос о распределении участка «Зелинда», между тем не было указано, чей именно участок, так как на охотничьем участке «Зелинда» три охотника. Считает, что члены кооператива не вправе второй раз за год перераспределять закрепленный за истцом охотничий участок. Законное распределение участков было произведено 22.01.2012 года и истец внес соответствующую плату для заключения охотхозяйственных соглашений на 20 лет. Просит признать недействительным Устав ПКО «Соболь» в редакции от 05.11.2017 года, признать недействительным решение общего собрания ПКО «Соболь» от 05.11.2017 года в части распределения закрепленного за ФИО1 охотничьего участка Зелинда в границах кварталов № 100-109, 117-125, 58, 59, 134-140, 141-146, 83, 84, 157-164, 167-172, 187-192, 199-202, 216-217. Восстановить права ФИО1 в прежнее положение в ПКО «Соболь». 

Определением Усть-Илимского городского суда от 24.11.2017 года гражданские дела объединены в одно производство.

В судебном заседании истец ФИО1, его представитель ФИО2 заявленные требования поддержали в полном объеме.

Представители ответчика потребительского кооператива охотников «Соболь» с иском не согласились, пояснили, что все изменения в Устав были приняты в соответствии с требованиями Устава на общем собрании при наличии кворума, путем голосования. При этом, указывают, что ФИО1 присутствовал на всех оспариваемых собраниях в том числе 24.01.2016 года и 05.11.2017 года. Считают, что права ФИО1 исключением п.1.9 из Устава не нарушены, поскольку законодательством не предусмотрено обязательное внесение в Устав потребительского кооператива данных об учредителях, участниках или членах кооператива с указанием размера их паевого взноса и доли в уставном фонде. ФИО1 никто не исключал из членов кооператива и не лишал его паевого взноса. Учет членов кооператива и их паевых взносов ведется отдельным реестром. Факт того, что ФИО1 является членом кооператива подтверждается членским билетом выданным ему, а не записью в Уставе. Также указывают, что договора аренды земельных участков, на которые ссылается истец, прекратили свое действие в связи с вступлением в силу ФЗ «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов». Участки были переданы администрации. Право на закрепление участков под охоту перешло на создаваемые некоммерческие организации от администрации. Право охотиться на определенном участке возникает с момента принятия решения общим собранием кооператива. Кроме того, указывают, что истцом пропущен срок на обращение в суд с требованием об обжаловании решения общего собрания от 24.01.2016 года, истечение срока исковой давности является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. 

Заслушав объяснения сторон, свидетелей, исследовав и оценив их в совокупности с представленными суду письменными доказательствами, в соответствии с требованиями статей 67, 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) суд находит заявленные требования не подлежащими удовлетворению на основании следующего.

В соответствии с выпиской МИФНС N 9 по Иркутской области из Единого государственного реестра юридических лиц от 26.10.2016 № 8170528В/2016 Потребительский кооператив охотников «Соболь» зарегистрирован 18.08.1997 года. 

Согласно пункту 3 статьи 50 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица, являющиеся некоммерческими организациями, могут создаваться в организационно-правовых формах: потребительских кооперативов.

В соответствии с п. 1, 2 ст. 123.1 Гражданского кодекса Российской Федерации некоммерческими корпоративными организациями признаются юридические лица, которые не преследуют извлечение прибыли в качестве основной цели своей деятельности и не распределяют полученную прибыль между участниками (пункт 1 статьи 50 и статья 65.1), учредители (участники) которых приобретают право участия (членства) в них и формируют их высший орган в соответствии с пунктом 1 статьи 65.3 настоящего Кодекса.

