Дело № 2-685/2021 

УИД № 24RS0046-01-2020-003412-81

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

25 июня 2021 года г. Красноярск

Свердловский районный суд г. Красноярска в составе:

председательствующего судьи Глебовой А.Н..

при ведении протокола секретарем судебного заседания Шайковской О.В.

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2, представителя ответчика ФИО4

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «Ротекс-Охрана» об установлении факта трудовых отношений, взыскании невыплаченной заработной платы,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратилась в суд с иском к ООО «Ротекс-Охрана», просила, с учетом уточнения исковых требований установить факт трудовых отношений между истцом и ответчиком в период с 01.07.2019нг. по 01.02.2020г, взыскать с ответчика в пользу истца заработную плату з период с 01.07.2019г. по 01.02.2020г. в размере 127 568 руб. и компенсацию морального вреда в размере 15 000 руб.

Требования мотивированы тем, что с 20.07.2018г. истец работала по трудовому договору в ООО «Ротекс-охрана». Указанный трудовой договор был рсторгнут 23.11.2018г., т.к. работодатель ввел истца в заблуждение, сообщив, что пенсионеру не обязательно заключать трудовой договор и попросил написать заявление об увольнении по собственному желанию. В действительности трудовые отношения между истцом и ответчиком не прекращались, истец продолжала выходить на работу и ей выплачивалась заработная плата, но уже не путем перечисления на банковскую карту, а наличными денежными средствами в кассе, о чем истец расписывалась в ведомостях. Факт исполнения истцом трудовых обязанностей в УПФР в 

<

адрес> подтверждается сведениями, отраженными в журнале ежедневных инструктажей сотрудников охранной фирмы в УПФР в 

<

адрес>. С 01.07.2019г. заработную плату ответчик выплачивать прекратил, однако истец продолжала выполнять трудовые обязанности по охране, что также подтверждается сведениями отраженными в журнале. С 01.02.2020г. истца отправили в отпуск, никаких денежных средств не выплатили. А в дальнейшем попросили написать заявление на предоставление отпуска без сохранения заработной платы в связи с введенными из-за пандемии ограничениями. Ограничения, связанные с пандемией коронавируса были сняты в июне 2020г. С того же времени УПФР в 

<

адрес> начал принимать граждан, следовательно возникла необходимость в услугах охраны. Истец ДД.ММ.ГГГГ обратилась к работодателю с вопросом, когда ей выходить на работу, на что ей ответили, что пока не известно. Истец решила не продолжать трудовые отношения с ООО «Ротекс-охрана». Таким образом о нарушении своих трудовых прав истец узнала 04.06.2020г. Поскольку с ДД.ММ.ГГГГ по июнь 2020г. истец находилась в отпуске без содержания, она не просит взыскать заработную плату за указанный период, а лишь установить факт трудовых отношений. Поскольку до 01.07.2019г. истец получала заработную плату в размере 13 720 руб. ежемесячно, просит взыскать задолженность по заработной плате за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (6 месяцев) в размере 83 320 руб. Кроме того, действиями ответчика нарушающими трудовые права истца, истцу причинен моральный вред, который она оценивает в 15 000 руб.

В судебном заседании истец ФИО3, ее представитель ФИО11 заявленные исковые требования поддержали в полном объеме по изложенным выше основаниям, дополнительно пояснив, что оплата за работу была почасовая в среднем составляла 13 720 руб., истец работала сутки через двое, сменщики были в основном одни и те же – ФИО10 и ФИО12, иногда на смену выходили другие сотрудники ООО «Ротекс-охрана». Сменщики тоже работали не официально. ФИО12 работает до сих пор, поэтому пойти в суд и дать свидетельские показания отказался. Инструктаж проводил руководитель АХГ пенсионного фонда, она также расписывалась в журнале учета ежедневных инструктажей, но пойти в суд и дать показания в качестве свидетеля отказывается. Истец ранее не обратилась в суд с иском, поскольку намерена была продолжить трудовые отношения после выхода из отпуска без сохранения заработной платы в июне 2020 года. Однако узнав что задолженность по заработной плате ответчик выплачивать не намерен истец написала заявление об увольнении и отвезла его в отдел кадров, который находится на 

<

адрес>.

Представитель ответчика ООО «Ротекс-охрана» ФИО5 в судебном заседании против удовлетворения исковых требований возражал, пояснив, что истцом пропущен срок обращения в суд за защитой нарушенных трудовых прав, кроме того, фактически истец в спорный период в ООО «Ротекс-охрана» не работала. На объекте УПФР в 

<

адрес> работали другие сотрудники, а кто именно пояснить затрудняется. 

Выслушав стороны, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующему. 

В силу ст.15 Трудового кодекса РФ трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Согласно ст.56 ТК РФ трудовой договор - это соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В соответствии с ч.2 ст.67 ТК РФ трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе.

Статья 16 ТК РФ к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем относит фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. 

Частью 7 указанной статьи предусмотрено, что трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Данная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределенность правового положения таких работников.

Как следует из правовой позиции Конституционного Суда РФ изложенной в Определении от ДД.ММ.ГГГГ №-О-О, суды общей юрисдикции, разрешая споры и признавая сложившиеся отношения между работодателем и работником либо трудовыми, либо гражданско-правовыми, должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в ст. ст. 15 и 56 ТК РФ.

Согласно позиции Пленума Верховного Суда РФ, изложенной в п. 12 Постановления от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме.

Из материалов дела следует, что на основании заявления ФИО3 от 20.07.2018г. приказом №л/с от 20.07.2018г. ФИО3 была принята на работу в ООО «Ротекс-Охрана» на должность охранника на основное место работы на неполный рабочий день.

20.07.2018г. между ООО «Ротекс-Охрана» и ФИО3 заключен трудовой договор, по условиям которого ФИО3 с 20.07.2018г. принята на должность охранника на неопределеный срок. Работнику установлен следующий режим работы: суммированный учет рабочего времени, неполное рабочее время, согласно графику №. За выполнение должностных обязанностей работнику выплачивается заработная плата за неполное рабочее время (0,25 ставки) исходя из 40- часовой рабочей недели с оплатой труда пропорционально отработанному времени. Почасовая оплата труда составляет 40 руб., районный коэффициент 30%, надбавка за работу в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях - 30%. 

Согласно расчетным ведомостям с июля 2018г. по 2018г. ФИО3 начислялась заработная плата в размере, установленном условиями указанного выше трудового договора.

20.11.2018г. ФИО3 подано заявление об увольнении с занимаемой должности по собственному желанию с 23.11.2018г.

Приказом ООО «Ротекс-Охрана» № л/с от 23.11.2018г. трудовой договор № от 20.07.2018г. с ФИО3 расторгнут по п.3 ч.1 ст.77 ТК РФ, ФИО3 уволена с занимаемой должности 23.11.2018г.

Указанные выше обстоятельства также подтверждаются трудовой книжкой истца и ответчиком не оспаривались.

Также из трудовой книжки ФИО3 следует, что после внесения записи № от 23.11.2018г. об увольнении из ООО «Ротекс-Охрана» следующая запись внесена только 01.04.2020г. о принятии ее на работу на должность охранника в ООО АО «Пересвет», где она продолжает работать до настоящего времени. 

В обоснование своих требований истец указывает на то, что в период с 01.07.2019г. по 01.02.2020г. она была фактически допущена ООО «Ротекс-Охрана» к выполнению работы охранником и работала на объёме УПФР в 

<

адрес>.

Так, из представленных истцом копий листов журнала учета проведения ежедневных инструктажей сотрудников охранной фирмы в УПФР в 

<

адрес> за 2019г. следует, что руководитель АГХ ФИО6 проводила инструктаж сотрудника охранной фирмы ФИО3 16.05.2019г., ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, 31.05.2019г., 03.06.2019г., 01.10.2019г., 04.10.2019г., 07.10.2019г., 10.10.2019г., 16.10.2019г., 22.10.2019г, 25.10.2019г., 28.10.2019г., 31.10.2019г.,также в журнале имеются записи об инструктаже датированные ноябрем 2019г. и январем 2020г. 

Кроме того, истцом представлены копия листа журнала проверки кнопки вызова ФГУП «Охрана» Росгвардии от 01.01.2019г., где также имеются записи, произведенные ФИО3 от 22 октября, 25 октября, 28 октября, 31 октября, 03 ноября, 06 ноября, 09 ноября и 12 ноября. 

Согласно ответу ГУ-Управление пенсионного фонда РФ в 

<

адрес> (межрайонное) на запрос суда в период с 01.07.2019г. по 01.02.2020г. услуги по охране имущества и товарно-материальных ценностей (выставление поста охраны) в административном здании УПФР в 

<

адрес> по адресу: 

<

адрес> были оказаны обществом ограниченной ответственностью «Ротекс-Охрана», согласно государственным контрактам: от 28.05.2019г. №Ф.2019.284773, от 20.09.2019г. №, от 20.12.2019г. №. Предметом контрактов являлось оказание услуги частной охраны (выставление поста охраны) в соответствии с Техническим заданием и Регламентом об организации и несении охраны имущества и товарно-материальных ценностей административного здания Управления, которые являлись приложением к контрактам. Обязанность исполнителя по предоставлению список сотрудников, осуществляющих охрану на объекте контрактами не предусмотрено. Представить Журналы сдачи ключей специалистами Управления сотруднику охранной фирмы не представляется возможным, так как указанные журналы уничтожены за минованием надобности в связи с фактом исполнения государственных контрактов. Ведение всех остальных журналов, перечисленных в судебном запросе, а также обязанность табелирования сотрудников охраны входят в компетенцию охранной фирмы и подконтрольны начальнику службы охраны. 

