РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

19 апреля 2019 года г. Тольятти

Автозаводский районный суд г. Тольятти Самарской области в составе:

председательствующего судьи Новинкиной С.Е., 

при секретаре Дроздовой К.С.,

с участием прокурора Сафиевой Ф.М.,

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-2-2154/2019 по иску ФИО2 к ГУ МВД России по Самарской области о признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении на работе и взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, признании результатов служебной проверки недействительными,

установил:

ФИО2 обратился в Автозаводский районный суд г. Тольятти с иском ГУ МВД России по Самарской области о признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении на работе и взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, признании результатов служебной проверки недействительными в обоснование своих требований указав следующее.

Истец с августа 1998 года проходил службу в органах внутренних дел, с 25.01.2018 года – в должности старшего оперуполномоченного отдела оперативных проверок и осуществления мер государственной защиты отдела оперативно-розыскной части (по обеспечению безопасности лиц, подлежащих государственной защите) ГУ МВД России по Самарской области.

Согласно письма руководителя СУ СК России по Самарской области генерал-майора юстиции ФИО5, 26.07.2018г. вторым отделом по расследованию особо важных дел СУ СК РФ по Самарской области возбуждено уголовное дело № по факту противоправных действий сотрудников 3 отдела ЦПЭ ГУ МВД России по Самарской области при проведении оперативно-розыскных мероприятий в отношении ФИО12

Заключением по результатам служебной проверки установлена вина ФИО6 в совершении проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел и принято решение об увольнении истца по п. 9 ч. 3 ст. 82 Федерального закона т 30.11.2011 г. № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел РФ и внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ».

Об указанных обстоятельствах истец узнал из Представления к увольнению со службы в органах внутренних дел РФ 28 декабря 2018 года.

Также ФИО2 указывает, что с приказом об увольнении и результатами служебной проверки он до настоящего времени не ознакомлен, копия приказа об увольнении ему не вручена.

Вместе с тем, истец полагает, что служебная проверка, послужившая основанием для увольнения, проведена необъективно, поскольку в его действиях отсутствует вменяемое ему нарушение служебной дисциплины, а оформление результатов служебной проверки не соответствует требованиям действующего законодательства, нарушен порядок привлечения к дисциплинарной ответственности, при этом меры дисциплинарного взыскания не соответствуют тяжести совершенного проступка.

В исковом заявлении истец просит признать приказ об увольнении незаконным, обязать ответчика восстановить его на работе в должности старшего оперуполномоченного отдела оперативных проверок и осуществления мер государственной защиты отдела оперативно-розыскной части (по обеспечению безопасности лиц, подлежащих государственной защите) ГУ МВД России по Самарской области; взыскать с ответчика заработную плату за время вынужденного прогула; признать результаты служебной проверки в отношении него недействительными. 

Из дополнений к исковому заявлению (т. 1 л.д. 206-210) следует, что выводы служебной проверки о совершении ФИО7 проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел основаны лишь на стенограммах переговоров, якобы проведенных между ФИО10 и ФИО7, которые состояли в дружеских отношениях. При этом законность осуществления данного оперативно-розыскного мероприятия, тождественность фонограммы и стенограммы телефонных разговоров, принадлежность указанных в постановлении номеров именно ФИО10 и ФИО2 лицом, проводившим проверку, не подтверждена. Тем более, что стенограммы якобы состоявшихся телефонных разговоров были подготовлены старшим оперуполномоченным ОВД по г. Тольятти УФСБ по Самарской области подполковником ФИО8, с которым у ФИО2 имеются неприязненные отношения, и считает, что ФИО8 заинтересован в искажении смысла разговоров. Текст разговоров существенно отличается от фактических, некоторые фразы не говорились, а слова, сказанные ФИО10 заменены на слова, сказанные ФИО9

Иных доказательств совершения ФИО7 проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел материалы служебной проверки не содержат.

Кроме того, из объяснений других сотрудников, принимавших участие в задержании ФИО10, не подтверждается заинтересованности ФИО2 и осуществления им действий, направленных на воспрепятствование задержания ФИО10 А содержащийся в проверке вывод о низких морально-нравственных качествах ФИО2 является несостоятельным, поскольку за 20 лет службы он многократно поощрен и награжден за выполнение служебных обязанностей: имеет 25 поощрений, в том числе государственные и ведомственные награды, не имеет ни одного дисциплинарного взыскания. 

Полагает, что служебная проверка проведена не объективно и имеются основания для признания ее результатов недействительными. О заключении служебной проверки ФИО2 узнал из представления к увольнению со службы 28.12.2018г. При этом в период с 25.12.2018г. по 29.12.2018г. ФИО2 находился на больничном листе. Копия приказа об увольнении ему была вручена только при рассмотрении настоящего дела. Кроме того, полагает, что ответчиком были нарушены сроки наложения дисциплинарного взыскания, поскольку вменяемое истцу нарушение служебной дисциплины совершено 30.04.2018г., и на момент издания приказа № 602 л/с от 28.12.2018г. об увольнении, срок для привлечения к дисциплинарной ответственности истек. 

В дополнениях на исковое заявление (т. 2 л.д. 1) представитель истца указывает, что действиям ФИО2, осуществляемым в период с 30.04.2018г. по 01.05.2018г. при задержании ФИО10 дана правовая оценка, как и проведении проверки по заявлению ФИО12, и в них не установлено оснований для привлечения ФИО2 к дисциплинарной ответственности.

Как следует из заключения по результатам проверки от 07.06.2018г. сведения о противоправных действиях истца своего объективного и документального подтверждения не нашли. Поэтому считает, что выводы служебной проверки, проведенной в период с 19.12.2018г. по 21.12.2018г. являются несостоятельными. 

В судебное заседание 19.04.2019г. истец ФИО2 не явился, воспользовавшись своим правом, предусмотренным ст. 48 ГПК РФ, на ведение дела через представителя.

Ранее в предварительных судебных заседаниях 28.02.2019г., 12.03.2019г. истец пояснял, что с ФИО10 он знаком с 2013 года по оперативной работе: последний неоднократно оказывал содействие органам внутренних дел, являлся свидетелем по уголовным делам, с его помощью было предотвращено несколько заказных убийств. 30.04.2018 года ему на сотовый телефон поступил звонок от ФИО10, который сообщил, что за ним ведут наблюдение лица кавказской национальности, и попросил о помощи, так как опасался за свою жизнь и здоровье. Все это происходило в вечернее время после работы. ФИО2 в это время находился рядом, поскольку проживает в соседнем доме, и пройдя по двору, убедился, что в машине сидят чеченцы, некоторых он знал (а именно ФИО12), о чем сообщил ФИО10 ФИО2 предложил вызвать полицию, но ФИО10 категорически отказался. После чего ФИО2 позвонил своему руководителю ФИО11 и сообщил, что за ФИО10 ведется наблюдение. ФИО11 посоветовал привлечь ФИО18, но более никаких указаний на проведение оперативно-розыскных мероприятий не давал. Истец позвонил ФИО18 и ФИО19, которые приехали на место и стали сами проводить наблюдение. Пояснил, что никаких санкций на проведение такого наблюдения не требовалось, поскольку у ФИО18 имелись полномочия на работу с этническими группами. ФИО12, которого узнал ФИО2, является главой преступной группировки, и тот был у ФИО2 в разработке, когда он работал в отделе по противодействию экстремизму. До утра они периодически созванивались с ФИО10, ФИО2 всю ночь не спал, вел наблюдение из дома и на улице. Также ФИО2 пояснил, что явно противоправных действий со стороны лиц кавказской национальности не было, огнестрельного оружия также не наблюдалось, иначе он бы их сам пресек либо позвонил в наружные службы. Утром 01.05.2018 года к месту подъехали сотрудники «СОБР», о чем ФИО2 предупредил ФИО10 Поскольку квартира, в которой находился ФИО10 располагалась на первом этаже, он хотел спрыгнуть с балкона и сбежать. Но ФИО2 его остановил, предложил ему сдаться и вызвать адвоката. При этом ФИО2 пояснил, что он не знал, что ФИО10 находился в федеральном розыске, и что в отношении него возбуждено уголовное дело. При этом все были осведомлены о том, что ФИО10 – лицо, которое помогает следствию. Сам ФИО10 об этом тоже не знал, поскольку он свободно перемещался по г.Тольятти и не говорил, что скрывается. 

Относительно служебной проверки ФИО2 пояснил, что по обстоятельствам произошедших событий 30.04.2018г. – 01.05.2018г. его допрашивала ФИО13, но с результатами проверки он не знаком, как и с приказом об увольнении. Категорически не согласен с данным дисциплинарным взысканием. Истец считает, что своими действиями он выполнял свой гражданский долг как сотрудник полиции. Письма с уведомлением о порядке увольнения он не получал, поскольку по месту прописки он не проживает. После увольнения получил выплаты в размере 30000 рублей. На больничном листе ФИО2 находился в связи с обострением грыжи позвоночника. Кроме того, в судебном заседании 09.04.2019г. истец добавил, что его отношения с ФИО10 следует рассматривать не как дружеские, а как отношения в рамках ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», но говорить в открытом судебном заседании о них он не может, поскольку они составляют государственную тайну. 

В судебном заседании 19.04.2019г. представитель истца ФИО14, доводы, изложенные в исковом заявлении, дополнениях, пояснения, данные ранее, поддержала. Исковые требования просила удовлетворить в полном объеме. Также в материалы дела представила заявление об исключении из числа доказательств по настоящему делу справки по расшифровке телефонных переговоров, состоявшихся между ФИО7 и ФИО10 в период с 30.04.2018г. по 01.05.2018г., подготовленные ФСБ России по Самарской области 30.11.2018г. (т. 1 л.д. 48-78), поскольку доказательств законности разрешения на «прослушку» телефонных переговоров в материалах служебной проверки и в материалах настоящего гражданского дела отсутствуют, что является нарушением ст. 23 Конституции РФ и ст. 8 ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности». Также обратила внимание суда на акт наблюдения (т. 1 л.д. 81-85), который никем не подписан, не имеет сведений о лице, проводившем наблюдение, в связи с чем просила исключить данный документ как недопустимое доказательство.

В судебном заседании 19.04.2019г. представитель ответчика ФИО15 пояснила, что проверка по обращению ФИО12 не являлась служебной и была проведена на основании объяснений участвующих в событии лиц. А уже после поступления сведений из СК РФ была проведена служебная проверка, которая в полном объеме установила виновность истца в совершении деяния, предусмотренного Федеральным законом от 30.11.2011 N 342-ФЗ. Ранее в материалы дела сторона ответчика представила возражения (т. 1 л.д. 33-41), из которых следует, что на основании полученного 19.12.2018г. письма руководителя СУ СК России по Самарской области ФИО5 начальником ГУ МВД Росси по Самарской области генералом-лейтенантом полиции ФИО16 в этот же день назначено проведение служебной проверки, при проведении которой действия ФИО2 были оценены с точки зрения соответствия их требованиям к служебному поведению сотрудника полиции и квалифицированы как совершение проступка, порочащего честь сотрудника ОВД. Кроме того, указывает, что служебная проверка была проведена с соблюдением сроков и требований, установленных действующим законодательством. Поэтому требования ФИО2 считает необоснованными и просила в их удовлетворении отказать в полном объеме (т. 1 л.д. 33-41).

Из показаний свидетеля ФИО18, допрошенного в судебном заседании 15.04.2019г. следует, что с ФИО7 он знаком с 2011 года, вместе работали в одном подразделении по противодействию экстремизму. Относительно событий 30.04.2018г. пояснил, что истец позвонил ему на сотовый телефон и сказал, что возле одного из домов в квартале 17а находятся подозрительные люди кавказской национальности, которые возможно наблюдают за ФИО17 ФИО18 подъехал, чтобы проверить данную информацию, поскольку указанные люди могли вызывать оперативный интерес. Приехав на место, он увидел людей чеченской национальности, никого из них лично он не знал. На месте он находился три часа, потом уехал. О том, что он проводил оперативные мероприятия своему непосредственному начальнику он не сообщал, поскольку никаких противоправных действий не происходило, кроме того, было вечернее время, накануне майский праздников. Никаких рапортов или актов наблюдения он не составлял. 

Из показаний свидетеля ФИО19, допрошенного в судебном заседании 15.04.2019г. следует, что рано утром 01.05.2019г. ему позвонил ФИО2 В это время ФИО19 находился за городом у родителей. ФИО2 сказал, что за домом, где живут его родители, ведется наблюдение участниками организованного преступного формирования чеченцев. Он сказал также, что в этом доме находиться их знакомый ФИО10, который оказывал нам содействие в выявлении особо тяжких преступлений по заказным убийствам в 

<

адрес>. ФИО2 попросил приехать, посмотреть. Приехав на место ФИО19 увидел автомобиль, в котором находились 3 чеченцев, один из них участник организованного преступного формирования. Стал вести наблюдение. Через какое-то время ФИО19 увидел, что вокруг передвигаются автомобили оперативных служб, ведется какое-то наблюдение. Они подошли к чеченцам, пообщались, затем уехали. Через какое-то время подъехал ФИО2, сказал, что сотрудники полиции работают, будут задерживать ФИО10, есть информация, что он находиться в федеральном розыске. В общем, на месте ФИО19 находился до 12.00 часов, С ФИО7 общался по телефону более 5-ти раз. Также пояснил, что с представителями чеченской группировки у них (ФИО2 и ФИО19) сложились давние, профессиональные отношения, они неоднократно задерживали лидеров и участников данной группировки и привлекали их к уголовной ответственности. В 2016 году по оперативным материалам в их подразделение поступали сведения, что планируется физическое устранение ФИО2 и ФИО19 представителями данной группировки или привлечение к уголовной ответственности, или увольнение из органов внутренних дел. Считает, что все это спланированные провокации, в том числе сотрудников ФСБ по 

<

адрес>, в частности подполковника ФИО20 

Прокурор в своем заключении полагала, что исковые требования ФИО2 не подлежат удовлетворению, поскольку его увольнение приказом 602 л/с от 28.12.2018г., в связи с совершением проступка порочащего честь сотрудника ОВД является обоснованным и законным. Пояснила, что в соответствии с п. 9 ч. 3 ст. 82 ФЗ «О службе в органах внутренних дел РФ» контракт подлежит расторжению, а сотрудник ОВД увольнению со службы в органах внутренних дел в связи с совершением поступка, порочащего честь сотрудника ОВД. Кроме того, согласно ч. 4 ст. 7 ФЗ «О полиции» сотрудник полиции, как в служебное, так и в не служебное время должен воздерживаться от любых действий, которые могут вызвать сомнения в его беспристрастности или нанести ущерб авторитету полиции. Считает, что порядок проведения служебной проверки и последующее увольнение соответствует требованиям законодательства, в частности ФЗ «О полиции» и ФЗ «О службе в органах внутренних дел РФ», следовательно оснований для удовлетворения требований ФИО2 не имеется.

Суд, выслушав стороны, свидетелей, исследовав письменные материалы дела, заслушав заключение прокурора, оценивая собранные доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого доказательства в отдельности, а также в их совокупности, приходит к следующим выводам.

Порядок приема, увольнения и прохождения службы сотрудниками органов внутренних дел Российской Федерации регламентирован Федеральным законом от 30.11.2011г. № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», Федеральным законом от 07.02.2011г. № З-ФЗ «О полиции», приказом МВД России от 01.02.2018 № 50 «Об утверждении порядка организации прохождения службы в органах внутренних дел Российской Федерации» и другими ведомственными нормативными правовыми актами.

Согласно ч. 1 ст. 1 Федерального закона от 07.02.2011г. № З-ФЗ полиция предназначена для защиты жизни, здоровья, прав и свобод граждан Российской Федерации, иностранных граждан, лиц без гражданства, для противодействия преступности, охраны общественного порядка, собственности и для обеспечения общественной безопасности.

Согласно ч. 4 ст. 7 Федерального закона от 07.02.2011г. № З-ФЗ сотрудник полиции как в служебное, так и во внеслужебное время должен воздерживаться от любых действий, которые могут вызвать сомнение в его беспристрастности или нанести ущерб авторитету полиции.

В соответствии с п. 12 ч. 1 ст. 27 Федерального закона от 07.02.2011г. № З-ФЗ сотрудник полиции обязан соблюдать установленные федеральными законами ограничения и запреты, связанные со службой в полиции, а также соблюдать требования к служебному поведению сотрудника полиции.

Пунктом 2 ч. 1 ст. 13 Федерального закона от 30.11.2011г. № 342-ФЗ, предусматривающим требования к служебному поведению сотрудника органов внутренних дел, установлено, что при осуществлении служебной деятельности, а также во внеслужебное время сотрудник органов внутренних дел должен заботиться о сохранении своих чести и достоинства, не допускать принятия решений из соображений личной заинтересованности, не совершать при выполнении служебных обязанностей поступки, вызывающие сомнение в объективности, справедливости и беспристрастности сотрудника, наносящие ущерб его репутации, авторитету федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, а также государственной власти.

В силу п. 9 ч. 3 ст. 82 Федерального закона от 30.11.2011г. № 342-ФЗ контракт подлежит расторжению, а сотрудник органов внутренних дел увольнению со службы в органах внутренних дел в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел.

Причиной увольнения сотрудника органов внутренних дел по основанию, предусмотренному п. 9 ч. 3 ст. 82 Федерального закона от 30.11.2011г. № 342-ФЗ, является совершение им проступка, умаляющего авторитет органов внутренних дел и противоречащего требованиям, предъявляемым к сотрудникам, - независимо от того, предусмотрена ли за данное деяние административная либо уголовная ответственность (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 29.03.2016г. № 496-О).

Судом установлено, что ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р. проходил службу в органах внутренних дел с 1998 года, с 25.01.2018г. – в должности старшего оперуполномоченного отдела оперативных проверок и осуществления мер государственной защиты отдела оперативно-розыскной части (по обеспечению безопасности лиц, подлежащих государственной защите) ГУ МВД России по Самарской области.

Приказом № 602 л/с от 28.12.2018г. начальника ГУ МВД России по Самарской области принято решение расторгнуть контракт и уволить со службы в органах внутренних дел майора полиции ФИО2 по п. 9 ч. 3 ст. 82 Федерального закона от 30.11.2011г. № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (т. 1 л.д. 22). 

Основанием для издания указанного приказа послужило заключение служебной проверки в отношении ФИО2 от 21.12.2018 года, утвержденное начальником ГУ МВД России по Самарской области генерал-лейтенантом полиции ФИО16 (т. 1 л.д. 130-140).

Как следует из указанного заключения, служебная проверка в отношении ФИО2 была инициирована в связи с поступившим письмом от 19.12.2018г. от руководителя СУ СК России по Самарской области ФИО5, в котором сообщалось, что в производстве СУ СК России по Самарской области находится уголовное дело № по факту противоправных действий сотрудников 3 отдела ЦПЭ ГУ МВД России по Самарской области при проведении оперативно-розыскных мероприятий в отношении ФИО12 В ходе расследования данного уголовного дела установлено, что бывший сотрудник 3 отдела ЦПЭ ГУ МВД России по Самарской области ФИО2 поддерживает дружеские отношения с жителем г. Тольятти ФИО10, который 10.04.2018г. был объявлен в федеральный розыск по уголовному делу №. В ходе розыска ФИО10 сотрудникам УМВД России по г. Тольятти было установлено его местонахождение, и в ночь с 30.04.2018 на 01.05.2018 приняты меры к задержанию. В то же время ФИО2, прибывший к месту, где скрывался ФИО10, посредством мобильной связи информировал последнего о проводимых сотрудниками полиции мероприятиях и окружающей обстановке, давал рекомендации о дальнейших действиях.

В ходе проведения служебной проверки установлено, что 02.05.2015г. ОП № 21 У МВД России по г. Тольятти возбуждено уголовное дело № по признакам ч. 1 ст. 115 УК РФ. В дальнейшем данное уголовное дело было переквалифицировано на ч. 2 ст. 330 УК РФ, а затем на ч. 3 ст. 30, ч. 2 ст. 330 УК РФ. Данное уголовное дело 16.09.2015 года было изъято из подразделения дознания и передано по постановлению прокуратуры Автозаводского района г. Тольятти для дальнейшего расследования в СУ УМВД России по г. Тольятти. 10.04.2018г. в розыск были объявлены гр. ФИО10 и ФИО21, расследование по уголовному делу было приостановлено по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 208 УПК РФ. В отношении указанных лиц ОУР УМВД России по г. Тольятти было заведено розыскное дело № от 18.04.2018г. 01.05.2018г. ФИО10 был задержан в порядке ст. 91 УПК РФ и допрошен в качестве подозреваемого. 03.05.2018г. в отношении него избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. 08.05.2018г. ему предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. а, в ч. 2 ст. 163 УК РФ. Приговором Автозаводского районного суда г.Тольятти от 11.12.2018г. ФИО10 признан виновным в совершении указанного преступления и ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком 4 года. На момент проведения служебной проверки приговор ФИО10 не был обжалован.

В материалах служебной проверки содержится рапорт старшего оперуполномоченного по ОВД 4 отделения Службы в г. Тольятти УФСБ России по Самарской области подполковника ФИО22 от 30.11.2018г., согласно которому в ходе проводимых совместно с сотрудниками У МВД России по г. Тольятти оперативно-розыскных мероприятиях по задержанию ФИО10 документированы факты нахождения незадействованных в указанных мероприятиях сотрудников полиции ФИО2, ФИО19 и ФИО18 в непосредственной близости от адреса проживания объекта розыска и оказания ему содействия в сокрытии от правоохранительных органов. Сотрудник ФИО2, используя средства сотовой связи, в период с 30.04.2018г. по 01.05.2018г. инструктировал ФИО10, предоставляя ему информацию о проводимых сотрудниками правоохранительных органов мероприятиях, согласовывал и давал указания о дальнейших действиях, с целью избежания обнаружения и задержания сотрудниками полиции ФИО10 ФИО19 и ФИО18 осуществляли активные действия, направленные на осмотр и изучение местности и предпринимали попытки выявить возможно осуществляемое наблюдение за указанной территорией сотрудниками правоохранительных органов. Полученную от них информацию ФИО2 передавал ФИО10

В подтверждение изложенного к материалам служебной проверки приобщены стенограммы телефонных переговоров, состоявшихся между ФИО10 и ФИО7, акт наблюдения.

При проведении служебной проверки были получены объяснения от ФИО2, ФИО18, ФИО23 Также был опрошен ФИО10 Опрошенные лица подтвердили знакомство ФИО2 с ФИО10, а также обстоятельства их знакомства, а ФИО2 и ФИО10 подтвердили факт ведения телефонных разговоров в период с 30.04.2018г. по 01.05.2018г. Сведения о наличии умысла на оказание противодействия деятельности своих коллег – сотрудников полиции ФИО2 в ходе служебной проверки отрицал. Пояснил, что его действия были обусловлены неоднозначностью ситуации, поскольку он не исключал реальную угрозу совершения покушения на ФИО10, а также отсутствием сведений о нахождении его в розыске.

Таким образом, в действиях ФИО2 было установлено нарушение требований ч. 4 ст. 7, ч. 3 ст. 6, п. 2 ч. 2 ст. 27 Федерального закона от 07.02.2011г. № 3-ФЗ «О полиции», п. 2 ч. 1 ст. 13 Федерального закона от 30.11.2011г. № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении вменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», п.п. 2, 5, 8 ч. ст. 18 Федерального закона от 27.07.2004г. N 79-ФЗ «О государственной гражданской службе», подп. в, з п. 5 главы 2 Дисциплинарного устава органов внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента РФ от 14.10.2012г. № 1377 и сделан вывод о совершении им проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, поскольку майор полиции ФИО2 в свободное от службы время в гражданской одежде, являясь действующим сотрудником полиции и должностным лицом, обязанным предотвращать, пресекать преступления и административные правонарушения, выявлять обстоятельства, способствующие их совершению, и в пределах своих прав принимать меры к устранению данных обстоятельств, действовал вопреки интересам службы, подрывая авторитет сотрудника ОВД. Получив от ФИО10 сведения, указывающие на наличие у него оснований полагать о возможном совершении в отношении него противоправных действий со стороны группы лиц, присутствие которых он обнаружил возле своего дома, предвидя возможность наступления негативных последствий, сообщение в дежурную часть ОВД для оперативного реагирования истец не принял. При этом длительное время осуществлял телефонные переговоры с ФИО10, обсуждая варианты развития событий, допустив при этом неоднозначные высказывания, которые дают основания сомневаться в беспристрастности истца.

На основании заключения по результатом служебной проверки начальником ОРЧ ГЗ ГУ МВД России по Самарской области полковником полиции ФИО23 подготовлено представление к увольнению из органов внутренних дел по п. 9 ч. 3 ст. 82 Федерального закона от 30.11.2011г. № 342-ФЗ (л.д. 23).

В ходе судебного разбирательства сторона истца настаивала на том, что результаты служебной проверки являются необъективными, поскольку сделаны лишь на основании стенограммы телефонных переговоров, якобы состоявшихся между ФИО7 и ФИО10 и акте наблюдения, которые в свою очередь, являются недопустимыми доказательствами по делу. Данные доводы суд находит несостоятельными, поскольку вина ФИО2 в совершении проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, была установлена совокупностью доказательств. Справка по расшифровке телефонного разговора между ФИО7 и ФИО10 от 30.11.2018г. (т. 1 л.д. 48-78) составлена старшим оперуполномоченным по ОВД службы в г. Тольятти УФСБ России по Самарской области подполковником ФИО8 По данному факту ФИО8 был составлен рапорт от 30.11.2018г. об обнаружении признаков преступления, предусмотренных ст.ст. 286, 316 УК РФ. В судебном заседании 09.04.2019г. представитель ответчика пояснила, что расшифровка телефонного разговора представила в материалы служебной проверки ФСБ, поэтому оснований для проверки данных материалов или для сомнений у них не имелось, полагает, что все требования и нормы закона при рассекречивании материала были соблюдены. 

Доводы стороны истца о том, что прослушивание его телефонных разговоров нарушает его конституционные права, предусмотренные ст. 23 Конституции РФ на тайну телефонных переговоров, суд также находит несостоятельными, поскольку в силу п. 10 ст. 6 Федерального закона от 12.08.1995г. N 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» при осуществлении оперативно-розыскной деятельности проводятся оперативно-розыскные мероприятия, в том числе прослушивание телефонных переговоров. А прослушивание телефонных разговоров велось в связи с задержанием преступника, объявленного в федеральный розыск.

То обстоятельство, что акт наблюдения (т. 1 л.д. 81-85) процессуально не оформлен, не содержит указаний на то, кем оно производилось, не опровергает событий и обстоятельств, которые были установлены при проведении служебной проверки и подтверждены объяснениями других опрошенных лиц.

Доводы стороны истца о неприязненных отношениях между ФИО7 и ФИО8, который якобы был заинтересован в увольнении ФИО2, являются голословными и никакими доказательствами по делу не подтверждаются.

Ввиду изложенного доводы истца о необъективности результатов служебной проверки и о недоказанности факта совершения им проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, нельзя признать обоснованными.

То обстоятельство, что ФИО2 на момент увольнения имел 20-ти летний стаж, неоднократно поощрялся за выполнение служебных обязанностей и не имел ни одного дисциплинарного взыскания, не может являться основанием для освобождения или смягчения ответственности, поскольку увольнение сотрудника органов внутренних дел за совершение проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, обусловлено особым правовым статусом указанных лиц. Как следует из содержания приведенных выше нормативных положений с учетом правовой позиции Конституционного Суда РФ следует, что для сотрудников органов внутренних дел установлены повышенные требования к их поведению как в служебное, так и во внеслужебное время, вследствие чего на них возложены особые обязанности - заботиться о сохранении своих чести и достоинства, не совершать проступков, вызывающих сомнение в объективности, справедливости и беспристрастности сотрудника, наносящих ущерб его репутации, авторитету органа внутренних дел и государственной власти. Несоблюдение сотрудником органов внутренних дел таких добровольно принятых на себя обязательств, предусмотренных законодательством, является проступком, порочащим честь сотрудника органов внутренних дел. В случае совершения сотрудником органов внутренних дел проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, он подлежит безусловному увольнению, а контракт с ним – расторжению. 

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что у ответчика имелись основания для увольнения ФИО2, поскольку истец, являясь сотрудником полиции, совершил проступок, несовместимый с требованиями, предъявляемые к личным и нравственным качествам сотрудников органов внутренних дел, нарушил требования к поведению сотрудника при осуществлении служебной деятельности и во внеслужебное время, и таким образом, опорочил честь сотрудника полиции, поскольку само по себе указанное деяние сотрудника полиции умаляет авторитет органов внутренних дел, и способствует созданию негативного образа сотрудников полиции в общественном мнении.

Порядок проведения служебной проверки сотрудников органов внутренних дел урегулирован ст. 52 Федерального закона от 30.11.2011г. № 342-ФЗ и Порядком проведения служебной проверки в органах, организациях и подразделениях Министерства внутренних дел Российской Федерации, утвержденному Приказом МВД России от 26.03.2013г. № 161.

В силу ч. 4 ст. 52 Федерального закона от 30.11.2011г. № 342-ФЗ служебная проверка проводится в течение тридцати дней со дня принятия решения о ее проведении. Срок проведения служебной проверки по решению руководителя федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел или уполномоченного руководителя может быть продлен, но не более чем на тридцать дней. В срок проведения служебной проверки не включаются периоды временной нетрудоспособности сотрудника органов внутренних дел, в отношении которого проводится служебная проверка, нахождения его в отпуске или в командировке, а также время отсутствия сотрудника на службе по иным уважительным причинам.

Согласно ч. 5 ст. 52 Федерального закона от 30.11.2011г. № 342-ФЗ результаты служебной проверки представляются руководителю федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел или уполномоченному руководителю, принявшим решение о проведении служебной проверки, в письменной форме в виде заключения не позднее чем через три дня со дня завершения проверки. Указанное заключение утверждается руководителем федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел или уполномоченным руководителем, принявшими решение о проведении служебной проверки, не позднее чем через пять дней со дня представления заключения.

Служебная проверка в отношении ФИО2 назначена начальником ГУ МВД России по Самарской области генерал-лейтенантом полиции ФИО16 19.12.2018г., а завершена 21.12.2018г. и в тот же день утверждена начальником ГУ МВД России по Самарской области генерал-лейтенантом полиции ФИО16 

Таким образом, сроки проведения служебной проверки, а также сроки составления и утверждения заключения ответчиком не нарушены. 

Порядок увольнения сотрудников органов внутренних дел урегулирован ст. 89 Федерального закона от 30.11.2011г. № 342-ФЗ и Порядком организации прохождения службы в органах внутренних дел Российской Федерации, утвержденного приказом МВД России от 01.02.2018 № 50 (далее по тексту – Порядок). 

В соответствии со ст. 89 Федерального закона от 30.11.2011г. № 342-ФЗ на сотрудника органов внутренних дел, увольняемого со службы в органах внутренних дел, оформляется представление, содержащее сведения об основании увольнения, о стаже службы (выслуге лет) в органах внутренних дел, возрасте, состоянии здоровья сотрудника, наличии у него прав на получение социальных гарантий в зависимости от основания увольнения, а также иные сведения, перечень которых определяется федеральным органом исполнительной власти в сфере внутренних дел (п. 5).

В последний день службы сотрудника органов внутренних дел уполномоченный руководитель или по его поручению иное должностное лицо обязаны выдать этому сотруднику трудовую книжку и осуществить с ним окончательный расчет (п. 8).

Если в последний день службы в органах внутренних дел сотрудником органов внутренних дел не получена на руки трудовая книжка по причинам, не зависящим от действий уполномоченного руководителя, сотруднику направляется уведомление о необходимости явиться за трудовой книжкой либо дать согласие на ее отправление по почте. Со дня направления указанного уведомления уполномоченный руководитель освобождается от ответственности за задержку выдачи трудовой книжки (п. 9).

В соответствии с п. 337 Порядка с сотрудниками, увольняемыми со службы в органах внутренних дел, проводится беседа, в ходе которой им сообщается об основаниях увольнения, разъясняются вопросы получения выплат, гарантий и компенсаций. Сотрудникам, имеющим специальные звания среднего и старшего начальствующего состава внутренней службы или юстиции, увольняемым со службы в органах внутренних дел с правом на пенсию, в ходе беседы разъясняется их право на обращение к Министру за разрешением на ношение форменной одежды.

Пунктами 340, 341 Порядка предусмотрено, что до увольнения сотрудника соответствующее кадровое подразделение с участием непосредственного руководителя (начальника) сотрудника готовит представление к увольнению со службы в органах внутренних дел Российской Федерации, которое согласовывается с начальником подразделения и доводится до сведения сотрудника под расписку. 

Беседа с ФИО7 была проведена (т. 1 л.д. 24).

Также из материалов дела видно, что истец ознакомлен с представлением к увольнению со службы в органах внутренних дел РФ, о чем свидетельствует собственноручно сделанная им запись «с увольнением не согласен» (т. 1 л.д. 23).

28.12.2018 издан приказ ГУ МВД России по Самарской области № 602 л/с, в соответствии с которым ФИО2 уволен по п. 9 ч. 3 ст. 82 Федерального закона от 30.11.2011г. № 342-ФЗ.

В период с 25.12.2018г. по 29.12.2018г. ФИО2 находился на больничном, о чем свидетельствует медицинское заключение об освобождении от выполнения служебных обязанностей по временной нетрудоспособности № 62 ООО «МедГард» (т. 1 л.д. 32).

В связи с отсутствием ФИО2 на службе и невозможностью ознакомить его с приказом или выпиской из приказа, истцу почтовым отправлением направлено уведомление 19.12.2019г. (исх. №), что подтверждается отчетом об отслеживании с почтовым идентификатором 44311028157305 Интернет-сайта «Почта России» (т. 1 л.д. 144-145). Указанное письмо направлено ФИО2 по адресу регистрации: 

<

адрес>. В уведомлении указано о необходимости явиться в кадровое подразделение для получения трудовой книжки либо дать согласие на ее направление почтой. Также в уведомлении имеются сведения об увольнении ФИО2, в том числе указаны основание увольнения, номер и дата приказа об увольнении, к уведомлению приложена выписка из приказа (т. 1 л.д. 27).

Согласно отчету об отслеживании почтового отправления (почтовый идентификатор 44311028157305) письмо принято в отделение почтовой связи 29.12.2018г., 31.12.2018г. и 05.02.2019г. осуществлена попытка вручения письма адресату, которая оказалась неудачной, 19.02.2019г. почтовое отправление было выслано обратно отправителю.

Адрес, по которому истцу было направлено письмо, указан в личном деле ФИО2, в том числе в дополнительном соглашении к контракту о прохождении службы в органах внутренних дел от 25.01.2018г. (т. 1 л.д. 42).

Доводы истца о том, что по адресу регистрации он не проживает, суд находит несостоятельными ввиду следующего.

В соответствии с п. 1 ст. 165.1. ГК РФ заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю. Сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним.

При этом согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по смыслу пункта 1 статьи 165.1 ГК РФ юридически значимое сообщение, адресованное гражданину, должно быть направлено по адресу его регистрации по месту жительства или пребывания либо по адресу, который гражданин указал сам (например, в тексте договора), либо его представителю (пункт 1 статьи 165.1 ГК РФ). При этом необходимо учитывать, что гражданин, индивидуальный предприниматель или юридическое лицо несут риск последствий неполучения юридически значимых сообщений, доставленных по адресам, перечисленным в абзацах первом и втором настоящего пункта, а также риск отсутствия по указанным адресам своего представителя. Сообщения, доставленные по названным адресам, считаются полученными, даже если соответствующее лицо фактически не проживает (не находится) по указанному адресу (пункт 63).

То обстоятельство, что события, по которым ФИО2 привлечен к ответственности произошли в период с 30.04.2018г. по 01.05.2018г., а само увольнение произошло 28.12.2018г., то есть по мнению стороны истца дисциплинарное взыскание наложено на ФИО2 в нарушение п. 7 ст. 51 Федерального закона 30.11.2011г. № 342-ФЗ по истечении шести месяцев со дня совершения дисциплинарного проступка, не может служить основанием для признания служебной проверки незаконной, поскольку согласно данного пункта в указанный период не включаются периоды временной нетрудоспособности сотрудника, нахождения его в отпуске или в командировке. Из представленных в материалы дела документов следует, что ФИО2 находился в командировках в следующие периоды: с 25.06.2018г. по 02.07.2018г. (приказ № 305 л/с), с 30.07.2018г. по 06.08.2018г. (приказ № 314 л/с), 13.08.2018г. по 20.08.2018г. (приказ № 379 л/с), с 10.09.2018г. по 17.09.2018г. (приказ № 418 л/с), с 24.09.2018г. по 01.10.2018г. (приказ № 418 л/с), с 08.10.2018г. по 15.10.2018г. (приказ № 468 л/с), с 22.10.2018г. по 29.10.2018г. (приказ № 468 л/с), с 26.11.2018г. по 03.12.2018г. (приказ № 515 л/с), с 17.12.2018г. по 24.12.2018г. (приказ № 550 л/с) (т. 1 л.д. 167-186). Кроме того, в период с 09.07.2018г. по 23.07.2018г. истец находился в отпуске (приказ № 344 л/с) (т. 1 л.д. 166).

Доводы истца о том, что на момент увольнения он находился на больничном (с 25.12.2018г. по 29.12.2018г.) также являются несостоятельными, поскольку в соответствии с п. 12 ст. 89 Федерального закона от 30.11.2011г. № 342-ФЗ увольнение со службы в органах внутренних дел сотрудника органов внутренних дел в период его временной нетрудоспособности, пребывания в отпуске или в командировке не допускается, за исключением увольнения в соответствии с пунктами 1, 2, 4, 7, 8, 9 и 11 части 3 статьи 82 настоящего Федерального закона.

Следовательно, оснований для признания увольнения незаконным в связи с нарушением сроков привлечения ФИО2 к дисциплинарному взысканию, не имеется. 

Суд считает, что установленной по делу совокупностью доказательств подтверждается, что истцом совершены действия, дающие возможность усомниться в справедливости и беспристрастности сотрудника органов внутренних дел, нарушающие этические правила поведения сотрудника, подрывающие авторитет органов внутренних дел.

Таким образом, у ответчика имелись правовые основания для увольнения истца по п. 9 ч. 3 ст. 82 (в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел) Федерального закона от 30.11.2011г. № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и при этом ответчиком соблюдены требования действующего законодательства, регламентирующие процедуру проведения служебной проверки и процедуру увольнения сотрудника органов внутренних дел. В связи с чем, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Руководствуясь п. 9 ч. 3 ст. 82 Федерального закона от 30.11.2011г. № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», ч. 4 ст. 7 Федерального закона от 07.02.2011г. № З-ФЗ «О полиции», ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к ГУ МВД России по Самарской области о признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении на работе и взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, признании результатов служебной проверки недействительными – отказать.

Решение может быть обжаловано в Самарский областной суд через Автозаводский районный суд г. Тольятти в течение месяца со дня изготовления в окончательной форме.

Решение в полной форме изготовлено 06.05.2019 года.

Судья С.Е. Новинкина