Некоммерческие корпоративные организации создаются в организационно-правовых формах потребительских кооперативов, общественных организаций, ассоциаций (союзов), нотариальных палат, товариществ собственников недвижимости, казачьих обществ, внесенных в государственный реестр казачьих обществ в Российской Федерации, а также общин коренных малочисленных народов Российской Федерации

В соответствии с п. 1 ст. 123.2 Гражданского кодекса Российской Федерации потребительским кооперативом признается основанное на членстве добровольное объединение граждан или граждан и юридических лиц в целях удовлетворения их материальных и иных потребностей, осуществляемое путем объединения его членами имущественных паевых взносов.

Согласно сведений из ЕГРЮЛ Потребительский кооператив охотников «Соболь» создан на основании решения общего собрания охотников (физические лица) от 19.07.1997 года. Зарегистрирован ПКО «Соболь» в администрации города Усть-Илимска 18.08.1997 года.

Из материалов дела следует, что истец является членом потребительского кооператива охотников «Соболь» с 1997 года, что подтверждается членским билетом № 08, выданным 15.01.2014, сведениями в них об уплате членских взносов.

Из содержания искового заявления, следует, что истец просит признать незаконным решение общего собрания членов потребительского кооператива охотников «Соболь» от 24.01.2016 года в части внесения изменений в Устав кооператива и признать недействительным Устав кооператива в редакции от 24.01.2016 года. 

По смыслу пункта 1 статьи 2, пункта 6 статьи 50 и пункта 2 статьи 181.1 ГК РФ под решениями собраний понимаются решения гражданско-правового сообщества, т.е. определенной группы лиц, наделенной полномочиями принимать на собраниях решения, с которыми закон связывает гражданско-правовые последствия, обязательные для всех лиц, имевших право участвовать в таком собрании, а также для иных лиц, если это установлено законом или вытекает из существа отношений.

Правила главы 9.1 ГК РФ применяются к решениям собраний постольку, поскольку законом или в установленном им порядке не предусмотрено иное (пункт 1 статьи 181.1 ГК РФ).

В силу положений ч. 1 ст. 181.2 ГК РФ решение собрания считается принятым, если за него проголосовало большинство участников собрания и при этом в собрании участвовало не менее пятидесяти процентов от общего числа участников соответствующего гражданско-правового сообщества.

Решение собрание недействительно по основаниям, установленным настоящим Кодексом или иными законами, в силу признания его таковым судом (оспоримое) решение или независимо от такого признания (ничтожное решение) Недействительное решение собрания оспоримо, если из закона не следует, что решение ничтожно (ст. 181.3 ГК РФ).

Основания оспоримости решения собрания приведены в статье 181.4 ГК РФ.

Исчерпывающий перечень оснований ничтожности решения собрания приведен в статье 181.5 ГК РФ. Если иное не предусмотрено законом, решение собрания ничтожно в случае, если оно:

1) принято по вопросу, не включенному в повестку дня, за исключением случая, если в собрании приняли участие все участники соответствующего гражданско-правового сообщества;

2) принято при отсутствии необходимого кворума;

3) принято по вопросу, не относящемуся к компетенции собрания;

4) противоречит основам правопорядка или нравственности.

Как следует из материалов дела Устав Потребительского кооператива охотников «Соболь» утвержден решением общего собрания 19 июля 1997 года, зарегистрирован постановлением мэра Усть-Илимского района № 427 от 17 августа 1997 года.

В соответствии с положениями Устава органами управления потребительским кооперативом охотников является общее собрание его членов, правление, председатель, ревизионная комиссия (пункт 5 Устава).

Собрание является правомочным, если в нем принимают участие не менее 2/3 членов кооператива.

В соответствии с пунктом 5.1.9 Устава к исключительной компетенции общего собрания, в частности, относятся: утверждение Устава кооператива, внесение изменений и дополнений в Устав, изменение (увеличение, уменьшение) уставного фонда (а).

Согласно п. 5.1.8 Устава кооператива решения на собрании по вопросам, указанным в п. 5.1.9 подпунктах «а», «г», «и» Устава принимаются 3/4 голосов присутствующих на собрании членов кооператива. 

