Президиум Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики

1 инстанция – Сохроков Т.Х.

2 инстанция – докладчик Жерновой Е.И. №44Г-50/2018

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

«09» августа 2018 года г.Нальчик

Президиум Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики в составе: 

председательствующего Ташуева М.З., 

членов президиума Бабугоевой Л.М., Маздогова В.Х., Сабанчиевой Х.М., Созаевой С.А., 

при секретаре Туменовой А.А.,

с участием: ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на решение Нальчикского городского суда Кабардино-Балкарской Республики от 26 февраля 2018 года и апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики от 19 апреля 2018 года по гражданскому делу по исковому заявлению ФИО1 к Федеральному казённому учреждению «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Кабардино-Балкарской Республике» о признании незаконными и отмене актов освидетельствования и медико-социальной экспертизы, возложении обязанности изменить рекомендации к труду и установить степень утраты трудоспособности тридцать процентов бессрочно, 

Заслушав доклад судьи Верховного суда КБР Ошхунова З.М., Президиум Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики 

установил:

23 мая 2017 года, ссылаясь на незаконность и необоснованность акта освидетельствования №509.8.7/2017 Бюро медико-социальной экспертизы № 8 Федерального казённого учреждения «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Кабардино-Балкарской Республике» (далее ФКУ «ГБ МСЭ по Кабардино-Балкарской Республике»), и акта медико-социальной экспертизы № 158.101.Э.7/2017 Экспертного состава № 1 ФКУ «ГБ МСЭ по Кабардино-Балкарской Республике» от 05 мая 2017 года, ФИО1 обратился в Нальчикский городской суд Кабардино-Балкарской Республики с исковым заявлением к ФКУ «ГБ МСЭ по Кабардино-Балкарской Республике» и просил признать незаконными и отменить указанные акты, а также возложить на ответчика обязанность изменить рекомендации к труду, в соответствии с условиями труда и медицинскими противопоказаниями по профессии, установить степень утраты профессиональной трудоспособности по трудовому увечью в размере тридцати процентов бессрочно.

В обоснование своих требований истец указал, что он, работая с 30 ноября 1998 года на предприятии СП шахта «Комсомольская» ОАО «Воркутауголь» по профессии подземный проходчик 5 разряда, 20 октября 2012 года в результате несчастного случая на производстве получил производственную травму (консолидированный перелом костей левой голени, укорочение левой нижней конечности и др.). 

24 сентября 2013 года в результате освидетельствования в бюро № 22 ФГУ «ГБ МСЭ по Республике Коми» ему установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 30%, после чего он был уволен в связи с невозможностью продолжения выполнения трудовых обязанностей по прежней профессии. 

25 апреля 2017 года при повторном освидетельствовании в Бюро медико-социальной экспертизы № 8 ФКУ «ГБ МСЭ по Кабардино-Балкарской Республике» степень утраты профессиональной трудоспособности у него была снижена до 10% и указано, что он может выполнять работу по профессии со снижением объема профессиональной деятельности на 1/10 часть прежней нагрузки. 

Поскольку истец не был согласен с данным решением, оно было обжаловано им в ФКУ «ГБ МСЭ по Кабардино-Балкарской Республике», где 05 мая 2017 года в отношении него было проведено освидетельствование в порядке обжалования. 

По результатам освидетельствования Экспертным составом № 1 ФКУ «ГБ МСЭ по Кабардино-Балкарской Республике» было вынесено решение об оставлении предыдущего решения без изменения. 

Данное освидетельствование было проведено по профессии горный техник-электромеханик и рекомендации к труду даны по указанной профессии, что, по мнению истца, являлось неправомерным, поскольку он работал проходчиком 5 разряда, и временное исполнение им обязанностей горного мастера во время несчастного случая на производстве не может считаться его постоянной трудовой функцией. 

Согласно штатному расписанию предприятия, трудовому договору и записи в трудовой книжке он оставался в должности проходчика 5 разряда. 

