Дело № 2-358/2018 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

2 ноября 2018 г. с. Топчиха

Топчихинский районный суд Алтайского края в составе: 

председательствующего Епишевой Т.И., 

при секретаре Скоробогатовой Я.И., 

с участием представителя ответчика ФИО2, 

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО3 к Межмуниципальному отделу Министерства внутренних дел Российской Федерации «Топчихинский», Министерству финансов Российской Федерации в лице УФК по Алтайскому краю, Министерству внутренних дел Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, 

у с т а н о в и л:

ФИО3, отбывающий наказание в ФКУ ЛИУ-1 УФСИН России по Алтайскому краю, обратился в суд с иском о взыскании с ИВС РОВД Топчихинского района 500 000 руб. в счет возмещения морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями его содержания в Топчихинском ИВС. 

В обоснование иска он указал, что в периоды с 24 июля по 19 октября 2000 г., с 14 декабря по 13 марта 2002 г., с 17 мая по сентябрь 2005 г., 29 ноября 2006 г., 6 февраля 2008 г. периодически содержался в ИВС Топчихинского района. Условия содержания в ИВС РОВД по Топчихинскому району не соответствовали стандартам, предусмотренным законодательством, а именно он был лишен возможности свободно дышать свежим воздухом. Вентиляция в камерах отсутствовала. В камерах № 3, 4, в которых он содержался, норма площади не соответствовала количеству человек в них содержащихся. Так, в камерах на 2-х человек содержалось до 5 человек. Спать приходилось на деревянном полу, кровати отсутствовали, матрасы и постельные принадлежности не выдавались. В оконном проеме отсутствовала форточка. Освещение камеры осуществлялось при помощи небольшой лампочки, огороженной спереди, из – за чего он сильно потерял зрение. Гигиенические пакеты не выдавались. Оправка в туалет производилась в баки, которые постоянно находились в камерах и раз в сутки их выносили для очистки содержимого. Из-за чего в камерах стоял неприятный запах. «Шуба» стен содержала множество клопов, тараканов и бельевых вшей. Прожарка и стирка белья не проводилась. Нормы питания также не соблюдались, кормили один раз в день. Прогулка проводилась не более 10 минут. В камерах он длительное время содержался с больными туберкулезом. В камерах отсутствовала раковина, вода, что приносило неудобства. Нахождение в ИВС в ненадлежащих условиях причинило ему сильные нравственные и физические страдания, унижающие его честь и достоинство. 

Определением Топчихинского районного суда от 24 августа 2018 г. к участию в деле в качестве соответчика привлечено Министерство внутренних дел Российской Федерации.

Истец ФИО3 отбывает наказание в местах лишения свободы, о рассмотрении дела извещен надлежащим образом, гражданский процессуальный кодекс не предусматривает возможность этапирования осужденных в суды для рассмотрения гражданских дел, ходатайство о рассмотрении дела с его участием посредством видеоконференц-связи истец не заявил.

Представитель ответчика МО МВД России «Топчихинский» ФИО2 в судебном заседании просила в удовлетворении иска ФИО3 отказать по доводам, изложенным в письменном отзыве о том, что ФИО3 в обоснование своих требований не представил каких-либо доказательств. Документы об условиях содержания истца в ИВС в указанные им периоды не сохранились в связи с истечением срока их хранения. В соответствии со ст. 258 Перечня, утвержденного приказом МВД РФ от 30.06.2012 № 655, технические паспорта зданий, строений, сооружений, учреждений, организаций и предприятий хранятся в течение 5 лет после сноса здания, сооружения. В марте 2010 года ИВС с. Топчиха был реорганизован, перемещен в другую часть здания МО, полностью переоснащен, в соответствии с требованиями законодательства. Паспорт технической укрепленности, который имеется в настоящее время, не соответствует ИВС с. Топчихи 2008 года. В связи с истечением срока хранения технический и санитарный паспорта ИВС 2008 года уничтожены, акт об уничтожении не составлялся.

Длительное не обращение истца в установленном законом порядке за защитой своего нарушенного права привело к истечению сроков хранения номенклатурных дел, регистрационных журналов и их уничтожению, что лишило ответчика возможности представить доказательства, опровергающие доводы истца. 

