судья Куцаенко И.С. дело № 22-4652/2020

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ 

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

7 октября 2020 года город Ставрополь 

Судебная коллегия по уголовным делам Ставропольского краевого суда в составе: 

председательствующего - судьи Спиридонова М.С.,

судей Будко О.В. и Сиротина М.В.,

при секретаре судебного заседания Фомиченко С.В., 

с участием:

прокурора отдела прокуратуры Ставропольского края Змиевской А.Ю.,

осуждённого О.К.А. (посредством видеоконференц-связи),

его защитника – адвоката Бабичева С.Г.,

осуждённого Э.М.М. (посредством видеоконференц-связи),

его защитника – адвоката Ананьевой Е.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осуждённых О.К.А. и Э.М.М., адвоката Михайленко С.В., в интересах осуждённого Э. М.М., и адвоката Бабичева С.Г., в интересах осуждённого О.К.А., адвоката Егияна А.З., в интересах осуждённых О.К.А. и Э.М.М., на приговор Апанасенковского районного суда Ставропольского края от 13 июля 2020 года, которым

О.К.А., 

осуждён по п. «б» ч. 4 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее по тексту - УК РФ) к 4 годам лишения свободы с отбыванием наказания в «колонии общего режима»;

срок отбывания наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу, с зачетом в срок отбывания наказания времени нахождения под стражей с 22 по 26 сентября 2019 года и с 13 июля 2020 года до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня лишения свободы, а также времени нахождения под домашним арестом с 26 сентября 2019 года по 22 декабря 2019 года из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день отбывания лишения свободы в исправительной колонии общего режима;

мера пресечения О.К.А. избрана в виде заключения под стражу, взят под стражу в зале суда;

Э.М.М., 

осуждён по п. «б» ч. 4 ст. 158 УК РФ к 3 годам лишения свободы с отбыванием наказания в «колонии общего режима»;

срок отбывания наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу, с зачетом в срок отбывания наказания времени нахождения под стражей с 22 по 25 сентября 2019 года и с 13 июля 2020 года до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня лишения свободы, а также времени нахождения под домашним арестом с 25 сентября 2019 года по 22 декабря 2019 года из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день отбывания лишения свободы в исправительной колонии общего режима;

мера пресечения Э.М.М. избрана в виде заключения под стражу, взят под стражу в зале суда;

разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Спиридонова М.С. об обстоятельствах дела и доводах апелляционных жалоб, выслушав выступления сторон, судебная коллегия

у с т а н о в и л а :

приговором Апанасенковского районного суда Ставропольского края от 13 июля 2020 года О.К.А. и Э.М.М. признаны виновными и осуждены за кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, совершённое в особо крупном размере.

Осуждённый Э.М.М. в апелляционной жалобе указывает, что в судебном заседании не установлен факт получения им каких-либо денежных средств от продажи похищенного крупного рогатого скота, а в его действиях не было умысла. Просит приговор отменить и назначить ему наказание, не связанное с лишением свободы.

В апелляционной жалобе адвокат Михайленко С.В., в интересах осуждённого Э.М.М., высказывает несогласие с приговором, считая, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Обращает внимание на то, что показания Э.М.М., данные им на стадии предварительного расследования, были оглашены лишь выборочно, только в той части, где он признавал вину по предъявленному обвинению. В этом, по мнению защитника, проявился обвинительный уклон рассмотрения дела судом. Указывает на то, что Э.М.М. переговоров с М.О. о продаже и стоимости крупнорогатого скота не вёл и денежные средства от последнего не получал, а денежные средства в размере 10000 рублей, которые Э.М.М. просил у О.К.А., составляют заработную плату осуждённого, поскольку он не был официально трудоустроен и часть своей заработной платы ему отдавали О.К.А. и М.А.И. Считает, что суд не дал должной оценки показаниям свидетелей Э.Р.А. и С.В.М. о том, что Э.М.М. не был осведомлён о продаже ФИО1 похищенного крупнорогатого скота М.О., а также о самооговоре Э.М.М. по просьбе О.К.А. Считает, что представленные суду доказательства прямо свидетельствуют о невиновности Э.М.М. Просит приговор отменить и Э.М.М. оправдать.

В апелляционной жалобе осуждённый О.К.А. высказывает несогласие с приговором по причине его несправедливости и чрезмерной суровости наказания. Просит приговор изменить, применив к нему положения ст.ст. 64, 73 УК РФ, назначить наказание, не связанное с реальным лишением свободы.

Адвокат Бабичев С.Г. в апелляционной жалобе, в интересах осуждённого О.К.А., высказывает не согласие с приговором, считая назначенное О.К.А. наказание несправедливым. Полагает, что при определении вида и размера наказания суд в недостаточной степени учёл наличие таких смягчающих обстоятельств как явка с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, добровольное возмещение материального ущерба, положительные характеристики, отсутствие учёта у врачей нарколога и психиатра, отсутствие судимостей, изобличение О.К.А. лица, совершившего приобретение похищенного имущества. По мнению автора жалобы, назначение О.К.А. лишения свободы в условиях изоляции от общества не соответствует характеру и степни общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного. Просит приговор изменить в части назначенного наказания и применить при назначении О.К.А. наказания положения ст.73 УК РФ.

Адвокат Егиян А.З. в апелляционной жалобе, в интересах осуждённых О.К.А. и Э.М.М., высказывает несогласие с приговором, считая его незаконным, необоснованным и несправедливым, чрезмерно суровым. Указывает на то, что имеется несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, был существенно нарушен уголовно-процессуальный закон, неправильно применен уголовный закон, вина О.К.А. и Э.М.М. не доказана, а следствие по делу проводилось односторонне, неполно и необъективно, с обвинительным уклоном. По его мнению, что суд первой инстанции ограничился только перечислением обстоятельств смягчающих наказание, однако назначил чрезмерно суровое наказание, связанное с реальным лишением свободы, а также не мотивировал в приговоре невозможность назначения альтернативного вида наказания, не связанного с реальным лишением свободы. Также считает, что судом формально указал об отсутствии оснований для изменения категории преступления на основании ч. 6 ст. 15 УК РФ. Автор жалобы полагает, что по делу не доказано событие преступления, обстоятельства, которые могут повлечь за собой освобождение от уголовной ответственности и наказания, обстоятельства, способствовавшие совершению преступления. Считает, что предъявленное обвинение не конкретизировано, а именно, неполно раскрыты обстоятельства совершённого преступления, формулировка обвинения содержит существенные противоречия, что является основанием для возвращения уголовного дела прокурору. Также указывает на то, что квалификация преступных действий осуждённых не соответствует обстоятельствам предъявленного обвинения и не соответствует фактическим обстоятельствам преступления, неверно установлены обстоятельства, имеющие значение для доказывания наличия мотивов и цели преступления, отсутствует перечень доказательств и их краткое содержание. Считает, что О.К.А. и Э.М.М. не совершали преступление, их вина не доказана материалами дела. Не раскрыта диспозиция ч. 4 ст. 158 УК РФ, какие именно действия совершил отдельно О.К.А. и отдельно Э.М.М. Стороной обвинения не доказано на что был направлен умысел. Неправильно и недостоверно указана диспозиция статьи УК РФ, вменённая Э. М.М. и О.К.А., нигде в обвинении не указано, что они похитили крупный рогатый скот. Обращает внимание на то, что О.К.А. и Э.М.М. не давали согласия на оглашение показаний свидетелей; похищенный крупнорогатый скот не обнаружен и не изъят, а соответственно вещественных доказательств по делу не имеется; стоимость похищенного крупнорогатого скота установлена примерно и исходя из стоимости племенной коровы калмыцкой породы; стороной обвинения не опровергнуты показания О.К.А. и Э.М.М., данные ими в ходе судебного разбирательства. Просит приговор отменить и возвратить уголовное дело прокурору.

