Решение

именем Российской Федерации

11 января 2017 года город Улан-Удэ

Улан-Удэнский гарнизонный военный суд в составе: председательствующего – судьи Спиридоновой З.Д., при секретаре Бутухановой Б.Л., с участием административного истца ФИО1, его представителя ФИО2, административного ответчика – командира войсковой части 00000 

<

данные изъяты> ФИО3, представителя командира войсковой части 00000 и председателя аттестационной комиссии войсковой части 00000 

<

данные изъяты> Гоголя В.А., рассмотрев в открытом судебном заседании, в помещении военного суда, административное дело №2А-10/2017 по административному исковому заявлению военнослужащего войсковой части 00000 

<

данные изъяты> ФИО1 об оспаривании действий командира войсковой части 00000 и решения аттестационной комиссии войсковой части 00000 от 14 сентября 2016 года, связанных с привлечением его к дисциплинарной ответственности,

установил:

ФИО1 оспорил состоявшийся в отношении него приказ командира войсковой части 00000 от 15 сентября 2016 года №, которым ему объявлено взыскание в виде «предупреждения о неполном служебном соответствии», а также решение аттестационной комиссии той же части от 14 сентября 2016 года, которым командованию части предлагалось привлечь ФИО1 к дисциплинарной ответственности. Административный истец просил суд признать изданный приказ и названное решение аттестационной комиссии незаконными и указал в своем заявлении, что основанием для привлечения его к ответственности послужил тот факт, что приказом командира воинской части он был назначен в комиссию по проведению контрольных занятий в апреле и октябре 2015 года в подразделении, в котором проходят службу его супруга и дочь, наказание же было ему объявлено в связи с предполагаемым конфликтом интересов. Между тем, ФИО1 лично докладывал своему непосредственному командиру и командиру части 

<

данные изъяты> ФИО3 о том, что возможен конфликт интересов при проведении занятий в подразделении, где служат его родственники, однако командир части 

<

данные изъяты> ФИО3 не заменил ФИО1 другим военнослужащим, указав что тот добросовестно исполняет обязанности. В дальнейшем именно участие в комиссии по проведению названых контрольных занятий послужило основанием для наказания ФИО1 

ФИО1 в заявлении указал, что привлечение его к дисциплинарной ответственности было произведено с нарушениями положений статей 80-82 Дисциплинарного Устава Вооруженных Сил Российской Федерации и Федерального закона от 25 декабря 2008 №273-ФЗ «О противодействии коррупции», а решение аттестационной комиссии принято в нарушение положений приказа Министра обороны Российской Федерации от 29 февраля 2012 №444 «О порядке организации и проведения аттестации военнослужащих, проходящих военную службу по контракту в Вооруженных Силах Российской Федерации».

В судебном заседании административный истец ФИО1 предъявленные требования поддержал и пояснил, что приказом командира части был назначен в комиссию по проведению контрольных занятий в апреле и октябре 2015 года в подразделении, в котором проходят службу С.С.В. - его супруга и С.Н.А. - его дочь, поэтому он доложил своим непосредственным командирам Б. и Г.В.А., а также командиру войсковой части 00000 

<

данные изъяты> ФИО3, который указал, что он добросовестно исполняет обязанности из чего он понял, что допущен в состав данной комиссии. При том его супруга и дочь принимали участие и были оценены на контрольных занятиях наравне с другими военнослужащими, а какой-либо выгоды от его участия в комиссии никто из них не имел.

Кроме того, представитель административного истца ФИО2 пояснил, что разбирательства по данному поводу командованием части не проводилось, что полагал нарушением процедуры привлечения к дисциплинарной ответственности. По этим основаниям просил признать действия командира войсковой части 00000 и решение аттестационной комиссии по привлечению ФИО1 к дисциплинарной ответственности незаконными, противоречащими действующему законодательству и нарушающими права.

Административный ответчик командир войсковой части 00000 

<

данные изъяты> ФИО3 и представитель командира войсковой части 00000 и председателя аттестационной комиссии войсковой части 00000 

<

данные изъяты> ФИО4 в судебном заседании требования заявления ФИО1 полагали необоснованными, а оспариваемый приказ и решение аттестационной комиссии законными.

При этом 

<

данные изъяты> ФИО3 пояснил, что ФИО1 был включен в состав комиссии по проведению контрольных занятий в подразделении, в котором проходят службу его супруга и дочь. Вместе с тем, он, как командир воинской части, зная о том, что близкие родственники ФИО1 проходят службу в этой же части, не знал конкретных должностей, на которые они назначены и их подразделения, поскольку численный состав воинской части составляет более 1100 военнослужащих, поэтому он не мог предусмотреть того, что ФИО1 в рамках работы комиссии будет проверять своих родственников. Доклада о том, что возможен конфликт интересов при проведении занятий ему ФИО1 не делал ни в письменном, ни в устном виде. При том, что проект приказа о составе комиссии по проведению контрольных занятий составлялся подразделением, в котором служит сам ФИО1, он сам мог видеть сложившуюся ситуацию и возможность его замены на другого военнослужащего имелась. Далее 

<

данные изъяты> ФИО3 пояснил, что приказ о назначении комиссии по проведению контрольных занятий в апреле 2015 года им лично не подписывался, поскольку он находился в отпуске, поэтому в этот период о возможном конфликте интересов при проведении занятий ему никто не мог докладывать, ввиду того, что его обязанности командира войсковой части 00000 исполняло другое лицо.

Представитель административных ответчиков 

<

данные изъяты> ФИО4 пояснил, что поводом для проведения заседания аттестационной комиссии было представление военного прокурора Улан-Удэнского гарнизона от 9 июня 2016 года №, в котором указывалось на нарушения требований статей 10 и 11 Федерального закона от 25 декабря 2008 №273-ФЗ «О противодействии коррупции» 

<

данные изъяты> ФИО1, с требованием в связи с допущенными им нарушениями закона рассмотреть вопрос о привлечении его к ответственности. 

Между тем, в ходе заседания 14 сентября 2016 года, когда был рассмотрен 

<

данные изъяты> ФИО1, работала комиссия, которая отличается по составу от аттестационной комиссии воинской части и была создана приказом командира войсковой части 00000 от 12 сентября 2016 года № с полномочиями и порядком работы, определенным для комиссий по соблюдению требований к служебному поведению федеральных государственных служащих и урегулированию конфликта интересов в соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 1 июля 2010 года №821 «О комиссиях по соблюдению требований к служебному поведению федеральных государственных служащих и урегулированию конфликта интересов» полномочия которой возложены на аттестационную комиссию. Поэтому при проведении ее заседания в указанном выше порядке не требовалось соблюдения положений, определенных приказом Министра обороны Российской Федерации от 29 февраля 2012 №444 «О порядке организации и проведения аттестации военнослужащих, проходящих военную службу по контракту в Вооруженных Силах Российской Федерации», а также не требовалось проведения разбирательства, поскольку факт нарушения был установлен в ходе прокурорской проверки по результатам которой в часть поступило указанное представление прокурора. В данном случае, как указал Гоголь, проводилась не аттестация 

<

данные изъяты> ФИО1, а заседание комиссии по соблюдению требований к служебному поведению федеральных государственных служащих и урегулированию конфликта интересов, в заседании комиссии принимал участие 

<

данные изъяты> ФИО1 В ходе заседания было принято решение о том, что 

<

данные изъяты> ФИО1 нарушены требования статей 10 и 11 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №273-ФЗ «О противодействии коррупции» и принято оспариваемое решение о привлечении к дисциплинарной ответственности. Командир войсковой части 00000 рассмотрел протокол заседания комиссии и названное нарушение со стороны истца послужило основанием для издания приказа о наказании ФИО1 виде предупреждения о неполном служебном соответствии, о чем был издан приказ от 15 сентября 2016 года №. 

Кроме того, ФИО4 заявил, что административный истец пропустил установленный законодательством трехмесячный срок обращения в суд по требованиям о признании решения аттестационной комиссии от 14 сентября 2016 года незаконным, просил отказать на этом основании в удовлетворении требований ФИО1

Представитель заинтересованного лица – федерального казенного учреждения «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по 

<

адрес>» А.О.В., надлежащим образом извещенная о месте и времени судебного разбирательства, ходатайствовала о рассмотрении дела в ее отсутствие, в связи с чем военный суд, руководствуясь частью 6 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, считает возможным рассмотреть дело в ее отсутствие.

Как следует из письменных возражений А.О.В., поступивших в суд, требования заявления ФИО1 в части взыскания судебных расходов она полагала не подлежащими удовлетворению, заявив, что их сумма, заявленная истцом, завышена и необоснованна, без учета разумности размеров.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, и исследовав письменные доказательства, военный суд приходит к следующим выводам.

Рассматривая заявления представителя административного ответчика Гоголя В.А. об отказе в удовлетворении требований ФИО1 в части требований о признании решения аттестационной комиссии от 14 сентября 2016 года незаконным, поскольку установленный законом трехмесячный срок обращения в суд административным истцом пропущен, суд исходит из следующего.

В первоначальном своем заявлении ФИО1 решение аттестационной комиссии от 14 сентября 2016 года не оспаривал. Лишь в ходе рассмотрения дела в суде, 29 декабря 2016 года подал заявление, которым увеличил свои требования, просил привлечь к участию в деле в качестве соответчика председателя аттестационной комиссии войсковой части 00000, изложив требования о признании решения аттестационной комиссии от 14 сентября 2016 года незаконным.

Из административного искового заявления ФИО1 следует, что истец обжалует действия органа военного управления, которые непосредственно вытекают из административно-правовых отношений, основанных на властных полномочиях по отношению к истцу.

Поскольку ФИО1 оспаривает распорядительные действия органа военного управления, его заявление подлежит разрешению в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, главой 22, предусматривающей в части 1 статьи 219 указанного Кодекса трехмесячный срок для обращения с заявлением в суд со дня, когда гражданину стало известно о нарушении прав и свобод. 

ФИО1 в своем заявлении, которым увеличил свои требования, оспаривает решение аттестационной комиссии от 14 сентября 2016 года, при этом, как видно из заявления, датой обращения ФИО1 за судебной защитой по указанному поводу является 29 декабря 2016 года.

При разрешении вопроса о пропуске истцом срока для обращения в суд с заявлением в судебном заседании установлено следующее.

Согласно представленной в суд копии протокола аттестационной комиссии войсковой части 00000 от 14 сентября 2016 года № на заседании был рассмотрен 

<

данные изъяты> ФИО1, который принимал участие в заседании комиссии. Решением данной комиссии командованию части предлагалось привлечь ФИО1 к дисциплинарной ответственности.

Административный истец ФИО1 в судебном заседании пояснил, что присутствовал на заседании комиссии и давал свои пояснения. Решение комиссии было до него доведено в этот же день. 

Таким образом, судом установлено, что решение аттестационной комиссии от 14 сентября 2016 года, которое обжалует ФИО1, было доведено до сведения истца в этот же день - 14 сентября 2016 года, который суд признает днем, когда ФИО1 стало известно об оспариваемом решении в отношении него.

Согласно части 8 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации пропуск срока обращения в суд без уважительной причины является основанием для отказа в удовлетворении административного иска

Как разъяснено в пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2014 года №8 «О практике применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих» пропуск данного срока не является для суда основанием для отказа в принятии заявления, но при отсутствии уважительных причин, которые подлежат выяснению судом в судебном заседании независимо от того, ссылались ли на это обстоятельство заинтересованные лица, может являться основанием для отказа в удовлетворении заявления с указанием в мотивировочной части решения только на установление судом данного обстоятельства.

На основании изложенного суд приходит к выводу о том, что трехмесячный срок для обращения с заявлением в суд ФИО1 пропущен. 

Согласно части 7 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицам, пропустившим установленный федеральным законом процессуальный срок по причинам, признанным судом уважительными, пропущенный срок может быть восстановлен.

Представитель административного истца ФИО2 сослался на то, что срок не пропущен, поскольку первоначальное административное исковое заявление подано ФИО1 14 декабря 2016 года. 

Рассматривая данное утверждение ФИО2, суд признает его несостоятельным, поскольку в первоначальном заявлении в качестве ответчика председатель аттестационной комиссии войсковой части 00000 не был указан, а к участию в деле был привлечен в связи с поступившим в суд заявлением ФИО1 от 29 декабря 2016 года, в котором были изложены требования к данной комиссии о признании ее решения незаконным.

Вместе с тем в судебном заседании истец ФИО1, его представитель ФИО2 не назвали других уважительных причин, препятствовавших своевременному его обращению в суд.

При таких обстоятельствах, поскольку административный истец не представил в суд доказательств о наличии каких-либо уважительных причин, в том числе связанных с личностью истца, препятствовавших своевременному обращению в суд, необходимо прийти к выводу о том, что у ФИО1 отсутствуют уважительные причины пропуска трехмесячного срока на обращение за судебной защитой в связи с решения аттестационной комиссии войсковой части 00000 от 14 сентября 2016 года о привлечении к дисциплинарной ответственности. 

