Судья ФИО Дело № 22-2099

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Иваново 25 ноября 2019 года 

Ивановский областной суд в составе председательствующего судьи Близнова В.Б.,

при секретаре Бондарь К.А.,

с участием прокурора Кананяна А.А.,

осуждённого ФИО1 и его защитника - адвоката Шерышева В.А.,

представителя потерпевшего В. – адвоката Солонухи К.А., 

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу осуждённого ФИО1 на приговор Ленинского районного суда города Иваново от 23 сентября 2019 года, которым 

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, ранее не судимый,

осуждён по ч. 4 ст. 264 УК РФ (в редакции Федерального закона от 31 декабря 2014 года №528-ФЗ) к лишению свободы на 4 года в исправительной колонии общего режима, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на 2 года.

Приговором в срок отбывания ФИО1 наказания зачтено время его содержания под стражей с 23 сентября 2019 года до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания; разрешен гражданский иск потерпевшего В., в пользу которого с осуждённого взыскано 900000 рублей в счет компенсации морального вреда, прекращено производство по гражданскому иску прокурора в интересах территориального фонда ОМС Ивановской области о взыскании затрат на лечение Б.; определена судьба вещественных доказательств. 

Изучив материалы дела и заслушав участников судебного разбирательства, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан виновным в том, что, управляя автомобилем в состоянии опьянения, допустил нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Преступление совершено 13 января 2018 года при обстоятельствах, изложенных в приговоре. 

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении преступления признал частично.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осуждённый ФИО1 просит изменить приговор, переквалифицировать содеянное им на ч. 3 ст. 264 УК РФ, применить при назначении наказания ст. 64 и 73 УК РФ и снизить размер компенсации морального вреда потерпевшему до 425000 рублей. Указывает, что потерпевшей стороной на стадии предварительного следствия исковые требования о компенсации морального вреда не заявлялись, в связи с чем он выплатил потерпевшему В. в добровольном порядке 100000 рублей, тем самым полностью возместив причиненный материальный вред, кроме того, на досудебной стадии страховая компания, в которой была застрахована его гражданская ответственность, выплатила потерпевшему страховое возмещение в размере 475000 рублей, впоследствии подлежащие взысканию с него. В связи с этим полагает, что заявленная потерпевшим в судебном заседании сумма компенсации морального вреда подлежит взысканию за вычетом указанных денежных средств - 100000 и 475000 рублей, выплаченных потерпевшему ранее. Отмечает, что его позиция по данному вопросу полностью согласуется с позицией Пленума Верховного суда РФ, отраженной в постановлении от 26 декабря 2017 года № 58, согласно которой при предъявлении потерпевшим иска непосредственно к причинителю вреда суд обязан привлечь к участию в деле в качестве ответчика страховую организацию. Считает, что вред потерпевшему должен возмещаться лишь в той части, в которой он не был возмещен страховщиком. Утверждает, что в момент ДТП не находился в состоянии опьянения, алкоголь употребил уже после происшествия, ссылаясь на заключение экспертизы, согласно которому ввиду отсутствия соответствующих методик нельзя определить наличие опьянения в момент ДТП и степень этого опьянения. Оспаривает приведённый в приговоре вывод суда, основанный на экспертном заключении о повышении концентрации алкоголя в его крови, что свидетельствует о всасывании алкоголя в кровь, указывая, что данный вывод приведён в отрыве от контекста заключения. Считает, что повышение концентрации алкоголя в крови подтверждает факт его употребления после ДТП. Находит ссылку суда на свидетельские показания в обоснование наличия состояния опьянения противоречащей разъяснениям Пленума Верховного суда РФ. Указывает, что указание в приговоре о том, что частичное признание вины в соответствии с ч. 1 ст. 61 УК РФ не относится к смягчающим обстоятельствам, не согласуется с пунктом 28 Постановления Пленума ВС РФ №58 от 22 декабря 2015 года. Ссылается на положительные характеристики с места жительства и работы, наличие многочисленных грамот за спортивные достижения, прохождение военной службы, необходимость осуществления ухода за пожилой матерью – 

