Дело № 2-1065/17 ДД.ММ.ГГГГ

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Невский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Вишневецкой О.М., 

при секретаре Куликовой Л.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску СПАО «Ингосстрах» к ФИО1 о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, взыскании судебных расходов, 

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился в суд и просит взыскать с ответчика сумму причиненного ущерба в размере 834 321,01 руб., судебные расходы по уплате госпошлины – 11 543 руб. 21 коп., ссылаясь на то, что ДД.ММ.ГГГГ произошло ДТП на пересечении 

<

адрес> и 

<

адрес> в Санкт-Петербурге в результате нарушения ФИО1, управлявшим автомобилем «Шкода Октавия» № Правил дорожного движения, причинив автомобилю «Ауди А6» №, застрахованному у истца по полису КАСКО (полис № на сумму 1 486 620 руб.), механические повреждения, которые были зафиксированы инспектором ДПС ГИБДД на месте аварии и более подробно выявлены при осмотре независимым экспертом /Л.д. 3-5/. 

Представитель истца в суд не явился, извещен о времени и месте судебного заседания /Л.д. 86/.

Ответчик в суд не явился, извещен о времени и месте судебного заседания /Л.д. 85/, ранее пояснял, что с исковыми требованиями не согласен, на желтый сигнал светофора заканчивал маневр поворота налево, когда в правую часть автомобиля пришелся удар от столкновения. Не считая себя виновным в ДТП, оспаривал постановление ГИБДД.

В соответствии с ч. 1 ст. 167 ГПК РФ лица, участвующие в деле, обязаны известить суд о причинах неявки и представить доказательства уважительности этих причин.

Согласно ч. 4 ст. 167 ГПК РФ суд вправе рассмотреть дело в отсутствие ответчика, извещенного о времени и месте судебного заседания, если он не сообщил суду об уважительных причинах неявки и не просил рассмотреть дело в его отсутствие.

С учетом вышеизложенного, неявка ответчиков в судебное заседание не может являться уважительной причиной отложения рассмотрения дела, поскольку судом приняты все необходимые меры к их заблаговременному извещению как участников процесса о дате рассмотрения дела.

Суд, исследовав материалы дела, материалы ДТП № от ДД.ММ.ГГГГ находит исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению по следующим основаниям. 

Как следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ по адресу: Санкт-Петербург, пересечение 

<

адрес> и 

<

адрес> произошло ДТП с участием автомобилей: «Ауди А6», № под управлением ФИО2 и «Шкода Октавия», № под управлением ФИО1 /Л.д. 14/.

Автомобиль «ФИО3» №, принадлежащий ООО «АВТО ПАРТНЕРС» /Л.д. 11-12/, был застрахован в СПАО «Ингосстрах» по договору добровольного страхования № от ДД.ММ.ГГГГ на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с лимитом возмещения по каждому случаю в размере 1 486 620 руб. /Л.д. 8/. 

В результате произошедшего ДТП застрахованному автотранспортному средству были причинены механические повреждения.

Повреждения, причиненные автомобилю марки «ФИО3», зафиксированы в справке о ДТП, извещении о повреждении транспортного средства, актах осмотра транспортного средства, калькуляции на ремонт /Л.д. 14, 18-23, 18-19, 24-27/.

Согласно ч. 1 ст. 929 Гражданского кодекса РФ по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

СПАО «Ингосстрах» была определена стоимость восстановительного ремонта поврежденного автотранспортного средства марки «Ауди А6», № на основании экспертного заключения № от ДД.ММ.ГГГГ /Л.д. 30-43/. 

СПАО «Ингосстрах»» во исполнение условий договора с ООО «АВТО ПАРТНЕРС» в счет выплаты страхового возмещения платежным поручением № от ДД.ММ.ГГГГ произвело выплату ООО «АВТО ПАРТНЕРС»» страхового возмещения в размере 1 428 958 руб. 45 коп. /Л.д. 38/.

В силу ст. 965 ГК РФ если договором имущественного страхования не предусмотрено иное, к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования. Перешедшее к страховщику право требования осуществляется им с соблюдением правил, регулирующих отношения между страхователем и лицом, ответственным за убытки. 

При суброгации происходит перемена лица в обязательстве на основании закона (ст. 387 ГК РФ), поэтому перешедшее к страховщику право осуществляется им с соблюдением правил, регулирующих отношения между кредитором и лицом, ответственным за убытки.

Принимая во внимание вышеизложенное, суд пришел к выводу о том, что в соответствии с приведенными выше положениями Гражданского кодекса Российской Федерации к СПАО «Ингосстрах» как страховщику, выплатившему сумму страхового возмещения, в пределах выплаченного страхового возмещения, перешло право требования возмещения убытков, которое страхователь имел к причинителю вреда как к лицу, ответственному за возмещенные в результате страхования убытки.

В соответствии с ч. 1 ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу п. 2 ст. 1064 ГК РФ лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. 

При этом ответственность, предусмотренная названной нормой, наступает при условии доказанности состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда и его вину, размер причиненного вреда, а также причинно-следственную связь между противоправными действиями и наступившими неблагоприятными последствиями. Отсутствие одного из вышеперечисленных условий служит основанием для отказа суда в удовлетворении иска о взыскании ущерба.

Согласно Постановлению о прекращении производства по делу об административном правонарушении ДД.ММ.ГГГГ от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 на пересечении 

<

адрес> и 

<

адрес> при повороте налево по зеленому сигналу светофора не выполнил требование п. 13.4, 8.1 ПДД РФ, что повлекло ДТП.

Ответчик ссылался на Решение Невского районного суда по делу № от ДД.ММ.ГГГГ которым постановление инспектора ИАЗ ОГИБДД УМВД России по Невскому району Санкт-Петербурга от ДД.ММ.ГГГГ изменено, исключив из него указание на вину ФИО1 в нарушении пунктов 13.4, 8.1 ПДД РФ /Л.д. 75-78, 79-81/. Основанием для прекращения производства по делу об административном правонарушении явилось истечение срока давности привлечения к ответственности.

Ответчик полагал, что решением Невского районного суда по жалобе ФИО1 фактически установлено отсутствие его вины в ДТП, и эти обстоятельства имеют преюдициальное значение.

Между тем, согласно разъяснениям, изложенным в абзаце 4 пункта 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года N 23 "О судебном решении" на основании части 4 статьи 1 ГПК РФ, по аналогии с частью 4 статьи 61 ГПК РФ, следует определять значение вступившего в законную силу постановления и (или) решения судьи по делу об административном правонарушении при рассмотрении и разрешении судом дела о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесено это постановление (решение).

То есть, вступившее в законную силу постановление и (или) решение судьи по делу об административном правонарушении при рассмотрении и разрешении судом дела о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесено это постановление, обязательно для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий данного лица, лишь по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они указанным лицом.

Вместе с тем, решение Невского районного суда Санкт-Петербурга от ДД.ММ.ГГГГ, на которое ответчик ссылался в обоснование доводов об отсутствии вины в ДТП, выводов относительно того, виновен или нет в произошедшем ДТП кто-либо из участвовавших в нем водителей не содержит, в связи с чем преюдициального значения в отношении разрешенного спора оно не имеет.

В ходе административного расследования ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 давал объяснения, в которых указал, что двигаясь по 

<

адрес>, совершал левый поворот на 

<

адрес>. Пропустив транспортные средства в попутном направлении, под мигающий зеленый сигнал светофора начал движение для завершения маневра. Через несколько секунд после начала движения почувствовал удар в правую сторону транспортного средства от машины АУДИ, которое двигалось по 

<

адрес>, от 

<

адрес> в сторону 

<

адрес> Предотвратить ДТП не мог, так как транспортное средство «АУДИ А6» при совершении маневра было не видно, двигалось оно на запрещающий сигнал светофора со скоростью, превышающей установленную.

Согласно объяснениям водителя автомобиля «Ауди А6» № ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ он двигался по зеленному сигналу светофора в крайнем левом ряду по 

<

адрес> от 

<

адрес> в сторону 

<

адрес>. В момент ДТП погода была плохая, шел снег с дождем, на перекресток выехал автомобиль Шкода, преградив дорогу, что привело к столкновению.

Свидетель ФИО4 дала пояснения аналогичные пояснениям мужа – ФИО1 При движении по 

<

адрес> находилась на переднем пассажирском сидении транспортного средства «Шкода», совершали маневр поворота налево на мигающий зеленый сигнал светофора. За 1 секунду до столкновения заметили автомобиль АУДИ, двигающейся по 

<

адрес> на большой скорости под запрещающий сигнал светофора. 

В ходе слушания дела ответчик пояснял, что с крайнего левого ряда по 

<

адрес> совершал поворот налево на 

<

адрес>, начал движение на разрешающий сигнал светофора, после этого произошёл удар. На уточняющий вопрос суда ответчик сообщил, что на тот момент, когда он начал движение налево, загорелся жёлтый сигнал светофора /Л.д. 83-84/.

Из содержания п. 8.3 ПДД следует, что при выполнении маневра водители не должны создавать опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Пунктом 13.4 ПДД предусмотрено, что при повороте налево или развороте по зеленому сигналу светофора водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу транспортным средствам, движущимся со встречного направления прямо или направо.

Согласно п. 6.2 Правил дорожного движения РФ запрещают движение красный сигнал светофора, а также сочетание красного и желтого сигналов, которое информирует о предстоящем включении зеленого сигнала. Желтый сигнал запрещает движение, кроме случаев, предусмотренных п. 6.14 Правил, и предупреждает о предстоящей смене сигналов.

В силу п.6.14 Правил водителям, которые при включении желтого сигнала не могут остановиться, не прибегая к экстренному торможению в местах, определяемых пунктом 6.13 Правил, разрешается дальнейшее движение.

В силу п. 13.7 Правил дорожного движения РФ водитель, въехавший на перекресток при разрешающем сигнале светофора, должен выехать в намеченном направлении независимо от сигналов светофора на выходе с перекрестка.

ФИО1 утверждает, что, пропустив встречный транспорт, начал движение на мигающий зеленый сигнал светофора для поворота, в то время как АУДИ А6 пересекало 

<

адрес> на запрещающий сигнал светофора. Но поскольку автомобили двигались навстречу, отсутствуют основания полагать, что один автомобиль двигался на зелёный сигнал светофора, а другой – на красный. Если ФИО1 «под мигающий зеленый сигнал светофора начал движение для завершения маневра», то и ФИО2 выехал на перекрёсток на зелёный мигающий сигнал, поскольку место столкновения автомобилей, согласно схеме, во 2 ряду, то есть в доли секунды после того, как автомобиль «Шкода» выехал на полосу встречного движения.

Суд установил, что ФИО2 не выезжал на перекресток на красный сигнал светофора и не двигался на сочетание красного и желтого сигнала светофора, а выехал на перекресток на разрешающий зеленый сигнал светофора и в том случае, если он продолжил движение на желтый сигнал светофора, это не запрещено Правилами дорожного движения РФ.

В нарушение вышеприведенного п. 13.4 ПДД, ФИО1 приступил к маневру поворота налево с выездом на полосу движения, не убедившись в безопасности данного маневра, в условиях ограниченной видимости (что следует из его объяснений). 

Начав выезжать на перекресток ФИО5 не пропустил двигавшийся во встречном направлении на разрешающий сигнал светофора, имеющий преимущество при проезде перекреста автомобиль под управлением ФИО2, в результате чего произошло столкновение автомобилей.

Указанные действия ответчика состоят в прямой причинно-следственной связи с произошедшим ДТП, повлекшим причинение ущерба истцу.

При этом в действиях водителя ФИО2, двигавшегося по своей полосе движения, на разрешающий сигнал светофора, нарушений ПДД не усматривается. Доказательств обратного материалы дела не содержат.

Анализ собранных по делу доказательств в их совокупности, по мнению суда, дает основания для вывода о том, что дорожно-транспортное происшествие от ДД.ММ.ГГГГ произошло по вине водителя ФИО1, вследствие нарушения им п. 8.1, 13.4 Правил дорожного движения РФ, в результате ДТП причинены повреждения транспортному средству «Ауди А6», и причинен ущерб.

Таким образом, причиной ДТП от ДД.ММ.ГГГГ, столкновения транспортных средств и в результате – причинение технических повреждений автомобилю «Ауди А6», №, явилось нарушение ФИО1 ПДД РФ.

Истцом размер страхового возмещения определён исходя из стоимости транспортного средства в послеаварийном состоянии – 500 300 руб. и доаварийном состоянии – 1 470 185 руб., определённой ООО «НИК» (отчет № от ДД.ММ.ГГГГ) /л.д. 28-37/: 969 885 руб.

Стоимость восстановительного ремонта с учетом износа, согласно заключению ООО «Экспертиза и оценка» от ДД.ММ.ГГГГ составила 954 321,01 руб. /л.д. 40/, с учетом выплаты в счет возмещения ущерба ПАО СК «Росгосстрах» страховой суммы в пределах лимита – 120 000 руб., истец просит взыскать с ответчика 834 321,01 руб. (954 321 руб. 01 коп. – 120 000 руб.). Ответчиком размер страхового возмещения не оспаривался.

Согласно ст. 931 ГК РФ по договору страхования риска ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, может быть застрахован риск ответственности самого страхователя или иного лица, на которое такая ответственность может быть возложена. В случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

ПАО СК «Росгосстрах» в котором по полису ОСАГО была застрахована гражданская ответственность ФИО1 признала случай страховым и выплатила истцу страховое возмещение пределах лимита по ОСАГО в размере 120 000 руб. 

ПАО СК «Росгосстрах» суду сообщило о невозможности представления копи полиса в связи с его утратой /л.д. 63/, ответчиком копия полиса представлена не была и не было сообщено суду о дате заключения договора после внесения изменений в Закон об ОСАГО. 

В соответствии с абз. 3 ст. 7 ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" от 25.04.02 (в редакции, действующей на момент заключения договора ОСАГО) при причинении вреда имуществу одного потерпевшего страховщик обязуется возместить причиненный вред в размере не более 120 000 руб.

Объем ответственности самого причинителя вреда, застраховавшего ответственность в порядке обязательного страхования, должен определяться как разница между страховым возмещением, предусмотренным статьей 7 и 19 Закона и фактическим размером ущерба.

В пользу истца подлежит взысканию сумма причиненного ущерба в размер 834 321,01 руб. (954 321,01 руб. (стоимость восстановительного ремонта согласно заключению экспертизы) – 120 000 руб. (выплаченное возмещение ущерба по ОСАГО страховой ответчика)).

Таким образом, суд считает, с ответчика ФИО1 подлежит взысканию в порядке суброгации сумма ущерба в размере 834 321 руб. 01 коп.

С ответчика в порядке ст.98 ГПК РФ подлежат взысканию расходы по уплате госпошлины в размере 11 543 руб. 21 коп.

На основании изложенного и, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Взыскать с ФИО1 в пользу СПАО «Ингосстрах» возмещение ущерба в размере 834 321 руб. 01 коп., расходы по уплате государственной пошлины – 11 543 руб. 21 коп.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца.

Судья: