РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

30.07.2019 г. Пыть-Ях 

Пыть-Яхский городской суд ХМАО - Югры, в составе судьи Ступина Р.Н., при ведении протокола судебного заседания секретарём Еремейчук Н.М., с участием представителя административного ответчика ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО2, ФИО3 и ФИО4 к администрации г. Пыть-Яха ХМАО - Югры об оспаривании решения об отказе в согласовании заявленных к проведению публичных мероприятий и о возложении обязанности согласования проведения заявленных публичных мероприятий, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО2, ФИО3 и ФИО4 обратились в Пыть-Яхский городской суд ХМАО - Югры с указанным административным исковым заявлением, мотивируя требования следующим. 09.07.2019 административные истцы уведомили главу г. Пыть-Яха ХМАО - Югры о проведении трех публичных мероприятий с количеством участников до 300 человек: пикетирование с призывом к исполнению постановления Европейского Суда по правам человека по делу «ФИО2 и Другие против России» о неправомерности запретов публичных мероприятий в поддержку прав сексуальных и гендерных меньшинств, с целью призыва к исполнению постановления Европейского Суда по правам человека по делу «ФИО2 и Другие против России» от 27.11.2018, вступившего в силу 06.05.2019, о неправомерности запретов шествий гей-парадов и других публичных мероприятий в поддержку прав сексуальных и гендерных меньшинств в городах России. Согласно поданному уведомлению, пикетирование должно было состояться 18.07.2019 с 09 до 10 часов в г. Пыть-Яхе; пикетирование с призывом к соблюдению конституционного права сексуальных и гендерных меньшинств на свободу ассоциаций и регистрацию общественных организаций, с целью призыва к Министерству юстиции Российской Федерации соблюдать конституционное право геев, лесбиянок, бисексуалов и трансгендеров на свободу ассоциаций и регистрацию общественных организаций. Согласно поданному уведомлению, пикетирование должно было состояться 18.07.2019 с 12 до 13 часов в г.Пыть-Яхе; шествие Пыть-Яхского гей-парада в поддержку толерантного отношения и соблюдения прав и свобод лиц гомосексуальной ориентации и гендерных меньшинств в России, с целью привлечения внимания общества и власти к проблемам в области соблюдения прав человека лиц гомосексуальной ориентации и гендерных меньшинств, привлечения внимания общества и власти к существующей дискриминации лиц гомосексуальной ориентации и представителей гендерных меньшинств, гомофобии, трансфобии, фашизму и ксенофобии. Согласно поданному уведомлению, шествие должно состояться 22.07.2019 с 11 до 13 часов в г. Пыть-Яхе. 12.07.2019 и.о. главы г. Пыть-Яха ФИО5 отказано в согласовании проведении всех трех мероприятий, со ссылкой на законодательство о запрете пропаганды нетрадиционных сексуальных отношений среди несовершеннолетних. В оспариваемом решении указано, что проведение заявленных публичных мероприятий в дневное время суток в местах, являющихся центральными улицами г. Пыть-Яха, где на территориях расположены образовательные организации, организации культуры и физкультурноспортивные организации, которые в большом количестве посещают дети, может привести к популяризации и агитации среди несовершеннолетних нетрадиционных сексуальных отношений, оказать побуждающее воздействие на психику и нравственное здоровье несовершеннолетних, на совершение каких-либо действий или воздержание от них. В связи с тем, что митинги и шествия являются открытой, доступной каждому акцией, которая проводится на улице, предполагает присутствие большого количества людей, следовательно, присутствие несовершеннолетних исключить невозможно. На территории г. Пыть-Яха отсутствуют места, которые могут быть использованы для проведения публичных мероприятий, но при этом ограничивающие доступ несовершеннолетних. Организатор, а также иные участники публичного мероприятия в случае нарушения требований, установленных федеральным законодательством, могут быть привлечены к ответственности в установленном порядке. Административные истцы находят отказ незаконным, поскольку в нарушение п. 2 ч. 1 ст. 12 Федерального закона «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» предложений об изменении места или времени проведения заявленных публичных мероприятий им не поступило. Полагают, что подлинным основанием для вынесения оспариваемых решений явились предположения административного ответчика о нарушении проведением митингов и шествий законодательства о запрете пропаганды нетрадиционных сексуальных отношений среди несовершеннолетних, что не соответствует нормам международного права, правовым позициям Европейского суда по правам человека и Конституционного Суда Российской Федерации. ФИО2, ФИО3 и ФИО4 просят суд признать незаконным решение и.о. главы г. Пыть-Яха ХМАО - Югры ФИО5 об отказе в согласовании шествия и пикетирований и просят возложить обязанность на муниципалитет согласовать проведение заявленных публичных мероприятий.

