УИД 70RS0004-01-2023-006251-60

Дело № 2-459/2024 (2-4733/2023)

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

5 февраля 2024 г. Советский районный суд г. Томска в составе:

председательствующего судьи Кравченко А.В., 

при секретаре Дадашове Э.Н., 

с участием: 

представителя истца гаражно-строительного кооператива «Кировец» - ФИО1, 

ответчика ФИО2, 

представителя ответчика ФИО3 – ФИО4, действующего на основании доверенности от 18.12.2023, выданной на пять лет, 

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Томске гражданское дело по иску гаражно-строительного кооператива «Кировец» к ФИО3, ФИО2 о признании протоколов заседания правления гаражно-строительного кооператива, трудового договора ничтожными,

установил:

Гаражно-строительный кооператив «Кировец» (далее – ГЭК «Кировец») обратился в суд с иском к ФИО3, ФИО2, в котором просил признать ничтожными протокол № 4 (оперативный) заседания правления ГЭК «Кировец» от 21.03.2019 (копия с семью подписями); протокол № 4 (опреативный) заседания правления ГЭК «Кировец» от 21.03.2019 (оригинал с четырьмя подписями); трудовой договор № 1/19 от 05.05.2019, заключенный между ГЭК «Кировец» в лице П.Ю.А.. и ФИО5 

В обоснование заявленных требований указано, что в связи с банкротством ООО «Пик «Успех» 14.06.2018 общим собранием бывших дольщиков был создан ПГЭК «Кировец». Председателем правления (руководителем) кооператива избран ФИО3 Кооператив начал осуществлять достройку гаражного комплекса с кадастровым номером 70:21:0200018:498 по адресу: 

<

...>, степень готовности 95% на земельном участке площадью 4981,9 кв.м. Для ввода объекта в эксплуатацию необходимо было завершить работы по вентиляции, пожарной сигнализации, иные работы, была определена смета в 4000000 руб. К августу 2023 года кооперативом было собрано почти 14000000 руб., однако работы по достройке гаражного комплекса прекратились по причине нехватки денежных средств. За все годы председатель правления перед членами кооператива не отчитывался, инвентаризация не проводилась, платежи с контрагентами не сверялись, в правлении кооператива значились посторонние люди. Председатель правления в отсутствие законных оснований выплачивал заработную плату бухгалтеру ФИО2 Кроме того, не утверждался и размер вознаграждения (заработной платы) и самому председателю правления. Расходование денежных средств членов кооператива производилось председателем произвольно, без учета их назначения. Также, в 2022 году кооперативу стало известно, что ФИО5 реализовал гаражные боксы, которые были зарегистрированы в Росреестре за иными лицами. 30.08.2023 общим собранием членов кооператива ГЭК «Кировец» полномочия ФИО3 как председателя кооператива были прекращены, председателем избран ФИО1 Полагает, что протокол № 4 (оперативный) заседания кооператива от 21.03.2019 (с семью печатями) ничтожен в силу закона, поскольку Уставом кооператива, его внутренними документами не предусмотрен такой вид протокола как «оперативный», оригинала указанного документа не имеется, отсутствуют сведения об избрании членов правления в указанном в нем составе, лица, действующие по доверенности от членов правления в действительности полномочий не имеют, некоторые члены кооператива не имеют в нем членство, подписи членов кооператива выполнены иными лицами. Кроме того, указанный протокол нигде не опубликован, в нем не определен источник финансирования оплаты труда, отсутствует указание на голосование по всем вопросам повестки, а принятые на нем решения не основаны на действительном решении членов правления. Кроме того, ФИО5 ФИО6 был передан еще один протокол № 4 от 21.03.2019 в оригинале, который отличается от копии с семью подписями членов правления кооператива, который также является ничтожным по аналогичным основаниям. Также полагает, что трудовой договор № 1/19 от 05.05.2019 является ничтожным, поскольку подписан неуправомоченным лицом П.А.Ю., не имеющим отношения к кооперативу. Данный договор нигде не опубликован. 

