Дело № 2-512/2019

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Смоленск 23 мая 2019 года

Промышленный районный суд г. Смоленска в составе:

председательствующего Киселева А.С.,

при секретаре Снытко А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ПАО СК «Росгосстрах» о взыскании страхового возмещения, 

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд с указанным выше иском к ПАО СК «Росгосстрах», ссылаясь в его обоснование на то, что 01.10.2017 произошло дорожно-транспортное происшествие (далее – ДТП) с участием принадлежащего ему автомобиля 

<

данные изъяты>. Поскольку риск наступления гражданской ответственности виновника ДТП был застрахован ПАО СК «Росгосстрах», истец обратился в данную страховую компанию с заявлением о выплате страхового возмещения, на что получил отказ со ссылкой на несоответствие характера повреждений заявленным обстоятельствам ДТП. Согласно заключению ООО «Апраизер» от 28.06.2018 № стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца, с учетом износа, составила 208 719 руб. 78 коп.. Досудебная претензия о выплате данной суммы оставлена ответчиком без удовлетворения. В связи с чем в иске поставлен вопрос о взыскании с ответчика в пользу истца страхового возмещения в размере 208 719 руб. 78 коп., неустойки за просрочку выплаты страхового возмещения в размере 1 % от невыплаченной суммы страхового возмещения (208 719 руб. 78 коп.) за период с даты отказа в выплате страхового возмещения по день исполнения решения суда, финансовой санкции за нарушение срока направления мотивированного отказа за весь период до дня фактической выплаты в размере 0,05 % от установленной Федеральным законом № 40-ФЗ в данном случае страховой суммы (400 000 руб.), компенсации морального вреда в размере 20 000 руб., расходов по оценке ущерба в размере 10 000 руб., расходов по оплате услуг представителя в размере 20 000 руб. и штрафа.

В судебном заседании представитель истца ФИО2 со ссылкой на просьбу ФИО1 о рассмотрении дела в свое отсутствие, исходя из выводов экспертного заключения, выполненного в рамках настоящего дела, уточнил исковые требования и просил взыскать с ответчика в свою пользу страховое возмещение в размере 207 996 руб., неустойку за просрочку выплаты положенного страхового возмещения за период с 17.01.2019 по день исполнения обязательства в размере 1 % от суммы страхового возмещения (207 996 руб.) в день, 10 000 руб. в счет возмещения расходов по оценке ущерба, 10 000 руб. в счет денежной компенсации морального вреда, 20 000 руб. в счет возмещения расходов по оплате представительских услуг и штраф; требование о взыскании финансовой санкции за нарушение срока направления мотивированного отказа не поддержал.

Представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании требования иска не признала, поддержав позицию, изложенную в письменном отзыве. С заключением судебной экспертизы не согласилась, поскольку оно не соответствует требованиям действующих нормативных правовых актов и применяемых экспертных методик. В частности, отметила, что экспертом неверно классифицировано столкновение автомобиля 

<

данные изъяты> с автомобилем 

<

данные изъяты>; в расчетную часть необоснованно включена замена колесных дисков и правого порога, также неверно выбрана утратившая силу методика Минюста РФ 2015 года. В тоже время просила размеры заявленных истцом неустойки и штрафа, в случае их взыскания, снизить до минимальных значений в порядке ст. 333 ГК РФ, а представительские расходы и денежную компенсацию морального вреда – взыскать в разумных пределах.

Привлеченные судом к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО4, ФИО5, ФИО6, надлежаще извещенные о дате, времени и месте рассмотрения спора, в судебное заседание не явились.

В силу ч.ч. 3-5 ст. 167 ГПК РФ суд определил рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Заслушав представителей сторон, эксперта ФИО17., исследовав письменные доказательства, а также материалы гражданского № по иску ФИО4 к ПАО СК «Росгосстрах» о взыскании страхового возмещения с материалом по ДТП от 01.10.2017 (далее – гр. дело №), суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 1 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (в редакции, действующей с 01.09.2014) (далее – Федеральный закон № 40-ФЗ) договор обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств – договор страхования, по которому страховщик обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить потерпевшим причиненный вследствие этого события вред их жизни, здоровью или имуществу (осуществить страховую выплату) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы). Договор обязательного страхования заключается в порядке и на условиях, которые предусмотрены настоящим Федеральным законом, и является публичным.

