№2-1127/2018

Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

24 июля 2018 года село Иглино

Иглинский межрайонный суд Республики Башкортостан в составе председательствующего судьи Сафиной Р.Р.,

с участием представителей истца ФИО1 – ФИО4, ФИО8,

ответчика ФИО9,

при секретаре Гафаровой Э.С., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к ФИО3 о признании договора дарения недействительным, прекращении права собственности на жилой дом, об аннулировании записи о государственной регистрации права собственности,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2 обратилась в суд с иском к ФИО3 о признании договора дарения недействительным, прекращении права собственности на жилой дом, об аннулировании записи о государственной регистрации права собственности, указывая в обоснование, что она является дочерью ФИО7, умершего ДД.ММ.ГГГГ. При жизни ее отцу принадлежал жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: РБ, 

<

адрес>, которые отец намеревался передать после смерти ей по наследству. Однако, выяснилось, что в период жизни отец оформил договор дарения в пользу своего внука – ФИО3 Истец полагает, что указанная сделка является недействительной, поскольку отец при жизни злоупотреблял спиртными напитками, находился в беспомощном состоянии, чем воспользовался ее брат Анур и переоформил указанное имущество в пользу сына. Впоследствие она обнаружила завещание в свою пользу, составленную ее отцом, что также свидетельствует, что последний имел намерение передать наследственное имущество после смерти истцу. На основании изложенного истец просит признать право собственности ФИО3 на спорное имущество недействительной сделкой, прекратить право собственности ФИО3 на это имущество.

В ходе рассмотрения дела в суде истец ФИО2 уточнила исковые требования и просила признать договор дарения жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: РБ, 

<

адрес>, недействительным, прекратить право собственности ФИО3, обязать Управление Росреестра аннулировать сведения о регистрации права собственности ФИО3 на указанное имущество, ссылаясь также на то, что выполненная в договоре дарения подпись наследодателю не принадлежит. 

На судебное заседание истец ФИО2 не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, о причинах неявки суд не известила, в письменном заявлении просила дело рассмотреть в ее отсутствие. 

Представители истца ФИО2 – ФИО5, ФИО6 исковые требования поддержали в полном объеме, просили их удовлетворить. 

Ответчик ФИО3 исковые требования не признал, просил в его удовлетворении отказать.

Представитель Управления Росреестра по РБ на судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, о причинах неявки суд не известил и не просил дело рассмотреть в его отсутствие.

Выслушав объяснения представителей истца ФИО5, ФИО5, ответчика ФИО3, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующему выводу. 

Согласно п. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

В силу закона такая сделка является оспоримой, в связи с чем лицо, заявляющее требование о признании сделки недействительной по основаниям, указанным в п. 1 ст. 177 ГК РФ, согласно положениям ст. 56 ГПК РФ обязано доказать наличие оснований для недействительности сделки.

Кроме того, в силу п. 2 ст. 166 ГК РФ требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лишь лицами, указанными в Гражданском кодексе, то есть применительно к п. 1 ст. 177 ГК РФ самим гражданином (стороной сделки) либо иными лицами, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения. 

В соответствии с положением п. 73 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2012 года №9 «О судебной практике по делам о наследовании» наследники вправе обратиться в суд после смерти наследодателя с иском о признании недействительной совершенной им сделки, в том числе по основаниям, предусмотренным статьями 177, 178 и 179 ГК РФ, если наследодатель эту сделку при жизни не оспаривал, что не влечет изменения сроков исковой давности, а также порядка их исчисления.

Следовательно, заинтересованным лицом в данном случае можно считать лишь такое лицо, чьи права действительно будут восстановлены в случае приведения сторон сделки в первоначальное положение.Как следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ между ФИО7 и его внуком – ФИО3 заключен договор дарения, по условиям которого ФИО7 подарил ФИО3 жилой дом, площадью 42,90 кв.м., с кадастровым номером 02:26:181104:137, и земельный участок, площадью 2500 кв.м., с кадастровым номером 02:26:181104:71, расположенные по адресу: РБ, 

<

адрес>. 