<

данные изъяты>, отсутствие отягчающих и наличие признанных судом в качестве смягчающих обстоятельств, два из которых предусмотрены п. «и», «к» ч.1 ст. 61 УК РФ, что даёт повод для назначения ему более мягкого наказания. Считает, что суд, признав состояние здоровья его матери смягчающим обстоятельством, фактически его не учёл, оставив его мать - инвалида без помощи, обрекая её на смерть в одиночестве, а кроме того не принял во внимание нахождение у него на иждивении дочери – 

<

данные изъяты>. Отмечает, что при назначении наказания следует применять индивидуальный подход и учитывать влияние этого наказания на условия жизни семьи виновного. 

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Хромов Е.В. просит оставить приговор без изменения. 

При апелляционном рассмотрении дела осуждённый ФИО1 и его защитник - адвокат Шерышев В.А. апелляционную жалобу поддержали, прокурор Кананян А.А., а также представитель потерпевшего В. – адвокат Солонуха К.А., просили оставить жалобу без удовлетворения.

Суд апелляционной инстанции, проверив законность, обоснованность и справедливость приговора в установленном ч. 7 ст. 38913 УПК РФ порядке, не усматривает оснований для его отмены или изменения.

Вопреки доводам жалобы виновность ФИО1 в совершении преступления, за которое он осуждён, установлена совокупностью приведенных в приговоре доказательств, которые проверены и оценены судом в полном соответствии с требованиями ст. ст. 87-88 УПК РФ, в том числе показаниями самого осуждённого, не отрицавшего обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, повлекшего гибель Б.; показаниями потерпевшего и свидетелей; протоколами следственных действий; экспертными заключениями и другими.

Квалификация действий ФИО1 по ч. 4 ст. 264 УК РФ (в редакции Федерального закона от 31 декабря 2014 года №528-ФЗ) является правильной.

По смыслу положений примечания 2 к статьи 264 УК РФ в указанной выше редакции водитель, скрывшийся с места происшествия, признается совершившим преступление в состоянии опьянения, если после его задержания к моменту проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения или судебной экспертизы не утрачена возможность установить факт нахождения лица в состоянии опьянения на момент управления транспортным средством, что и было сделано в данном случае.

Так, согласно сообщению самого осуждённого, данному им в ходе медицинского освидетельствования на состояние опьянения, он употреблял алкоголь до ДТП, что полностью согласуется с результатами освидетельствования на состояние опьянения от 9 апреля 2019 года, которым установлено состояние опьянения ФИО1, показания прибора составили 0, 463 мг/л. При этом, Майоров был задержан непосредственно после ДТП в 21 час 55 минут около своего дома, где он парковал автомобиль. 

В соответствии с заключением экспертизы от 9 июля 2019 года, несмотря на невозможность установления факта употребления ФИО1 алкоголя до ДТП экспертным путём, эксперт сделал однозначный вывод о том, что при проведении освидетельствования концентрация алкоголя в крови осуждённого повышалась, что свидетельствует о всасывании алкоголя в кровь.

При этом вопреки доводам жалобы, указанный вывод сам по себе не свидетельствует об употреблении ФИО1 алкоголя после ДТП, поэтому он правильно оценен судом в приговоре.

Утверждение осуждённого о том, что алкоголь он употреблял после происшествия опровергнуто в ходе судебного разбирательства совокупностью исследованных доказательств, в том числе результатами экспертного исследования, а также свидетельскими показаниями, которые, несмотря на изложенные в апелляционной жалобе доводы, обоснованно сочтены судом достоверными и допустимыми доказательствами.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что показания осуждённого в данной части противоречат и выводу экспертизы от 9 июля 2019 года, согласно которому содержание алкоголя в крови ФИО1 практически в 2,5 раза превышает дозу, указанную осуждённым при допросе. 