Страховой случай – наступление гражданской ответственности владельца транспортного средства за причинение вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства, влекущее за собой в соответствии с договором обязательного страхования обязанность страховщика осуществить страховую выплату (ст. 1 Федерального закона № 40-ФЗ).

В силу п. «б» ст. 7 Федерального закона № 40-ФЗ страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая (независимо от их числа в течение срока действия договора обязательного страхования) обязуется возместить потерпевшим причиненный вред, составляет: в части возмещения вреда, причиненного имуществу каждого потерпевшего, 400 000 руб..

Согласно пп. «а» п. 18 ст. 12 Федерального закона № 40-ФЗ размер подлежащих возмещению страховщиком убытков при причинении вреда имуществу потерпевшего определяется: в случае полной гибели имущества потерпевшего – в размере действительной стоимости имущества на день наступления страхового случая за вычетом стоимости годных остатков. Под полной гибелью понимаются случаи, при которых ремонт поврежденного имущества невозможен либо стоимость ремонта поврежденного имущества равна стоимости имущества на дату наступления страхового случая или превышает указанную стоимость.

Как установлено в судебном заседании, 01.10.2017 произошло ДТП с участием принадлежащего истцу автомобиля 

<

данные изъяты> (л.д. 51) под управлением ФИО5, автомобиля 

<

данные изъяты>, под управлением виновника аварии ФИО6 и автомобиля 

<

данные изъяты> под управлением ФИО4. В результате данного ДТП транспортному средству (далее также – ТС) истца причинены механические повреждения (л.д. 37-38, 57, 72 оборот-73).

Гражданская ответственность истца на момент аварии в рамках договора ОСАГО страховалась ПАО СК «Росгосстрах», куда он 06.10.2017 обратился с заявлением о прямом возмещении убытков.

Однако в признании заявленного события страховым случаем и выплате страхового возмещения истцу ответчиком 17.11.2017 было отказано, поскольку повреждения автомобиля, по мнению страховщика, не соответствуют заявленным обстоятельствам ДТП, имевшего место 01.10.2017 (л.д. 12).

Не согласившись с данным отказом, истец за счет собственных средств обеспечил со стороны ООО «Апраизер» оценку причиненного ущерба и обратился в ПАО СК «Росгосстрах» с соответствующей претензией, которая получена ответчиком 03.10.2018 (л.д. 13-14). В частности, данным экспертным учреждением (заключение от 28.06.2018 №) определено, что рыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля равна 208 719 руб. 78 коп. (л.д. 21-48). 

Названная претензия оставлена ответчиком без удовлетворения.

До настоящего времени выплата страхового возмещения истцу не произведена.

Описанные обстоятельства имеют документальное подтверждение и спорными по делу не являлись.

В ходе рассмотрения дела по ходатайству отвечающей стороны определением суда от 17.01.2019 по делу назначалась судебная комплексная оценочная и автотехническая экспертиза, проведение которой поручалось ИП ФИО13 с привлечением к участию в экспертном исследовании в области автотехники и трасологии иных экспертов (л.д. 93-94).

Так, согласно выводам соответствующего экспертного заключения от 12.04.2019 № (л.д. 101-152) экспертами установлен следующий механизм спорного ДТП: 01.10.2017 в 09-40 час. в г. Смоленске автомобиль 

<

данные изъяты> под управлением водителя ФИО6, осуществляя перестроение вправо, не выполнил требования п. 8.4 ПДД РФ, а именно, при перестроении не уступил дорогу автомобилю 

<

данные изъяты> под управлением водителя ФИО5, двигающемуся по главной дороге прямолинейно, в результате чего произошло перекрестное попутное скользящее столкновение передней левой части автомобиля 

<

данные изъяты> и боковой правой части автомобиля 

<

данные изъяты> После столкновения автомобиль 

<

данные изъяты> изменил направление и траекторию движения вправо (по направлению первоначального движения) и совершил наезд боковой правой частью на боковую левую часть автомобиля 

<

данные изъяты> Автомобиль 

<

данные изъяты> также изменил направление и траекторию движения вправо (по направлению первоначального движения), продвинулся на некоторое расстояние и остановился на проезжей части.

Повреждения автомобиля 

<

данные изъяты> отнесенные экспертами к первой и второй группам (диск переднего левого колеса, передняя левая фара, облицовка переднего бампера, левая передняя часть боковины (переднее левое крыло), левый молдинг переднего бампера, левая птф и левый повторитель поворотов, передняя правая часть боковины (переднее правое крыло), облицовка арки переднего правого колеса (передний правый подкрылок), капот, передняя правая дверь, диск переднего правого колеса, упорная накладка передней правой двери (молдинг), передняя правая фара, декоративная передняя правая решетка, задняя правая дверь, правый порог, правое наружное зеркало, передок, передняя правая опора, усилитель переднего бампера, центральная решетка воздуховода переднего бампера, правый молдинг переднего бампера, правая решетка воздуховода переднего бампера, правая птф, накладка передней правой фары, правая заглушка переднего бампера уплотнение переднего бампера, передний воздушный отражатель и правый повторитель поворотов), просматривающиеся на представленных фотографиях, зафиксированные в справке о ДТП от 01.10.2017, в первичном акте осмотра ТС от 06.10.2017№ АО ТЕХНЭКСПРО и в акте осмотра ТС от 26.06.2018 № ООО «Апраизер», в объеме представленных исходных данных, соответствуют механизму и обстоятельствам ДТП, имевшего место 01.10.2017, и, соответственно, могли быть образованы при рассматриваемом ДТП. Повреждения автомобиля 

<

данные изъяты> отнесенные экспертами к третьей группе (задняя правая дверь (в задней части) и правая задняя часть боковины), просматривающиеся на представленных фотографиях, зафиксированные в упомянутых справке о ДТП и актах осмотра ТС, в объеме представленных исходных данных, не соответствуют механизму и обстоятельствам ДТП от 01.10.2017 и, соответственно, не могли быть образованы при рассматриваемом ДТП. Экспертами также отмечено, что на автомобиле 

<

данные изъяты> а именно, на задней правой двери установлено наличие повреждений, как относящихся, так и не относящихся к следствию рассматриваемого ДТП.

Стоимость восстановительного ремонта автомобиля 

<

данные изъяты> без учета износа, после повреждений, полученных в результате ДТП 01.10.2017, по состоянию на дату ДТП равна 344 504 руб. 83 коп., с учетом износа – 202 900 руб. 33 коп.; средняя рыночная стоимость автомобиля 

<

данные изъяты> по состоянию на 01.10.2017 (до момента ДТП) определена экспертом в размере 260 434 руб., стоимость годных остатков – 52 438 руб..

С выводами подобного экспертного заключения отвечающая сторона не согласилась, указав, в целом, на несоответствие судебного заключения требованиям действующих нормативных правовых актов и применяемых экспертных методик, в подтверждение чему адресовала суду рецензию эксперта-техника ООО «ТК Сервис Регион» ФИО14 от 21.05.2019.

Так, представитель ответчика приводит суждения о неверной классификации столкновения в момент спорного ДТП автомобиля 

<

данные изъяты> с автомобилем 

<

данные изъяты> полагая, что столкновение по характеру взаимодействия при ударе было блокирующим; считает, что трасологическое исследование проведено экспертом с нарушением требований ст.ст. 4, 5, 8 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ», то есть необъективно, не всесторонне и не в полном объеме.

В тоже время допрошенный в судебном заседании эксперт ФИО7 отметил, что блокирующее столкновение – это столкновение, при котором в процессе контактирования относительная скорость транспортных средств на участке контакта к моменту завершения деформации снижается до нуля, то есть когда скорость двух транспортных средств уравнивается. На рисунке № 4 стр. № 7 заключения судебной экспертизы четко просматривается, что в конечной фазе автомобили стоят непосредственно в контакте, что свидетельствует о том, что их скорости были уравнены. Вывод о наличии блокирующего столкновения в данном случае подтвержден фотографиями с места ДТП и самим исследованием механизма спорного ДТП. Согласно методике при блокирующем столкновении на участках контакта остаются как динамические следы (образованы в результате движения ТС), так и статические следы (образованы, когда ТС находились в контакте). Полагает, что при блокирующем столкновении повреждения, носящие скользящий характер – динамические, а в конечной фазе образованы повреждения, которые носят статичный характер, например, повреждения переднего левого крыла. Также указал, что при блокирующем столкновении предусмотрено наличие скользящих повреждений. В момент схождения ТС могут образоваться динамические следы, а в момент, когда автомобили остановились, образуются статические следы.

Относительно довода стороны ответчика о том, что эксперт ФИО15 необоснованно включил в расчет замену колесных дисков и правого порога, неверно определив ремонтные воздействия, исходя из характера и объема повреждений деталей, чем нарушил п.п. 1.6, 3.6.1. Единой методики, названный эксперт также пояснил, что автомобиль истца в поврежденном состоянии не осматривал, исходил из имеющихся материалов дела, в которые представлены два акта осмотра ТС, как со стороны истца, так и со стороны ответчика, непротиворечащие друг другу в части способа устранения повреждений колесного диска. Так как колесные диски кроме повреждения самого покрасочного покрытия имеют деформацию, а правка и шпатлевание колесных дисков запрещена именно технологией ремонта самого ТС, то таковые подлежат замене. В случае, если бы имело место повреждение только слоя лакокрасочного покрытия, то был бы сделан вывод о возможности устранения названного повреждения путем окраски. Что касается неверного определения способа устранения повреждений правого порога, то в соответствии с п. 1.6 Единой методики при определении способа устранения повреждений эксперт должен руководствоваться размерными характеристиками, характером деформации и местом расположения повреждения. Исходя из размерных характеристик повреждения правого порога, ремонт технически возможен. Исходя из характера повреждений, ремонт порога возможен и должен быть определен при установлении способа устранения повреждений. Поскольку повреждение правого порога автомобиля истца находится в закрытой полости и доступа к устранению названного повреждения нет, исходя из конструктивной составляющей самого автомобиля, имеется необходимость в замене обозначенной детали. В случае, если данное повреждение было бы на крыле, на крышке багажника или на капоте автомобиля, где есть доступ к его устранению, то был бы сделан вывод о способе устранения данного повреждения путем ремонта. В акте осмотра представленного стороной истца также содержится вывод о способе устранения повреждения путем замены порога.

Также в рецензии, представленной стороной ответчика, имеется ссылка на то, что при проведении исследования экспертом неверно выбрана утратившая силу методика («Исследование автомототранспортных средств в целях определения стоимости восстановительного ремонта и оценки. Методические рекомендации для судебных экспертов», утв. Минюстом РФ 2013 г. (далее – Методические рекомендации Минюста РФ).

Однако, как отметил эксперт ФИО16 в ходе проведения судебной экспертизы он использовал Методические рекомендации Минюста РФ в редакции от 2015 года. С учетом проведения исследования на дату спорного ДТП, как было указано в вопросе, содержащемся в определении суда, а именно на 01.10.2017, он (эксперт) руководствовался действующей методикой на дату ДТП. Данная методика была использована именно в части оформления заключения судебной экспертизы, а методики 2015 года и 2019 года в названной части друг другу не противоречат.

Не доверять подобным показаниям эксперта у суда оснований не имеется.

Таким образом, суд при разрешении спора принимает во внимание упомянутое заключение судебной экспертизы. Это обусловлено тем, что выводы экспертов основаны на всестороннем исследовании всех материалов гражданского дела, четко и подробно мотивированы. Объективных доказательств необоснованности сделанных в заключении выводов сторонами по делу в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ не представлено.

