Дело № 2-1308/2017

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

(мотивированное)

17 октября 2017 года г. Красный ФИО1

Ростовская область

Судья Красносулинского районного суда Ростовской области Мищенко Е.В.

при секретаре Сергеевой Л.Н.,

с участием помощника Красносулинского городского прокурора Савенкова В.Ю.

представителя истца адвоката Еремеева С.С.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к АО «Донской Антрацит» о взыскании компенсации морального вреда

у с т а н о в и л :

Истец обратился в Красносулинский районный суд с иском к АО «Донской Антрацит» о взыскании компенсации морального вреда по тем основаниям, что истец 22 октября 2013 года был принят 

<

данные изъяты> с полным рабочим днем на подземной работе в АО «Донской Антрацит». 20 декабря 2016 года у истца было установлено профессиональное заболевание и 22 мая 2017 года установлена 

<

данные изъяты> утраты трудоспособности по профзаболеванию. Согласно акта № № о случае профессионального заболевания от 26 апреля 2017 года установлена причинно-следственная связь между возникшим у истца заболеванием и вредными условиями труда. Истец испытывает сильные боли, а кроме физической боли испытывает нравственные страдания, так как в связи с установлением группы инвалидности истец был вынужден уволиться с работы, материальное положение ухудшилось. Добровольно ответчик компенсацию морального вреда истцу не выплачивал. Считает, что ответчик должен ему выплатить компенсацию морального вреда, исходя из следующего расчета: 54988,51 руб. (средний заработок) х 20 % (п.5.4 Соглашения работодателей и полномочных представителей работников угольных предприятий о размере компенсации морального вреда закреплено в Федеральном отраслевом соглашении (ФОС) по угольной промышленности РФ на 2013-2016 годы) х 40 % (утраты трудоспособности)– 37607,20 руб. (пособие, выплаченное ФСС) = 402300,88 руб. Просит суд взыскать с АО «Донской Антрацит» в пользу истца компенсацию морального вреда в сумме 402300,00 руб. и расходы на оплату услуг адвоката в сумме 20000,00 руб.

Истец ФИО2 в судебном заседании поддержал исковые требования по основаниям, изложенным в иске и пояснил, что в период работы у ответчика было выявлено профессиональное заболевание и установлено 

<

данные изъяты> Он вынужден был уволиться, ФСС выплатило ему пособие 37607 рублей. Он может работать, но работодатели не желают его принимать на работу из-за инвалидности, в связи с чем он не может устроиться на работу. Основным источником дохода его семьи был его заработок, в связи с заболеванием существенно снизились его доходы. Кроме того он испытывает боли в ноге, вынужден принимать лекарства. Просит исковые требования удовлетворить в полном объеме.

В судебном заседании представитель истца по доверенности адвокат Еремеев С.С. заявленные исковые требования ФИО2 поддержал в полном объеме по основаниям, указанным в иске и пояснил, что средний заработок истца рассчитан ФСС, которому сведения о заработке подавались ответчиком. АО «Донской Антрацит» из Отраслевого Соглашения по угольной промышленности не выходило, кроме того существует Коллективный договор, где также указана выплата. Просил исковые требования ФИО2 удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика АО «Донской Антрацит» в судебное заседание не явился, о слушании дела был извещен надлежащим образом (л.д. 79), о причинах неявки суду не сообщил, с ходатайством об отложении слушания дела в суд не обращался, требование суда о предоставлении справки о среднем заработке истца не исполнил, указанные сведения к началу судебного заседания не представил, в связи с чем дело рассмотрено в порядке ч.4 ст. 167 ГПК РФ в отсутствие представителя ответчика.

Суд, выслушав стороны, мнение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению, изучив материалы дела, считает, что исковые требования подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В силу ст. ст. 20, 41 Конституции Российской Федерации, ст. 150 ГК Российской Федерации жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

Согласно ст. 151 ГК Российской Федерации причинение вреда здоровью дает потерпевшему право на компенсацию морального вреда.

Согласно ч. 3 ст. 37Конституции Российской Федерациикаждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены. 

