Судья Марданов Н.Р. УИД 16RS0050-01-2024-018191-28

Дело №2-1036/2025 (2-8621/2024)

№33-1025/2026 (33-17711/2025)

учет №137

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

22 января 2026 года город Казань

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан в составе председательствующего судьи Габидуллиной А.Г.,

судей Каменова С.Г. и Тазиева Н.Д.,

с участием прокурора Закиева Л.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём Сабировой Д.Р.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в здании Верховного Суда Республики Татарстан по докладу судьи Габидуллиной А.Г. гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Приволжского районного суда г. Казани от 7 августа 2025 года, которым постановлено:

исковые требования ФИО1 к ФИО2, ФИО3 и ФИО4 в лице законного представителя ФИО2 о признании утратившими право пользования жилым помещением, выселении оставить без удовлетворения.

Встречные исковые требования ФИО2, действующей в интересах себя и несовершеннолетнего ФИО4 к ФИО1, ФИО5 о признании недействительным договора купли-продажи жилого помещения, применении последствий недействительности сделки с прекращением права собственности оставить без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав объяснения представителя ФИО1 – ФИО6 в поддержку апелляционной жалобы, возражения представителя ФИО2 – ФИО7 относительно доводов жалобы, заключение прокурора Закиева Л.А., полагавшего решение законным и обоснованным, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2, ФИО3 и ФИО4 в лице законного представителя ФИО2 о признании утратившими право пользования жилым помещением.

В обоснование исковых требований указано, что на основании договора купли-продажи квартиры от 23 августа 2024 года, заключенного между ФИО1 и ФИО5, истцом приобретена квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес>. Согласно выписке из домовой книги, в указанной квартире зарегистрированы ответчики. Ответчики членами семьи истца не являются, договорных обязательств о предоставлении жилого помещения между сторонами не имеется.

Истец просил признать ФИО2, ФИО3, ФИО4 утратившими право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: 

<

адрес>.

В ходе рассмотрения дела истец требования уточнил, просил признать ФИО2, ФИО3, ФИО4 утратившими право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: 

<

адрес>, а также выселить из указанного жилого помещения.

ФИО2, действуя в интересах несовершеннолетнего ФИО4, обратилась со встречным исковым заявлением к ФИО1 о признании недействительным договора купли-продажи жилого помещения от 23 августа 2024 года, заключенного между ФИО1 и ФИО5, применении последствий недействительности сделки, прекратив право собственности ФИО1 на квартиру и признав право собственности ФИО5

В обоснование встречного иска указано, что между ФИО1 и ФИО5 заключен договор купли-продажи жилого помещения от 23 августа 2024 года. ФИО5 является отцом малолетнего ребенка – ФИО4, страдающего тяжелой формой аутизма. ФИО4 вынужден проходить реабилитацию во множественных коррекционных и лечебных учреждениях города Казани. Сразу после того, как ФИО5 стало известно о неизлечимой болезни ребенка, он выехал из вышеуказанной квартиры и больше в ней не проживал. Неоднократно он и члены его семьи требовали выезда ФИО2 с детьми из квартиры. ФИО2 в связи с тяжелым заболеванием сына и учетом специфики его состояния не может работать, жилья в собственности не имеет, денег на аренду жилья нет. Родной брат ФИО5 потребовал выезда ФИО2 с детьми из квартиры, на отказ сообщил, что квартира будет продана фиктивно и ФИО2 с детьми будет выселена. В конце сентября 2024 года ФИО5 пришел с ФИО1 Последний представился собственником квартиры, указал на необходимость в течение 30 дней сняться с регистрационного учета и покинуть жилое помещение. По мнению истца по встречному иску, указанное свидетельствует, что квартира фактически продана не была, сделка мнимая, ФИО1 не осматривал квартиру перед покупкой.

Протокольным определением соответчиком по встречному исковому заявлению привлечен ФИО5

Истец ФИО1 в суд не явился, обеспечив явку представителя.

В судебном заседании представитель истца по первоначальному иску, ответчика по встречному иску - ФИО8 исковые требования поддержал, в удовлетворении встречного иска просил отказать.

Ответчик ФИО2, действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетних ФИО3 и ФИО4, в суд не явилась, обеспечив явку представителя.

Представитель ответчика по первоначальному иску, истца по встречному иску ФИО2 – ФИО7 с исковым заявлением ФИО1 не согласилась, поддержала встречные исковые требования.

Ответчик ФИО5 не явился, извещен о времени и месте судебного заседания.

Третьи лица Управление Росреества по РТ, Управление по вопросам миграции МВД по РТ извещены, явку представителей не обеспечили.

Отдел опеки и попечительства Вахитовского и Приволжского районов г.Казани извещен, представлено заключение по заявленным исковым требованиям.

Участвующий в деле прокурор полагал исковые требования ФИО1 не подлежащими удовлетворению.

Суд постановил решение в вышеприведенной формулировке.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение суда первой инстанции отменить в части отказа в удовлетворении первоначальных исковых требований, как противоречащее действующему законодательству, фактическим обстоятельствам дела, представленным доказательствам. Ссылаясь на положения части 2 статьи 292 Гражданского кодекса Российской Федерации, апеллянт указывает, что права пользования ФИО2 и ее детей спорной квартирой как членов семьи предыдущего собственника, прекращены и они обязаны были освободить жилое помещение. То обстоятельство, что ответчики были вселены в качестве членов семьи собственника в данном случае не является основанием для отказа в иске новому собственнику, поскольку право пользования спорным жилым помещением ответчиков было производно от прав ФИО5, который в настоящее время собственником уже не является. Обстоятельств, указывающих на приобретение ФИО2 и ее детьми самостоятельного права пользования квартирой, которое сохраняется после перехода права собственности к новому собственнику, по делу не установлено. Отмечает, что обязанность ФИО5 по обеспечению своего малолетнего ребенка ФИО4 жильем, не может быть возложена на ФИО1 Ссылается на отсутствие семейных отношений с ответчиками.

Судебная коллегия полагает решение суда подлежащим оставлению без изменения.

В соответствии с ч.1 ст.328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, по результатам рассмотрения апелляционных жалобы, представления суд апелляционной инстанции вправе:

1) оставить решение суда первой инстанции без изменения, апелляционные жалобу, представление без удовлетворения.

В силу ч.1 ст.40 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на жилище. Никто не может быть произвольно лишен жилища.

Статья 38 Конституции Российской Федерации предусматривает, что материнство и детство, а также семья находятся под защитой государства. Забота о детях, их воспитание - равное право и обязанность родителей.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать своё имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В соответствии со ст.304 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

В соответствии со статьей 30 Жилищного кодекса РФ собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены настоящим Кодексом.

Согласно п. 1 ст. 292 Гражданского кодекса Российской Федерации члены семьи собственника, проживающие в принадлежащем ему жилом помещении, имеют право пользования этим помещением на условиях, предусмотренных жилищным законодательством.

В соответствии с п. 2 ст. 292 Гражданского кодекса Российской Федерации переход права собственности на жилой дом или квартиру к другому лицу является основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами семьи прежнего собственника, если иное не установлено законом.

Из буквального толкования указанной нормы следует, что право пользования жилым помещением членом семьи прежнего собственника при переходе права собственности к другому лицу может быть сохранено в случаях, установленных законом.

В силу частей 1, 2, 4 статьи 31 Жилищного кодекса РФ к членам семьи собственника жилого помещения относятся проживающие совместно с данным собственником в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы и в исключительных случаях иные граждане могут быть признаны членами семьи собственника, если они вселены собственником в качестве членов своей семьи.

Члены семьи собственника жилого помещения имеют право пользования данным жилым помещением наравне с его собственником, если иное не установлено соглашением между собственником и членами его семьи. Члены семьи собственника жилого помещения обязаны использовать данное жилое помещение по назначению, обеспечивать его сохранность.

В случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом его семьи. Если у бывшего члена семьи собственника жилого помещения отсутствуют основания приобретения или осуществления права пользования иным жилым помещением, а также если имущественное положение бывшего члена семьи собственника жилого помещения и другие заслуживающие внимания обстоятельства не позволяют ему обеспечить себя иным жилым помещением, право пользования жилым помещением, принадлежащим указанному собственнику, может быть сохранено за бывшим членом его семьи на определенный срок на основании решения суда. При этом суд вправе обязать собственника жилого помещения обеспечить иным жилым помещением бывшего супруга и других членов его семьи, в пользу которых собственник исполняет алиментные обязательства, по их требованию.

Согласно ч.1 ст.35 Жилищного кодекса Российской Федерации в случае прекращения у гражданина права пользования жилым помещением по основаниям, предусмотренным настоящим Кодексом, другими федеральными законами, договором, или на основании решения суда данный гражданин обязан освободить соответствующее жилое помещение (прекратить пользоваться им). Если данный гражданин в срок, установленный собственником соответствующего жилого помещения, не освобождает указанное жилое помещение, он подлежит выселению по требованию собственника на основании решения суда.

В соответствии с пунктом 31, подпункт «е» Правил регистрации и снятия граждан РФ с регистрационного учета по месту пребывания и по месту жительства, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 17.07.1995, снятие гражданина с регистрационного учета по месту жительства производится органами регистрационного учета в случае выселения из занимаемого жилого помещения или признания утратившим право пользования жилым помещением - на основании вступившего в законную силу решения суда.

В соответствии с пунктом 2 статьи 20 Гражданского кодекса Российской Федерации местом жительства несовершеннолетних детей, не достигших четырнадцати лет, признается место жительства их законных представителей - родителей, усыновителей или опекунов.

Исходя из толкования вышеприведенных норм материального права во взаимосвязи со статьей 3 Закона РФ «О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации», - несовершеннолетние приобретают право на ту жилую площадь, которая определяется им в качестве их места жительства по соглашению родителей.

Пунктом 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В силу п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом, осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Из материалов дела следует, что 23 августа 2024 года между ФИО5 (продавец) и ФИО1 (покупатель) заключен договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>.

Согласно пункту 3 Договора, указанная квартира продается по цене 10 000000 (десять миллионов) руб.

Из пункта 4 Договора следует, что расчет между сторонами производится следующим образом: 10 000 000 руб. оплачиваются за счет собственных денежных средств покупателя на счет продавца.

22 августа 2024 года продавцом и покупателем составлен передаточный акт к договору купли-продажи квартиры.

Из представленного чека от 23 августа 2024 года следует, что ФИО1 на счет ФИО5 перечислено 10 000 000 руб., указано назначение платежа: оплата по договору купли-продажи квартиры от 23 августа 2024 года.

ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, с момента рождения вселен в спорную квартиру в качестве члена семьи собственника жилого помещения – ФИО5, являющегося отцом ребенка.

Данное жилое помещение является постоянным и единственным местом жительства малолетнего ФИО4, который в силу возраста лишен возможности самостоятельно определить свое место жительства, и не может проживать самостоятельно без родителей.

Также в указанной квартире зарегистрированы по месту жительства в качестве членов семьи собственника ФИО2 – с 14 апреля 2021 года, ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения – 28 апреля 2023 года.

Согласно полученным судом сведениям из ЕГРН, ФИО2, ФИО4, ФИО3 объектов недвижимости в собственности не имеют.

Согласно заключению отдела по опеке и попечительству МКУ «Администрация Вахитовского и Приволжского районов ИК МО г.Казани», в случае признания утратившими право пользования квартирой по адресу: 

<

адрес>, несовершеннолетних ФИО3 и ФИО4 будут ухудшены их жилищные условия, соответственно, будут нарушены их права на жилище. На основании изложенного, указанный отдел полагает, что признание утратившими право пользования жилым помещением несовершеннолетних ФИО3 и ФИО4 противоречит интересам несовершеннолетних, нарушает их жилищные права.

Решением Приволжского районного суда г.Казани от 16 мая 2025 года с ФИО5 в пользу ФИО2 взыскиваются алименты на содержание несовершеннолетнего ребенка ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в размере ? части заработка и (или) иного дохода, начиная с 4 марта 2025 года и до совершеннолетия ребенка.

Принимая решение об отказе в удовлетворении как первоначальных, так и встречных исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что продавец жилого помещения – ФИО5, являясь отцом малолетнего ФИО4, обязан был приобрести для своего несовершеннолетнего ребенка иное жилье либо обеспечить его проживание в ином жилом помещении. Вопреки обязанности осуществлять защиту прав и интересов ребенка, в том числе и при заключении сделок, ФИО5 указанное сделано не было, в связи с чем исковые требования ФИО1 к ФИО4 о признании утратившим право пользования жилым помещением, выселении подлежат оставлению без удовлетворения. Ответчик ФИО2 также вселена в квартиру как член семьи собственника, является матерью малолетнего ФИО4 Раздельное проживание матери от своего ребенка будет препятствовать реализации возложенных на нее законом родительских обязанностей по воспитанию, содержанию несовершеннолетнего ребенка, осуществлению ежедневной заботы о нем (Обзор судебной практики Верховного Суда РФ № 3 (2016), утв. Президиумом Верховного Суда РФ от 19.10.2016 года). По тем же основаниям не подлежат удовлетворению исковые требования к ФИО3

