Дело № 2-839/2025

УИД 22RS0069-01-2025-000431-78

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

29 августа 2025 года г.Барнаул

Ленинский районный суд г.Барнаула Алтайского края в составе:

председательствующего судьи Болобченко К.А., 

при секретаре Воровцовой Д.А., 

с участием помощника прокурора Ленинского района г.Барнаула Казаниной Т.А., истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2, 

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению ФИО1 ФИО10 к акционерному обществу «Угольная компания «Кузбассразрезуголь» о взыскании компенсации морального вреда, упущенной выгоды,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд с иском (с учётом уточнения) к акционерному обществу «Угольная компания «Кузбассразрезуголь» (далее - АО «УК «Кузбассразрезуголь») с требованиями взыскать компенсацию морального вреда в размере 3 500 000 рублей, упущенную выгоду в размере 1 500 000 рублей. 

В обоснование требований указано, что между истцом ФИО1 и филиалом АО «УК «Кузбассразрезуголь» - «Бачатский угольный разрез» был заключен трудовой договор от 18 сентября 2020 года. В соответствии с указанным трудовым договором истец осуществлял трудовую деятельность в должности водителя.

+++ в результате несчастного случая, произошедшего на рабочем месте, истцом ФИО1 была получена травма – 

<

данные изъяты>; 

<

данные изъяты>, что зафиксировано в медицинском заключении о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести, выданного ГБУЗ «Беловская городская многопрофильная больница» от 08 октября 2024 года.

По результатам расследования несчастного случая на производстве, был составлен Акт ... по форме Н-1 от 02.11.2024. В качестве лиц, допустивших нарушение требований охраны труда, указаны ФИО3 – начальник технологической автоколонны №1 управления автомобильного транспорта филиала АО «УК «Кузбассразрезуголь» - «Бачатский угольный разрез», который не организовал водителя ФИО1 специальной одеждой и обувью в соответствии с нормами; ФИО4 – заместитель начальника технологической автоколонны №1 управления автомобильного транспорта филиала АО «УК «Кузбассразрезуголь» - «Бачатский угольный разрез», который осуществил допуск водителя ФИО1 к исполнению трудовых обязанностей при отсутствии на нем корпоративной куртки костюма, утепленного из смешанных тканей, и специальной обуви – сапог утепленных. 

В связи с получением производственной травмы, ФИО1 причинен моральный вред. Были осуществлены медицинские манипуляции, которые причинили физические и нравственные страдания. Был 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>

В результате правонарушения, совершенного ответчиком, у истца возникли убытки в виде упущенной выгоды и недополученного дохода. 

Результатом полученной травмы была операция (

<

данные изъяты>). В последующем истец принял решение извлечь металлоконструкцию, была проведена дополнительная операция. В случае, если бы металлоконструкция не была удалена, работодатель был бы обязан выплачивать ежемесячную компенсацию в возмещение вреда здоровью, которая составляет в среднем 25 000 рублей. С момента получения травмы на дату подачи уточненного искового заявления прошло 60 месяцев. 25 000 рублей * 60 месяцев = 1 500 000 рублей. 

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал в полном объеме, поддержал ранее данные пояснения. Дополнительно пояснил, что выплата из Фонда пенсионного и социального страхования, это упущенная выгода в нарушение его прав, поскольку он не смог её оформить. Полученная травма повлекла за собой серьезные последствия относительно его состояния здоровья. Ранее в судебных заседаниях пояснял, что травма произошла из-за того, что он поскользнулся. Акт о несчастном случае на производстве не оспаривал. Требования об упущенной выгоде в виде невыплаченной заработной платы планирует заявлять отдельно. 

Представитель ответчика ФИО2 возражала против удовлетворения исковых требований, поддержала доводы, изложенные в отзывах на исковое заявление, ранее данные пояснения. Дополнительно пояснила, что сумма компенсации морального вреда завышена. Истец полностью восстановился, утрата трудоспособности на данный момент не установлена, требования об упущенной выгоде не применимы в правоотношениях между истцом и ответчиком. 

Другие лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, надлежаще извещены о времени и месте судебного разбирательства.

Суд с учетом положений ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации полагает возможным рассмотреть дело при имеющейся явке. 

Выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, полагавшего, что исковые требования в части компенсации морального вреда подлежат частичному удовлетворению в связи с имеющейся виной в получении травмы самого истца, с учетом принципа разумности и соразмерности, изучив письменные материалы дела, суд находит иск подлежащим частичному удовлетворению по следующим основаниям. 