Извещённые надлежащим образом о времени и месте судебного заседания административные истцы ФИО2, ФИО3 и ФИО4 в процесс не прибыли, ходатайствовали о рассмотрении дела в их отсутствие. 

С учётом мнения представителя административного ответчика, руководствуясь ст. 150 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее - КАС РФ), суд не находит оснований для отложения разбирательства дела.

В судебном заседании представитель административного ответчика ФИО1 административный иск не признала. В обоснование позиции представитель ФИО1 пояснила, что в уведомлениях о проведении публичных мероприятий ФИО2, ФИО3 и ФИО4 указали следующие места, которые прямо запрещены положениями Закона ХМАО - Югры от 08.06.2009 № 81-оз «Об отдельных вопросах проведения публичного мероприятия в Ханты-Мансийском автономном округе - Югре», а также Федеральным законом «Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации». Ссылка административных истцов на возможные риски столкновения между участниками публичных мероприятий и лицами, протестующими против их проведения, является голословной. Данное обстоятельство не явилось основанием для отказа и не рассматривалось администрацией города как основание для отказа в проведении публичного мероприятия. 

Выслушав представителя административного ответчика и исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что 09.07.2019 ФИО2, ФИО3 и ФИО4 обратились в администрацию г. Пыть-Яха ХМАО - Югры с уведомлениями о проведении публичных мероприятий с количеством участников до 300 человек: пикетирование с призывом к исполнению постановления Европейского Суда по правам человека по делу «ФИО2 и Другие против России» от 27.11.2018 о неправомерности запретов публичных мероприятий в поддержку прав сексуальных и гендерных меньшинств, с целью призыва к исполнению постановления Европейского Суда по правам человека по делу «ФИО2 и Другие против России» от 27.11.2018, вступившего в силу 06.05.2019, о неправомерности запретов шествий гей-парадов и других публичных мероприятий в поддержку прав сексуальных и гендерных меньшинств в городах России. Согласно поданному уведомлению, пикетирование должно было состояться 18.07.2019 с 09 до 10 часов в г. Пыть-Яхе ХМАО - Югры; пикетирование с призывом к соблюдению конституционного права сексуальных и гендерных меньшинств на свободу ассоциаций и регистрацию общественных организаций, с целью призыва к Министерству юстиции Российской Федерации соблюдать конституционное право геев, лесбиянок, бисексуалов и трансгендеров на свободу ассоциаций и регистрацию общественных организаций. Пикетирование должно было состояться 18.07.2019 с 12 до 13 часов в г. Пыть-Яхе ХМАО - Югры; шествие Пыть-Яхского гей-парада в поддержку толерантного отношения и соблюдения прав и свобод лиц гомосексуальной ориентации и гендерных меньшинств в России, с целью привлечения внимания общества и власти к проблемам в области соблюдения прав человека лиц гомосексуальной ориентации и гендерных меньшинств, привлечения внимания общества и власти к существующей дискриминации лиц гомосексуальной ориентации и представителей гендерных меньшинств, гомофобии, трансфобии, фашизму и ксенофобии. Согласно поданному уведомлению, шествие должно состояться 22.07.2019 с 11 до 13 часов в г. Пыть-Яхе ХМАО - Югры.

12.07.2019 и.о. главы г. Пыть-Яха ХМАО - Югры ФИО5, в соответствии с ч. 3 ст. 12 Федерального закона «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях», направлено сообщение об отказе в согласовании проведения 18, 22.07.2019 заявленных публичных мероприятий из-за проведения митингов и шествий в местах, где проведение подобных пикетирований и шествий запрещено законодательством.

Полагая отказ в проведении публичных мероприятий незаконным по вышеуказанным основаниям, административные истцы обжаловали его в Пыть-Яхский городской суд ХМАО - Югры.

В соответствии со ст. 7 Федерального закона от 19.06.2004 № 54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» уведомление о проведении публичного мероприятия подается его организатором в письменной форме в орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации или орган местного самоуправления в срок не ранее 15 и не позднее 10 дней до дня проведения публичного мероприятия (ч. 1).

Порядок подачи уведомления о проведении публичного мероприятия в орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации или орган местного самоуправления регламентируется соответствующим законом субъекта Российской Федерации (часть 2).

Статьей 8 названного Федерального закона предусмотрено, что публичное мероприятие может проводиться в любых пригодных для целей данного мероприятия местах в случае, если его проведение не создает угрозы обрушения зданий и сооружений или иной угрозы безопасности участников данного публичного мероприятия. Условия запрета или ограничения проведения публичного мероприятия в отдельных местах могут быть конкретизированы федеральными законами (часть 1).

Органы исполнительной власти субъекта Российской Федерации определяют единые специально отведенные или приспособленные для коллективного обсуждения общественно значимых вопросов и выражения общественных настроений, а также для массового присутствия граждан для публичного выражения общественного мнения по поводу актуальных проблем преимущественно общественно-политического характера места (далее - специально отведенные места). Порядок использования специально отведенных мест, нормы их предельной заполняемости и предельная численность лиц, участвующих в публичных мероприятиях, уведомление о проведении которых не требуется, устанавливаются законом субъекта Российской Федерации, при этом указанная предельная численность не может быть менее ста человек (часть 1.1).

К местам, в которых проведение публичного мероприятия запрещается, относятся: 1) территории, непосредственно прилегающие к опасным производственным объектам и к иным объектам, эксплуатация которых требует соблюдения специальных правил техники безопасности; 2)путепроводы, железнодорожные магистрали и полосы отвода железных дорог, нефте-, газо- и продуктопроводов, высоковольтных линий электропередачи; 3) территории, непосредственно прилегающие к резиденциям Президента Российской Федерации, к зданиям, занимаемым судами, к территориям и зданиям учреждений, исполняющих наказание в виде лишения свободы; 4) пограничная зона, если отсутствует специальное разрешение уполномоченных на то пограничных органов (часть 2).

После определения органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации в соответствии с частью 1.1 настоящей статьи специально отведенных мест публичные мероприятия проводятся, как правило, в указанных местах. Проведение публичного мероприятия вне специально отведенных мест допускается только после согласования с органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации или органом местного самоуправления. Орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации или орган местного самоуправления отказывает в согласовании проведения публичного мероприятия только при наличии оснований, предусмотренных ч. 3 ст. 12 настоящего Федерального закона (часть 2.1).

В целях защиты прав и свобод человека и гражданина, обеспечения законности, правопорядка, общественной безопасности законом субъекта Российской Федерации дополнительно определяются места, в которых запрещается проведение собраний, митингов, шествий, демонстраций, в том числе, если проведение публичных мероприятий в указанных местах может повлечь нарушение функционирования объектов жизнеобеспечения, транспортной или социальной инфраструктуры, связи, создать помехи движению пешеходов и (или) транспортных средств либо доступу граждан к жилым помещениям или объектам транспортной или социальной инфраструктуры (часть 2.2).

Статьей 2.1 Закона ХМАО - Югры от 08.06.2009 № 81-оз «Об отдельных вопросах проведения публичного мероприятия в Ханты-Мансийском автономном округе - Югре» к местам, в которых запрещается проведение собраний, кроме определенных Федеральным законом, относятся: 1) культовые здания; 2) земли особо охраняемых территорий, а также зоны особо охраняемых территорий, выделенные в пределах границ населенных пунктов, за исключением территорий объектов, являющихся памятниками истории и культуры; 3) аэропорты; 4) железнодорожные станции и вокзалы; 5) привокзальные площади; 6) торгово-развлекательные комплексы (центры); 7) автодорожные вокзалы, автобусные станции; 8)речные порты, речные вокзалы, причалы (пристани), набережные; 9)рынки; 10) остановки общественного пассажирского транспорта; 11) детские и спортивные площадки; 12) мосты; 13) тоннели; 14) эстакады; 15) места захоронения (пункт 1).

Часть 3 указанного Закона ХМАО - Югры запрещает проведение митингов на территориях, прилегающих ближе чем на пятьдесят метров к местам, указанным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, а проведение шествий и демонстраций - на территориях, прилегающих ближе чем на пятьдесят метров к местам, указанным в пункте 1 и подпунктах 2 - 5 пункта 2 настоящей статьи.

В специально отведенном месте предельная численность лиц, участвующих в публичном мероприятии, уведомление о проведении которого не требуется, составляет сто человек (п. 6 ст. 2.2 Закона ХМАО - Югры от 08.06.2009 № 81-оз).

В силу ч. 3 ст. 12 Федерального закона от 19.06.2004 № 54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях», орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации или орган местного самоуправления отказывает в согласовании проведения публичного мероприятия только в случаях, в том числе, если в уведомлении в качестве места проведения публичного мероприятия указано место, в котором в соответствии с настоящим Федеральным законом или законом субъекта Российской Федерации проведение публичного мероприятия запрещается.

На основании фотоматериалов, карт и схем установив, что заявленные административными истцами места проведения в г. Пыть-Яха ХМАО - Югры шествия численностью около 300 человек; пикетирования численностью около 300 человек; пикетирования численностью около 300 человек, обоснованно отказал в согласовании проведения данных публичных мероприятий.