В 2008 г. канализация в камерах отсутствовала, при этом вывод спецконтингента в туалет производился покамерно, при проведении утренних и вечерних санитарно-гигиенических мероприятий. Кроме того, для оправления естественных надобностей в камерах были установлены баки с крышками, которыми подозреваемые и обвиняемые могли пользоваться в течение дня и в ночное время, данные баки были отгорожены от общего пользования помещения камеры плотным тканевым полотном – своеобразным экраном приватности, два раза в день в утреннее и вечернее время баки выносились в выгребную яму, после чего обрабатывались соответствующим дезинфицирующим раствором. 

В соответствии с правилами внутреннего распорядка ИВС подозреваемых и обвиняемых, которые были утверждены приказом МВД России № 950 от 22.11.2005 г. «Об утверждении Правил внутреннего распорядка ИВС обвиняемых и подозреваемых органов внутренних дел» (далее - Правила) лица, содержащиеся в ИВС обязаны соблюдать требования гигиены и санитарии, проводить уборку камер и других помещений ИВС в порядке очерёдности, дежурный по камере обязан, кроме всего прочего, выносить и мыть бачок для оправления естественных надобностей (при отсутствии камерного санузла). 

В связи с отсутствием душевых кабин подозреваемым и обвиняемым предоставлялись тазы и горячая вода для помывки (ст. 48 Правил), а также кипяченая вода для питься выдавалась ежедневно с учетом потребности. 

Прожарка спальных принадлежностей, личного белья подозреваемых и обвиняемых ИВС ОВД по Топчихинскому району производилась в камерах для прожарки белья и стиральных машинах в центральной районной больнице 

<

адрес>. 

В камерах имелась естественная вентиляция, в оконных блоках были форточки. В зимний период вентиляция осуществлялась с помощью вентилятора, который находился в коридоре, создавалась принудительная вентиляция, под дверьми в камерах были щели и свежий воздух имел место доступа. Освещение в камерах соответствовало нормам, камеры были оборудованы искусственным и естественным освещением. 

Ведение покамерных карточек в 2008 г. нормативными актами предусмотрено не было. В отсутствии сведений о том, в какой камере содержался истец, проверить его доводы о наполняемости камер и с кем именно он находился в камере, не представляется возможным. 

Гигиенические принадлежности имелись в ИВС в достаточном количестве, которые обновлялись и пополнялись по мере необходимости. ФИО3 в обоснование доводов об отсутствии гигиенических принадлежностей не представлено доказательств наличия необходимости в индивидуальных средствах гигиены, а также фактов обращения к администрации ИВС с просьбой их выдать и получения необоснованных отказов.

Санитарная обработка камер проводилась регулярно специальной службой из г. Алейска, доводы истца о наличии в камерах клопов и вшей не состоятельны. Стены были побелены, а полы окрашены надлежащим образом.

В период содержания в ИВС ФИО3 с жалобами на условия содержания не обращался, в установленном законом порядке действия (бездействия) должностных лиц ИВС незаконными не признавались.

Таким образом, в период содержания истца в ИВС существенные нарушения норм по материально-бытовому обеспечению отсутствовали, а обеспеченные в соответствии с требованиями закона условия содержания в ИВС нельзя рассматривать как бесчеловечные или унижающие достоинство.

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения исковых требований о взыскании компенсации морального вреда, по мнению ответчика, не имеется.

Кроме того, ответчик обращает внимание суда на то, что ФИО3 содержался в ИВС в связи с тем, что подозревался в совершении преступления, и если он и испытывал нравственные страдания, то нелогично было бы думать, что они были вызваны ни фактом привлечения его к уголовной ответственности и лишением свободы, а тем, что, со слов истца, в камере были ненадлежащие условия содержания. Он содержался в ИВС в 2000-2008 г., при этом с иском обратился в суд только в 2018 году (спустя 10-18 лет), что вызывает сомнение в причинении ему морального вреда именно ненадлежащими условиями во время содержания в ИВС, к тому же им не представлены доказательства наличия препятствий для своевременной защиты своих нарушенных прав.

Также, по мнению ответчика, суд должен учесть, что ФИО3 в настоящее время осужден и отбывает наказание в ФКУ ЛИУ-1 УФСИН России по Алтайскому краю. 

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Алтайскому краю в судебное заседание не явился, представив письменный отзыв, в котором просит в удовлетворении иска ФИО3 отказать, ссылаясь на то, что Министерство финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Алтайскому краю не является надлежащим ответчиком по настоящему иску. Доказательств нарушений действиями заявленного ответчика условий содержания истца в ИВС, причинивших моральный вред, истцом не представлено. Доводы истца основаны на субъективной оценке. В настоящее время истец содержится в исправительном учреждении, что свидетельствует о длительном и длящимся противоправном поведении истца. Опровергнуть доводы истца не представляется возможным по вине самого истца. Наблюдается намеренное затягивание истцом времени для обращения за защитой своих нарушенных прав. Столь длительное не обращение истца за защитой своих прав, указывает на отсутствие у него нравственных страданий. Размер денежной компенсации, заявленный истцом, противоречит требованиям разумности и справедливости. 

Представитель ответчика Министерства внутренних дел Российской Федерации в лице ГУ МВД России по Алтайскому краю в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дело в отсутствие представителя МВД России, представив письменный отзыв, в котором просит в удовлетворении иска ФИО3 отказать, ссылаясь на то, что вина сотрудников ИВС в причинении нравственных страданий в периоды содержания истца в ИВС не установлена. В нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истец достаточных доказательств нарушения его прав не представил. Исковое заявление не содержит сведений об обращении истца в периоды его содержания в ИВС в уполномоченные органы по поводу нарушения его законных прав и интересов. Ответчик обращает внимание суда на то, что ФИО3 содержался в ИВС в связи с тем, что подозревался в совершении преступления, и если он и испытывал нравственные страдания, то нелогично было бы думать, что они были вызваны ни фактом привлечения его к уголовной ответственности и лишением свободы, а тем, что, со слов истца, в камере были ненадлежащие условия содержания. Исходя из принципа разумности и справедливости, учитывая степень страданий, которые претерпел истец, периоды содержания его под стражей в ИВС, отсутствие сведений об ухудшении здоровья истца, личность истца, считают, что заявленная сумма 500 000 руб. является необоснованно завышенной и несоразмерна степени нравственных страдании истца. Кроме того, ответчик ссылается на судебную практику Европейского Суда о применении шестимесячного срока для подачи жалобы в суд. Фактически ФИО3 оспаривает действия должностных лиц. Указанные требования должны рассматриваться по правилам административного судопроизводства. Иск предъявлен в 2018 г., по истечении трехмесячного срока с момента, когда ему стало известно о нарушении его прав. Учитывая отсутствие доказательств физических или нравственных страданий, причинно-следственной связи, недоказанностью вины должностных лиц, кратковременный период содержания истца в ИВС, просит в удовлетворении исковых требований отказать. 

В соответствии со статьёй 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) суд признал возможным рассмотрение дела в отсутствие истца и не явившихся представителей ответчиков. 

Выслушав объяснения представителя ответчика МО МВД России «Топчихинский» ФИО2, изучив материалы дела, суд принимает следующее решение. 

Согласно статье 21 Конституции Российской Федерации достоинство личности охраняется государством. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению и наказанию.

В соответствии со статьей 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Согласно статье 3 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания. 

Если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд в силу статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. 

Статьёй 1069 ГК РФ установлено, что вред, причинённый гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. 

В соответствии с частью 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой (т.е. статьями 1099-1101) и статьёй 151 настоящего Кодекса. 

Согласно статье 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Согласно информации начальника МО МВД России «Топчихинский» на запрос суда, в архиве МО МВД России «Топчихинский» по состоянию на 12.09.2018 г. из запрашиваемой судом документации за 2000 – 2008 г.г. в наличии:

журнал учета лиц, содержавшихся в Топчихинском ИВС ин. №, период: ДД.ММ.ГГ-ДД.ММ.ГГ;

журнал медицинских осмотров лиц, содержащихся в ИВС инв. №, период: ДД.ММ.ГГ-ДД.ММ.ГГ;

журнал регистрации дезинфекции (дезинсекции) одежды и постельных принадлежностей в дезинфекционной камере ИВС инв. №, период: ДД.ММ.ГГ-ДД.ММ.ГГ.