В суде апелляционной инстанции осуждённые О.К.А. и Э.М.М. и их защитники доводы апелляционной жалобы адвоката Егияна А.З. в части возврата дела прокурору не поддержали.

Проверив материалы уголовного дела, заслушав выступления сторон, обсудив доводы, изложенные в апелляционных жалобах, судебная коллегия находит приговор подлежащим отмене на основании ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона, которое путём несоблюдения процедуры судопроизводства повлияло на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

Согласно требованиям ст. 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления.

Данные требования закона судом не выполнены, поскольку в описательно-мотивировочной части приговора (лист 2 приговора) лишь приведено содержание предъявленного О.К.А. и Э.М.М. обвинения, а описание преступного деяния, признанного судом доказанным, в приговоре отсутствует.

При этом приведенные на листе 24 приговора суждения суда о том, при каких обстоятельствах было совершено преступление, противоречат квалификации действий О.К.А. и Э.М.М., поскольку квалифицирующие признаки «совершение преступления группой лиц по предварительному сговору» и «с причинением значительного ущерба гражданину» (в отношении потерпевшего В.С.П.) в формулировке обвинения, предложенной органами предварительного следствия и поддержанной государственным обвинителем, не указаны.

Указанное существенное нарушение уголовно-процессуального закона повлекло за собой также неправильное применение судом положений Общей части УК РФ при назначении наказания, поскольку суд признал отягчающим обстоятельством в отношении каждого осуждённого совершение преступления группой лиц.

Кроме того, при назначении Э.М.М. наказания суд допустил противоречия в своих суждениях, поскольку признал отягчающим наказание обстоятельством совершение преступления группой лиц, а затем указал об отсутствии отягчающих наказание обстоятельств.

Неправильно применён судом уголовный закон также и при назначении вида исправительного учреждения, поскольку в резолютивной части приговора указана «колония общего режима», тогда как в положениях ч. 1 ст. 58 УК РФ такой вид исправительного учреждения отсутствует.

Совокупность приведённых выше нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов не позволяют признать состоявшийся по делу приговор законным и обоснованным, а потому он подлежит отмене.

Поскольку указанные нарушения закона устранимы в суде апелляционной инстанции, то по делу возможно постановить новый апелляционный приговор.

Судебная коллегия считает, что доказательства, непосредственно исследованные в судебном заседании суда первой инстанции, являются допустимыми и достаточными для разрешения уголовного дела в суде апелляционной инстанции и постановления апелляционного приговора. Сторонами факт надлежащего исследования доказательств судом первой инстанции не оспаривается.

Изучив материалы дела, судебная коллегия установила следующие обстоятельства совершённого осуждёнными преступления.

Судом апелляционной инстанции установлено, что 14 сентября 2019 года примерно в 18 часов 00 минут О.К.А. и Э.М.М. находились на участке местности, расположенном в 35 км. 100 м. в восточном направлении от с. -- --- района Ставропольского края (географические координаты --- северной широты и --- восточной долготы), где обнаружили пасущееся без присмотра стадо крупного рогатого скота, принадлежащее СПК-племзаводу «---» и В.С.П. Далее О.К.А. и Э.М.М., с целью хищения чужого имущества, отделили от вышеуказанного общего стада крупнорогатого скота 10 коров породы «---», возрастом 3 года, стоимостью 92250 рублей каждая, общей стоимостью 922500 рублей, принадлежащих СПК-племзаводу «--», и 2 коровы породы «Калмыцкая», возрастом 3 года, стоимостью 50000 рублей каждая, общей стоимостью 100000 рублей, принадлежащих В.С.П. Данное имущество О.К.А. и Э.М.М. тайно похитили, отогнав данных коров в другое место и распорядившись ими по собственному усмотрению. Своими действиями О.К.А. и Э.М.М. причинили СПК-племзаводу «---» имущественный ущерб на сумму 922500 рублей и В.С.П. имущественный ущерб на сумму 10000 рублей, а всего на сумму 1022500 рублей, что является особо крупным размером.

О.К.А. вину признал частично и показал, что 14 сентября 2019 года пас стадо коров, к нему прибились коровы из другого стада и паслись весь день вместе. Вечером он созвонился с М.О. и предложил ему купить тех коров, которые прибились из другого стада. Тот согласился и купил у него коров за 200000 рублей. Э.М.М. в этом не участвовал.

Из показаний О.К.А., данных им на предварительном следствии, видно, что работал скотником в СПК-племзавод «---». Предложил Э.М.М. там работать, тот согласился и помогал ему пасти коров. 14 сентября 2019 года к стаду, которое он и Э.М.М. пасли, прибились 12 коров из другого стада. Они пригнали этих коров вместе с остальным стадом на животноводческую точку. Там он предложил Э.М.М. продать этих 12 коров, на что тот согласился. Созвонился с М.О. и договорился о продаже коров. Далее он и Э.М.М. загрузили 12 коров из чужого стада в автомобили М.О. За это тот заплатил ему 200000 рублей, из них он 100000 рублей отдал Э.М.М. (т. 1 л.д. ---, ---, т. 2 л.д. ---, т. 4 л.д. ---).

Э.М.М. вину не признал и показал, что по предложению О. К.А. помогал ему пасти коров. Хищение коров не совершал, просто помогал О.К.А., о продаже коров М.О. не знал. Показания на предварительном следствии дал по просьбе О.К.А., чтобы ему помочь.

Из оглашенных показаний Э.М.М., которые он дал на предварительном следствии, видно, что 14 сентября 2019 года находился на пастбище. К его стаду прибились 12 коров из чужого стада. Он и О.К.А. отогнали свое стадо вместе с этими коровами на животноводческую точку. Там О.К.А. предложил ему продать чужих коров, на что он согласился. О.К.А. по телефону договорился о продаже коров, после чего к ним на двух автомобилях приехал М.О. и они с О.К.А. загрузили 12 коров в эти автомобили. Через несколько дней О.К.А. отдал ему 100000 рублей за проданных коров (т. 1 л.д. ---, ---, т. 3 л.д. ---).

Судебная коллегия считает показания О.К.А. и Э.М.М. на предварительном следствии правдивыми, поскольку они полностью согласуются и подтверждаются совокупностью иных объективных доказательств.

Оснований полагать, что Э.М.М. оговорил себя на предварительном следствии, у судебной коллеги нет, поскольку показания он дал в присутствии защитника и после разъяснения ему процессуальных прав. К тому же подробное содержание данных показаний, их последовательность и согласованность с иными доказательствами по делу не оставляют сомнений в достоверности этих показаний.

Из показаний представителя потерпевшего ФИО2 следует, что СПК-племзаводу «---» принадлежит поголовье крупнорогатого скота «---» породы. После 14 сентября 2019 года при пересчёте стада было установлено отсутствие 10 коров возрастом 3 года.

Потерпевший В.С.П. в ходе предварительного следствия пояснил, что у него в собственности имеются коровы «---» породы, которые пасутся в общем стаде коров, принадлежащих СПК-племзаводу «---». После 14 сентября 2019 года в ходе пересчёта коров он обнаружил пропажу 2 коров, а в стаде племзавода пропало 10 коров. Общая стоимость похищенных у него коров составляет 100000 рублей (т. 1 л.д. ---).

Оснований сомневаться в достоверности показаний представителя потерпевшего и потерпевшего нет, поскольку они не состоят с О.К.А. и Э.М.М. в неприязненных отношениях и не имеют повода для их оговора.

Согласно показаниям свидетеля Р.И.А., в один из дней осени 2019 года он патрулировал нефтепровод на участке «---» в тёмное время суток, где заметил два автомобиля «Газель». Он записал их государственные регистрационный знаки и сообщил об этом своему руководителю.

Свидетели М.Т.А., К.Л.А., П.О.Н. показали, что они занимались пересчётом коров в стаде СПК-племзавода «---» 18 сентября 2019 года, в ходе которого было установлено отсутствие 10 коров породы «---» возрастом 3 года.