Таким образом, по мнению истца, освидетельствование в отношении него было проведено неправомерно, исходя из той специальности, которую он замещал временно – горного мастера, а не из его основной специальности (профессии) по трудовому договору и штатному расписанию - проходчика 5 разряда. 

Также заявитель указывал, что со времени его последнего освидетельствования в 2016 году не произошло каких-либо улучшений ни в состоянии его здоровья, ни в других факторах, влияющих на изменение в сторону улучшения степени утраты профессиональной трудоспособности.

Решением Нальчикского городского суда Кабардино-Балкарской Республики от 26 февраля 2018 года, оставленным без изменения апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики от 19 апреля 2018 года, в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказано в полном объеме. 

22 мая 2018 года ФИО1 обратился в Верховный Суд Кабардино-Балкарской Республики с кассационной жалобой, в которой просит отменить состоявшиеся по делу судебные постановления и вынести по делу новое решение об удовлетворении заявленных им исковых требований либо направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 

В жалобе указывается, что судами первой и апелляционной инстанции оставлено без оценки то обстоятельство, что при проведении в отношении него освидетельствования ответчик взял за основу для определения степени утраты трудоспособности ФИО1 временное исполнение им обязанностей горного мастера, в то время как согласно заключенного трудового договора с работодателем и записи в трудовой книжке он являлся проходчиком 5 разряда. Именно по этой профессии должна была быть определена степень утраты им трудоспособности, однако суды ошибочно приняли во внимание выводы судебных медико-социальных экспертиз, при проведении которых за основу была взята профессия горного мастера. 

Как указывает заявитель, профессия горный проходчик 5 разряда, указанная в трудовом договоре и подтверждённая записью в его трудовой книжке, была необоснованно заменена при его освидетельствовании на профессию горного мастера с более легкими условиями труда, по которой он временно исполнял обязанности, что привело к нарушению его законных прав и установлению ему степени утраты трудоспособности, равной 10% вместо 30%, установленных ранее и уменьшило характер компенсационных выплат, выплачиваемых по потере трудоспособности по его основной профессии.

По указанной жалобе письмом судьи Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики от 23 мая 2018 года гражданское дело истребовано и поступило в Верховный Суд Кабардино-Балкарской Республики 29 мая 2018 года. 

Определением судьи Верховного Суда КБР от 26 июля 2018 года кассационная жалоба с делом передана на рассмотрение Президиума Верховного Суда КБР.

В судебном заседании ФИО1 поддержал жалобу по изложенным в ней доводам.

ФКУ «ГБ МСЭ по Кабардино-Балкарской Республике», будучи извещенным надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание своего представителя не направило, об уважительности причин неявки не сообщило.

В соответствии с частью 2 статьи 385 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом кассационной инстанции в отсутствие представителя указанного лица.

Заслушав доклад судьи Ошхунова З.М., изучив материалы гражданского дела, обсудив доводы кассационной жалобы, Президиум Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 387 Гражданского процессуального кодекса РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Такого характера нарушения норм материального и процессуального права были допущены при рассмотрении настоящего дела судами первой и апелляционной инстанции.

Обращаясь в суд с иском к ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Кабардино-Балкарской Республике» об оспаривании акта освидетельствования №509.101.Э.7/2017 Бюро №8 смешанного профиля МСЭ по КБР и акта №158.101.Э.7/2017 ГБ МСЭ по Кабардино-Балкарской Республике и выражая свое несогласие с данными актами, ФИО1 указывал, что при их составлении и определении степени утраты нетрудоспособности ответчиком была ошибочно взята за основу профессия горного мастера (горного техника – электромеханика), в качестве вида профессиональной деятельности, предшествовавшей наступлению несчастного случая на производстве, произошедшего 20 октября 2012 года.

ФИО1 утверждал, что до получения трудового увечья являлся подземным проходчиком 5 разряда, а обязанности горного мастера в этот момент исполнял временно.

При этом, в обоснование своей позиции ФИО1 ссылался на трудовой договор и запись в трудовой книжке, согласно которым ФИО1 с 1999 года являлся проходчиком 5 разряда. 

