Дело № 2-3/2021, 

2-281/2021

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

с. Кабанск 22 марта 2021 года

Кабанский районный суд Республики Бурятия в составе председательствующего судьи Максимова А.А., при секретаре Уладаевой Е.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО6 к ФИО7 об устранении препятствий в пользовании земельным участком, по встречному иску ФИО7 к ФИО6 об обязании устранить нарушения прав путем сноса или переноса объекта недвижимости, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО6 обратилась в суд с иском к ФИО7 об устранении препятствий в ее пользовании земельным участком, расположенным по адресу: 

<

адрес>, с кадастровым номером №, площадью 442 кв.м., категория земель – земли населенных пунктов, обязании перенести жилое здание с кадастровым номером №, общей площадью 551, 8 кв.м., расположенное по адресу: 

<

адрес>, на расстояние от границ земельного участка, принадлежащего истцу, не менее чем на 3 метра, с учетом требований о противопожарном расстоянии между жилыми зданиями. 

13.01.2021 г. истцом ФИО6 в лице представителя по доверенности ФИО8 представлено заявление в порядке ст. 39 ГПК РФ, принятое судом к рассмотрению в части изменения первоначально заявленных требований на требование обязать ответчика ФИО7 устранить препятствия в праве пользования истцом ФИО6 земельным участком, расположенным по адресу: 

<

адрес>, с кадастровым номером №, площадью 442 кв.м., категория земель – земли населенных пунктов, обязать произвести реконструкцию жилого здания с кадастровым номером №, общей площадью 551, 8 кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес>, на расстояние от границ земельного участка, принадлежащего истцу, не менее чем на 3 метра с учетом требований о противопожарном расстоянии между жилыми домами. Дополнительно заявленное требование об обязании ответчика перенести «септик» в границы земельного участка с учетом требований санитарных норм судом к производству не принято ввиду того, что ст. 39 ГПК РФ не предусматривает права истца на дополнение ранее заявленных требований, кроме того, фактически заявлено новое требование, имеющее иной предмет и основание. 

14.02.2021 г. ФИО7 обратился к суд с встречным иском к ФИО6 об обязании устранить нарушения его прав путем сноса или переноса не менее чем на 6 метров от объекта, принадлежащего ФИО7, с кадастровым номером №, самовольно возведенного объекта недвижимости, расположенного на земельном участке с кадастровым номером №. 

Истец (ответчик по встречному иску, далее - истец) ФИО6 в судебное заседание не явилась, неоднократно надлежащим образом извещалась о его месте и времени, о причинах неявки не сообщила, направила своего представителя. 

Представитель истца по доверенности ФИО8 на исковых требованиях настаивал, встречные исковые требования не признал, суду пояснил, что просят произвести реконструкцию здания ответчика путем изменения его конструкции и степени его огнестойкости и перенести его на расстояние 3 метра от границы земельного участка, что составит с учетом изменения его огнестойкости требуемые 6 метров, т.к. требование о расстоянии 15 метров невыполнимо, у него на участке находятся и другие постройки. Встречные требования не подлежат удовлетворению, т.к. основаны на том, что жилой дом истца является самовольным строением, это не так, дом ранее учтенный, 1930 года постройки, приобретен истцом вместе с земельным участком, уже стоял на земельном участке на тот момент. Технической документации у истца на жилой дом нет, он запросил ее в архиве, чтобы поставить на учет в Росреестре. Судьба жилого дома ему не известна, в т.ч. не известны лица, указанные в договору купли-продажи от 20.05.1989 г., ФИО1., указанный в похозяйственной книге. Истец собиралась пользоваться земельным участком, не пользовалась, этому препятствовала гостиница ответчика, не было смысла вкладывать средства в жилой дом. По акту обследования земельного участка также указан как объект незавершенного строительства, стоит на кадастровом учете. Почему обратилась в администрацию лишь в 2019 г., если объект ответчика построен в 2013 г., не знает. Не может пояснить, почему истец купила земельный участок исходя из формы и размеров. У истца имеется интерес в использовании земельного участка, целью обращения не является желание выгодно продать его ответчику. Ранее согласовали условия мирового соглашения о покупке ответчиком земельного участка истца за 2500000 руб., но затем представитель ФИО9 - родственник истца, сообщил, что желают получить за него 3200000 руб., в последнем разговоре согласился на 2750 0000 руб. 

Представитель истца по доверенности ФИО9 в судебное заседание не явился, в другом судебном заседании на исковых требованиях настаивал. 

