судья Дымпилова Э.В.

дело № 22-1737/2025

Верховный Суд Республики Бурятия

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

город Улан-Удэ 16 декабря 2025 года

Верховный суд Республики Бурятия в составе:

председательствующего судьи Гомбоева В.Д.,

судей Перовой С.М., Дамбиевой Т.В.,

при секретаре Алаевой Т.Г.

с участием прокурора отдела Управления прокуратуры Республики Бурятия Красноярова С.С.,

осужденного ФИО1., его защитника - адвоката Абдуллаева Э.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Абдуллаева Э.В.. в интересах осужденного ФИО1 на приговор Хоринского районного суда Республики Бурятия от 16 сентября 2025 года, которым

ФИО1, родившийся ... года в 

<

...>, несудимый,

осужден по ч.2 ст.213 УК РФ 1 году лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Мера пресечения в виде домашнего ареста изменена на заключение под стражу до вступления приговора в законную силу. Срок отбывания наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу. На основании п. «б» ч.3.1 ст.72 УК РФ зачтено в срок наказания время содержания под стражей в период с 13 июня 2025 до 07 августа 2025 года, а также с 15 сентября 2025 года по день вступления приговора в законную силу из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима. На основании ч.3.4 ст.72 УК РФ зачтено в срок наказания время нахождения под домашним арестом с 07 августа 2025 года до 15 сентября 2025 года из расчета два дня домашнего ареста за один день лишения свободы.

Заслушав доклад судьи Дамбиевой Т.В., пояснения осужденного ФИО1 его защитника - адвоката Абдуллаева Э.В., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Красноярова С.С., полагавшего необходимым приговор суда оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л:

Приговором суда ФИО1 признан виновным и осужден за грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, совершенное с угрозой применение насилия, с применением оружия и предметов, используемых в качестве оружия.

Преступление совершено в 13 июня 2025 года в 

<

...>, при обстоятельствах, подробно изложенных в описательно-мотивировочной части приговора.

В судебном заседании осужденный ФИО1 вину в совершении преступления признал.

В апелляционной жалобе осужденный обращает внимание на наличие у него 3-х малолетних детей, необходимость помощи семье в отоплении жилого дома, наличие у него ранений, полученных в зоне СВО, наличие наград.

Просит приговор изменить и назначить наказание с применением ст.73 УК РФ.

В апелляционной жалобе защитник Абдуллаев Э.В. не согласен с выводами суда о том, что между ФИО2 и потерпевшими С. и М. не было личных неприязненных отношений. Ссылается на показания потерпевших о том, что Скворцов был агрессивно настроен в отношении сотрудников полиции, к которым относятся и потерпевшие. Считает, что прибытие малознакомых граждан, с которыми лицо не поддерживает близких отношений и с которыми был накануне конфликт, хотя и урегулированный, не может свидетельствовать о мирных намерениях. Суд не принял во внимание показания свидетеля С., которая указала, что видела С. в тот день с пивом, а также факт проведения освидетельствования потерпевших, в отличие от освидетельствования ФИО1, спустя 12 часов после происшествия. Отмечает, что потерпевшие в течение ночи посещали увеселительное заведение, употребляли пиво. Отмечает, что сотрудники полиции С. и М., обнаружив противоправное поведение о готовящемся нападении на отдел полиции, должны были незамедлительно сообщить в дежурную часть для регистрации такого сообщения. Считает, что мотив в поведении потерпевших заключается в намерении разобраться со Скворцовым по поводу его высказывания в адрес сотрудников полиции, установления причин конфликта с сотрудником полиции В.. Указывает, что поведение осужденного было спровоцировано потерпевшими С., М.. Потерпевшие в ночное время приехали к ФИО1 домой, вызвали на разговор, не доводя цель разговора, проигнорировали доводы жены, что тот спит. Скворцов намеревался прогнать их от своего дома. Указанное невозможно расценить, как малозначительный повод. Считает, что у ФИО1 возникла неприязнь к потерпевшим вследствие их противоправного поведения, о чем указано в обвинении. Действия ФИО1 были направлены в отношении конкретных лиц. В момент происшествия на улице никого не было, действия ФИО1 не были направлены на нарушение общественного порядка, на противопоставление себя обществу. При этом отмечает положительные характеристики ФИО1, активное участие в помощи участникам СВО, что свидетельствует о его социализации и положительной направленности, что не было учтено судом первой инстанции.

