2-6897/2017

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

20 ноября 2017 года г. Уфа

Кировский районный суд г. Уфы Республики Башкортостан в составе председательствующего судьи Сиражитдинова И.Б., при секретаре Сафиуллиной А.Р., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Прокуратуре Республики Башкортостан о компенсации морального вреда и вреда здоровью, причиненного бездействием руководителей,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Прокуратуре РБ о компенсации морального вреда и вреда здоровью, причиненного бездействием руководителей. В обоснование требований указал, что 20 июня 2000 г. около 15 часов в городе Кумертау его с Свидетель №1 незаконно задержали сотрудники Мелеузовского ГРОВД. После задержания Свидетель №1 поместили в Кумертауское ГРОВД за нарушение паспортного режима, так как паспорт сами же и отобрали сотрудники Мелеузовского ГРОВД. А ФИО1 доставили в Мелеузовское ГРОВД. По дороге в машине и по прибытию в кабинете подвергли пыткам. Затем добивались самооговора, составили протокол задержания от 20.06.2000 г., допросили в качестве подозреваемого по ст. 111 ч. 4 УК РФ.

21.06.2000 г. посредством пыток истца принуждали оговорить себя в ряде других нераскрытых преступлений, находившихся в производстве следователя ФИО13. Были нарушены права на пользование защитником, принуждая отказываться пользоваться услугами адвоката.

27 и 29 июня 2000 г. в ИВС Мелеузовского ГРОВД начальником ФИО14 у истца приняты жалобы, но не зарегистрированы и не переданы начальнику следственного отдела прокуратуры ФИО2 на действия следователя и в суд по вопросу содержания под стражей и изменения меры пресечения, избранной прокурором Искужиным по постановлению от 22.06.2000 г.

В последующем при наличии возможности из СИЗО 1/3 г. Стерлитамак истцом были поданы жалобы в Прокуратуру РБ, которые были переправлены Мелеузовскому межрайонному прокурору.

В данных жалобах от 17.07.2000 г. под №3349, от 08.08.2000 г. под №3656, от 01.09.2000 г. под №3977 и от 04.09.2000 г. под №4002 и других истец обжаловал действия дознавателя, следователей, бездействие начальника следственного отдела, заявил отвод прокурору Искужину и отказывался от этапирования из СИЗО 1/3 г. Стердитамак в ИВС г. Мелеуз, просил о проведении расследования в СИЗО 1/3 г. Стерлитамак. 

Однако, его жалобы отправлены в Мелеузовскую межрайонную прокуратуру под №15-23-00 от 27.07.2000 г., от 18.08.2000 г., от 14.09.2000 г., и другие отправлены без должного рассмотрения.

При этом, в ответах от имени Мелеузовского межрайонного прокурора от 01.09.2000, от 12.09.2000 и других по делу 1-184ш-00, 1-157ш-00 стоят росписи начальника следственного отдела, чьи действия он обжаловал, который не уполномочен приносить представления и протесты на судебные решения по делу и не направил копии жалоб для приобщения к материалам уголовного дела, переданного в суд по ст. 105 ч. 1 УК РФ, так как исправлены протокол задержания и допроса в качестве подозреваемого от 20.06.2000 г. по ст. 111 ч. 4 УК РФ. 

В связи с этим 19.09.2000 г. своим противоправным бездействием по факту преступных действий дознавателя, следователей, прокурора, начальник следственного отдела ФИО3 довёл до аутоагрессии (суицида), «резал без ножа» и до настоящего времени не ознакомили с постановлением о возбуждении уголовного дела по ст. 111 ч. 4 УК РФ и о его прекращении для обращения за возмещением ущерба и вреда.

На основании изложенного истец просит суд присудить компенсацию морального вреда и вреда здоровью, причиненного бездействием руководителя следственного отдела ФИО3 в период с 20.06.2000 до 02.10.2000 г. в размере 140 000 руб. и обязать органы прокуратуры принять жалобы к рассмотрению уполномоченным прокурором.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, поскольку отбывает наказание в ФКУ ИК-4 УФСИН РФ по РБ, извещен надлежащим образом.

Представитель ответчика Прокуратуры РБ ФИО4 (доверенность в деле) в судебном заседании исковые требования не признал, просил в удовлетворении иска отказать.

Ответчик Министерство финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по РБ явку своего представителя на судебное заседание не обеспечил, извещен надлежащим образом.

Суд, руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, считает возможным рассмотреть дело в отсутствии истца, ответчика.

Заявленные в иске свидетели Свидетель №1, ФИО5, ФИО6, Свидетель №3 на судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом. Суд предпринимал попытку вызова данных лиц, в связи с чем судебное слушание переносилось на более позднюю дату, однако указанные свидетели в суд не явились.

Учитывая изложенное, а также, что истцом заявлен спор о компенсации морального вреда, причиненного бездействием руководителя следственного отдела, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствии указанных свидетелей.

Выслушав доводы представителя ответчика, изучив и оценив материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в частности из договоров и иных сделок.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10 от 20.12.1994 года (с последующими редакциями) под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Пунктом 3 приведенного Постановления Пленума Верховного Суда РФ разъяснено, что в соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Из анализа вышеприведенных правовых норм следует, что для возложения обязанности по компенсации морального вреда истца на ответчиков необходимо наличие всех оснований, предусмотренных для наступления деликтной ответственности: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда; причинная связь между ними и вина причинителя вреда, поскольку законом в этом случае не предусмотрено иных специальных условий ответственности.

При этом в силу ст. 56 ГПК РФ бремя доказывания того, что вред причинен ответчиком, а также наличие причинной связи между возникшим вредом и действиями (бездействием) причинителя вреда, лежит на истце, а бремя доказывания отсутствия вины в причинении вреда лежит на лице, причинившем вред.

Обосновывая свои исковые требования, истец указал, что своим противоправным бездействием, выразившимся в не должном рассмотрении жалоб ФИО1 на действия дознавателя, следователя, а также в не ознакомлении с постановлением о возбуждении и прекращении уголовного дела, начальник следственного отдела ФИО3 довёл истца до суицида.

Между тем, каких либо доказательств в обосновании своих доводов истцом не представлено.

Согласно письма Мелеузовской межрайонной прокуратуры №14д-2009 от 17.09.2009 г., жалобы ФИО1, рассмотренные Мелеузовской межрайонной прокуратурой в 2000-2002 годах, уничтожены в связи с истечением срока хранения.

Как следует из приговора Мелеузовского районного суда от 20.10.2000 г., которым ФИО1 признан виновным в совершении преступлений по ст. 158 ч. 2 п. Б, Г, ст. 30 ч. 3, 105 ч. 1 УК РФ, попытка суицида ФИО10 была совершена с целью оказать давление на органы расследования.

Определением судебной коллегии по уголовным делам ВС РБ от 27.02.2001 г. приговор Мелеузовского районного суда РБ от 20.10.2000 г. в отношении ФИО1 оставлен без изменения.

Согласно ч. 4 ст. 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Таким образом, судом установлено, что попытка суицида ФИО1 не связана с бездействием руководителя следственного отдела ФИО3, а была направлена на оказание давления на органы расследования.

Кроме того, ч. 1 ст. 123 УПК РФ действия (бездействие) и решения дознавателя, начальника подразделения дознания, начальника органа дознания, органа дознания, следователя, руководителя следственного органа, прокурора и суда могут быть обжалованы в установленном настоящим Кодексом порядке участниками уголовного судопроизводства, а также иными лицами в той части, в которой производимые процессуальные действия и принимаемые процессуальные решения затрагивают их интересы.

Согласно ч. 2 ст. 24 УПК РФ по результатам рассмотрения жалобы прокурор, руководитель следственного органа выносит постановление о полном или частичном удовлетворении жалобы либо об отказе в ее удовлетворении.

В соответствии с ч. 5 ст. 125 УПК РФ по результатам рассмотрения жалобы судья выносит одно из следующих постановлений:

1) о признании действия (бездействия) или решения соответствующего должностного лица незаконным или необоснованным и о его обязанности устранить допущенное нарушение;

2) об оставлении жалобы без удовлетворения.

Таким образом, законодательство Российской Федерации предусматривает порядок признания незаконным или необоснованным действий (бездействий) в том числе руководителя следственного органа.

Между тем, истцом не представлено доказательств признания бездействия руководителя следственного отдела ФИО3 в указанном выше порядке.

Анализируя изложенное выше, руководствуясь положениями ст. 151 ГК РФ и разъяснениями, содержащимися в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ N 10 от 20.12.1994 года, суд приходит к выводу, что истцом не представлены достаточные, достоверные и убедительные доказательства того, что ему нанесен моральный вред и наступил он ввиду неправомерных действий ответчика, отсутствует и причинно-следственная связь между действиями либо бездействием ответчика и указанными в иске обстоятельствами.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Прокуратуре Республики Башкортостан о компенсации морального вреда и вреда здоровью, причиненного бездействием руководителей – отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Республики Башкортостан через Кировский районный суд г. Уфы в течение месяца с даты составления мотивированного решения.

Судья И.Б. Сиражитдинов