РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Реутов 18 октября 2017 г.

Реутовский гарнизонный военный суд в составе: председательствующего по делу – судьи Кошкорёва А.В., при секретаре Ивановой А.А., с участием представителя командира войсковой части № 

<

данные изъяты> юстиции ФИО1, а также ответчика ФИО2, в открытом судебном заседании, в помещении суда, рассмотрев гражданское дело по исковому заявлению командира войсковой части № к военнослужащим той же воинской части 

<

данные изъяты> ФИО3 и ФИО2 о привлечении их к материальной ответственности,

установил:

Командир войсковой части № через своего представителя обратился в суд с иском, в котором указал, что в ДД.ММ.ГГГГ, в воинской части была проведена проверка финансово-хозяйственной деятельности. По итогам проверки, а также административного расследования было выявлено завышение стоимости выполненных работ при приемке по государственному контракту от ДД.ММ.ГГГГ № на выполнение работ по капитальному ремонту фасадов клуба войсковой части № и казармы войсковой части № (далее Контракт).

Указанное завышение стоимости Контракта, по мнению истца, произошло по вине ответчиков, а также бывшего начальника квартирно-эксплуатационного отделения 

<

данные изъяты> ФИО4, ненадлежащим образом исполнивших свои обязанности при составлении локальных смет о стоимости работ и материалов, которые легли в основу стоимости Контракта. В связи с чем, истец полагал, что данные действия ответчиков повлекли переплату воинской частью подрядной организации денежных средств в размере 212272,24 руб. Тем самым государству в лице воинской части был причинен реальный ущерб на указанную выше сумму. 

На основании изложенного истец просил суд привлечь ответчиков к полной материальной ответственности и взыскать с них в пользу воинской части денежные средства в размере 70757,4 руб. с каждого.

В судебном заседании представитель истца требования иска поддержал и просил их удовлетворить. При этом, дополнительно пояснил, что ответчики являлись исполнителями локальных смет и технического задания по Контракту. Вместе с тем, заключением независимой экспертизы и административным расследованием было установлено, что при заключении Контракта ответчиками были неправильно применены расценки в сметной документации, что повлекло излишнее принятие воинской частью к оплате сумм по Контракту. Полагал, что переплата подрядной организации возникла по вине ответчиков и является реальным ущербом, причиненным воинской части.

Полагал, что, несмотря на отсутствие в локальных сметах и техническом задании позиций по применению отдельных материалов и видов работ, по которым были выявлены нарушения, ФИО2 должен нести ответственность, поскольку в акте приемки выполненных работ были внесены изменения на основании дополнительного соглашения, обоснование для которого составлял ФИО2. 

Ответчик ФИО2 в суде требования иска не признал и просил отказать в их удовлетворении. Пояснил, что предметом дополнительной экспертизы, по мнению которой, были неправильно применены расценки и коэффициенты по отдельным видам выполненных работ и материалов, являлись акты выполненных работ (форма КС-№). Вместе с тем, данной экспертизой не были исследованы локальные сметы и техническое задание по Контракту, исполнителями по которым являлся он и ФИО3. 

При этом, из содержания локальных смет № и № к Контракту и Актам о приемке выполненных работ по Контракту следует, что они не соответствуют друг другу. Поскольку в составленных ими сметах отсутствовали позиции, предусматривающие «ремонт штукатурки гладких фасадов по камню и бетону с земли и лесов: цементно-известковым раствором площадью отдельных мест до 5 кв.м. толщиной слоя до 20 мм.», а также «улучшенная штукатурка фасадов цементно-известковым раствором по камню: стен», которые в свою очередь, по мнению экспертизы, применены неправильно и повлекли причинение воинской части ущерба в виде переплаты по Контракту.

Отметил, что подрядной организацией при проведении работ были применены материалы и произведены работы стоимостью ниже, чем было заложено в локальных сметах и техническом задании. В связи с этим, после фактического принятия работ было заключено дополнительное соглашение, обоснование для которого составлял он. Указал, что он не имел отношения как к приемке выполненных работ по Контракту, так и составлению соответствующих актов (форма КС-№). 

ФИО3, извещенный надлежащим образом о времени и месте судебного заседания в суд, не прибыл и просил рассмотреть дело в его отсутствие.

Выслушав объяснения сторон, исследовав материалы дела, военный суд приходит к следующим выводам.

Согласно ч. 1 ст. 1 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №-ФЗ «О материальной ответственности военнослужащих» (далее - Закон), данный Закон устанавливает условия и размеры материальной ответственности военнослужащих и граждан, призванных на военные сборы, за ущерб, причиненный ими при исполнении обязанностей военной службы имуществу, находящемуся в федеральной собственности и закрепленному за воинскими частями, а также определяет порядок возмещения причиненного ущерба.

В силу ч. 1 ст. 3 Закона военнослужащие несут материальную ответственность только за причиненный по их вине реальный ущерб.

Указанные условия привлечения военнослужащих к материальной ответственности только за причиненный по их вине реальный ущерб также предусмотрены ст. 29 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №.

Из изложенного следует, что основанием для привлечения военнослужащего к материальной ответственности являются его виновные действия (бездействие), в результате которых военному ведомству был причинен реальный ущерб.

В суде установлено, что основанием для обращения в суд с иском явились: дополнительное заключение независимой экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ к заключению независимой экспертизы № по результатам исследования актов выполненных работ за период ДД.ММ.ГГГГ, заключение административного расследования от ДД.ММ.ГГГГ, заключение офицера группы капитального и текущего ремонта эксплуатационно-технического отдела квартирно-эксплуатационного управления Департамента строительства Росгвардии от ДД.ММ.ГГГГ. Согласно вышеназванным документам была установлена переплата войсковой частью № по Контракту подрядной организации на общую сумму 212272,24 руб. Из названный документов следует, что причиной возникновения указанной переплаты явилось неправильное применение в акте о приемке выполненных работ (форма КС-№) расценок и коэффициентов по отдельным видам работ и примененных материалов. При этом, по мнению представителя истца, указанная переплата возникла в связи с неправильным применением ответчиками расценок и коэффициентов при составлении локальных смет и технического задания по Контракту, которые определили его стоимость. 

В силу пунктов 1, 2 статьи 7 Закона командир (начальник) воинской части при обнаружении ущерба обязан назначить административное расследование для установления причин ущерба, его размера и виновных лиц. Административное расследование может не проводиться, если причины ущерба, его размер и виновные лица установлены судом, в ходе разбирательства по факту совершения военнослужащим дисциплинарного проступка либо в результате ревизии, проверки, дознания или следствия.

Исходя из изложенного, военнослужащий может быть привлечён к материальной ответственности лишь при наличии доказательств его виновности в причинении реального ущерба.

Абзац 4 статьи 5 Закона, на который представитель командира войсковой части № в своем иске ссылается, устанавливает, что военнослужащие несут материальную ответственность в полном размере ущерба в случаях, когда ущерб причинен в результате хищения, умышленных уничтожения, повреждения, порчи, незаконных расходования или использования имущества либо иных умышленных действий (бездействия) независимо от того, содержат ли они признаки состава преступления, предусмотренного уголовным законодательством Российской Федерации.

Представитель истца в судебном заседании пояснил, что действия ответчиков, повлекшие в данном случае причинение материального ущерба, были выражены в незаконном расходовании денежных средств воинской части. 

Таким образом, предметом доказывания по настоящему делу является совершение ответчиками виновных действий, следствием которых явилось, в частности, незаконное расходование денежных средств, повлекшее причинение государству в лице воинской части материального ущерба и являющееся в силу закона основанием для привлечения их к материальной ответственности.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Однако материалы дела не содержат, и суду не представлено каких-либо доказательств, свидетельствующих о том, что ответчикам передавались денежные средства воинской части, а также не представлено доказательств, подтверждающих совершение ответчиками каких-либо действий по фактическому расходованию денежных средств воинской части. 

Кроме этого, суд учитывает следующие обстоятельства по делу.

В соответствии с пунктами 1.1, 1.3, и 2.1 Контракта подрядчик принял на себя обязательства выполнить работы по капитальному ремонту фасада войсковой части № и фасада клуба войсковой части № в объеме, согласно техническому заданию, локальных смет. Одновременно, заказчик обеспечивает оплату выполненных работ в установленном Контрактом порядке, форме и размере. При этом цена контракта является твердой на весь период его действия. 

Более того, в п. 3.3 Контракта указано, что оплата выполненных работ в соответствии с утвержденными локальными сметами производится на основании справки о стоимости выполненных работ (форма КС-№) и акта приемки выполненных работ (форма КС-№), оформленных в установленном порядке, в течение 30 банковских дней с момента их подписания Заказчиком и проведения экспертизы результатов выполненной работы.

Как следует из пунктов 5.1 и 5.3 Контракта, приемка выполненных работ производится комиссионно с участием представителей Государственного заказчика и подрядчика. По факту приемки выполненных работ заказчиком и подрядчиком составляются справки о стоимости выполненных работ и затрат (форма КС-№) и акты приёмки выполненных работ (форма КС-№), подписываются уполномоченными лицами и скрепляются печатями сторон.

Из копии актов о приемке выполненных работ по Контракту от ДД.ММ.ГГГГ (по форме КС-№) усматривается, что командир войсковой части № в указанный день принял работы по Контракту в полном объеме, о чем свидетельствуют подписи указанного должностного лица, подрядчика и печати сторон. 

Согласно справке (форме КС-№) от ДД.ММ.ГГГГ стоимость выполненных работ и затрат составила 2353655,48 руб. Данная справка подписана командиром войсковой части № и подрядчиком.

Из копии экспертного заключения заместителя командира войсковой части № усматривается, что работы по Контракту выполнены в соответствии с техническим заданием.

Счет-фактурой № от ДД.ММ.ГГГГ подтверждается произведенная войсковой частью № оплата выполненных работ по Контракту на сумму 2353655,48 руб.

Из дополнительного соглашения № от ДД.ММ.ГГГГ об изменении Контракта, заключенного между командиром войсковой части № и подрядной организации, следует, что после контрольного обмера выполненных работ была выявлена экономия денежных средств. В связи с этим цена Контракта была снижена до 2353655,48 руб. При этом, обоснование целесообразности заключения указанного дополнительного соглашения составил ответчик ФИО2.

Таким образом, основанием для производства воинской частью платежей по Контракту являлись акты о приемке выполненных работ от ДД.ММ.ГГГГ (форма КС-№), справка о стоимости выполненных работ и затрат (форма КС-№) от ДД.ММ.ГГГГ, а также дополнительное соглашение об изменении цены Контракта, подписанные командиром войсковой части № и подрядчиком.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что истцом не представлено доказательств, подтверждающих, что по вине ответчиков воинской частью была произведена переплата денежных средств по Контракту. Следовательно, отсутствуют доказательства того, что воинской части был причинен материальный ущерб по вине ответчиков.

При этом, следует учесть, по мнению представителя истца, реальный ущерб воинской части в данном случае был причинен действиями ответчиков, неправильно применивших расценки и коэффициенты отдельных работ при составлении ими локальных смет и технического задания, которые легли в основу цены Контракта, и, следовательно, эти действия ответчиков повлекли переплату воинской частью по Контракту. В обоснование чего представитель истца в своем иске и суде указал на дополнительное заключение независимой экспертизы № и заключение офицера группы капитального и текущего ремонта эксплуатационно-технического отдела квартирно-эксплуатационного управления Департамента строительства Росгвардии от ДД.ММ.ГГГГ, которыми был установлен факт завышения стоимости работ. 

Вместе с тем, из заключения независимой экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ и дополнительного заключения независимой экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что предметом данных экспертиз являлись акты № и № от ДД.ММ.ГГГГ выполненных работ (форме КС-2) по Контракту, а также проверка фактически выполненных работ на месте. Об этом же указано в заключении офицера управления Департамента строительства Росгвардии от ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, экспертизами, а также заключением офицера управления Департамента строительства Росгвардии не исследовались локальные сметы и техническое задание по Контракту, и им не дана какая-либо оценка. В связи с чем, в вышеуказанных заключениях сделаны выводы лишь о допущенных нарушениях в актах выполненных работ (форма КС-№) по Контракту. Одновременно в данных заключениях не содержится выводов о допущенных нарушениях при составлении локальных смет, которые могли повлечь переплату по Контракту и следовательно могли причинить ущерб воинской части. 

Вместе с тем, согласно объяснениям представителя истца вышеуказанные заключения явились основанием для проведения административного расследования и последующего обращения в суд с иском к ответчикам.

Более того, как следует из дополнительного заключения независимой экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ и заключения офицера Департамента строительства Росгвардии от ДД.ММ.ГГГГ, были установлены неправильные применения следующих расценок и коэффициентов в актах выполненных работ:

-«ремонт штукатурки гладких фасадов по камню и бетону с земли и лесов: цементно-известковым раствором площадью отдельных мест до 5 кв.м. толщиной слоя до 20 мм.»;

-«улучшенная штукатурка фасадов цементно-известковым раствором по камню: стен». 

Вместе с тем, из локальных смет № и №, а также технического задания по Контракту следует, что вышеуказанные виды работ и материалов в названные документы ответчиками не включались. В связи с чем локальные сметы и техническое задание, составленные ответчиками, не предполагали выполнение и использование работ и материалов, приведенных в актах № и № выполненных работ (форма КС-№) по Контракту, в последующем указанных в заключении как допущенное нарушение.

Одновременно следует учесть, что дополнительное соглашение и его обоснование были составлены по факту принятых воинской частью работ, после составления соответствующих актов. При этом, дополнительное соглашение и его обоснование не содержат сведений о том, какие именно материалы и работы, указанные в локальных сметах и техническом задании, были заменены, а также о том, что такая замена была произведена действиями ответчиков. В связи с чем, данные обстоятельства, вопреки мнению истца, также не свидетельствуют о наличии вины ответчиков в причинении материального ущерба.

На основании всего изложенного выше суд приходит к выводу о том, что обстоятельства виновности ответчиков в причинении реального ущерба в судебном заседании своего подтверждения не нашли, и истец не доказал наличие законных оснований для привлечения ответчиков к материальной ответственности. В связи с чем, в удовлетворении иска командира войсковой части № о привлечении ФИО3 и ФИО2 к материальной ответственности следует отказать.

Руководствуясь ст.ст. 194 – 198, 320, 321 ГПК РФ, 

решил:

В удовлетворении иска командира войсковой части № к военнослужащим той же воинской части 

<

данные изъяты> ФИО3 и ФИО2 о привлечении их к материальной ответственности – отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Московский окружной военный суд через Реутовский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме.

Председательствующий по делу А.В. Кошкорев