Представитель истца ФИО1 в судебном заседании на удовлетворении исковых требований настаивал. Дополнительно пояснил, что протоколы заседания правления ГЭК «Кировец», в том числе и оспариваемые протоколы, были переданы председателю кооператива впервые в рамках рассмотрения Советским районным судом г. Томска гражданского дела № 2-4064/2023, ранее кооперативу ничего об указанных документах известно не было. При этом, в производстве Советского районного суда г. Томска также имеется гражданское дело 2-4081/2023, в котором ГЭК «Кировец» требует от бывшего председателя кооператива передать пакет документов, касающихся деятельности ГЭК «Кировец». Настаивал на том, что указанные в качестве членов правления кооператива в протоколах № 4 от 21.03.2019 лица, никакого отношения к кооперативу не имеют, доверенности на представление интересов членов ГЭК «Кировец» Л.С.В., П.Ю.В., И.Ю.А. в материалы дела не представлены, такие доверенности у кооператива отсутствуют. Кроме того, указал, что выдача членами кооператива доверенностей на участие в заседаниях правления кооперативов противоречит требованиям Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах». Указал, что определение расходов на содержание председателя правления кооператива является исключительной прерогативой общего собрания членов кооператива. Со ссылкой на положения Закона РФ № 3085-1 «О потребительской кооперации (потребительских обществах, их союзах) в Российской Федерации» указал, что к исключительной компетенции общего собрания пайщиков относится избрание председателя и членов совета. Кроме того, полагал, что на основании норм Федерального закона № 193-ФЗ «О сельскохозяйственной кооперации», определение условий и размера вознаграждений членов правления кооператива относятся к исключительной компетенции общего собрания членов кооператива. Полагал, что П.Ю.А. являлся посторонним кооперативу лицом, не мог заключать трудовой договор с председателем кооператива. Полагал, что деятельность председателя кооператива должна была осуществляться на безвозмездной основе. Заявил о подложности оригинала протокола заседания членов правления ГЭК «Кировец» от 21.03.2019 № 4 с семью подписями, представленного стороной ответчика. При этом пояснил, что приложенный истцом оригинал протокола от 21.03.2019 № 4 с четырьмя подписями был передан ему бывшим председателем кооператива ФИО3 

Ответчик ФИО5 в судебное заседание не явился, извещен судом о дате, времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом, направил в суд своего представителя. Ранее участвуя в судебном заседании пояснил, что вопреки утверждению истца, передал новому председателю ГЭК «Кировец» ФИО1 все документы, касающиеся деятельности кооператива, однако их опись при передаче не составлялась. Указал, что осуществлял трудовую деятельность в кооперативе, в связи с чем на законных основаниях ему выплачивалась заработная плата. Подтвердил, что на протоколе № 4 от 21.03.2019 с семью подписями поставлена именно его подпись, протокол с четырьмя подписями он не подписывал. Полагал, что оснований для признания протоколов ничтожными не имеется, поскольку они заключены в установленном порядке, подписаны членами правления кооператива, в том числе, лицами действующими по доверенности. Обратил внимание, что на протяжении деятельности кооператива, ФИО1 и юрист Ш.С.Н. консультировали кооператив по правовым вопросам, а также текущей деятельности ГЭК «Кировец». 

Представитель ответчика ФИО5 ФИО4 в судебном заседании просил в удовлетворении требований отказать. Дополнительно пояснил, что сторона истца злоупотребляет своими правами. Кроме того, ссылался на неверное правовое обоснование тех доводов, по которым сторона истца полагает протоколы заседания членов правления кооператива, а также трудовой договор, заключенный с ФИО5 ничтожными. Указал, что истцом пропущен срок исковой давности по требованию о признании ничтожным протоколов собрания кооператива № 4 от 21.03.2019, а также признания ничтожным трудового договора, полагая, что к указанным правоотношениям подлежит применению по аналогии нормы ст. 392 ТК РФ о годичном сроке обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора. Настаивал на том, что оспариваемый протокол № 4 с семью подписями подписан уполномоченным на то лицами, а указание истца на то, что участники заседания членов правления кооператива, действующие по доверенности, не могли подписывать протокол со ссылкой на положения закона о кооперации, основано на неверном толковании норм материального права. 

Ответчик ФИО2 просила в удовлетворении требований отказать, поддержала позицию представителя ответчика ФИО5 

Руководствуясь положениями ст. 167 ГПК РФ суд определил рассмотреть дело по существу при настоящей явке лиц, участвующих в деле.

Заслушав объяснения участников процесса, ознакомившись с отзывами на исковое заявление, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Из материалов дела следует и установлено судом, что по адресу: 

<

...> расположен объект незавершенного строительства – гаражный комплекс с кадастровым номером 70:21:0200019:498, степень готовности объекта 95%, строительство которого осуществлялось ООО «ПИК «Успех». 

Решением Арбитражного суда Томской области от 02.03.2015 по делу № А67-6115/2014 ООО «ПИК «Успех» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство сроком на 6 месяцев. Исполнение обязанностей конкурсного управляющего ООО «ПИК «Успех» возложено на временного управляющего ФИО1

Определением Арбитражного суда Томской области от 24.07.2020 по делу № А67-6115/2014 завершено конкурсное производство в отношении ООО «ПИК «Успех». Указано, что настоящее определение является основанием для внесения в ЕГРЮЛ записи о ликвидации ООО «ПИК «Успех». 

14.06.2018 протоколом № 1 общего собрания собственников (владельцев) гаражных боксов, расположенных в гаражном комплексе по пр. Комсомольский, 68/6 в г. Томске, принято решение о создании потребительского гаражно-эксплуатационного кооператива «Кировец» (ГЭК «Кировец»). Председателем общего собрания избран П.Ю.А.; утвержден Устав кооператива. 

По вопросу № 3 повести общего собрания принято решение избрать членами правления ГЭК «Кировец»: Л.Н,Г., М.В.В., ФИО3, Е.Г.В., М.В.Ф., Д.В.Н., П.А.Н. Председателем правления ГЭК «Кировец» сроком полномочий 5 лет избран ФИО3 

Согласно Уставу кооператива ГЭК «Кировец» создан на добровольной основе для удовлетворения потребностей членов кооператива в эксплуатации гаражей (п.1.1). Кооператив является некоммерческой организацией, созданной как добровольное объединение граждан на основе членства в форме специализированного кооператива (п.1.3). Кооператив в своей деятельности руководствуется Гражданским кодексом Российской Федерации, и иным действующим законодательством и настоящим Уставом (п.1.10). 

Основными видами деятельности кооператива являются: организация эксплуатации гаражных боксов и другого имущества в соответствии с требованиями действующего законодательства; аккумулирование финансовых средств и материальных ресурсов членов кооператива для достижения уставных целей; иные виды деятельности направленные на достижение целей, предусмотренных настоящим Уставом, в соответствии с действующим законодательством РФ (п.2.1). 

Органами управления кооператива являются: общее собрание членов кооператива; правление кооператива; председатель правления кооператива; ревизионная комиссия (п. 4.1). 

Согласно п. 4.3 правление кооператива – коллегиальный орган, избираемый из 7 членов кооператива сроком на два года, осуществляющий руководство кооперативом. Заседания правления проводятся не реже одного раза в квартал. Работой правления руководит председатель кооператива. Заседание правления правомочно, если на нем присутствуют 4 члена правления. Решение принимается большинством голосов членов правления (п. 4.3.1). 

Правление кооператива осуществляет следующие полномочия: решает вопросы о принятии в члены кооператива и исключения из него; определяет размер вступительных, паевых, целевых, дополнительных, членских и иных взносов и устанавливает сроки их внесения; утверждает порядок покрытия убытков кооператива; планирует хозяйственную и финансовую деятельность кооператива; утверждает смету затрат и штатное расписание аппарата кооператива; руководит текущей деятельностью кооператива; созывает общее собрание; утверждает и предоставляет общему собранию план работ деятельности кооператива; утверждает внутренние документы кооператива; организует выполнение решений общего собрания членов кооператива; осуществляет подготовку и предоставление отчета о работе правления членам кооператива (п.4.3.2).

Полномочия председателя кооператива содержатся в п. 4.4.1 Устава, к которым, в том числе, отнесено право председателя кооператива действовать без доверенности от имени кооператива; подписывать финансовые и иные документы; принимать на работу и увольнять штатных сотрудников. Срок полномочий председателя кооператива – 2 года (п. 4.4.2). 

Протоколом № 2 (оперативный) заседания правления ГЭК «Кировец» от 20.02.2019 принято решение ввести в члены правления И.Ю.А. – под доверенности члена ГЭК «Кировец» М.В.Ф., П.Ю.А. – по доверенности члена ГЭК «Кировец» Е.Г.В.

21.03.2019 членами правления ГЭК «Кировец» Л.С.В. (по доверенности Л.Н,Г.), М.В.В., ФИО3, П.А.Н., П.Ю.А. (по доверенности Е.В.Г,), И.Ю.А. (по доверенности М.В.Ф.), Д.В.Н. принят протокол № 4 (оперативный), по следующим организационным вопросам: 

1. Определение фонда оплаты труда для председателя ГЭК «Кировец» помесячно в сумме 15000 руб., для бухгалтера ГЭК «Кировец» помесячно в сумме 10000 руб., за счет фонда паевых (членских) взносов на 2-ой квартал 2019 года; 

2. Оформление на работу в качестве бухгалтера на период ввода гаражей в эксплуатацию ФИО2, с момента регистрации ГЭК «Кировец» (ФИО3, П.Ю.А.); 

3. Привлечь для юридического сопровождения возврата в общий баланс ГЭК «Кировец» гаражных боксов, после завершения Арбитражных судов по обманутым дольщикам, размежевания по аренде земли с ООО «Парма» юриста П.С.Н.

Согласно протоколу № 12 от 30.08.2023 внеочередного очного собрания членов ГЭК «Кировец», ФИО3 освобожден от исполнения обязанностей председателя правления кооператива (вопрос № 10). Председателем правления ГЭК «Кировец» избран член правления ФИО1 (вопрос № 11). 

Обращаясь в суд с настоящим иском, истцом к материалам дела были приложены 2 копии протокола от 21.03.2019 № 4 – содержащий 4 подписи членов правления ГЭК «Кировец» и семь подписей. 

В ходе судебного разбирательства стороной истца суду был представлен оригинал протокола от 21.03.2019 № 4, содержащий 4 подписи членов правления кооператива, стороной ответчика – оригинал протокола № 4 от 21.03.2019 с семью подписями членов правления ГЭК «Кировец». 

Обращаясь в суд с настоящим иском, ГЭК «Кировец» указал, что указанные протоколы, содержащие как 4 подписи, так и 7, являются ничтожными, поскольку некоторые из указанных в них члены правления не имеют отношения к кооперативу, члены кооператива Л.Н,Г., М.В.Ф. и Е.Г.В. на собрании не присутствовали, при этом представительство в избранных ораганх по доверенности законом не допускается. Подписи членов кооператива М.В.В. и П.А.Н. выполнены не ими лично. Кроме того, ряд решений членов правления кооператива, выходит за пределы полномочий данного органа кооператива. 