В силу п.1 ст.1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (п.2 данной статьи).

Установленная ст.1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В соответствии с абз. 16 ч. 2 ст. 22 ТК РФ работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Из разъяснений п. 46 и п. 47 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» следует, что возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" осуществляется причинителем вреда.

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.

Суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Как установлено в судебном заседании и следует из материалов дела, между истцом ФИО1 и филиалом АО «УК «Кузбассразрезуголь» - «Бачатский угольный разрез» был заключен трудовой договор от 18 сентября 2020 года. В соответствии с указанным трудовым договором истец осуществлял трудовую деятельность в должности водителя.

В период осуществления трудовой функции +++, когда вахтовый автомобиль прибыл на площадку приема-сдачи смены КНС, водитель ФИО5 произвел остановку, ФИО1 спрыгнул из кабины вахтового автомобиля с высоты 1,55 м., на площадку приема-сдачи смены КНС. При падении ФИО1, потеряв равновесие, упал на бок, при этом дверь кабины захлопнулась под собственным весом. Когда ФИО1 после падения попытался встать, то увидел, что нога развернута в сторону не естественным образом и почувствовал резкую боль. В результате несчастного случая, произошедшего на рабочем месте, истцом ФИО1 была получена травма – 

<

данные изъяты> что зафиксировано в медицинском заключении о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести, выданного ГБУЗ «Беловская городская многопрофильная больница» от 08 октября 2024 года.

Согласно выписного эпикриза из медицинской карты стационарного больного ГБУЗ КО Беловская городская больница №8 ... ФИО1 находился на лечении в травматологическом отделении с 24 января 2021 года по 08 февраля 2021 года с диагнозом 

<

данные изъяты>

Согласно выписке из медицинской карты стационарного больного КГБУЗ «Городская клиническая больница № 11 г. Барнаул» ... ФИО1 находился на лечении с 29 ноября 2021 года по 03 декабря 2021 года, диагноз основной: 

<

данные изъяты>. 

06 сентября 2024 года АО «УК «Кузбассразрезуголь» дан ответ на претензию ФИО1, в котором указано, что требования о компенсации морального вреда не могут быть рассмотрены по существу до установления всех имеющих значение для дела обстоятельств. 

На основании заявления ФИО1 от 23 сентября 2024 года вынесен приказ АО «Кузбассразрезуголь» - «Бачатский угольный разрез» от 02 октября 2024 года о создании комиссии по расследованию несчастного случая. 

Согласно постановлению президиума Первичной профсоюзной организации филиала «Бачатский угольный разрез» АО «УК «Кузбассразрезуголь» от 29 октября 2024 года установлена степень вины пострадавшего ФИО1 равной 10 %.

Согласно акту ... от 02.11.2024 о несчастном случае на производстве установлены причины несчастного случая: неосторожность, невнимательность, поспешность, выразившиеся в неверных действиях водителя ФИО1, а именно спрыгивание из кабины вахтового автомобиля на поверхность площадки приема-сдачи смены. 

В качестве лиц, допустивших нарушение требований охраны труда, указан ФИО1 – водитель автомобиля, занятый на транспортировании горной массы в технологическом процессе технологической автоколонны № 1 управления автомобильного транспорта филиала АО «УК «Кузбассразрезуголь» «Бачатский угольный разрез», который осуществлял неверные действия во время спуска из кабины вахтового автомобиля на поверхность площадки приема-сдачи смены КНС – вместо того, чтобы производить спуск спиной вперед, лицом к ступеням, с опорой на три точки, произвел спрыгивание из кабины вахтового автомобиля на поверхность площадки пересмена, не довел лично до руководства технологической автоколонны № 1, начальника смены УАТ, посредством связи (радиосвязь, сотовый телефон или личная устная передача информации) информацию о полученной им травме; ФИО3 – начальник технологической автоколонны №1 управления автомобильного транспорта филиала АО «УК «Кузбассразрезуголь» - «Бачатский угольный разрез», который не организовал обеспечение водителя ФИО1 специальной одеждой и обувью в соответствии с нормами; ФИО4 – заместитель начальника технологической автоколонны №1 управления автомобильного транспорта филиала АО «УК «Кузбассразрезуголь» - «Бачатский угольный разрез», который осуществил допуск водителя ФИО1 к исполнению трудовых обязанностей при отсутствии на нем требуемой специальной одежды – корпоративной куртки костюма, утепленного из смешанных тканей, и специальной обуви – сапог утепленных. 

Согласно выводов заключения судебно-медицинской экспертизы ..., у ФИО1 +++ имела место 

<

данные изъяты>. 

Учитывая локализацию и морфологические особенности повреждений, вышеуказанная травма образовалась у ФИО1 от чрезмерного подворачивания правой стопы, в том числе, возможно вследствие прыжка с небольшой высоты, поскальзывания и падения на оледенелом покрытии, как указано в материалах дела. 

Вышеуказанная травма у ФИО1 причинила тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть. 

Таким образом, установлено, что вред здоровью ФИО1 был причинен во время исполнения трудовых обязанностей. В нарушение требований статей 22, 212 Трудового кодекса Российской Федерации РФ работодатель не обеспечил истцу безопасные условия труда, в результате чего произошел несчастный случай на производстве, повлекший за собой травмирование истца в период выполнения им работы, в связи с чем суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с ч.2 ст.1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции). Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.

Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда (п.15).

Принимая решение о взыскании компенсации морального вреда, суд учитывает обстоятельства произошедшего несчастного случая на производстве, в том числе степень физических и нравственных страданий ФИО1, степень тяжести производственной травмы, период восстановления истца, данные о его личности, степень вины ответчика в произошедшем несчастном случае, а также степень вины самого работника в причинении вреда, последствия для работника в результате травмирования, суд приходит к выводу, исходя из требований разумности и справедливости, о наличии оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда в размере 350 000 рублей.

В удовлетворении остальной части требований истца о взыскании компенсации морального вреда, суд считает необходимым отказать.

В силу ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на защиту своих трудовых прав, свобод, законных интересов всеми не запрещенными законом способами; возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами. 

В силу положений статей 227-231 Трудового кодекса Российской Федерации связь повреждения здоровья работника с исполнением трудовых обязанностей подтверждается оформленными в установленном порядке актом о несчастном случае на производстве или актом о случае профессионального заболевания. 

На основании ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. 

Порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору определяется Федеральным законом от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний». 

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» днем наступления страхового случая при повреждении здоровья вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания (хронического или острого) является день, с которого установлен факт временной или стойкой утраты застрахованным профессиональной трудоспособности. 

В соответствии с пп. 1 п. 1 ст. 10 Федерального закона № 125-ФЗ единовременные страховые выплаты и ежемесячные страховые выплаты назначаются и выплачиваются застрахованному – если по заключению медико-социальной экспертизы результатом наступления страхового случая стала утрата профессиональной трудоспособности. 

Ежемесячные страховые выплаты назначаются и выплачиваются застрахованному за весь период утраты им профессиональной трудоспособности с того дня, с которого учреждением медико-социальной экспертизы установлен факт утраты застрахованным профессиональной трудоспособности, исключая период, за который застрахованному было назначено пособие по временной нетрудоспособности. 

Вместе с тем, ежемесячная страховая выплата выплачивается Социальным фондом России. Однако, по настоящему делу истец просил не о взыскании утраченной заработной платы, а о взыскании ежемесячной выплаты с работодателя, которая действующим законодательством и положениями ответчика не предусмотрена. Доказательств несения указанных убытков суду также не представлено, в связи с чем, оснований для удовлетворения требований истца в указанной части не имеется. 

Согласно статье 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в доход государства на счет местного бюджета пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

В соответствии с пунктом 3 статьи 17 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей", пп.3 п.1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации истцы по искам о возмещении вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья, а также смертью кормильца освобождаются от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, а также мировыми судьями.

В связи с изложенным, с ответчика подлежит взысканию в доход бюджета городского округа – города Барнаула Алтайского края государственная пошлина в размере 3 000 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

Исковые требования ФИО1 ФИО11 (паспорт ...) удовлетворить частично.

Взыскать с акционерного общества «Угольная компания «Кузбассразрезуголь» (ИНН ...) в пользу ФИО1 ФИО12 компенсацию морального вреда в размере 350 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований – отказать.

Взыскать с акционерного общества Угольная компания «Кузбассразрезуголь» в доход бюджета городского округа - города Барнаула Алтайского края государственную пошлину в размере 3 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд путем подачи апелляционной жалобы через Ленинский районный суд г.Барнаула в течение одного месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Судья К.А. Болобченко

Решение в окончательной форме принято 12 сентября 2025 года.