Дело № 2-671/2024 

УИД 42RS0013-01-2024-000118-74

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

Междуреченский городской суд Кемеровской области в составе председательствующего судьи Кахримановой С.Н.

при секретаре Трофимович М.С.

с участием старшего помощника прокурора г. Междуреченска Кузнецовой З.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Междуреченске Кемеровской области 

12 марта 2024 г.

гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к публичному акционерному обществу «Угольная компания «Южный Кузбасс» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1. обратился в суд с иском к публичному акционерному обществу «Угольная компания «Южный Кузбасс» (далее - ПАО «Южный Кузбасс») о взыскании компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием.

Требования мотивированы тем, что в период работы на предприятии ПАО «Южный Кузбасс» у истца развилось профессиональное заболевание: 

<

данные изъяты>, что подтверждается актом о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ.

Заключением Бюро медико-социальной экспертизы истцу в ДД.ММ.ГГГГ впервые установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 

<

данные изъяты> %, с ДД.ММ.ГГГГ утрата профессиональной трудоспособности в размере 

<

данные изъяты> % установлена бессрочно.

С ДД.ММ.ГГГГ истец уволен по собственному желанию в связи с выходом на пенсию.

В соответствии с заключением врачебной комиссии № от ДД.ММ.ГГГГ вина ПАО «Южный Кузбасс» в причинении вреда здоровью истца профессиональным заболеванием составляет 100 %.

Указывает, что в связи с профессиональным заболеванием испытывает нравственные и физические страдания, так как испытывает болевые ощущения 

<

данные изъяты>, сильные боли не дают спать, в руках постоянная слабость, не ожжет крепко удерживать предметы, что стало причиной осложнения быта. 

<

данные изъяты> Не может носить тяжелые сумки, приходится просить близких о помощи. 

Из-за болей 

<

данные изъяты> не может длительное время ходить, тяжело подниматься по ступеням. Ограничения в решении повседневных бытовых проблем тяготит истца, заставляет переживать.

Ссылается на то, что профессиональное заболевание кардинально поменяло его образ жизни, так как раньше он любил ходить на природу с друзьями, однако заболевание вынуждает его отказаться от такого досуга, в связи с чем, круг общения резко снизился.

Состояние беспомощности угнетает истца, заставляет переживать, у него изменился характер, стал нервным и раздражительным.

В связи с указанными страданиями считает, что компенсация морального вреда должна составлять 800 000 рублей.

Также им понесены расходы на оплату услуг представителя в размере 10 000рублей.

Ссылаясь на нормы статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, просит взыскать с ПАО «Южный Кузбасс» в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 800 000 рублей в связи с установлением профессионального заболевания и утратой профессиональной трудоспособности в размере 

<

данные изъяты> %, а также расходы по оплате услуг представителя в размере 10 000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 на удовлетворении исковых требований настаивал, поддержав доводы искового заявления в полном объёме. Суду пояснил, что проживает в своем доме, не может выполнять работу по дому и любая физическая нагрузка вызывает у него боли 

<

данные изъяты>, поэтому приходиться просить детей, которые оказывают посильную помощь, либо обращаться за помощью к посторонним людям, которые за оплату перекидывают уголь либо чистят снег. Редко использует свой автомобиль, так как долго находиться за рулем не может из-за болей 

<

данные изъяты>, когда долго держит руль. 

Из–за прописанных по программе реабилитации уколов 

<

данные изъяты>.

Переживает и расстраивается, что еще не является пожилым человеком, однако не может вести тот образ жизни, который ведут люди его возраста.

Он был переведён на более лёгкий труд в связи с профессиональном заболеванием, где доработал до пенсии, а затем уволился, больше не трудоустраивался, так как ему тяжело выполнять физическую работу, а водителем работать не может из-за постоянных болей и невозможности длительного нахождения за рулём транспортного средства.

Представитель истца – ФИО2, действующий в порядке части 6 статьи 53 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (л.д.56), на удовлетворении исковых требований настаивал, поддержав доводы истца.

Представитель ответчика - ПАО «Южный Кузбасс» ФИО3, действующая на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, против удовлетворения исковых требований возражала, поддержав доводы, изложенные в возражениях на исковое заявление (л.д.111-112).

Суд, заслушав лиц, участвующих в деле, допросив свидетелей, исследовав письменные материалы дела, с учётом заключения старшего помощника прокурора г. Междуреченска Кузнецовой З.А., полагавшей, что исковые требования подлежат удовлетворению с учётом принципа разумности и справедливости, приходит к следующему.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 2 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из Трудового кодекса, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права (абзацы первый и второй части 1 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации.

