Дело № 2-450/2019 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

п. Медведево 06 мая 2019 года

Медведевский районный суд Республики Марий Эл в составе:

председательствующего судьи Ивановой Л.Н.,

при секретаре Караваевой Ю.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1, ФИО2 к индивидуальному предпринимателю ФИО3 об установлении факта трудовых отношений, возложении обязанности внести запись в трудовую книжку, взыскании задолженности по заработной плате, компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ИП ФИО3, в котором просит установить факт трудовых отношений между ней и ответчиком в период с 

<

...> года по 

<

...> года в должности 

<

данные изъяты>, взыскать с ИП ФИО3 задолженность по заработной плате в размере 61000 руб., компенсацию морального вреда в размере 10000 руб., а также возложить на ИП ФИО3 обязанность внести в трудовую книжку истца запись о трудовой деятельности в период с 

<

...> года по 

<

...> года в должности 

<

данные изъяты>. В обоснование иска указано, что истец осуществляла трудовую деятельность у ответчика в период с 

<

...> года по 

<

...> года в должности 

<

данные изъяты> по адресу: ... .... Рабочим местом являлся ангар. Ответчик объявил истцу о приеме на работу, однако трудовой договор в письменной форме не заключил, приказ о приеме на работу истца не издал. Заработная плата составляла 15000 руб. в месяц, однако в полном объеме истцу не выплачивалась, в связи с чем, образовалась задолженность. После неоднократных требований ответчик перевел на карту сына истца 

<

...> года 2500 руб., а 

<

...> года заплатил еще 2000 руб. Государственная инспекция труда Республики Марий Эл 

<

...> года уведомила об отсутствии возможности установить факт наличия трудовых отношений между ФИО1 и ИП ФИО3, в связи с чем, истец обратилась в суд. 

ФИО2 также обратилась в суд с иском к ИП ФИО3, в котором просит установить факт трудовых отношений между ней и ответчиком в период с 

<

...> года по 

<

...> года в должности 

<

данные изъяты>, взыскать с ИП ФИО3 задолженность по заработной плате в размере 102593 руб., компенсацию морального вреда в размере 10000 руб., а также возложить на ИП ФИО3 обязанность внести в трудовую книжку истца запись о трудовой деятельности в период с 

<

...> года по 

<

...> года в должности 

<

данные изъяты>. В обоснование исковых требований ФИО2 ссылается на те же обстоятельства и доказательства, что и ФИО1

Определением Медведевского районного суда Республики Марий Эл от 26 марта 2019 года указанные исковые заявления объединены в одно гражданское производство.

Истцы ФИО1, ФИО2 в судебном заседании требования поддержали по доводам, изложенным в иске.

Ответчик ИП ФИО3 в судебное заседание не явился, извещен.

Представитель ответчика ФИО4 в судебном заседании с требованиями не согласилась, поддержала доводы, изложенные в отзывах на исковые заявления и в дополнениях к ним. Заявила о пропуске истцами срока на обращение в суд, предусмотренного ст. 392 ТК РФ. 

Выслушав лиц, участвующих в деле, опросив свидетеля, изучив материалы настоящего гражданского дела, материал проверки № ... Государственной инспекции труда в Республике Марий Эл, суд приходит к следующему.

Обращаясь в суд с настоящим иском, истцы ФИО1 и ФИО2 указали, что осуществляли трудовую функцию у ответчика в период с 

<

...> года по 

<

...> года и с 

<

...> года по 

<

...> года соответственно в должности 

<

данные изъяты> по адресу: ..., но трудовой договор оформлен не был, записи в трудовую книжку не внесены; в период работы у ответчика им не в полном объеме выплачивалась заработная плата, при этом по соглашению с ответчиком заработная плата должна была составлять 15000 руб. в месяц. 

В соответствии с ч. 1 ст. 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ними отношений исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

В целях обеспечения эффективной защиты работников посредством национальных законодательств и практики, разрешения проблем, которые могут возникнуть в силу неравного положения сторон трудового правоотношения, Генеральной конференцией Международной организации труда 15 июня 2006 года принята Рекомендация N 198 о трудовом правоотношении (далее - Рекомендация МОТ о трудовом правоотношении, Рекомендация).

В пункте 2 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении указано, что характер и масштабы защиты, обеспечиваемой работникам в рамках индивидуального трудового правоотношения, должны определяться национальным законодательством или практикой либо и тем, и другим, принимая во внимание соответствующие международные трудовые нормы.

В пункте 9 этого документа предусмотрено, что для целей национальной политики защиты работников в условиях индивидуального трудового правоотношения существование такого правоотношения должно в первую очередь определяться на основе фактов, подтверждающих выполнение работы и выплату вознаграждения работнику, невзирая на то, каким образом это трудовое правоотношение характеризуется в любом другом соглашении об обратном, носящем договорной или иной характер, которое могло быть заключено между сторонами.

Пункт 13 Рекомендации называет признаки существования трудового правоотношения (в частности, работа выполняется работником в соответствии с указаниями и под контролем другой стороны; интеграция работника в организационную структуру предприятия; выполнение работы в интересах другого лица лично работником в соответствии с определенным графиком или на рабочем месте, которое указывается или согласовывается стороной, заказавшей ее; периодическая выплата вознаграждения работнику; работа предполагает предоставление инструментов, материалов и механизмов стороной, заказавшей работу).

В целях содействия определению существования индивидуального трудового правоотношения государства-участники должны в рамках своей национальной политики рассмотреть возможность установления правовой презумпции существования индивидуального трудового правоотношения в том случае, когда определено наличие одного или нескольких соответствующих признаков (пункт 11 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении).

Согласно ст. 15 ТК РФ трудовые отношения - это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается.

Сторонами трудовых отношений являются работник и работодатель (ч. 1 ст. 20 ТК РФ).

По общему правилу, установленному ч. 1 ст. 16 ТК РФ, трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом.

Вместе с тем согласно ч. 3 ст. 16 ТК РФ трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Данная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределенность правового положения таких работников (п. 3 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 года N 597-О-О).

В ч. 1 ст. 56 ТК РФ дано понятие трудового договора как соглашения между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (ч. 1 ст. 67 ТК РФ).

В соответствии с ч. 2 ст. 67 ТК РФ трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом.

Частью первой ст. 68 ТК РФ предусмотрено, что прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.

Как следует из разъяснений, данных в п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2018 года N 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», в целях надлежащей защиты прав и законных интересов работника при разрешении споров по заявлениям работников, работающих у работодателей - физических лиц (являющихся индивидуальными предпринимателями и не являющихся индивидуальными предпринимателями) и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям, судам следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между ними.

При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 ТК РФ, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции.

К характерным признакам трудовых отношений в соответствии со статьями 15 и 56 ТК РФ относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату.

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения.

При разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55, 59 и 60 ГПК РФ вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством.

К таким доказательствам, в частности, могут быть отнесены письменные доказательства (например, оформленный пропуск на территорию работодателя; журнал регистрации прихода-ухода работников на работу; документы кадровой деятельности работодателя: графики работы (сменности), графики отпусков, документы о направлении работника в командировку, о возложении на работника обязанностей по обеспечению пожарной безопасности, договор о полной материальной ответственности работника; расчетные листы о начислении заработной платы, ведомости выдачи денежных средств, сведения о перечислении денежных средств на банковскую карту работника; документы хозяйственной деятельности работодателя: заполняемые или подписываемые работником товарные накладные, счета-фактуры, копии кассовых книг о полученной выручке, путевые листы, заявки на перевозку груза, акты о выполненных работах, журнал посетителей, переписка сторон спора, в том числе по электронной почте; документы по охране труда, как то: журнал регистрации и проведения инструктажа на рабочем месте, удостоверения о проверке знаний требований охраны труда, направление работника на медицинский осмотр, акт медицинского осмотра работника, карта специальной оценки условий труда), свидетельские показания, аудио- и видеозаписи и другие (п. 18).

Согласно разъяснений п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2018 года N 15 судам необходимо учитывать, что обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора) по смыслу ч.1 ст. 67 и ч.3 ст. 303 ТК РФ возлагается на работодателя - физическое лицо, являющегося индивидуальным предпринимателем и не являющегося индивидуальным предпринимателем, и на работодателя - субъекта малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям.

При этом отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания в судебном порядке сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания статей 11, 15, ч.3 ст. 16 и ст. 56 ТК РФ во взаимосвязи с положениями ч.2 ст.67 ТК РФ следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе.

В этой связи то обстоятельство, что трудовой договор между сторонами спора по настоящему делу в письменной форме не заключался, приказ о приеме на работу не издавался, не может являться безусловным основанием для отказа в удовлетворении иска.

Кроме того, в соответствии с разъяснениями п. 21 вышеназванного Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2018 года N 15 при разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений статей 2, 67 ТК РФ необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель - физическое лицо (являющийся индивидуальным предпринимателем и не являющийся индивидуальным предпринимателем) и работодатель - субъект малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям.

Как следует из исковых заявлений и пояснений истцов, в указанные ими периоды они осуществляли трудовую деятельность в должности разнорабочих в ангаре по адресу: ... у ИП ФИО3, на работу они принимались самим ответчиком, который определил круг обязанностей и указал место работы; трудовые отношения оформлены не были. Работали истцы ежедневно, при наличии необходимости выходили на работу в субботу. В обязанности истцов входила переработка вторичного сырья, его погрузка и разгрузка, в том числе, они сортировали макулатуру, упаковывали ее. ФИО1 ездила с водителем ИП ФИО3 в иные организации за сырьем. ФИО2 пояснила, что несколько раз не вышла на работу, так как заработная плата своевременно не выплачивалась, денежные средства на проезд отсутствовали, также не выходила на работу, когда не было материала. 

Согласно пояснениям представителя ответчика ФИО4, данным в ходе рассмотрения дела, ФИО2 и ФИО1 работали у ИП ФИО3, появление на работе было периодическим, поэтому полагает, что истцов и ответчика связывают гражданско-правовые отношения. Указала, что истцам устанавливался объем работы, который необходимо было выполнить, и за который выплачивалось вознаграждение. При этом истцов к работе никто не допускал, так как они знали, где их рабочее место. Документы для трудоустройства истцы не приносили.

Суд учитывает также письменные объяснения ФИО3 от 

<

...> года, имеющиеся в материале проверки № ..., согласно которым истцы привлекались им для сортировки вторичного сырья с 2017 года, точного месяца он не помнит. 

На основании изложенного суд приходит к выводу, что ФИО1 и ФИО2 длительное время выполняли работу по заданию ответчика, при этом, осуществляя трудовую функцию, истцы подчинялись установленным у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, имели санкционированный работодателем доступ на территорию ответчика. 

Пояснения истцов подтверждаются показаниями допрошенных в суде свидетелей ФИО7, ФИО9 и ФИО8, предупрежденных об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. 

Из пояснений свидетеля ФИО7 следует, что в период его работы в ... ФИО1 и ФИО2 неоднократно приезжали в организацию и забирали макулатуру для ИП ФИО3, а свидетель ФИО9 подтвердил, что ежедневно привозил на работу ФИО1 по указанному выше адресу, периодически забирал с работы вечером и видел ФИО2

Кроме того, согласно материалам дела 

<

...> года на счет ФИО9 (сына истца ФИО1) от ФИО4 (жены ответчика) поступили 2500 руб. Пояснить основание перечисления данных денежных средств в судебном заседании представитель ответчика ФИО4 не смогла, в то время как по утверждению ФИО1 и ФИО9 деньги перечислены в счет погашения задолженности по заработной плате. 

Из представленных стороной ответчика трудовых договоров, заключенных с работниками, которые числились в штате ИП ФИО3, следует, что водитель, подсобный рабочий, трудоустроенные у ИП ФИО3, осуществляли свои трудовые обязанности в ангаре по адресу: ..., которым пользовался ИП ФИО3 на основании договора аренды от 

<

...> года (л.д. 51-53, 55-57, 80).

Согласно сведениям об индивидуальном предпринимателе, содержащимся в ЕГРИП, основным видом деятельности ИП ФИО3 является сбор неопасных отходов, а к дополнительным видам деятельности отнесены, в том числе, сортировка материалов для дальнейшего использования, обработка отходов бумаги и картона, обработка отходов и лома пластмасс. 

Каких-либо мотивированных возражений касательно факта осуществления истцами работы в указанные ими периоды по адресу: ..., с предоставлением подтверждающих доказательств ответчик при рассмотрении дела не заявил.

При этом суд отмечает, что в силу правил ч. 1 ст. 68 ГПК РФ в случае, если сторона, обязанная доказывать свои требования или возражения, удерживает находящиеся у нее доказательства и не представляет их суду, суд вправе обосновать свои выводы объяснениями другой стороны.

Таким образом, представленные суду доказательства в своей совокупности свидетельствуют о том, что сложившиеся между ФИО1, ФИО2 и ИП ФИО3 отношения имеют признаки, характерные для трудовых, а не гражданско-правовых отношений, поскольку работники были допущены к работе с ведома и по поручению работодателя, на протяжении длительного периода времени выполняли трудовые обязанности разнорабочих на складе по адресу: ... в интересах работодателя и под его контролем, выполняемые ими функции носили не эпизодический, а постоянный характер и не были связаны с выполнением отдельного действия, подразумевающего прекращение взаимодействия по получению конкретного результата, выполнение данной функции требовало личного участия истцов и их интеграцию в организационную структуру предприятия, с заинтересованностью со стороны работодателя выполнения функции непосредственно данными лицами.

В нарушение ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каких-либо доказательств отсутствия между сторонами спора трудовых отношений ответчиком ИП ФИО3 не представлено, равно как не представлено допустимых и достаточных доказательств, свидетельствующих о том, что возникшие между сторонами правоотношения отвечают признакам гражданско-правового договора (таких как сам гражданско-правовой договор или договор оказания услуг, акты выполненных работ, др.).

На основании изложенного, суд приходит к выводу о том, что требования ФИО1 об установлении факта наличия трудовых отношений между ней и ИП ФИО3 в период с 

<

...> года по 

<

...> года и требования ФИО2 об установлении факта наличия трудовых отношений между ней и ИП ФИО3 в период с 

<

...> года по 

<

...> года в должности разнорабочих являются правомерными.

Доказательства того, что истцы осуществляли у ответчика трудовую деятельность в иные периоды, ИП ФИО3 не представлены. 

Отсутствие должности 

<

данные изъяты> в штатном расписании ответчика не является препятствием для удовлетворения требований истцов, так как судом установлено, что между сторонами спора имелись в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 ТК РФ.

Установление указанных обстоятельств является основанием к выводу суда об удовлетворении заявленных истцами требований о возложении обязанности внести соответствующие сведения в трудовые книжки истцов.

Согласно п. 5 ч. 1 ст. 21 ТК РФ работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

Абзац 7 ч. 2 ст. 22 ТК РФ предусматривает, что работодатель обязан выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с данным Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

В соответствии со ст. 129 ТК РФ заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Исходя из положений ст. 135 ТК РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

В соответствии со ст. 140 ТК РФ при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.

В материалы дела ответчиком представлен трудовой договор от 

<

...> года, заключенный с ФИО10, работающей у ИП ФИО3 в должности 

<

данные изъяты>, должностной оклад которой составляет 12000 руб.

Суд принимает указанный размер заработной платы для расчета задолженности ответчика перед истцами, так как ФИО1 и ФИО2 при рассмотрении дела не оспаривали, что выполняли обязанности, аналогичные с ФИО10 Доказательства иного размера заработной платы работников у ИП ФИО3 суду не представлены. 

Учитывая, что согласно расчету истцов ответчиком заработная плата выплачивалась не в полном объеме ФИО1 в течение 6 месяцев (с 

<

...> года по 

<

...> года), а ФИО2 – в течение 9 месяцев (с декабря 2017 года по август 2018 года), при этом ФИО1 в указанный период всего выплачено 29000 руб., а ФИО2 – 32407 руб., с ответчика в пользу ФИО1 подлежит взысканию задолженность по заработной плате в размере 43000 руб. (12000 руб. х 6 мес. – 29000 руб.), а в пользу ФИО2 подлежит взысканию задолженность по заработной плате в размере 75593 руб. (12000 руб. х 9 мес. – 32407 руб.).

Доказательств, опровергающих размер выплаченных сумм, с учетом положений ст.56 ГПК РФ и ч. 1 ст. 68 ГПК РФ, суду стороной ответчика не предоставлено. При этом, исходя из смысла ст. 136 ТК РФ, бремя доказывания факта своевременной выплаты заработной платы работнику возложено на работодателя. 

В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснил, что Трудовой кодекс Российской Федерации не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда в случаях нарушения трудовых прав работников. Суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

Судом установлено, что по вине работодателя с истцами ненадлежащим образом оформлены трудовые отношения, также им своевременно не выплачена заработная плата. Нарушение трудовых прав истцов в части оформления трудовых отношений, а также права на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы, допущенные по вине работодателя, причинили истцам нравственные страдания, вызванные переживаниями.

При определении размера морального вреда суд учитывает характер нарушений, допущенных работодателем, периоды задержки выплаты, размер задолженности, требования разумности и справедливости, и считает необходимым взыскать в пользу ФИО1 и ФИО2 компенсацию морального вреда в сумме по 3000 руб. в пользу каждого из истцов. 

Относительно пропуска истцами срока на обращение в суд, предусмотренного ст. 392 ТК РФ и заявленного стороной ответчика в ходе рассмотрения дела суд отмечает следующее. 

Согласно ст. 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки (часть 1).

За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении (часть 2).

При пропуске по уважительным причинам указанных сроков они могут быть восстановлены судом (часть 4).

Согласно п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2018 года N 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, суд не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора. Например, об уважительности причин пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может свидетельствовать своевременное обращение работника с письменным заявлением о нарушении его трудовых прав в органы прокуратуры и (или) в государственную инспекцию труда, которыми в отношении работодателя было принято соответствующее решение об устранении нарушений трудовых прав работника, вследствие чего у работника возникли правомерные ожидания, что его права будут восстановлены во внесудебном порядке.

Согласно материалам проверки № ... 

<

...> года истцы обратились в МО МВД «Медведевский» с заявлениями о нарушении их трудовых прав ИП ФИО3, по результатам рассмотрения которых 

<

...> года Государственной инспекцией труда в Республике Марий Эл даны ответы.

Учитывая, что ответчиком до августа 2018 года истцам производились периодические выплаты задолженности по заработной плате, исходя из того, что ФИО1 и ФИО2 воспользовались своим правом на восстановление своих трудовых прав во внесудебном порядке, суд приходит к выводу, что причина пропуска срока на обращение в суд за разрешением спора об установлении факта трудовых отношений является уважительной, в связи с чем, данный срок подлежит восстановлению. 

При этом суд отмечает, что срок на обращение в суд за выплатой задолженности по заработной плате истцами не пропущен. 

Поскольку истец по спорам о нарушении трудовых прав освобожден от уплаты госпошлины, она подлежит взысканию с ответчика в соответствии со ст. 103 ГПК РФ в доход бюджета муниципального образования «Медведевский муниципальный район» пропорционально удовлетворенным исковым требованиям в размере 4171,86 рублей.

Руководствуясь статьями ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковое заявление ФИО1, ФИО2 к индивидуальному предпринимателю ФИО3 об установлении факта трудовых отношений, возложении обязанности внести запись в трудовую книжку, взыскании задолженности по заработной плате, компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Установить факт трудовых отношений между ФИО1 и индивидуальным предпринимателем ФИО3 в период с 

<

...> года по 

<

...> года в должности 

<

данные изъяты>. 

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 в пользу ФИО1 задолженность по заработной плате в размере 43000 руб., компенсацию морального вреда в размере 3000 руб. 

Обязать индивидуального предпринимателя ФИО3 внести в трудовую книжку ФИО1 запись о трудовой деятельности в период с 

<

...> года по 

<

...> года в должности 

<

данные изъяты>.

Установить факт трудовых отношений между ФИО2 и индивидуальным предпринимателем ФИО3 в период с 

<

...> года по 

<

...> года в должности 

<

данные изъяты>. 

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 в пользу ФИО2 задолженность по заработной плате в размере 75593 руб., компенсацию морального вреда в размере 3000 руб. 

Обязать индивидуального предпринимателя ФИО3 внести в трудовую книжку ФИО2 запись о трудовой деятельности в период с 

<

...> года по 

<

...> года в должности 

<

данные изъяты>.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 4171,86 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1, ФИО2 отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Марий Эл через Медведевский районный суд в течение месяца со дня со дня составления мотивированного решения. 

Судья Л.Н. Иванова 

Мотивированное решение составлено 13 мая 2019 года.