Считает, что действия ФИО1 являются угрозой убийством в отношении потерпевших, просит переквалифицировать его действия на ч.1 ст.119 УК РФ, назначить наказание, не связанное с лишением свободы.

В возражениях и.о. прокурора Орлова Ю.Ю. просит доводы апелляционной жалобы оставить без удовлетворения, а приговор без изменения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав участников заседания, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Выводы суда о виновности ФИО1 подтверждаются совокупностью исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательств, в том числе:

показаниями потерпевшего С. о том, что 13 июня 2025 года около 04 часов утра вместе с М. возле бара увидел своего знакомого ФИО1, у которого был конфликт с оперуполномоченным В.. Он стал успокаивать ФИО1, на что тот реагировал неадекватно, выражался в адрес полиции нецензурными выражениями. Скворцов хотел поспорить с ним на его машину, но он не соглашался. Они с М. привезли ФИО1 к нему домой, при этом последний высказывал недовольство сотрудниками полиции. Примерно через 30-40 минут, то есть около 06 часов 13 июня 2025 года он подъехал к дому ФИО1, позвонил его жене по телефону и попросил передать, что он стоит около его дома и хочет с ним поговорить, чтобы тот не наделал глупостей, так как ранее замечен в бытовых скандалах. Когда он стоял возле калитки, Скворцов вышел из гаража, раздался выстрел, Скворцов сказал: «Вас сейчас убью», в связи с чем, он испугался за свои жизнь и здоровье. Во двор зашел Скворцов, направил ружье в его сторону, сказал: «Всех вас здесь завалю». Он воспринимал его слова и угрозы реально, поднял руки над головой и сказал ему «не стреляй», далее воспользовался близким расстоянием, схватился за ружье и отобрал его у ФИО1, и с они с М. уехали;

показаниями потерпевшего М. о том, что со ФИО1 ранее учились в училище, 13 июня с 2025 года с С. подъехали к бару, где Скворцов ругался с оперуполномоченным В., выражался нецензурными словами в адрес сотрудников полиции. Они к ним подошли и С. стал разговаривать со Скворцовым, при этом спорили. Они с С. увезли ФИО1 домой. Скворцов говорил, что взорвет отдел полиции. С. позвонил Б. и сказал, что нужно поговорить со Скворцовым. Они подъехали к дому ФИО1 и С. вышел из машины. Он услышал выстрел, Скворцов подошел к нему и в окно автомобиля приставил дуло ружья к его голове, сказал, что «замочит его», потребовал выйти из машины. Данную угрозу он воспринял реально. В это время Скворцов резко побежал в сторону ограды дома, где находился С., послышался характерный хлопок, далее выбежал С. с ружьем в руках, они сели в машину и уехали;

показаниями свидетеля Б. о том, что 13 июня 2025 года около 02 часов она приехала в пивной бар, где среди посетителей были ее сожитель Скворцов и его одноклассник С.. Около 04 часов она поехала домой. Скворцов был дома, они легли спать. В 05 часов 55 минуты этого же дня ей на телефон позвонил С. и сказал, чтобы Скворцов вышел из дома, чтобы переговорить. Она сказала С., чтобы они переговорили трезвыми. Однако С. настаивал на своем. Об этом она сказала ФИО1, и тот вышел из дома. Она увидела С. в их ограде, а на улице был припаркован автомобиль, в котором сидел мужчина. Спустя некоторое время в ограде прозвучал выстрел. Из ограды выбежал С. с ружьем, сел за руль автомобиля и тронулся с места.

Показания потерпевших и свидетелей согласуются друг с другом и с показаниями самого осужденного. Каких-либо данных, указывающих на заинтересованность свидетелей, как основание для оговора осужденного правильно не установлено.

Кроме того, суд первой инстанции обосновано привел в приговоре показания самого осужденного ФИО1 о том, что в баре встретил ранее знакомых С. и М., после чего, они начали о чем-то спорить, затем помирились. С. и М. довезли его до дома. Он сразу лег спать. Спустя некоторое время он проснулся от телефонного звонка на телефон его сожительницы Б.. Она сказала ему, что С. желает с ним встретиться около дома. Б. попросила С. встретиться позже, однако тот настаивал на их встрече. Он взял ружье, открыл ворота гаража и произвел из данного ружья выстрел вверх, направил ружье на М., который сидел в машине, далее зашел в ограду дома и произвел второй выстрел из ружья вверх. С. подбежал к нему и выхватил из рук ружье, и вместе с М. уехали на автомобиле.

Оснований сомневаться в достоверности показаний осужденного в указанной части у суда первой инстанции не имелось, так как они получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, даны в присутствии адвоката, в обстановке исключающей возможность применения незаконных методов расследования.

Кроме того, вина осужденного подтверждается иными материалами дела, в том числе протоколом осмотра видеозаписи, где видно, как Скворцов выходит из гаража, направляет ружье вверх, затем направляет его в сторону салона автомобиля, далее забегает в ограду дома, за забором появляется белый дым. Спустя некоторое время из ограды дома выбегает С. с ружьем, садится в машину и отъезжает, а Скворцов делает бросок рукой; протоколом места происшествия, в ходе которого изъято ружье, которое согласно протоколу осмотра, заключению эксперта, является двуствольным, гладкоствольным охотничьим ружьем модели 

<

...> 16 калибра, которое исправно и пригодно для производства выстрелов, другими материалами дела.

Из протокола судебного заседания усматривается, что суд, соблюдая принципы уголовного судопроизводства, в том числе принцип состязательности, обеспечил сторонам равные права в представлении и исследовании доказательств.

Согласно аудиозаписи протокола судебного заседании, в судебном заседании оглашались материалы дела, указанные в приговоре, в связи с чем, указание в письменном протоколе сведений об оглашении показаний осужденного, потерпевшего С., данных в ходе предварительного расследования, на других листах дела, не является существенным нарушением уголовно- процессуального закона. Неправильное указание в протоколе фамилии председательствующего является явной технической опечаткой.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции не может согласится с выводами суда первой инстанции о квалификации действий осужденного по следующим основаниям.

Суд первой инстанции, квалифицируя действия ФИО1 по ч.2 ст. 213 УК РФ, как хулиганство, то есть то есть грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, совершенное с угрозой применения насилия, с применением оружия и предметов, используемых в качестве оружия, исходил из того, что действия осужденного были вызваны малозначительным поводом, поскольку Скворцов необоснованно агрессивно воспринял приход С. к нему домой. Суд пришел к выводу, что Скворцов своими действиями грубо нарушил общественный порядок, выражая явное неуважение к обществу, посягнул на общественный порядок и общественную безопасность, противопоставил себя окружающим, продемонстрировал пренебрежительное отношение к ним.

При этом суд первой инстанции по ходатайству государственного обвинителя исключил из обвинения указание о том, что ФИО1 действовал из личных неприязненных отношений к С. и М., как излишне вмененное.

Вместе с тем, выводы суда о том, что действия ФИО1 были направлены на грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, не подтверждаются исследованными доказательствами.

Согласно ст.213 УК РФ, хулиганством является грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу.

Согласно п.1,12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О судебной практике по уголовным делам о хулиганстве и иных преступлениях, совершенных из хулиганских побуждений» при решении вопроса о наличии в действиях подсудимого грубого нарушения общественного порядка, выражающего явное неуважение к обществу, судам следует учитывать способ, время, место их совершения, а также их интенсивность, продолжительность и другие обстоятельства. Такие действия могут быть совершены как в отношении конкретного человека, так и в отношении неопределенного круга лиц. Явное неуважение лица к обществу выражается в умышленном нарушении общепризнанных норм и правил поведения, продиктованном желанием виновного противопоставить себя окружающим, продемонстрировать пренебрежительное отношение к ним.

Суду надлежит устанавливать, в чем конкретно выражалось грубое нарушение общественного порядка, какие обстоятельства свидетельствовали о явном неуважении виновного к обществу, и указывать их в приговоре.

Судам следует отграничивать хулиганство, ответственность за которое предусмотрена ст. 213 УК РФ, от других преступлений, в том числе совершенных лицом из хулиганских побуждений, в зависимости от содержания и направленности его умысла, мотива, цели и обстоятельств совершенных им действий.

С учетом того, что субъективная сторона хулиганства характеризуется прямым умыслом, побои, причинение вреда здоровью человека различной степени тяжести, совершенные в семье, в отношении родственников, знакомых лиц и вызванные личными неприязненными отношениями, неправильными действиями потерпевших и т.п., при наличии к тому оснований должны квалифицироваться по статьям Особенной части УК РФ, предусматривающим ответственность за преступления против личности.

Указанные положения закона и разъяснения судом первой инстанции во внимание не приняты.

Из исследованных в судебном заседании показаний потерпевших С., М., осужденного ФИО1 следует, что они были знакомыми, поскольку вместе учились в школе и училище. Скворцов знал, что С. и М. являются сотрудниками правоохранительных органов, не находятся при исполнении должностных обязанностей. Как пояснил потерпевший С., ранее он работал участковым уполномоченным, приезжал к ФИО1 домой по вызову, проводил проверку по заявлению о нанесении побоев его супруге. Гражданская супруга ФИО1 также знакома с С., у последнего имелся ее номер телефона. В день преступления С. и М. были в баре, где у ФИО1 возникла конфликтная ситуация с оперуполномоченным В., и он отрицательно выражался в отношении сотрудников полиции, в связи с чем, С. успокаивал ФИО1, между С. и Скворцовым возник спор. Когда С. и М. отвезли ФИО1 домой, он выражал недовольство сотрудниками полиции.

Из показаний Б. и осужденного ФИО1 следует, что около 06 утра С. позвонил и сказал, что ждет около дома, чтобы Скворцов вышел из дома для разговора. Б. сказала, чтобы они переговорили позже, когда будут трезвыми, но С. настаивал. Тогда Скворцов, услышав разговор, вышел из дома.

Несмотря на то, что действия С. не образуют противоправного или аморального поведения, явившегося поводом для преступления, изложенные обстоятельства указывают, что инициатором того, чтобы Скворцов вышел на улицу, был потерпевший С., несмотря на возражения сожительницы Б.. Учитывая телефонный звонок супруге осужденного в раннее утреннее время, сведения о том, что Скворцов уже лег спать, предшествующую ситуацию, связанную с возникновением спора между осужденным и С. показания ФИО1 о том, что он подумал, что С. и М. приехали разобраться с ними, о возникновении неприязненных отношений к потерпевшим, приехавшим к его дому и вызвавших его из дома, суд апелляционной инстанции считает правдивыми. В связи с чем, его показания в ходе предварительного расследования о том, что он совершил инкриминируемые действия «чтобы пошутить», суд оценивает критически, поскольку они противоречат вышеизложенным обстоятельствам.

Исходя из изложенных обстоятельств, подтверждается приведенное в обвинительных документах указание на то, что Скворцов действовал из личных неприязненных отношений к С. и М.. Таким образом, преступные действия ФИО1 были направлены против личности – потерпевших С. и М., из личных неприязненных отношений к ним, что опровергает выводы суда о том, что действия осужденного были вызваны малозначительным поводом.

При этом у потерпевших имелись объективные основания опасаться осуществления угрозы убийством, с учетом действий ФИО1, который произвел два выстрела вверх из оружия, высказывал угрозы убийством.

При таких обстоятельствах сам по себе факт совершения противоправных действий на улице недалеко от жилых домов, как и использование оружия, не могут являться достаточным основанием для квалификации содеянного как хулиганство.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции считает необходимым переквалифицировать действия ФИО1 с ч.2 ст.213 УК РФ на ч.1 ст.119 УК РФ, как угроза убийством, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы.

При назначении наказания ФИО1 суд апелляционной инстанции руководствуется положениями ст.6, 43, 60 УК РФ, учитывает конкретные обстоятельства преступления, их характер и степень общественной опасности, личность осужденного, влияние наказания на его исправление и условия жизни его семьи.

Смягчающими наказание обстоятельства судом первой инстанции признаны полное признание вины в ходе предварительного следствия и судебного заседания, раскаяние в содеянном, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, путем дачи подробных признательных показаний, наличие на иждивении малолетних детей, принесение извинений потерпевшим, и принятие их последними, отсутствие претензий со стороны потерпевших, мнение потерпевшего М. о смягчении меры наказания, положительные характеристики, представленные стороной защиты, участие в боевых действиях и полученные в результате ранения, имеющиеся за это награды.

Вопреки доводам жалобы, каких-либо неучтенных судом обстоятельств, смягчающих наказание осужденному, по делу не усматривается.

Отягчающим наказание обстоятельством является совершение преступления с использованием оружия.

Исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного и позволяющих назначить наказание с применением ст.64 УК РФ, судом правильно не установлено. Оснований для прекращения уголовного дела, освобождения от уголовной ответственности не имеется.

С учетом переквалификации действий осужденного, суд назначает ФИО1 наказание в виде лишения свободы, при этом не усматривает оснований для применения положений ст.73 УК РФ, поскольку условное осуждение не будет способствовать исправлению осужденного, а также не будет отвечать требованиям социальной справедливости, с учетом конкретных обстоятельств совершенного преступления и предупреждения совершения им новых преступлений.

В соответствии с п.2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О практике назначения и изменения судами видов исправительных учреждений», если суд придет к выводу о необходимости назначения осужденному для отбывания наказания исправительной колонии общего режима вместо колонии-поселения, он должен мотивировать принятое решение. При этом нужно учитывать обстоятельства совершения преступления и личность виновного, в частности количество совершенных им преступлений, их характер и степень общественной опасности (форму вины, тяжесть наступивших последствий, степень осуществления преступного намерения, способ совершения преступления, роль осужденного в нем, иные существенные обстоятельства дела); поведение до и после совершения преступления, в том числе отношение к деянию, возмещение вреда, причиненного преступлением и другие обстоятельства.

Определяя вид исправительного учреждения для отбывания осужденному назначенного наказания на основании положений п.«а» ч.1 ст.58 УК РФ суд апелляционной инстанции принимает во внимание сведения, характеризующие личность осужденного, учитывает характер и степень общественной опасности умышленного преступления против личности, конкретные обстоятельства его совершения в состоянии алкогольного опьянения, способ его совершения с применением оружия, суд апелляционной инстанции назначает отбывание наказания в исправительной колонии общего режима.

Кроме того, суд апелляционной инстанции вносит изменения в части зачета в срок наказания периода содержания под стражей, поскольку при изменении меры пресечения день принятия такого решения подлежит зачету по наиболее льготному порядку зачета. В связи с чем, следует указать о зачете дня содержания под стражей - 07 августа 2025 года из расчета один день за полтора дня лишения свободы отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, а срок зачета времени содержания под домашним арестом исчислять с 08 августа 2025 года. Кроме того, суд допустил техническую ошибку, указав о начале срока содержания под стражей с 15 сентября 2025 года, поскольку осужденный фактически взят под стражу 16 сентября 2025 года в день вынесения приговора. Внесение указанных изменений не ухудшает положение осужденного, поскольку последний не содержался под стражей 15 сентября 2025 года. Вместе с тем, в связи с отсутствием апелляционного повода не имеется оснований для указания даты окончания период содержания под стражей по день вступления приговора в законную силу, вместо - до дня вступления приговора в законную силу.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.9, 389.13, 389.20, 389.26, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

О П Р Е Д Е Л И Л:

Приговор Хоринского районного суда Республики Бурятия от 16 сентября 2025 года в отношении ФИО1 изменить, переквалифицировать действия ФИО1 с ч.2 ст.213 УК РФ на ч.1 ст.119 УК РФ и назначить ему 9 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

На основании п. «б» ч.3.1 ст.72 УК РФ зачесть ФИО1 в срок наказания время его содержания под стражей с 13 июня 2025 по 07 августа 2025 года, а также с 16 сентября 2025 года по день вступления приговора в законную силу из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима; на основании ч.3.4 ст.72 УК РФ зачесть в срок наказания время нахождения под домашним арестом с 08 августа 2025 года по 15 сентября 2025 года из расчета два дня домашнего ареста за один день лишения свободы.

В остальной части приговор оставить без изменения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в соответствии с главой 47.1 УПК РФ в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение 6 месяцев со дня вступления приговора в законную силу, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора, вступившего в законную силу.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи