Дело № 2-2981/2025 

66RS0003-01-2025-001296-75

Мотивированное 

решение

 изготовлено 20.11.2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Екатеринбург 06.11.2025

Кировский районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Самойловой Е. В., 

при секретаре Татаркиной А. А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о защите чести и достоинства, компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд к ФИО2 о защите чести и достоинства, компенсации морального вреда 

В обосновании иска указано, что 13.03.2025 ответчик ФИО2 подала на заявление в Отдел полиции № 14 (КУСП *** от ***), а также заявление в Управление социальной политики № 23, по месту работы истца, в котором сообщила заведомо ложные сведения (клевета) о том, что истец якобы распространяет личные персональные данные с использованием служебного положения, шантажирует и угрожает ей и ее семье, а также указала заведомо ложные сведения (клевета) о том, что истец состояла на учете в 

<

***> по причине 

<

***>, 

<

***>.

Так, в письменных заявлениях ответчик ФИО2 указала следующие сведения, содержащие негативную информацию: «

<

***>

При этом распространённая ответчиком негативная информация умаляет честь и достоинство истца, а также деловую репутацию, так как она является государственным служащим, работает в должности специалиста отдела назначений социальных выплат в Управлении социальной политики № 23.

В указанных заявлениях ответчик характеризует истца как лицо, не уважающее общепринятые нормы поведения и общения, склонное к совершению правонарушений, якобы 

<

***>, в связи с чем 

<

***>.

Заявленная ответчиком негативная информация выражена в форме утверждения, поскольку не носит оценочного или предположительного характера, а напротив является утверждениями о фактах, наличие которых в реальности предполагается ответчиком.

При этом распространенные ответчиком в отношении истца сведения абсолютно не соответствуют действительности, поскольку истец является честным, этичным человеком, неукоснительно соблюдающим нормы закона, морали и общепринятые нормы поведения в обществе, добросовестно выполняет все трудовые обязанности, служит на государственной службе и никогда не использует своего служебного положения в иных целях, кроме как для работы.

Распространением порочащих сведений ответчик причинила моральный вред, выразившийся в изменении социально-нравственного положения на работе, в том числе среди сослуживцев, в изменении психического состояния, испытании духовных и нравственных страданий.

На работе истца вызвали в отделе кадров и попросили написать объяснение, назначили в отношении нее служебную проверку, что сказывается на внутреннем состоянии, очень переживает, в том числе в связи с написанной в отношении нее абсолютной клеветой, что сказывается на здоровье, началась бессонница, головные боли от стрессовой ситуации в которой сейчас находится.

Просила суд признать распространенные ответчиком ФИО2 сведения: 

<

***> указанные в письменном заявлении в Отдел полиции № 14 от *** (КУСП *** от ***), а также в письменном заявлении в Управление социальной политики № 23 от 13.03.2025, порочащими честь и достоинство истца и не соответствующими действительности. А также просила суд обязать ответчика в течение 3-х дней с момента вступления в законную силу решения суда опровергнуть вышеуказанные сведения путем направления письменного заявления в Управления социальной политики № 23 следующего содержания: 

<

***>, а в случае неисполнения, взыскать с ответчика судебную неустойку в размере 1000 рублей за каждый день неисполнения судебного акта по день его фактического исполнения. Компенсировать моральный вред в размере 100000 рублей.

Протокольным определением от 24.07.2025 по ходатайству истца к участию в деле в качестве соответчика привлечен ФИО3 (т. 1 л.д. 105-107).

Впоследующем, требования иска уточнены, окончательно истец просила суд: 

1. Признать распространенные ответчиком ФИО2 сведения: 

<

***> указанные в письменном заявлении в Отдел полиции № 14 от *** (КУСП *** от ***), а также в письменном заявлении в Управление социальной политики № 23 от 13.03.2025, порочащими честь и достоинство истца и не соответствующими действительности.

2. Признать распространенные ответчиком ФИО3 сведения о том что ФИО1 состояла на учете в 

<

***>, сообщенные им устно ФИО2, и озвученные в судебном заседании 24.07.2025, порочащими честь и достоинство истца и не соответствующими действительности.

3. Обязать ответчика ФИО2 в течение 3-х дней с момента вступления в законную силу решения суда опровергнуть вышеуказанные сведения путем направления письменного заявления в Управления социальной политики № 23 следующего содержания: «

<

***>», а в случае неисполнения, взыскать с ответчика судебную неустойку в размере 1000 рублей за каждый день неисполнения судебного акта по день его фактического исполнения.

4. Взыскать с ответчиков в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей с каждого.

В судебном заседании истец ФИО1, ее представитель ФИО4 требования и доводы иска поддержали.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, ранее представлял отзыв (т. 1 л.д. 158), из которого следует, что сведения о том, что истец проходила лечение ему известно доподлинно, о чем было в доверительной беседе сообщено ФИО2

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом, воспользовалась правом на ведение дела через представителя.

Представитель ответчика ФИО2 - ФИО5 в судебном заседании поддержала доводы отзыва (т. 1 л.д. 93-94, 160-161), дополнений к нему (т. 2 л.д. 160-163). Суду пояснила, что обращение ответчика в государственные органы не является распространением порочащих сведений, требование о компенсации морального вреда за действия ответчика, выражающиеся в подаче заявлений в государственные органы, не подлежит удовлетворению. Просила обратить внимание на то, что факт совершения истцом угроз в адрес ответчика ФИО2 подтверждён материалами дела, сумма компенсации морального вреда подлежит расчёту с учётом пропорционального удовлетворения требований о признании действий ответчика распространением порочащих сведений, то есть подлежит в случае удовлетворения уменьшению до 1000 рублей.

Представитель третьего лица Управления социальной политики № 23 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, уважительных причин неявки суду не представил. В судебном заседании 22.07.2025 (т. 1 л.д. 105-107) представитель третьего лица пояснила, что по факту обращения ФИО2 проводилась проверка, установлено, что доводы, изложенные в заявлении не нашли своего подтверждения. Сведений о 

<

***> не имеется в медицинских источниках, использование служебной программы истцом не установлено, указала, что возможность получить те сведения, о которых идет речь в заявлении непосредственно истцу не возможно технически.

В связи с чем, суд определил рассмотреть дело при данной явке.

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав представленные доказательства, суд приходит к следующему.

Так, судом установлено, что истец работает в должности специалиста 1 категории отдела назначения социальных выплат ТОИОГВ СО – Управление социальной политики Свердловской области № 23 (т. 2 л.д. 98-99).

Судом также установлено, что *** ответчик ФИО2 обратилась с заявлением в Отдел полиции № 14 (т. 1 л.д. 21), в котором просила принять меры в отношении ФИО1, поскольку истец, используя служебное положение, получает персональные данные, угрожает ей и ее детям. Данное заявление зарегистрировано в ОП (КУСП № ***). Одновременно с данным заявлением, оформленном на бланке, ответчиком также представлено заявление следующего содержания: «

<

***> (т. 1 л.д. 22).

Аналогичного содержания ФИО2 направлено заявление по месту работы истца (т. 1 л.д. 103). Заявление содержит следующую информацию: «

<

***>».

Факт направления данных обращений ответчик не отрицала.

По факту обращения в ОП № 14 вынесено постановление от *** об отказе в возбуждении административного дела (т. 2 л.д. 172), согласно которому в ходе проведенной проверки установлено, что ФИО1 пояснила, что ФИО2 является новой сожительницей ее бывшего супруга, с которым произошел развод в *** года. В *** года произошел раздел совместно нажитого имущества, которым остались неудовлетворение бывший супруг и его сожительница, и в связи с этим возможны личные неприязненные отношения. Информация, которой ей известна о сожительнице, рассказывал бывший супруг, соответственно в личных целях служебной информацией она не пользовалась. ФИО2 не были предоставлены доказательства в подтверждение доводов, изложенных в заявлении. Указанные обстоятельства исключают производство по делу об административном правонарушении.

Обращение ФИО2 по месту работы истца также рассмотрено, проведено служебное расследование. Согласно заключению № *** от *** (т. 1 л.д. 50-51) оснований для применения в отношении ФИО1 мер дисциплинарной ответственности не имеется. Установлено, что ФИО1 нарушений кодекса этики гражданского служащего не допускала, имеет справку от 

<

***> об отсутствии заболеваний, препятствующих поступлению на государственную гражданскую службу, случаев ненадлежащего неисполнения должностных обязанностей не установлено, сведений о том, что ФИО1 заполнял запросы в базе данных АС «АСП» не имеется.

Согласно доводам истца, ФИО2 распространила негативную информацию об истце, которая умаляет честь и достоинство истца, а также деловую репутацию, так как она является государственным служащим, работает в должности специалиста отдела назначений социальных выплат в Управлении социальной политики № 23. В указанных заявлениях ответчик характеризует истца как лицо, не уважающее общепринятые нормы поведения и общения, склонное к совершению правонарушений, якобы употребляющее 

<

***>, в связи с чем 

<

***>.

Из объяснений представителя ответчика следует, что ФИО2 реализовано право на обращение в государственные органы, с целью проверки действий ФИО1, высказано личное мнение.

Оценивая требования истца в отношении ФИО2, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 23 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени (часть 1). Каждый имеет право на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений. Ограничение этого права допускается только на основании судебного решения (часть 2).

На основании пункта 1 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Опровержение должно быть сделано тем же способом, которым были распространены сведения о гражданине, или другим аналогичным способом (абзац первый).

В соответствии с абзацем четвертым постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 г. N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц" (далее - постановление Пленума о защите чести и достоинства) предусмотренное статьями 23 и 46 Конституции Российской Федерации право каждого на защиту своей чести и доброго имени, а также установленное статьей 152 Гражданского кодекса Российской Федерации право каждого на судебную защиту чести, достоинства и деловой репутации от распространенных не соответствующих действительности порочащих сведений является необходимым ограничением свободы слова и массовой информации для случаев злоупотребления этими правами.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 7 постановления Пленума о защите чести и достоинства, по делам данной категории необходимо иметь в виду, что обстоятельствами, имеющими в силу статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации значение для дела, которые должны быть определены судом при принятии искового заявления и подготовке дела к судебному разбирательству, а также в ходе судебного разбирательства, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом (абзац первый).

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения (абзац четвертый).

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица (абзац пятый).

Как указано в пункте 9 постановления Пленума о защите чести и достоинства, в силу пункта 1 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений (абзац первый).

В соответствии со статьей 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и статьей 29 Конституции Российской Федерации, гарантирующими каждому право на свободу мысли и слова, а также на свободу массовой информации при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности (абзац третий).

На основании изложенного при рассмотрении данного дела суду необходимо установить, являлось ли распространенное высказывание утверждением о фактах либо оценочным суждением, мнением, убеждением автора.

Согласно части 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Исходя из изложенного выше, на истце лежит обязанность по доказыванию: доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений, на ответчике - соответствию действительности распространенных сведений. 

В свою очередь, статьей 33 Конституции Российской Федерации закреплено право граждан направлять личные обращения в государственные органы и органы местного самоуправления, которые в пределах своей компетенции обязаны рассматривать эти обращения, принимать по ним решения и давать мотивированный ответ в установленный законом срок.

Согласно пункту 10 постановления Пленума о защите чести и достоинства в случае, когда гражданин обращается в названные органы с заявлением, в котором приводит те или иные сведения (например, в правоохранительные органы с сообщением о предполагаемом, по его мнению, или совершенном либо готовящемся преступлении), но эти сведения в ходе их проверки не нашли подтверждения, данное обстоятельство само по себе не может служить основанием для привлечения этого лица к гражданско-правовой ответственности, предусмотренной статьей 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку в указанном случае имела место реализация гражданином конституционного права на обращение в органы, которые в силу закона обязаны проверять поступившую информацию, а не распространение не соответствующих действительности порочащих сведений.

Такие требования могут быть удовлетворены лишь в случае, если при рассмотрении дела суд установит, что обращение в указанные органы не имело под собой никаких оснований и продиктовано не намерением исполнить свой гражданский долг или защитить права и охраняемые законом интересы, а исключительно намерением причинить вред другому лицу, то есть имело место злоупотребление правом (пункты 1 и 2 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как следует из материалов дела и не отрицается сторонами, обращениям предшествовала конфликтная ситуация между ФИО1 и ее бывшим супругом ФИО3, его сожительницей ФИО2, в подтверждении чего представлены многочисленные постановления, касающиеся проверки фактов обращения бывших супругов (т. 1 л.д. 61-71), переписка (т. 1 л.д. 59, 137-142).

Как указано ранее, ответчик путем направления обращений, указывала на факт использования служебного положения со стороны ФИО1, угрозы с ее стороны, а также наличия заболевания, препятствующего занятию должности государственной службы. 

Правоотношения, связанные с поступлением на государственную гражданскую службу, ее прохождением и прекращением, а также определением правового положения (статуса) государственного гражданского служащего регулируются Федеральным законом от 27 июля 2004 года N 79-ФЗ "О государственной гражданской службе Российской Федерации", Федеральным законом от 25 декабря 2008 года N 273-ФЗ "О противодействии коррупции", другими федеральными законами, нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации, Правительства Российской Федерации, федерального органа исполнительной власти.

Государственной гражданской службой Российской Федерации является вид государственной службы, представляющей собой профессиональную служебную деятельность граждан Российской Федерации на должностях гражданской службы по обеспечению исполнения полномочий государственных органов, лиц, замещающих государственные должности Российской Федерации, и лиц, замещающих государственные должности субъектов Российской Федерации (часть 1 статьи 3 Федерального закона от 27 июля 2004 года N 79-ФЗ "О государственной гражданской службе Российской Федерации").

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации применительно к различным видам профессиональной деятельности, связанной с осуществлением публичных функций (включая муниципальную службу), специфика публичной службы предопределяет особый правовой статус государственных (муниципальных) служащих, включающий в себя права и обязанности государственных (муниципальных) служащих, а также налагаемые на них ограничения и запреты, связанные с государственной (муниципальной) службой, наличие которых компенсируется в том числе предоставляемыми им гарантиями и преимуществами. Гражданин, поступая на такого рода публичную службу, добровольно избирает профессиональную деятельность, предполагающую наличие определенных запретов и ограничений, связанных с приобретаемым им правовым статусом (постановления от 30 июня 2011 года N 14-П, от 21 марта 2013 года N 6-П, от 21 марта 2014 года N 7-П, от 30 октября 2014 года N 26-П, от 08 декабря 2015 года N 31-П, от 29 ноября 2016 года N 26-П; от 13 февраля 2020 года N 8-П).

Согласно части 1 статьи 15 Федерального закона от 27 июля 2004 года N 79-ФЗ "О государственной гражданской службе Российской Федерации" гражданский служащий обязан: соблюдать Конституцию Российской Федерации, федеральные конституционные законы, федеральные законы, иные нормативные правовые акты Российской Федерации, конституции (уставы), законы и иные нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации и обеспечивать их исполнение; исполнять должностные обязанности в соответствии с должностным регламентом; не разглашать сведения, составляющие государственную и иную охраняемую федеральным законом тайну, а также сведения, ставшие ему известными в связи с исполнением должностных обязанностей, в том числе сведения, касающиеся частной жизни и здоровья граждан или затрагивающие их честь и достоинство; соблюдать ограничения, выполнять обязательства и требования к служебному поведению, не нарушать запреты, которые установлены настоящим Федеральным законом и другими федеральными законами.

Пунктом 9 части 1 статьи 17 Федерального закона от 27 июля 2004 года N 79-ФЗ "О государственной гражданской службе Российской Федерации" предусмотрено, что в связи с прохождением гражданской службы гражданскому служащему запрещается разглашать или использовать в целях, не связанных с гражданской службой, сведения, отнесенные в соответствии с федеральным законом к сведениям конфиденциального характера, или служебную информацию, ставшие ему известными в связи с исполнением должностных обязанностей.

Согласно п. 2 Приказа Министерства социальной политики Свердловской области от 28.11.2023 N 415 "О реализации Постановления Правительства Свердловской области от 17.11.2009 N 1641-ПП "О полномочиях органов исполнительной власти Свердловской области по реализации Федерального закона от 17 июля 1999 года N 178-ФЗ "О государственной социальной помощи" в части установления социальной доплаты к пенсии" Управления социальной политики обеспечивают формирование и ведение электронной базы данных персонифицированного учета граждан, получающих меры социальной поддержки (помощи), установленные законодательством Российской Федерации и законодательством Свердловской области, в автоматизированной системе "Адресная социальная помощь" (далее - БД АС "АСП").

В БД АС "АСП" на граждан, которым установлена федеральная социальная доплата к пенсии, должны содержаться следующие сведения:

1) страховой номер индивидуального лицевого счета (СНИЛС);

2) фамилия, имя, отчество (при наличии);

3) дата рождения;

4) место рождения;

5) пол;

6) адрес места жительства;

7) серия и номер паспорта или другого документа, удостоверяющего личность, дата выдачи указанных документов, наименование выдавшего их органа;

8) категория гражданина (гражданин, которому установлена федеральная социальная доплата к пенсии);

9) сведения о законном представителе (опекуне, попечителе, родителе) гражданина или его уполномоченном представителе (фамилия, имя, отчество (при наличии), почтовый адрес места жительства, места пребывания, дата рождения);

10) информация о способе доставки пенсии и сведения об организации, через которую осуществляется выплата пенсии.

В соответствии со статьей 14 Федерального закона от 27 июля 2006 года N 149-ФЗ "Об информации, информационных технологиях и о защите информации" государственные информационные системы создаются в целях реализации полномочий государственных органов и обеспечения обмена информацией между этими органами, а также в иных установленных федеральными законами целях (часть 1).

Информация, содержащаяся в государственных информационных системах, а также иные имеющиеся в распоряжении государственных органов сведения и документы являются государственными информационными ресурсами. Информация, содержащаяся в государственных информационных системах, является официальной. Государственные органы, определенные в соответствии с нормативным правовым актом, регламентирующим функционирование государственной информационной системы, обязаны обеспечить достоверность и актуальность информации, содержащейся в данной информационной системе, доступ к указанной информации в случаях и в порядке, предусмотренных законодательством, а также защиту указанной информации от неправомерных доступа, уничтожения, модифицирования, блокирования, копирования, предоставления, распространения и иных неправомерных действий (часть 9).

Таким образом, АС "АСП" является государственной информационной системой, созданной с целью повышения эффективности реализации полномочий и решения задач Управления, санкционированный доступ к которой получают пользователи исключительно для осуществления функций в соответствии со своими служебными полномочиями.

Таким образом, факт использования служебного положения со стороны ФИО1, угрозы с ее стороны в отношении ФИО2, а также факт скрытия заболевания у ФИО1, препятствующего занятию должности государственной службы, действительно могут являться основанием для проверки правоохранительных органов, поскольку являются обстоятельствами, влекущими применения к такому служащему мер уголовной и административной ответственности.

В связи с чем, суд приходит к выводу, что в контексте мотивов для обращения с указанным в иске заявлением в ОП № 14, информация, изложенная в нем ответчиком, носит характер оповещения соответствующих органов о возможном нарушении ФИО1 требований закона, жалоба содержит просьбу разобраться в сложившейся ситуации. Направление ответчиком указанного обращения в государственные органы и органы местного самоуправления само по себе нельзя расценивать как распространение сведений, порочащих честь и достоинство истца.

Обратившись письменно в правоохранительные, государственные органы, должностным лицам, ответчик воспользовался предоставленным статьей 33 Конституции Российской Федерации правом направлять личные обращения в государственные органы и органы местного самоуправления, которые в пределах своей компетенции обязаны рассматривать эти обращения, принимать по ним решения и давать мотивированный ответ в установленный законом срок.

Таким образом, проанализировав обращение ответчика в ОП № 14, применительно к рассматриваемому спору, суд полагает, что фактом обращения с правоохранительные органы ответчик реализовала свое конституционное право на проверку обстоятельств совершения истцом действий в рамках УК РФ и КоАП РФ, в связи с чем, в контексте пункта 10 постановления Пленума о защите чести и достоинства данное обращение от 13.03.2025 в ОП № 14 не может оцениваться как распространение не соответствующих действительности порочащих сведений. Таким образом, в судебном заседании установлено отсутствие совокупности составляющих для привлечения ответчика к ответственности по ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации в смысле нарушения прав истца на доброе имя, в частности отсутствие факта распространения недостоверных сведений путем направления обращения в ОП № 14 от 13.03.2025. Доказательств наличия со стороны ответчика злоупотребления суду не представлено. Наличие конфликта с бывшим супругом данное обстоятельство не подтверждает. 

В связи с чем, подлежат отклонению требования иска в части признания распространенных ФИО2 сведения в её обращении от *** в ОП № 14, не соответствующими действительности, порочащими честь достоинство и деловую репутацию истца, а также возложения на ответчика обязанности направить опровержение.

В тоже время, оценивая требования иска к ФИО2 в отношении ФИО1 в части обращения к работодателю от *** относительно действий последней, суд исходит из того, что данное учреждение не наделено полномочиями по привлечению государственного служащего к ответственности по нормам УК РФ и КоАП РФ. Соответственно, положения пункта 10 постановления Пленума о защите чести и достоинства в данной части не применимы. Обстоятельство того, что ТОИОГВ СО – Управление социальной политики Свердловской области № 23 является государственным органом не свидетельствует о том, что ответчик, направляя сообщения о его работнике руководствуется в своих действиях положениями ст. 33 Конституции Российской Федерации. В связи с чем, в данном случае истец вправе обратиться настоящим требованием.

Исследуя текст сообщения от ***, направленного в Управление, судом установлено, что общая смысловая нагрузка не свидетельствует о наличии со стороны ответчика оценочного суждения либо мнения, убеждения автора относительно содержащейся в нем информации, напротив содержит утверждение о фактах, которые необходимо установить с целью привлечения истца к уголовной либо административной ответственности, а также ее увольнении с государственной службы. Фразы «

<

***>» в контексте выражений «

<

***>», «

<

***>», «

<

***>», «

<

***>», «

<

***>», «

<

***>» создают у читателя общее впечатление известности и достоверности данной информации автору. При этом, в ходе рассмотрения дела ответчик ФИО3 суду пояснил, что информацию относительно 

<

***> ФИО2 сообщил он, в свою очередь, ФИО2 данную информацию, не ставя под сомнение, просит работодателя принять как основание для применения меры дисциплинарного воздействия. Также обстоятельства угроз ФИО2 и ее семье, в частности дочери, со стороны ФИО1, а также получения сведений об ответчике ФИО2, используя служебное положение, последней стало известно из переписки между ФИО3 и ФИО1 (т. 1 л.д. 137-142), которая также, не вызвав сомнение, была ответчиком ФИО2 представлена в качестве достоверной информации работодателю истца. То обстоятельство, что данная информация носит оценочный характер в виде суждения либо мнения, убеждения, ответчик не опроверг. На предложение суда предоставить какое –либо заключение представитель ответчика ответила отказом, предложение суда назначить судебную лингвистическую экспертизу также представителем ответчика отклонено.

В связи с чем, суд расценивает информацию в обращении от 

<

***> в Управление как утверждение, подлежащее оценке на основании ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации. То обстоятельство, что сообщенная информация является негативной, порочащей честь истца у суда не вызывает сомнения, поскольку из приведенных ранее норм следует, что сведения, содержащиеся в АС «АСП», являются служебной информацией конфиденциального характера, государственный гражданский служащий, имеющий доступ к данной системе, обязан использовать, содержащуюся в ней информацию, исключительно в служебных целях, осуществлять ее охрану. Обязанности истца по использованию такой информации и ее охране прямо предусмотрены как Федеральным законом от 27 июля 2004 года N 79-ФЗ "О государственной гражданской службе Российской Федерации", так и ее служебным контрактом и должностным регламентом, за неисполнение которых она могла быть привлечена нанимателем к дисциплинарной ответственности.

Между тем, проверяя достоверность данных сведений, судом из проведенной служебной проверки установлено, что обстоятельств использования ФИО1 программы АС «АСП», как на то указывает ответчик, не выявлено. Из объяснений третьего лица следует, что использование программы лицом, территориально обслуживающим иное подразделение, технически невозможно. Более того, информация, которая содержится в базе данных указана в п. 2 Приказа Министерства социальной политики Свердловской области от 28.11.2023 N 415 "О реализации Постановления Правительства Свердловской области от 17.11.2009 N 1641-ПП "О полномочиях органов исполнительной власти Свердловской области по реализации Федерального закона от 17 июля 1999 года N 178-ФЗ "О государственной социальной помощи". Сведений о составе семьи, имущественном положении, диагнозе и инвалидности в указанной базе не отражено. Доказательств обратного суду ответчиком не представлено. Как не представлено доказательств угроз в адрес ФИО2 со стороны ФИО1 Переписка, на которую ссылается ответчик, адресована не ФИО2, а ФИО3, обстоятельств «шантажа» ФИО2 также не содержит. Кроме того, ответчик, как то требует законодатель, не подтвердил факт достоверности сведений относительно 

<

***> в прошлом ФИО1 Представленные суду в рамках личного дела государственного служащего медицинские справки за период с 2020 года по настоящее время данных сведений не содержат. Представленная фотография из социально-реабилитационного центра «

<

***>» *** от 2000 года с изображением ФИО1 (т. 2 л.д. 169) не свидетельствует о том, что истец проходила реабилитацию 

<

***>. Согласно доводам истца, ее участие в данном проекте ограничивалось волонтерской деятельностью после прохождения обучения в 

<

***>, что подтверждается дипломом (т. 2 л.д. 164).

В связи с чем, суд полагает, что ответчиком не доказана достоверность представленной работодателю информации, соответственно, у суда имеются основания для привлечения ответчика ФИО2 к гражданско-правовой ответственности по ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации о признании недостоверных, порочащих честь и достоинство истца сведений в обращении от 13.03.2025 в ТОИОГВ СО – Управление социальной политики Свердловской области № 23, содержащие следующую информацию: «ФИО6 

<

***>». 

Законодателем не предусмотрен точный порядок размещения опровержения недостоверной, порочащей честь и достоинство информации. Предложенный истцом способ опровержения путем возложения на ответчика ФИО2 обязанности в течение 3-х дней с момента вступления в законную силу решения суда направить письменное заявление в Управления социальной политики № 23 следующего содержания: «

<

***>», - суд находит оптимальным.

В соответствии с пунктом 1 статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае неисполнения должником обязательства кредитор вправе требовать по суду исполнения обязательства в натуре, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, иными законами или договором либо не вытекает из существа обязательства. Суд по требованию кредитора вправе присудить в его пользу денежную сумму (пункт 1 статьи 330) на случай неисполнения указанного судебного акта в размере, определяемом судом на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения выгоды из незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1).

Уплата судебной неустойки не влечет прекращения основного обязательства, не освобождает должника от исполнения его в натуре, а также от применения мер ответственности за его неисполнение или ненадлежащее исполнение (п. 2 ст. 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», согласно пункту 1 статьи 308.3, статье 396 ГК РФ в случае неисполнения должником обязательства кредитор вправе требовать по суду исполнения обязательства в натуре, если иное не предусмотрено ГК РФ, иными законами или договором либо не вытекает из существа обязательства. При этом следует учитывать, что в соответствии со статьями 309 и 310 ГК РФ должник не вправе произвольно отказаться от надлежащего исполнения обязательства. При предъявлении кредитором иска об исполнении должником обязательства в натуре суд, исходя из конкретных обстоятельств дела, определяет, является ли такое исполнение объективно возможным. Разрешая вопрос о допустимости понуждения должника исполнить обязанность в натуре, суд учитывает не только положения ГК РФ, иного закона или договора, но и существо соответствующего обязательства.

Согласно пункту 32 вышеуказанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 размер судебной неустойки определяется судом на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимо-сти извлечения должником выгоды из незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). В результате присуждения судебной неустойки исполнение судебного акта должно оказаться для ответчика явно более выгодным, чем его неисполнение.

В пункте 34 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» указано, что при наличии обстоятельств, объективно препятствующих исполнению судебного акта о понуждении к исполнению в натуре в установленный судом срок (пункт 3 статьи 401 ГК РФ), ответчик вправе подать заявление об отсрочке или о рассрочке исполнения судебного акта (статьи 203, 434 ГПК РФ, статья 324 АПК РФ). В случае удовлетворения требования об отсрочке (рассрочке) исполнения су-дебного акта суд определяет период, в течение которого судебная неустойка не подлежит начислению. Указанный период исчисляется с момента возникновения обстоятельств, послуживших основанием для отсрочки (рассрочки) исполнения су-дебного акта, и устанавливается на срок, необходимый для исполнения судебного акта. Должник также не обязан уплачивать судебную неустойку с момента незакон-ного отказа кредитора от принятия предложенного должником надлежащего ис-полнения (статья 406 ГК РФ).

По смыслу статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений, приведенных в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Граж-данского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обяза-тельств», судебная неустойка является мерой ответственности на случай неиспол-нения судебного акта, устанавливаемой судом, в целях дополнительного воздей-ствия на должника; размер судебной неустойки определяется судьей по своему внутреннему убеждению с учетом обстоятельств дела и исходя из принципов спра-ведливости, соразмерности и недопустимости извлечения выгоды должником из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с п. 33 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 года N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", судебный акт в части взыскания судебной неустойки подлежит при-нудительному исполнению только по истечении определенного судом срока испол-нения обязательства в натуре. Факт неисполнения или ненадлежащего исполнения решения суда устанавливается судебным приставом-исполнителем.

Таким образом, целью судебной неустойки является побудить к исполнению обязанности, уже доказанной и всесторонне исследованной судом, а также при-знанной к исполнению.

В этой связи судебная неустойка не может рассматриваться как какой-либо способ по обеспечению обязательства. Судебная неустойка не может быть присуж-дена в случаях, когда это предусмотрено законом или договором либо вытекает из существа обязательства, а также в случае объективной невозможности исполнения самого обязательства. При этом, если должник не хочет исполнить решение суда по своей воле, то кредитор имеет право исполнить такое решение своими силами с возложением на должника расходов по исполнению обязательства (статьи 309.2, 396 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Судебная неустойка в отличие от классической неустойки несет в себе пуб-лично-правовую составляющую, поскольку она является мерой ответственности на случай неисполнения судебного акта, устанавливаемой судом, в целях дополни-тельного воздействия на должника. Размер судебной неустойки определяется судом по своему внутреннему убеждению с учетом обстоятельств дела и исходя из принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения выгоды должником из своего незаконного или недобросовестного поведения. Соразмерность судебной неустойки определяется исходя из степени сопротивления должника в исполнение обязательства, и, соответственно, присуждается в целях преодоления имеющегося сопротивления и побуждения к исполнению.

Судом в данном конкретном случае полагает возможным возложить на ФИО2 обязанность возместить в пользу ФИО1 судебную неустойку в размере 500 руб. за каждый день неисполнения решения суда в части размещения опровержения, но не более 500 000 руб. со дня вступления в законную силу решения суда.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с данным кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения (пункт 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Абзац десятый статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации в качестве одного из способов защиты гражданских прав предусматривает возможность потерпевшей стороны требовать компенсации морального вреда.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии с пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 под нравственными страданиями понимается - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Согласно пункту 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Таким образом, действующее законодательство допускает возможность защиты чести и достоинства (доброго имени) гражданина путем заявления требования о компенсации морального вреда. Указанный способ защиты нарушенного права является самостоятельным, и его применение не обусловлено необходимостью одновременного использования какого-либо иного способа защиты.

В связи с указанным, суд приходит к выводу о том, что имеются правовые основания для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда, поскольку умалено достоинство личности истца, унижена честь, нарушено право на доброе имя.

При этом, определяя размер компенсации морального вреда, суд исходит из следующего.

Общедоступная практика учитывает, что задача расчета размера компенсации является сложной. Она особенно трудна в деле, предметом которого является личное страдание, физическое или нравственное. Не существует стандарта, позволяющего измерить в денежных средствах физическое неудобство и нравственное страдание. 

Таким образом, суд, действуя в соответствии с принципом адекватного и эффективного устранения нарушения, а также учитывая степень нравственных страданий истца, фактические обстоятельства причинения морального вреда, индивидуальные особенности истца, характер его деятельности и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных истцом страданий, определяет ко взысканию с ответчика ФИО2 в счет компенсации морального вреда 20000 рублей. По мнению суда, данная сумма соразмерна обстоятельствам произошедшего события, а также того факта, что истец, занимая должность государственного служащего, согласно пп. «к» п. 9 Приказа Минтруда России от 17.12.2012 N 604 "Об утверждении Кодекса этики и служебного поведения федеральных государственных гражданских служащих Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации" обязана воздерживаться от поведения, которое могло бы вызвать сомнение в добросовестном исполнении государственными служащими должностных обязанностей, а также избегать конфликтных ситуаций, способных нанести ущерб репутации государственного служащего или авторитету Министерства, а также согласно пп. «б, в» п. 14 вышеуказанного Кодекса должна была воздержаться от грубости, проявлений пренебрежительного тона, заносчивости, предвзятых замечаний, предъявления неправомерных, незаслуженных обвинений, угроз, оскорбительных выражений или реплик, действий, препятствующих нормальному общению или провоцирующих противоправное поведение.

В свою очередь, требования иска ФИО1 к ФИО3 о признании распространенных ответчиком сведений о том что ФИО1 состояла на учете в 

<

***>, сообщенные им устно ФИО2, и озвученные в судебном заседании 24.07.2025, порочащими честь и достоинство истца и не соответствующими действительности, - подлежат отклонению в полном объеме, поскольку согласно разъяснениям, содержащимся в п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 г. N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц" судам необходимо иметь в виду, что в случае, когда сведения, по поводу которых возник спор, сообщены в ходе рассмотрения другого дела участвовавшими в нем лицами, а также свидетелями в отношении участвовавших в деле лиц, являлись доказательствами по этому делу и были оценены судом при вынесении решения, они не могут быть оспорены в порядке, предусмотренном ст. 152 ГК РФ, так как нормами ГПК РФ и УПК РФ установлен специальный порядок исследования и оценки данных доказательств. Такое требование, по существу, является требованием о повторной судебной оценке этих сведений, включая переоценку доказательств по ранее рассмотренным делам.

Суд при вынесении решения оценивает исследованные доказательства в совокупности и учитывает, что у сторон в судебном заседании не возникло дополнений при рассмотрении дела по существу, в судебном заседании обе стороны согласились на окончание рассмотрения дела при исследованных судом доказательствах, сторонам также было разъяснено бремя доказывания в соответствии с положениями ст.ст.12, 35, 56, 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

иск ФИО1 к ФИО2, - удовлетворить частично.

Признать несоответствующими действительности, порочащими честь, достоинство и деловую репутацию ФИО1 сведения в обращении ФИО2 от 13.03.2025 в ТОИОГВ СО – Управление социальной политики Свердловской области № 23, содержащие следующую информацию: 

«

<

***>»

Обязать ответчика ФИО2 (

<

***>) в течение 3-х дней с момента вступления в законную силу решения суда направить письменное заявление в Управления социальной политики № 23 следующего содержания: «

<

***>».

Взыскать с ФИО2 (

<

***>) в пользу ФИО1 (

<

***>) судебную неустойку в размере 500 руб. за каждый день неисполнения решения суда в части размещения опровержения, но не более 500 000 руб. со дня вступления в законную силу решения суда.

Взыскать с ФИО2 (

<

***>) в пользу ФИО1 (

<

***>) компенсацию морального вреда в размере 20000 рублей.

В удовлетворении остальной части требований ФИО1 к ФИО2, ФИО3, - отказать.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд через Кировский районный суд г. Екатеринбурга в течение месяца со дня изготовления решения в окончательном виде.

Судья 

<

***> Е. В. Самойлова