Свидетель М.О. показал, что занимается закупкой крупнорогатого скота. Осенью 2019 года ему позвонил О.К.А. и предложил купить 12 коров. Он согласился, после чего вместе с М.К.Ш. на двух автомобилях «Газель» приехали на животноводческую точку к О.К.А. Там в их автомобили загрузили 12 коров, которых они отвезли в с. ---. В пути один автомобиль сломался возле нефтепровода и коров пришлось перегружать в другой автомобиль. Деньги за коров он отдал О.К.А.

Свидетель М.К.Ш. показал, что осенью 2019 года по просьбе М.О. на автомобиле «Газель» перевозил коров, которых тот купил у О.К.А. Его автомобиль в пути сломался.

Свидетель М.Ш.Г. подтвердил, что на его автомобиле М.К.Ш. перевозил коров, которых М.О. купил у О.К.А.

Из показаний свидетеля А.А.Х. на предварительном следствии видно, что 16 сентября 2019 года на его животноводческую точку М.О. привез коров, которых, как он пояснил, где-то купил. В тот же день М.О. этих коров кому-то продал (т. 2 л.д. ---). 

Свидетель Д.Ш.Д. показал, что в его присутствии О.К.А. забирал деньги у водителя автомобиля «Газель» на выезде из с. ---.

Из показаний свидетеля О.А.Г. на предварительном следствии видно, что 18 сентября 2019 года О.К.А. пришел домой и принес 40000 рублей (т. 1 л.д. ---).

Показания указанных выше свидетелей являются допустимыми, поскольку получены при соблюдении требований УПК РФ, а также достоверными, поскольку они подробны, последовательны и согласуются между собой и с другими доказательствами.

Помимо изложенного выше, виновность ОК.А. и ЭМ.М. подтверждается:

- протоколом осмотра места происшествия от 21 сентября 2019 года, согласно которому осмотрена животноводческая точка СПК-племзавода «---» (т. 1 л.д. ---);

- протоколами осмотра места происшествия от 21 сентября 2019 года, протоколами выемки от 2 и 7 октября 2019 года, протоколами осмотра предметов от 2 и 7 октября 2019 года, протоколом осмотра документов от 2 октября 2019 года, согласно которым изъяты и осмотрены автомобили «Газель», на которых М.О. и М.Ш.Г. перевозили 12 коров, приобретённых у О.К.А. и Э.М.М. (т. 1 л.д. --, --, т. 2 л.д. --, --, --, --, --);

- протоколом осмотра места происшествия от 22 сентября 2019 года, протоколом осмотра предметов от 3 октября 2019 года, из которых следует, что у О.К.А. были изъяты 40000 рублей, которые затем осмотрены (т. 1 л.д. --, т. 2 л.д. --);

- протоколом проверки показаний О.К.А. на месте от 3 октября 2019 года, согласно которому он показал место, где было совершено хищение коров (т. 2 л.д. --);

- протоколом проверки показаний М.О. на месте от 9 октября 2019 года, согласно которому он показал место, откуда он приобрёл коров у О.К.А. и Э.М.М. (т. 2 л.д. ---);

- заключением эксперта № ---/10-1от 11 ноября 2019 года, из которого следует, что стоимость коровы «--» породы составляет 92250 рублей (т. 3 л.д. --);

- протоколами явки с повинной О.К.А. и Э.М.М., в которых они сообщили о совершённом хищении 12 коров (т. 1 л.д. --, --). 

Письменные доказательства получены в строгом соответствии с УПК РФ, а потому признаются судом допустимыми. По своему содержанию они полностью согласуются с показаниями свидетелей и иными доказательствами, а потому являются достоверными.

По ходатайству стороны защиты допрошены свидетели:

- Э.Р.А., который показал, что Э.М.М. его двоюродный брат. От О.К.А. ему известно, что им похищены и проданы за 200000 рублей коровы, но Эс.М.М. к этому не имеет отношения и об этом не сбыл осведомлён;

- С.В.М., который показал, что присутствовал при разговоре О.К.А. и Э.М.М., в ходе которого О.К.А. сказал, что Э.М.М. не участвовал в хищении коров и не знал, что коровы были похищены.

