Дело № 2-3269/2017

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г.Саранск 27 декабря 2017 года

Ленинский районный суд г.Саранска Республики Мордовия в составе: 

председательствующего судьи Догоровой Е.Ю.,

при секретаре судебного заседания Ганаевой М.А.,

с участием в деле:

истца посредством использования систем видеоконференц - связи ФИО6,

ответчика Министерства финансов Российской Федерации, в лице Управления Федерального казначейства по Республике Мордовия, его представителя ФИО7, действующего на основании доверенности от 11 декабря 2017 года,

третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика Министерства внутренних дел по Республике Мордовия, его представителя ФИО8, действующей по доверенности № 40/9 от 9 января 2017 года,

третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика прокуратуры Республики Мордовия, ее представителя ФИО9, действующей по доверенности № 27 от 25 июля 2017 года,

третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО6 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Республике Мордовия о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования,

УСТАНОВИЛ:

ФИО6 обратился в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Республике Мордовия о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования.

В обоснование исковых требований указано, что приговором Ленинского районного суда г.Саранска Республики Мордовия от 11 марта 2014 года истец был оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 п. «а» ч. 3 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации (эпизод в отношении ФИО1 от 23 мая 2013 года) по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 2 ст. 302 УПК Российской Федерации, в связи с непричастностью к совершению преступления, а также в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения по п. «а» ч.3 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации (эпизод в отношении ФИО2), по п. «а» ч.3 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, п. «а» ч.3 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации в части квалифицирующего признака «группой лиц по предварительному сговору» (эпизоды в отношении ФИО3 от 28 февраля 2013 года, ФИО4 от 19 марта 2013 года, ФИО4 от 15 мая 2013 года). В связи с чем за ним признано право на реабилитацию.

В период следствия по уголовному делу истец был допрошен в качестве подозреваемого, ему было предъявлено обвинение в совершении преступления, которого он не совершал, неоднократно проводились допросы, после чего он был ознакомлен с материалами уголовного дела.

Считает, что действиями сотрудников полиции ему причинен моральный вред, выразившийся в физических и нравственных страданиях, а именно: с момента привлечения и до оглашения приговора он терпел постоянные унижения, потерял веру в справедливость, так как устал бороться и доказывать свою непричастность к совершению преступления, появилась неуверенность в будущем, раздражительность, страх за свое состояние здоровья.

В период его содержания под стражей в ФКУ СИЗО-1 его родственники не могли оказать ему никакой поддержки, так как проживают в 

<

адрес> 

На основании статей 5, 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации и изложенного просит взыскать с Министерства финансов Российской Федерации в его пользу компенсацию морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, в размере 1 000 000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО6 исковые требования поддержал, дополнительно суду пояснил, что 23 мая 2013 года он был осужден по пункту «г» части второй статьи 161 УК Российской Федерации, и ему назначено наказание в виде лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. Однако, из-за возбуждения уголовного дела он не был отправлен в место отбытия наказания, а содержался в СИЗО-1, где условия содержания хуже.

В судебном заседании представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Республике Мордовия ФИО7 исковые требования не признала по основаниям, изложенным в возражениях, указав, что истцом не были представлены доказательства, достоверно подтверждающие наличие у него физических и нравственных страданий. 

В судебном заседании представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика прокуратуры Республики Мордовия ФИО9 не возражала относительно удовлетворения заявленных исковых требований. Однако, полагала, что размер заявленных требований слишком завышен.

В судебном заседании представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика Министерства внутренних дел по Республике Мордовия ФИО8 возражала относительно удовлетворения заявленных исковых требований.

В судебное заседание третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика ФИО5 не явился, о времени и месте судебного заседания извещался своевременно и надлежащим образом, о причинах неявки суд не известил. 

При таких обстоятельствах и на основании части третьей статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК Российской Федерации), согласно которой суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительными, суд приходит к выводу о возможности рассмотрения дела в отсутствие не явившегося лица.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав письменные доказательства, суд находит исковые требования ФИО6 подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Из материалов уголовного дела № 28898 (№ 1-3/2014) следует, что постановлением старшего следователя следственного отдела УФСКН России по Республике Мордовия ФИО5 от 15 июня 2013 года истец П.В.ВБ. привлечен в качестве обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных пунктом «а» части 3 статьи 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, пунктом «а» части 3 статьи 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, пунктом «а» части 3 статьи 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, пунктом «а» части 3 статьи 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, частью 3 статьи 30 пунктом «а» части 3 статьи 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации.

В тот же день ФИО6 допрошен в качестве обвиняемого в совершении вышеуказанных преступлений, что подтверждается протоколом допроса от 15 июня 2013 года. 

18 июня 2013 года истец был уведомлен об окончании следственных действий по уголовному делу.

27 июня 2013 года заместителем прокурора Ленинского района г.Саранска утверждено обвинительное заключение в отношении П.В.ВВ. в совершении преступлений, предусмотренных пунктом «а» части третьей статьи 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, пунктом «а» части третьей статьи 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, пунктом «а» части третьей статьи 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, пунктом «а» части третьей статьи 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, частью 3 статьи 30 пунктом «а» части третьей статьи 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации.

1 июля 2013 года уголовное дело № 28898 было передано для рассмотрения в Ленинский районный суд г. Саранска Республики Мордовия.

В ходе судебного следствия государственный обвинитель отказался от обвинения ФИО6 в совершении преступлений по пункту «а» части третьей статьи 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации (эпизод в отношении ФИО2), пункту «а» части третьей статьи 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, пункту «а» части третьей статьи 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, пункту «а» части третьей статьи 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации в части квалифицирующего признака «группой лиц по предварительному сговору» (эпизоды в отношении ФИО3 от 28 февраля 2013 года, ФИО4 от 19 марта 2013 года, ФИО4 от 15 мая 2013 года). 

Постановлением Ленинского районного суда г.Саранска Республики Мордовия от 11 марта 2014 года в отношении ФИО6 прекращено уголовное дело по пункту «а» части третьей статьи 228.1 УК Российской Федерации по факту незаконного сбыта наркотического средства ФИО2 группой лиц по предварительному сговору, по пункту «а» части третьей статьи 228.1 УК Российской Федерации по факту незаконного сбыта наркотического средства ФИО3 от 28 февраля 2013 года в части квалифицирующего признака «группой лиц по предварительному сговору», по пункту «а» части третьей статьи 228.1 УК Российской Федерации по факту незаконного сбыта наркотического средства ФИО4 от 19 марта 2013 года в части квалифицирующего признака «группой лиц по предварительному сговору», по пункту «а» части третьей статьи 228.1 УК Российской Федерации по факту незаконного сбыта наркотического средства ФИО4 от 15 мая 2013 года в части квалифицирующего признака «группой лиц по предварительному сговору».

Приговором Ленинского районного суда г. Саранска Республики Мордовия от 11 марта 2014 года ФИО6 оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного частью третьей статьи 30 пункта «а» части третьей статьи 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации (эпизод в отношении ФИО1 от 23 мая 2013 года) по основанию, предусмотренному пунктом 1 части первой статьи 27 УПК Российской Федерации, пунктом 2 части второй статьи 302 УПК Российской Федерации, в связи с непричастностью к совершению преступления.

За ФИО6, оправданным по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного частью третьей статьи 30 пункта «а» части третьей статьи 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации (эпизод в отношении ФИО1 от 23 мая 2013 года), а также в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения по пункту «а» части третьей статьи 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации (эпизод в отношении ФИО2), пункту «а» части третьей статьи 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, пункту «а» части третьей статьи 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, пункту «а» части третьей статьи 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации в части квалифицирующего признака «группой лиц по предварительному сговору» (эпизоды в отношении ФИО3 от 28 февраля 2013 года, ФИО4 от 19 марта 2013 года, ФИО4 от 15 мая 2013 года), признано право на реабилитацию.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Мордовия от 7 июля 2014 года приговор Ленинского районного суда г. Саранска Республики Мордовия от 11 марта 2014 года оставлен без изменения.

