РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

21ноября 2017 года г. Ханты-Мансийск

Ханты-Мансийский районный суд ХМАО – Югры в составе председательствующего судьи Ахметов Р.М., 

с участием представителя административного истца ФИО1 – адвоката Иманова Ф.Т., действующий на основании ордера, представителя административных ответчиков, Стрельца Д.Н., действующего на основании доверенностей,

при секретаре Шулининой А.П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Ханты-Мансийского районного суда административное дело № 2а-5525/2017 по административному исковому заявлению ФИО1 к УМВД России по ХМАО-Югре, ОВМ ОМВД России по г. Когалыму о признании незаконным решения о неразрешении въезда в Российскую Федерацию иностранному гражданину от 04.08.2017 г., об отмене решения о сокращении срока временного пребывания иностранного гражданина в РФ от 18.09.2017 г.,

УСТАНОВИЛ:

Административный истец (далее по тексту – истец) ФИО1 обратился в Ханты – Мансийский районный суд ХМАО – Югры с требованием о признании незаконными решений о неразрешении въезда в Российскую Федерацию, об отмене решения о сокращении срока временного пребывания иностранного гражданина в РФ.

Свои требования мотивирует тем, что должностные лица формально исходили из факта совершения правонарушений, не оценив степени общественной опасности совершенных деяний, личности истца, его семейной жизни и иных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при принятии таких мер ограничения. Кроме того, он осуществляет трудовую деятельность на основании патента. Правонарушений он не совершал, на общественный порядок и безопасность не посягал. В результате принятых решений нарушены вытекающие из Конституции Российской Федерации требования справедливости и соразмерности, а также положения ст.8 конвенции о защите прав человека и основных свобод, закрепляющее право каждого на уважение его личной и семейной жизни. Просит признать незаконными решения УМВД России по ХМАО-Югре о неразрешении въезда в Российскую Федерацию иностранному гражданину от 04.08.2017 г., отменить решение ОВМ ОМВД России по г. Когалыму о сокращении срока временного пребывания иностранному гражданину от 18.09.2017 г.

Будучи надлежащим образом уведомленными о дне и месте судебного разбирательства административный истец и его представитель ФИО2 в судебное заседание не явились.

В судебном заседании представитель административного истца – адвокат Иманов Ф.Т., заявленные административные исковые требования поддержал, по основаниям изложенным в исковом заявлении.

Представитель административных ответчиков УМВД России по ХМАО-Югре, ОВМ ОМВД по г. Когалыму в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных требований по основания изложенным в возражениях. 

Выслушав стороны, изучив материалы дела, суд приходит к следующему. 

Судом установлено, что ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является гражданином Республики Таджикистана ФИО1.

В соответствии со свидетельством о заключении брака истец состоит в зарегистрированном браке с Р. М.К. 

Из патентов следует, что истец имеет право осуществлять трудовую деятельность на территории РФ.

Согласно уведомления о прибытии иностранного гражданина истец поставлен на миграционный учет по адресу: 

<

адрес>

В соответствии с миграционной картой истец прибыл в РФ 27.06.2017 года.

Из квитанций следует, что им оплачен патент.

04.08.2017 года УМВД России по ХМАО – Югре было принято решение о неразрешении въезда в Российскую Федерацию, которым гражданину Таджикистана Абдукаримову Мамакутлу, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, закрыт въезд в Российскую Федерацию сроком на 3 года до 14.03.2020 года. Основанием для принятия оспариваемого решения послужил факт неоднократного, а именно четырежды, в течение трех лет привлечения к административной ответственности.

На основании вышеуказанного решения УМВД России по ХМАО – Югре от 04.08.2017 года, решением ОВМ ОМВД России по г. Когалыму от 18.09.2017 г. сокращен срок временного пребывания иностранному гражданину ФИО1 

Действующим законодательством предусматривается возможность ограничения права иностранных граждан находиться на территории Российской Федерации. Указанное право государства является одним из основных признаков суверенитета Российской Федерации. Данные положения в полной мере соответствуют нормам международного права.

Так, пунктом 3 статьи 12 Международного пакта о гражданских и политических правах, принятого 16 декабря 1966 года Резолюцией 2200 (XXI) на 1496-ом пленарном заседании Генеральной Ассамблеи ООН, и пунктом 3 статьи 2 Протокола N 4 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод (1963 год) определено, что право пребывания на территории суверенного государства может быть ограничено последним в случаях, предусмотренных законом, необходимых для охраны государственной (национальной) безопасности, общественного порядка, здоровья или нравственности населения или прав и свобод других лиц.

В соответствии со статьей 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (1950 год) допустимо вмешательство в право на уважение личной и семейной жизни, жилища и корреспонденции, когда это предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц.

Правовое положение иностранных граждан в Российской Федерации регулируется Федеральным законом от 25 июля 2002 года N 115-ФЗ "О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации", Федеральным законом от 15 августа 1996 года N 114-ФЗ "О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию".

Иностранные граждане пользуются в Российской Федерации правами и несут обязанности наравне с гражданами Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных федеральным законом (статья 4 Федерального закона "О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации").

В соответствии с пунктом 4 статьи 26 Федерального закона от 15 августа 1996 года N 114-ФЗ "О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию" въезд в Российскую Федерацию иностранному гражданину или лицу без гражданства может быть не разрешен, в том числе в случае, если иностранный гражданин или лицо без гражданства два и более раза в течение трех лет привлекался к административной ответственности, в соответствии с законодательством Российской Федерации за совершение административного правонарушения на территории Российской Федерации.

Согласно п.3 ст. 5 Федерального закона от 25.07.2002 N 115-ФЗ "О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации" срок временного пребывания иностранного гражданина в Российской Федерации может быть соответственно продлен либо сокращен в случаях, если изменились условия или перестали существовать обстоятельства, в связи с которыми ему был разрешен въезд в Российскую Федерацию. Срок временного пребывания иностранного гражданина в Российской Федерации сокращается в случае принятия в отношении его в установленном порядке решения о неразрешении въезда в Российскую Федерацию, а также в иных случаях, предусмотренных федеральным законом.

На основании пункта 4 статьи 26 Федерального закона от 15 августа 1996 года N 114-ФЗ "О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию" в отношении ФИО1 04 августа 2017 года УМВД России по ХМАО-Югре принято решение о неразрешении ему въезда на территорию Российской Федерации сроком на 3 года до 14 марта 2020 года в связи с тем, что он два и более раза привлекался к административной ответственности за совершение административных правонарушений, в частности: 28.09.2015 года по ст. 18.8 КоАП РФ в виде штрафа в размере 2000 рублей; 03.03.2017 года по ст. 6.24 КоАП РФ в виде штрафа в размере 500 рублей.

На основании вынесенного решения о неразрешении въезда в РФ ОВМ ОМВД России по г. Когалыму принято решение о сокращении срока временного пребывания ФИО1 

В силу статьи 62 Кодекса административного судопроизводства РФ орган, чье решение обжалуется, должен представить доказательства законности названного решения.

В подтверждение правомерности своих действий Управлением МВД России по ХМАО-Югре представлены в материалы дела: справка РАИБД, данные СПО «Мигрант-1», справка на лицо, заявление о выдаче патента, протокол об административном правонарушении от 03.03.2017 года по ч.1 ст.6.24 КоАП РФ, постановление 54ГП000536 от 03.03.2017 года о привлечении истца к административной ответственности по ч.1 ст. 6.24 КоАП РФ, рапорт сотрудника полиции от 03.03.2017 года, письменные объяснения И. С.М. от 03.03.2017 года. Представленные документы содержат указание на совершение административным истцом двух правонарушений в течение 3 лет. 

Бремя оспаривания совершения административных правонарушений возложено на заявителя, как на лицо, указавшее данный довод, и в силу статьи 62 Кодекса административного судопроизводства РФ обязанное представить доказательства, его подтверждающие.

Вместе с тем, доказательств отмены постановлений о привлечении заявителя к административной ответственности суду первой инстанции административный истец не представил, материалы дела не содержат. 

Проанализировав данные обстоятельства, суд усматривает в действиях административного истца нарушения законодательства РФ посягающих на здоровье, санитарно-эпидемиологическое благополучие населения и общественную нравственность, а в сфере миграционного законодательства, признаки неоднократности, что свидетельствует о неуважении к правопорядку, действующему на территории РФ. При этом временной промежуток между ними юридически значимым обстоятельством не является, 

Факт совершения указанных административных правонарушений в течение трех лет административным истцом не опровергнут.

Доводы о том, что обжалуемое решение о неразрешении въезда в Российскую Федерацию влечет нарушение права на уважение личной жизни, повлечь отмену обжалуемого решения не могут.

Согласно части 4 статьи 15 Конституции Российской Федерации общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы, а правовое положение иностранных граждан в Российской Федерации, наряду с законами Российской Федерации, определяется и международными договорами Российской Федерации.

В силу положений статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (г. Рим, 4 ноября 1950 г.) каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции. Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц.

Приведенные нормативные положения в их интерпретации Европейским Судом по правам человека не препятствуют государству в соответствии с нормами международного права и своими договорными обязательствами контролировать въезд иностранцев, а равно их пребывание на своей территории; в вопросах иммиграции статья 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод или любое другое ее положение не могут рассматриваться как возлагающие на государство общую обязанность уважать выбор супружескими парами страны совместного проживания и разрешать воссоединение членов семьи на своей территории (Постановления от 28 мая 1985 г. по делу "Абдулазиз, Кабалес и Балкандали (Abdulaziz, Cabales and Balkandali) против Соединенного Королевства", § 68; от 19 февраля 1996 г. по делу "Тюль (Gul) против Швейцарии", § 38; от 10 марта 2011 г. по делу "ФИО3 (Kiutin) против России", § 53 и др.). Европейский Суд по правам человека пришел к выводу о том, что названная Конвенция не гарантирует иностранцам право въезжать в определенную страну или проживать на ее территории и не быть высланными, указав, что лежащая на государстве ответственность за обеспечение публичного порядка обязывает его контролировать въезд в страну; вместе с тем решения в этой сфере, поскольку они могут нарушить право на уважение личной и семейной жизни, охраняемое в демократическом обществе статьей 8 названной Конвенции, должны быть оправданы насущной социальной необходимостью и соответствовать правомерной цели (Постановления от 21 июня 1988 г. по делу "Беррехаб (Berrehab) против Нидерландов", § 28; от 24 апреля 1996 г. по делу "Бугханеми (Boughanemi) против Франции", § 41; от 26 сентября 1997 г. по делу "Эль-Бужаиди (El Boujaidi) против Франции", § 39; от 18 октября 2006 г. по делу "Юнер (Uner) против Нидерландов", § 54; от 6 декабря 2007 г. по делу "Лю и Лю (Liu and Liu) против России", § 49; решение от 9 ноября 2000 г. по вопросу о приемлемости жалобы "Андрей Шебашов (Andrey Shebasnov) против Латвии" и др.).

Относительно критериев допустимости высылки в демократическом обществе Европейский Суд по правам человека отметил, что значение, придаваемое тому или иному из них, будет различным в зависимости от обстоятельств конкретного дела, государство, связанное необходимостью установить справедливое равновесие между конкурирующими интересами отдельного лица и общества в целом, имеет определенные пределы усмотрения; в то же время право властей применять закрытие въезда на территорию страны может быть важным средством предотвращения серьезных и неоднократных нарушений закона, поскольку оставление их безнаказанными подрывало бы уважение к такому закону.

При этом законность проживания мигранта позволяет судить о его лояльности к правопорядку страны пребывания.

Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 02 марта 2006 года N 55-О, сославшись на судебные акты Европейского Суда по правам человека, указал, что исходя из общих принципов права, установление ответственности за нарушение порядка пребывания (проживания) иностранных граждан в Российской Федерации и, соответственно, конкретной санкции, ограничивающей конституционные права граждан, должно отвечать требованиям справедливости, соразмерности конституционно закрепленным целям (статья 55 часть 3 Конституции Российской Федерации), а также отвечать характеру совершенного деяния.

Данный вывод корреспондирует международно-правовым предписаниям, согласно которым каждый человек при осуществлении своих прав и свобод должен подвергаться только таким ограничениям, какие установлены законом, необходимы для обеспечения должного признания и уважения прав и свобод других лиц, для охраны государственной (национальной) безопасности, территориальной целостности, публичного (общественного) порядка, предотвращения преступления, защиты здоровья или нравственности населения (добрых нравов), удовлетворения справедливых требований морали и общего благосостояния в демократическом обществе и совместимы с другими правами, признанными нормами международного права (статья 29 Всеобщей декларации прав человека, пункт 3 статьи 12 Международного пакта о гражданских и политических правах, пункт 2 статьи 10 и пункт 2 статьи 11 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также пункт 3 статьи 2 Протокола N 4 к ней).

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определениях от 05 марта 2014 года N 628-О, от 19 ноября 2015 года N 2667-О, семья и семейная жизнь, относясь к ценностям, находящимся под защитой Конституции Российской Федерации и международных договоров России, не имеют, однако, безусловного во всех случаях преимущества перед другими конституционно значимыми ценностями, а наличие семьи не обеспечивает иностранным гражданам бесспорного иммунитета от законных и действенных принудительных мер в сфере миграционной политики, соразмерных опасности миграционных правонарушений и практике уклонения от ответственности.

В рассматриваемой ситуации данный баланс интересов соблюден.

При этом, факт наличия у ФИО1 жены и брата проживающих в России, не является бесспорным и достаточным доказательством, подтверждающим несоразмерное вмешательство государства в личную и семейную жизнь административного истца, как нарушение оспариваемым решением гарантий для иностранных граждан, в отношении которого принято решение о неразрешении въезда, установленных статьей 8 Конвенция о защите прав человека и основных свобод.

Каких-либо иных доказательств наличия прочных семейных связей с РФ, которые бы нуждались в особой защите, ФИО1 не представил.

Других доказательств, подтверждающих несоразмерное вмешательство государства в личную и семейную жизнь административного истца, как нарушение оспариваемыми решениями гарантий для иностранных граждан, в отношении которых принято решение о неразрешении въезда, установленных статьей 8 Конвенция о защите прав человека и основных свобод, Абдукаримовым М..А. суду не представлено. 

При этом, правовые ограничения, вытекающие из оспариваемого решения о неразрешении въезда в РФ на срок до 14.03.2020 года не влекут за собой запрет на проживание истца в РФ по истечении указанного срока. 

Таким образом, реализация миграционным органом своих полномочий в отношении административного истца соответствовала охраняемым законом целям, необходимости соблюдения баланса частных и публичных интересов, поскольку была обусловлена его систематическим противоправным поведением.

При таких обстоятельствах, решение о неразрешении въезда административному истцу на территорию Российской Федерации являются обоснованной мерой государственного реагирования на противоправное поведение заявителя, его принятие не свидетельствует о вмешательстве в личную и семейную жизнь и не может расцениваться как нарушение его личных прав и прав членов его семьи. 

В связи с тем, что решение УМВД России по ХМАО-Югре о неразрешении въезда ФИО4 в Российскую Федерацию является законным, а следовательно, основанное на указанном решении, решение ОВМ ОМВД России по г. Когалыму о сокращении срока временного пребывания также отвечает требованиям закона.

Иных доводов в подтверждение незаконности оспариваемого решения административного органа заявитель не привел.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 175-180, 227 Кодекса административного судопроизводства РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении административного искового требования ФИО1 к УМВД России по ХМАО-Югре, ОВМ ОМВД России по г. Когалыму о признании незаконным решения о неразрешении въезда в Российскую Федерацию иностранному гражданину от 04.08.2017 г., об отмене решения о сокращении срока временного пребывания в Российской Федерации от 18.09.2017 г. – отказать.

Настоящее решение может быть обжаловано в суд Ханты-Мансийского автономного округа-Югры в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Ханты-Мансийский районный суд.

Мотивированное решение изготовлено и подписано 27 ноября 2017 года. 

Судья Ханты-Мансийского

районного суда подпись Р.М. Ахметов

Копия верна 

Судья Ханты-Мансийского

районного суда Р.М. Ахметов