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", п. п. 4, 5 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 15 декабря 2000 г. N 967, под несчастным случаем на производстве понимается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

Пунктом 3 ст. 8 указанного Закона предусмотрено, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда (п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 г. N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний").

При этом, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается.

Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Трудовое законодательство предусматривает в качестве основной обязанности работодателя обеспечить безопасность труда и условия, отвечающие требованиям охраны и гигиены труда, то есть создавать такие условия труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника.

В соответствии со ст. 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий труда и охраны труда возлагаются на работодателя.

В случае, если работнику был причинен вред жизни или здоровью, работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, федеральными законами и иными правовыми актами (ст. 22 ТК Российской Федерации).

В силу ч. 2 ст. 5 ТК РФ в коллективных договорах, соглашениях, а также в локальных нормативных правовых актах и трудовых договорах возможно закрепление дополнительных по сравнению с действующим законодательством гарантий работникам и случаев их предоставления.

Пунктом 5.4 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности РФ на период с 01.04.2013 г. по 31.03.2016 г. (продлено до 31 декабря 2018 года "Соглашением о продлении срока действия Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации на период с 01.04.2013 года по 31.03.2016 года", утв. Российским независимым профсоюзом работников угольной промышленности, Общероссийским отраслевым объединением работодателей угольной промышленности 26.10.2015 г.) предусмотрено, что в случае установления впервые работнику, занятому в организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля (сланца), утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания в счет возмещения морального вреда работодатель обеспечивает выплату единовременной компенсации из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременного пособия, выплачиваемого из Фонда социального страхования РФ).

Пунктом 9.3 Коллективного договора по вопросам труда и социальных гарантий на 2015 - 2017 годы установлено, что в случае установления впервые работнику общества утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания в счет компенсации морального вреда работодатель обеспечивает выплату единовременной компенсации из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременного пособия, выплачиваемого из Фонда социального страхования РФ).

В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Из разъяснений, данных в п.63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 г. № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового Кодекса Российской Федерации", следует, что в соответствии со ст.237 ТК РФ компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В судебном заседании установлено, что ФИО2 на момент установления у него профессионального заболевания, работал в АО «Донской Антрацит» 

<

данные изъяты> с полным рабочим днем на подземной работе (л.д. 13-17). 

Соглашение о денежной компенсации морального вреда сторонами в судебном заседании не достигнуто. В ходе рассмотрения судебного спора контррасчет по сумме заявленных требований ответчиком в суд не представлено.

Судом у ответчика были истребованы сведения о среднем заработке истца, однако на момент рассмотрения дела указанные сведения суду не представлены.

Поскольку ответчик, на ком лежала обязанность представить доказательства среднего заработка работника, таких доказательств суду не представил, в связи с чем суд в соответствии с ч. 1 ст. 68 ГПК РФ исходит из объяснений истца, представленного им расчета, и справки АО «Донской антрацит» от 17 октября 2017 года №, согласно которых средний заработок истца на момент установления утраты профессиональной трудоспособности составил 54988,51 рублей (л.д. 66,81).

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу истца, суд исходит из того, что факт причинения вреда здоровью истца вследствие профессионального заболевания подтвержден материалами дела.

Как указано в п. 20 Акта № о случае профессионального заболевания от 26 апреля 2017 года – непосредственной причиной заболевания послужило воздействие физических нагрузок (л.д. 25-28). Вышеназванным актом подтверждена причинно-следственная связь выявленного у истца профессионального заболевания с вредными условиями труда, длительностью их воздействия по месту его работы у ответчика.

Согласно медицинских документов, у ФИО2 установлен основной диагноз: 

<

данные изъяты> (л.д.35-42).

Таким образом, доказано, что истец испытывал воздействие вредных факторов при исполнении трудовых обязанностей в период работы у ответчика и что профзаболевание впервые установлено ему в период работы именно в АО «Донской Антрацит». Факт причинения вреда здоровью истца доказан.

В соответствии с требованиями ст.1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. 

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными ст.151 ГК РФ и ст.ст. 1099-1101 ГК РФ. Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие материальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Суть морального вреда состоит в том, что работник переживает факт нарушения его прав. В целях обеспечения правильного и единообразного применения законодательства, регулирующего компенсацию морального вреда, наиболее полной и быстрой защиты интересов потерпевших, согласно Пленуму Верховного Суда РФ в Постановлении от 20.12.1994 г. № 10 указано, что суду, в целях обеспечения правильного и своевременного разрешения возникшего спора, необходимо по каждому делу выяснять характер взаимоотношений сторон и какими правовыми актами они регулируются, допускает ли законодательство возможность компенсации морального вреда по данному виду правоотношений, и, если такая ответственность установлена, когда вступил в силу законодательный акт, предусматривающий условия и порядок компенсации вреда в этих случаях, а также когда были совершены действия, повлекшие причинение морального вреда. Суду необходимо также выяснить, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные и физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме или иной материальной форме, он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

Закон не содержит ограничений для компенсации морального вреда в случаях, когда нарушены не только трудовые права работника, но и права принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье и т.п.), поэтому, споры о компенсации морального вреда регулируются гражданским законодательством и иными Федеральными законами, регулирующими ответственность для случаев причинения гражданину морального вреда, действиями нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага. В соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда, является вина причинителя. 

Судом установлена вина работодателя в получении профзаболевания на производстве истцом. 

Однако, истец не требует от ответчика компенсации морального вреда, сверх установленного Соглашения работодателей и полномочных представителей работников угольных предприятий о размере компенсации морального вреда закреплено в Федеральном отраслевом соглашении (ФОС) по угольной промышленности РФ на 2013-2016 годы, согласно которого в случае установления впервые работнику общества утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания в счет возмещения морального вреда работодатель обеспечивает выплату единовременной компенсации из расчета не менее 20% среднего заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременного пособия, выплачиваемого из ФСС).

Истец просит взыскать с ответчика единовременную компенсацию в счет возмещения вреда здоровью, предусмотренную Коллективным договором из расчета: 54988,51 руб. (средний заработок) х 20 % (п.5.4 Соглашения работодателей и полномочных представителей работников угольных предприятий о размере компенсации морального вреда закреплено в Федеральном отраслевом соглашении (ФОС) по угольной промышленности РФ на 2013-2016 годы) = 10997,70 руб. х 40 % (утраты трудоспособности) = 439908,08 руб. – 37607,20 руб. (пособие, выплаченное ФСС) = 402300,88 руб.

Требуемый истцом размер компенсации морального вреда, по мнению суда, учитывает степень вины работодателя, и иные заслуживающие внимания обстоятельства, физические и нравственные страдания истца. Кроме того, компенсация морального вреда осуществляется, когда вред причинен жизни и здоровью гражданина источником повышенной опасности, которым в данном случае является АО «Донской Антрацит», где истец работал на вредном производстве. 

На основании ст. 33.19 ч.1 п.3 НК РФ, суд взыскивает с ответчика госпошлину в доход местного бюджета в размере 300 руб., также в порядке ст. 100 ГПК РФ расходы на представителя, подтвержденные соответствующими документами, в сумме 20000 рублей в пользу истца, поскольку заявлений о чрезмерности данной суммы ответчик не заявлял, и считая данную сумму разумной.

Руководствуясь ст. 12, 56, 194-198, 209 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 удовлетворить.

Взыскать с АО «Донской Антрацит» (ОГРН № в пользу ФИО2

- единовременную компенсацию в счет возмещения морального вреда в размере 402300 (четыреста две тысячи триста) рублей 88 копеек;

- расходы на представителя в сумме 20000 (двадцать тысяч) рублей,

а всего взыскать 422300 (четыреста двадцать две тысячи триста) рублей 88 копеек.

Взыскать с АО «Донской Антрацит» (ОГРН №) государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 300 (триста) рублей 00 копеек. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Ростовского областного суда через Красносулинский районный суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 19 октября 2017 года.

Судья: Е.В. Мищенко