На хозяйственные документы не заводится номенклатура дел, а ведется накопительное дело, в связи с чем, данные документы подлежат уничтожению по окончании проведения ревизий, проверок либо по истечении 5 лет хранения, в соответствии со ст. 246 Перечня. Акт об уничтожении данных документов не составляется.

В соответствии со ст. 258 Перечня технические паспорта зданий, строений, сооружений, учреждений, организаций и предприятий хранятся в течение 5 лет после сноса здания, сооружения. В марте 2010 года ИВС с. Топчиха был реорганизован, перемещен в другую часть здания МО, полностью переоснащен, в соответствии с требованиями законодательства. Паспорт технической укрепленности, который имеется в настоящее время, не соответствует ИВС с. Топчихи 2008 года. В связи с истечением срока хранения технический и санитарный паспорта ИВС 2008 года уничтожены, акт об уничтожении не составлялся.

Судом установлено и следует из материалов дела, что приговором Топчихинского районного суда от 19.10.2000 г. ФИО3 был осужден по ст. 158 ч. 2 п. «а,в» Уголовного кодекса Российской Федерации (далее по тесту - УК РФ) к 2 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 3 года, освобожден из под стражи в зале судебного заседания, под стражей содержался с 25.07.2000г. 

Приговором Топчихинского районного суда от 13 марта 2002 г. с учетом изменения ФИО3 осужден по ст. 166 ч.1, ст.70 УК РФ по приговору от 19.10.2000 г. к 4 годам лишения свободы, зачесть в срок отбытия наказания содержание под стражей с 14 по 17 ноября 2001г., с 14 декабря 2001г. по 13 марта 2002г.

Приговором Топчихинского районного суда от 25 июля 2002 г. ФИО3 осужден по ст. 161 ч.2 п. «б,в» УК РФ к 3 годам лишения свободы. 

Приговором Топчихинского районного суда от 27 июля 2005 г. ФИО3 осужден по ст. 158 ч.3 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы, срок наказания с 27.05.2005г.

Приговором Топчихинского районного суда от 24 августа 2005 г. ФИО3 осужден по ст. 158 ч.3 УК РФ, ст. 69 ч. 5 УК РФ по приговору от 27 июля 2005 г. к 2 годам 7 месяцам лишения свободы, зачесть в срок отбытого наказания время содержания под стражей с 27 мая 2005г. 

Приговором Топчихинского районного суда от 2 октября 2006 г. ФИО3 осужден по ст. 158 ч.2 п. «б», ст. 161 ч. 1 УК РФ, ст.69 ч.2 УК РФ к 1 году 1 месяцу лишения свободы, условно с испытательным сроком 6 месяцев, освобожден из-под стражи в зале суда, зачесть в срок отбытия наказания время содержания под стражей с 14 сентября 2006г. по 2 октября 2006г. 

Приговором мирового судьи судебного участка Топчихинского района от 29 ноября 2006 г. ФИО3 осужден по ст. 158 ч. 1 УК РФ, ст. 70 УК РФ по приговору от 12.09.2005г. к 1 году лишения свободы, срок наказания с 29 ноября 2006г. 

Приговором мирового судьи судебного участка Топчихинского района от 06 февраля 2008 г. ФИО3 осужден по ст. 158 ч. 1 УК РФ, ст. 70 УК РФ по приговору от 29.11.2006г. к 10 месяцам лишения свободы, срок наказания с 06 февраля 2006г. 

Согласно журналу учета лиц, содержащихся в ИВС, 06.02.2008 г. ФИО3 водворен в ИВС по постановлению суда, 08.02.2008 г. направлен в изолятор 

<

адрес>. 

Согласно журналу медицинских осмотров лиц, содержащихся в ИВС, 06.02.2008 г. замечаний и предложений по санитарному состоянию ИВС у ФИО3 нет, о чем имеется его подпись. Кроме того, 08.02.2008 г. проведено обследование ФИО3, в указанном журнале имеется отметка «Жалоб нет» и подпись ФИО3

Из журнала регистрации дезинфекции (дезинсекции) одежды и постельных принадлежностей в дезинфекционной камере ИВС видно, что ДД.ММ.ГГ, ДД.ММ.ГГ, ДД.ММ.ГГ, ДД.ММ.ГГ были проведены дезинфекционные мероприятия ОПД г. Алейск «Центр гигиены и эпидемиологии».