В обоснование своих возражений ответчиком представлены Штатное расписание ООО «Ротекс-Охрана от 25.01.2019г. и от 25.07.2019г. согласно которому в штате ответчика 60 штатных единиц охранников; должностная инструкция охранника и перечень локальных нормативных актов ОО «Ротекс-Охрана» с которыми ФИО3 была ознакомлена под роспись 20.07.2018г.; копии трудовых договоров и дополнительных соглашений к ним, заключенных с ФИО7, ФИО8, ФИО9; табели учета рабочего времени за период с июля 2019 по февраль 2020г., в которых ФИО3 не указана; платежные поручения и списки перечисляемой в банк заработной платы за период с июля 2019 по февраль 2020г. в которых ФИО3 также не указана.

Проанализировав представленные доказательства, суд приходит к выводу, что истец фактически была допущена ответчиком к работе и исполнению трудовых обязанностей с 01.07.2019г. по 01.02.2020г. в должности охранника, в связи с чем, выполняла трудовые обязанности, подчинялась правилам внутреннего трудового распорядка, что подтверждается пояснениями истца, копиями листов журналов учета проведения ежедневных инструктажей сотрудников охранной фирмы в УПФР в 

<

адрес> и проверки кнопки вызова ФГУП «Охрана» Росгвардии. 

Представленные стороной ответчика в качестве возражений против удовлетворения исковых требований доказательства сами по себе не опровергают доводы истца о наличии между сторонами в спорный период трудовых отношений. При этом суд принимает во внимание, что именно ООО «Ротекс-Охрана» в период с 01.07.2019г. по 01.02.2020г. оказывало услуги по охране имущества и товарно-материальных ценностей (выставление поста охраны) в административном здании УПФР в 

<

адрес>. Данные обстоятельства подтверждаются материалами дела подтверждается и ответчиком не оспаривались. Однако стороной ответчика, в нарушение положений ст.56 ГПК РФ, не представлено каких-либо сведений и документов о том, кто именно из сотрудников ООО «Ротекс-Охрана» в спорный период исполнял трудовые обязанности на данном объекте. 

С учетом изложенного суд полагает необходимым удовлетворить исковые требования ФИО3 об установлении факта трудовых отношений с ООО «Ротекс-Охрана» в должности охранника в период с 01.07.2019г. по 31.01.2020г., поскольку истец не оспаривала, что фактически уже не работала с 01.02.2020г.

Рассматривая ходатайство ответчика о применении последствий пропуска истцом установленного ст.392 ТК РФ срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, суд исходит из следующего.

Согласно ч.1 ст. 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы.

В соответствии с п.13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2018 года N15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей-субъектов малого предпринимательства" по спорам о признании отношений трудовыми, работник имеет право обратиться в суд с того момента, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своих трудовых прав.

В качестве уважительных причин пропуска срока для обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, объективно препятствовавшие работнику своевременно обратиться в суд.

Так, в период с 4 по 30 апреля 2020 года Указом Президента Российской Федерации от 2 апреля 2020 года N 239 "О мерах по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения на территории Российской Федерации в связи с распространением новой коронавирусной инфекции (COVID-19)" введены ограничительные мероприятия, приостановлена (ограничена) деятельность организаций, установлен особый порядок передвижения лиц и транспортных средств.

Впоследствии названные меры Указами Президента Российской Федерации от 28 апреля 2020 года N 294 и от 11 мая 2020 года N 316 были продлены.

На основании пункта 1 Указа Президента РФ от 28.04.2020 №294 "О продлении действия мер по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения на территории Российской Федерации в связи с распространением новой коронавирусной инфекции (COVID-19)" нерабочие дни с сохранением за работниками заработной платы установлены с 6 по 8 мая 2020 г. включительно.

Кроме того Указом Губернатора Красноярского края от 27.03.2020 N 71-уг "О дополнительных мерах, направленных на предупреждение распространения коронавирусной инфекции, вызванной 2019-nCoV, на территории Красноярского края" был введен режим самоизоляции, который в соответствии с Указом Губернатора Красноярского края от 31.03.2020 N 73-уг (ред. от 03.06.2020, 09.07.2020) для граждан на территории края только с 03.06.2020 стал носить рекомендательный характер и не распространяться на случаи посещения гражданами организаций, деятельность которых не приостановлена в соответствии с федеральными и краевыми правовыми актами, направленными на предупреждение распространения коронавирусной инфекции, к которым относятся суды общей юрисдикции.