Таким образом, признавая причины пропуска срока на обращение в суд неуважительными, суд, в соответствии с частью 8 статьи 219 и частью 5 статьи 180 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, принимает решение об отказе в удовлетворении административного иска ФИО1 об оспаривании решения аттестационной комиссии войсковой части 00000 от 14 сентября 2016 года без исследования существа данного решения и оснований, послуживших для его принятия.

Разрешая требование об оспаривании действий командира войсковой части 00000, связанных с привлечением его к дисциплинарной ответственности приказом от 15 сентября 2016 года №, суд приходит к следующим выводам.

Согласно копиям приказов командира войсковой части 00000 от 30 марта 2015 года № и от 1 октября 2015 года № в войсковой части ФИО37 приказано провести итоговые проверки за 2015 год в период с 7 по 16 апреля и с 6 по 16 октября 2015 года; в числе шестнадцати офицеров части в качестве проверяющего привлечен и 

<

данные изъяты> ФИО1

Кроме того, из указанных копий приказов следует, что приказ от 30 марта 2015 года № подписан 

<

данные изъяты> ФИО3, а приказ от 1 октября 2015 года № подписан врио командира войсковой части ФИО38 

<

данные изъяты> Н.Д.А.

Как следует из копии сводного расписания сдачи итоговой проверки за 2015 год войсковой части 00000 

<

данные изъяты> ФИО1 определен проверяющим 

<

данные изъяты> роты.

Согласно выпискам из приказов командующего войсками 

<

данные изъяты> военного округа от 6 мая 2013 года № и командира войсковой части 00000 от 16 ноября 2005 года № 

<

данные изъяты> С.С.В. и С.Н.А. назначены на должности 

<

данные изъяты> роты войсковой части 00000.

Из пояснений административного истца следует, что С.С.В. его супруга, а С.Н.А. его дочь.

Согласно копии представления военного прокурора Улан-Удэнского гарнизона от 9 июня 2016 года № прокурор пришел к выводу, что в действиях 

<

данные изъяты> ФИО1, который принимал участие в принятии зачетов у своих близких родственников С.С.В. и С.Н.А. имеются нарушения требований статей 10 и 11 Федерального закона «О противодействии коррупции», статей 10, 26, 27 и 27.1 Федерального закона «О статусе военнослужащих», в связи с чем прокурор потребовал от командира войсковой части 00000 рассмотреть вопрос о привлечении 

<

данные изъяты> ФИО1 к установленной законом ответственности.

Из копии приказа командира войсковой части 00000 от 15 сентября 2016 года № следует, что 

<

данные изъяты> ФИО1 объявлено взыскание в виде «предупреждения о неполном служебном соответствии» за нарушения требований статьи 15 Конституции Российской Федерации, статей 10 и 11 Федерального закона «О противодействии коррупции», статей 10, 26, 27 и 27.1 Федерального закона «О статусе военнослужащих», статей 16, 33, 35, 75 и 79 Устава Внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации.

Статьей 27.1 Федерального закона «О статусе военнослужащих» установлено, что на военнослужащего, если иное не предусмотрено федеральными законами, указами Президента Российской Федерации и постановлениями Правительства Российской Федерации, распространяются ограничения, запреты и обязанности, установленные Федеральным законом «О противодействии коррупции» и статьями 17, 18 и 20 Федерального закона от 27 июля 2004 года №79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации», за исключением ограничений, запретов и обязанностей, препятствующих исполнению военнослужащим обязанностей по осуществлению оперативно-розыскной деятельности или обеспечению безопасности Российской Федерации. Установление таких исключений и определение военнослужащих, в отношении которых применяются данные исключения, в каждом отдельном случае осуществляются в порядке, устанавливаемом нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Часть 1 статьи 10 Федерального закона «О противодействии коррупции» определяет под конфликтом интересов ситуацию, при которой личная заинтересованность (прямая или косвенная) лица, замещающего должность, замещение которой предусматривает обязанность принимать меры по предотвращению и урегулированию конфликта интересов, влияет или может повлиять на надлежащее, объективное и беспристрастное исполнение им должностных (служебных) обязанностей (осуществление полномочий).

