РЕШЕНИЕ

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

15 июня 2017 года г. Тула

Зареченский районный суд г. Тулы в составе:

председательствующего Климовой О. В.,

при секретаре Батовой А. И.,

с участием заместителя прокурора Зареченского района г. Тулы Балашовой Е. И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-563/2017 по иску ФИО1 . к обществу с ограниченной ответственностью «Спецтрансмонолит – Т» об отмене дисциплинарных взысканий, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, денежных средств, компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Спецтрансмонолит – Т» об отмене дисциплинарных взысканий, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, денежных средств, компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований указал, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он состоял в трудовых отношениях с ответчиком. ДД.ММ.ГГГГ ему было объявлено три выговора. Полагал, что процедура объявления выговоров была проведена с нарушением трудового законодательства, поскольку ДД.ММ.ГГГГ ему предложили дать письменные объяснения по ненадлежащему исполнению его должностных обязанностей, однако фактически время для дачи данных объяснений ему предоставлено не было. Ссылался на то, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он был нетрудоспособен в связи с болезнью, а ДД.ММ.ГГГГ уже был вынесен приказ о его увольнении. 

Указал также, что по его заявлению ответчик не представил документов, послуживших основанием для объявления ему выговоров. 

Отметил, что в уведомлениях от ДД.ММ.ГГГГ, а также приказах № № 92, 93, 94, генеральный директор ответчика ссылается на должностную инструкцию истца от ДД.ММ.ГГГГ, которая уже утратила силу, поскольку было утверждено новое штатное расписание с образованием новых должностей и переподчинением 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты> непосредственно генеральному директору ответчика, что не было отражено в документации о промышленной безопасности предприятия. 

Ссылался на то, что в уведомлении № 1 и в акте № 1 о несчастном случае на производстве разнятся причины получения травмы 

<

данные изъяты> ФИО11 

В уведомлении № 2 ему инкриминируется необеспечение надлежащего и своевременного ремонта оборудования, однако в журнале передачи смен не указывалось о какой-либо неисправности установки 

<

данные изъяты> на момент произошедшей утечки 

<

данные изъяты>. Полагал, что установка находилась в исправном состоянии.

Относительно уведомления № 3 указал, что в них содержится ссылка на договоры поставки газа, заключенные между ООО «

<

данные изъяты>» и ЗАО «

<

данные изъяты>», сотрудником которой он не является, ввиду чего не имел возможности проводить сверки взаиморасчетов по данным договорам. Указал также, что платежи по поставке газа включались в реестр генеральным директором, ставить подписи на акте по принятому газу он правомочий не имел, печать ЗАО «

<

данные изъяты>» находилась у генерального директора ответчика ФИО5

О необходимости уплаты авансовых платежей в соответствии с договорами в своих служебных записках он сообщал генеральному директору ответчика. Указал, что на предприятии ответчика не разработана учетная политика, не определен порядок оплаты счетов в организации, а в связи с изменением штатного расписания не утверждены новые должностные инструкции, в том числе для должности генерального директора. 

Считал, что ему неправомерно была невыплачена квартальная премия в ДД.ММ.ГГГГ, указав на выполнение им квартального плана. 

Полагал также неправомерной не выплату ему годового денежного поощрения при выполнении плана на ДД.ММ.ГГГГ, выплачиваемую непосредственно за ДД.ММ.ГГГГ, несмотря на наличие у предприятия денежных средств на данные цели. 

Также указал, что незаконное объявление ему выговоров спровоцировало стресс и резкое ухудшение состояние его здоровья, 

<

данные изъяты>. 

Уточнив, заявленные требования в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса РФ, просил восстановить его на работе в должности 

<

данные изъяты> ООО «Спецтрансмонолит-Т» с оплатой вынужденных прогулов, взыскать с ответчика заработок за время вынужденного прогула с ДД.ММ.ГГГГ на момент вынесения решения суда в размере 

<

данные изъяты>. в месяц, премию за ДД.ММ.ГГГГ в размере 

<

данные изъяты>., 

<

данные изъяты> премию за ДД.ММ.ГГГГ в размере 

<

данные изъяты>., денежное поощрение по итогам ДД.ММ.ГГГГ в размере 

<

данные изъяты>, компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты> 

Истец ФИО1 в судебном заседании заявленные исковые требования поддержал в полном объеме. Пояснил, что у ответчика наличествовали необходимые для выплаты годовой премии денежные средства, однако данная выплата им произведена все же не была. Считал, что данную премию ответчик обязан был выплатить, так как она является составной частью его заработной платы. Одновременно просил признать незаконным приказ о его увольнении. 

Представитель ответчик по доверенности ФИО2 в судебном заседании исковые требований не признал. Пояснил, что истец был уволен за систематическое нарушение должностной инструкции, что подтверждается 3 выговорами в отношении него за 3 совершенных им дисциплинарных проступка. Указал, что премия за 4 квартал 2016 года не была выплачена никому из работников ответчика. 

Представитель ответчика по доверенности ФИО3 в судебном заседании исковые требований не признала. Считала, что причинение истцу морального вреда доказано не было. При этом не оспаривала, что ч. 1 ст. 193 Трудового кодекса РФ ответчиком была нарушена при вынесении всех дисциплинарных взысканий. Также была нарушена процедура увольнения. Однако полагала, что восстановление истца на работе нецелесообразно, поскольку между сторонами возник конфликт интересов, который будет порождать сложности в работе истца у ответчика. Ссылалась на то, что премия является поощрением, мерой материального стимулирования работников и только генеральный директор принимает решение, выплачивать ее или нет. 

Представитель государственной инспекции труда в Тульской области в судебное заседание не явился, о его времени и месте извещен своевременно и надлежащим образом.

В соответствии с положениями ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд счел возможным рассмотреть данное гражданское дело в отсутствие не явившегося лица. 

Выслушав объяснения сторон, показания свидетеля, исследовав письменные материалы дела, получив заключение заместителя прокурора Зареченского района г. Тулы Балашовой Е. И. о том, что заявленные исковые требования подлежат частичному удовлетворению, а именно в части восстановления на работе и взыскания среднего заработка за время вынужденного прогула в связи с допущенными ответчиком при увольнении истца нарушениями трудового законодательства, взыскании компенсации морального вреда в размере, определенном на усмотрение суда, и не подлежат удовлетворению в части взыскания трех видов премий, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ истцом ФИО1 и ООО «Спецтрансмонолит-Т» заключен трудовой договор №, на основании которого истец был принят на работу на должность 

<

данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с п. 2.1 данного трудового договора истец обязан надлежащим образом выполнять свои функции и обязанности в соответствии с должностной инструкцией и распоряжениями директора. 

Непосредственно с должностной инструкцией №5, утвержденной ДД.ММ.ГГГГ., ФИО1 ознакомлен под роспись.

С ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 на основании приказа о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) был уволен по основаниям п. 5 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ (неоднократное неисполнение работником без уважительных причин трудовых обязанностей, если он имеет дисциплинарное взыскание). 

В соответствии со ст. 21 Трудового кодекса РФ работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, трудовую дисциплину.

Согласно статье 189 Трудового кодекса РФ дисциплина труда - обязательное для всех работников подчинение правилам поведения, определенным в соответствии с настоящим Кодексом, иными федеральными законами, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. 

В соответствии с положениями статьи 192 Трудового кодекса РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание; выговор; увольнение по соответствующим основаниям.

В силу пункта 5 части 1 статьи 81 Трудового кодекса РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случаях неоднократного неисполнения работником без уважительных причин трудовых обязанностей, если он имеет дисциплинарное взыскание.

Поскольку увольнение по пункту 5 части 1 статьи 81 Трудового кодекса РФ является одним из видов дисциплинарных взысканий, на него распространяется установленный статьей 193 Трудового кодекса РФ порядок применения дисциплинарных взысканий.

Статьей 193 Трудового кодекса РФ предусмотрено, что до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания. Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников. Дисциплинарное взыскание не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка, а по результатам ревизии, проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки - позднее двух лет со дня его совершения. В указанные сроки не включается время производства по уголовному делу. За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание. Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

В пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 33 названного постановления Пленума Верховного Суда РФ, при разрешении споров лиц, уволенных по пункту 5 части первой статьи 81 Кодекса за неоднократное неисполнение без уважительных причин трудовых обязанностей, следует учитывать, что работодатель вправе расторгнуть трудовой договор по данному основанию при условии, что к работнику ранее было применено дисциплинарное взыскание и на момент повторного неисполнения им без уважительных причин трудовых обязанностей оно не снято и не погашено. Применение к работнику нового дисциплинарного взыскания, в том числе и увольнение по пункту 5 части первой статьи 81 Кодекса, допустимо также, если неисполнение или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей продолжалось, несмотря на наложение дисциплинарного взыскания.

ДД.ММ.ГГГГ приказом № 92 ФИО1 объявлен выговор за ненадлежащее исполнение своих должностных обязанностей в соответствии с пунктами №№ 3, 5, 7, 14 раздела 2 должностной инструкции в части контроля за результатами работы технических служб, осуществлении своевременного и надлежащего ремонта оборудования. Основанием для издания данного приказа, согласно его содержанию, является акт от ДД.ММ.ГГГГ о выявлении дисциплинарного проступка.

Согласно акту №4 от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ выявлен дисциплинарный проступок 

<

данные изъяты> ФИО1, отражающий ненадлежащее исполнение должностных обязанностей по пунктам 3, 5, 7, 14 должностной инструкции в части контроля за действиями работников вверенной 

<

данные изъяты> службы, по обеспечению надлежащего и своевременного ремонта оборудования системы 

<

данные изъяты>, что спровоцировало ситуацию оказавшую влияние на безопасность условий труда в цехе и вредное воздействие на окружающую среду, что подтверждается служебной запиской № 

<

данные изъяты> ФИО8

В материалах дела имеется уведомление №2 от ДД.ММ.ГГГГ, в котором указано, что ФИО1 предложено дать письменное объяснение по ненадлежащему исполнению должностных обязанностей. 

В акте №8 от ДД.ММ.ГГГГ об отказе работника ознакомиться с данным уведомлением указано, что ФИО1 были представлены уведомления о предоставлении письменного объяснения, с данными уведомлениями он ознакомился, но от подписи отказался.

Из изложенного следует, что в нарушение установленного п. 1 ст. 193 Трудового кодекса РФ порядка, ФИО1 дать письменные объяснения по нарушению трудовой дисциплины было предложено ДД.ММ.ГГГГ, то есть в день издания приказа №92 от ДД.ММ.ГГГГ о применении дисциплинарного взыскания.

В этой связи истец был лишен возможности реализовать свое право дать письменные объяснения по истечении двух дней с момента, когда они были затребованы ответчиком. 

Акт об отказе ФИО1 дать письменные объяснения по факту указанного в приказе №92 от ДД.ММ.ГГГГ дисциплинарного проступка суду не представлен, следовательно, при издании данного приказа ответчиком были нарушены вышеуказанные положения ч. 1 ст. 193 Трудового кодекса РФ.

Также в тот же день, ДД.ММ.ГГГГ издан приказ №93, которым ФИО1 объявлен выговор за ненадлежащее исполнение его должностных обязанностей в соответствии с пунктами №№ 2, 14 раздела 2 должностной инструкции в части контроля за деятельностью вверенных технических служб и обеспечения сокращения издержек. Основанием для издания данного приказа, согласно его содержанию, является акт №5 о выявлении дисциплинарного проступка от ДД.ММ.ГГГГ.

Из имеющегося в материалах дела акта №5 от ДД.ММ.ГГГГ о выявлении дисциплинарного проступка следует, что ответчиком ДД.ММ.ГГГГ был выявлен дисциплинарный проступок 

<

данные изъяты> ФИО1, заключающийся в нарушении пунктов №№ 2,14 раздела 2 должностной инструкции в части обеспечения сокращения издержек и контроля результатов работы вверенных 

<

данные изъяты> служб, что повлекло переплату по услугам газоснабжения за фактически не выбранные объемы и необоснованные расходы в ДД.ММ.ГГГГ более чем на 

<

данные изъяты>. руб. и подтверждается служебной запиской от ДД.ММ.ГГГГ заместителя генерального директора по 

<

данные изъяты> ФИО9, банковской выпиской за ДД.ММ.ГГГГ.

В уведомлении №3 от ДД.ММ.ГГГГ указано, что ФИО1 предложено дать письменное объяснение по ненадлежащему исполнению должностных обязанностей, с которым он ознакомился, но от подписи отказался.

Таким образом, ФИО1 дать письменные объяснения по нарушению трудовой дисциплины было предложено ДД.ММ.ГГГГ, то есть в день издания приказа о применении дисциплинарного взыскания от ДД.ММ.ГГГГ №, что повлекло лишение его возможности реализовать свое право дать письменные объяснения по истечении двух дней с момента, когда они были затребованы работодателем. 

При этом суду не представлено актов об отказе ФИО1 от дачи письменных объяснений по факту указанного в приказе №93 от ДД.ММ.ГГГГ дисциплинарного проступка.

В этой связи суд полагает, что ответчик нарушил приведенные выше положения п.1 ст. 193 Трудового кодекса РФ.

Приказом №94 от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 объявлен выговор за ненадлежащее исполнение своих должностных обязанностей в соответствии с пунктами №№ 3, 4, 14 должностной инструкции №5, утвержденной ДД.ММ.ГГГГ, в части контроля за соблюдением требовании локальных нормативных актов по охране труда и технике безопасности. Основанием для его издания, согласно его содержанию, является акт о выявлении дисциплинарного проступка от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно акту №3 от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ выявлен дисциплинарный проступок 

<

данные изъяты> ФИО1, отражающий ненадлежащее исполнение должностных обязанностей по обеспечению контроля за соблюдением работниками требований локальных нормативных актов по охране труда и технике безопасности, повлекших производственную травму, что подтверждается служебной запиской № от ДД.ММ.ГГГГ специалиста по охране труда ФИО15 формой №, выданной ГУЗ ТГКБСМП им. Д. Я. Ваныкина.

В уведомлении №1 от ДД.ММ.ГГГГ указано, что ФИО1 предложено дать письменные объяснения по данному факту. 

При этом согласно данному уведомлению производственная травма с 

<

данные изъяты> ФИО11 произошла при осуществлении газосварочных работ на колесном диске телескопического погрузчика 

<

данные изъяты>.

Между тем в акте № о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ указано, что причиной получения производственной травмы стало то, что в момент подкачки 

<

данные изъяты> ФИО12 спущенного колеса погрузчика «

<

данные изъяты>» на площадке у 

<

данные изъяты> под давлением вылетел 

<

данные изъяты> и ударил по 

<

данные изъяты> находившегося рядом ФИО11, в результате чего ФИО11 получил травму. О случившемся 

<

данные изъяты> ФИО12 сообщил 

<

данные изъяты> ФИО13

В качестве лица, допустившего нарушение требований охраны труда, указан ФИО13, принято решение в срок до ДД.ММ.ГГГГ разработать и утвердить инструкцию по охране труда при работе с компрессором по подкачке шин. 

Приказом от ДД.ММ.ГГГГ за допущенные проступки в ходе исполнения должностных обязанностей по обеспечению техники безопасности на производстве и последовавшие претензии к работе структурного подразделения ФИО13 был лишен премии за ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ генеральным директором ответчика утверждена инструкция по охране труда при работе компрессором для подкачки шин №.

Однако акта об отказе ФИО1 от дачи объяснений суду не представлено, что свидетельствует о нарушении ответчиком ч. 1 ст. 193 Трудового кодекса РФ.

Более того, в силу п. 3 ст. 193 Трудового кодекса РФ, дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

Как было указано выше, дисциплинарный проступок технического директора ФИО1, на который указано в акте № 3 был выявлен ДД.ММ.ГГГГ, а приказ №94 о применении дисциплинарного взыскания за данный дисциплинарный проступок издан работодателем ДД.ММ.ГГГГ, что свидетельствует о нарушении ответчиком вышеприведенных положений п. 3 ст. 193 Трудового кодекса РФ.

Изложенное приводит суд к выводу о нарушении ответчиком установленного действующим трудовым законодательством порядка привлечения истца к дисциплинарной ответственности приказами № № 92, 93, 94.

В материалах дела имеется приказ от ДД.ММ.ГГГГ об увольнении истца по п. 5 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ.

Основанием для увольнения в данном приказе указано: наличие приказов №№ 92,93,94 от ДД.ММ.ГГГГ.

Однако, увольнение по п. 5 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ является одним из видов дисциплинарных взысканий, а доказательств соблюдения ответчиком установленного ст. 193 Трудового кодекса РФ порядка применения такого дисциплинарного взыскания представлено не было. 

Нарушение данного порядка стороной ответчика оспорено при рассмотрении дела по существу не было, напротив, представителем ответчика по доверенности ФИО3 указано на то, что такого рода нарушения были допущены. 

Изложенные выше обстоятельства дела приводят суд к выводу о законности заявленных истцом требований о признании незаконным приказа от ДД.ММ.ГГГГ о его увольнении с занимаемой должности. 

В статье 394 Трудового кодекса РФ изложены последствия вынесения решения по трудовому спору об увольнении работника. 

Так, пунктом 1 указанной статьи предусмотрено, что в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

Следовательно, заявленное ФИО1 требование о восстановлении его на работе в должности 

<

данные изъяты> ООО «Спецтрансмонолит-Т» подлежит удовлетворению.

Пунктом 2 статьи 394 Трудового кодекса РФ установлено, что орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.

Поскольку увольнение ФИО1 было признано судом первой неправомерным, следовательно, истец был незаконно лишен работодателем возможности трудиться, в связи с чем, работодатель, в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 234 Трудового кодекса РФ, обязан возместить ему неполученный заработок за все время вынужденного прогула.

В силу разъяснений п. 62 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» средний заработок для оплаты времени вынужденного прогула определяется в порядке, предусмотренном ст. 139 Трудового кодекса РФ.

Применительно к ч. 3 ст. 139 Трудового кодекса РФ и п. 4, абз. 3, 4 п. 9 Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 24.12.2007 N 922, при любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. 

Средний дневной заработок, кроме случаев определения среднего заработка для оплаты отпусков и выплаты компенсаций за неиспользованные отпуска, исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за отработанные дни в расчетном периоде, включая премии и вознаграждения, учитываемые в соответствии с п. 15 настоящего Положения, на количество фактически отработанных в этот период дней.

Как следует из содержания справок о доходах физического лица (истца) за ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, за период с марта ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ доход истца составил 

<

данные изъяты>

В трудовом договоре, заключенном сторонами указано, что ФИО1 установлен пятидневный график работы на условиях суммированного учета рабочего времени (п. 3.1. договора).

В п. 13 Постановления Правительства РФ от 24.12.2007 N 922 (ред. от 10.12.2016) «Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы» при определении среднего заработка работника, которому установлен суммированный учет рабочего времени, кроме случаев определения среднего заработка для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска, используется средний часовой заработок.

Средний часовой заработок исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за отработанные часы в расчетном периоде, включая премии и вознаграждения, учитываемые в соответствии с пунктом 15 настоящего Положения, на количество часов, фактически отработанных в этот период.

Средний заработок определяется путем умножения среднего часового заработка на количество рабочих часов по графику работника в периоде, подлежащем оплате.

Ответчиком суду представлена справка о том, что количество фактически отработанных часов истцом за указный период составило 1 879 дней. Данное обстоятельство оспорено стороной истца не было.

Количество дней вынужденного прогула истца, согласно сведениям производственного календаря, составляет 56 дня (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (день вынесения решения).

Исходя из материалов дела, у истца был установлен восьмичасовой рабочий день.

Таким образом, расчет среднего заработка за время вынужденного прогула истца таков: 

<

данные изъяты> : 1 879 часов * (56 дней * 8 часов) = 

<

данные изъяты>

В этой связи суд полагает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца средний заработок за время вынужденного прогула в сумме 

<

данные изъяты>.

Также суд принимает во внимание, что в силу положений ст. 211 Гражданского процессуального кодекса РФ решение суда о взыскании заработной платы и восстановления на работе подлежит немедленному исполнению.

Разрешая требование истца о взыскании в его пользу с ответчика премий за 

<

данные изъяты>, а также премий по итогам ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ в целом, суд приходит к следующему.

Заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда (п. 1 ст. 135 Трудового кодекса РФ).

Согласно п. 3.1. заключенного сторонами ДД.ММ.ГГГГ трудового договора №, истцу установлен должностной оклад в размере 

<

данные изъяты> в месяц, согласно штатному расписанию, а также доплата, надбавки и поощрительные выплаты, которые устанавливаются в Положении об оплате труда работников.

Данные положения отвечают требованиям п. 2 ст. 135 Трудового кодекса РФ, в силу которых системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Порядок премирования первоначально был установлен ответчиком в утвержденном ДД.ММ.ГГГГ генеральным директором ООО «Спецтрасмонолит-Т» Положении об оплате труда и материальном стимулировании работников ООО «Спецтрасмонолит-Т».

В разделе 3 данного Положения установлен порядок и условия премирования за производственные результаты руководителей, специалистов и служащих. 

Согласно данному разделу выплата премии ежемесячно производится при наличии средств и при условии выполнения квартального плана по доходам.

В соответствии с разделом 5 Положения, устанавливающего порядок и условия поощрения работников по результатам деятельности за год, такого рода выплата по итогам рабочего года являет собой исключительно поощрение работника.

В разделе 8 Положения указано, что основаниям для начисления премии являются данные бухгалтерской и статистической отчетности, а также данные оперативного учета, учет показателей при этом осуществляется нарастающим итогом с начала года, а размеры премий, поощрений, надбавок заместителю директора и руководителям структурных подразделений устанавливается непосредственно генеральным директором.

ДД.ММ.ГГГГ генеральным директором ООО «Спецтрансмонолит-Т» было утверждено новое положение о премировании за достижение ключевых показателей эффективности ООО «Спецтрансмонолит-Т».

В данном положении установлено понятие «Премия», согласно которому премией является вознаграждение сотрудника, размер и факт выплаты которого зависит от индивидуальных результатов деятельности сотрудника (достижении ключевых показателей), от результатов работы подразделения и финансовых результатов ООО «Спецтрансмонолит-Т». 

Впоследствии, ДД.ММ.ГГГГ генеральным директором ООО «Спецтрансмонолит-Т» было утверждено Положение об оплате труда и материальном стимулировании работников ООО «Спецтрансмонолит-Т», согласно содержанию которого оно введено в целях материальной заинтересованности работника в повышении качества выпускаемой продукции, улучшения культуры производства, эффективной и рациональной организации выполняемой работы, повышения уровня ответственности.

В п. 3.1. и п. 3.2. данного Положения установлено, что премирование руководителей осуществляется ежемесячно в размере должностного оклада в соответствии с ключевыми показателями эффективности, а дополнительное премирование работников производится при наличии средств на эти цели и при условии выполнения квартального плана по доходам по решению генерального директора. 

Осуществление премирования работников ответчиком по приведенным выше Положениям подтверждено показаниями свидетеля Юн Е. Б., которая также пояснила, что ни за 4 квартал 2016 года, ни за 2016 год никто премий не получал. Оснований сомневаться в показаниях свидетеля суд не усматривает, так как они непротиворечивы, согласуются с иными доказательствами по делу.

