№2-133/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

пос. Усть-Мая 14 мая 2019 года

Усть-Майский районный суд Республики Саха (Якутия) в составе председательствующего судьи Семенова К.А. единолично, при секретаре Вако Л.Р., 

с участием представителя ответчика - адвоката Харисова В.М., действующего по заявлению ответчика согласно ч.6 ст.53 ГПК РФ и представившего удостоверение №3098 и ордер №000072 от 13 мая 2019 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ООО «Дороги Усть-Маи» к ФИО1 о возмещении убытков, причиненного работником, 

У С Т А Н О В И Л:

ООО «Дороги Усть-Маи» обратилось в суд с иском к ФИО1 о взыскании денежных средств в размере 12 700 000 руб., в возмещение причиненных убытков работником. Мотивируя исковые требования тем, что ответчик ФИО1, в период с 11 августа 2016 года по 02 апреля 2018 года будучи 

<

данные изъяты> ООО «Дороги Усть-Маи», согласно платежным поручениям №40 от 03 ноября 2017 года и №41 от 16 ноября 2017 года получил в подотчет денежные средства в общем размере 12 700 000 руб. В установленный законом срок об израсходовании денежных средств не отчитался перед работодателем. В связи с чем, истец считает, что за ответчиком имеется задолженность перед предприятием как убытки, возникшие в результате причиненного работником ущерба. Трудовой договор с ответчиком ФИО1 расторгнут по инициативе работника согласно п.3 ст.77 ТК РФ на основании приказа ООО «Дороги Усть-Маи» за №9/1 от 02 апреля 2018 года. По адресу регистрации ответчика 01 марта 2019 года была направлена претензия (требование) о необходимости представить отчет с документами, подтверждающими целевое расходование подотчетных денежных средств, с предложением работнику возвратить указанную сумму по банковским реквизитам организации. Согласно почтовому уведомлению ответчик получил претензию, но до настоящего времени ответ на претензию не направил. Сумма подотчетных денежных средств, не возвращенных ответчиком, составляет в общем размере 12 700 000 руб., которые истец ООО «Дороги Усть-Маи» просит взыскать с ФИО1 в возмещение убытков. 

В судебное заседание представитель истца – адвокат Степанова О.П., представившая удостоверения №72 и ордер №50 от 15 апреля 2019 года и действующая на основании доверенности, извещенная надлежащим образом не явилась, направила письменное ходатайство о рассмотрении дела в её отсутствие. При этом указала, что исковые требования поддерживает в полном объеме и просит удовлетворить иск.

Ответчик ФИО1, надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного заседания не явился, в связи с тем, что он содержится 

<

данные изъяты> Направил письменное ходатайство о рассмотрении гражданского дела с участием его представителя – адвоката Харисова В.М. в соответствии со ст.ст.48, 53 ГПК РФ. 

Суд признает причину неявки сторон уважительными, в силу положений ст.167 ГПК РФ определил рассмотреть дело в отсутствие сторон. 