В силу статьи 11 Федерального закона «О противодействии коррупции» (в редакции, действовавшей до 1 октября 2015 года) государственный служащий обязан принимать меры по недопущению любой возможности возникновения конфликта интересов; в письменной форме уведомить своего непосредственного начальника о возникшем конфликте интересов или о возможности его возникновения, как только ему станет об этом известно. Предотвращение и урегулирование указанного конфликта интересов, осуществляются путем отвода или самоотвода указанного лица в случаях и порядке, предусмотренных законодательством Российской Федерации; непринятие таким лицом, являющимся стороной конфликта интересов, мер по предотвращению или урегулированию конфликта интересов является правонарушением, влекущим увольнение указанного лица в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Таким образом, на ФИО1 законодательством возложена обязанность как письменно сообщать о возникшем конфликте интересов или о возможности его возникновения, так и предотвращать такой конфликт путем самоотвода, что в случае его назначения в комиссию по проведению контрольных занятий в подразделении, в котором проходят службу его супруга и дочь, необходимо было исполнить. Между тем, этой обязанности ФИО1 не исполнил.

Административный истец утверждал о том, что он докладывал командиру воинской части о сложившейся ситуации устно, а не письменно, поэтому проступка не совершил. Кроме того, командир части, назначив его в состав комиссии, создал предпосылки к возникновению названной ситуации, хотя знал о том, что его родственники служат в проверяемом им подразделении. 

Вместе с тем, командир войсковой части 00000 

<

данные изъяты> ФИО3 настаивал на том, что никакого доклада ни устного, ни письменного со стороны ФИО1 не было, а конкретное место службы и должности родственников ФИО1 он не знал с учетом большого количества подчиненных военнослужащих – более тысячи.

Довод ФИО1 о том, что был устный доклад суд отвергает, поскольку Федеральный закон в статье 11 «О противодействии коррупции» предусматривает письменный доклад, что не исполнено и не опровергается самим административным истцом.

Утверждение стороны истца о том, что в первую очередь именно командир части должен был предусмотреть возможный конфликт интересов и не назначать ФИО1 в комиссию, суд признает не основанными на законе, по тому основанию, что указанный закон возлагает перечисленные обязанности на государственного служащего и только в случае если командованию стало известно о возникновении личной заинтересованности оно обязано принять соответствующие меры по предотвращению или урегулированию конфликта интересов.

Таким образом, суд приходит к выводу, что ФИО1, будучи назначенным в комиссию по проведению контрольных занятий в подразделении, в котором проходят службу его супруга и дочь, не исполнил возложенной на него обязанности по предотвращению конфликта интересов, не доложил командованию письменно, не отвел свою кандидатуру из числа лиц, назначенных проверяющими, что послужило основанием для его наказания. При этом командование части ограничилось лишь объявлением взыскания в виде «предупреждения о неполном служебном соответствии», хотя Федеральный закон «О противодействии коррупции» предполагает возможность увольнения в случае наличия такого рода правонарушения.

То обстоятельство, что супруга и дочь административного истца принимали участие и были оценены на контрольных занятиях наравне с другими военнослужащими, а какой-либо выгоды от участия в комиссии ФИО1 никто из них не имел, правового значения не имеет поскольку, как следует из части 1 статьи 10 Федерального закона «О противодействии коррупции», под конфликтом интересов понимается ситуация, при которой личная заинтересованность (прямая или косвенная) государственного служащего не только влияет, но и может повлиять на надлежащее, объективное и беспристрастное исполнение им должностных (служебных) обязанностей.

Довод стороны административного истца о том, что в данной воинской части в связи с прохождением военной службы родственниками существуют и другие конфликты интересов, однако к другим военнослужащим командованием части взыскания не применяются, суд отвергает, поскольку наличие или отсутствие конфликта интересов у других военнослужащих к рассматриваемому делу отношения не имеет.

При таких обстоятельствах оспоренные действия командира войсковой части 00000 по изданию приказа от 15 сентября 2016 года №, которым ФИО1 объявлено взыскание в виде «предупреждения о неполном служебном соответствии», суд признает законными и обоснованными, в связи с чем отказывает в удовлетворении требований административного истца.

Поскольку в удовлетворении заявленных требований судом отказано, понесенные административным истцом судебные расходы возмещению не подлежат.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 175-180, 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации военный суд, 

решил:

В удовлетворении административного искового заявления ФИО1 о признании незаконными действий командира войсковой части 00000 и решения аттестационной комиссии от 14 сентября 2016 года, связанных с привлечением его к дисциплинарной ответственности, – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Восточно-Сибирский окружной военный суд через Улан-Удэнский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий З.Д. Спиридонова