При таких обстоятельствах, учитывая возраст истца (58 лет), ее состояние здоровья, и возможные для нее последствия нарушения режима самоизоляции, а также принимая во внимание, что истцом заявлены требования об установлении факта трудовых отношений за период с 01.07.2019г. по 01.02.2020г., а исковое заявление было направлено истцом в суд 23.06.2020г., то есть спустя 20 дней с отмены режима самоизоляции, суд приходит к выводу, что установленный законом трехмесячный срок для обращения в суд с данным иском истцом пропущен по уважительной причине и подлежит восстановлению. 

В соответствии с положениями ч.1 ст.129, ч.3 ст.133 ТК РФ месячная заработная плата работника, полностью отработавшего за этот период норму рабочего времени и выполнившего нормы труда (трудовые обязанности), не может быть ниже минимального размера оплаты труда. 

Трудовым законодательством допускается установление окладов (тарифных ставок), как составных частей заработной платы работников, в размере меньше минимального размера оплаты труда при условии, что их заработная плата, включающая в себя элементы системы оплаты труда, будет не меньше установленного законом минимального размера оплаты труда.

Согласно пункту 4.2 Постановления Конституционного Суда РФ от 07.12.2017 года №38-П минимальный размер оплаты труда должен быть обеспечен всем работающим по трудовому договору, т.е. является общей гарантией, предоставляемой работникам независимо от того, в какой местности осуществляется трудовая деятельность; в соответствии с частью первой статьи 133 ТК РФ величина минимального размера оплаты труда устанавливается одновременно на всей территории Российской Федерации, т.е. без учета природно-климатических условий различных регионов страны. 

Следовательно, повышенная оплата труда в связи с работой в особых климатических условиях должна производиться после определения размера заработной платы и выполнения конституционного требования об обеспечении минимального размера оплаты труда, а значит, районный коэффициент (коэффициент) и процентная надбавка, начисляемые в связи с работой в местностях с особыми климатическими условиями, в том числе в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, не могут включаться в состав минимального размера оплаты труда.

На основании ст. 1 Федерального закона от 19.06.2000 N 82-ФЗ "О минимальном размере оплаты труда" минимальный размер оплаты труда с 01.01.2019 года установлен в размере 11 280 руб. в месяц, а с 01.01.2020 года - 12 130 руб. в месяц.

На основании ст. 140 ТК РФ при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.

В силу ст. 56 ГПК РФ на работодателе лежит обязанность представить доказательства, подтверждающие своевременность выплаты заработной платы, отсутствие или наличие задолженности по заработной плате, выплаты полного расчета при увольнении работника. Ведение бухгалтерского учета, начисление оплаты труда и ее выплата возлагается исключительно на работодателя.

Разрешая требования ФИО3 о взыскании с ООО «Ротекс-Охрана» задолженности по заработной плате за спорный период времени, суд исходит из того, что штатным расписанием ответчика предусмотрена почасовая оплата труда охранника - 70 руб. в час. Из пояснений истца следует, что она работала сутки через трое, однако какими либо доказательствами, в том числе представленными истцом листами журналов, указанные обстоятельства не подтверждаются. В материалах дела отсутствуют доказательства того, что в спорный период времени истец полностью отработала норму рабочего времени. При таких обстоятельствах, учитывая, пояснения истца о том, что ее средняя заработная плата составляла 13 720 руб. в месяц, то есть менее минимального размера оплаты труда, а также учитывая, что ответчиком в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ доказательств выплаты заработной платы истцу в спорный период в полном объеме не представлено, суд полагает возможным взыскать с овтетчика в пользу истца задолженность по заработной плате за период с 01.07.2019+г. по 31.01.2020г. в размере 96 040 руб. исходя из расчета 13 720 х 7 мес.

В соответствии со статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает степень нравственных страданий, связанных с нарушением работодателем обязанности по соблюдению процедуры оформления трудовых отношений и личность истца, в связи с чем, суд, руководствуясь принципами разумности и справедливости, определяет размер компенсации морального вреда в сумме 4 000 рублей.

В силу ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец освобожден, подлежит взысканию с ответчика, в связи с чем, с ООО «Ротекс-Охрана» в доход местного бюджета надлежит взыскать государственную пошлину в размере 3 381,20 руб. Руководствуясь статьями 194-198 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Установить факт трудовых отношений между ФИО1 и ООО «Ротекс-Охрана» в должности охранника в период работы с 01.07.2019 года по 31.01.2020 года.

Взыскать с ООО «Ротекс-Охрана» в пользу ФИО1 задолженность по заработной плате за период с 01.07.2019 года по 31.01.2020 года в размере 96 040 руб., компенсацию морального вреда 4000 руб.

Взыскать с ООО «Ротекс-Охрана» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3381 руб. 20 коп.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда с подачей жалобы через Свердловский районный суд г. Красноярска в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Председательствующий подпись

Копия верна

Судья А.Н. Глебова

Мотивированное решение изготовлено 15.07.2021 года.