Согласно позиции Конституционного суда Российской Федерации, высказанной в Постановлении от 14.02.2013 № 4-П «По делу о проверке конституционности Федерального закона «О внесении изменений в Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях и Федеральный закон «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» адресованное организатору публичного мероприятия требование согласования его проведения - по смыслу взаимосвязанных положений п. 7 ст. 2, ст. 7, ч. 1 ст. 10 и ст. 12 Федерального закона «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» - не означает, что орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации или орган местного самоуправления, получив уведомление, во всяком случае обязан отреагировать на него посредством доведения до организатора своих предложений об изменении места и (или) времени проведения публичного мероприятия.

В данном случае органом местного самоуправления принималось решение об отказе в согласовании проведения публичных мероприятий на основании ч. 3 ст. 12 Федерального закона «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» в силу прямого законодательно установленного запрета на проведение таких мероприятий в определенных местах, а не вследствие невозможности проведения публичных мероприятий в заявленных местах из-за сложившихся в это время и в этом месте обстоятельств, делающих невозможным их проведение.

Относительно доводов административных истцов об отсутствии нарушений проведением пикетирования и шествия законодательства о запрете пропаганды нетрадиционных сексуальных отношений среди несовершеннолетних, суд приходит к следующему. 

Согласно ст. 4 Федерального закона от 24.07.1998 № 124-ФЗ «Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации» целями государственной политики в интересах детей являются: осуществление прав детей, предусмотренных Конституцией Российской Федерации, недопущение их дискриминации, упрочение основных гарантий прав и законных интересов детей, а также восстановление их прав в случаях нарушений; формирование правовых основ гарантий прав ребенка; содействие физическому, интеллектуальному, психическому, духовному и нравственному развитию детей, воспитанию в них патриотизма и гражданственности, а также реализации личности ребенка в интересах общества и в соответствии с не противоречащими Конституции Российской Федерации и федеральному законодательству традициями народов Российской Федерации, достижениями российской и мировой культуры; защита детей от факторов, негативно влияющих на их физическое, интеллектуальное, психическое, духовное и нравственное развитие.

Такая государственная политика в интересах детей является приоритетной и основана на принципах законодательного обеспечения прав ребёнка, поддержки семьи в целях обеспечения обучения, воспитания, отдыха и оздоровления детей, защиты их прав, подготовки их к полноценной жизни в обществе, ответственности юридических лиц, должностных лиц, граждан за нарушение прав и законных интересов ребенка, причинение ему вреда.

В соответствии с этим пунктами 1, 2 ст. 14 Федерального закона «Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации» предусмотрено, что органы государственной власти Российской Федерации принимают меры по защите ребенка от информации, пропаганды и агитации, наносящих вред его здоровью, нравственному и духовному развитию, в том числе от национальной, классовой, социальной нетерпимости, от рекламы алкогольной продукции и табачных изделий, от пропаганды социального, расового, национального и религиозного неравенства, от информации порнографического характера, от информации, пропагандирующей нетрадиционные сексуальные отношения, а также от распространения печатной продукции, аудио- и видеопродукции, пропагандирующей насилие и жестокость, наркоманию, токсикоманию, антиобщественное поведение (п.1).

В целях защиты детей от информации, причиняющей вред их здоровью и (или) развитию, Федеральным законом «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию» устанавливаются требования к распространению среди детей информации, в том числе требования к осуществлению классификации информационной продукции, ее экспертизы, государственного надзора и контроля за соблюдением законодательства Российской Федерации о защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и (или) развитию (п. 2)

Согласно п. 4 ч. 2 ст. 5 Федерального закона «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию» к информации, причиняющей вред здоровью и (или) развитию детей, относится информация, отрицающая семейные ценности, пропагандирующая нетрадиционные сексуальные отношения и формирующая неуважение к родителям и (или) другим членам семьи.

Положения ч. 3 ст. 16 того же Федерального закона устанавливают, что такая информация не допускается к распространению в предназначенных для детей образовательных организациях, детских медицинских, санаторно-курортных, физкультурно-спортивных организациях, организациях культуры, организациях отдыха и оздоровления детей или на расстоянии менее чем сто метров от границ территорий указанных организаций.

В соответствии с ч. 6 ст. 10 Федерального закона «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» запрещается распространение информации, которая направлена на пропаганду войны, разжигание национальной, расовой или религиозной ненависти и вражды, а также иной информации, за распространение которой предусмотрена уголовная или административная ответственность.

Пропаганда нетрадиционных сексуальных отношений среди несовершеннолетних, выразившаяся в распространении информации, направленной на формирование у несовершеннолетних нетрадиционных сексуальных установок, привлекательности нетрадиционных сексуальных отношений, искаженного представления о социальной равноценности традиционных и нетрадиционных сексуальных отношений, либо навязывание информации о нетрадиционных сексуальных отношениях, вызывающей интерес к таким отношениям, если эти действия не содержат уголовно наказуемого деяния, - влечет наложение административного штрафа (ч. 1 ст.6.21 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее - КоАП РФ).

Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 23.09.2014 № 24-П «По делу о проверке конституционности части 1 статьи 6.21 КоАП РФ в связи с жалобой граждан ФИО2, ФИО6 и ФИО7» часть 1 статьи 6.21 КоАП РФ признанна не противоречащей Конституции Российской Федерации, поскольку - по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования - она направлена на защиту таких конституционно значимых ценностей, как семья и детство, а также на предотвращение причинения вреда здоровью несовершеннолетних, их нравственному и духовному развитию и не предполагает вмешательства в сферу индивидуальной автономии, включая сексуальное самоопределение личности, не имеет целью запрещение или официальное порицание нетрадиционных сексуальных отношений, не препятствует беспристрастному публичному обсуждению вопросов правового статуса сексуальных меньшинств, а также использованию их представителями всех не запрещенных законом способов выражения своей позиции по этим вопросам и защиты своих прав и законных интересов, включая организацию и проведение публичных мероприятий, и - имея в виду, что противоправными могут признаваться только публичные действия, целью которых является распространение информации, популяризирующей среди несовершеннолетних или навязывающей им, в том числе исходя из обстоятельств совершения данного деяния, нетрадиционные сексуальные отношения, - не допускает расширительного понимания установленного ею запрета.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в названном Постановлении, цель, которую преследовал федеральный законодатель при установлении данной нормы, - оградить ребенка от воздействия информации, способной подтолкнуть его к нетрадиционным сексуальным отношениям, приверженность которым препятствует выстраиванию семейных отношений, как они традиционно понимаются в России и выражены в Конституции Российской Федерации. Конституционный Суд Российской Федерации признает, что возможность влияния соответствующей информации, даже поданной в навязчивой форме, на будущую жизнь ребенка не является безусловно доказанной. Тем не менее, исходя из специфики общественных отношений, связанных с оказанием информационного воздействия на лиц, не достигших совершеннолетия и потому находящихся в уязвимом положении, федеральный законодатель в рамках правового регулирования распространения среди несовершеннолетних информации о нетрадиционных сексуальных отношениях вправе - имея в виду вытекающую из Конституции Российской Федерации в единстве с международно-правовыми актами приоритетную цель обеспечения прав ребенка и при достижении баланса конституционно защищаемых ценностей - использовать для оценки необходимости введения тех или иных ограничений критерии, основанные на презумпции наличия угрозы интересам ребенка, тем более что вводимые им ограничения касаются только адресной направленности соответствующей информации лицам определенной возрастной категории и потому не могут рассматриваться как исключающие возможность реализации конституционного права на свободу информации в этой сфере. Запрет осуществления указанных в ч. 1 ст. 6.21 КоАП РФ публичных действий в отношении несовершеннолетних призван предотвратить повышенную концентрацию их внимания на вопросах сексуальных отношений, способную при неблагоприятном стечении обстоятельств в значительной степени деформировать представления ребенка о таких конституционных ценностях, как семья, материнство, отцовство и детство, и негативно отразиться не только на его психологическом состоянии и развитии, но и на социальной адаптации. Тот факт, что такой запрет не распространяется на случаи, связанные с пропагандой аморального поведения в рамках традиционных сексуальных отношений, которые также могут требовать государственного, в том числе административно-деликтного, реагирования, не дает оснований для признания данной нормы не соответствующей Конституции Российской Федерации с точки зрения нарушения принципов равенства применительно к защите конституционных ценностей, которые обеспечивают непрерывную смену поколений. При этом Конституционный Суд Российской Федерации исходит из того, что косвенным объектом ее защиты являются также социальные связи каждой конкретной личности, поскольку навязывание несовершеннолетним социальных установок, отличающихся от общепринятых в российском обществе, в том числе не разделяемых, а в ряде случаев воспринимаемых как неприемлемые, родителями, которые в приоритетном порядке несут ответственность за воспитание и развитие своих детей, обязаны заботиться об их здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии (ч. 2 ст. 38 Конституции Российской Федерации; п. 1 ст. 63 Семейного кодекса Российской Федерации), может провоцировать социальное отчуждение ребенка и препятствовать его благополучному развитию в семейной среде, тем более если иметь в виду, что конституционное равноправие, предполагающее и равенство прав независимо от сексуальной ориентации, еще не предопределяет наличия фактически равнозначной оценки в общественном мнении лиц с различной сексуальной ориентацией, с чем могут быть сопряжены объективные трудности при стремлении избежать негативного отношения отдельных представителей общества к соответствующим лицам на бытовом уровне. Это касается и тех случаев, когда сама по себе информация, запрещенная к распространению в среде несовершеннолетних, может быть направлена, с точки зрения ее распространителя, на преодоление как такового негативного отношения к этим лицам. Устанавливая специальный (ограничительный) правовой режим распространения информации, касающейся нетрадиционных сексуальных отношений, ее доступности для несовершеннолетних, федеральный законодатель принимал во внимание и социально-психологические особенности личности ребенка, связанные с восприятием такой информации. И хотя избранный им возрастной критерий также является в контексте неоднозначности экспертных оценок относительно возраста, в котором происходит окончательное формирование сексуальных предпочтений, в определенным смысле оценочным, он придает ограничению, предусмотренному ч. 1 ст. 6.21 КоАП Российской Федерации, точечный, по существу, характер, что снимает проблему его соразмерности в указанном аспекте. При этом сам по себе запрет пропаганды нетрадиционных сексуальных отношений - как деятельности по целенаправленному и бесконтрольному распространению информации, способной нанести вред здоровью, нравственному и духовному развитию, в том числе сформировать искаженные представления о социальной равноценности традиционных и нетрадиционных сексуальных отношений, - среди несовершеннолетних, которые в силу возраста не могут самостоятельно критически оценить полученные сведения, не исключает подачи соответствующей информации в нейтральном (просветительском, художественном, историческом) контексте. Такое информирование, если оно лишено признаков пропаганды, то есть не направлено на формирование предпочтений, связанных с выбором нетрадиционных форм сексуальной идентичности, и обеспечивает индивидуализированный подход, учитывающий особенности психического и физиологического развития детей в той или иной возрастной группе, характер конкретного освещаемого вопроса, может осуществляться с привлечением специалистов - педагогов, медиков, психологов.

Положения Федерального закона от 19.06.2004 № 54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» устанавливают, что целью публичного мероприятия является свободное выражение и формирование мнений, а также выдвижение требований по различным вопросам политической, экономической, социальной и культурной жизни страны и вопросам внешней политики.

Согласно ч. 2 ст. 12 названного Закона в случае, если информация, содержащаяся в тексте уведомления о проведении публичного мероприятия, и иные данные дают основания предположить, что цели запланированного публичного мероприятия и формы его проведения не соответствуют положениям Конституции Российской Федерации и (или) нарушают запреты, предусмотренные законодательством Российской Федерации об административных правонарушениях или уголовным законодательством Российской Федерации, орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации или орган местного самоуправления незамедлительно доводит до сведения организатора публичного мероприятия письменное мотивированное предупреждение о том, что организатор, а также иные участники публичного мероприятия в случае указанных несоответствия и (или) нарушения при проведении такого мероприятия могут быть привлечены к ответственности в установленном порядке.

Данные нормы материального права с учётом их конституционного толкования обязывают органы исполнительной власти субъекта Российской Федерации или органы местного самоуправления в пределах их компетенции не согласовывать проведение публичного мероприятия до устранения организатором несоответствия указанных в уведомлении противоправных целей публичного мероприятия действующим законодательным предписаниям. Доводы административных истцов не содержат указания на обстоятельства, которые свидетельствовали бы о том, что цели и формы публичных мероприятий, о которых уведомили административные истцы, могли быть реализованы путём распространения информации о гомосексуальных отношениях в допустимой нейтральной форме. Напротив, в уведомлениях и в иске нарочито указаны общественные места, доступные для посещения детей, что не исключает пропаганду гомосексуализма среди несовершеннолетних. Нельзя согласиться и с доводами административных истцов о том, что оспариваемое решение муниципалитета противоречит нормам международного права и прецедентной практике Европейского Суда по правам человека, а также являются дискриминационным по отношению сообществу лесбиянок, гомосексуалистов, бисексуалов и трансгендеров.

В соответствии со ст. 6 Федерального закона от 24.07.1998 № 124-ФЗ «Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации» ребёнку от рождения принадлежат и гарантируются государством права и свободы человека и гражданина в соответствии с Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, настоящим Федеральным законом, Семейным кодексом Российской Федерации и другими нормативными правовыми актами Российской Федерации.

К полномочиям органов государственной власти субъектов Российской Федерации на осуществление гарантий прав ребенка в Российской Федерации относятся реализация государственной политики в интересах детей (п. 2 ст. 5 названного Федерального закона). При осуществлении деятельности в области образования ребенка в семье или в организации, осуществляющей образовательную деятельность, не могут ущемляться права ребенка (п. 1 ст. 9 того же Федерального закона). Названные нормы права согласуются с Конвенцией о правах ребенка (Нью-Йорк, 20.11.1989). Согласно упомянутой Конвенции государства-участники уважают и обеспечивают все права, предусмотренные настоящей Конвенцией, за каждым ребенком, находящимся в пределах их юрисдикции, без какой-либо дискриминации, независимо от расы, цвета кожи, пола, языка, религии, политических или иных убеждений, национального, этнического или социального происхождения, имущественного положения, состояния здоровья и рождения ребенка, его родителей или законных опекунов или каких-либо иных обстоятельств (ст. 2). Государства-участники принимают все необходимые законодательные, административные и другие меры для осуществления прав, признанных в настоящей Конвенции. В отношении экономических, социальных и культурных прав государства-участники принимают такие меры в максимальных рамках, имеющихся у них ресурсов и, в случае необходимости, в рамках международного сотрудничества (ст. 4). Государства-участники обеспечивают в максимально возможной степени выживание и здоровое развитие ребенка (ст. 6). Государства-участники обязуются уважать право ребенка на сохранение своей индивидуальности, включая гражданство, имя и семейные связи, как предусматривается законом, не допуская противозаконного вмешательства. Если ребенок незаконно лишается части или всех элементов своей индивидуальности, государства-участники обеспечивают ему необходимую помощь и защиту для скорейшего восстановления его индивидуальности (ст. 8). Государства-участники принимают все необходимые законодательные, административные, социальные и просветительные меры с целью защиты ребенка от всех форм физического или психологического насилия, оскорбления или злоупотребления, отсутствия заботы или небрежного обращения, грубого обращения или эксплуатации, включая сексуальное злоупотребление, со стороны родителей, законных опекунов или любого другого лица, заботящегося о ребенке. Такие меры защиты, в случае необходимости, включают эффективные процедуры для разработки социальных программ с целью предоставления необходимой поддержки ребенку и лицам, которые о нем заботятся, а также для осуществления других форм предупреждения и выявления, сообщения, передачи на рассмотрение, расследования, лечения и последующих мер в связи со случаями жестокого обращения с ребенком, указанными выше, а также, в случае необходимости, для возбуждения судебной процедуры (ст. 19). Государства-участники обязуются защищать ребенка от всех форм сексуальной эксплуатации и сексуального совращения (ст. 34). В преамбуле Всеобщей декларации прав человека (принята Генеральной Ассамблеей ООН 10.12.1948) указано, что признание достоинства, присущего всем членам человеческой семьи, и равных и неотъемлемых прав их является основой свободы, справедливости и всеобщего мира. Каждый человек имеет право на жизнь, на свободу и на личную неприкосновенность (ст. 3 Всеобщей декларации прав человека).

Согласно п. 1 ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (Рим, 04.11.1950) (с изменениями и дополнениями от 21.09.1970, 20.12.1971, 01.01.1990, 06.11.1990, 11.05.1994) каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Уважение этих прав гарантировано другими нормами Всеобщей декларации прав человека и Конвенции, предусматривающими возможность ограничения иных прав и свобод в том случае, если они сводятся к злоупотреблению правом.

В соответствии с п. 2 ст. 29 Всеобщей декларация прав человека при осуществлении своих прав и свобод каждый человек должен подвергаться только таким ограничениям, какие установлены законом исключительно с целью обеспечения должного признания и уважения прав и свобод других и удовлетворения справедливых требований морали, общественного порядка и общего благосостояния в демократическом обществе.

Осуществление свободы на выражение мнения, налагающее обязанности и ответственность, может быть сопряжено с определенными формальностями, условиями, ограничениями или санкциями, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в интересах национальной безопасности, территориальной целостности или общественного порядка, в целях предотвращения беспорядков и преступлений, для охраны здоровья и нравственности, защиты репутации или прав других лиц, предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально, или обеспечения авторитета и беспристрастности правосудия (п. 2 ст. 10 Конвенции). Осуществление права на свободу мирных собраний не подлежит никаким ограничениям, кроме тех, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, в целях предотвращения беспорядков и преступлений, для охраны здоровья и нравственности или защиты прав и свобод других лиц (п. 2 ст. 11 Конвенции). Ничто в настоящей Конвенции не может толковаться как означающее, что какое-либо государство, какая-либо группа лиц или какое-либо лицо имеет право заниматься какой бы то ни было деятельностью или совершать какие бы то ни было действия, направленные на упразднение прав и свобод, признанных в настоящей Конвенции, или на их ограничение в большей мере, чем это предусматривается в Конвенции (ст. 17). Поскольку применительно к названным законоположениям принцип уважения прав человека должен соблюдаться и самими административными истцами при проведении публичного мероприятия пропаганды своего образа жизни неопределенному кругу лиц, включая детей, то муниципалитет обоснованно в решении предупредил организаторов публичного мероприятия о создаваемой угрозе нарушения охраняемых законом прав и интересов детей. Свобода собраний в интерпретации административных истцов, изложенной в административном исковом заявлении, означает отсутствие каких-либо запретов, что не соответствует положениям ст. 21 Международного пакта о гражданских и политических правах, устанавливающей, что пользование правом на мирные собрания не подлежит никаким ограничениям, кроме тех, которые налагаются в соответствии с законом и которые необходимы в демократическом обществе в интересах общественной безопасности, общественного порядка, охраны здоровья и нравственности населения или защиты прав и свобод других лиц. Вышеприведенные обстоятельства дела и цель заявленных публичных мероприятий требовали от администрации г.Пыть-Яха принятие предусмотренных законом мер по защите прав детей от информации, отрицающей семейные ценности, пропагандирующей нетрадиционные сексуальные отношения и формирующей неуважение к родителям и (или) другим членам семьи, распространение которой прямо запрещено п. 4 ч. 2 ст.5 Федерального закона «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию». Кроме того, Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 23.09.2014 № 24-П «По делу о проверке конституционности ч.1 ст. 6.21 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в связи с жалобой граждан ФИО2, ФИО6 и ФИО7» указано, что поскольку одно из предназначений семьи - рождение и воспитание детей, то в основе законодательного подхода к решению вопросов демографического и социального характера в области семейных отношений в Российской Федерации лежит понимание брака как союза мужчины и женщины, что в полной мере согласуется с предписаниями статей 7 и 38 Конституции Российской Федерации и не противоречит Международному пакту о гражданских и политических правах (статья 23) и Конвенции о защите прав человека и основных свобод (ст. 12), предусматривающим возможность создания семьи в соответствии с национальным законодательством, регулирующим осуществление этого права. Исходя из этого и учитывая, что ни из Конституции Российской Федерации, ни из принятых на себя Российской Федерацией международно-правовых обязательств не вытекает обязанность государства по созданию условий для пропаганды, поддержки и признания союзов лиц одного пола (Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 16.11.2006 № 496-О и от 19.01.2010 № 151-О-О), осуществляемое федеральным законодателем на основании п. «в» ст. 71 Конституции Российской Федерации регулирование свободы слова и свободы распространения информации не предполагает создание условий, способствующих формированию и утверждению в обществе в качестве равнозначных иных, отличных от общепризнанных, трактовок института семьи и сопряженных с ним социальных и правовых институтов.

Таким образом, предлагаемая к пропаганде информация не основана на традиционных представлениях о гуманизме в контексте особенностей национального и конфессионального состава российского общества, его социокультурных и иных исторических характеристик, в частности на сформировавшихся в качестве общепризнанных в российском обществе (и разделяемых всеми традиционными религиозными конфессиями) представлениях о браке, семье, материнстве, отцовстве, детстве, которые получили свое формально-юридическое закрепление в Конституции Российской Федерации, и об их особой ценности. Соответственно, распространение лицом своих убеждений и предпочтений, касающихся сексуальной ориентации и конкретных форм сексуальных отношений не должно ущемлять достоинство других лиц и ставить под сомнение общественную нравственность в ее понимании, сложившемся в российском обществе, поскольку иное противоречило бы основам правопорядка. Законодательный запрет к такой пропаганде, направленной на защиту здоровья детей, не может расцениваться как дискриминационный, поскольку в равной степени относится ко всем.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 175-180 КАС РФ, 

РЕШИЛ:

Отказать в удовлетворении административного искового заявления ФИО2, ФИО3 и ФИО4 к администрации г. Пыть-Яха ХМАО - Югры об оспаривании решения об отказе в согласовании заявленных к проведению публичных мероприятий и о возложении обязанности согласования проведения заявленных публичных мероприятий.

Настоящее решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в суд ХМАО - Югры в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме, через Пыть-Яхский городской суд.

Мотивированное решение составлено 30.07.2019.

Судья: подпись 

верно: судья Р.Н. Ступин 

Секретарь: Н.М. Еремейчук 

Подлинник находится в Пыть-Яхском городском суде в деле № 2а-426/2019 

«Решение не вступило в законную силу» 

УИД 86RS0012-01-2019-000575-98