Дело № 2-3819/2020 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Хабаровск 28 сентября 2020 года

Центральный районный суд города Хабаровска в составе:

председательствующего судьи Белоусовой О.С.

с участием представителя финансового управляющего ФИО1, представителей ответчика ФИО2, ФИО3, 

при секретаре Феллер В.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску финансового управляющего ФИО4 – ФИО6 к ФИО10, обществу с ограниченной ответственностью «Дарсо» о признании отсутствующим права собственности, признании ничтожной сделки, истребовании земельного участка из чужого незаконного владения, 

УСТАНОВИЛ:

Финансовый управляющий ФИО6 – ФИО4 обратился в суд с иском к ФИО10, ООО «Дарсо» о признании отсутствующим права собственности, признании ничтожной сделки, истребовании земельного участка из чужого незаконного владения.

В обоснование заявленных требований указав, что определением Арбитражного суда Еврейской автономной области от 20 июня 2019 г. по делу № А16-1567/2018 ФИО4 признан банкротом, в отношении него введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим назначен ФИО6 В ходе проведения работы по выявлению имущества ФИО4 и подозрительных сделок установлено следующее: ФИО4 на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ приобрел в собственность земельный участок с кадастровым номером №, площадью 731,5 кв.м., расположенный по адресу: 

<

адрес>. Право собственности было зарегистрировано Управлением Федеральной регистрационной службы по Хабаровскому краю и ЕАО ДД.ММ.ГГГГ, выдано свидетельство о государственной регистрации права № На основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ земельный участок с кадастровым номером № площадью 731,5 кв.м., расположенный по адресу: 

<

адрес> вместе с возведенным на нем жилым домом, ФИО4 продал ФИО10, право собственности за ФИО10 зарегистрировано Управлением Росреестра по Хабаровскому краю ДД.ММ.ГГГГ за №. Вступившим в законную силу решением Центрального районного суда г.Хабаровска от 22.10.2014 г. по делу № 2-256/2014 ФИО4 признан не приобретшим право собственности на жилой дом по адресу: 

<

адрес> расположенный на земельном участке с кадастровым номером №. Договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО7 и ФИО10 признан недействительным. На основании договора купли-продажи недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО10 продала земельный участок с кадастровым номером №, площадью 731,5 кв.м., расположенный по адресу: 

<

адрес> – Обществу с ограниченной ответственностью «Дарсо». Финансовый управляющий ФИО4 считает, что земельный участок с кадастровым номером № расположенный по адресу: 

<

адрес> находится у ООО «Дарсо» в незаконном владении и подлежит истребованию в пользу ФИО4 Вступившим в законную силу решением Центрального районного суда г.Хабаровска от 22.10.2014 г., договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО7 и ФИО10 признан недействительным (ничтожным) в силу положений п. 2 ст. 168 ГК РФ как сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц. То обстоятельство, что последствия недействительности ничтожной сделки не были применения Центральным районным судом г.Хабаровска в решении по делу, не означает что ФИО10 приобрела титул собственника на земельный участок, титул собственника остался у ФИО4 Земельным кодексом РФ установлен принцип единства судьбы земельных участков и прочно связанных с ними объектов, согласно которому все прочно связанные с земельными участками объекты следуют судьбе земельных участков. Не допускается отчуждение земельного участка без находящихся на нем здания, сооружения в случае, если они принадлежат одному лицу. Сделки, воля сторон по которым направлена на отчуждение здания, строения, сооружения, без соответствующего земельного участка, без находящихся на нем объектов недвижимости, если земельный участок и расположенные на нем объекты принадлежат на праве собственности одному лицу, являются ничтожными. По смыслу приведенных норм и разъяснений, в случае принадлежности объектов недвижимости и земельного участка, на котором они расположены, одному лицу, в обороте объекты недвижимости и участок выступают совместно. Таким образом, правовые последствия совершения недействительной сделки по распоряжению недвижимым имуществом, расположенным на земельном участке, принадлежащем продавцу на праве собственности, в полном объеме распространяют и на земельный участок, проданный вместе со зданием, по договору, признанному недействительным. Следовательно, ФИО10 не приобрела титул собственника в отношении земельного участка по адресу 

<

адрес> и не имела правомочий на его отчуждение третьим лицом. Поэтому, договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО10 и ООО «Дарсо» является ничтожным по основаниям, предусмотренным п. 2 ст. 168 ГК РФ. Это означает, что спорный земельный участок приобретен ООО «Дарсо» у лица, которое не имело право на отчуждение. В свою очередь, ООО «Дарсо» как приобретатель земельного участка не может быть признано добросовестным приобретателем так как ему на момент заключения договора от ДД.ММ.ГГГГ было достоверно известно о признании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ недействительным. Поскольку первая сделка по отчуждению спорного земельного участка уже признана недействительной, то арбитражный управляющий должника вправе предъявить к конечному приобретателю ООО «Дарсо» иск об истребовании имущества из его незаконного владения. Просит признать отсутствующим право собственности ФИО10 в отношении земельного участка с кадастровым номером № площадью 731,5 кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес> основанием которого являлся недействительный договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ; признать договор купли-продажи недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО10 и ООО «Дарсо» о продаже земельного участка с кадастровым номером № площадью 731,5 кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес>, ничтожной сделкой; истребовать земельный участок из незаконного владения ООО «Дарсо». 

В судебное заседание не явился финансовый управляющий, ответчик ФИО10, будучи извещенными о времени и месте рассмотрения дела в соответствии с законом. Руководствуясь положениями статьи 167 ГПК РФ суд находит возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле.

Представитель финансового управляющего ФИО1 поддержал исковые требования, полагая, что земельный участок должен следовать судьбе недвижимого имущества. Стороны договора имели интерес приобретения дома и земельного участка вместе, т.е. при признании сделки недействительной в части продажи жилого дома, данное влечет признание сделки недействительной и в части земельного участка. Необходимо установить, могли бы стороны совершить сделку и без включения в сделку условий о продаже земельного участка. Основная цель совершенной между ФИО4 и ФИО10 сделки, являлся жилой дом, что следует из действий ФИО10, которая предъявляя встречный иск желала легализовать имущество, желала признать право собственности на самовольную постройку. Для ФИО10, таким образом, первоочередным был жилой дом, и состоялась эта сделка единовременно. ФИО4 желал продать жилой дом и ФИО10 желала приобрести жилой дом, а не земельный участок. Фактически ФИО10 не приобрела титул собственника. Относительно пропуска срока исковой давности, то финансовый управляющий не заявляет требования о признании сделки недействительной. Необходимо руководствовать правилами о том, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении права, финансовый управляющий действует в интересах кредиторов, определение о признании ФИО4 несостоятельным вынесено ДД.ММ.ГГГГ, соответственно и срок не пропущен. Такой способ защиты как признание права отсутствующим не предполагает применение исковой давности. Сделка по жилому дому была признана недействительной в связи с тем, что дом признан самовольной постройкой. Но этот аргумент не имеет отношение к делу, поскольку на момент совершения сделки право ФИО4 зарегистрированы. Доводы ООО «Дарсо» о добросовестности несостоятельны, поскольку организация знала о судебном акте. Полагает, что оспаривалась сделка в целом, а не её часть по причине следования судьбы земельного участка за недвижимостью. Дополнительно изложил позицию, что пороком сделки явилось объективное не соответствие самой сделки требованиям закона и нарушение прав третьих лиц. Выводы о недействительности сделки, сами по себе свидетельствуют о том, что эта сделка не порождает иных последствий, кроме тех, которые связаны с ее недействительностью. 

Представители ответчика ФИО5, ФИО8 возражали против удовлетворения иска. При этом, представитель ответчика ФИО5 пояснила, что истец просит признать отсутствующим право собственности за ФИО10, данные требования некорректны, поскольку каких-либо прав у ФИО10 на момент предъявления иска, не имеется. Признавать отсутствующим право за лицом, у которого данного права не имеется, невозможно. Постановление Пленума совместное № 10/22 разъясняет, что право на иск может иметь только к владеющему собственнику, право собственности которого зарегистрировано. Сделка купли-продажи была признана недействительной только в отношении жилого дома, но не земельного участка. Если говорить о единстве земельного участка и недвижимого имущества, то действия регистратора в данном случае были признаны ошибочными, право было изначально зарегистрировано с пороком и после исключения из оборота жилого дома, правило единства земельного участка в обратную сторону не работает. На момент совершения сделки, жилой дом не был признан самовольной постройкой, до совершения сделки права ФИО4 в отношении земельного участка были, он покупал и продавал земельный участок, никаких пороков не имеется. Кроме того, недействительность части сделки не влечет недействительность сделки полностью, у ФИО4 имелось право продажи земельного участка. В договоре купли-продажи зафиксированы два предмета: земельный участок и жилой дом. ФИО10 осуществила отчуждение участка в 2017 году, с 2013 года по 2020 г. никаких притязаний в отношении земельного участка не заявлялось. ООО «Дарсо» добросовестный приобретатель земельного участка, на момент приобретения в 2017 году, с 2013 г. никаких притязаний по земельному участку не имелось, регистрация была официальной. Признание незаконным договора купли-продажи произошло в силу того, что сама постройка запрещена в обороте. Просит отказать в удовлетворении иска.

Выслушав стороны, изучив и оценив представленные доказательства, суд приходит к следующему: 

Как установлено судом, определением Арбитражного суда Еврейской автономной области от 20 июня 2019 г. по делу № А16-1567/2018 ИП ФИО4 признан банкротом, в отношении него введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим назначен ФИО6

Статьей 1 Земельного кодекса Российской Федерации закреплены основные принципы земельного законодательства, к числу которых отнесен, в том числе, принцип единства судьбы земельных участков и прочно связанных с ними объектов, согласно которому все прочно связанные с земельными участками объекты следуют судьбе земельных участков, за исключением случаев, установленных федеральными законами.

В силу положений статьи 25 Земельного кодекса РФ, права на земельные участки, предусмотренные главами III и IV настоящего Кодекса, возникают по основаниям, установленным гражданским законодательством, федеральными законами, и подлежат государственной регистрации в соответствии с Федеральным законом "О государственной регистрации недвижимости".

Земельный участок, расположенный по адресу: 

<

адрес> общей площадью 731,5 кв.м., кадастровый № на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ передан от продавца ФИО9 – покупателю ФИО4, сделка зарегистрирована в установленном порядке, с указанного времени собственником земельного участка являлся ФИО4

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО7 (продавец) и ФИО10 (покупатель) заключен Договор купли-продажи земельного участка и расположенного на нем жилого дома, предметом которого является: земельный участок (землепользование), кадастровый №, общей площадью 731,5 кв.м, адрес: 

<

адрес> Жилой дом, количество этажей – 3, кадастровый №, адрес объекта: 

<

адрес> общей площадью 1380 кв.м.

Согласно п. 3 Договора, вышеуказанные отчуждаемые жилой дом и земельный участок принадлежат продавцу на праве собственности согласно записей в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним. 

Из пункта 7 Договора следует, что продавец продал, а покупатель купил вышеуказанные жилой дом и земельный участок за 

<

данные изъяты>, из которых стоимость земельного участка составила 

<

данные изъяты>, жилого дома 

<

данные изъяты> 

Договор прошел государственную регистрацию, право собственности на жилой дом и земельный участок зарегистрировано за ФИО10 после регистрации в установленном законом порядке.

Решением Центрального районного суда г.Хабаровска от 22 октября 2014 г. исковые требования главного контрольного управления Правительства Хабаровского края к ФИО4, ФИО10 о признании не приобретшим право собственности на жилой дом, признании недействительной (ничтожной) сделки купли-продажи, исключении Записи из Единого государственного реестра прав собственности на недвижимое имущество и сделок с ним, признании объекта незавершенного строительства самовольной постройкой, обязании осуществить снос самовольной постройки, удовлетворены. ФИО4 признан не приобретшим право собственности на жилой дом по адресу: 

<

адрес>, расположенный на земельном участке с кадастровым номером: № Из Единого государственного реестра прав собственности на недвижимое имущество и сделок с ним исключена запись о государственной регистрации права собственности за ФИО7 на указанный объект. 

Признана недействительной сделка купли-продажи, заключенная между ФИО7 и ФИО10 от ДД.ММ.ГГГГ по продаже жилого дома по адресу: 

<

адрес> Исключена из Единого государственного реестра прав собственности на недвижимое имущество и сделок с ним запись о государственной регистрации права собственности за ФИО10 на жилой дом. 

Объект незавершенный строительством, расположенный по адресу: 

<

адрес> с кадастровым номером земельного участка №, признан самовольной постройкой. На ФИО10 возложена обязанность осуществить снос самовольной постройки – объект незавершенного строительством, расположенного по адресу: 

<

адрес> кадастровый номер земельного участка №. В удовлетворении встречного иска ФИО10 отказано.

Решение вступило в законную силу ДД.ММ.ГГГГ 

ДД.ММ.ГГГГ между ООО «Дарсо» (покупатель) и ФИО10 (продавец) заключен договор купли-продажи, предметом которого является, в силу его п. 1.1 земельный участок, категория земель: здание смешанного использования: с жилыми помещениями и помещениями делового, обслуживающего и коммерческого назначения с крытой автостоянкой, общей площадью 731,58 кв.м., кадастровый (или условный) №, расположенный по адресу: 

<

адрес>

На дату совершения сделки, обременений на земельный участок не имелось, земельный участок принадлежал на праве собственности ФИО10, что подтверждалось свидетельством о государственной регистрации права №, с датой выдачи ДД.ММ.ГГГГ и соответствующей записью регистрации №. 

Государственная регистрация права собственности ООО «Дарсо» на спорный земельный участок осуществлена ДД.ММ.ГГГГ, собственником на дату рассмотрения дела является ООО «Дарсо». 

В обоснование заявленных требований финансовый управляющий, ссылаясь на установление судебным решением факта признания сделки по купли-продажи земельного участка и расположенного на нем жилого дома от ДД.ММ.ГГГГ, расположенного по 

<

адрес>, недействительным, ссылаясь на положения земельного законодательства о следовании судьбе земельных участков объектам, прочно связанным с землей. 

Вместе с тем, указанным выше решением, сделка в части купли-продажи земельного участка недействительной не признавалась, из содержания резолютивной части ясно и четко следует, что признана недействительной только сделка купли-продажи жилого дома, расположенного на данном земельном участке, соответственно, и доводы представителя истца на преюдициальность указанного решения, основаны на неправильном толковании норм материального права. 

Согласно статье 35 Земельного кодекса Российской Федерации, при переходе права собственности на здание, сооружение, находящиеся на чужом земельном участке, к другому лицу оно приобретает право на использование соответствующей части земельного участка, занятой зданием, сооружением и необходимой для их использования, на тех же условиях и в том же объеме, что и прежний их собственник. В случае перехода права собственности на здание, сооружение к нескольким собственникам порядок пользования земельным участком определяется с учетом долей в праве собственности на здание, сооружение или сложившегося порядка пользования земельным участком. Собственник здания, сооружения, находящихся на чужом земельном участке, имеет преимущественное право покупки или аренды земельного участка, которое осуществляется в порядке, установленном гражданским законодательством для случаев продажи доли в праве общей собственности постороннему лицу. Отчуждение здания, сооружения, находящихся на земельном участке и принадлежащих одному лицу, проводится вместе с земельным участком, за исключением следующих случаев: 1) отчуждение части здания, сооружения, которая не может быть выделена в натуре вместе с частью земельного участка; 2) отчуждение здания, сооружения, находящихся на земельном участке, изъятом из оборота в соответствии со статьей 27 настоящего Кодекса; 3) отчуждение сооружения, которое расположено на земельном участке на условиях сервитута, на основании публичного сервитута. Отчуждение здания, сооружения, находящихся на ограниченном в обороте земельном участке и принадлежащих одному лицу, проводится вместе с земельным участком, если федеральным законом разрешено предоставлять такой земельный участок в собственность граждан и юридических лиц. Не допускается отчуждение земельного участка без находящихся на нем здания, сооружения в случае, если они принадлежат одному лицу.

Спорный земельный участок к ограниченным в обороте не отнесен, соответственно, его отчуждение не запрещено земельным законодательством. 

Из статьи 37 Земельного кодекса РФ следует, что объектом купли-продажи могут быть только земельные участки, прошедшие государственный кадастровый учет. Продавец при заключении договора купли-продажи обязан предоставить покупателю имеющуюся у него информацию об обременениях земельного участка и ограничениях его использования.

В п. 11 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 г. N 11 "О некоторых вопросах, связанных с применением земельного законодательства" разъяснено, что сделка, воля сторон по которой направлена на отчуждение здания или сооружения без соответствующего земельного участка, или отчуждение земельного участка без находящихся на нем объектов недвижимости, если земельный участок и расположенные на нем объекты недвижимости принадлежат одному лицу, является ничтожной.

Согласно ст. 15 п. 2 ЗК РФ граждане и юридические лица имеют право на равный доступ к приобретению земельных участков в собственность. Земельные участки, находящиеся в государственной или муниципальной собственности, могут быть предоставлены в собственность граждан и юридических лиц, за исключением земельных участков, которые в соответствии с настоящим Кодексом, федеральными законами не могут находиться в частной собственности.

В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом (п. 2 ст. 223 ГК РФ).

Государственной регистрации в силу п. 1 ст. 131 ГК РФ подлежат право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение.

К недвижимым вещам (недвижимое имущество, недвижимость) п. 1 ст. 130 ГК РФ относит земельные участки, участки недр и все, что прочно связано с землей, то есть объекты, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно, в том числе здания, сооружения, объекты незавершенного строительства. Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2017)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 26.04.2017).

В соответствии с пунктом 1 статьи 167 Гражданского Кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. 

Заявляя требования о признании ФИО10 не приобретшей право собственности на земельный участок, финансовый управляющий фактически, учитывая обстоятельства настоящего дела, истребует земельный участок у ООО «Дарсо» находящееся в чужом незаконном владении, в связи с чем, юридически значимыми обстоятельствами являются совокупность следующих обстоятельств: наличие вступившего в законную силу судебного решения по признанию первоначальной сделки в части отчуждения земельного участка недействительной и установлению незаконности владения земельным участком ООО «Дарсо».

Доводы истца о том, что ФИО10 не приобрела титул собственника в отношении земельного участка по адресу 

<

адрес> и не имела правомочий на его отчуждение третьим лицам, основаны на ошибочном толковании норм материального права, учитывая основания признания части сделки недействительной, ввиду признания жилого дома самовольной постройкой, а сведений о каких-либо пороках воли сторон при заключении сделки по продажи земельного участка, в материалах дела отсутствуют. 

При таких обстоятельствах, ФИО10 приобрела титул собственника на земельный участок и соответственно, имела правомочия собственника, в том числе, по распоряжению принадлежащим ей имуществом.

Доводы ответчика о единстве судьбы земельных участков и прочно связанных с ними объектов, основаны, применительно к рассматриваемому делу, на ошибочном толковании норм материального права, учитывая, что положения статьи 35 Земельного кодекса Российской Федерации не допускают отчуждение земельного участка без находящихся на нем здания, сооружения в случае, если они принадлежат одному лицу, но не приводят к пороку сделки в рассматриваемом случае, учитывая, что материалы дела не содержат доказательств тому, что воля сторон не была направлена на приобретение земельного участка.

В соответствии со статьей 301 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Пунктом 1 статьи 302 данного кодекса установлено, что если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

В пункте 39 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" разъяснено, что, по смыслу пункта 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли. Недействительность сделки, во исполнение которой передано имущество, не свидетельствует сама по себе о его выбытии из владения передавшего это имущество лица помимо его воли. Судам необходимо устанавливать, была ли воля собственника на передачу владения иному лицу.

Применительно к рассматриваемому делу, учитывая, что ФИО10 приобрела титул собственника, сделка по купли-продажи земельного участка недействительной не признавалась, соответственно, отсутствуют правовые основания для того, чтобы поставить под сомнение добросовестность ООО «Дорсо» при заключении сделки, воля сторон была направлена на передачу владения иному лицу ООО «Дорсо». 

Следует согласиться с доводами ответчика о том, что до совершения договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ у ФИО4 уже не имелось прав на жилой дом и он не мог распоряжаться имуществом, изъятым из гражданского оборота, т.е. на момент заключения сделки ФИО4 был признан не приобретшим право собственности на жилой дом, что и явилось основанием для аннулировании записи о регистрации права на жилой дом за ФИО7 

Судебной инстанцией вопрос о недействительности сделки по отчуждению земельного участка не рассматривался, законность владения ФИО7 земельным участком на момент передачи ФИО10, не оспаривалась и в процессе рассмотрения настоящего дела.

Как следует из положений статьи 180 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительность части сделки не влечет недействительности прочих ее частей, если можно предположить, что сделка была бы совершена и без включения недействительной ее части. 

Соответственно, так как сделка была признана недействительной только в части купли-продажи жилого дома, то основания для того, чтобы подвергать расширительному толкованию решение суда и основывать свой вывод на предположениях, что сделка была признана недействительной полностью, не имеется. 

При этом, в материалах дела не содержится доказательств тому, что сделка по отчуждению земельного участка не была бы совершена без включения недействительной ее части, а доводы представителя истца в указанной части, голословны. Не принимаются во внимание и ссылки представителя истца на то, что интерес ФИО10 был связан только с жилым домом, со ссылкой на предъявление встречного иска, учитывая, что данное процессуальное право ФИО10 предусмотрено законодательством, а предпринятые лицом попытки для избрания способов защиты своих прав не могут указывать на наличие либо отсутствие интереса в отношении земельного участка. Предъявление встречного иска ФИО10 и было обусловлено тем, что спорных вопросов по земельному участку не возникало. 

Отсутствие на земельном участке жилого дома, признанного самовольной постройкой, таким образом, препятствием для купли-продажи земельного участка, не являлось и объективных сомнений в том, что сделка в данной части не была бы совершена сторонами без включения в неё жилого дома, не имеется и доказательств обратному в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ истец не представил. 

В связи с изложенным, заявленные основания единства судьбы земельных участков и прочно связанных с ним объектов не применимы к рассматриваемому делу, при условии отсутствия каких-либо пороков при совершении сделки купли-продажи земельного участка. 

Анализ содержания договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ указывает на то, что договор содержал четко разграниченные предметы договора – земельный участок и жилой дом, с определением стоимости данных объектов отдельной ценой. 

Заслуживают внимание и ссылки ответчика ООО «Дарсо» на то, что определением Центрального районного суда г.Хабаровска от 26 мая 2017 г. в рамках рассмотренного дела произведена замена ответчика ФИО10 правопреемником ООО «Дарсо», определение вступило в законную силу, и по его содержанию следует, что судом проводилась проверка законности соглашения о переводе долга от ДД.ММ.ГГГГ на ООО «Дарсо», правомочия собственника ФИО10 в отношении земельного участка проверены. 

Возложение на ФИО10 как на собственника земельного участка обязанности по сносу самовольной постройки, подтверждают доводы ответчика о том, что в части купли-продажи земельного участка сделка не была признана недействительной, учитывая, что в силу п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29.04.2010, в случае нахождения самовольной постройки во владении лица, не осуществляющего самовольного строительства, ответчиком по иску о сносе самовольной постройки является лицо, которое стало бы собственником, если бы постройка не являлась самовольной. 

Обсуждая требования истца об истребовании земельного участка из чужого незаконного владения ООО «Дорсо», судом учитывается, что данным доводам доказательств в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ не представлено, при том, что право собственности на земельный участок было зарегистрированно в установленном законом порядке, участок приобретен на возмездной основе. 

Из приведенных выше норм материального права в их взаимосвязи следует, что добросовестность участников гражданского оборота и достоверность сведений государственного реестра прав собственности на недвижимое имущество предполагаются.

Для истребования имущества из чужого незаконного владения необходимо установить наличие у истца права на это имущество, факт владения этим имуществом ответчиком и незаконность такого владения.

Кроме того, для истребования имущества у лица, приобретшего его возмездно и добросовестно, необходимо установление факта утраты этого имущества собственником помимо его воли.

Согласно части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истец должен доказывать выбытие имущества из его владения помимо воли.

Данных обстоятельств как в отдельности, так и в совокупности, судом не установлено, ФИО4 при передачи права собственности добровольно по сделке, которая не признана недействительной в отношении земельного участка, утратил право собственности по своей воли, возмездность сделки не оспаривалась, т.е. какие-либо пороки воли сторон отсутствуют, признаки незаконности владения ООО «Дорсо» земельным участком ответствуют.

При этом необходимо учитывать, что признание части сделки недействительной в отношении объекта, который признан самовольной постройкой, т.е. объектом изъятым из гражданского оборота, само по себе не свидетельствует о том, что земельный участок выбыл из владения первоначального собственника ФИО4 помимо его воли. 

Судом установлено, что документы, устанавливающие и подтверждающие право собственности ФИО10 как продавца земельного участка, не имели признаков фальсификации, при том, что договор купли-продажи в части земельного участка, ни право продавцов по сделкам, равно как и предшествующие сделки и права прежних собственников, никем оспорены не были и недействительными не признавались. 

В связи с указанным, довод представителя истца о том, что ФИО10 не имела право на распоряжение спорным земельным участком, нельзя признать правильным, поскольку он не основан на материалах дела. 

Следует также учитывать, что в соответствии с разъяснениями п. 16 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 (ред. от 30.07.2013) "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" если же право на вещь, отчужденную должником по сделке, после совершения этой сделки было передано другой стороной сделки иному лицу по следующей сделке (например, по договору купли-продажи), то заявление об оспаривании первой сделки предъявляется по правилам статьи 61.8 Закона о банкротстве к другой ее стороне. 

Если первая сделка будет признана недействительной, должник вправе истребовать спорную вещь у ее второго приобретателя только посредством предъявления к нему виндикационного иска вне рамок дела о банкротстве по правилам статей 301 и 302 ГК РФ. В случае подсудности виндикационного иска тому же суду, который рассматривает дело о банкротстве, оспаривающее сделку лицо вправе по правилам статьи 130 АПК РФ соединить в одном заявлении, подаваемом в рамках дела о банкротстве, требования о признании сделки недействительной и о виндикации переданной по ней вещи; также возбужденное вне рамок дела о банкротстве тем же судом дело по иску о виндикации может быть объединено судом с рассмотрением заявления об оспаривании сделки - их объединенное рассмотрение осуществляется в рамках дела о банкротстве.

В силу статьи 61.8 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Именно такой порядок предусмотрен для оспаривания первоначальной сделки, которая не оспаривалась в установленном законом порядке по критерию её недействительности в иной части, т.е. в части продажи земельного участка, при том, что недействительность части сделки не влечет её недействительности в полном объеме, вопреки утверждению представителя истца.

Возможность истребования вещи из чужого незаконного владения, вне рамок дела о банкротстве, обусловлена в данном случае, признания недействительной первоначальной сделки по продажи земельного участка, чего не установлено. 

Ссылка истца на то, что первоначальная сделка по отчуждению спорного земельного участка уже признана недействительной, основана на ошибочном толковании норм материального права, учитывая, что сделка по продаже земельного участка, не была признана недействительной, аннулирования регистрации прав собственности за ФИО10 на данный земельный участок не произошло, а судебное решение содержит конкретное указание на признание недействительной части сделки по продажи жилого дома.

Соответственно, у финансового управляющего, при нарушении порядка оспаривании первоначальной сделки в части продажи земельного участка, не возникло право на предъявления иска об истребовании имущества из чужого незаконного владения, как производное от признании сделки недействительной. 

Обсуждая доводы ответчика о злоупотреблении финансовым управляющим своим правом с применением статьи 10 ГК РФ, следует учитывать, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действуя в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Вместе с тем, в действиях финансового управляющего не усматривается злоупотребление правом, учитывая, что обстоятельств того, что данные требования заявлены исключительно с целью причинить вред ответчикам либо в обход закона либо заведомо недобросовестно, материалы дела не содержат. 

До вынесения судом решения по делу, стороной ответчика ООО «Дарсо» заявлено о пропуске истцом срока исковой давности для обращения в суд с настоящим иском.

Разрешая заявленные требования, следует учитывать, что истец обратился с несколькими самостоятельными требования, в связи с чем, подлежит обсуждению пропуск срока по каждому требованию в отдельности. 

По общему правилу, установленному пунктом 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Статья 208 ГК РФ закрепляет случаи, при которых исковая давность не распространяется, к которым отнесено требования собственника или иного владельца об устранении всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения не были соединены с лишением владения (статья 304).

В данном случае, требования о признании сделки недействительной истцом не заявлялось, соответственно, ссылка ответчика на положения ст. 181 ГК РФ устанавливающей трехлетний срок исковой давности, является ошибочной. 

Разрешая заявление представителя ответчика о пропуске истцом срока исковой давности по заявленным требованиям о признании права отсутствующим, суд на основании положений ст. 208 ГК РФ отказывает в его удовлетворении, учитывая, что на рассматриваемые требования в части требований об устранении нарушений по правилам ст. 304 ГК РФ, исковая давность не распространяется, следовательно, оснований для отказа в иске по заявленному основанию не имеется.

Истец в своем исковом заявлении просит признать отсутствующим право собственности ФИО10 в отношении земельного участка, т.е. по существу, заявляет требования об устранении нарушений его прав, ссылаясь на то, что сделка уже была признана недействительной судебным решением, соответственно, по отношению к первой части заявленных исковых требований, оснований для применения срока исковой давности не имеется. 

В части требования о признании ничтожной сделки по купли-продажи земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ, срок исковой давности не пропущен, учитывая, что в данной части подлежит применению статья 181 ГК РФ, устанавливающая трехгодичный срок о применении последствий недействительности ничтожной сделки.

При условии заключения сделки ДД.ММ.ГГГГ и подачи в суд иска ДД.ММ.ГГГГ, трехгодичный срок для требований в данной части также не пропущен. 

Нельзя признать пропущенным и срок по требованиям об истребовании земельного участка из чужого незаконного владения, учитывая, что моментом известности финансового управляющего, действующего в интересах кредитора, следует принимать момент, когда финансовый управляющий узнал или должен был узнать о наличии данного обстоятельства, что не могло наступить ранее принятия ДД.ММ.ГГГГ решения о признании ИП ФИО4 несостоятельным (банкротом). 

Вместе с тем, требования истца удовлетворению не подлежат в связи с отсутствием для того правовых оснований. 

Руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований финансового управляющего ФИО4 – ФИО6 к ФИО10, обществу с ограниченной ответственностью «дарсо» о признании отсутствующим права собственности, признании ничтожной сделки, истребовании земельного участка из чужого незаконного владения, - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Хабаровский краевой суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, с подачей жалобы через Центральный районный суд г.Хабаровска.

Дата составления мотивированного решения -05.10.2020 г. 

Судья Белоусова О.С.