Трудовые отношения и иные непосредственно связанные с ними отношения регулируются также коллективными договорами, соглашениями и локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права (часть 2 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовым кодексом Российской Федерации установлено право работника на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом, иными федеральными законами (абзац четырнадцатый части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (часть 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Трудовой кодекс Российской Федерации особо закрепляет право работника на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, гарантируя его обязательным социальным страхованием от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в соответствии с федеральным законом (статья 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (абзац 14 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Часть 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу части 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Согласно статье 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, в период работы в ПАО «Южный Кузбасс» в профессиях машинист бульдозера, машинист погрузочно-доставочных машин, водитель погрузчика, до выхода на пенсию ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 установлено профессиональное заболевание: 

<

данные изъяты>, что подтверждается актом о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ (далее – Акт № от ДД.ММ.ГГГГ) (л.д.9-10).

Согласно данному Акту № от ДД.ММ.ГГГГ, профессиональное заболевание возникло при обстоятельствах и условиях: в разные периоды трудовой деятельности при управлении горной техникой подвергался воздействию общей вибрации с превышением значений ПДУ. Работа сопровождалась статическими и динамическими физическими нагрузками. До 1996 г. не производилась медико-биологическая профилактика по нейтрализации вредного воздействия производственных факторов.

В своей профессии трудоспособен

Причиной заболевания прослужило длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов, уровень общей вибрации превышал ПДУ на 2-12 дБ.

Вины работника нет.

Непосредственной причиной заболевания послужило: длительное воздействие в процессе трудовой деятельности общей вибрации выше ПДУ.

Заключением Бюро медико-социальной экспертизы ФИО1 впервые установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 

<

данные изъяты> % с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ (л.д.15).

В последующем утрата профессиональной трудоспособности в размере 

<

данные изъяты> % подтверждалась, с ДД.ММ.ГГГГ степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 

<

данные изъяты> % установлена бессрочно (л.д.16, 40, 42,44).

Из заключения врачебной экспертной комиссии ФГБНУ «Научно-Исследовательский Институт Комплексных Проблем Гигиены и Профессиональных Заболеваний» № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО1 установлено профессиональное заболевание: 

<

данные изъяты>. В ДД.ММ.ГГГГ признан нетрудоспособным во вредных условиях труда и направлен в БСМЭ, где установлено 

<

данные изъяты> % утраты трудоспособности. Общий стаж с воздействием вредного фактора согласно профмаршруту 

<

данные изъяты>

Степень вины ПАО «Южный Кузбасс» 100 %, что также не оспаривалось стороной ответчика (л.д.11).

Согласно санитарно-гигиенической характеристике условий труда от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО1 работал водителем погрузочно-доставочной машины, общий стаж работы 

<

данные изъяты>, стаж в данной профессии 

<

данные изъяты>, стаж работы в условиях воздействия опасных, вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, которые могли вызвать профзаболевание 

<

данные изъяты>. Установлен предварительный диагноз: 

<

данные изъяты> (л.д.12-14)

Как установлено пунктом 4.4 санитарно-гигиенической характеристике условий труда от ДД.ММ.ГГГГ № средства индивидуальной защиты от вибрации не применялись.

Эквивалентный корректированный уровень общей вибрации превышает значение ПДУ на 4 дБ, 3 класс 1 степени (пункт 10 санитарно-гигиенической характеристике условий труда от ДД.ММ.ГГГГ №).

Выписками из истории болезней ФГБНУ «Научно - Исследовательский Институт Комплексных Проблем Гигиены и Профессиональных Заболеваний» подтверждается обращение ФИО1 за медицинской помощью в связи с профессиональными заболеваниями за период ДД.ММ.ГГГГ (л.д.19,20,22,23).

Приказом Фонда социального страхования Российской Федерации филиала № ГУ-КРОФСС РФ от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО1 назначены ежемесячные страховые выплаты (л.д.18).

В досудебном порядке ФИО1 в связи с профессиональным заболеванием и установлением 

<

данные изъяты> % утраты профессиональной трудоспособности, руководствуясь пунктом 10.2.2 Коллективного договора, филиала ОАО «Южный Кузбасс» - Управление по открытой добыче угля на основании приказа от ДД.ММ.ГГГГ № выплатило единовременную компенсацию в счёт возмещения морального вреда в размере 

<

данные изъяты> рубля, исходя из среднемесячного заработка за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, процента утраты профессиональной трудоспособности, суммы единовременного пособия, назначенного КРОФСС и процента вины предприятия (л.д.113).