Судебная коллегия не может признать данные показания достоверными, поскольку эти свидетели состоят в близких отношениях с О.К.А. и ЭМ.М., а потому их показания могут быть продиктованы желанием помочь подсудимым избежать уголовной ответственности. К тому же их показания противоречат совокупности изложенных выше объективных доказательств.

Доводы стороны защиты о непричастности ЭМ.М. опровергнуты совокупностью изложенных выше доказательств. Он был осведомлён о том, что 12 коров из чужого стада ни ему, ни О.К.А. не принадлежат, а потому осознавал незаконность хищения этих коров и их продажи МО. В ходе предварительного следствия ЭМ.М. неоднократно подтвердил, что получил от ОК.А. 100000 рублей в качестве доли от продажи похищенных коров. При этом достоверно установлено, что заработная плата скотника гораздо меньше указанной суммы, а потому нельзя признать достоверными показания Э.М.М. в суде первой инстанции о том, что эти деньги он получил в качестве заработной платы.

Оценив все доказательства в их совокупности, судебная коллегия считает вину О.К.А. и Э.М.М. доказанной и квалифицирует действия каждого из них по п. «б» ч. 4 ст. 158 УК РФ - как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершённое в особо крупном размере.

В описании преступного деяния в обвинительном заключении указано, что данное преступление совершено О.К.А. и Э.М.М. в составе группы лиц по предварительному сговору, с причинением потерпевшему В.С.П. значительного ущерба, в особо крупном размере. Однако данные действия квалифицированы органами предварительного следствия только как тайное хищение чужого имущества, совершённое в особо крупном размере. То есть квалифицирующие признаки «совершение преступления группой лиц по предварительному сговору» и «с причинением значительного ущерба гражданину» в формулировке обвинения в обвинительном заключении отсутствуют. Судебная коллегия полагает невозможным самостоятельно дополнить формулировку обвинения данными квалифицирующими признаками, поскольку это выходит за полномочия суда, а изменение обвинения в судебном заседании допускается только тогда, когда не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту. Кроме того, отсутствует апелляционное представление или апелляционная жалоба потерпевших с требованиями об ухудшении положения осуждённых.

При назначении О.К.А. и Э.М.М. наказания судебная коллегия, руководствуясь положениями статей 6, 43, 60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности совершённого ими преступления, личность каждого виновного, смягчающие и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, влияние назначенного наказания на их исправление и на условия жизни их семей.

Оснований сомневаться в психическом состоянии О.К.А. и Э.М.М. у судебной коллегии нет.

Оснований для изменения О.К.А. и Э.М.М. категории преступления, предусмотренных ч. 6 ст. 15 УК РФ, судебная коллегия не находит.

Обсуждая личность каждого виновного, судебная коллегия принимает во внимание, что О.К.А. и Э.М.М. на учете у врача-нарколога и врача-психиатра не состоят.

В качестве обстоятельств, смягчающих О.К.А. наказание, судебная коллегия учитывает явку с повинной, активное способствование расследованию преступления, добровольное возмещение части имущественного ущерба, причиненного в результате преступления СПК племзаводу «---», признание вины на предварительном следствии, положительную характеристику, неудовлетворительное состояние здоровья виновного и членов его семьи, а также дополнительно представленную прокурором в суд апелляционной инстанции положительную характеристику с места жительства.

Обстоятельств, отягчающих О.К.А. наказание, не имеется.

С учетом тяжести совершенного преступления, данных о личности. К.А., судебная коллегия считает необходимым назначить ему наказание в виде лишения свободы. Оснований для назначения ему дополнительных наказаний, предусмотренных санкцией ч. 4 ст. 158 УК РФ, у судебной коллегии нет.

Судебная коллегия не находит исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью О.К.А., его поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, позволяющих применить нормы ст. 64 и ст. 73 УК РФ.

Срок отбывания наказания О.К.А. судебная коллегия определяет с учётом положений ч. 1 ст. 62 УК РФ.

В соответствии с пунктом «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывать наказание О.К.А. должен в исправительной колонии общего режима.

В качестве обстоятельств, смягчающих Э.М.М. наказание, судебная коллегия учитывает явку с повинной, активное способствование расследованию преступления, положительную характеристику по месту жительства, наличие грамоты, а также дополнительно представленную прокурором в суд апелляционной инстанции положительную характеристику с места жительства.

Обстоятельств, отягчающих Э.М.М. наказание, не имеется.

С учетом тяжести совершенного преступления, данных о личности. М.М., судебная коллегия считает необходимым назначить ему наказание в виде лишения свободы. Оснований для назначения ему дополнительных наказаний, предусмотренных санкцией ч. 4 ст. 158 УК РФ, у судебной коллегии нет.

Судебная коллегия не находит исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью Э.М.М., его поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, позволяющих применить нормы ст. 64 и ст. 73 УК РФ.

Срок отбывания наказания Э.М.М. судебная коллегия определяет с учётом положений ч. 1 ст. 62 УК РФ.

В соответствии с пунктом «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывать наказание Э.М.М. должен в исправительной колонии общего режима.

Вопрос о судьбе вещественных доказательств судебная коллегия разрешает в соответствии с ч. 3 ст. 81 УПК РФ.

Заявленный СПК племзавод «---» гражданский иск подлежит передаче на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства, поскольку для его рассмотрения требуется произвести дополнительные расходы.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

п р и г о в о р и л а :

приговор Апанасенковского районного суда Ставропольского края от 13 июля 2020 года в отношении О.К.А. и Э. М.М. отменить.

Признать О.К.А. виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 4 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 3 (три) года 6 (шесть) месяцев с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Срок отбывания наказания исчислять с 7 октября 2020 года.

Зачесть О.К.А. в соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации в срок отбывания наказания период задержания и содержания под стражей с 22 по 26 сентября 2019 года и с 13 июля 2020 года до 7 октября 2020 года из расчета один день содержания под стражей за полтора дня лишения свободы в исправительной колонии общего режима, а также в соответствии с ч. 3.4 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации время нахождения под домашним арестом с 26 сентября 2019 года по 22 декабря 2019 года из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день отбывания лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Признать Э.М.М. виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 4 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 2 (два) года 6 (шесть) месяцев с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Срок отбывания наказания исчислять с 7 октября 2020 года.

Зачесть Э.М.М. в соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации в срок отбывания наказания период задержания и содержания под стражей с 22 по 25 сентября 2019 года и с 13 июля 2020 года до 7 октября 2020 года из расчета один день содержания под стражей за полтора дня лишения свободы в исправительной колонии общего режима, а также в соответствии с ч. 3.4 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации время нахождения под домашним арестом с 25 сентября 2019 года по 22 декабря 2019 года из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день отбывания лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Вещественные доказательства: автомобиль «---» государственный регистрационный знак «---», паспорт транспортного средства и договор купли-продажи от 20 августа 2019 года на данный автомобиль - оставить по принадлежности у М. Ш.Г.; денежные средства в сумме 40000 рублей, теленка красного окраса с номерной биркой 95086 – оставить по принадлежности у СПК колхоза - племзавода «---»; лошадь красного окраса с белыми пятнами около копыт, лошадь белого окраса с темными пятнами – оставить по принадлежности у М.А.И.; автомобиль «---» государственный регистрационный знак «---» - оставить по принадлежности у М.О.

Признать за гражданским истцом СПК колхоз - племзавод «---» право на удовлетворение гражданского иска и передать вопрос о размере возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Апелляционный приговор может быть обжалован в кассационном порядке согласно главе 47.1 УПК РФ.

Мотивированный приговор вынесен 9 октября 2020 года.

Председательствующий: 

Судьи: