Дело № 22-2057/2020

Судья Сутормина Е.В.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тамбов 24 декабря 2020 года

Тамбовский областной суд в составе

председательствующего Тимофеева С.Н.,

при секретаре Ивановой А.А.,

с участием прокурора Лебедевой С.В.,

осужденной ФИО1 (путем использования систем видеоконференц-связи),

защитника – адвоката Халатяна М.Ж.,

потерпевших ФИО3 №1, ФИО3 №2,

представителя потерпевшего ФИО3 №1 – ФИО2

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (с дополнениями) осужденной ФИО1 и адвоката Халатяна М.Ж. в интересах осужденной ФИО1 на приговор Мичуринского городского суда Тамбовской области от 14 октября 2020 года, которым

ФИО1, родившаяся *** в ***,

осуждена по:

- ч. 3 ст. 33, п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ к 160 часам обязательных работ;

- ч. 3 ст. 30, ч. 3 ст. 33, ч. 2 ст. 167 УК РФ к 2 годам лишения свободы;

- ч. 3 ст. 33, ч. 2 ст. 167 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы.

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ, п. «г» ч. 1 ст. 71 УК РФ, путем частичного сложения назначенных наказаний, по совокупности преступлений окончательно назначено 3 года лишения свободы в колонии-поселении.

Заслушав доклад судьи Тимофеева С.Н., пояснения осужденной ФИО1 и адвоката Халатяна М.Ж., поддержавших апелляционные жалобы, выступление потерпевших ФИО3 №1 и ФИО3 №2, представителя потерпевшего ФИО3 №1 – ФИО2, возражавших против их удовлетворения, мнение прокурора Лебедевой С.В., полагавшей, что приговор подлежит отмене, суд апелляционной инстанции

установил:

ФИО1 признана виновной в организации умышленного причинения легкого вреда здоровью, вызвавшем кратковременное расстройство здоровья, с применением предметов, используемых в качестве оружия (преступление от 30.09.2019 г.), организации покушения на умышленное повреждение чужого имущества, что повлекло причинение значительного ущерба, путем поджога (преступление от 13.10.2019 г.) и организации умышленного уничтожения и повреждения чужого имущества, что повлекло причинение значительного ущерба, путем поджога (преступление от 08.02.2020 г).

Этим же приговором с ФИО1 в пользу ФИО3 №1 в счет возмещения материального ущерба, причиненного преступлениями, взыскано *** рубль. В удовлетворении остальной части иска отказано. В пользу ФИО3 №1 в счет возмещения морального вреда по ч. 3 ст. 33, п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ взыскано *** рублей. В удовлетворении остальной части гражданского иска отказано. В пользу ФИО3 №2 в счет возмещения материального ущерба, причиненного преступлением, взыскано *** рубля. В удовлетворении остальной части гражданского иска отказано.

Преступления совершены ***, *** и *** в *** при изложенных в приговоре обстоятельствах.

В апелляционных жалобах в защиту осужденной адвокат Халатян М.Ж. полагает обжалуемый приговор незаконным, необоснованным и подлежащим отмене в части разрешения гражданских исков потерпевших и изменению в части назначенного ФИО1 наказания. При этом автор жалоб указывает, что суду надлежало признать за гражданскими истцами право на удовлетворение гражданского иска с передачей вопроса о размере возмещения причиненного преступлениями ущерба в порядке гражданского судопроизводства. Кроме того, оспаривает размер действительного ущерба от преступления, совершенного в отношении ФИО3 №2 Указывает, что потерпевшим ФИО3 №2 в подтверждение размера причиненного ущерба предоставлены документы об оплате кухонного гарнитура и пластиковых окон от 2017 и 2019 годов, тогда как преступление совершено в 2020 году, в связи с чем полагает нарушающей положения п. 4 ч. 1 ст. 73 УПК РФ квалификацию действий подсудимой как организация покушения на умышленное повреждения чужого имущества в значительном размере, без установления действительной стоимости поврежденного имущества на момент совершения преступления. Так же полагает безосновательным удовлетворение гражданского иска потерпевшего ФИО3 №1 без установления действительной остаточной стоимости автомобиля, возвращенного ему после постановления приговора. Кроме того, указывает, что судом не приведены мотивы, по которым оставлены без удовлетворения иски о возмещении ущерба, предъявленные к ФИО5 Так же полагает, что решая вопрос о квалификации действий осужденной по признаку причинения значительного ущерба потерпевшим, судом, в нарушение примечаний к ст. 158 УК РФ не учтено имущественное положение потерпевших, размер их заработной платы, наличие у них иждивенцев и совокупный доход членов их семьи. Указанные вопросы ни в ходе предварительного расследования, ни при рассмотрении уголовного дела по существу исследованы не были, а вопрос о размере причиненного имущественного вреда разрешался исключительно на основании показаний самих потерпевших. Так же полагает, что судом необоснованно отказано в признании в действиях осужденной смягчающего наказание обстоятельства - противоправного поведения потерпевшего ФИО3 №1, поскольку оно подтверждается показаниями свидетелей защиты и данными о передаче заявления ФИО1 по факту нападения на нее ФИО3 №1 мировому судье для разрешения вопроса о принятии дела к производству. Корме того, полагает, что с учетом данных о личности ФИО1 судом необоснованно не применены положения ст. 64 и 73 УК РФ. На основании изложенного просит обжалуемый приговор отменить в части разрешения гражданских исков потерпевших с передачей их на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства и изменить в части назначенного ФИО1 наказания со смягчением размера и применением положений ст. 73 УК РФ.

Осужденная ФИО1 в апелляционных жалобах, приводя доводы о неверном разрешении гражданских исков потерпевших в части возмещения материального ущерба, причиненного преступлениями, аналогичные доводам, изложенным в апелляционных жалобах адвоката, указывает так же об умышленном завышении потерпевшим ФИО3 №2 размера причиненного ему ущерба. Полагает, что судом не исследован детально вопрос о размере причиненного преступлениями имущественного ущерба с учетом остаточной стоимости возвращенного потерпевшему ФИО3 №1 автомобиля и возможных страховых выплат за его повреждение. Кроме того, указывает, что возмещение ущерба должно осуществляться в солидарном порядке с нее и с ФИО5 Ввиду допущенных нарушений полагает нарушенными ее права, предусмотренные ст. 54 УПК РФ. Также выражает несогласие с приговором ввиду его чрезмерной суровости в части назначенного наказания. Просит обжалуемый приговор отменить в части гражданского иска с передачей его на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства.

В возражениях потерпевшие ФИО3 №1 и ФИО3 №2, приводя доводы о законности приговора, просят апелляционные жалобы оставить без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражений, суд апелляционной инстанции находит обжалуемый приговор подлежащим отмене на основании ст. 389.17 УПК РФ в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона.

В силу ст. 297 УПК РФ приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.Обжалуемый приговор данным требованиям закона не отвечает.

Так, в обоснование выводов о виновности ФИО1 во всех инкриминируемых ей преступлениях суд сослался на показания ФИО5, данные в ходе предварительного расследования (т. 4, л.д. 41-45). Вместе с тем, как следует из протокола судебного заседания, указанные показания в суде первой инстанции не исследовались. Ссылка суда на данные показания в обоснование своих выводов противоречит требованиям ч. 3 ст. 240 УПК РФ, что свидетельствует о незаконности приговора.

Кроме того, уголовная ответственность по ч. 2 ст. 167 УК РФ предусмотрена лишь за умышленные повреждение или уничтожение имущества общеопасным способом.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 05.06.2012 № 14 «О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем», умышленное уничтожение или повреждение отдельных предметов с применением огня в условиях, исключающих его распространение на другие объекты и возникновение угрозы причинения вреда жизни и здоровью людей, а также чужому имуществу, надлежит квалифицировать по части первой статьи 167 УК РФ, если потерпевшему причинен значительный ущерб.

Квалифицируя действия ФИО1 по ч. 3 ст. 30, ч. 3 ст. 33, ч. 2 ст. 167 УК РФ как совершенные путем поджога, суд не учел вышеуказанные разъяснения и не выяснил вопрос о возможности распространения огня на другие объекты и возникновения угрозы причинения вреда жизни и здоровью людей, а также чужому имуществу. Каких-либо суждений в данной части приговор не содержит.