Оценивая доводы истца по встречному иску, изложенные во встречном исковом заявлении, о признании сделки мнимой и применении последствий ничтожности сделки, суд отметил, что по смыслу приведенных норм Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации для признания сделки мнимой на основании ст. 170 ГК РФ необходимо установить, что стороны сделки действовали недобросовестно, в обход закона и не имели намерения совершить сделку в действительности. Мнимые сделки представляют собой, в том числе, действия, совершаемые для создания у лиц, не участвующих в этой сделке, ложного представления о намерениях участников сделки. Указанная норма закона подлежит применению в том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имели намерений ее исполнять или требовать ее исполнения. Неисполнение одной стороной сделки своих обязательств само по себе не свидетельствует о мнимом характере сделки. Исполнение договора хотя бы одной из сторон уже свидетельствует об отсутствии оснований для признания договора мнимой сделкой. Из спорного договора купли-продажи от 23 августа 2024 года следует, что он заключен в соответствии с действующим законодательством, не противоречит ему, указанный договор прошел государственную регистрацию в Управлении федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Татарстан. Указанное свидетельствует о том, что договор купли-продажи сторонами исполнен. Доказательств того, что у сторон сделки отсутствовали намерения создать правовые последствия и фактически исполнить эту сделку, не представлено. В ходе рассмотрения спора не установлено обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности ФИО1 и ФИО5 либо об их намерениях совершить эту сделку исключительно для вида, без ее реального исполнения. Из встречного иска следует, что ФИО5 с момента, как ему стало известно о болезни ФИО4 и по настоящее время в указанном жилом помещении не проживает. Стороной ответчика по встречному иску (ФИО1) представлены доказательства несения расходов на содержание жилого помещения и оплату коммунальных услуг.

Судебная коллегия согласна с выводами суда первой инстанции, поскольку они соответствуют фактическим обстоятельствам дела и не противоречат закону.

Конституционный Суд Российской Федерации в абзаце первом пункта 3 Постановления от 8 июня 2010 года № 13-П указал на то, что забота о детях, их воспитание как обязанность родителей, по смыслу статьи 38 (часть 2) Конституции Российской Федерации, предполагают, что ущемление прав ребенка, создание ему немотивированного жизненного дискомфорта несовместимы с самой природой отношений, исторически сложившихся и обеспечивающих выживание и развитие человека как биологического вида.

По смыслу статей 17 (часть 3), 38 (часть 2) и 40 (часть 1) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьей 35 (часть 2), при отчуждении собственником жилого помещения, в котором проживает его несовершеннолетний ребенок, должен соблюдаться баланс их прав и законных интересов. Нарушен или не нарушен баланс прав и законных интересов при наличии спора о праве в конечном счете по смыслу статей 46 и 118 (часть 1) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьями 38 (часть 2) и 40 (часть 1), должен решать суд, который правомочен, в том числе с помощью гражданско-правовых компенсаторных или правовосстановительных механизмов, понудить родителя - собственника жилого помещения к надлежащему исполнению своих обязанностей, связанных с обеспечением несовершеннолетних детей жилищем, и тем самым к восстановлению их нарушенных прав или законных интересов (абзац третий пункта 4 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 8 июня 2010 года № 13-П).

Согласно пункту 1 статьи 65 Семейного кодекса Российской Федерации родительские права не могут осуществляться в противоречии с интересами детей. Обеспечение интересов детей должно быть предметом основной заботы их родителей.

Несмотря на то, что несовершеннолетний ФИО4 находился на попечении родителей на момент совершения сделки купли-продажи спорной квартиры, однако такая сделка была совершена, вопреки установленным законом обязанностям родителей по защите прав несовершеннолетнего, отцом ребенка – ФИО5 в отношении квартиры, где зарегистрирован и проживает не имеющий прав на другое жилое помещение его несовершеннолетний сын ФИО4, следовательно, данная сделка нарушает права и законные интересы несовершеннолетнего ребенка на проживание в спорном жилом помещении (аналогичная позиция изложена в Определении Верховного Суда РФ от 16.04.2013 № 4-КГ13-2).

Таким образом, судебная коллегия считает, что суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отказе в удовлетворении первоначальных исковых требований ФИО1 о признании ответчиков утратившими право пользования спорным жилым помещением и выселении.