Заявитель указывал, что сложность условий труда у этих двух профессий разная, в связи с чем, степень утраты трудоспособности подлежала определению исходя из условий работы горного проходчика 5 разряда.

Судом первой инстанции по делу дважды назначались судебные экспертизы для определения степени утраты трудоспособности ФИО1, проведение которых поручалось: ФКУ Главное Бюро медико-социальной экспертизы по РСО-Алания – заключение №1605 от 30 августа 2017 года, а также, ФКУ Главное Бюро медико-социальной экспертизы по Ставропольскому краю – заключение №10-2/9 от 16.01.2018г.

В обоих заключениях экспертные учреждения пришли к выводу, что у ФИО1 вследствие травмы на производстве, случившейся 20.10.2012г. произошла утрата 10% профессиональной трудоспособности.

Суды первой и апелляционной инстанций, отклоняя иск ФИО1, сослались на указанные заключения, признав их надлежащими доказательствами, опровергающими доводы истца о неверном определении ответчиком степени утраты трудоспособности заявителя.

Вместе с тем, при оценке данных доказательств, суды не приняли во внимание, что в обоих судебных экспертных заключениях при определении степени трудоспособности ФИО1 экспертные учреждения взяли за основу в качестве профессии, предшествовавшей получению производственной травмы, профессию «горный мастер».

Доводы ФИО1 о том, что он на момент наступления несчастного случая являлся горным проходчиком 5 разряда, а не горным мастером, со ссылкой на трудовой договор и трудовую книжку, судами обеих инстанций были оставлены без внимания. 

Данным доводам истца не была дана какая-либо оценка, они не были мотивированно опровергнуты со ссылкой на конкретные доказательства. 

Судами не исследовался данный вопрос и не установлена профессия либо специальность ФИО1, на момент наступления страхового случая, хотя именно ошибочное, по мнению истца, установление ответчиком вида его профессиональной деятельности, предшествовавшей производственной травме, явилось причиной неверного определения степени утраты трудоспособности и возникновения рассматриваемого спора. 

Вместе с тем, данное обстоятельство действительно имело юридическое значение для правильного разрешения спора в связи со следующим правовым регулированием.

В соответствии с преамбулой примененного судами Федерального закона от 24.07.1998 г. N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» данный Закон устанавливает в Российской Федерации правовые, экономические и организационные основы обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний и определяет порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору (контракту) и в иных установленных этим Федеральным законом случаях.

Согласно абзацам 17 и 18 статьи 3 названного Закона под профессиональной трудоспособностью понимается способность человека к выполнению работы определенной квалификации, объема и качества, а под степенью утраты профессиональной трудоспособности - выраженное в процентах стойкое снижение способности застрахованного осуществлять профессиональную деятельность до наступления страхового случая.

Таким образом, законодатель определяет «профессиональную трудоспособность» человека как способность к выполнению не любой работы, а именно, работы определенной квалификации, объема и качества, выполнявшейся им по трудовому договору до наступления страхового случая.

Поскольку под термином «квалификация» понимается уровень подготовленности, мастерства, степень годности к выполнению труда по определенной специальности или должности, определяемый разрядом, классом, званием и другими квалификационными категориями, то и степень утраты профессиональной трудоспособности пострадавшего в результате несчастного случая на производстве (профессионального заболевания) должна определяться исходя из его способности выполнять работу по прежней специальности или должности.

Такой вывод подтверждается и содержанием абзаца 18 статьи 3 Закона, из которого следует, что степень утраты профессиональной трудоспособности определяется способностью застрахованного осуществлять не любую трудовую деятельность, а только профессиональную деятельность, причем такую, которая имела место до наступления страхового случая.

Профессиональная же деятельность требует наличия специальных знаний, умений и навыков, полученных путем образования и обучения.

В силу статьи 57 Трудового кодекса Российской Федерации наименование должности, специальности, профессии с указанием квалификации в соответствии со штатным расписанием организации или конкретная трудовая функция относятся к существенным условиям трудового договора.