Таким образом, суд считает доказанным факт пребывания ФИО3 в ИВС ОВД по Топчихинскому району периодически с ДД.ММ.ГГг. по ДД.ММ.ГГг., с ДД.ММ.ГГг. по ДД.ММ.ГГг., ДД.ММ.ГГг. по ДД.ММ.ГГг., с ДД.ММ.ГГг. по ДД.ММ.ГГг., ДД.ММ.ГГг., в период с 6 февраля по ДД.ММ.ГГ 

Доказательств содержания истца в ИВС ОВД по Топчихинскому району в иные периоды времени материалы дела не содержат.

В период содержания истца в изоляторе временного содержания порядок и условия содержания под стражей лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступления, регулировались нормами Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» и Правилами внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утверждённых Приказом МВД РФ от 22.11.2005 № 950. 

В силу статьи 4 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

В соответствии со статьёй 7 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ наряду со следственными изоляторами местами содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых являются изоляторы временного содержания (ИВС) органов внутренних дел.

Согласно части 3 статьи 9 указанного Федерального закона (в редакции, действовавшей на момент содержания истца под стражей) изоляторы временного содержания органов внутренних дел являются подразделениями милиции общественной безопасности (местной милиции) и финансируются за счёт средств федерального бюджета по смете Министерства внутренних дел Российской Федерации. 

В соответствии со статьей 23 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Подозреваемым и обвиняемым предоставляется индивидуальное спальное место, бесплатно выдаются постельные принадлежности, посуда и столовые приборы, туалетная бумага, а также по их просьбе в случае отсутствия на их лицевых счетах необходимых средств индивидуальные средства гигиены. Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров.

Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей (статья 15 Закона).

Согласно Правилам внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденным Приказом Министерства внутренних дел Российской Федерации от 22 ноября 2005 года № 950 (далее – Правила), действовавшим в период содержания истца в ИВС, подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, пожарной безопасности, нормам санитарной площади в камере на одного человека, установленным Федеральным законом (пункт 42 Правил).

Камеры ИВС оборудуются санитарным узлом с соблюдением необходимых требований приватности (п.45 Правил). 

В силу пункта 2 указанных Правил дежурный по камере действительно обязан подметать и мыть пол в камере, производить уборку камерного санузла, а также выносить, мыть и дезинфицировать бачок для оправления естественных надобностей (при отсутствии камерного санузла). 

Из справки начальника МО МВД России «Топчихинский» на запрос суда следует, что с 2000 - 2008 г. в ИВС ОВД по Топчихинскому району ввиду отсутствия центральной канализационной системы вывод спецконтингента в туалет производился покамерно, при проведении утренних и вечерних санитарно-гигиенических мероприятий. Кроме того, в течение дня орготходы собирались в биотуалеты и выбрасывались в выгребную яму, после чего баки обрабатывались 3 % раствором хлорной извести, данные баки были отгорожены от общего пользования помещения камеры плотным тканевым полотном – своеобразным экраном приватности. 

Так как возможность помывки в душе должна предоставляться подозреваемому и обвиняемому не реже одного раза в неделю, в связи с отсутствием душевых кабин подозреваемым и обвиняемым предоставлялись тазы и горячая вода для помывки (ст. 48 Правил), а также кипяченая вода для питья выдавалась ежедневно с учетом потребности.

В соответствии со ст. 45 Правил камеры в вышеуказанный период времени был и оборудованы индивидуальными спальными местами – нарами, матрасами. Согласно статье 17 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлении» подозреваемые и обвиняемые имеют право пользоваться собственными постельными принадлежностями. Как в 2000-2008 г., так и по настоящее время подозреваемые и обвиняемые активно пользуются данным правом; в случае отсутствия постельных принадлежностей у подозреваемых и обвиняемых, администрацией ИВС им всегда выдаются казённые принадлежности. Истец не доказал, что у него отсутствовала возможность воспользоваться таким правом, ввиду не предоставления постельных принадлежностей администрацией ИВС.

Пункт 14 Правил внутреннего распорядка ИВС устанавливает необходимость обработки одежды и белья в дезинфекционной камере, однако данная норма не устанавливает, что дезинфекционная камера должна быть установлена непосредственно в ИВС. Прожарка спальных принадлежностей, личного белья подозреваемых и обвиняемых ИВС ОВД по Топчихинскому району производилась в камерах для прожарки белья в центральной районной больнице 

<

адрес>. 