Доводы апелляционной жалобы о том, что право пользования спорным жилым помещением ответчиков было производно от прав ФИО5, который в настоящее время собственником уже не является, что обязанность ФИО5 по обеспечению своего малолетнего ребенка ФИО4 жильем не может быть возложена на нового собственника, не могут быть приняты во внимание, поскольку оспариваемым решением никакие обязанности на ФИО1 не возложены, установлено лишь право проживания в этом жилом помещении несовершеннолетнего ребенка и его матери, обязанность по обеспечению жильем которого возложена на отца в силу положений ч.4 ст. 31 ЖК РФ. Вместе с тем, сроки и порядок обеспечения подлежат разрешению в отдельном производстве.

Суд первой инстанции, исходя из приведенных норм семейного и жилищного законодательства, правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации и Верховного Суда Российской Федерации и принципов реализации права каждого на жилище, закрепленных в Конституции Российской Федерации и Жилищном кодексе Российской Федерации, правильно определив юридически значимые обстоятельства, касающиеся соблюдения жилищных прав несовершеннолетнего ребенка – ФИО4 (в частности, то, что он постоянно зарегистрирован и проживает в спорном жилом помещении, права на другое жилое помещение не имеет, денежными средствами для приобретения иного жилья его мать – ФИО2, осуществляющая уход за ребенком, страдающим тяжелой формой хронического заболевания, не обладает), пришел к правомерному выводу, что сделкой купли-продажи квартиры, одним из участников которой был отец несовершеннолетнего – ФИО5, нарушены права и охраняемые законом интересы несовершеннолетнего ребенка на проживание в жилом помещении, и обоснованно отказал в удовлетворении требования приобретателя квартиры о признании несовершеннолетнего ФИО4 и его матери утратившими право пользования спорным жилым помещением и выселении. При этом покупателю ФИО1 при заключении сделки было известно о регистрации в жилом помещении по месту жительства членов семьи продавца, в том числе несовершеннолетних, что следует из п.10 договора (л.д. 11). Одновременно, установленная пунктом 10 договора обязанность членов семьи сняться с регистрационного учета по указанному адресу в течение 30 дней с даты заключения договора, не порождает напрямую прав и обязанностей для ответчика ФИО2, действующей в интересах ФИО4, ФИО3, которые участниками сделки не являлись.

Регулирование прав на жилое помещение, в том числе при переходе права собственности на жилое помещение, должно осуществляться на основе баланса прав и охраняемых законом интересов всех участников соответствующих правоотношений; в тех случаях, когда имущественные права на спорную вещь имеют другие, помимо собственника, лица, этим лицам также должна быть гарантирована государственная защита их прав; при этом гарантии прав членов семьи собственника жилого помещения должны рассматриваться в общей системе действующего правового регулирования как получающие защиту наряду с конституционным правом собственности; признание приоритета прав собственника жилого помещения либо проживающих в этом помещении нанимателей, как и обеспечение взаимного учета их интересов зависят от установления и исследования фактических обстоятельств конкретного спора, т.е. не исключается необходимость учета особенностей конкретных жизненных ситуаций при разрешении соответствующих гражданских дел (абзац 7 пункта 2 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 8 июня 2010 г. № 13-П).

Согласно ст.327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Решение суда в части отказа в удовлетворении встречных исковых требований о признании договора купли – продажи квартиры мнимой сделкой, сторонами не обжалуется и предметом апелляционного рассмотрения не является. Вместе с тем, учитывая довод жалобы ФИО1 о том, что при отказе в признании договора купли – продажи недействительным у суда не имелось оснований для отказа в выселении ответчиков, следует отметить, что суд обоснованно указал на отсутствие оснований для признания сделки недействительной по заявленному основанию – мнимости. По иным основаниям сделка не оспаривалась. Приобретение жилого помещения, обремененного правами третьих лиц, не является основанием для признания сделки мнимой. Покупатель, в свою очередь, не лишен права на защиту своих прав и законных интересов иными предусмотренными законом способами.

Судебная коллегия считает, что выводы суда основаны на всестороннем, полном и объективном исследовании имеющихся в деле доказательств, правовая оценка которым дана судом по правилам ст. 67 ГПК РФ, и соответствует нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения, в связи с чем, доводы апелляционной жалобы о том, что суд не дал правильной оценки представленным доказательствам, являются несостоятельными. Оснований для иной оценки доказательств судебная коллегия не усматривает.

С учетом изложенного, решение суда отвечает требованиям закона, оснований для его отмены по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 199, пунктом 1 статьи 328, статьей 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Приволжского районного суда г. Казани от 7 августа 2025 года по данному делу оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение трех месяцев в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (город Самара) через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение суда изготовлено в окончательной форме 3 февраля 2026 года.

Председательствующий

Судьи