Суд квалифицировал действия ФИО1 по ч. 3 ст. 33, ч. 2 ст. 167 УК РФ как организацию умышленного уничтожения и повреждения чужого имущества, что повлекло причинение значительного ущерба, путем поджога. Вместе с тем, как следует из обвинительного заключения, ФИО1 вменялась организация умышленного уничтожения или повреждения чужого имущества, если эти деяния повлекли причинение значительного ущерба, совершенные путем поджога. Суд же признав ФИО1 виновной и в уничтожении и в повреждении, таким образом вышел за рамки предъявленного обвинения, чем, в нарушение требований ст. 252 УПК РФ, ухудшил положение ФИО1 с нарушением ее права на защиту.

Квалифицируя действия осужденной по преступлениям, предусмотренным ст. 167 УК РФ по признаку причинения значительного ущерба, суд в нарушение п. 6 названного постановления Пленума Верховного Суда РФ не исследовал вопрос о материальном положении потерпевших и значимости для них этого имущества.

Квалифицируя действия ФИО1 по ч. 3 ст. 33, п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ как совершенные с применением предметов, используемых в качестве оружия, суд не привел суждений относительного того, охватывалось ли умыслом ФИО1 причинение ФИО5 потерпевшему ФИО3 №1 телесных повреждений с использованием таких предметов.

Содержащиеся в приговоре выводы суда о том, что ФИО1 перед каждым преступлением просила ФИО5 приобрести необходимые для этого средства, определяла примерное время посягательств, судом не мотивированы и не подтверждены материалами дела.

При таких обстоятельствах обжалуемый приговор нельзя признать законным.

Кроме того по делу имелось нарушение уголовно-процессуального закона, препятствующее вынесению приговора или принятию иного решения на основе составленного обвинительного заключения.

В обвинительном заключении при описании преступного деяния, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 3 ст. 33, ч. 2 ст. 167 УК РФ, указано, что ФИО1, имея умысел на уничтожение имущества, принадлежащего бывшему супругу ФИО3 №1, путем поджога, организовала совершение данного преступления путем вовлечения в совершение активных действий ФИО5 В свою очередь, ФИО5, руководствуясь указанием ФИО1 и имея умысел, направленный на уничтожение чужого имущества путем поджога, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя возможность наступления общественно-опасных последствий и желая их наступления, положил пакет с бензином на капот автомобиля и поджег его, что привело к частичному повреждению передней части автомобиля. После чего ФИО5 с места преступления скрылся, однако не довел свой преступный умысел до конца по не зависящим от него обстоятельствам, так как возгорание автомобиля было обнаружено его собственником ФИО3 №1, который локализовал очаг возгорания путем самостоятельного тушения и привлечения подразделения пожарной охраны.

Следовательно, в обвинительном заключении описано наличие у ФИО1 умысла на уничтожение автомобиля ФИО3 №1, который не был доведен до конца по не зависящим от нее обстоятельствам.

Между тем, ее действия квалифицированы органом следствия как организация покушения на умышленное повреждение чужого имущества, если эти деяния повлекли причинение значительного ущерба, совершенные путем поджога, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам.

Таким образом, существо обвинения, цели и последствия преступления, имеющие значение для данного уголовного дела, описанные в обвинительном заключении, не соответствуют формулировке предъявленного обвинения, что свидетельствует о допущенном при составлении обвинительного заключения нарушении требований уголовно-процессуального закона, путем нарушения изложенных в ст. 220 УПК РФ положений.

Указанное нарушение требований УПК РФ в силу ст. 252 УПК РФ исключает возможность принятия судом решения по существу дела на основании данного заключения.

Поскольку обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, которое исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения, уголовное дело подлежит возвращению прокурору в порядке п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом.

ФИО1 обвиняется в совершении преступлений небольшой и средней тяжести. Шестимесячный срок содержания ее под стражей, предусмотренный ч. 2 ст. 255 УПК РФ, истекает 2 января 2021 года. При таких обстоятельствах оснований для дальнейшего продления срока содержания ФИО1 под стражей не имеется, данная мера пресечения подлежит отмене, а ФИО1 – освобождению из-под стражи.

Руководствуясь ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор Мичуринского городского суда Тамбовской области от 14 октября 2020 года в отношении ФИО1 отменить.

Уголовное дело возвратить прокурору г. Мичуринска Тамбовской области для устранения препятствий его рассмотрения судом.

ФИО1 из-под стражи освободить.

Председательствующий