Оценив представленные в материалы дела доказательства, принимая во внимание объяснения сторон, показания свидетелей, суд не находит оснований для удовлетворения требований ГЭК «Кировец» в указанной части. 

В соответствии со ст. 123.2 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) потребительским кооперативом признается основанное на членстве добровольное объединение граждан или граждан и юридических лиц в целях удовлетворения их материальных и иных потребностей, осуществляемое путем объединения его членами имущественных паевых взносов. Общество взаимного страхования может быть основано на членстве юридических лиц.

Устав потребительского кооператива должен содержать сведения о наименовании и месте нахождения кооператива, предмете и целях его деятельности, условия о размере паевых взносов членов кооператива, составе и порядке внесения паевых взносов членами кооператива и об их ответственности за нарушение обязательства по внесению паевых взносов, о составе и компетенции органов кооператива и порядке принятия ими решений, в том числе по вопросам, решения по которым принимаются единогласно или квалифицированным большинством голосов, порядке покрытия членами кооператива понесенных им убытков.

Согласно п. 3 ст. 1 Федерального закона от 12.01.1996 № 7-ФЗ "О некоммерческих организациях" и статье 2 Закона Российской Федерации от 19.06.1992 N 3085 -1 "О потребительской кооперации (потребительских обществах, их союзах) в Российской Федерации", положения указанных Законов на гаражные кооперативы не распространяются. При этом специальный федеральный закон в отношении гаражных кооперативов не принят.

На основании ч. 1 ст. 52 ГК РФ лица, за исключением хозяйственных товариществ и государственных корпораций, действуют на основании уставов, которые утверждаются их учредителями (участниками), за исключением случая, предусмотренного пунктом 2 настоящей статьи.

Правовое положение гаражных кооперативов определяется положениями Гражданского кодекса Российской Федерации и уставом гаражного кооператива в части, не противоречащей действующему законодательству.

В силу ч. 1 ст. 181.2 ГК РФ решение собрания считается принятым, если за него проголосовало большинство участников собрания и при этом в собрании участвовало не менее пятидесяти процентов от общего числа участников соответствующего гражданско-правового сообщества.

Решение собрания недействительно по основаниям, установленным настоящим Кодексом или иными законами, в силу признания его таковым судом (оспоримое решение) или независимо от такого признания (ничтожное решение) (ч. 1 ст. 181.3 ГК РФ).

Положениями ст. 181.4 ГК РФ установлено, что решение собрания может быть признано судом недействительным при нарушении требований закона, в том числе в случае, если: 1) допущено существенное нарушение порядка созыва, подготовки и проведения собрания, влияющее на волеизъявление участников собрания; 2) у лица, выступавшего от имени участника собрания, отсутствовали полномочия; 3) допущено нарушение равенства прав участников собрания при его проведении; 4) допущено существенное нарушение правил составления протокола, в том числе правила о письменной форме протокола (пункт 3 статьи 181.2).

Решение собрания вправе оспорить в суде участник соответствующего гражданско-правового сообщества, не принимавший участия в собрании или голосовавший против принятия оспариваемого решения.

Решение собрания не может быть признано судом недействительным, если голосование лица, права которого затрагиваются оспариваемым решением, не могло повлиять на его принятие и решение собрания не влечет существенные неблагоприятные последствия для этого лица.

В соответствии со ст. 181.5 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом, решение собрания ничтожно в случае, если оно: 1) принято по вопросу, не включенному в повестку дня, за исключением случая, если в собрании приняли участие все участники соответствующего гражданско-правового сообщества; 2) принято при отсутствии необходимого кворума; 3) принято по вопросу, не относящемуся к компетенции собрания; 4) противоречит основам правопорядка или нравственности.

Согласно п. 109 Постановления Пленума Верховного Суда РФ "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" решение собрания не может быть признано недействительным в силу его оспоримости при наличии совокупности следующих обстоятельств: голосование лица, права которого затрагиваются этим решением, не могло повлиять на его принятие, и решение не может повлечь существенные неблагоприятные последствия для этого лица (пункт 4 статьи 181.4 ГК РФ).

К существенным неблагоприятным последствиям относятся нарушения законных интересов как самого участника, так и гражданско-правового сообщества, которые могут привести, в том числе к возникновению убытков, лишению права на получение выгоды от использования имущества гражданско-правового сообщества, ограничению или лишению участника возможности в будущем принимать управленческие решения или осуществлять контроль за деятельностью гражданско-правового сообщества.

Таким образом, отсутствие одного из перечисленных условий исключает признание решения общего собрания недействительным.

Полагая протоколы от 21.03.2019 № 4 (как копии, так и оригиналы с 4 и 7 подписями) ничтожными, ГЭК «Кировец» ссылается на его принятие неуполномоченными лицами, в том числе, лицами, не являющимися членами кооператива. 

Суд не может признать данные доводы обоснованными. 

Из объяснений стороны истца следует, что оригинал протокола № 4 от 21.03.2019, который содержит 4 подписи членов правления, был передан председателю кооператива ФИО1 бывшим председателем правления ФИО3 Оригинал протокола с 7 подписями был предоставлен суду бухгалтером ГЭК «Кировец» ФИО2 в ходе судебного разбирательства. Данные протоколы имеют аналогичное друг с другом содержание, однако имеют расхождения в количестве проголосовавших лиц и способа исполнения подписей. 

Вопреки утверждению истца, все указанные в протоколах № 4 от 21.03.2019 лица являлись членами правления ГЭК «Кировец» на момент принятия оспариваемых протоколов, что подтверждается вышеуказанным протоколом № 1 общего собрания собственников (владельцев) гаражных боксов от 14.06.2018, по вопросу 3 повестки, принято решение избрать членами правления ГЭК «Кировец»: Л.Н,Г., М.В.В., ФИО3, Е.Г.В., М.В.Ф., Д.В.Н., П.А.Н. Председателем правления ГЭК «Кировец» - ФИО3 

Протоколом № 2 (оперативный) заседания правления ГЭК «Кировец» от 20.02.2019 принято решение ввести в члены правления И.Ю.А. – под доверенности члена ГЭК «Кировец» М.В.Ф., П.Ю.А. – по доверенности члена ГЭК «Кировец» Е.Г.В.

Указанные протоколы никем не оспорены, недействительными в установленном законом порядке не признаны. 

В порядке ст. 56 ГПК РФ сторонам в ходе судебного разбирательства было предложено предоставить суду доверенности Л.С.В. (по доверенности Л.Н,Г.), П.Ю.А. (по доверенности Е.Г.В.), И.Ю.А. (по доверенности М.В.Ф.). 

Как следует из объяснений представителя истца ГЭК «Кировец» указанные доверенности бывшим председателем ФИО3 кооперативу переданы не были. Из объяснений ответчиков следует, что указанные доверенности также у них отсутствуют, поскольку были переданы новому председателю ФИО7 

В судебном заседании были допрошены свидетели Л.С.В., Л.Н,Г., М.В.В., И.Ю.А., П.Ю.А., Ш.С.Н.

Свидетель Л.С.В. суду пояснил, что действительно присутствовал на общем собрании членов правления ГЭК «Кировец», на котором был принят протокол № 4 от 21.03.2019. Действовал свидетель по доверенности от супруги Л.Н,Г., которая являлась членом кооператива. Все вопросы, поставленные на повестку дня действительно были приняты членами правления единогласно. Свидетель подтвердил, что подпись в протоколе № 4 от 21.03.2019 (оригинал с семью подписями) принадлежит ему. Отрицал, что подписывал протокол № 4 от 21.03.2019 с четырьмя подписями. Указал, что по рекомендации ФИО1 и Ш.С.Н., который консультировал в тот момент кооператив по юридическим вопросам, оригиналы протоколов заседаний членов правления кооператива подписывались в нескольких экземплярах, для каждого члена правления. 

Свидетель Л.Н,Г. суду дала аналогичные с Л.С.В. показания, подтвердила факт выдачи доверенности на имя своего супруга. 

Свидетель М.В.В. в судебном заседании также подтвердил, что являлся членом правления кооператива, присутствовал на заседании правления 21.03.2019. Указал, что подпись на протоколе с семью подписями принадлежит ему, отрицал, что подписывал протокол с четырьмя подписями. 

Свидетель И.Ю.А. суду пояснил, что действительно принимал участие в заседаниях членов правления ГЭК «Кировец» по доверенности за своего племянника М.В.Ф., в том числе, в заседании от 21.03.2019 по вопросам повестки заседания. Подтвердил, что подпись на протоколе № 4 с семью подписями принадлежит свидетелю, протокол с четырьмя подписями не подписывал. Также указал, что оригиналы протоколов по рекомендации юриста кооператива Ш.С.Н. изготавливались в нескольких экземплярах. 

Свидетель П.Ю.А. в судебном заседании пояснил, что являлся председателем общего собрания кооператива, присутствовал 21.03.2019 на заседании членов правления по доверенности от Е.Е.Г.. По всем вопросам повестки дня было принято согласованное решение. Указал, что подписывал как протокол заседания правления № 4 с семью подписями, так и четырьмя подписями, при этом, пояснил, что по рекомендации дававшего кооперативу юридические консультации Ш.С.Н., протоколы заседаний в оригиналах оформлялись в нескольких экземплярах, для каждого члена правления. Указал, что по его мнению, подпись члена правления П.А.Н. на протоколе с семью подписями, ему не принадлежит. 

Допрошенный в судебном заседании свидетель Ш.С.Н. суду пояснил, что какого-либо отношения к кооперативу не имеет, об обстоятельствах дела ему ничего не известно, каких-либо консультаций членам кооператива относительно оформления протоколов заседаний правления ГЭК «Кировец» он не давал. 

