РЕШЕНИЕ

 

Именем Российской Федерации

а. Кошехабль «10» мая 2017 года

Кошехабльский районный суд Республики Адыгея в составе:

председательствующего – судьи Гапошиной И.С.,

при секретаре судебного заседания Этлешевой Н.Р.,

с участием:

представителя истицы ФИО8 

и несовершеннолетней ФИО1 ФИО14,

действующей на основании доверенности от 19.12.2016 года, выданной на 3 года,

представившей удостоверение №, ордер № от ДД.ММ.ГГГГ,

адвоката филиала № АРКА ФИО15, 

представляющего на основании ст. 50 ГПК РФ интересы ответчика ФИО9,

представившего удостоверение №, ордер № от ДД.ММ.ГГГГ,

представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований – органа опеки и попечительства - администрации МО «

<

адрес>» ФИО18,

действующего на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ, выданной до ДД.ММ.ГГГГ, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО8 в интересах несовершеннолетней ФИО1 к ФИО9, ФИО2, ФИО3 и ФИО7 о признании договоров купли-продажи квартиры недействительными,

УСТАНОВИЛ:

ФИО8, действующая от своего имени и в интересах несовершеннолетней ФИО1, обратилась в суд с иском к ФИО9, ФИО2, ФИО3 и ФИО7, в котором просила признать недействительным договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, заключенный между ФИО8 и ФИО9 ДД.ММ.ГГГГ, признать недействительным договор купли-продажи указанной квартиры, заключенный между ФИО9 и ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ.

При этом указала, что ДД.ММ.ГГГГ между ней и ФИО9 был заключен договор купли - продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>. Фактически это был договор залога квартиры в обеспечение долговых обязательств между ней и ФИО19, у которого она взяла в долг 250000 рублей, и он в качестве гарантии возврата денег уговорил ее заключить с ФИО9 договор купли-продажи принадлежащей ей квартиры, уверяя, что договор формальный, никаких юридических последствий купли-продажи он не влечет, так как на самом деле это договор залога. 

После этого ФИО9 ДД.ММ.ГГГГ заключила договор купли-продажи указанной квартиры с Гoгуа Н.Г. В момент заключения указанных договоров купли-продажи и по настоящее время в данной квартире зарегистрированы и проживают она и члены ее семьи, в том числе ее несовершеннолетняя дочь ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Факт того, что договор купли-продажи является мнимой сделкой, подтверждается тем, что ФИО9 никогда не проживала в этой квартире, не пользовалась ею, а она до сегодняшнего дня проживает в квартире с семьей и несет бремя по содержанию, оплачивает коммунальные услуги. 

Кроме того, сделка купли-продажи квартиры между ней и ФИО9 является незаконной в связи с тем, что этой сделкой нарушены права и законные интересы ее несовершеннолетней дочери, зарегистрированной в этой квартире, которая в результате данной сделки лишена жилья. 

В ходе рассмотрения гражданского дела истица ФИО8 уточнила заявленные исковые требования и просила суд признать недействительным договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ней и ФИО9, признать недействительным договор купли-продажи квартиры, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО9 и ФИО2, признать недействительным договор дарения указанной квартиры, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО3, ФИО13, признать за ФИО8 право собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ определением Кошехабльского районного суда (в протокольной форме) принято уточнение иска в части требования ФИО8 о признании недействительным договора дарения спорной квартиры. В принятии уточнения иска в части требования ФИО8 о признании права собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, отказано.

Извещенная надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела истица ФИО8 в судебное заседание не явилась. Ее интересы и интересы несовершеннолетней ФИО1 представляет адвокат ФИО14, которая в судебном заседании исковые требования ФИО8 поддержала и суду пояснила, что в действительности сделка была мнимой, так как это фактически был займ, и в обеспечение возвращения долга был заключен договор залога. Мнимость сделки подтверждается тем, что на сегодняшний день ФИО8 и ее дети проживают в спорной квартире. Также считает сделки купли-продажи квартиры оспоримыми по тому основанию, что при их совершении не было получено согласие органов опеки и попечительства, а все сделки нарушают права несовершеннолетней ФИО1, так как она осталась без жилья. При этом считает, что истцом не пропущен срок исковой давности, так как истец узнала о нарушении прав несовершеннолетней ФИО1 только тогда, когда ФИО2 предъявила в суд иск о выселении ФИО8 и членов ее семьи из спорной квартиры, т.е. в октябре 2016 года.

Ответчик ФИО9 в судебное заседание не явилась. Согласно отметке на заказном письме ответчик по адресу: 

<

адрес> не проживает. Ее интересы представляет адвокат ФИО15, назначенный судом в соответствии со ст. 50 ГПК РФ, который суду пояснил, что договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО8 и ФИО9, договор купли-продажи квартиры указанной квартиры, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО9 и ФИО2, являются оспоримыми сделками. При этом срок исковой давности по оспоримым сделкам составляет один год. Истицей пропущен срок для предъявления указанного иска в суд, в связи с чем просит отказать в исковых требованиях ФИО8 в связи с пропуском срока исковой давности. 

Извещённые надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела ответчики ФИО2, ФИО3 и ФИО7 в судебное заседание не явились, не сообщили суду об уважительных причинах неявки и не предоставили заявление о рассмотрении дела в их отсутствие.

В своем отзыве на исковое заявление представитель ответчика ФИО2 ФИО16 указал, что из искового заявления ФИО8 следует, что требование о признании договора купли-продажи недействительным основано на доводах истицы о ничтожности сделки вследствие мнимости или притворности, поскольку под влиянием заблуждения и обмана она согласилась совершить мнимую сделку и оформила договор купли-продажи спорной квартиры на ФИО9 Данные доводы истицы необоснованны, поскольку заблуждение, касающееся относительно мотивов сделки, не имеет значения и не может являться основанием для признания сделки недействительной. При этом, при заключении последующей сделки – купли-продажи квартиры между ФИО17 и ФИО2, ФИО8 была представителем покупателя ФИО2 по доверенности. Квартира приобреталась ФИО2, в том числе, за счет средств материнского капитала. Договор займа истицей не предоставлен. Таким образом, истицей не представлено доказательств того, что на момент заключения сделки она заблуждалась относительно природы сделки, либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможность его использования по назначению. ФИО2 является добросовестным приобретателем. С учетом вышеизложенного просит в удовлетворении иска ФИО8 отказать.

В судебном заседании представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, администрации МО «

<

адрес>» ФИО18 суду пояснил, что требования ФИО8 являются обоснованными, так как при заключении сделки - договора купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ФИО8 и ФИО9, были нарушены права несовершеннолетней ФИО1, так как данная сделка фактически лишила несовершеннолетнюю дочь истицы жилья. По поводу соблюдения прав несовершеннолетней ФИО3, являющейся в настоящее время одним из собственников спорной квартиры, пояснил, что права несовершеннолетних должны восстанавливаться в порядке очередности, в зависимости от даты нарушения права.

Извещённый надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по 

<

адрес> в судебное заседание не явился. В своем заявлении указал, что при разрешении заявленных требований полагается на усмотрение суда.

Выслушав представителя истицы ФИО8 и несовершеннолетней ФИО1 ФИО14, представителя ответчика ФИО9 ФИО15, представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, администрации МО «

<

адрес>» ФИО18, исследовав представленные материалы дела, суд считает, что в удовлетворении иска ФИО8 в интересах несовершеннолетней ФИО1 к ФИО9, ФИО2, ФИО3 и ФИО7 о признании договоров купли-продажи и дарения квартиры недействительными следует отказать по следующим основаниям.

В соответствии с ч.1 ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ст.67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Как установлено ст. 454 ГК РФ, по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Из договора купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО8 продала ФИО9 квартиру, общей площадью 100,5 кв.м., расположенную по адресу: 

<

адрес>.

В пункте 3 данного договора указано, что отчуждаемая квартира продана покупателю за 1 000 000 рублей. Расчет между продавцом и покупателем произведен полностью до подписания данного договора.

Договор купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ зарегистрирован в Управлении федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ. 

В соответствии со ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. 

Приобретённое ответчиком ФИО9 имущество фактически принадлежало истице ФИО8 ФИО9 со своей стороны полностью исполнила условия сделки, передала деньги и произвела государственную регистрацию сделки в установленном законом порядке в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по 

<

адрес>, на что указано в договоре купли-продажи квартиры. 

Согласно договору купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ ФИО9 продала ФИО2, от имени которой по доверенности действовала ФИО8, квартиру, общей площадью 100,5 кв.м., расположенную по адресу: 

<

адрес>.

В пункте 3 данного договора указано, что отчуждаемая квартира продана покупателю за 500 000 рублей, из которых сумма в размере 102105 рублей 07 копеек передана продавцу из личных средств покупателя до подписания данного договора, оставшаяся сумма в размере 397894 рублей 93 копеек будет перечислена на личный счет продавца ФИО9 за счет средств Государственного Сертификата на материнский (семейный) капитал, выданного ФИО2

Договор купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ зарегистрирован в Управлении федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, ФИО9, как собственник указанной квартиры, распорядилась ею по своему усмотрению, продав спорную квартиру ФИО2 При этом истица ФИО8 принимала участие в сделке как представитель покупателя ФИО2 и знала о совершенной сделке в момент ее совершения, то есть ДД.ММ.ГГГГ.

Заочным решением Кошехабльского районного суда Республики Адыгея от ДД.ММ.ГГГГ по иску ФИО2 к ФИО9 о прекращении ограничения (обремения) права в виде ипотеки в силу закона, прекращено ограничение (обремение) права в виде ипотеки в силу закона с квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>.

В соответствии с п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно договору дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 подарила ФИО7 и ФИО3 по 1/3 доли квартиры, общей площадью 100,5 кв.м., расположенной по адресу: 

<

адрес>.

Договор дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ зарегистрирован в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, в настоящее время спорная квартира принадлежит на праве долевой собственности ФИО2, ФИО7 и ФИО3

Истица в обоснование своих требований указывает на мнимость сделки, что, по мнению ФИО8, подтверждает тот факт, что ответчик ФИО9 никогда в спорной квартире не проживала.

Согласно ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Исследовав представленные сторонами доказательства, суд приходит к выводу о необоснованности доводов стороны истца о мнимости сделок купли-продажи спорной квартиры от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с п. 1 ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом 

Как следует из положений п. 2 ст. 209 ГК РФ, собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами.

Таким образом, тот факт, что ответчик ФИО9 фактически никогда не проживала в спорной квартире, не может свидетельствовать об отсутствии у нее намерения создать соответствующие правовые последствия сделки купли-продажи недвижимости, поскольку ФИО9 осуществила государственную регистрацию права собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, а в последующем реализовала свои права собственника, продав квартиру ФИО2

Проживание в спорной квартире ФИО8 и членов ее семьи также не свидетельствует о мнимости сделки, заключенной ФИО8 с ФИО9, и отсутствии у истицы волеизъявления по продаже квартиры.

Кроме того, суд учитывает, что согласно п. 9 договора купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО8 обязалась снять себя и членов своей семьи с регистрационного учета в данной квартире в течение 30 дней с момента подписания договора.

Также стороной истца не предоставлено доказательств того, что ответчик ФИО2, заключая ДД.ММ.ГГГГ договор купли-продажи спорной квартиры, не имела намерения создать соответствующие правовые последствия сделки.

Из смысла искового заявления следует, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО8 и ФИО9 была заключена притворная сделка купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, (которую истец ошибочно именует мнимой сделкой) поскольку истец указывает на то, что фактически сторонами сделки был заключен договор залога квартиры в обеспечение долговых обязательств ФИО8 перед ФИО19

Согласно п. 2 ст. 170 ГК РФ притворная сделка – это сделка которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях. Притворная сделка ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Суд считает указанные доводы стороны истца о притворности сделки необоснованными, так как в нарушение требований ст.56 ГПК РФ ФИО8 не предоставила суду доказательства, обосновывающие ее доводы о заключении между ней и ФИО19 договора займа, о наличии между ФИО19 и ответчиком ФИО9 каких-либо соглашений относительно указанного договора займа и спорной квартиры, которую ФИО9 приобрела у ФИО8

Так, после заключения ДД.ММ.ГГГГ между истицей и ФИО9 договора купли – продажи спорной квартиры, ФИО8 выступала в качестве представителя покупателя по доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, выданной ФИО2, при заключении ДД.ММ.ГГГГ договора купли-продажи указанной квартиры. При этом никаких возражений относительно перехода права собственности квартиры ФИО2 истица не заявляла, о чем свидетельствует ее подпись на договоре.

В ходе судебного заседания установлено, что истица ФИО8 подтвердила своё волеизъявление продать принадлежащую ей квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, подписав ДД.ММ.ГГГГ договор купли-продажи квартиры. То есть договор на момент заключения сделки ДД.ММ.ГГГГ отражал действительную волю истицы. 

Кроме того, ст. 170 ГК РФ прямо указывает на последствия недействительности притворной сделки, которые могут быть применены судом - к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Следовательно, при признании сделок купли-продажи квартиры притворными, требования истца о применении последствий недействительности сделки в виде приведения сторон в первоначальное положение применены быть не могут.

Таким образом, суд приходит к выводу о необоснованности требований истца о признании договоров купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, заключенных ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, недействительными вследствие мнимости и притворности сделок.

Также истцом в качестве основания для признания договоров купли-продажи и дарения квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, недействительными указано на отсутствие согласия органов опеки и попечительства на совершение сделки купли-продажи спорной квартиры ДД.ММ.ГГГГ. По мнению истца, указанной сделкой нарушены права несовершеннолетней ФИО1, поскольку она осталась без жилья.

Согласно ч. 4 ст. 292 ГК РФ отчуждение жилого помещения, в котором проживают находящиеся под опекой или попечительством члены семьи собственника данного жилого помещения либо оставшиеся без родительского попечения несовершеннолетние члены семьи собственника (о чем известно органу опеки и попечительства), если при этом затрагиваются права или охраняемые законом интересы указанных лиц, допускается с согласия органа опеки и попечительства.

Постановлением Конституционного Суда РФ от 8 июня 2010 года № 13-П пункт 4 статьи 292 ГК РФ признан не соответствующим Конституции РФ в той мере, в какой содержащееся в нем регулирование - по смыслу, придаваемому ему сложившейся правоприменительной практикой, - не позволяет при разрешении конкретных дел, связанных с отчуждением жилых помещений, в которых проживают несовершеннолетние, обеспечивать эффективную государственную, в том числе судебную, защиту прав тех из них, кто формально не отнесен к находящимся под опекой или попечительством или к оставшимся (по данным органа опеки и попечительства на момент совершения сделки) без родительского попечения, но либо фактически лишен его на момент совершения сделки по отчуждению жилого помещения, либо считается находящимся на попечении родителей, при том, однако, что такая сделка - вопреки установленным законом обязанностям родителей - нарушает права и охраняемые законом интересы несовершеннолетнего.

Согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости № от ДД.ММ.ГГГГ, сведения о наличии у ФИО1 за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ недвижимого имущества отсутствуют.

Кроме того, из выписки из Единого государственного реестра недвижимости № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ДД.ММ.ГГГГ произведена государственная регистрация прекращения права ФИО8 на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>.

Также, в данной выписке указано, что сведения о наличии у ФИО8 иного недвижимого имущества, за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в Едином государственном реестре недвижимости отсутствуют.

В соответствии со свидетельством о рождении серии ВЕ № от ДД.ММ.ГГГГ отцом ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является ФИО4.

Согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости № от ДД.ММ.ГГГГ сведения о наличии у ФИО5 недвижимого имущества, за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, отсутствуют.

Из дела правоустанавливающих документов № на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> следует, что при заключении ДД.ММ.ГГГГ договора купли-продажи спорной квартиры между ФИО8 и ФИО9, согласие органов опеки и попечительства не истребовалось. 

Согласно ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Кроме того, согласно п. 2 ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии с ч. 4 ст. 167 ГК РФ суд вправе не применять последствия недействительности сделки, если их применение будет противоречить основам правопорядка или нравственности.

В судебном заседании установлено, что расчет по договору купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ был произведен путем передачи продавцу денег в размере 102105 рублей 07 копеек из личных средств покупателя до подписания данного договора, а оставшаяся сумма в размере 397894 рублей 93 копеек путем перечислена на личный счет продавца ФИО9 за счет средств Государственного Сертификата на материнский (семейный) капитал, выданного ФИО2 

В последующем, ДД.ММ.ГГГГ, по договору дарения квартиры, ФИО2 подарила по 1/3 доли квартиры ФИО7 и ФИО3

Таким образом, в настоящее время спорная квартира принадлежит на праве долевой собственности ФИО2, ФИО7 и ФИО3, и приведение сторон в первоначальное положение по сделке купли–продажи от ДД.ММ.ГГГГ и по последующим сделкам нарушит жилищные права несовершеннолетней ФИО3, обеспеченные за счет средств Государственного Сертификата на материнский (семейный) капитал, выданного ФИО2

Таким образом, применение последствий недействительности сделки в виде двусторонней реституции фактически повлечет обналичивание средств материнского капитала, что по мнению суда противоречит основам правопорядка.

Формальное же признание состоявшихся сделок недействительными без применения последствий недействительности сделки, не обеспечит восстановление каких-либо прав истца и несовершеннолетней ФИО1

Более того, ФИО8, подписав заявления о регистрации перехода права собственности в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по 

<

адрес>, при заключении договоров купли-продажи квартиры с ФИО9, а в последующем от имени ФИО2, удостоверила, что все необходимые согласия уполномоченных законодательством Российской Федерации органов получены, на что указывается в тексте заявлений.

Представитель ответчика ФИО9 ФИО15 просил применить срок давности для обращения с иском в суд, установленный п. 2 ст. 181 ГК РФ.

Оценивая требования представителя ответчика ФИО15, суд приходит к следующим выводам. 

Согласно п.1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу п.1 ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Учитывая, что истец просит признать сделки недействительными в связи с отсутствием согласия органа опеки и попечительства на совершение сделки, суд приходит к выводу, что по указанному истцом основанию сделки являются оспоримыми.

В судебном заседании установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО8 и ФИО9 был заключен договор купли-продажи спорной квартиры.

Также после заключения ДД.ММ.ГГГГ между истицей и ФИО9 договора купли – продажи спорной квартиры, ФИО8 выступала в качестве представителя покупателя по доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, выданной ФИО2, при заключении ДД.ММ.ГГГГ договора купли-продажи указанной квартиры между ФИО9 и ФИО2

В судебном заседании установлено и надлежаще доказано, что ДД.ММ.ГГГГ, а в последующем ДД.ММ.ГГГГ, после заключения договоров купли-продажи квартиры, истице достоверно было известно о том, что право собственности на спорное имущество перешло к ФИО9, а затем к ФИО2, и при этом при заключении сделок согласие органа опеки и попечительства не истребовалось.

Из пояснений истицы следует, что по устной договоренности ФИО8 и члены ее семьи остались проживать в спорной квартире после ее отчуждения ФИО8 в пользу ФИО9 

Указанное обстоятельство подтверждается отсутствием каких-либо требований ФИО9 к ФИО8 о выселении из жилого помещения.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО8, действуя по доверенности от имени ФИО2 в качестве покупателя, заключила договор купли-продажи спорной квартиры с ФИО9

Таким образом, участвуя в указанной сделке, ФИО8 достоверно знала о переходе права собственности на квартиру от ФИО9 к ФИО2, а также о том, что она обязана сняться с регистрационного учета в течении 30 дней после подписания договора (п. 9 договора купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ).

При таких обстоятельствах суд считает, что срок давности по указанной сделке должен исчисляться с ДД.ММ.ГГГГ, то есть с момента, когда истица достоверно узнала о нарушении прав несовершеннолетней ФИО1

При этом суд считает необоснованным утверждение представителя истца о том, что срок давности следует исчислять с момента предъявления ФИО2 иска о выселении ФИО8 и членов ее семьи из спорной квартиры, поскольку договорами купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ прямо закреплена обязанность истицы и членов ее семьи сняться с регистрационного учета. 

В соответствии с п.2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно ст. 199 ГК РФ требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Статья 205 ГК РФ предусматривает, что в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев - в течение срока давности.

Вместе с тем, истцом не представлено доказательств уважительности причин пропуска срока исковой давности, а также не было заявлено ходатайство о восстановлении пропущенного срока. 

Таким образом, ФИО8 пропущен установленный п.2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности.

Кроме того, суд считает необоснованным требование ФИО8 о признании недействительным договора дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ, по которому ФИО2 подарила ФИО7 и ФИО3 по 1/3 доли квартиры, так как истица не является стороной данной сделки, а также ФИО8 не представлено суду доказательств, свидетельствующих о незаконности данной сделки. 

При таких обстоятельствах и с учетом требований п.2 ст. 199 ГК РФ, суд считает, что в удовлетворении иска ФИО8 в интересах несовершеннолетней ФИО1 к ФИО9, ФИО2, ФИО3 и ФИО7 о признании недействительными сделок: договора купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ФИО8 и ФИО9; договора купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ФИО9 и ФИО2; договора дарения квартиры доли квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО3, ФИО13, следует отказать.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

При таких обстоятельствах суд считает, что расходы по оплате государственной пошлины следует отнести стороне истицы.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска ФИО8 в интересах несовершеннолетней ФИО1 к ФИО9, ФИО2, ФИО3 и ФИО7 о признании недействительным договора купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ФИО8 и ФИО9, отказать.

В удовлетворении иска ФИО8 в интересах несовершеннолетней ФИО1 к ФИО9, ФИО2, ФИО3 и ФИО7 о признании недействительным договора купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ФИО9 и ФИО6, отказать.

В удовлетворении иска ФИО8 в интересах несовершеннолетней ФИО1 к ФИО9, ФИО2, ФИО3 и ФИО7 о признании недействительным договора дарения квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ФИО6 и ФИО3 ФИО10, ФИО7, отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Верховный суд Республики Адыгея в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Кошехабльский районный суд Республики Адыгея. 

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Судья (подпись)