Результаты собрания оформляются протоколом, подписываются председателем и секретарем собрания и хранятся в делах кооператива (пункт 5.1.13).

Как установлено в судебном заседании 24 января 2016 года состоялось общее собрание (отчетно-выборное) членов потребительского кооператива охотников «Соболь».

Решения данного собрания оформлены протоколом № 25 от 24.01.2016, из которого следует, что в нем принимали участие 15 членов из 22.

Протокол подписан председателем собрания и секретарем собрания.

В повестку дня, наряду с прочими вопросами, был включен вопрос о внесении изменений в Устав кооператива для приведения его в соответствие с действующим законодательством и фактической деятельностью (пункт 5 повестки дня).

Из объяснений истца следует, что он присутствовал на данном собрании, принимал участие в голосовании по всем вопросам повестки дня.

Проверяя наличие кворума при принятии оспариваемого решения, суд установил следующее.

Как следует из протокола общего собрания и не оспаривается сторонами количество членов ПКО «Соболь» на день проведения собрания составляет 22 человека, из них присутствовало на собрании 15 человек, что превышает 2/3 членов кооператива (14 человек). При этом в списке членов кооператива указано, что 4 члена кооператива выдали доверенности для голосования на общем собрании, из них два члена кооператива Н.В.Е. и Н.С.В. выдали доверенности для участия в голосовании одному и тому же лицу К.В.П. 

Между тем, в силу требований п. 5 ст. 18 РФ от 19.06.1992 г. N 3085-1 "О потребительской кооперации (потребительских обществах, их союзах) в Российской Федерации", пайщик либо уполномоченный потребительского общества имеют один голос при принятии решения общим собранием потребительского общества, собранием пайщиков кооперативного участка потребительского общества. Пайщик потребительского общества имеет право представлять по доверенности не более чем одного другого пайщика.

Таким образом, доводы истца, представителя о том, что К.В.П. не имел права голосовать за двоих членов кооператива одновременно, суд находит обоснованными. Тем не менее, даже с исключением одного члена кооператива с правом голоса, количество членов кооператива принявших участие в общем собрании составило 14 человек, что составляет 2/3 от общего количества членов кооператива. 

Таким образом, общее собрание членов потребительского кооператива охотников было проведено при наличии предусмотренного Уставом кворума. 

Оспариваемое решение собрания по вопросу внесения изменений в Устав кооператива, отнесенного к исключительной компетенции общего собрания, также принято при наличии кворума.

Доводы истца, представителя о том, что представленные доверенности не удостоверены нотариусом и не соответствуют требованиям законодательства, что влечет их ничтожность, суд находит необоснованными, поскольку действующим законодательством не предусмотрена обязательное нотариальное удостоверение доверенности на представление интересов гражданина на общем собрании некоммерческой организации. В судебном заседании свидетель Н.В.Е. подтвердил, что он действительно выдавал письменную доверенность с правом голоса К.В.П. для участия в общем собрании 24.01.2016 года. 

Как следует из протокола общего собрания от 24.01.2016 года по вопросу № 5 о внесении изменений в Устав кооператива председательствующим были доведены планируемые изменения 53 пунктов Устава. Голосование было проведено после рассмотрения изменений по всем пунктам сразу, за - 13, против - 2, что составляет более 3/4 голосов присутствующих на собрании членов кооператива. Сведения о внесении изменений и утверждении Устава в новой редакции от 24.01.2016 года внесены в ЕГРЮЛ 01.02.2016 года. 

Таким образом, судом не установлено нарушений требований Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального закона "О потребительской кооперации (потребительских обществах, их союзах) в Российской Федерации", Устава кооператива, повлекших нарушение и нарушающих права и (или) законные интересы члена кооператива ФИО1 при принятии решения о внесении изменений в Устав кооператива.

Кроме того, суд находит обоснованными доводы представителя ответчика о пропуске ФИО1 срока исковой давности по обжалованию решения общего собрания от 24.01.2016 года. 

В соответствии с пунктом 5 статьи 181.4 Гражданского кодекса Российской Федерации решение собрания может быть оспорено в суде в течение шести месяцев со дня, когда лицо, права которого нарушены принятием решения, узнало или должно было узнать об этом, но не позднее чем в течение двух лет со дня, когда сведения о принятом решении стали общедоступными для участников соответствующего гражданско-правового сообщества.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 111 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", решение собрания может быть оспорено в суде в течение шести месяцев со дня, когда лицо, права которого нарушены принятием решения, узнало или должно было узнать об этом, но не позднее чем в течение двух лет со дня, когда сведения о принятом решении стали общедоступными для участников соответствующего гражданско-правового сообщества (пункт 5 статьи 181.4 Гражданского кодекса Российской Федерации), если иные сроки не установлены специальными законами.

Срок исковой давности для признания ничтожного решения собрания недействительным исчисляется по аналогии с правилами, установленными пунктом 5 статьи 181.4 ГК РФ (пункт 112 постановления Пленума).

Общедоступным с учетом конкретных обстоятельств дела может быть признано размещение информации о принятом решении собрания на доске объявлений, в средствах массовой информации, сети "Интернет", на официальном сайте соответствующего органа, если такие способы размещения являются сложившейся практикой доведения информации до участников данного гражданско-правового сообщества, а также ссылка в платежном документе, направленном непосредственно участнику, оспаривающему решение.

Общедоступность сведений предполагается, пока лицом, права которого нарушены принятием решения, не доказано иное.

Как было установлено в судебном заседании ФИО1 непосредственно принимал участие в общем собрании 24.01.2016 года и знал об итогах голосования. Также ФИО1 в рамках подготовки искового заявления об оспаривании решения 18 января 2017 года было опубликовано объявление в средствах массовой информации о намерении оспорить протокол общего собрания от 24.01.2016 года, что свидетельствует о том, что ФИО1 знал о нарушении своих прав с 18.01.2017. Между тем, заявление в суд поступило 23.10.2017 года, то есть за пределами шестимесячного срока. Доводы истца о том, что о нарушении своего права он узнал только в октябре 2017 года, получив Устав кооператива, суд находит несостоятельными. Ходатайства о восстановлении пропущенного процессуального срока истцом не заявлено, доказательств уважительности причин пропуска срока не представлено. Пропуск без уважительных причин срока исковой давности или срока обращения в суд является отдельным основанием для отказа в иске. 

Таким образом, судом не установлено обстоятельств, предусмотренных ст. 181.4, 181.5 ГК РФ, влекущих недействительность оспариваемого решения и Устава кооператива в редакции от 24.01.2016 года.

Истец ФИО1 также оспаривает решение общего собрания от 05.11.2017 год и просит признать недействительным Устав ПКО «Соболь» в редакции от 05.11.2017 года, признать недействительным решение общего собрания ПКО «Соболь» от 05.11.2017 года в части распределения закрепленного за ФИО1 охотничьего участка Зелинда в границах кварталов № 100-109, 117-125, 58, 59, 134-140, 141-146, 83, 84, 157-164, 167-172, 187-192, 199-202, 216-217.

Как установлено в судебном заседании 05 ноября 2017 года состоялось общее собрание членов потребительского кооператива охотников «Соболь».

Решения данного собрания оформлены протоколом № 29 от 05.11.2017, из которого следует, что в нем принимали участие 17 членов из 26.

Протокол подписан председателем собрания и секретарем собрания.

В повестку дня, наряду с прочими вопросами, был включен вопрос по распределению участка «Зелинда» под охоту, а также в разделе «Разное» рассматривался вопрос о внесении изменений в Устав кооператива для приведения его в соответствие со сведениями содержащимися в ЕГРЮЛ в части указания в Уставе размера паевого фонда и количество учредителей.

Из объяснений истца следует, что он присутствовал на данном собрании, принимал участие в голосовании по всем вопросам повестки дня.

Проверяя наличие кворума при принятии оспариваемого решения, суд установил следующее.

В соответствии с положениями Устава (новая редакция), утвержденного решением собрания от 24.01.2016 года, органами управления потребительским кооперативом охотников является общее собрание его членов, правление, председатель, ревизионная комиссия (пункт 5 Устава).

Собрание является правомочным, если в нем принимают участие не менее 50 % и 1 голос от общего числа членов кооператива (п. 5.1.1).

В соответствии с пунктом 5.1.9 Устава к исключительной компетенции общего собрания, в частности, относятся: утверждение Устава кооператива, внесение изменений и дополнений в Устав, изменение (увеличение, уменьшение) уставного фонда (а).

Согласно п. 5.1.8 Устава кооператива решения на собрании по вопросам, указанным в п. 5.1.9 подпунктах «а», «г», «л» Устава принимаются 3/4 голосов присутствующих на собрании членов кооператива. 

Собрание может рассматривать и другие вопросы деятельности кооператива, выносимые председателем или членами кооператива (п. 5.1.10).

Решения на собрании по вопросам повестки дня принимаются простым большинством голосов присутствующих на собрании членов кооператива (п. 5.1.7).

Результаты собрания оформляются протоколом, подписываются председателем и секретарем собрания и хранятся в делах кооператива (пункт 5.1.13).

Как следует из протокола общего собрания и не оспаривается сторонами количество членов ПКО «Соболь» на день проведения собрания 05.11.2017 года составляет 26 человек, из них присутствовало на собрании 17 человек, что превышает 50 % членов кооператива плюс один голос. 

Таким образом, общее собрание членов потребительского кооператива охотников было проведено при наличии предусмотренного Уставом кворума.

Как следует из протокола общего собрания от 05.11.2017 года по вопросу о распределении участка «Зелинда» под охоту председательствующим была доведена причина включения данного вопроса в повестку дня, а именно решением Усть-Илимского городского суда признано незаконным решение общего собрания ПКО «Соболь» от 15.01.2017 года в части перераспределения охотничьих угодий, закрепленных за ФИО1 От членов кооператива поступило три предложения. По результатам голосования простым большинством 14 человек - за, 2 - против, принято решение распределить участок «Зелинда» между К.О.С., Д.Р.В., ФИО1 

По вопросу внесения изменений в Устав в разделе «Разное» председательствующим была доведена информация о несоответствии п. 1.9 Устава данным содержащимся в ЕГРЮЛ, предложено исключить п.1.9 из Устава. Голосовали согласно протокола единогласно за - 17 человек. Между тем, из пояснений истца ФИО1 и свидетеля С.В.И. следует, что в протоколе итоги голосования по данному вопросу отражены неверно, поскольку ФИО1 и С.В.И. голосовали против. Представитель ответчика с данными пояснениями не согласился, указывает, что в протоколе общего собрания отражено все верно. Учитывая изложенное, судом проверены итоги голосования с учетом пояснений ФИО1 и С.В.И., а именно 15 человек - за, 2 - против, что составляет более 3/4 голосов присутствующих на собрании членов кооператива. 

Таким образом, судом не установлено нарушений требований Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального закона "О потребительской кооперации (потребительских обществах, их союзах) в Российской Федерации", Устава кооператива, повлекших нарушение и нарушающих права и (или) законные интересы члена кооператива ФИО1 при принятии решения о внесении изменений в Устав кооператива и перераспределение участка под охоту.