Конституция Российской Федерации закрепляет право каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (статья 53), реализация которого гарантируется конституционной обязанностью государства в случае нарушения органами публичной власти и их должностными лицами охраняемых законом прав обеспечивать потерпевшим доступ к правосудию, компенсацию причиненного ущерба (статья 52) и государственную, в том числе судебную, защиту прав и свобод человека и гражданина (статья 45, часть первая статья 46).

Порядок возмещения вреда, причиненного гражданину в ходе уголовного судопроизводства, определяется главой 18 «Реабилитация» Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (статьи 133 - 139), статьями 151, 1069, 1070, 1099 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации и Указом Президиума Верховного Совета СССР от 18 мая 1981 г. «О возмещении ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями государственных и общественных организаций, а также должностных лиц при исполнении ими служебных обязанностей».

В соответствии с пунктом 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Пункт 2 приведенной нормы права предусматривает, что вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены статьей 1069 настоящего Кодекса.

Таким образом, для перечисленных в пункте 1 указанной статьи специальных деликтов устанавливается ответственность и возмещение вреда, в том числе и компенсация морального вреда, независимо от вины причинителя вреда (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Статья 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации определяет, что в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации, исходя из необходимости охраны прав и свобод человека и гражданина в сфере уголовного судопроизводства, устанавливает, что уголовное судопроизводство имеет своим назначением не только защиту прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений, но и защиту личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод (часть первая статьи 6); при этом отказ от уголовного преследования невиновных, освобождение их от наказания и реабилитация каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию, в той же мере отвечают назначению уголовного судопроизводства, что и уголовное преследование и назначение виновным справедливого наказания (часть вторая статьи 6).

В соответствии с подпунктами 34, 35, 55 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, реабилитация - порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда; реабилитированный - лицо, имеющее в соответствии с данным Кодексом право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием; уголовное преследование - процессуальная деятельность, осуществляемая стороной обвинения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления.

Согласно части первой статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах.

Исходя из содержания данных статей право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает только при наличии реабилитирующих оснований. При этом установлено, что иски за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (часть вторая статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с часть второй статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию имеют, в частности: подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор или уголовное преследование прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения; подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по реабилитирующим основаниям (пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации), а также осужденный – в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части первой статьи 27 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, и лицо, к которому были применены принудительные меры медицинского характера, - в случае отмены незаконного или необоснованного постановления суда о применении данной меры.

Учитывая, что ФИО6 оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного частью третьей статьи 30 пункта «а» части третьей статьи 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации (эпизод в отношении ФИО1 от 23 мая 2013 года), а также в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения по пункту «а» части третьей статьи 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации (эпизод в отношении ФИО2), пункту «а» части третьей статьи 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, пункту «а» части третьей статьи 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, пункту «а» части третьей статьи 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации в части квалифицирующего признака «группой лиц по предварительному сговору» (эпизоды в отношении ФИО3 от 28 февраля 2013 года, ФИО4 от 19 марта 2013 года, ФИО4 от 15 мая 2013 года), суд приходит к выводу о том, что ФИО6 имеет право на реабилитацию, в связи с чем его требования о компенсации морального вреда являются законными и обоснованными.

Принимая во внимание, что истец был подвергнут уголовному преследованию в результате действий и решений органов следствия, компенсация истцу морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, должна выплачиваться за счет средств казны Российской Федерации. 

В силу статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно пункту 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 09 ноября 2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

В соответствии со статьей 22 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность.

Свобода и личная неприкосновенность являются наиболее значительными правами человека, которые он приобретает от рождения. Это означает, что любое лицо, независимо от пола, национальности, вероисповедания и т. д., вправе совершать любые действия, не противоречащие закону, не подвергаясь какому-либо принуждению или ограничению в правах со стороны кого бы то ни было.

Право на свободу и личную неприкосновенность - одна из существенных гарантий прав личности, в связи с чем его нарушение может свидетельствовать о несоблюдении прав человека. 

В силу пункта 1 статьи 27 Конституции Российской Федерации каждый, кто законно находится на территории Российской Федерации, имеет право свободно передвигаться, выбирать место пребывания и жительства.

Материалами дела установлено, что приговором Октябрьского районного суда г.Саранска Республики Мордовия от 23 мая 2013 года истец П.В.ВБ. был осужден по пункту «г» части второй статьи 161 УК Российской Федерации к 1 году лишения свободы без штрафа и без ограничения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима и на момент следствия и судебного разбирательства по уголовному делу № 28898 (1-3/2014) отбывал ранее назначенное наказание. Мера пресечения в отношении ФИО6 по вышеуказанному уголовному делу не избиралась.

В связи с чем уголовное преследование истца фактически не привело к нарушению его права на свободу передвижения, выбора места пребывания и жительства.

При этом суд находит очевидным, что неправомерное обвинение в совершении преступлений является само по себе крайне стрессовой ситуацией, вследствие чего ФИО6 должен был испытать переживания, чувство разочарования и несправедливости, что подтверждено истцом в судебном заседании.

Таким образом, факт незаконного уголовного преследования истца, а также наличие причинно-следственной связи между действиями органов следствия и перенесенными ФИО6 нравственными страданиями, полностью нашел свое подтверждение. 

При определении размера компенсации морального вреда судом учитываются следующие обстоятельства.

Из материалов уголовного дела № 28898 (1-3/2014) следует, что в период с 13 июня 2013 года по 7 июля 2014 года (1 год 25 дней) в отношении ФИО6 осуществлялось уголовное преследование за совершение особо тяжких преступлений. В период предварительного следствия П.В.ВБ. один раз вызывался на допрос в качестве обвиняемого, 9 дней принимал участие в иных следственных и процессуальных действиях в рамках уголовного дела (ознакомление с постановлениями о назначении судебных экспертиз, ознакомление с заключением эксперта, ознакомление с материалами уголовного дела, уведомление об окончании следственных действий). Кроме того, при рассмотрении уголовного дела ФИО6 присутствовал в 26 судебных заседаниях в суде первой инстанции.

Кроме того, при определении размера компенсации морального вреда, судом учитывается также и тот факт, что ФИО6 в период следствия и судебного разбирательства по уголовному делу № 28898 (1-3/2014 содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Мордовия, а не был направлен для отбытия наказания в исправительную колонию строго режима, назначенного приговором Октябрьского районного суда г.Саранска Республики Мордовия от 23 мая 2013 года.

Вместе с тем, довод истца о том, что он не мог видеться и общаться с родственниками во время следствия, суд находит не состоятельным, поскольку по данному уголовному делу в отношении него не избиралась мера пресечения.

В соответствии со статьей 56 ГПК Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Иных доказательств, подтверждающих причинение истцу П.В.ВГ. физических и нравственных страданий, вызванных незаконным уголовным преследованием, не представлено.

Размер компенсации морального вреда судом определяется с учетом всех перечисленных в законе обстоятельств, степени физических и нравственных страданий ФИО6, конкретных обстоятельств дела, тяжести предъявленного обвинения, длительности производства по уголовному делу (статьи 1099, 1100 ГК Российской Федерации), а также требований разумности и справедливости, в связи с чем суд находит возможным взыскать в его пользу с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации компенсацию морального вреда в размере 25 000 рублей. 

При этом доводы представителя ответчика о том, что в материалах дела не имеется доказательств в подтверждение того, что незаконным привлечением ФИО6 к уголовной ответственности ему были причинены нравственные страдания, суд находит несостоятельным, поскольку из вышеперечисленных правовых норм следует, что факт незаконного привлечения истца к уголовной ответственности, в результате которого истцу причинен моральный вред, является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

Принимая во внимание изложенное, исковые требования П.В.ВВ. к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Республике Мордовия о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, подлежат частичному удовлетворению.

Исходя из изложенного, оценивая, в соответствии со статьей 67 ГПК Российской Федерации, по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании достаточность и взаимную связь представленных сторонами доказательств в их совокупности, разрешая дело по представленным доказательствам, в пределах заявленных истцом требований и по указанным им основаниям, руководствуясь статьями 194-199 ГПК Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО6 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Республике Мордовия о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО6 в счет компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, 25 000 (двадцать пять тысяч) рублей, в остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия в течение месяца со дня составления решения в окончательной форме через Ленинский районный суд г. Саранска Республики Мордовия.

Судья Ленинского районного суда

г. Саранска Республики Мордовия Е.Ю. Догорова