Переход право собственности зарегистрирован за ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ. 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 умер, что подтверждается свидетельством о смерти серии III –АР №. 

Истец ФИО2 является наследником первой очереди по закону. 

Согласно п. 2 ч. 2 ст. 218 ГК РФ в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

В соответствии со ст. 1111 ГК РФ наследование осуществляется по завещанию и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных ГК РФ.

В состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе, имущественные права и обязанности (ст. 1112 ГК РФ).

Для приобретения наследства наследник должен его принять. Принятие наследником части наследства означает принятие всего причитающегося ему наследства, в чем бы оно ни заключалось и где бы оно ни находилось.

Принятие наследства осуществляется двумя способами: подачей по месту открытия наследства нотариусу заявления о принятии наследства либо заявления о выдаче свидетельства о праве на наследство или путем фактического принятия наследства (ч. ч. 1, 2 ст. 1153 ГК РФ).

Применительно к данному случаю истец ФИО2, обращаясь в суд исковым заявлением как наследник ФИО7, доказательств тому, что она фактически приняла наследство после смерти отца либо, что ей выданы свидетельства о праве на наследство по закону суду не представила.

Представитель истца ФИО5 в ходе судебного заседания суду пояснила, что ФИО2 наследство не принимала, к нотариусу по вопросу выдаче свидетельства обратилась после обнаружения завещания в феврале 2018 года, в этом ей было отказано в виду пропуска срока. 

При таком положении, суд приходит к выводу, что ФИО2 в установленном законом порядке не принимала наследство после смерти своего отца ФИО7 

Из норм ч. 1 ст. 11 и ст. 12 ГК РФ в их взаимосвязи с нормой ч. 1 ст. 3 ГПК РФ следует, что судебной защите подлежат оспоренные или нарушенные права, при этом выбор способа защиты нарушенного права осуществляется истцом. Следовательно, истец, обращаясь в суд за защитой нарушенных прав, должен указать, какие его права и каким образом нарушены ответчиком, а также самостоятельно избрать предусмотренный законом способ защиты нарушенного права. В свою очередь, способы защиты гражданских прав предопределяются правовыми нормами, регулирующими конкретное правоотношение.

Поскольку истец ФИО2 при указанных обстоятельствах не является наследником ФИО7, а какие-либо права, возникшие бы по иному, установленному законом, основанию относительно этого имущества у нее отсутствуют, оспариваемая сделка ее прав или охраняемых законом интересов не затрагивает и нарушать их не может, что, соответственно, препятствует признанию ее заинтересованным лицом, чьи права действительно были бы восстановлены в случае приведения сторон сделки в первоначальное положение, то она является ненадлежащим истцом.

В связи с тем, что требование об оспаривании рассматриваемой сделки заявлено ненадлежащим истцом, доводы истца и ее представителей о том, что ФИО7 на момент подписания договора дарения находился в беспомощном состоянии или в состоянии, при котором он не мог понимать значение своих действий и руководить ими, а также довод о том, что договор дарения не был подписан наследодателем правового значения не имеют при рассмотрении настоящего спора и не могут являться основанием для признания в рамках настоящего дела данной сделки недействительной.

Кроме того, у суда отсутствуют основания для удовлетворения заявленного представителями истца ФИО2 ходатайства о назначении по делу комплексной психолого-психиатрической и почерковедческой экспертизы, поскольку любые заключения экспертов не повлияют на вывод об отсутствии нарушения оспариваемой сделкой прав, свобод и законных интересов истца.

При таких обстоятельствах, когда судом установлен факт отсутствия у ФИО2 субъективного права оспаривания договора дарения, заявленные ею исковые требования не подлежат удовлетворению в полном объеме. 

Руководствуясь ст.ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд 

Р Е Ш И Л:

в удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО3 о признании договора дарения недействительным, прекращении права собственности на жилой дом, об аннулировании записи о государственной регистрации права собственности отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан через Иглинский межрайонный суд Республики Башкортостан в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Р.Р.Сафина