Поскольку, Закон об обязательном социальном страховании определяет порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору (контакту), то и степень утраты застрахованным профессиональной трудоспособности должна определяться в зависимости от его способности выполнять профессиональную деятельность, указанную непосредственно в его трудовом договоре.

В противном случае нарушается право на возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью застрахованного при исполнении им обязанностей по трудовому договору.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункту 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 2 от 10.03.2011 г. «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», если при рассмотрении дел данной категории истец ссылается на необоснованность заключения медико-социальной экспертизы, суду следует проверить соблюдение процедуры проведения данной экспертизы, предусмотренной Правилами установления степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 16.10.2000 г. N 789, а в случае необходимости и выводы, содержащиеся в этом заключении. Названные Правила определяют порядок установления учреждениями медико-социальной экспертизы степени утраты профессиональной трудоспособности лицами, получившими повреждение здоровья в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний. При этом степень утраты профессиональной трудоспособности устанавливается исходя из оценки потери способности осуществлять профессиональную деятельность вследствие несчастного случая на производстве и профессионального заболевания в соответствии с Временными критериями определения степени утраты профессиональной трудоспособности, утвержденными постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 18.07.2001 г. N 56.

В случае несогласия истца с определенной ему степенью утраты профессиональной трудоспособности суд, в соответствии со статьей 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и с учетом положений приказа Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 17.11.2009 г. N 906н «Об утверждении Порядка организации и деятельности федеральных государственных учреждений медико-социальной экспертизы» вправе назначить медико-социальную экспертизу.

При этом степень утраты профессиональной трудоспособности должна определяться в зависимости от способности пострадавшего осуществлять не любую профессиональную деятельность, а только ту профессиональную деятельность, которую он фактически осуществлял до наступления страхового случая по трудовому договору (абзац 3 пункта 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 2 от 10.03.2011).

Таким образом, для правильного разрешения настоящего спора судам следовало исследовать и оценить трудовой договор ФИО1, действовавший на момент получения им производственной травмы, и на его основании, а также основании других относимых доказательств, установить основную профессию, специальность ФИО1, то есть, выяснить вид его профессиональной деятельности, которую он фактически осуществлял до наступления страхового случая по трудовому договору. 

После чего, для проверки обоснованности оспариваемых актов освидетельствования, назначить по делу экспертизу для определения степени утраты трудоспособности исходя из установленного вида профессиональной деятельности.

Вместе с тем, в нарушение приведенных правовых норм и разъяснений судами первой и апелляционной инстанций не были установлены по делу указанные юридически значимые обстоятельства, не были определены действительные трудовые правоотношения ФИО1 на момент наступления страхового случая, что было необходимо для правильного разрешения возникшего спора с медико-социальным учреждением, в связи с чем, выводы нижестоящих судов, отклонивших иск, нельзя признать законными и обоснованными. 

Допущенные судами нарушения являются существенными, повлиявшими на исход дела, в связи с чем, Президиум Верховного Суда КБР находит обжалуемые судебные постановления подлежащими отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела необходимо учесть изложенное, установить все значимые для дела обстоятельства на основе всесторонней, полной и объективной оценки всех доказательств по делу и принять законное и обоснованное решение.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 387, пунктом 2 части 1 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Президиум Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики,

постановил:

решение Нальчикского городского суда Кабардино-Балкарской Республики от 26 февраля 2018 года и апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики от 19 апреля 2018 года по гражданскому делу по исковому заявлению ФИО1 к Федеральному казённому учреждению «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Кабардино-Балкарской Республике» о признании незаконными и отмене актов освидетельствования и медико-социальной экспертизы, возложении обязанности изменить рекомендации к труду и установить степень утраты трудоспособности тридцать процентов бессрочно - отменить и направить дело на новое рассмотрение в Нальчикский городской суд Кабардино-Балкарской Республики.

Председательствующий М.З. Ташуев