Доводы истца, представителя о том, что оспариваемые вопросы, по которым было приняты решение на собрании не были включены в повестку дня, что свидетельствует о ничтожности решения собрания, суд находит несостоятельными. Из пояснений истца, представителя ответчика, свидетелей Н.В.Е., З.С.В., К.В.П., Г.С.П. К.О.С.., Н.С.В. следует, что до членов кооператива была своевременно доведена повестка общего собрания, проводимого 05.11.2017 года, в том числе в повестку дня входили вопросы о распределении участка «Зелинда» под охоту и внесение изменений в Устав кооператива в п. 1.9. Каких либо возражений от членов кооператива при рассмотрении данных вопросов о невозможности их рассмотрения в данном собрании в связи с не извещением членов кооператива и не включением этих вопросов в повестку дня, при проведении общего собрания не поступало. 

При этом, согласно правовой позиции, изложенной в пункте 109 постановления № 25 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» решение собрания не может быть признано недействительным в силу его оспоримости при наличии совокупности следующих обстоятельств: голосование лица, права которого затрагиваются этим решением, не могло повлиять на его принятие, и решение не может повлечь существенные неблагоприятные последствия для этого лица (пункт 4 статьи 181.4 ГК РФ).

Доводы истца о том, что его фактически лишили паевого взноса и доли в уставном капитале суд находит необоснованными, поскольку в силу требований Гражданского кодекса РФ, Федерального закона "О потребительской кооперации (потребительских обществах, их союзах) в Российской Федерации" Устав потребительского кооператива должен содержать сведения о наименовании и месте нахождения кооператива, предмете и целях его деятельности, условия о размере паевых взносов членов кооператива, составе и порядке внесения паевых взносов членами кооператива и об их ответственности за нарушение обязательства по внесению паевых взносов, о составе и компетенции органов кооператива и порядке принятия ими решений, в том числе по вопросам, решения по которым принимаются единогласно или квалифицированным большинством голосов, порядке покрытия членами кооператива понесенных им убытков. Требований об обязательном наличии в Уставе потребительского кооператива сведений об учредителях кооператива с указанием их доли действующее законодательство не содержит. Более того, действующее законодательство не содержит норм, предусматривающих установление каких либо привилегий для учредителей некоммерческой организации, поскольку с момента создания и регистрации кооператива, лица учредившие организацию, становятся членами кооператива (пайщиками), а все вопросы дальнейшей деятельности кооператива решаются органами управления, в том числе общим собранием членов кооператива, в соответствии с требованиями законодательства. Реестр членов кооператива (пайщиков) ведется в ином порядке, а не путем внесения сведений о них в Устав. Членство в кооперативе и факт внесения паевых взносов подтверждается членской книжкой. 

Также суд учитывает, что деятельность кооператива охотников «Соболь» по добыче охотничьих ресурсов проводится в границах охотничьих угодий на закрепленных земельных участках и лесных участках в соответствии с заключаемыми охотхозяйственными соглашениями между охотпользователем ПКО «Соболь» и органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации - Службой по охране и использованию животного мира Иркутской области, в рамках которых устанавливается местоположение, границы и площади охотничьих угодий, сведения об охотничьих ресурсах, а также о видах разрешенной охоты. ПКО «Соболь» в свою очередь соблюдая установленную Уставом процедуру распределяет охотничьи угодья между членами кооператива. Доводы истца о том, что он входил в кооператив с закрепленным за ним договором аренды участком, действующим по настоящее время, и на который кроме него никто не вправе претендовать, несостоятельны и основаны на неправильном понимании истцом норм права, регулирующих данные правоотношения.

При таких обстоятельствах, поскольку в судебном заседании не установлено оснований для признания решений общего собрания ПКО «Соболь» от 24.01.2016 года, от 05.11.2017 года недействительными, суд считает требования ФИО1 не подлежащими удовлетворению. 

Руководствуясь статьями 194 - 199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Потребительскому кооперативу охотников «Соболь» о признании решений общего собрания, изменений в Устав кооператива, недействительными, отказать.

Решение может быть обжаловано сторонами в Иркутский областной суд через Усть-Илимский городской суд путем подачи апелляционной жалобы в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий судья М.С. Третьяков