Ответчик (истец по встречному истку, далее - ответчик) ФИО7 исковые требования не признал, на встречных исковых требованиях настаивал, суду пояснил, что купил земельный участок площадью 15 соток за 3000000 руб. у ФИО2 в 2012 г., со слов ФИО10 он ждал 3 года с момента размежевания земельных участков и когда оформил право собственности на ФИО6, чтобы освободили от уплаты налогов. Раньше это был единый участок, ФИО2 начал искать родственников ФИО6, нашел ее дедушку или дядю, от которого можно было подать в суд на администрацию, суд выиграл. На задах земельного участка была старая ЛЭП, которую отключили, за счет этих ничейных земель участок стал больше, получилось почти 20 соток, из них ФИО2 передал ФИО6 4 сотки. На момент приобретения им земельного участка участок ФИО6 был огорожен, на нем был объект незавершенного строительства, ФИО2 говорил, что его перевезли на участок ФИО6 в прошлом, т.е. в 2011, году. Никто в нем не жил и участком не пользовался. Он хотел купить целиком участок, но ФИО2 сказал, что в Закамне живет бабушка, которая не будет его продавать, а если и будет, то дорого. В начале 2018-2019 гг., еще до обращения ФИО6 в администрацию, к нему приезжал ФИО9 с женой, предлагали купить у них земельный участок ФИО6, сначала просили 2500000 руб., затем снизили до 1500 000 руб., т.к. им нужно было купить трактор, он отказался. Затем в этот же год осенью он спрашивал у ФИО9 про покупку участка ФИО6, тот назвал цену 2500000 руб. Дом и участок они осмотрели 13.03.2021 г. 06.03.2021 г. представитель истца Ганжуров сказал, что они поехать на участок не могут. 09.03.2021г., 10.03.2021 г. Ганжуров сказал, что может только в выходные. Договорились на 13 ч. 13.03.2021 г., Ганжуров сказал, что поедет даже без ФИО9, затем около 23 часов 12.03.2021 г. ФИО8 позвонил и сказал, что ФИО9 не поедет и он поедет с ними, а затем в 10 ч. 13.03.2021 г. сказал что занят и не поедет. Дом на участке ФИО6 совсем другой, новый, он больше, из бруса - лафета, длиной 5, 35 м., вырасти он не мог, собран по технологии, применяемой в Закаменском районе, незавершенный строительством. Фундамента, сеней, печи, электроэнергии, туалета, отделки снаружи и изнутри, крыльца нет, вместо него кинута доска под углом. Снаружи он почерневший на солнце, а изнутри свежее дерево. Полы частично сделаны, потолок в щелях, видно солнце, не утеплен, крыша не засыпана. Висит рабочая одежда. Оконные рамы есть в нескольких местах, но без стекол, частично заколочены, в одном месте есть остатки целлофановой пленки, которой было закрыто. Фундамента нет у дома истца, он стоит на чурках. В 2012 г. дом был такой же. Участок по другую сторону участка истца также принадлежит ему. Исходя из схемы в техпаспорте от 12.12.2005 г., по расположению относительно улицы, по месту расположения жилого дома он находился на его нынешнем участке, но при приобретении им на участке никаких построек не было. По акту обследования обследования администрацией земельного участка от 2006 г. - на участке 19а, расположенном за его участком с кадастровым № 76, был дом с ручной скважиной. 

Представитель ответчика по доверенности ФИО11 исковые требования не признал, на встречных исковых требованиях настаивал, суду пояснил, что при осмотре дома истца расстояние замерили, оно совпадает с экспертизой. Дом истца не соответствует СНиП, размеры его не совпадают, площадь по внешнему периметру 28, 73 м., во внутреннему – 25, 30 м., отсутствуют фундамент и крыльцо, печи, перегородок, пристроев нет, окна не остекленные. Это не тот дом 1930 года, у него другие параметры, несоответствия и по тому, что внутри. По акту обследования он также указан как объект незавершенного строительства, что невозможно. Он не оформлен, что принадлежит истцу на праве собственности. По встречному иску - если это не дом 1930 г., то на него распространяются все те же требования, что указаны истцом, находится там незаконно, подлежит переносу или сносу. 

Выслушав стороны, показания эксперта, исследовав материалы дела, оценив имеющиеся доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему. 

В силу п. 1 ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

В соответствии с подп. 2 п. 1 ст. 40 Земельного кодекса РФ право собственника земельного участка возводить жилые, производственные, культурно-бытовые и иные здания, строения, сооружения в соответствии с целевым назначением земельного участка и его разрешенным использованием ограничено необходимостью соблюдения требований градостроительных регламентов, строительных, экологических, санитарно-гигиенических, противопожарных и иных правил, нормативов.

Согласно ст. 304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Согласно п. 4 ч. 2 ст. 60 Земельного кодекса РФ действия, нарушающие права на землю граждан и юридических лиц или создающие угрозу их нарушения, могут быть пресечены путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения. 

Согласно абзацу 2 п. 29 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», лица, право собственности или законное владение которых нарушается сохранением таких объектов, могут обратиться в суд с иском об устранении нарушения права, не соединенного с лишением владения (статья 304 ГК РФ). 

Согласно п. 45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», применяя статью 304 ГК РФ, в силу которой собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения. Иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению независимо от того, на своем или чужом земельном участке либо ином объекте недвижимости ответчик совершает действия (бездействие), нарушающие право истца. 

В соответствии с п. 47 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», удовлетворяя иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, суд вправе как запретить ответчику совершать определенные действия, так и обязать ответчика устранить последствия нарушения права истца. 

Судом установлено, что ФИО7 является собственником жилого дома с кадастровым номером №, общей площадью 551, 8 кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес>, на основании договора купли-продажи земельного участка от 19.04.2012 г., госрегистрация права собственности в ЕГРН 20.11.2013 г., и земельного участка по данному адресу с кадастровым номером №, площадью 1500 кв.м., категория земель- земли населенных пунктов, разрешенное использование - для ведения личного подсобного хозяйства, на основании того же договора купли-продажи земельного участка от 19.04.2012 г., госрегистрация права собственности в ЕГРН 14.05.2012 г. 

ФИО6 является собственником земельного участка с кадастровым номером №, расположенного по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 442 кв.м., категория земель- земли населенных пунктов, разрешенное использование - для ведения личного подсобного хозяйства, на основании договора купли- продажи от 05.08.2010 г., госрегистрация права собственности в ЕГРН 02.09.2010 г., заключенного с ФИО2, являвшегося его собственником на основании договора купли-продажи от 22.01.2009 г., свидетельство о праве собственности от 22.09.2009 г., что подтверждается договором купли- продажи от 05.08.2010 г. и свидетельством о госрегистрации права собственности от 02.09.2010 г. 

Согласно выводов заключения эксперта № 03-10/2020 от 20.12.2020 г. ООО «Земельно-Кадастровая Компания» по назначенной судом землеустроительной экспертизе: 

1. Фактические, в исторически сложившихся границах пользования координаты исследуемый:

- земельный участок с кадастровым номером № расположенный 

<

адрес>, принадлежащий на праве собственности ФИО3, площадь земельного участка по фактической застройки составила 463 кв.м. Координаты представлены в Таблице 1.

- земельный участок с кадастровым номером № расположенный 

<

адрес>, принадлежащий на праве собственности ФИО7, площадь земельного участка по фактической застройки составила 1482,6 кв.м. Координаты представлены в Таблице 2.

Данные границы отображены на схеме расположения земельных участков зеленым цветом в точках 3-4-1.

2. Фактические границы исследуемых земельных участков отображены в таблицах 1 и 2, то есть:

- земельный участок с кадастровым номером № расположенный 

<

адрес>, принадлежащий на праве собственности ФИО3, площадь земельного участка по фактической застройки составила 443 кв.м. Координаты представлены в Таблице 1.

- земельный участок с кадастровым номером № расположенный 

<

адрес>, принадлежащий на праве собственности ФИО7, площадь земельного участка по фактической застройки составила 1482.6 кв.м. Координаты представлены в Таблице 2.

Границы не соответствуют отраженных в землеотводных документах, в связи с тем что координаты земельных участков содержащихся в ЕГРН не сходятся с координатами фактического местоположения границ земельных участков в точках 3-4 на 1,3 метра в сторону земельного участка с кадастровым номером №. 

3. При исследовании сведений ЕГРН в виде кадастрового квартала территории 03:09:360107 и фактических границ полученных в ходе геодезической съемки выявлено, что границы исследуемого земельного участка с кадастровым номером № накладываются на границы земельного участка №, площадь наложения (пересечения) составила 17,3 кв.м. в точках 3-4 на 1,3 м. Причинами наложения стало фактически расположенное ограждение между земельными участками.

4. На земельном участке с кадастровым номером № расположен объект недвижимости жилой дом с кадастровым номером № адрес (местоположение): 

<

адрес>, площадь 551,8 кв.м., 3 этажа в том числе 1 подземный, деревянный, 2013 года постройки. Жилой дом расположен от забора с северо-западной стороны на 2,54 м. со стороны земельного участка с кадастровым номером №, Расстояние от жилого дома по ул. Лесная, 19, расположенного в пределах земельного участка с кадастровым номером № до жилого дома (гостиницы) с кадастровым номером № (ул. Лесная, д. 19/1) составило 5,45 м. Расстояние от жилого дома (гостиницы) с кадастровым номером № до границы земельного участка с юго-западной стороны 1,33 м.

Согласно, этих параметров на момент строительства данного жилого дома уже вступил силу Градостроительный кодекс РФ (29.12.2004 г. №190-ФЗ), а так же СП 30-10299 "Планировка и застройка территорий малоэтажного жилищного строительства" то есть на момент строительства правила и нормы отступов уже действовали. При этом объект капитального строительства располагается в более чем 3 метрах от строений расположенных в пределах земельного участка, но от соседних строений расположенных на смежных земельных участка должен располагаться в расстоянии 15 метров, в данном случае это расстояние составило 5,45 м. В соответствии с противопожарными нормами расстоянием между зданиями - это дистанция между фасадами или выступающими частями наружных стен. Минимальным является расстояние в 6 метров для зданий со степенью огнестойкости I и классом конструктивной пожарной опасности СО, максимальным в 15 метров. Так возведенный дом нарушает градостроительный регламент, противопожарные нормы, так как основный объект капитального строительства жилой дом с кадастровым номером № (год постройки 1930) был возведен до вступления в силу этих регламентов. 

5. На земельном участке с кадастровым номером № расположен объект недвижимости жилой дом с кадастровым номером № адрес (местоположение): 

<

адрес>, площадь 551,8 кв.м., 3 этажа в том числе 1 подземный, деревянный, 2013 года постройки. Жилой дом расположен от забора с северо-западной стороны на 2,54 м. со стороны земельного участка с кадастровым номером №. Расстояние от жилого дома по ул. Лесная, 19, расположенного в пределах земельного участка с кадастровым номером № до жилого дома (гостиницы) с кадастровым номером № (ул. Лесная, д. 19/1) составило 5,45 м. Расстояние от жилого дома (гостиницы) с кадастровым номером № до границы земельного участка с юго-западной стороны 1,33 м.

Согласно этих параметров на момент строительства данного жилого дома уже вступил силу Градостроительный кодекс РФ (29.12.2004 г. №190-ФЗ), а так же СП 30-10299 "Планировка и застройка территорий малоэтажного жилищного строительства" то есть на момент строительства правила и нормы отступов уже действовали. Отступы должны быть в соблюдены в 3 метра, в данном случае расстояние от жилого дома (гостиницы) до границы земельного участка с кадастровым номером № составило 2,54 м. То есть указанное расстояние не соответствует требованиям действующих норм и правил в сфере землеустройства и градостроительства с учетом противопожарных минимальных расстояний между жилыми строениями

6. Из ответа на вопрос №5 следует несоответствия расстояний от края жилого двухэтажного строения расположенного на земельном участке с кадастровым номером № до края границы земельного участка с кадастровым номером № требованиям действующих норм и правил в сфере землеустройства и градостроительства. В связи с тем что на данном земельном участке так же располагается здание с кадастровым номером №, а минимальным расстояние является в 6 метров для зданий со степенью огнестойкости I и классом конструктивной пожарной опасности СО, максимальным в 15 метров. Перенос здания в глубь участка не возможен. 

В письменных пояснениях от 25.01.2021 г. и будучи допрошенной в судебном заседании эксперт ФИО12 показала, что указание земельного участка с кадастровым № №, указание на ФИО3 является опечаткой. Данные об объекте капитального строительства с кад. №, площадью 22, 7 кв.м., 1930 года постройки, деревянный, взяла из сведений ЕГРН и справочной информации на портале Росреестра. Дала ответы и уточнения по иным заданным ей вопросам. При этом эксперт показала, что на земельном участке иные объекты кроме жилого дома отсутствуют. 

Согласно ст. 140 ГК РФ к недвижимым вещам (недвижимое имущество, недвижимость) относятся земельные участки, участки недр и все, что прочно связано с землей, то есть объекты, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно, в том числе здания, сооружения, объекты незавершенного строительства. К недвижимым вещам относятся жилые и нежилые помещения, а также предназначенные для размещения транспортных средств части зданий или сооружений (машино-места), если границы таких помещений, частей зданий или сооружений описаны в установленном законодательством о государственном кадастровом учете порядке.

В соответствии с разъяснениями, данными в п. 38 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 г. № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", вещь является недвижимой либо в силу своих природных свойств (абзац первый пункта 1 статьи 130 ГК РФ), либо в силу прямого указания закона, что такой объект подчинен режиму недвижимых вещей (абзац второй пункта 1 статьи 130 ГК РФ). По смыслу статьи 131 ГК РФ закон в целях обеспечения стабильности гражданского оборота устанавливает необходимость государственной регистрации права собственности и других вещных прав на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение. При этом по общему правилу государственная регистрация права на вещь не является обязательным условием для признания ее объектом недвижимости (пункт 1 статьи 130 ГК РФ). Поэтому, в частности, являются недвижимыми вещами здания и сооружения, построенные до введения системы государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним, даже в том случае, если ранее возникшие права на них не зарегистрированы. Равным образом правомерно возведенное здание или сооружение является объектом недвижимости, в том числе до регистрации на него права собственности лица, в законном владении которого оно находится.

В соответствии с ч 2 ст. 15 Жилищного кодекса РФ жилым помещением признается изолированное помещение, которое является недвижимым имуществом и пригодно для постоянного проживания граждан (отвечает установленным санитарным и техническим правилам и нормам, иным требованиям законодательства (далее - требования)).

Согласно ст. 16 Жилищного кодекса РФ к жилым помещениям в том числе относится жилой дом. Жилым домом признается индивидуально-определенное здание, которое состоит из комнат, а также помещений вспомогательного использования, предназначенных для удовлетворения гражданами бытовых и иных нужд, связанных с их проживанием в таком здании.

На запрос суда по информации Управления Росреестра по Республике от 20.02.2021 г. предоставить копии реестровых дел на объекты недвижимости с кадастровыми номерами №, № не представляется возможным в связи с отсутствием сведений на них в ЕГРН. При этом в ЕГРН имеются сведения о постановке на государственный учет 22.11.2011 г. жилого дома с кадастровым номером № с площадью 22, 7 кв.м., сведения о госрегистрации прав на него отсутствуют, также в ЕГРН имеются сведения о постановке на государственный учет 22.11.2011 г. жилого дома с кадастровым номером №, площадью 22, 7 кв.м., присвоен 29.11.2014 г. статус «архивный», сведения госрегистрации прав на него отсутствуют. 

По представленным 24.02.2021 г. по запросу суда из ГБУ РБ «Агентство Жилстройкомэнерго» договору купли-продажи жилого дома от 20.05.1989 г. (оригинал документа отсутствует в Учреждении) ФИО4 продала ФИО5. деревянное домовладение, состоящее из жилого дома 4х5, находящееся в 

<

адрес> и расположенный на участке земли мерою 1000 кв.м., договор нотариально удостоверен 29.03.1990 г. в Сухинском сельсовете народных депутатов Кабанского района Бурятской АССР. Согласно технического паспорта домовладения по адресу: 

<

адрес>, по состоянию на 12.12.2005 г., Раздел I. Регистрация права собственности: владельцем указана ФИО6 без указания правоустанавливающих документов; Раздел III. Эксплуатация земельного участка кв.м.: площадь земельного участка 1856 кв.м., в том числе застроенная – 40 кв.м., незастроенная 1816 кв.м.; Раздел IV. Благоустройство строения кв.м. полезной площади: освещение 22, 7 кв.м., отопление печное 22, 7 кв.м.; Раздел V. Характеристика помещений жилого дома: на декабрь 2005 

<

...> кв.м., в том числе жилая 22, 7 кв.м. Экспликация к поэтажному плану дома: строение литера А, назначение частей помещения: жилая комната, кухня, коридор, ванная и т.п.: жилая – кухня, общей площадью 22, 7 кв.м., жилой 22, 7 кв.м. (формула подсчета площади по внутреннему обмеру 3, 6, х 6, 6 – 1, 1х1,0). Раздел VI. Исчисление площадей и объемов строений и сооружений, расположенных на земельном участке: основное строение литера «А»: по наружному обмеру 36 кв.м. (формула подсчета площади по наружному обмеру 4, 0х9,0), сени литера «а»: площадь 3 кв.м. (2, 0х1, 5 кв.м.); Раздел VII. Техническое описание жилого дома или его основных частей и определение износа, строение литера «А», этаж один, год постройки 1930: фундамент: шлакозаливной, имеет глубокие трещины; наружные и внутренние капитальные стены: бревенчатые, нарушена конопаченность; перекрытия: дощатые, трещины на потолке; крыша: шифер, отколы местами; полы – дощатые, прогибы, щели; проемы: окна двустворчатые, двери филенчатые, глубокие повреждения, щели; отделка: внутренняя - штукатурка, щели, наружная – обшит; отопление: печное; кухонные очаги: русская печь. Процент износа всех этих элементов – 65. Раздел VIII. Техническое состояние нежилых пристроек, неотапливаемых подвалов, служебных построек: сени литера «а»: фундамент: деревянные столбы, наружные стены: дощатые, перекрытия: деревянные, крыша: шифер, полы: дощатые, дверь: простая. Раздел X. Техническое описание сооружений на участке: уборная дощатая размерами длина 1м., ширина 1м, высота 2м.; ворота дощатые длина 4 м., высота 2 м., забор дощатый длина 93 м., высота 2 м. 

Судом в судебном заседании 01.03.2021 г. (с последующим извещением стороны, не явившейся в судебное заседание) было предложено сторонам произвести 06.03.2021 года в 13 часов 00 минут совместный осмотр земельных участков истца и ответчика в целях проверки правильности выводов эксперта в части расстояния между объектами, находящимися на данных земельных участках, то есть жилых домов, расстояние от каждого жилого дома до границ земельного участка и определить размеры жилого дома истца, находящегося на ее земельном участке (внутренние размеры, внешние размеры, толщину бруса, чтобы можно было определить размеры по центральной оси, также наличие фундамента у жилого дома либо фундамента под жилой дом и месте его расположения, из скольки комнат состоит жилой дом, имеются ли строения к дому либо пристрои у жилого дома) с применением измерительных приборов, фотосъемки и видеосъемки. В случае если сторона истца не сможет явиться в назначенное время, обязать сторону истца о согласовании с ответчиком (истцом по встречному иску) другого времени выезда на земельные участки в срок до следующего судебного заседания (15 ч. 00 мин. 15.03.2021 г.). Обязать стороны предоставить друг другу доступ на земельные участки, а также допуск к жилому дому ФИО6 

Согласно представленных стороной ответчика схемы, фото и видеоматериалов, их пояснений расположенное на земельном участке истца строение из бруса, не обшито, размером по внешнему обмеру 5, 37 м. на 5, 35 м., фундамент отсутствует, строение стоит на деревянных подпорках (чурках), сени или иные пристрои, крыльцо отсутствуют, крыша без фронтона, четыре окна, из них лишь три имеют оконные рамы, все они не застеклены, окна забиты досками снаружи и изнутри. Внутренние стены не имеют отделки, на них предположительно на гвоздях висит рабочая одежда, пол отсутствует, половые балки частично застелены досками, внешне являющимися достаточно свежими, не крашеными, печь и электроосвещение отсутствуют, потолок частично отсутствует, не имеет отделки, не утеплен, имеет значительные по размеру сквозные щели, сквозь которые проходит естественное освещение, следовательно потолок не утеплен, каких-либо признаков жилого помещения не имеется, строение исходя из общих требований к жилым помещениям не пригодно для проживания. При этом на земельном участке не имеется каких-либо иных построек, в т.ч. уборной, скважины или колодца, а также многолетних насаждений, земельный участок по внешнему виду заброшен и значительное время не используется. 

Это же следует из акта обследования от 15.04.2019 г. № 5, проведенного МКУ «УГИиЗО» Администрации МО «Кабанский район» по обращению ФИО6 в рамках муниципального земельного контроля, которым установлено, что на земельном участке истца расположен объект незавершенного строительства – одноэтажное здание индивидуального жилого дома, общей площадью 28 кв.м. (а не 22, 7 кв.м. как по техпаспорту от 12.12.2005 г.). Территория земельного участка не используется, вся площадь земельного участка заросла сорной растительностью (том 1, л.д. 193-194). 

Тем самым строение, расположенное на земельном участке истца, по материалу изготовления (брус, а не бревно как в техпаспорте 2005 г.), размерам (площади) и всем другим указанным выше параметрам и техническим характеристикам не соответствует домовладению, описанному в техническом паспорте по состоянию на 12.12.2005 г. и состоящему на государственном учете в ЕГРН. Ввиду чего суд приходит к выводу, что в настоящее время на земельном участке истца расположено совершенно иное строение, а не строение 1930 года постройки, описанное в техническом паспорте по состоянию на 12.12.2005 г. и состоящее на государственном учете в ЕГРН. При этом данное строение не обладает не только признаками жилого дома, но и признаками объекта недвижимости, поскольку не связано прочно с землей, фактически является временной постройкой, перемещаемой в пространстве – срубом. Данная постройка не может быть отнесена и к объекту незавершенного строительства, поскольку в силу п. 10 ст. 1 Градостроительного кодекса РФ объект капитального строительства - здание, строение, сооружение, объекты, строительство которых не завершено (далее - объекты незавершенного строительства), за исключением некапитальных строений, сооружений и неотделимых улучшений земельного участка (замощение, покрытие и другие), данная же постройка признаков объекта капитального строительства не имеет. 

Более того, исходя из имеющейся в техпаспорте 2005 г. схемы земельного участка, размерами 64 м. на 29 м., т.е. итого 1856 кв.м. (а не 442 кв.м. как у истца ), и расположения на нем жилого дома 1930 г. и уборной, при ее сопоставлении со схематичными данными по земельным участкам истца и ответчика в ЕГРН и схемой в заключении эксперта, данные жилой дом и уборная оказываются в пределах границ земельного участка не истца, а ответчика. 

По информации Администрации МО СП «Сухинское» от 09.03.2021 г. сведениями о дате возвещения жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес> не располагают; ввиду того, что ФИО6 не была зарегистрирована и не проживала по данному адресу, в похозяйственных книгах поселения отсутствует информация; по выписке из похозяйственной книги за период с 1964 по 1966 гг. значился ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., пенсионер, умер 27.02.1965 г., постройки: дом, хлев, приусадебный земельный участок 0, 15 га. 

Это также свидетельствует о неиспользовании истцом земельного участка и данного строения для проживания, а также о том, что ранее по данному адресу имелся земельный участок площадью 1500 кв.м., что подтверждает пояснения ответчика о том, что ранее имевшийся земельный участок (с учетом приращения площади за счет свободных земель) прежним собственником ФИО2 был разделен на два, один участок площадью 1500 кв.м. был продан ответчику, второй площадью 400 кв.м. передан в собственность ФИО6. 

В связи с чем не находят подтверждения доводы истца о нарушении ее прав и законных интересов в части возможности использования земельного участка, наличия угрозы ее жизни и здоровью в случае возникновения пожара месторасположением жилого дома ответчика. Доводы истца об этом вызывают сомнения и ввиду того, что жилой (гостевой) дом ответчика был им возведен в 2013 г., однако лишь в 2019 г. истец обратилась в администрацию района как в орган муниципального земельного контроля, в суд лишь в 2020 г., т.е. на протяжении 6-ти лет она бездействовала несмотря на предполагаемое нарушение ее прав. 

Доказательств и пояснений, свидетельствующих о приобретении истцом данного строения как жилого дома у ФИО5, являвшегося собственником жилого дома по данному адресу на основании договора купли-продажи жилого дома от 20.05.1989 г., либо возведения истцом или иным лицом на данном земельном участке жилого дома, суду не представлено. 

Более того, предоставив по запросу суда в качестве документа, содержащегося в реестровых делах с кадастровыми номерами № и №, Филиал ФГБУ "ФКП Росреестра" по Республике Бурятия, вышеуказанный технический паспорт домовладения по адресу: 

<

адрес>, по состоянию на 12.12.2005 г., обратил внимание суда на то, что данный объект является зданием. Здание расположено на земельном участке с кадастровым номером №. Тем самым косвенно указано на то, что данный объект не имеет в том числе статуса жилого дома. 

Кроме того, право собственности на жилой дом на земельном участке истца как на жилой дом, либо как иной объект недвижимости, не зарегистрировано ни в соответствии с Федеральным законом от 13.07.2015 г. № 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости" и действовавшим до него Федеральным закон от 21.07.1997 г. № 122-ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним", ни в соответствии с ранее действовавшим законодательством, следовательно он в этом качестве как объект гражданских правоотношений не существует, равно как не существует и как объект гражданских правоотношений и в виде другого объекта недвижимости (здания, строения, сооружения и т.п.). 

Истцом по договору купли-продажи от 05.08.2010 г. приобретен лишь земельный участок. Более того, в реестровом деле по регистрации за истцом права собственности за земельный участок на основании данного договора имеется справка АУ РБ «Гостехинвентаризация – Республиканское БТИ» от 06.08.2010 г. о том, что на данном земельном участке строений не зарегистрировано (том 1, л.д. 131). Ввиду чего истец не в праве ссылаться на принадлежность ей жилого дома или какого –либо сходного по параметрам строения, находящегося на земельном участке в момент приобретения последнего, довод о чем в судебном заседании привел представитель истца. 

Следовательно, у суда не имеется сведений о принадлежности истцу на праве собственности объекта недвижимости, расположенного на принадлежащем ей земельном участке, существования на данном участке какого-либо объекта недвижимости, и тем более относимости ему к жилому дому, проживания в нем истца, а равно доказательств использования ею земельного участка по назначению. 

В связи с чем суд приходит к выводу, что нахождение жилого дома ответчика на расстоянии, установленном в экспертном заключении, от строения на участке истца, не являющегося объектом недвижимости, не нарушает прав и законных интересов истца по тем доводам, которые им изложены в исковом заявлении, доказательств обратному суду не представлено. С учетом всего вышеизложенного суд приходит к выводу, что расположенная на земельном участке истца постройка размещена на нем после приобретения истцом земельного участка в собственность. Об этом дал пояснения и ответчик, показав, что со слов прежнего собственника его земельного участка дом истцом был возведен примерно в 2011 г. Следовательно, к постройке истца также применимы все действующие с 2010 г. правила и нормы в сфере строительства и пожарной безопасности, нарушение которых по выводам эксперта допустил ответчик. 

В связи с этим суд ставит под сомнение правильность выводов эксперта о нарушении ответчиком при строительстве его жилого дома расстояния от жилого дома истца, который по мнению эксперта был возведен до вступления в силу соответствующих технических регламентов (вывод по вопросу 4 л.д. 15 заключения). 

При этом суд учитывает, что земельный участок истца, площадью всего 442 кв.м., незначительно превышающей минимально допустимую в Кабанском районе Республики Бурятия площадь земельного участка (400 кв.м.), имеет форму значительно вытянутого, зауженного прямоугольника, как бы встроенного в прямоугольник земельного участка ответчика, вследствие чего земельный участок ответчика приобрел форму перевернутой по оси и горизонтали буквы «Г» (например, схема на л.д. 17 заключения эксперта), что заведомо ограничивает истца в возможности возведения строений на нем, о чем она не могла не знать при ее приобретении в 2010 г. При этом расстояние от предполагаемого жилого дома истца до границы смежного участка ответчика составляет также менее допустимых 3-х метров, т.е., если следовать доводам истца и выводам эксперта, также с нарушением требований действующего законодательства, при этом его перенос также невозможен, т.к. расстояние с находящимся по другую сторону смежным земельным участком также является минимальным. 

Кроме того, ссылка истца на СНиП 2.07.01-89* «Градостроительство. Перепланировка и застройка городских и сельских поселений» таблица № 1 Приложение № 1 как на нормативно-правовой акт, определяющий противопожарное расстояние между жилыми зданиями, и на СП 30-102-99 "Планировка и застройка территорий малоэтажного жилищного строительства", принятого Госстроем РФ 1 января 2000 г. как на нормативно-правовой акт, определяющий требования по расстояниям по санитарно-бытовым условиям несостоятельны, т.к. данные документы не являлись нормативно-правовыми актами либо иными документами, обязательными для исполнения на момент строительства принадлежащего ответчику жилого дома в 2013 г. 

Так, в соответствии со ст. 6 Федерального закона от 30.12.2009 г. № 384-ФЗ "Технический регламент о безопасности зданий и сооружений" Правительство Российской Федерации утверждает перечень национальных стандартов и сводов правил (частей таких стандартов и сводов правил), в результате применения которых на обязательной основе обеспечивается соблюдение требований настоящего Федерального закона (часть 1). В перечень национальных стандартов и сводов правил, указанный в части 1 настоящей статьи, могут включаться национальные стандарты и своды правил (части таких стандартов и сводов правил), содержащие минимально необходимые требования для обеспечения безопасности зданий и сооружений (в том числе входящих в их состав сетей инженерно-технического обеспечения и систем инженерно-технического обеспечения), а также связанных со зданиями и с сооружениями процессов проектирования (включая изыскания), строительства, монтажа, наладки, эксплуатации и утилизации (сноса) (часть 2). В перечень национальных стандартов и сводов правил, указанный в части 1 настоящей статьи, могут включаться национальные стандарты и своды правил, содержащие различные требования к зданиям и сооружениям, а также к связанным со зданиями и с сооружениями процессам проектирования (включая изыскания), строительства, монтажа, наладки, эксплуатации и утилизации (сноса) по одному предмету, к одному разделу проектной документации, различные подходы к обеспечению безопасности зданий и сооружений. При этом в указанном перечне национальных стандартов и сводов правил должно содержаться указание о возможности соблюдения таких требований, подходов на альтернативной основе. В этом случае застройщик (заказчик) вправе самостоятельно определить, в соответствии с каким из указанных требований, подходов будет осуществляться проектирование (включая инженерные изыскания), строительство, реконструкция, капитальный ремонт и снос (демонтаж) здания или сооружения (часть 3). Национальные стандарты и своды правил, включенные в указанный в части 1 настоящей статьи перечень, являются обязательными для применения, за исключением случаев осуществления проектирования и строительства в соответствии со специальными техническими условиями (часть 4).

В соответствии со ст. 42 данного Федерального закона, в целях настоящего Федерального закона строительные нормы и правила, утвержденные до дня вступления в силу настоящего Федерального закона, признаются сводами правил (часть 2). Правительство Российской Федерации не позднее чем за тридцать дней до дня вступления в силу настоящего Федерального закона утверждает перечень национальных стандартов и сводов правил, в результате применения которых на обязательной основе обеспечивается соблюдение требований настоящего Федерального закона (часть 3).

На момент строительства ответчиком спорного жилого дома в 2013 г. действовал Перечень национальных стандартов и сводов правил (частей таких стандартов и сводов правил), в результате применения которых на обязательной основе обеспечивается соблюдение требований Федерального закона "Технический регламент о безопасности зданий и сооружений", утвержденный распоряжением Правительства РФ от 21.06.2010 г. № 1047-р (утратило свою силу 01.07.2015 г. в связи с изданием Постановления Правительства РФ от 26.12.2014 г. № 1521). Как следует из содержания данного Перечня, в него был включен СНиП 2.07.01-89* Разделы 1-5, 6 (пункты 6.1-6.41, таблица 10*), 7-9; приложение 2, то есть приложение 1 как обязательное к исполнению не включено; СП 30-102-99 вообще в него не включен, то есть не являлся обязательным к исполнению. Кроме того, Определением Верховного Суда РФ от 07.11.2005 г. № ГКПИ05-1385 указано, что СП 30-102-99 по своей форме не может считаться нормативным правовым актом, поскольку он не зарегистрирован в Министерстве юстиции РФ. 

В этой связи суд ставит под сомнение правильность выводов эксперта о нарушении действующего законодательства при строительстве жилого дома ответчика в части расстояния от жилого дома истца, также ссылавшегося на нарушение ответчиком по ее мнению обязательных для исполнения СП 30-102-99 (выводы по вопросам 4 и 5 на листах 14-15 заключения), которые таковыми не являлись и не являются. 

Согласно ч. 1 ст. 68 Федерального закона от 22.07.2008 г. № 123-ФЗ "Технический регламент о требованиях пожарной безопасности" противопожарные расстояния между зданиями, сооружениями должны обеспечивать нераспространение пожара на соседние здания, сооружения. Допускается уменьшать указанные в таблицах 12, 15, 17, 18, 19 и 20 приложения к настоящему Федеральному закону противопожарные расстояния от зданий, сооружений и технологических установок до граничащих с ними объектов защиты при применении противопожарных преград, предусмотренных статьей 37 настоящего Федерального закона. При этом расчетное значение пожарного риска не должно превышать допустимое значение пожарного риска, установленное статьей 93 настоящего Федерального закона.

Конкретные противопожарные расстояния, содержавшиеся ранее в таблице 11 указанного Федерального закона (Федеральный закон в этой редакции действовал до 11.07.2012 г., до вступления в силу 11.07.2012 г. Федерального закона от 10.07.2012 г. № 117-ФЗ), воспроизведены в пункте 4.3 "СП 4.13130.2013. Свод правил. Системы противопожарной защиты. Ограничение распространения пожара на объектах защиты. Требования к объемно-планировочным и конструктивным решениям". Такие же требования к расстояниям указаны в Приложении № 1 (Противопожарные требования) СНиП 02.07.01-89* (выводы о необязательности к применению данного СНиП изложены выше). В данных правилах содержатся также условия, при которых допускается отступление от приведенных нормативных расстояний.

На период строительства жилого дома ответчиков - 2013 г., действовал СП 4.13130.2009. Свод правил. Системы противопожарной защиты. Ограничение распространения пожара на объектах защиты. Требования к объемно-планировочным и конструктивным решениям", утвержденный Приказом МЧС РФ от 25.03.2009 г. № 174, утративший силу с 29.07.2003 г. в связи с вступлением 29.07.2003 г. нового СП 4.13130.2013. Свод правил. Системы противопожарной защиты. Ограничение распространения пожара на объектах защиты. Требования к объемно-планировочным и конструктивным решениям, утвержденного Приказом МЧС России от 24.04.2013 г. № 288. 

Вместе с тем СП 4.13130.2013, на котором эксперт в своем заключении основывает обязательные минимальные нормативные расстояния между жилыми зданиями - 15 метров ( л.д. 7, 11 заключения эксперта) включен в перечень документов в области стандартизации, в результате применения которых на добровольной основе обеспечивается соблюдение требований Федерального закона от 22.07.2008 г. "Технический регламент о требованиях пожарной безопасности", утвержденный приказом Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии (Росстандарт) от 16.04.2014 г. № 474, то есть СП 4.13130.2013 имеет добровольный характер применения, и не является обязательным. 

Следовательно, противопожарные расстояния между жилыми домами на соседних земельных участках в действующих строительных нормах носят рекомендательный характер, что подтверждено и судебной практикой кассационных судов общей юрисдикции (например, Определение Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 02.07.2020 г. по делу № 88-4227/2020, Определение Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 29.06.2020 г. по делу № 88-6089/2020, Определение Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 25.05.2020 г. по делу № 88-8771/2020 ), 

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что нарушений обязательных к исполнению норм пожарной безопасности при строительстве жилого дома ответчика не допущено, нарушения прав и законных интересов истца, наличие реальной угрозы жизни и здоровью истца не установлено, доказательств обратному суду не представлено. 

При этом даже при наличии нарушений требований пожарной безопасности при строительстве жилого дома ответчика в части противопожарных расстояний, не исключено, что их устранение возможно путем применения специальных средств, препятствующих распространению пожара на другой дом в случае его возникновения, в том числе оборудование дома автоматической системой пожаротушения, повышение огнестойкости строительных конструкций, включая применение конструктивной огнезащиты, специального покрытия и др. Доказательств обратному не представлено. В связи с чем требование истца о его переустройстве свидетельствует о несоразмерности нарушенного права истца и выбранного им способа его защиты. Данный вывод суда также подтвержден судебной практикой кассационных судом общей юрисдикции (например, Определение Первого кассационного суда общей юрисдикции от 23.09.2020 г. № 88-20857/2020, Определение Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 25.05.2020 г. по делу № 88-8771/2020). 

Суд также приходит к выводу, что истец в лице ее представителей по доверенностям пытался ввести в суд в заблуждение относительно принадлежности ей на праве собственности (ином праве) жилого дома, 1930 года постройки, на принадлежащем ей земельном участке, якобы существовавшего на земельном участке в момент приобретения ею участка в 2010 г., и как следствие нарушения ее прав и законных интересов, чем злоупотребила своими правами, при этом со значительной вероятностью преследовала лишь цель обогащения путем понуждения ответчика к выкупу принадлежащего ей земельного участка за значительную денежную сумму, не соответствующую его возможной рыночной стоимости в сходных условиях, что является самостоятельным основанием для отказа истцу в иске в силу ст. 10 ГК РФ, согласно которой не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом), а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) (п. 1); в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (п. 2).

С учетом изложенного исковые требования не подлежат удовлетворению. 

По вышеуказанным основаниям не подлежат удовлетворению и встречные исковые требования, которые при этом должным образом не обоснованны и не мотивированны, поскольку размещение на земельном участке истца имеющейся постройки не нарушает требования действующего законодательства, права и законные интересы ответчика, доказательств обратному суду не представлено.

Взысканию с истца в пользу экспертного учреждения ООО «Земельно-Кадастровая Компания» по его заявлению подлежит стоимость проведения судебной экспертизы в размере 18000 руб., обязанность по оплате которой при назначении была возложена на истца, и которая ее оплату не произвела. 

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковое заявление ФИО6 к ФИО7 об устранении препятствий в пользовании земельным участком оставить без удовлетворения. 

Встречное исковое заявление ФИО7 к ФИО6 об обязании устранить нарушения прав путем сноса или переноса объекта недвижимости оставить без удовлетворения. 

Взыскать с ФИО6 в пользу ООО «Земельно-Кадастровая Компания» денежные средства в размере 18000 рублей в счет оплаты судебной экспертизы. 

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Верховный Суд Республики Бурятия через Кабанский районный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья А.А. Максимов