Истец выражает несогласие с выплаченной суммой компенсации морального вреда, которая, по мнению истца, не компенсирует в полной мере нравственные и физические страдания, на которые истец ссылается, указывая, что в связи с повреждением здоровья до настоящего времени он переносит физические и нравственные страдания: болезненные ощущения, вынужден периодически обращаться к врачам, проходить лечение, принимать лекарства.

В соответствии с программой реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 в связи с профессиональным заболеванием: 

<

данные изъяты> рекомендовано приобретение лекарственных препаратов для медицинского применения: 

<

данные изъяты> Нуждается в санаторно-курортном лечении (л.д.35-37).

Из выписки из медицинской карты № ФИО1, предоставленной на запрос суда, следует, что истец неоднократно в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ обращался к врачам: 

<

данные изъяты>

Также из указной карты следует, что в связи с наличием профессионального заболевания: вибрационная болезнь, истцу выписывались листы нетрудоспособности – с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. 

При обращении к врачам ФИО1 жаловался на 

<

данные изъяты>. Получает лечение без положительной динамики. Врачом установлено, 

<

данные изъяты>

Как следует из пояснений истца, данных суду, в результате профессионального заболевания он испытывает также нравственные страдания в виде переживаний, раздражения, испытывает угнетенное состояние, а также стал эмоционально нестабилен, поскольку не имеет возможности в полном объёме оказывать помощь своей супруге в быту, 

<

данные изъяты>

Из показаний свидетеля К., 

<

данные изъяты>, следует, что из-за профессионального заболевания у ФИО1 постоянно болят 

<

данные изъяты>, он не может спать, если не выпьет обезболивающую таблетку, постоянно пользуется мазями, она делает ему компрессы для облегчения болей. Они проживают в своём доме, имеется огород, но истец фактически не может выполнять физическую работу, приходиться обращаться за помощью и нанимать людей для скидки угля и дров. Редко ездят на автомобиле, потому что истцу трудно долго сидеть в одном положении в машине. Из-за своего состояния здоровья в связи с профессиональным заболеванием ФИО1 находится в подавленном состоянии, переживает и раздражается, что находится в беспомощном состоянии.

Как показал свидетель С., являющийся 

<

данные изъяты> ФИО1, истца знает 

<

данные изъяты> лет, который отработал всю свою жизнь на тракторах, в результате чего заработал профессиональное заболевание, из-за которого сейчас страдает и жалуется на боли 

<

данные изъяты>. В прошлом году ФИО1 необходимо было менять в своём частном доме водопровод, раньше бы истец это смог сделать сам, но пришлось нанимать людей, обращаться за помощью к друзьям, чтобы сделать данную работу из-за состояния здоровья. Свидетель считает, что на эмоциональное состояние истца данное заболевание оказывает сильное влияние, потому что ему как мужчине неудобно обращаться за помощью для выполнения работы, которую раньше он бы выполнил сам.

Показания свидетелей являются одним из средств доказывания, предусмотренных главой 6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. 

При этом, на основании части 3 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд, наряду с относимостью и допустимостью каждого доказательства в отдельности, а также достаточностью и взаимной связью доказательств, оценивает достоверность каждого из них, в том числе, показаний свидетелей, полученных в порядке ст. 177 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Свидетели предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, о чем у них были отобраны расписки. Показания свидетелей последовательны, не противоречивы, согласуются с пояснениями истца, другими письменными материалами дела, в связи с чем, оснований не доверять показаниям допрошенных свидетелей у суда не имеется.

По смыслу действующего законодательства для наступления гражданско-правовой ответственности в виде компенсации морального вреда истцу необходимо доказать наличие следующих (обязательных) условий: совершение противоправных действий конкретным лицом, то есть установить лицо, совершившее действие (бездействие), факт нарушения личных неимущественных прав (нематериальных благ) истца, наличие причинно-следственной связи между противоправными действиями и наступившим моральным вредом.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда (абз. 2 п. 32абз. 2 п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1).

Судом установлено, что ФИО1 установлено профессиональное заболевание: 

<

данные изъяты>, возникшее в результате длительного воздействия вредных производственных факторов: в разные периоды трудовой деятельности на предприятии ответчика при управлении горной техникой подвергался воздействию общей вибрации с превышением значения ПДУ, уровень которой превышал ПДУ на 2-12 дБ, то есть вследствие ненадлежащего обеспечения работодателем безопасных условий труда, что установлено актом о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ, истцом частично утрачена профессиональная трудоспособность – 

<

данные изъяты> %, в связи с чем суд приходит к выводу о наличии оснований применения к ответчику мер гражданско-правовой ответственности в виде возложения обязанности по компенсации причиненного морального вреда.

Доводы представителя ответчика об отсутствии оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда, поскольку ответчиком произведена истцу единовременная выплата в счет компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием, с размером которой истец согласился, а также ссылка на положения статей 22, 45, 48 Трудового кодекса Российской Федерации и нормы Отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации и коллективного договора ПАО «Южный Кузбасс», в соответствии с которыми, по мнению стороны ответчика, выплаченная сумма компенсации морального вреда соразмерна понесенным истцом физическим и нравственным страданиям, отвечает требования разумности и справедливости, в связи с чем основания для довзыскания компенсации морального вреда не имеется, судом отклоняются, как несостоятельные.

Регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из Трудового кодекса Российской Федерации, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права, иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, указами Президента Российской Федерации, постановлениями Правительства Российской Федерации и нормативными правовыми актами федеральных органов исполнительной власти, нормативными правовыми актами органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления (абзацы первый и второй части 1 статьи 5).

Трудовые отношения и иные непосредственно связанные с ними отношения регулируются также коллективными договорами, соглашениями и локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права (часть 2 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу названной нормы в коллективных договорах, соглашениях между работниками и работодателями и в локальных актах могут быть определены порядок и условия регулирования тех или иных трудовых отношений сторон трудового договора при наступлении конкретных обстоятельств, в том числе и предоставление выплат в связи с гибелью работника, получением им увечья, травмы или профессионального заболевания, с определением правовой природы этих выплат, в том числе выплаты компенсации морального вреда при наступлении неблагоприятных для работника обстоятельств.

Как установлено судом, компенсация морального вреда в размере 

<

данные изъяты> рубля выплачена работодателем истцу в добровольном порядке в соответствии с условиями заключенного сторонами трудового договора соглашения, тем самым ФИО1 реализовано его право на компенсацию морального вреда, предусмотренное частью 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации, а работодателем выполнена обязанность по компенсации морального вреда работнику, установленная частью 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации.

Вместе с тем, в абзаце 3 пункта 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что факт получения потерпевшим добровольно предоставленной причинителем вреда компенсации как в денежной, так и в иной форме, как и сделанное потерпевшим в рамках уголовного судопроизводства заявление о полной компенсации причиненного ему морального вреда, не исключает возможности взыскания компенсации морального вреда в порядке гражданского судопроизводства. Суд вправе взыскать компенсацию морального вреда в пользу потерпевшего, которому во внесудебном порядке была выплачена (предоставлена в неденежной форме) компенсация, если, исходя из обстоятельств дела, с учетом положений статей 151 и 1101 ГК РФ придет к выводу о том, что компенсация, полученная потерпевшим, не позволяет в полном объеме компенсировать причиненные ему физические или нравственные страдания.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьей 237 названного кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Таким образом, в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.

Обращаясь с настоящим исковым заявлением, истец сослался на положения статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, указывая на наличие спора о размере компенсации морального вреда, выплаченного работодателем в размере 228930,64 рубля, так как данная сумма не компенсирует ему в полной мере нравственные и физические страдания, причиненные в результате профессионального заболевания и утраты профессиональной трудоспособности в размере 30 %, о чём истец также пояснил суду в судебном заседании.

Исходя из фактических обстоятельств дела, характера и степень причиненных истцу физических и нравственных страданий, выразившихся в длительном – с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время претерпевании физических болей 

<

данные изъяты> в результате профессионального заболевания истца, нравственных страданий в виде переживания, расстройства, испытании чувства угнетения и неполноценности в результате ограничения здоровья в связи с наличием профессионального заболевания, с учётом степени вины ответчика – 100 %, а также принимая во внимание длительность периода работы истца в отсутствие надлежащего обеспечения работодателем условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, в результате чего истец длительное время подвергался воздействию вредных производственных факторов, суд полагает, что размер компенсации морального вреда в сумме 

<

данные изъяты> рубля, выплаченный ответчиком в соответствии с положениями Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ гг. и коллективного договора на ДД.ММ.ГГГГ, нельзя признать достаточным для возмещения причиненного вреда здоровью истца.

Пунктами 25,26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. 

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

В пункте 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

При этом законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет конкретный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду. Компенсация морального вреда должна возместить потерпевшему понесенные им физические и нравственные страдания. 

Определяя размер компенсации морального вреда, суд, с учетом установленного факта причинения вреда здоровью истца, принимает во внимание обстоятельства причинённого ответчиком вреда: ненадлежащего обеспечения работодателем безопасных условий труда, степень тяжести диагноза установленного истцу и процент утраты профессиональной трудоспособности – 

<

данные изъяты>%, степень и характер физических страданий истца (перенесение постоянных болей 

<

данные изъяты>, необходимость прохождения постоянного лечения в виде инъекций 

<

данные изъяты>), также нравственных страданий истца, относящихся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия), выразившихся в чувстве беспомощности, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений в результате повреждения здоровья профессиональным заболеванием, а также в переживании и чувстве расстройства из-за невозможности по состоянию здоровья в связи с профессиональным заболеванием оказать полноценную помощи своей семье 

<

данные изъяты>, при этом истец проживает в частном доме, где требуется выполнение большого объёма физической работы, а также испытании чувства неполноценности в связи ограничением здоровья и невозможностью вести прежний образ жизни, продолжительность физических и нравственных страданий (с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время), значимости для ФИО1 нарушенного права на надлежащие условия труда, принимая во внимание индивидуальные особенности потерпевшего – возраст, и учитывая требования разумности и справедливости, а также значимость компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, считает необходимым определить компенсацию морального вреда в связи с наличием профессионального заболевания: 

<

данные изъяты> в размере 550 000 рублей, и с учетом степени вины ответчика (100%) и суммы, выплаченной в добровольном порядке в размере 228930,64 рубля, суд определяет довзыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 321069,36 рублей, из расчета: 550000 рублей -228930,64 рублей.

Суд полагает, что указанный размер компенсации морального вреда соразмерен последствиям нарушенного права в результате причинения вреда здоровью профессиональным заболеванием и утратой профессиональной трудоспособности в размере 30 %, и позволяет сгладить остроту перенесенных потерпевшем в связи с этим физических и нравственных страданий. 

В соответствии со статьёй 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, расходы на оплату услуг представителей.

В соответствии со статьёй 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. 

В случае если, иск удовлетворён частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворённых судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В соответствии со статьёй 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по её письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Истцом заявлены требования о взыскании с ответчика судебных расходов по оплате услуг представителя в размере 10 000 рублей в соответствии с договором на оказание юридических услуг от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного с индивидуальным предпринимателем ФИО2, по условиям которого исполнитель оказывает следующие услуги: заявлять и поддерживать исковые требования в судах общей юрисдикции к ПАО «Южный Кузбасс», подготовить и подать необходимые документы для обращения в суд, осуществить представительство интересов заказчика в суде (л.д.24-25). 

В подтверждение несения судебных расходов в размере 10000 рублей представлена квитанция к приходному кассовому ордеру № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.26).

Согласно правовой позиции, изложенной в пунктах 11, 12, 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с неё расходов.

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Расходы на оплату услуг представителя, понесённые лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объём заявленных требований, цена иска, сложность дела, объём оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Установление размера и порядка оплаты услуг представителя относится к сфере усмотрения доверителя и поверенного и в силу пункта 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации определяется заключённым между ними договором.

Суд не вправе вмешиваться в эту сферу, однако может ограничить взыскиваемую в возмещение соответствующих расходов сумму, если сочтёт её чрезмерной с учётом конкретных обстоятельств, используя в качестве критерия разумность понесённых расходов.

Суд, установив, что истцом понесены расходы на оплату услуг представителя в размере 10 000 рублей, принимая во внимание объект судебной защиты и объем защищаемого права, категорию спора и уровень его сложности, а также объем проделанной представителем работы: составление искового заявления (учитывая его объём и правое обоснование), участие на подготовке к разбирательству дела и одном судебном заседании (учитывая время, затраченного на участие в деле), количество составленных процессуальных документов, оценив на предмет разумности и обоснованности предъявленную к взысканию сумму судебных расходов, с учётом принципа разумности, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон, судебная коллегия признаёт разумными судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 6000 рублей.

Поскольку при подаче искового заявления истец в силу статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации от уплаты государственной пошлины был освобождён, в связи с чем в соответствии со статьей 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина подлежит взысканию с ответчика в сумме 300 рублей в доход местного бюджета.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к публичному акционерному обществу «Угольная компания «Южный Кузбасс» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с публичного акционерного общества «Угольная компания «Южный Кузбасс», ИНН 

<

***>, в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес> (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 321069,36 рублей, судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 6000 рублей.

Взыскать с публичного акционерного общества «Угольная компания «Южный Кузбасс», ИНН 

<

***>, в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 300 рублей.

Решение суда может быть обжаловано в Кемеровский областной суд в течение одного месяца со дня составления мотивированного решения, путём подачи апелляционной жалобы через Междуреченский городской суд Кемеровской области.

Председательствующий С.Н. Кахриманова

Мотивированное решение составлено 18 марта 2024 г.