В свою очередь, ссылку ответчика на отсутствие правовых оснований для производства страховой выплаты истцу, в связи с тем, что повреждения автомобиля не соответствуют заявленным, суд находит несостоятельной, поскольку данное обстоятельство опровергается, в частности, выводами проведенной по делу судебной экспертизой.

Принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, свидетельствующие в контексте положений пп. «а» п. 18 ст. 12 Федерального закона № 40-ФЗ о гибели автомобиля истца, поскольку стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца (344 504 руб. 83 коп.) превышает его стоимость (260 434 руб.), в их взаимосвязи с вышеприведенными правовыми нормами, отмечая не исполнение на сегодняшний день страховщиком принятых на себя обязательств, суд приходит к выводу о том, что у истца возникло право на получение от ответчика в счет страхового возмещения 207 996 руб. (260 434 руб. (рыночная стоимость автомобиля) - 52 438 руб. (стоимость годных остатков)).

Разрешая вопрос по заявленному истцом требованию о взыскании с ПАО СК «Росгосстрах» неустоек за несвоевременное исполнение обязанности по выплате страхового возмещения, суд исходит из следующего.

Неустойкой признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности, в случае просрочки исполнения (ст. 330 ГК РФ).

Так, в силу п. 21 ст. 12 Федерального закона № 40-ФЗ страховщик рассматривает заявление о страховой выплате в течение 20 календарных дней со дня его получения. Размер неустойки за несоблюдение срока осуществления страховой выплаты или возмещения причиненного вреда в натуральной форме определяется в размере 1 процента за каждый день просрочки от суммы страхового возмещения, подлежащего выплате потерпевшему по конкретному страховому случаю, за вычетом сумм, выплаченных страховой компанией в добровольном порядке в сроки, установленные ст. 12 Федерального закона № 40-ФЗ (абз. 2 п. 21 ст. 12 Федерального закона). 

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 78 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», неустойка исчисляется со дня, следующего за днем, установленным для принятия решения о выплате страхового возмещения, то есть с 21-го дня после получения страховщиком заявления потерпевшего о страховой выплате и документов, предусмотренных Правилами, и до дня фактического исполнения страховщиком обязательства по договору включительно.

В соответствии с п. 65 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса РФ об ответственности за нарушение обязательств» по смыслу ст. 330 ГК РФ, истец вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства (в частности, фактической уплаты кредитору денежных средств, передачи товара, завершения работ). Законом или договором может быть установлен более короткий срок для начисления неустойки, либо ее сумма может быть ограничена (например, п. 6 ст. 16.1 Федерального закона № 40-ФЗ). Присуждая неустойку, суд по требованию истца в резолютивной части решения указывает сумму неустойки, исчисленную на дату вынесения решения и подлежащую взысканию, а также то, что такое взыскание производится до момента фактического исполнения обязательства. Расчет суммы неустойки, начисляемой после вынесения решения, осуществляется в процессе исполнения судебного акта судебным приставом-исполнителем, а в случаях, установленных законом, – иными органами, организациями, в том числе органами казначейства, банками и иными кредитными организациями, должностными лицами и гражданами. В случае неясности судебный пристав-исполнитель, иные лица, исполняющие судебный акт, вправе обратиться в суд за разъяснением его исполнения, в том числе по вопросу о том, какая именно сумма подлежит взысканию с должника.

Пунктом 6 ст. 16.1 Федерального закона № 40-ФЗ определено, что общий размер неустойки (пени), суммы финансовой санкции, которые подлежат выплате потерпевшему – физическому лицу, не может превышать размер страховой суммы по виду причиненного вреда, установленный настоящим Федеральным законом.

Если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении (п. 1 ст. 333 ГК РФ в ред. Федерального закона от 08.03.2015 № 42-ФЗ).

Судом установлено, что действия по выплате страхового возмещения ответчик в положенный срок не произвел. В этой связи размер неустойки, возможной к взысканию с ПАО СК «Росгосстрах», с учетом позиции требующей стороны за соответствующий период с 17.01.2019 по 23.05.2019 (день вынесения судом решения) будет равен 262 074 руб. 96 коп. (207 996 руб. (размер требуемого в данном случае страхового возмещения) x 1 % x 126 дней просрочки), что спорным по делу не являлось.

