Судья Метелица Е.В. Дело № 22-3627

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Кемерово 20 сентября 2019 года

Судья Кемеровского областного суда Федусова Е.А.

с участием прокурора Ушаковой Е.С.

осуждённого ФИО1, участвующего в судебном заседании посредством системы видеоконференц-связи, 

адвоката Еренской И.В.

при секретаре Лихоузове С.А. 

рассмотрела в судебном заседании 20 сентября 2019 года апелляционные жалобы осуждённого ФИО1 на приговор Гурьевского городского суда Кемеровской области от 17 мая 2019 года, которым

ФИО1, 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

осуждён по п. п. «а», «б» ч.2 ст. 158 УК РФ (по событию преступления от 20.04.2018) к 1 году 8 месяцам лишения свободы,

п. п. «а», «б» ч.2 ст. 158 УК РФ (по событию преступления от 21.04.2018) к 1 году 8 месяцам лишения свободы.

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путём частичного сложения наказаний назначено 2 года 6 месяцев лишения свободы.

В соответствии с ч.5 ст. 69 УК РФ путём частичного сложения наказания, назначенного по данному приговору, и наказания, назначенного по приговору Гурьевского городского суда Кемеровской области от 05.07.2018, окончательно к отбытию назначено 3 года лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания исчислен с 17.05.2019.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении изменена на заключение под стражу, взят под стражу в зале суда.

В срок отбытия наказания зачтено содержание ФИО1 под стражей с 27 апреля 2018 года по 5 июля 2018 года, а также наказание, отбытое по приговору Гурьевского городского суда от 5 июля 2018 года, с 5 июля 2018 года по 16 мая 2019 года. 

ФИО2, 

<

данные изъяты>

осуждён по п. п. «а», «б» ч.2 ст.158 УК РФ (по событию преступления от 20.04.2018) к 300 часам обязательных работ,

п. п. «а», «б» ч.2 ст.158 УК РФ (по событию преступления от 21.04.2018) к 300 часам обязательных работ.

На основании ч.2 ст.69 УК РФ путём частичного сложения наказаний окончательно назначено 400 часов обязательных работ. 

Срок отбытия наказания постановлено исчислять со дня начала отбывания обязательных работ.

Постановлено отбывать наказание в местах, определяемых органами местного самоуправления по согласованию с уголовно-исполнительной инспекцией, но в районе места жительства осуждённого ФИО2

Приговор Гурьевского городского суда Кемеровской области от 14.03.2019 постановлено исполнять самостоятельно.

ФИО3, 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

осуждён по п. «а», «б» ч.2 ст. 158 УК РФ к 2 годам лишения свободы.

На основании ст.73 УК РФ назначенное наказание постановлено считать условным с испытательным сроком 1 год, возложена обязанность не менять постоянного места жительства без уведомления государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осуждённых.

Изложив содержание приговора, существо апелляционных жалоб, заслушав мнение осуждённого ФИО1, адвоката Еренской И.В., поддержавших доводы апелляционных жалоб, выслушав прокурора Ушакову Е.С., полагавшую необходимым приговор суда оставить без изменения, апелляционные жалобы-без удовлетворения, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л:

приговором ФИО1 признан виновным и осуждён за кражу, т.е. тайное хищение чужого имущества, группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в помещение (2 преступления).

Преступления совершены 20.04.2018 и 21.04.2018 в 

<

данные изъяты> при обстоятельствах, изложенных в описательно-мотивировочной части приговора.

В апелляционных жалобах осужденный ФИО1, оспаривая приговор суда, приводит следующие доводы.

Указывает, что на предварительном следствии он давал показания фактически без защитника, т.к. адвокат приходила лишь к окончанию его допроса; показания на следствии даны им под давлением сотрудников правоохранительных органов.

Оспаривает квалифицирующий признак кражи «группой лиц по предварительному сговору».

Не согласен с тем, что суд не принял во внимание отказ свидетеля Л. от своих показаний на предварительном следствии.

Считает необоснованным отказ суда в удовлетворении его ходатайства о назначении судебно-

<

данные изъяты> экспертизы, поскольку ранее он 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> с 2000 по 2003, а сведения об обратном, имеющиеся в материалах уголовного дела, не соответствуют действительности.

Оспаривает явку с повинной от 27.04.2018 года по преступлению от 20.04.2018 года, в которой указано на кражу стиральной машины, т.к. данного преступления он не совершал. 

Обращает внимание на то, что его задержали 27.04.2018 года 

<

данные изъяты> привезли в 22 часа, а в протоколе допроса указано время 11-00 часов; протокол явки с повинной от 20.04.2018 года составлен в 11-00 часов, однако это время не соответствует действительности, так как в это время он находился в 

<

данные изъяты>, показания даны им 27.04.2018 года, а последующие следственные действия проводились в мае 2018 года, а не 26.04.2018 года, как указано следователем.

В суде вину в инкриминируемых деяниях признавал частично, а в протоколе судебного заседания указано на полное признание вины, что не соответствует действительности.

Не согласен с назначением в отношении ФИО3 условной меры наказания, поскольку при вынесении приговора судом не учтены его судимости по ст. ст. 115, 228 УК РФ.

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель Пинигин Н.А. просит приговор оставить без изменения, доводы жалоб – без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции находит приговор суда подлежащим изменению в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона, неправильным применением уголовного закона (п. п. 2, 3 ст.38915 УПК РФ).

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении указанных в приговоре преступлений основаны на доказательствах, полученных в порядке, установленном уголовно-процессуальным законом (за исключением явок с повинной), всесторонне, полно и объективно исследованных в судебном заседании и получивших надлежащую оценку суда.

В судебном заседании осуждённый ФИО1 вину в предъявленном обвинении признал полностью, от дачи показаний отказался, воспользовавшись положениями ст. 51 Конституции РФ.

В связи с этим судом были оглашены его показания, данные при производстве предварительного расследования, в которых ФИО1 подробно пояснял об обстоятельствах совершённых преступлений.

В частности, из показаний ФИО1 следует, что 19.04.2018 он распивал спиртное со своим знакомым ФИО2. Утром 20.04.2018 он предложил ФИО2 совершить кражу из помещения завода «

<

данные изъяты>», похитить аккумуляторы, продать их, а деньги потратить на спиртное. ФИО2 согласился. При этом договорились, что он проникнет внутрь помещения, а ФИО2 будет стоять снаружи и наблюдать за обстановкой, чтобы сообщить ему о возможной опасности. 

Кирпичная стена в одном месте была разобрана, через это отверстие в стене он проник в помещение. Там же он взял гаечный ключ и стал откручивать с погрузчика аккумулятор, но не смог, поэтому позвал ФИО2. Вместе они открутили два аккумулятора, которые принесли к нему домой. Купить похищенное он предложил своему соседу А., который нашёл покупателя по имени 

<

данные изъяты>, приобретший оба аккумулятора за 1000 руб.

На эти деньги купили спиртное и продукты питания. 

21.04.2018 он предложил ФИО2 и ФИО3 вновь проникнуть в помещение завода «

<

данные изъяты>» и похитить баллоны с кислородом и пропаном, которые он там видел 20.04.2018. Они согласились. В помещение проникли вместе с Быхом через отверстие в стене, а ФИО2 остался на улице следить за обстановкой.

Похитили два баллона, резак, шланги. 

Позже договорились вернуться за медным кабелем, который видели в помещении завода, чтобы сдать его в пункт приёма металла. Он и Бых вновь залезли в помещение через дыру в стене, открутили кабель и через дыру подали его ФИО2. Затем кабель порубили на куски, обожгли и сдали в пункт приёма металла, получив за это 14000 руб. (т.1 л.д.71-75, 184-190, т.2 л.д.3-7). 

Оснований не доверять этим показаниям осуждённого, данным с соблюдением права на защиту и требований уголовно-процессуального закона, предъявляемым к порядку проведения допросов, у суда не имелось (показания даны в присутствии защитника после разъяснения ФИО1 прав, в том числе предусмотренных ст.51 Конституции РФ, после предупреждения о том, что при согласии дать показания эти показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и при последующем отказе от этих показаний (п. 2 ч.4 ст.46, п.3 ч.4 ст.47 УПК РФ).

Протоколы допросов не содержат каких-либо заявлений и замечаний о том, что адвокат присутствовал лишь в конце допросов осуждённого, поэтому данные доводы апелляционной жалобы суд апелляционной инстанции находит надуманными.

Само по себе участие адвоката при проведении следственных действий исключает возможность оказания какого-либо давления на допрашиваемое лицо, поэтому доводы жалобы о том, что на ФИО1 оказывалось давление при проведении допросов, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными.

Заявлений об этом как в период предварительного расследования, так и на стадии судебного разбирательства от ФИО1 не поступало.

Показания, данные на предварительном следствии, также согласуются с иными исследованными в судебном заседании доказательствами и приведёнными в приговоре, и обоснованно положены в основу приговора как допустимые и достоверные.

В частности, показания ФИО1 полностью согласуются с показаниями осуждённых ФИО2 и ФИО3, данных при производстве предварительного расследования и оглашённых в судебном заседании (т.1 л.д.78-84, т.2 л.д.28-33, т.1 л.д.121-125, т.2 л.д.3-7), показаниями представителя потерпевшего А.1, свидетелей А.2, Я. Л. и других, письменными материалами уголовного дела.

Из протокола судебного заседания усматривается, что в судебном заседании тщательно исследовались приведённые в приговоре доказательства, они проанализированы судом, проверены в соответствии с правилами ст. ст. 17, 87 УПК РФ, в том числе путём их сопоставления, и им дана оценка с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а всех собранных доказательств в совокупности-достаточности для разрешения данного уголовного дела.

При этом в приговоре полно и правильно изложено содержание всех исследованных по делу доказательств, приведены выводы, касающиеся их проверки и оценки.

Оценив исследованные доказательства с учётом требований ст. 88 УПК РФ, суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства дела и пришёл к обоснованному выводу о доказанности виновности осуждённого ФИО1 в совершении указанных в приговоре преступлений. 

Действия осуждённого правильно квалифицированы по п. п. «а», «б» ч.2 ст.152 УК РФ (2 преступления) как кража, совершённая группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в помещение.

Судебное разбирательство, как это следует из протокола судебного заседания, проведено объективно и всесторонне, с соблюдением требований уголовно-процессуального закона о состязательности и равноправии сторон и выяснением всех юридически значимых для правильного разрешения уголовного дела обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, в том числе места, времени, способа совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступлений, а сторонам были созданы необходимые условия для исполнения процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, которыми они реально воспользовались. 

Суд апелляционной инстанции считает необходимым исключить из числа доказательств явки с повинной ФИО1 и ФИО3

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 г. N 55 «О судебном приговоре», в тех случаях, когда в ходе проверки сообщения о преступлении в порядке, предусмотренном ст. 144 УПК РФ, подсудимый обращался с письменным или устным заявлением о явке с повинной, и сторона обвинения ссылается на указанные в этом заявлении сведения как на одно из доказательств его виновности, суду надлежит проверять, в частности, разъяснялись ли подсудимому при принятии от него такого заявления с учетом требований ч. 1.1 ст. 144 УПК РФ права не свидетельствовать против самого себя, пользоваться услугами адвоката, приносить жалобы на действия (бездействие) и решения органов предварительного расследования в порядке, установленном главой 16 УПК РФ; была ли обеспечена возможность осуществления этих прав. 

Однако как видно из протоколов явок с повинной от 27.04.2018, 04.05.2018 ФИО1 и ФИО3 не разъяснялись указанные права, за исключением ст. 51 Конституции РФ, и возможность осуществления этих прав не была им обеспечена (т.1 л.д.69, 70,120)

Таким образом, протоколы явок с повинной нельзя признать допустимыми доказательствами, поскольку они получены с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, а потому не имеют юридической силы и не могли быть положено в основу приговора (ч.2 ст.75 УПК РФ).

Вместе с тем исключение из числа доказательств явок с повинной не влияет на вывод суда о виновности осуждённых в совершении указанных в приговоре преступлений, поскольку данный вывод суда подтверждается совокупностью бесспорных доказательств, приведённых в приговоре.

Ссылка в апелляционной жалобе на показания свидетеля Л.1 который, не являясь очевидцем преступлений, пояснял на предварительном следствии, что 22.04.2018 ФИО1 предлагал совершить ему и ФИО2 кражу, а в судебном заседании от этих показаний отказался, не влияет на выводы суда о виновности ФИО1 в совершении краж.

Доводы апелляционной жалобы в части оспаривания квалифицирующего признака кражи «группой лиц по предварительному сговору» являются несостоятельными.

Согласно ч.2 ст.35 УК РФ преступление признаётся совершённым группой лиц по предварительному сговору, если в нём участвовали лица, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления.

Как установлено судом и отражено в приговоре, договорённость о совершении преступлений была достигнута между осуждёнными до начала действий, непосредственно направленных на хищения чужого имущества, их действия носили совместный, согласованный характер и были направлены на достижение единой преступной цели-хищения чужого имущества. При этом каждый из осуждённых действовал согласно отведённой ему роли: ФИО1 проник в помещение, а ФИО2 в это время находился на улице и следил за обстановкой, чтобы в случае необходимости предупредить ФИО1 об опасности (по событию преступления от 20.04.2018). 

Квалифицируя действия осуждённых ФИО1 и ФИО2, суд правильно исходил из того, что уголовная ответственность за кражу, совершённую группой лиц по предварительному сговору, наступает и в тех случаях, когда согласно предварительной договоренности между соучастниками непосредственное изъятие имущества осуществляет один из них. Если другие участники в соответствии с распределением ролей совершили согласованные действия, направленные на оказание непосредственного содействия исполнителю в совершении преступления, в частности, подстраховывало других соучастников от возможного обнаружения совершаемого преступления, содеянное ими является соисполнительством (п.10 постановления Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике о краже, грабеже и разбое» от 27.12.2002 № 29 (в редакции от 16.05.2017), что и было установлено судом по настоящему уголовному делу.

При совершении кражи 21.04.2018 ФИО1 проник в помещение вместе с ФИО3, а ФИО2 остался на улице следить за обстановкой, что подтверждается показаниями самих осуждённых на предварительном следствии.

Похищенное имущество осуждённые реализовали совместно, деньги от реализации похищенного потратили на свои нужды.

При таких обстоятельствах суд правильно квалифицировал действия осуждённых как совершённые группой лиц по предварительному сговору.

При назначении наказания судом допущены нарушения требований Общей части УК РФ.

В соответствии с ч. 3 ст. 60 УК РФ при назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осуждённого и на условия жизни его семьи.

Как видно из приговора, при назначении наказания осуждённым суд учёл характер и степень общественной опасности совершённых преступлений, данные о личности осуждённых, обстоятельства, смягчающие и отягчающее (в отношении осуждённого ФИО1) наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осуждённых и на условия жизни их семей.

При назначении наказания ФИО1 и ФИО2 суд признал обстоятельствами, смягчающими наказание, в том числе явку с повинной ФИО1, и активное способствование ФИО1 и ФИО2 раскрытию и расследованию преступления.

Между тем ФИО1 и ФИО2 совершено 2 преступления, однако из приговора невозможно сделать вывод, при назначении наказания за какие преступления учитывались указанные смягчающие обстоятельства. 

Учитывая, что все сомнения, в том числе относительно смягчающих обстоятельств, должны толковаться в пользу осуждённых (ч. 3 ст.14 УПК РФ), суд апелляционной инстанции считает необходимым приговор изменить, учесть приведённые смягчающие наказание обстоятельства по каждому из указанных в приговоре преступлению.

Кроме того, в суде апелляционной инстанции осуждённый ФИО1 заявил, что он имеет 

<

данные изъяты> ребёнка-

<

данные изъяты> П., 

<

данные изъяты> года рождения, что подтверждается копией свидетельства о рождении ребёнка и письменными объяснениями от матери ребёнка П.1 подтвердившей, что ФИО1 действительно является отцом её 

<

данные изъяты>.

Данное обстоятельство учитывалось судом при назначении наказания по приговору от 25.01.2012 (т.1 л.д.247-248).

В соответствии с п. «г» ч.1 ст.61 УК РФ наличие 

<

данные изъяты> детей у виновного является обстоятельством, смягчающим наказание, подлежащим обязательному учёту при назначении наказания.

Учитывая приведённые обстоятельства, а также наличие смягчающих обстоятельств, предусмотренных ст.61 УК РФ, суд апелляционной инстанции считает необходимым применить ФИО1 положения ч.3 ст.68 УК РФ, смягчить ему наказание по каждому составу преступления и назначить менее строгое наказание по ч. ч. 2, 5 ст.69 УК РФ. 

Вопреки доводам жалобы суд правильно указал в приговоре на полное признание осуждённым ФИО1 вины в предъявленном ему обвинении, что соответствует протоколу судебного заседания, замечания на который не принесены (т.4 л.д.5 оборот).

Доводы апелляционной жалобы о назначении осуждённому ФИО3 условного наказания, что, по мнению ФИО1, является несправедливым, рассмотрению не подлежат ввиду того, что осуждённый не обладает процессуальными полномочиями оспаривать приговор в части наказания, назначенного другим осуждённым.

Вопреки доводам апелляционной жалобы психическое состояние осуждённого ФИО1 сомнений не вызывает, данные о том, что он находился на диспансерном наблюдении у 

<

данные изъяты>, в материалах дела отсутствуют (т.1 л.д.237).

Доводы жалобы ФИО1 относительно времени его задержания несостоятельны, поскольку по настоящему уголовному делу ему избиралась подписка о невыезде и надлежащем поведении, сведения о его задержании в материалах дела отсутствуют.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь ст.38919, 38920, 38928, 38933 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

приговор Гурьевского городского суда Кемеровской области от 17 мая 2019 года в отношении ФИО1, ФИО2, ФИО3 изменить.

Исключить из числа доказательств явки с повинной ФИО1 от 27.04.2018, явку с повинной ФИО3 от 04.05.2018.

Признать обстоятельством, смягчающим наказание, наличие у ФИО1 

<

данные изъяты> ребёнка.

Учесть явки с повинной ФИО1 и активное способствование раскрытию и расследованию преступлений по каждому преступлению.

Применить положения ч.3 ст.68 УК РФ и смягчить ФИО1 наказание: по п. п. «а», «б» ч.2 ст. 158 УК РФ (по событию преступления от 20.04.2018) до 1 года 6 месяцев лишения свободы, п. п. «а», «б» ч.2 ст. 158 УК РФ (по событию преступления от 21.04.2018) до 1 года 6 месяцев лишения свободы.

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путём частичного сложения наказаний назначить 2 года 4 месяца лишения свободы.

В соответствии с ч.5 ст. 69 УК РФ путём частичного сложения наказания, назначенного по данному приговору, и наказания, назначенного по приговору Гурьевского городского суда Кемеровской области от 05.07.2018, окончательно к отбытию назначить 2 года 8 месяцев лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Учесть активное способствование ФИО2 раскрытию и расследованию преступлений по каждому преступлению и смягчить наказание: по п. п. «а», «б» ч.2 ст.158 УК РФ (по событию преступления от 20.04.2018) до 280 часов обязательных работ, п. п. «а», «б» ч.2 ст.158 УК РФ (по событию преступления от 21.04.2018) до 280 часов обязательных работ.

На основании ч.2 ст.69 УК РФ путём частичного сложения наказаний окончательно назначить 380 часов обязательных работ. 

Считать, что период с 27.04.2018 по 05.07.2018 является отбытым наказанием по приговору от 05.07.2018, а не временем содержания ФИО1 под стражей, как ошибочно указано в приговоре.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы-без удовлетворения.

Судья Е.А. Федусова