Приведенные положения отвечают положениям ст. 191 Трудового кодекса РФ, согласно которым работодатель поощряет работников, добросовестно исполняющих трудовые обязанности (объявляет благодарность, выдает премию, награждает ценным подарком, почетной грамотой, представляет к званию лучшего по профессии).

Вопреки доводам стороны истца спорные премии не являются составляющей его заработной платы, а представляют собой меры материального стимулирования работников ответчика.

Таким образом, принятие решение о выплате спорных премий является исключительной прерогативой генерального директора, основанной на двух факторах: наличии необходимых средств в ООО «Спецтрансмонолит-Т» и показателей работы каждого сотрудника. 

В этой связи судом не установлено правовых оснований для принудительного взыскания с ответчика в пользу истца премии за ДД.ММ.ГГГГ в размере 

<

данные изъяты>., премии за ДД.ММ.ГГГГ в размере 

<

данные изъяты>., премии ДД.ММ.ГГГГ в размере 

<

данные изъяты>.

ФИО1 суду заявлено исковое требование о взыскании в его пользу компенсации морального вреда в сумме 

<

данные изъяты>

Стороной ответчика при этом указано на то, что причинение истцу морального вреда своего доказательственного подтверждения при рассмотрении дела по существу не получило. 

Между тем, положениями п. 4 ст. 3 и п. 9 ст. 394 Трудового кодекса РФ суд правомочен удовлетворить требование работника, уволенного без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения, о компенсации морального вреда.

В п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что поскольку Трудовой кодекс РФ не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

В соответствии со статьей 237 Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Принимая во внимание приведенные выше законоположения в правовой совокупности с разъяснениями к ним, учитывая неправомерность увольнения истца с занимаемой им должности ответчиком, суд считает, что компенсация морального вреда в размере 

<

данные изъяты> в данном случае будет отвечать требованиям разумности и справедливости с учетом конкретных обстоятельств настоящего дела и степени нарушения трудовых прав истца вследствие незаконного увольнения, ввиду чего именно данный размер компенсации морального вреда определяет ко взысканию с ответчика в пользу истца. 

Согласно п. 8 ст. 333.20 Налогового Кодекса РФ в случае, если истец освобожден от уплаты государственной пошлины в соответствии с настоящей главой, государственная пошлина уплачивается ответчиком (если он не освобожден от уплаты государственной пошлины) пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

Аналогичное положение содержится в ч.1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ, в соответствии с которой издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Истцы по искам о взыскании заработной платы (денежного содержания) и иным требованиям, вытекающим из трудовых правоотношений, а также по искам о взыскании пособий, в силу п. 1 ч. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса РФ, освобождаются от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым судами общей юрисдикции.

Таким образом, с ООО «Спецтрансмонолит-Т» в доход бюджета муниципального образования г. Тула подлежит взысканию государственная пошлина в размере 

<

данные изъяты> руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд 

решил:

исковые требования ФИО1 . удовлетворить частично.

Признать незаконным приказ от ДД.ММ.ГГГГ об увольнении ФИО1 . по п. 5 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ.

Восстановить ФИО1 . на работе в должности 

<

данные изъяты> ООО «Спецтрансмонолит-Т».

Взыскать с ООО «Спецтрансмонолит-Т» в пользу ФИО1 . средний заработок за время вынужденного прогула в сумме 

<

данные изъяты>, компенсацию морального вреда в сумме 

<

данные изъяты>.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать. 

В части восстановления на работе и взыскания среднего заработка за время вынужденного прогула решение подлежит немедленному исполнению.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Спецтрансмонолит – Т» в доход бюджета муниципального образования город Тула государственную пошлину в размере 

<

данные изъяты> рублей. 

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Тульского областного суда путем подачи апелляционной жалобы в Зареченский районный суд г. Тулы в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Мотивированный текст решения изготовлен 19 июня 2017 года.

Председательствующий О. В. Климова