Представитель ответчика - адвокат Харисов В.М., действующий по заявлению ответчика и на основании ордера, исковые требования не признал полностью и поддержал доводы представленного ответчиком письменного возражения. Из которого следует, что представленные истцом платежные поручения не являются бесспорным доказательством получения ФИО1 денежных средств ООО «Дороги Усть-Маи». Фактически истец вводит в суд в заблуждение, не указывая движение средств по расчетному счету. В нарушение ст.247 ТК РФ истцом проверка для установления ущерба не проводилась. Более того, при расторжении трудового договора на основании подписанного соглашения, стороны взаимных претензий друг к другу не имели. Поскольку ответчику выдавались не товароматериальные ценности, а денежные суммы из кассы предприятия, учитываемые в его бухгалтерском учете, факт обнаружения не возврата подотчетной суммы а, следовательно, причинения работодателю ущерба, должен быть однозначно установлен в день, когда подотчетная сумма должна быть работником возвращена. В срок, не превышающий трех рабочих дней после дня истечения срока, на который должны быть выданы наличные деньги под отчет, подотчетное лицо обязано предъявить авансовый отчет (унифицированной формы №АО-1, утвержденный постановлением Госкомстата России от 01 августа 2001 года №55) об израсходованных суммах с приложением подтверждающих документов (например, кассовых чеков магазина). Проверка авансового отчета, его утверждение руководителем и окончательный расчет по авансовому отчету осуществляются в срок, установленный руководителем. Истец обязан был проводить своевременно учет денежных средств, выданных своим работникам под отчет в установленные сроки, а также своевременно проводить ежегодную отчетность. Отсутствие у истца распорядительного документа (приказа) о сроке возврата подотчетных сумм или не указание в существующем такого срока (как в данном случае), рассматривается контролирующими органами как неустановление сроков выдачи подотчетных сумм. Поскольку сам работодатель не установил указанного обязательного срока возврата, то он устанавливается нормативно. Нормативно срок возврата подотчетных сумм (в случае не установления его самим работодателем), установлен письмом ФНС России от 24 января 2005 года №04-1-02/704, где указано, что приказом по организации утверждается перечень лиц, которые имеют право на получение денежных средств под отчет. В приказе должны быть установлены, в частности, сроки, на которые выдаются подотчетные суммы, и их предельный размер и порядок представления авансовых отчетов. Если такого приказа в организации нет, то можно считать, что срок выдачи подотчетных сумм не установлен и, значит, расчеты по подотчетным суммам должны быть осуществлены в пределах одного рабочего дня. Учитывая срок для подачи работником авансового отчета, не превышающий трех рабочих дней после дня истечения срока, на который должны быть выданы наличные деньги под отчет, факт не возврата каждой из выданных ответчику подотчетных сумм должен нормативно устанавливаться как четвертый день после выдачи ответчику каждой из якобы выданных в 2017 году сумм. Таким образом, если учитывать даты возникновения обязательства работника и дату подачи истцом иска в суд, а также положения ст.392 ТК РФ, то годичный срок исковой давности истек до подачи иска. Учитывая положения ст.56 ГПК РФ, истцом не доказаны, ни наличие обязательства ответчика перед истцом, ни его размер, ни норма права, на основании которой данные суммы могут подлежать взысканию. В силу изложенного просит в удовлетворении иска ООО «Дороги Усть-Маи» о взыскании с ФИО1 убытков в сумме 12 700 000 руб. отказать в полном объеме.

Выслушав пояснения представителя ответчика, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст.56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п.3 ст.123 Конституции РФ и ст.12 ГПК РФ, закрепляющими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии с ч.1 ст.277 ТК РФ руководитель организации (в том числе бывший) несет полную материальную ответственность за прямой действительный ущерб, причиненный организации. Под прямым действительным ущербом согласно ч.2 ст.238 ТК РФ понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

В силу разъяснений п.5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 2 июня 2015 года №21 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении законодательства, регулирующего труд руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации» следует, что привлечение руководителя организации к материальной ответственности в размере прямого действительного ущерба, причиненного организации, осуществляется в соответствии с положениями раздела XI "Материальная ответственность сторон трудового договора" ТК РФ (главы 37 «Общие положения» и 39 «Материальная ответственность работника»). 

В ст.243 ТК РФ перечислены случаи, когда на работника может быть возложена полная материальная ответственность. В частности, в соответствии с п.2 ч.1 указанной нормы таким случаем является: недостача ценностей, вверенных работнику на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу.

В ст.247 ТК РФ закреплено, что до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов. Истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт.

Согласно разъяснениям, содержащихся в п.4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 ноября 2006 года №52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

Недоказанность одного из указанных обстоятельств исключает материальную ответственность работника.

Для освобождения от обязанности по возмещению ущерба работник обязан доказать отсутствие своей вины в возникновении недостачи и причинении ущерба работодателю.

При этом, как следует из разъяснений п.9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 ноября 2006 года №52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» полная материальная ответственность руководителя организации за ущерб, причиненный организации, наступает в силу закона (ст.277 ТК РФ), работодатель вправе требовать возмещения ущерба в полном размере независимо от того, содержится ли в трудовом договоре с этим лицом условие о полной материальной ответственности. При этом вопрос о размере возмещения ущерба (прямой действительный ущерб, убытки) решается на основании того федерального закона, в соответствии с которым руководитель несет материальную ответственность.

В соответствии с п.п.1,2 ст.44 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

Согласно ст.233 ТК РФ материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

В соответствии ст.238 ТК РФ работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

Из представленных материалов дела судом установлено, что ответчик ФИО1 в период с 11 августа 2016 года по 02 апреля 2018 года состоял в трудовых отношениях с ООО «Дороги Усть-Маи», замещая должность 

<

данные изъяты>.

В соответствии с Уставом ООО «Дороги Усть-Маи», утвержденным решением единственного участника №12/1 от 30 января 2012 года, 

<

данные изъяты> общества является единоличным исполнительным органом, осуществляет руководство текущей деятельностью общества, совершает сделки без согласования с участниками общества в пределах 200 000 руб., распоряжается имуществом общества в пределах, установленных общим собранием участников, настоящим уставом и действующим законодательством.

Согласно трудовому договору №1 от 11 августа 2016 года, изъятых в ходе обыска и представленных органами следствия по запросу суда, ответчик ФИО1, замещая должность 

<

данные изъяты>, имел право, действуя без доверенности, совершать сделки и распоряжаться имуществом общества в порядке и пределах до 200 000 руб., установленных законодательством РФ; открывать в банках расчетные и иные счета; организовать ведение бухгалтерского учета и отчетности общества.

Приказом о прекращении трудового договора с работником №106/17 от 22 ноября 2017 года следует, что с 

<

данные изъяты> ФИО1 прекращено действие трудового договора от 08 апреля 2016 года №114/16, где указано расторгнуть трудовой договор по инициативе работника п.3 ст.77 ТК РФ и дату увольнения считать последним днем отпуска 02 апреля 2018 года.

Также в материалах дела имеется представленный стороной истца приказ о прекращении трудового договора с работником №9/1 от 02 апреля 2018 года о прекращении действие трудового договора. Где указано, что с 

<

данные изъяты> ФИО1 расторгнут трудовой договор по инициативе работника п.3 ст.77 ТК РФ и уволен 02 апреля 2018 года. Увольнение с даты и по основанию, указанным в приказах, сторонами по делу не оспаривается.

С 02 апреля 2018 года трудовые отношения между сторонами прекращены, что подтверждается из сведений личной карточки работника ФИО1 

С 15 февраля 2019 года на должность 

<

данные изъяты> ООО «Дороги Усть-Маи» назначен 

<

данные изъяты>., на основании решения б/н единственного участника общества и приказа №01-19/к от 15 февраля 2019 года.

Из требования о предоставлении письменного объяснения в адрес ФИО1 за исх.№13/19 от 01 марта 2019 года подписанного единственным учредителем ООО «Дороги Усть-Маи» 

<

данные изъяты> следует, что по результатам проведенной инвентаризации ООО «Дороги Усть-Маи» за ФИО1 числится задолженность по подотченым суммам согласно справки и докладной в сумме 14 720 044 руб. 20 коп. Также в требовании указано просьба дать письменные объяснения по факту причинения ущерба в течение 2-х рабочих дней со дня получения требования. 

Из акта служебного расследования от 18 декабря 2018 года составленного комиссией ООО «Дороги Усть-Маи» следует, что по факту направления уведомления №75/18, №75-1/18 от 28 ноября 2018 года по известному адресу регистрации ФИО1 о предоставлении авансовой отчетности, акта-сверки по подотчетным средствам, либо о предоставлении письменного объяснения по полученным денежным средствам проведено служебное расследование. В ходе расследования установлено, что согласно почтовому уведомлению заказное письмо получено 15 декабря 2018 года и письменного объяснения ФИО1 не представлено. 

Из акта служебного расследования от 22 марта 2019 года составленного комиссией ООО «Дороги Усть-Маи» следует, что по факту направления повторного уведомления №13/19 от 01 марта 2019 года по известному адресу регистрации ФИО1 о предоставлении авансовой отчетности, акта-сверки по подотчетным средствам, либо о предоставлении письменного объяснения по полученным денежным средствам проведено служебное расследование. В ходе расследования установлено, что согласно почтовому уведомлению заказное письмо получено 19 марта 2019 года и письменного объяснения не представлено. 

Проанализировав представленные ООО «Дороги Усть-Маи» в обоснование иска приказы, акты служебного расследования, платежные поручения, бухгалтерские документы, суд приходит к выводу о том, что достоверными и достаточными доказательствами причинения ФИО1 материального ущерба в заявленном размере, представленные доказательства не подтверждают.

Так, в судебном заседании представитель ответчика Харисов В.М., не отрицая факт получения денежных средств ФИО1, возражал относительно наличия и размера ущерба, ссылаясь на то, что в период работы ответчика общество имела долги по налогам и зарплате перед работниками, в связи с этим были арестованы счета общества. Поэтому с целью выплаты долгов по зарплате ответчик, как руководитель был вынужден путем перечисления денежных средств через свой личный счет выплачивать зарплату, отпускные работникам. Несмотря на то, что в платежных поручениях назначение платежа указана в качестве подотчетных сумм, ответчик первую сумму в размере 6 500 000 руб. сняв из своего счета возвратил в бухгалтерию общества, для повторного проведения через счет общества. При этом в подтверждение перечисления отпускных работникам из личного счета ответчика, представил суду сведения из истории операции Сбербанка онлайн личного счета ФИО1 о перечислении 23 ноября 2017 года 

<

данные изъяты>. суммы отпускных в размере 265 664 руб. согласно расходному кассовому ордеру №810 от 23 ноября 2017 года. Также о перечислении 22 ноября 2017 года 

<

данные изъяты>. суммы отпускных в размере 114 300 руб. согласно расходному кассовому ордеру №809 от 22 ноября 2017 года. Представитель ответчика полагает, что размер недостачи мог быть достоверно установлен только путем инвентаризации денежных обязательств и наличия денежных средств в кассе, тогда как инвентаризация в период работы ответчика и после увольнения не проведена, объяснения по поводу недостачи от ответчика не истребованы своевременно, никаких претензий относительно недостачи денежных средств - не предъявлялось при увольнении ответчику работодателем.

Между тем, в соответствии с разъяснениями Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 ноября 2006 года №52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» бремя доказывания обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения спора о возмещении ущерба работником (в том числе наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; вину работника в причинении ущерба) возложено на работодателя.

На основании ст.247 ТК РФ до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.

Истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт.

В нарушение указанной нормы работодатель не доказал тот факт, что ФИО1 был ознакомлен с приказом о проведении инвентаризации либо аудиторской проверки и им были предприняты меры по истребованию от ответчика объяснений по факту и причинам возникновения ущерба.

Поскольку, факт соблюдения установленной законом процедуры привлечения работника к материальной ответственности, работодателем не доказан, что является самостоятельным основаниям для признания привлечения к такой ответственности незаконным.

Надлежащих доказательств, подтверждающих наличие материального ущерба и его размера, суду также не представлено.

Согласно ч.2 ст.11 Федерального закона от 6 декабря 2011 года №402-ФЗ «О бухгалтерском учете» размер ущерба устанавливается в ходе инвентаризации путем выявления расхождений между фактическим наличием имущества и данными бухгалтерского учета.

Порядок проведения инвентаризации определяется с учетом Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденных Приказом Министерства финансов Российской Федерации от 13 июня 1995 года №49. В соответствии с п.1.5 приведенных Методических указаний проведение инвентаризаций обязательно перед составлением годовой бухгалтерской отчетности, при смене материально ответственных лиц (на день приемки - передачи дел), при установлении фактов хищений или злоупотреблений.

Отсюда следует, что недостача денежных средств, в случае выявления фактов злоупотребления, может быть установлена только по результатам инвентаризации, проведенной в установленном порядке.

Исходя на положений, абз.4 п.27 Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации, утвержденного Приказом Минфина РФ от 29 июля 1998 года №34н, абз.4 п.1.5 Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденных Приказом Минфина РФ от 13 июня 1995 года №49 при смене материально ответственного лица работодатель должен провести инвентаризацию товарно-материальных ценностей с тем, чтобы установить наличие возможной недостачи.

Таким образом, в рассматриваемом споре проведение ООО «Дороги Усть-Маи» инвентаризации являлось обязательным для установления факта и размера причиненного ущерба.

Акты служебного расследования от 18 декабря 2018 года и от 22 марта 2019 года судом не могут быть приняты во внимание, поскольку данные акты свидетельствует о том, что ООО «Дороги Усть-Маи» направлял уведомления о предоставлении авансовой отчетности, акта-сверки по подотчетным средствам, либо о предоставлении письменного объяснения по полученным денежным средствам по известному адресу ФИО1 Как не может быть принято во внимание и требование о предоставлении письменного объяснения в адрес ФИО1 за исх.13/19 от 01 марта 2019 года подписанный единственным учредителем ООО «Дороги Усть-Маи» 

<

данные изъяты>., поскольку данное требование не может подменять результаты инвентаризации либо расцениваться в данном качестве. 

Вместе с тем, истец инвентаризацию наличия товарно-денежных ценностей в соответствии с вышеуказанными нормативными правовыми актами не проводил, а имеющиеся в материалах дела платежные документы свидетельствуют лишь о проведении отдельных финансовых операций в процессе осуществления хозяйственной деятельности ООО «Дороги Усть-Маи» и сами по себе не доказывают причинение ущерба предприятию.

Представленные в материалы дела платежные поручения №40 от 03 ноября 2017 года и №41 от 16 ноября 2017 года, на основании которых ответчиком были получены в подотчет денежные средства в размере 12 700 000 руб., не свидетельствует о проведении ревизии в порядке, установленном Методическим указаниям по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденными Приказом Министерства финансов Российской Федерации от 13 июня 1995 года №49.

Таким образом, платежные поручения, представленные истцом, также не является достоверным и достаточным доказательством как наличия самого материального ущерба, причиненного обществу ФИО1, так и его размера.

Выписки операций по лицевому счету, представленные ООО «Дороги Усть-Маи» в подтверждение перечисления и размера ущерба – судом не могут быть приняты во внимание, поскольку отсутствие первичных документов не может освобождать работодателя от обязанности определять размер ущерба установленным законом способом (путем проведения инвентаризации). Кроме того, законом не предусмотрена возможность при смене материально ответственных лиц не проводить инвентаризацию в связи с уклонением бывшего работника от дачи объяснений. Проведение инвентаризации для установления размера ущерба для ООО «Дороги Усть-Маи» в любом случае являлось обязательным, а неправомерные действия (бездействие) работника могли служить лишь основанием для продления сроков ее проведения. При этом обращает на себя внимание тот факт, что само требование о предоставлении письменного объяснения в адрес ФИО1 за исх.№13/19 новым руководителем ООО «Дороги Усть-Маи» предъявлено ответчику лишь 01 марта 2019 года, т.е. после истечения длительного времени после увольнения ответчика. 

Иные доводы истца, касающиеся неисполнения ответчиком ФИО1 своих обязанностей в период работы в ООО «Дороги Усть-Маи», в частности, по контролю за ведением бухгалтерской документации – оспариваемые ответчиком на исход дела не влияют, поскольку выводы о недоказанности юридически значимых обстоятельств - не опровергают.

С учетом вышеизложенного, требования ООО «Дороги Усть-Маи» о взыскании материального ущерба (убытков), причиненных работником - удовлетворению не подлежат.

В соответствии с п.2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 ноября 2006 года №52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», исходя из смысла пп.1 п.1 ст.333.36 НК РФ к истцам, которые освобождаются от уплаты государственной пошлины по искам о взыскании заработной платы (денежного содержания) и иным требованиям, вытекающим из трудовых правоотношений, а также по искам о взыскании пособий, относятся работники, а не работодатели.

Учитывая это, а также принимая во внимание, что в соответствии со ст.393 ТК РФ при обращении в суд с иском по требованиям, вытекающим из трудовых отношений, от уплаты пошлин и судебных расходов освобождаются только работники, работодатель при подаче искового заявления о возмещении ущерба, причиненного работником, обязан уплатить государственную пошлину в размере, предусмотренном пп.1 п.1 ст.333.19 НК РФ.

При принятии иска определением суда от 29 марта 2019 года истцу ООО «Дороги Усть-Маи» была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины, следовательно, с истца, которому в удовлетворении иска отказано, в соответствии с абз.5 п.1 ч.1 ст.333.19 НК РФ в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 60 000 руб. при цене иска 12 700 000 руб. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ООО «Дороги Усть-Маи» к ФИО1 о возмещении убытков, причиненного работником отказать полностью.

Взыскать с ООО «Дороги Усть-Маи» в доход местного бюджета муниципального района «Усть-Майский улус (район)» Республики Саха (Якутия) государственную пошлину в размере 60 000 (шестьдесят тысяч) рублей 00 копеек.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Саха (Якутия) в течение месяца со дня вынесения окончательного решения через Усть-Майский районный суд Республики Саха (Якутия).

Мотивированное решение составлено 20 мая 2019 года.

Председательствующий: п/п К.А. Семенов

Копия верна: 

Судья Усть-Майского 

районного суда 

Республики ФИО2 Семенов

Секретарь суда Л.В. Решетникова