Однако доводы, изложенные представителем ПАО СК «Росгосстрах» в судебном заседании, о необходимости снижения в порядке ст. 333 ГК РФ названной неустойки суд считает заслуживающими внимания. 

Гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств.

Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки.

При этом судом должны быть приняты во внимание степень выполнения обязательства должником, имущественное положение истца, а также не только имущественный, но и всякий иной заслуживающий уважения интерес ответчика. При оценке таких последствий судом могут приниматься во внимание, в том числе обстоятельства, не имеющие прямого отношения к последствиям нарушения обязательства.

Как указал Конституционный Суд РФ в своем Определении от 21.12.2000 № 263-О, в ст. 333 ГК РФ речь идет не о праве суда, а, по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Степень соразмерности заявленной истцом неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, оценка указанному критерию отнесена к компетенции суда первой инстанции и производится им по правилам ст. 67 ГПК РФ, исходя из своего внутреннего убеждения, основанного на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании всех обстоятельств дела.

В этой связи, снижая подобную неустойку до разумных пределов, суд, учитывая размер положенной страховой выплаты, а также, исходя из сбалансированности права получения истцом денежной компенсации за допущенную ответчиком просрочку исполнения принятого на себя обязательства и размера необходимой выплаты, взыскивает подобную неустойку с ПАО СК «Росгосстрах» в пользу ФИО1 за период с 17.01.2019 по 23.05.2019 в размере 80 000 руб..

Разрешая требование ФИО1 о взыскании неустойки по день фактической уплаты ответчиком страхового возмещения, суд также указывает на его правомерность.

Из совокупности приведенных выше положений Федерального закона № 40-ФЗ и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ в контексте установленных по делу обстоятельств, свидетельствующих о нарушении страховщиком принятых на себя обязательств относительно своевременности выплаты ФИО1 положенного возмещения, суд приходит к выводу о взыскании с ПАО СК «Росгосстрах» в пользу истца неустойки за период с 17.01.2019 по 23.05.2019 в размере 80 000 руб. и далее с 24.05.2019 по день фактического исполнения страховщиком обязательства по договору. При этом общий размер неустойки, подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца, не может превышать 400 000 руб..

В свою очередь, требование истца о взыскании с ответчика денежной компенсации морального вреда суд находит подлежащим частичному удовлетворению. 

Пунктами 1, 2 Постановления Пленума ВС РФ от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» определено, что при рассмотрении гражданских дел судам следует учитывать – отношения, одной из сторон которых выступает гражданин, использующий, приобретающий, заказывающий либо имеющий намерение приобрести или заказать товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних, бытовых и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, а другой – организация либо индивидуальный предприниматель (изготовитель, исполнитель, продавец, импортер), осуществляющие продажу товаров, выполнение работ, оказание услуг, являются отношениями, регулируемыми ГК РФ, Законом Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее – Закон о защите прав потребителей), другими федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами РФ. Если отдельные виды отношений с участием потребителей регулируются и специальными законами РФ, содержащими нормы гражданского права (например, договор участия в долевом строительстве, договор страхования, как личного, так и имущественного, договор банковского вклада, договор перевозки, договор энергоснабжения), то к отношениям, возникающим из таких договоров, Закон о защите прав потребителей применяется в части, не урегулированной специальными законами.

Пунктом 45 указанного Постановления Пленума ВС РФ предусмотрено, что при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя. Размер компенсации морального вреда определяется судом независимо от размера возмещения имущественного вреда, в связи с чем, размер денежной компенсации, взыскиваемой в возмещение морального вреда, не может быть поставлен в зависимость от стоимости товара (работы, услуги) или суммы подлежащей взысканию неустойки. Размер присуждаемой потребителю компенсации морального вреда в каждом конкретном случае должен определяться судом с учетом характера причиненных потребителю нравственных и физических страданий исходя из принципа разумности и справедливости.

Принимая во внимание то обстоятельство, что на правоотношения, связанные с оказанием гражданам страховщиками услуг по обязательному страхованию гражданской ответственности владельцев транспортных средств, свое действие распространяют, в том числе и нормы Закона о защите прав потребителей, на основании ст. 15 названного Закона суд, исходя из объема допущенных страховщиком нарушений прав истца как потребителя соответствующих услуг, характера таких нарушений, с учетом требований разумности и справедливости взыскивает с ответчика в пользу ФИО1 3 000 руб. в счет денежной компенсации морального вреда.

Согласно п. 3 ст. 16.1 Федерального закона № 40-ФЗ, устанавливающего особенности рассмотрения споров по договорам обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств и применяемого к отношениям, возникшим после 01.09.2014, при удовлетворении судом требований потерпевшего – физического лица об осуществлении страховой выплаты суд взыскивает со страховщика за неисполнение в добровольном порядке требований потерпевшего штраф в размере пятидесяти процентов от разницы между совокупным размером страховой выплаты, определенной судом, и размером страховой выплаты, осуществленной страховщиком в добровольном порядке.

Поскольку ответчик в добровольном порядке не доплатил истцу положенное страховое возмещение, то размер возможного штрафа в данном случае составляет 103 998 руб. (207 996 руб. х 50 %).

Ответчиком заявлено ходатайство о снижении суммы штрафа в порядке ст. 333 ГК РФ, со ссылкой на ее несоразмерность последствиям нарушения обязательств, которое суд находит обоснованным, поскольку по смыслу указанных выше норм права применение ст. 333 ГК РФ также возможно при определении размера штрафа за неудовлетворение в добровольном порядке требований потерпевшего.

Таким образом, руководствуясь положениями ст.ст. 330, 333 ГК РФ, с учетом всех вышеизложенных обстоятельств, ходатайства ответчика, суд приходит к выводу о несоразмерности размера штрафа последствиям нарушения ответчиком обязательств, и снижает его до 50 000 руб., который полагает разумным.

В порядке ст. 98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца также подлежат взысканию расходы по оплате услуг по оценке стоимостных характеристик автомобиля ФИО1 со стороны ООО «Апраизер» в размере 10 000 руб. (л.д. 17-20).

Кроме того, в аспекте ст. 100 ГПК РФ с ответчика в пользу истца подлежат взысканию понесенные им представительские расходы, разумный размер которых с учетом сложности дела и объема выполненной представителем работы определяется судом равным 10 000 руб..

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ с ПАО СК «Росгосстрах» в доход бюджета надлежит взыскать государственную пошлину в размере 6 379 руб. 96 коп.. 

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ПАО СК «Росгосстрах» в пользу ФИО1 207 996 (двести семь тысяч девятьсот девяноста шесть) рублей в счет страхового возмещения, 80 000 (восемьдесят тысяч) рублей в счет неустойки за период с 17.01.2019 по 23.05.2019, в счет денежной компенсации морального вреда 3 000 (три тысячи) рублей, 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей в счет штрафа, 10 000 (десть тысяч) рублей в счет возмещения расходов по оценке ущерба и 10 000 (десять тысяч) рублей в счет возмещения представительских расходов. 

Взыскать с ПАО СК «Росгосстрах» в пользу ФИО1 неустойку в размере 1 (одного) % от 207 996 (двухсот семи тысяч девятисот девяноста шести) рублей, начиная с 24.05.2019 до дня фактической уплаты страховщиком истцу суммы страхового возмещения, равной 207 996 (двумстам семи тысячам девятистам девяноста шести) рублям. 

Общий размер неустойки, взысканной и подлежащей взысканию с ПАО СК «Росгосстрах» в пользу ФИО1, не может превышать 400 000 (четырехсот тысяч) рублей.

Взыскать с ПАО СК «Росгосстрах» в доход бюджета государственную пошлину в размере 6 379 (шесть тысяч триста семьдесят девять) рублей 96 копеек. 

На решение в течение одного месяца со дня его принятия судом в окончательной форме может быть подана апелляционная жалоба в Смоленский областной суд через Промышленный районный суд г. Смоленска.

Председательствующий А.С. Киселев