Оснований не доверять показаниям свидетелей Л.С.В., Л.Н,Г., И.Ю.А., П.Ю.А., М.В.В. суд не находит, поскольку они не противоречивы, согласуются между собой, какой-либо заинтересованности указанных лиц в исходе настоящего дела, суд не усматривает. 

Показания свидетеля Ш.С.Н. суд первой инстанции не может принять во внимание, поскольку каких-либо значимых и существенных для дела обстоятельств, свидетель суду не сообщил. 

Учитывая указанные обстоятельства, суд не находит оснований согласиться с доводами представителя истца о ничтожности протоколов заседания членов правления ГЭК «Кировец» от 21.03.2019 ввиду подписания данных протоколов неуполномоченными на то лицами. 

В ходе судебного разбирательства лица, подписавшие протокол заседания правления кооператива Л.С.В., И.Ю.А., П.Ю.А., М.В.В., ФИО3 подтвердили своё участие в заседании правления кооператива 21.03.20219, а также подтвердили свои подписи в протоколе с семью подписями. 

Указание стороны истца в ходе судебного разбирательства на фальсификацию подписи М.В.В. и П.А.Н., и как следствие наличие необходимости в проведении судебной почерковедческой экспертизы, судом первой инстанции принято быть не может. 

Доказательств того, что член кооператива П.А.Н., полагая свою подпись сфальсифицированной, обращался с соответствующими заявлениями в правоохранительные органы, либо оспаривал по указанным обстоятельствам протокол членов правления ГЭК «Кировец», не представлено. Заявлений от П.А.Н. о подделке его подписи приложено не было. 

Ходатайство представителя истца о назначении по делу судебной почерковедческой экспертизы было отклонено. Судом обращается внимание, что образцы почерка лиц, подписи которых по мнению стороны истца были подделаны, в суд не представлено. Оснований для понуждения (истребования) таких образцов, суд не усматривает. Кроме того, допрошенный в ходе судебного разбирательства свидетель М.В.В. подтвердил свою подпись на протоколе № 4 от 21.03.2019 с семью подписями. 

Кроме того, суд полагает необходимым отметить, что ссылка истца на то, что выдача членами кооператива доверенностей на участие в заседаниях правления кооперативов противоречит требованиям Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», основана на неверном применении норма материального права, поскольку положения указанного закона не подлежат применению к рассматриваемым правоотношениям. Участие представителей членов кооператива по доверенности в заседаниях правления кооператива законом допускается и не противоречит требованиям гражданского и жилищного законодательства, касающихся деятельности, в том числе, гаражных кооперативов. 

Судом также учитывается, что несмотря на разночтения в количестве и исполнении подписей в протоколе № 4 от 21.03.2019 как с семью, так и с четырьмя подписями, содержание указанных протоколов аналогично друг другу, лица, принимавшие участие в заседании правления кооператива подтвердили принятие решений по вопросам повестки дня заседания. Указанные в протоколе вопросы повестки дня не противоречат Уставу кооператива. Кроме того, как следует из показаний допрошенных свидетелей, принимавших участие в заседании правления кооператива 21.03.2019, объяснений стороны ответчика, что не оспорено стороной истца, оригиналы протоколов заседания членов правления ГЭК «Кировец» изготавливались в нескольких экземплярах. 

Оснований для исключения оригинала протокола № 4 от 21.03.2019 с семью подписями на основании ходатайства истца о подложности данного документа из числа доказательств по делу, суд не усматривает, исходя вышеприведенных мотивов. 

Учитывая указанные обстоятельства, тот факт, что из присутствовавших на заседании 21.03.2019 пятеро уполномоченных на подписание протокола заседания членов правления лиц подтвердили свою волю на его подписание, суд не находит оснований для признания как протокола № 4 с семью подписями, так и протокола № 4 с четырьмя подписями ничтожными, по изложенным в иске основаниям. 

Рассматривая данные требования истца, суд приходит к выводу, что все оспариваемое собрание членов правления кооператива проводились в соответствии с положением Устава, на собрании участвовало необходимо число членов правления, решения принимались необходимым числом голосов. Оспариваемые истцом решения не отнесены к исключительной компетенции общего собрания членов кооператива, соответственно, Правление полномочно принимать решения по данным вопросам.

Ссылка же истца на необходимость применения к рассматриваемым правоотношения Закона РФ № 3085-1 «О потребительской кооперации (потребительских обществах, их союзах) в Российской Федерации» норм Федерального закона № 193-ФЗ «О сельскохозяйственной кооперации» по мнению суда является необоснованной, поскольку как прямо указано в ст. 2 Закона О потребительской кооперации, преамбулы Закона О сельскохозяйственной кооперации, настоящие законы не распространяют свое действие на потребительские кооперативы, а также на иные специализированные потребительские кооперативы (гаражные, жилищно-строительные, кредитные и другие). 

Кроме того, стороной ответчика заявлено о пропуске истцом срока давности по требованиям о признании протокола заседания членов правления ничтожными. 

Суд приходит к следующим выводам. 

В соответствии со статьей 181.4 ГК РФ: решение собрания вправе оспорить в суде участник соответствующего гражданско-правового сообщества, не принимавший участия в заседании или заочном голосовании либо голосовавший против принятия оспариваемого решения.

Участник собрания, голосовавший за принятие решения или воздержавшийся от голосования, вправе оспорить в суде решение собрания в случаях, если его волеизъявление при голосовании было нарушено.

В силу п. 1 ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно п. 2 ст. 197 ГК РФ: правила статьи 195, п. 2 статьи 196 и статей 198 - 207 настоящего Кодекса распространяются также на специальные сроки давности, если законом не установлено иное.

Из разъяснений, содержащихся в п. 112 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", следует, что срок исковой давности для признания ничтожного решения собрания недействительным исчисляется по аналогии с правилами, установленными пунктом 5 статьи 181.4 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 1 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как указано в п. 111 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", общедоступным с учетом конкретных обстоятельств дела может быть признано размещение информации о принятом решении собрания на доске объявлений, в средствах массовой информации, сети "Интернет", на официальном сайте соответствующего органа, если такие способы размещения являются сложившейся практикой доведения информации до участников данного гражданско-правового сообщества, а также ссылка в платежном документе, направленном непосредственно участнику, оспаривавшему решение. Общедоступность сведений предполагается, пока лицом, права которого нарушены принятием решения, не доказано иное.

В соответствии с ч. 5 ст. 181.4 Гражданского кодекса Российской Федерации: решение собрания может быть оспорено в суде в течение шести месяцев со дня, когда лицо, права которого нарушены принятием решения, узнало или должно было узнать об этом, но не позднее чем в течение двух лет со дня, когда сведения о принятом решении стали общедоступными для участников соответствующего гражданско-правового сообщества.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 2015 г. N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм ГК РФ об исковой давности", если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела, поскольку, в соответствии с абз.2 п. 2 ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

На основании ч. 2 ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации: исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения; истечения срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Истцом оспариваются решение правления ГЭК «Кировец», состоявшихся более четырех лет назад. В суд не представлено достоверных сведений, свидетельствующих о том, что пропуск истцом, установленного законом обращения с иском вызван уважительными причинами, тогда как из позиции ответчика и показаний свидетелей следует, что об оспариваемых решениях членам кооператива ГЭК «Кировец» было известно, кем -либо участников коператива они оспорены не были. 

С требованиями об оспаривании протокола № 4 от 21.03.2019 истец обратилась только 04.12.2023, то есть с пропуском установленного срока (как специального, так и общего) для обращения в суд с рассматриваемым иском.

При этом, к доводам представителя истца о том, что об указанных протоколах истцу стало известно только после избрания новым председателем кооператива ФИО1, суд относится критически, поскольку смена председателя правления законом не отнесена к уважительным причинам пропуска срока давности обращения за судебной защитой. 

Кроме того, судом учитывается, что ФИО1 являлся временным управляющим ООО «ПИК «Успех»; как следует из представленного в материалы дела протокола № 7 внеочередного общего собрания правообладателей долей в праве общей долевой собственности гаражного комплекса, проведенного в период с 20.06.2021 по 30.06.2021 ФИО1 являлся собственником (на тот момент) гаражных боксов № 15,17, 31,44, 45, 55, 56, 58, 59, 60, 61, принимал участия в голосованиях кооператива; кроме того, как следует из показаний допрошенных в ходе судебного заседания свидетелей, объяснений стороны ответчика, члены кооператива обращались к ФИО1 по вопросам оформления документам и текущей деятельности кооператива. 

Учитывая, что истцом не представлено доказательств, свидетельствующих о наличии уважительных причин пропуска срока обращения в суд с иском о признании протоколов правления кооператива ГЭК «Кировец» недействительными, следует в данной части иска отказать.

Ходатайств о восстановлении срока на оспаривание указанных в иске протоколов, равно как и доказательств уважительности причин пропуска срока за обращением в суд, истцом, не заявлено и не представлено. 

Таким образом, с учетом того, что истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске, суд в указанной части полагает необходимым ГЭК «Кировец» в удовлетворении требований о признании ничтожными протоколов № 4 от 21.03.2019 отказать. 

Разрешая требования истца о признании ничтожным трудового договора № 1/19 от 05.05.2019, заключенного между ГЭК «Кировец» в лице председателя кооператива П.Ю.А. и ФИО3 суд также приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований истца в данной части. 

Сторонами по делу не оспаривается, что на основании протокола № 1 общего собрания собственников (владельцев) гаражных боксов, расположенных в гаражном комплексе по пр. Комсомольский, 68/6 в г. Томске, принято решение об избрании председателем правления ГЭК «Кировец» ФИО3 

05.05.2019 между ГЭК «Кировец», в лице председателя общего собрания членов правления кооператива П.Ю.А. и ФИО3 заключен трудовой договор № 119, согласно которому работодатель поручает, а работник принимает на себя выполнение трудовых обязанностей по должности председателя кооператива (п.1.1 договора). Договор заключен на срок установленных полномочия (п.2). Согласно п. 3.1 работодатель имеет право поощрять работника за эффективный труд. 

Работнику установлен рабочий день продолжительностью два часа в день. Работник вправе исполнять свои трудовые обязанности по месту своего жительства (на дому либо дистанционно). Работнику устанавливается ежегодный отпуск продолжительностью не менее 28 дней. Должностной оклад (тарифная ставка) 13300 руб. в месяц. Надбавка (оплата и другие выплаты) 3990 руб. (к ставке, окладу районный коэффициент 30%) (п.4.1, 4.2., 4.3). 

Приказом № 1 от 29.04.2019 ФИО3 с 05.05.2019 принят председателем правления товарищества в ГЭК «Кировец». 

29.04.2019 приказом председателя ГЭК «Кировец» утверждено штатное расписание, в котором предусмотрена должность председателя правления кооперативом с окладом 13300 руб., а также должность главного бухгалтера с окладом 8850 руб., что не противоречит положениям Устава кооператива, а также условиям трудового договора. 

Ссылаясь на ничтожность указанного трудового договора, без указания правового обоснования его ничтожности, истец указывает, что трудовой договор с председателем кооператива был подписан неуполномоченным лицом; вызывает сомнения дата подписания договора; работа председателя правления на дому противоречит интересам кооператива; трудовой договор нигде не был обнародован. 

Трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается (ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ).

В силу части первой ст. 16 ТК РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим Кодексом.

Согласно ст. 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Согласно части первой ст. 61 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено названным Кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя.

При этом, общие положения гражданского законодательства о недействительности сделок (статьи 166 - 167 Гражданского кодекса Российской Федерации) к трудовым отношениям не применимы, поскольку трудовой договор не является сделкой, в том смысле, который этому понятию придается статьей 153 Гражданского кодекса Российской Федерации, при трудоустройстве возникают трудовые (статья 5 Трудового кодекса Российской Федерации), а не гражданские права и обязанности (статья 2 Гражданского кодекса Российской Федерации), к отношениям по трудовому договору невозможно применить последствия недействительности гражданско-правовых сделок, предусмотренные статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации и возвратить стороны в первоначальное положение, существовавшее до заключения трудового договора (дополнительного соглашения к трудовому договору), с возложением на каждую сторону обязанности возвратить друг другу все полученное по договору.

Рассматривая заявленные истцом в указанной части исковые требования, суд первой инстанции приходит к выводу о том, что нормами трудового законодательства возможность признания трудового договора недействительным не предусмотрена в силу специфики предмета и метода регулирования трудовых отношений.

Аналогичная правовая позиция изложена в Определении Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 18.04.2023 № 88-8797/2023. 

Бывший председатель кооператива ФИО3, избранный на основании протокола № 1 общего собрания ГЭК «Кировец» с 2018 по 2023 год осуществлял функции председателя кооператива, что сторонами по делу оспорено не было, более того, подтверждается и самим истцом; председатель на протяжении нескольких лет на возмездной основе выполнял определенные трудовые функции, трудовой договор с ФИО5 заключен ГЭК «Кировец» в лице уполномоченного кооперативом лицом, следовательно, оспариваемая истцом сделка является трудовым договором, заключенными с ФИО5, а к трудовому договору не могут быть применены нормы гражданского права о недействительности сделки. 

Иные доводы, приведенные ГЭК «Кировец» в обоснование ничтожности трудового договора правового значения не имеют, являются субъективным мнением стороны истца, кроме того, основаны на неверном толковании и понимании норм материального права. 

Указание истца на то, что председатель кооператива обязан в силу закона осуществлять свою деятельность на безвозмездной основе, противоречат положениям действующего законодательства. Ни Устав кооператива, ни условия трудового договора не содержат каких-либо указаний на выполнение председателем кооператива своих трудовых функций на безвозмездной основе. 

При этом, доводы ответчика о том, по рассматриваемым требованиям истцом пропущен срок исковой давности, в рассматриваемом случае необходимо применять по аналогии положения ст. 392 ТК РФ, суд также полагает необоснованными, поскольку указанные ответчиком нормы касаются требований об обращении работника за разрешением индивидуального трудового спора в годичный срок. Вместе с тем, характер заявленных требований и предмет спора к индивидуальному трудовому спору не относится; истцом заявлено требование о признании трудового договора ничтожным. 

Учитывая изложенное, суд первой инстанции не находит оснований для удовлетворения требований истца к ФИО3, ФИО2 о признании протоколов заседания правления гаражно-строительного кооператива, трудового договора ничтожными в полном объеме. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. 98, 194 - 199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования гаражно-строительного кооператива «Кировец» к ФИО3, ФИО2 о признании протоколов заседания правления гаражно-строительного кооператива, трудового договора ничтожными, - оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме в Томский областной суд через Советский районный суд г. Томска.

Судья А.В. Кравченко 

Мотивированное решение суд составлено 12.02.2024