В камерах имелась естественная вентиляция, в оконных блоках были форточки. В зимний период вентиляция осуществлялась с помощью вентилятора, который находился в коридоре, создавалась принудительная вентиляция, под дверьми в камерах были щели и свежий воздух имел место доступа. Освещение в камерах соответствовало нормам, камеры были оборудованы искусственным и естественным освещением.

Ведение покамерных карточек в 2008 г. нормативными актами предусмотрено не было. В отсутствие сведений о том, в какой камере содержался истец, проверить его доводы о наполняемости камер и с кем именно он находился в камере, не представляется возможным. 

Гигиенические принадлежности имелись в ИВС в достаточном количестве, которые обновлялись и пополнялись по мере необходимости. ФИО3 в обоснование доводов об отсутствии гигиенических принадлежностей не представлено доказательств наличия необходимости в индивидуальных средствах гигиены, а также фактов обращения к администрации ИВС с просьбой их выдать и получения необоснованных отказов.

Санитарная обработка камер проводилась регулярно специальной службой из г. Алейска, доводы истца о наличии в камерах клопов и вшей не состоятельны. Стены были побелены, а полы окрашены надлежащим образом.

Пункты 130-132 устанавливают, что продолжительность прогулки подозреваемых и обвиняемых не менее одного часа, ежедневно, в светлое время суток, на территории прогулочного двора, которые и проводились в ИВС.

В соответствии со ст. 51 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ надзор за исполнением законов в местах содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых осуществляет Генеральный прокурор РФ и подчиненные ему прокуроры в соответствии с ФЗ «О прокуратуре».

В период содержания в ИВС ФИО3 с жалобами на условия содержания не обращался, в установленном законом порядке действия (бездействия) должностных лиц ИВС незаконными не признавались.

Таким образом, в период содержания истца в ИВС существенные нарушения норм по материально-бытовому обеспечению отсутствовали, а обеспеченные в соответствии с требованиями закона условия содержания в ИВС нельзя рассматривать как бесчеловечные или унижающие достоинство.

Доводы представителя МО МВД России «Топчихинский» ФИО2 о том, что истцом не представлены доказательства ненадлежащих условий содержания в ИВС, судом во внимание не принимаются, поскольку достоверных доказательств того, что условия содержания в ИВС ОВД по Топчихинскому району в период с 2000 по 2008 год в полной мере соответствовали нормам и требованиям Федерального закона № 103-ФЗ от 15.07.1995 «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», Правилам внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденных Приказом МВД РФ от 22.11.2005 № 950, суду ответчиками не представлено, между тем, в силу статьи 56 ГПК РФ такая обязанность лежит именно на них. 

Обстоятельства содержания истца в ненадлежащих условиях в вышеуказанные периоды в ИВС подтверждаются не только доводами истца, изложенными в исковом заявлении, но и частично пояснениями представителя ответчика МО МВД России «Топчихинский» ФИО2, которой не отрицалось отсутствие санузла в камерах ИВС ОВД по Топчихинскому району в период с 2000 по 2008 годы. 

Таким образом, судом установлено, что в период содержания истца в ИВС ОВД по Топчихинскому району там отсутствовали унитазы (отходы собирались в баки, находящиеся в каждой камере), что не соответствовало конституционным требованиям и общепризнанным принципам и нормам международного права. Нахождение бака для органических отходов в камере, косвенно подтверждает присутствие в камерах постоянного запаха нечистот.

При таких обстоятельствах суд считает установленным, что во время нахождения ФИО3 в ИВС ОВД по Топчихинскому району периодически с ДД.ММ.ГГг. по ДД.ММ.ГГг., с ДД.ММ.ГГг. по ДД.ММ.ГГг., ДД.ММ.ГГг. по ДД.ММ.ГГг., с ДД.ММ.ГГг. по ДД.ММ.ГГг., ДД.ММ.ГГг., в период с 6 февраля по ДД.ММ.ГГ 

он содержался в камерах ИВС, которые не в полной мере соответствовали надлежащим условиям содержания под стражей. 

Вместе с тем, при рассмотрении дела иных нарушений судом не установлено, сведения об обращении истца в период его содержания в ИВС на ненадлежащие условия содержания отсутствуют. 

Доводы истца о том, что не было вентиляции, постельное белье, гигиенические наборы не выдавались, в камерах было много клопов, тараканов, вшей, он не располагал возможностью помыться, не было прожарки, не было должного освещения, нормы питания были занижены, проверки условий содержания в ИВС не проводились, он содержался с больными туберкулезом, прогулки были не более 10 минут в ходе рассмотрения дела не нашли своего подтверждения. 

Также не нашел подтверждения в судебном заседании факт того, что за время содержания в ИВС у истца ухудшилось зрение.

Однако сам факт содержания истца в закрытом помещении при отсутствии санитарного узла с соблюдением норм приватности, в условиях, частично не соответствующих установленным требованиям закона, является нарушением его гарантированных прав и предполагает наличие нравственных страданий, душевных переживаний, в связи с чем, требование ФИО3 о взыскании денежной компенсации причиненного ему морального вреда подлежит удовлетворению. Сами по себе данные обстоятельства предполагают причинение истцу нравственных страданий. Вина государства заключается в необеспечении надлежащих условий содержания. Представление иных доказательств в подтверждение установленного факта не требуется. 

В связи с этим, доводы ответчиков об отсутствии доказательств причинения истцу нравственных и физических страданий, является ошибочными. 

При определении размера компенсации суд учитывает срок нахождения истца в ИВС ОВД по Топчихинскому району, степень причинённых страданий, вызванных нарушением правил содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, дискомфортом истца в течение срока содержания, отсутствие негативных последствий в результате содержания в ИВС ОВД по Топчихинскому району, характеристику личности и отражённые в материалах дела индивидуальные особенности ФИО3, а именно то, что до содержания под стражей в вышеуказанных условиях ФИО1 был судим, как личность характеризовался отрицательно, был помещен в ИВС, как осужденный за совершение умышленного преступления, в настоящее время вновь отбывает наказание в виде лишения свободы и содержится в исправительном учреждении.

Суд полагает, что длительное не обращение самого истца в порядке, установленном законом, за защитой своего нарушенного права, привело к истечению сроков хранения имеющихся номенклатурных дел, регистрационных журналов за период с 2000 г. по 2008 г., их уничтожению, что лишило суд возможности проверить обоснованность доводов истца о его нахождении в ИВС ОВД по Топчихинскому району в ненадлежащих условиях содержания.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что в пользу истца должно быть взыскано 1 500 рублей, поскольку именно этот размер отвечает принципу разумности и справедливости, соответствует степени и характеру нравственных страданий истца с учётом его индивидуальных особенностей. 

В соответствии с положениями статей 1069, 1071 ГК РФ причиненный истцу моральный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, от имени которой выступает соответствующий финансовый орган, если в соответствии с частью 3 статьи 125 ГК РФ эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

На основании пункта 1 части 3 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации (далее – БК РФ) главный распорядитель средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности.

В силу пункта 12.1 части 1 статьи 158 БК РФ главный распорядитель средств федерального бюджета отвечает соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования по денежным обязательствам подведомственных ему получателей бюджетных средств.

Согласно подпункту 100 пункта 11 Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 21.12.2016 № 699, МВД России осуществляет функции главного распорядителя и получателя средств федерального бюджета, а также бюджетные полномочия главного администратора (администратора) доходов бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, администратора источников финансирования дефицита федерального бюджета.

Следовательно, по искам о возмещении вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов власти, предъявляемым к Российской Федерации, от ее имени в суде выступает главный распорядитель бюджетных средств – Министерство внутренних дел Российской Федерации. 

Таким образом, надлежащим ответчиком по настоящему делу является Министерство внутренних дел Российской Федерации. Компенсация морального вреда ФИО3 должна быть взыскана с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации, в связи, с чем, в удовлетворении требований к Министерству финансов Российской Федерации и МО МВД России «Топчихинский» следует отказать. 

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд 

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО3 удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО3 1 500 (одну тысячу пятьсот) рублей – компенсацию морального вреда, причинённого ненадлежащими условиями содержания под стражей. 

В удовлетворении иска в остальной части ФИО3 отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Алтайского краевого суда через Топчихинский районный суд в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 7 ноября 2018 г.

Судья