Ссылка осуждённого на указание эксперта об отсутствии методик точного определения момента употребления алкоголя правильности вывода суда о нахождении осуждённого в момент ДТП в состоянии опьянения, основанного на совокупности относимых и допустимых доказательств, не опровергает. Кроме того, этот вывод в заключении сделан с оговоркой о возможности определения количества употребленного человеком алкоголя, которое, в свою очередь, как установлено, свидетельствует о ложности показаний ФИО1 

Вопреки доводам жалобы, наказание ФИО1 назначено с учётом характера, степени общественной опасности и конкретных обстоятельств содеянного, личности осуждённого, установленных смягчающих обстоятельств, влияния назначенного наказания на исправление осуждённого и условия жизни его семьи, и, по мнению суда апелляционной инстанции, является справедливым.

Доводы жалобы о том, что суд не учёл нахождение на иждивении у ФИО1 дочери – 

<

данные изъяты>, необоснованны.

По смыслу части 2 статьи 61 УК РФ признание каких-либо обстоятельств в качестве смягчающих является правом, а не обязанностью суда, в частности суд вправе отнести к числу таковых наличие у осуждённого несовершеннолетних детей при условии, что он принимает участие в их воспитании и материальном содержании.

По материалам дела сведений, свидетельствующих о том, что дочь ФИО1, достигшая совершеннолетнего возраста, находится у него на иждивении, не усматривается, кроме того, в качестве смягчающего обстоятельства на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ признано состояние её здоровья.

Вопреки мнению осуждённого надлежащим образом учтено судом и осуществление им ухода за матерью-

<

данные изъяты>, что также судом отнесено к числу смягчающих наказание обстоятельств.

Таким образом, все юридически значимые для определения вида и размера наказания обстоятельства, в том числе и указанные в апелляционной жалобе, судом надлежащим образом учтены, что прямо следует из приговора, оснований для смягчения назначенного ФИО1 наказания суд апелляционной инстанции не усматривает. 

Вопреки доводам осуждённого, каких-либо исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного ФИО1 преступления, дающих основания для применения положений ст. 64 УК РФ, по делу не усматривается.

С мотивированными выводами о возможности достижения указанных в части 2 статьи 43 УК РФ целей наказания только в условиях реального отбывания осуждённым лишения свободы, суд апелляционной инстанции также согласен.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, размер компенсации морального вреда определен судом в соответствии со ст. ст. 151, 1101 ГК РФ с учетом характера физических и нравственных страданий потерпевшего, обусловленных гибелью его близкого родственника, и, по мнению суда апелляционной инстанции, полностью отвечает принципам разумности и справедливости; выводы суда в части решения по гражданскому иску надлежащим образом мотивированы.

При этом суд, определив, что моральный вред подлежит возмещению в размере заявленных потерпевшим требований, определил к взысканию с осуждённого сумму за вычетом 100000 рублей, выплаченных ФИО1 потерпевшему в добровольном порядке в качестве компенсации морального вреда.

Решение по заявленному потерпевшим гражданскому иску о взыскании денежных средств в качестве компенсации морального вреда принято судом в полном соответствии с законом, в том числе с положениями Федерального закона от 25 апреля 2002 N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", согласно которым объектом обязательного страхования являются имущественные интересы, связанные с риском гражданской ответственности владельца транспортного средства по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства, за исключением случаев возникновения ответственности вследствие причинения морального вреда.

Таким образом, выраженное в апелляционной жалобе мнение о том, что вред потерпевшему должен возмещаться только в части, не возмещенной страховой компанией, основано на неверном понимании закона и является ошибочным.

Ввиду изложенного, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь ст. ст. 38920, 38928, 38933 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Ленинского районного суда города Иваново от 23 сентября 2019 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, предусмотренном главой 471 УПК РФ.

Председательствующий