№ 2-138/2017 

РЕШЕНИЕ

 

Именем Российской Федерации 

город Красноярск 14 сентября 2017 года 

Октябрьский районный суд г. Красноярска в составе: 

председательствующего судьи Шатровой Р.В., 

при секретаре Шенфельд Е.И., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 , ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного в результате затопления, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о взыскании материального ущерба в сумме 116339 рублей, причиненного заливом квартиры, компенсации морального вреда в размере 30000 рублей, расходов по уплате государственной пошлины 3527 рублей. Требования мотивировал тем, что по вине ФИО2, проживающего в квартире Х, произошел залив принадлежащей ему нижерасположенной квартиры Х, в связи с чем было повреждено имущество на сумму 106232 рубля. Кроме того, понесены расходы, связанные со стиркой и сушкой ковров, в сумме 1860 рублей, расходы по составлению отчета об определении рыночной стоимости работ и материалов, необходимых для ремонта жилого помещения, в сумме 8000 рублей, почтовые расходы, связанные с вызовом заинтересованных лиц на осмотр квартиры, в размере 247,60 рубля. Кроме того, причинен моральный вред, который истец оценивает в размере 30000 рублей, связанный с необходимостью проживания в сырой, пропахшей испарениями высыхающих перекрытий квартире с пришедшими в негодность ремонтом и мебелью. 

04 октября 2016 года к участию в деле в качестве соответчика привлечена ФИО3 

В результате уточненных исковых требований ФИО1 просит взыскать с ФИО2, ФИО3 сумму причиненного заливом квартиры ущерба в размере 103 298 рублей, расходы на проведение досудебной оценки ущерба 8000 рублей, почтовые расходы 247,60 рубля, расходы, связанные со стиркой и сушкой ковров, в сумме 1860 рублей, компенсацию морального вреда в размере 30000 рублей, расходы по уплате государственной пошлины 3527 рублей. 

22 декабря 2016 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО4 

В судебное заседание истец ФИО1 не явился, о месте и времени судебного заседания был извещен, доверил представлять свои интересы своему представителю ФИО5, которая в судебном заседании на удовлетворении уточненных исковых требований настаивала. 

В судебном заседании ответчик ФИО2 против удовлетворения исковых требований возражал, ссылаясь на то обстоятельство, что его вина в заливе квартиры истца отсутствует. Дополнительно пояснил, что в 2011 году он своими силами устанавливал счетчики водоснабжения, для чего обратился к ФИО4, состоящему в трудовых отношениях с ФГУП «ЖКХ КНЦ СО РАН» в качестве сантехника, с просьбой установить приборы учета холодного и горячего водоснабжения; последний работы выполнил, составил гарантийное обязательство, в связи с чем либо ФИО4, либо ФГУП «ЖКХ КНЦ СО РАН» должны являться надлежащими ответчиками по делу. Кроме того, из заключения эксперта ГПКК «Красноярский региональный центр энергетики и экспертизы» следует, что причиной неисправности фильтра грубой очистки явился гидроудар, что также исключает его ответственность перед истцом. 

В судебное заседание ответчик ФИО3 не явилась, о месте и времени судебного заседания была извещена, ходатайство об отложении разбирательства по делу в адрес суда не направила. 

В судебном заседании представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФГУП «ЖКХ КНЦ СО РАН» ФИО6 против удовлетворения исковых требований не возражала. Дополнительно пояснила, что вина ФГУП «ЖКХ КНЦ СО РАН» в заливе квартиры истца отсутствует – оборудование, установленное в квартире ответчиков, не является общедомовым, следовательно, ответственность за содержание указанного имущества несут собственники жилого помещения. Нарушения при эксплуатации инженерного оборудования со стороны управляющей организации не допускались, аварии в других квартирах жилого дома вследствие указанного ответчиком скачка давления в системе водоснабжения отсутствовали. ФГУП «ЖКХ КНЦ СО РАН» отношения к установке счетчиков в квартире ответчиков не имеет. 

В судебное заседание третье лицо ФИО4 не явился, о месте и времени судебного заседания был извещен, ходатайство об отложении разбирательства по делу в адрес суда не направил. 

При указанных обстоятельствах суд считает возможным рассмотреть дело при данной явке. 

Выслушав представителя истца ФИО1 – ФИО5, ответчика ФИО2, представителя третьего лица ФГУП «ЖКХ КНЦ СО РАН» ФИО6, исследовав представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к следующему. 

В соответствии с со ст. 210 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

Права и обязанности собственника жилого помещения определены в статье 30 ЖК РФ, согласно частям 3 и 4 которой собственник жилого помещения несет бремя содержания данного помещения и обязан поддерживать его в надлежащем состоянии, не допуская бесхозяйственного обращения с ним, соблюдать права и законные интересы соседей, правила пользования жилыми помещениями, а также правила содержания общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме.

По смыслу приведенных выше норм ст. 210 ГК РФ и ст. 30 ЖК РФ ответственность по содержанию жилого помещения в надлежащем состоянии и соблюдению прав и законных интересов соседей лежит на собственнике данного помещения. 

Пунктом 5 Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 13 августа 2006 г. N 491 закреплено, что в состав общего имущества входят внутридомовые инженерные системы холодного и горячего водоснабжения и газоснабжения, состоящие из стояков, ответвлений от стояков до первого отключающего устройства, расположенного на ответвлениях от стояков, указанных отключающих устройств, коллективных (общедомовых) приборов учета холодной и горячей воды, первых запорно-регулировочных кранов на отводах внутриквартирной разводки от стояков, а также механического, электрического, санитарно-технического и иного оборудования, расположенного на этих сетях. 

Согласно п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. 

Как следует из материалов дела, ФИО1 является собственником квартиры Х на основании договора купли-продажи от 14 марта 1997 года (л.д. 25). Указанное обстоятельство подтверждается сведениями из Восточно-Сибирского филиала АО «Ростехинвентаризация – Федеральное БТИ» (л.д. 95). Вышерасположенная квартира Х в данном доме принадлежит на праве собственности ФИО2, ФИО3 по 1/2 доле каждому, данное право зарегистрировано за последними на основании договора на передачу жилого помещения в собственность граждан от 28 января 2004 года (л.д. 46). 

Управление многоквартирным домом Х осуществляет ФГУП «ЖКХ КНЦ СО РАН». 

31 августа 2014 года произошел залив квартиры Х, принадлежащей ФИО1, из жилого помещения Х, расположенного выше этажом. 

В этот же день работниками ФГУП «ЖКХ КНЦ СО РАН» составлен акт о затоплении квартиры. В результате проведения мероприятий по осмотру квартиры установлено, что причиной затопления явилось то обстоятельство, что в вышерасположенной квартире Х вырвало резьбовую пробку фильтра грубой очистки на ГВС (л.д. 22). В квартире Х были зафиксированы: намокание паркетного пола, ковра, обоев на стенах, потолка, разбухли межкомнатные двери, в ванной и туалетной комнатах частично отклеилась кафельная плитка. 

В соответствии с отчетом № № 341/14 ООО «Агентство профессиональной оценки», составленным по заказу ФИО1, рыночная стоимость работ и материалов, необходимых для устранения последствий затопления квартиры Х, составляет 106232 рубля. 

Определением Октябрьского районного суда г. Красноярска от 22 декабря 2016 года по ходатайству ответчика ФИО2 с целью определения размера причиненного истцу ущерба по делу назначена судебная оценочная экспертиза; проведение экспертизы поручено ГПКК «Красноярский региональный центр энергетики и экспертизы». 

Согласно заключению ГПКК «Красноярский региональный центр энергетики и экспертизы» № 845 от 19 июня 2017 года стоимость восстановительного ремонта с учетом необходимых материалов и работ для восстановления квартиры Х, в результате затопления, произошедшего 31 августа 2014 года, составляет 103298 рублей. 

Рассматривая исковые требования о взыскании с ФИО2, ФИО3 суммы ущерба, причиненного в результате залива квартиры истца, суд руководствуется ст. 210, 1064 ГК РФ и ст. 30 ЖК РФ, в силу которых ответственность по возмещению причиненного ущерба возложена на ответчиков, которые как собственники жилого помещения были обязаны следить за находящимся в нем оборудованием, между тем, не обеспечили надлежащий контроль за сантехническим оборудованием в принадлежащим им жилом помещении. 

Так, судом установлено, что залив принадлежащей истцу квартиры произошел в результате срыва резьбовой крышки фильтра грубой очистки горячего водоснабжения в вышерасположенной квартире ответчиков. Указанное обстоятельство ответчик ФИО2 в судебном заседании не оспаривал, так же как и не оспаривал тот факт, что счетчик ГВС установлен после запорно-регулировочного крана. Дополнительное оборудование, каковым являются фильтры механической очистки воды, установлено в квартире ответчиков их силами, не является общедомовым. 

На основании изложенного, суд считает необходимым взыскать в пользу истца сумму ущерба по 1/2 доле с каждого из ответчиков пропорционально принадлежащим им на праве собственности долям в квартире Х. 

Факт затопления ответчиками не оспорен. 

Доводы ответчика ФИО2 о том, что надлежащим ответчиком по делу является ФГУП «ЖКХ КНЦ СО РАН», поскольку установку прибора учета ГВС производил работник управляющей организации – ФИО4, несостоятельны, поскольку в материалы дела не представлено доказательств наличия договорных отношений в отношении установки счетчиков между ФИО2 и ФГУП «ЖКХ КНЦ СО РАН». Представитель последнего факт установки счетчика ГВС управляющей организацией отрицала. Из гарантийного письма ФИО4 от 01 декабря 2011 года следует, что он производил работы как физическое лицо, а не по заданию работодателя ФГУП «ЖКХ КНЦ СО РАН». 

Доводы ответчика ФИО2 о том, что надлежащим ответчиком по делу является либо производитель прибора учета ГВС, как осуществивший производство некачественной детали, либо ФГУП «ЖКХ КНЦ СО РАН», работники которого могли резко открыть запорный кран стояка, чем вызвать гидроудар, суд также не принимает во внимание. Так, в соответствии со ст. 210 ГК РФ и ст. 30 ЖК РФ именно собственник несет ответственность по содержанию жилого помещения в надлежащем состоянии и соблюдению прав и законных интересов соседей. Исковые требования истцом заявлены именно к ФИО2, ФИО3, а не к иным лицам. При этом, ответчики не лишены возможности обратиться с требованием к указанным лицам о возмещении ущерба в порядке регресса. Кроме того, достаточных доказательств наличия гидроудара в материалы дела не представлено – из заключения эксперта № 1026, пояснений эксперта ФИО7, данных в судебном заседании 15 августа 2017 года, следует, что эксперт пришел к выводу о наличии гидроудара методом исключения (исключил возможность возникновения разрушения резьбы на ревизионной крышке из-за некачественной установки прибора учета ГВС, в связи с чем пришел к выводу о том, что причиной отказа фильтра грубой очистки в виде механического разрушения явилось нарушение нормальных условий эксплуатации при аварийной ситуации, вызванной быстрым изменением скорости потока жидкости в подводящем трубопроводе – гидроудар). Между тем, экспертом не исследовался материал, из которого был произведен фильтр механической очистки воды, не исследовалось качество металла, как пояснил эксперт, он в своем заключении исходил из надлежащего качества фильтра, поскольку ему были предоставлены документы на указанный фильтр. Представитель ФГУП «ЖКХ КНЦ СО РАН» в судебном заседании факт наличия гидроудара отрицала, пояснив, что в случае наличия гидроудара имели бы место обращения других граждан жилого дома с жалобами на срыв резьбовых крышек на фильтрах воды, однако данные обращения отсутствовали. Из акта технического осмотра к отопительному сезону 2014 – 2015 годов, составленного тепловой инспекцией ОАО «Красноярская теплотранспортная компания», следует, что промывка и гидравлическая опрессовка в доме Х проводилась в июне и июле 2014 года, а не 31 августа 2014 года (в момент аварии), как указывает истец. 

При определении размера ущерба, подлежащего взысканию с ответчиков, суд принимает во внимание заключение судебной экспертизы, проведенной ГПКК «Красноярский региональный центр энергетики и экспертизы», согласно которому рыночная стоимость работ по устранению последствий затопления составляет 103298 рублей. 

В удовлетворении требований о взыскании с ответчиков понесенных истцом расходов на стирку и сушку ковра в сумме 1860 рублей суд считает необходимым отказать, поскольку доказательств необходимости производить стирку ковра суду не представлено. В рамках проведения судебной экспертизы экспертом данные расходы как необходимые указаны не были. 

Истцом понесены убытки в виде расходов на проведение оценки ущерба в размере 8 000 рублей, по направлению телеграммы в адрес ответчиков о проведении оценки ущерба в сумме 247,60 рубля, которые на основании ст. 15 ГК РФ также подлежат взысканию с ответчиков в равных долях с каждого. 

Рассматривая исковые требования о взыскании с ответчиков компенсации морального вреда в размере 30000 рублей, связанного с необходимостью проживания в сырой, пропахшей испарениями высыхающих перекрытий квартире, с пришедшими в негодность ремонтом и мебелью, суд исходит из того, что данные требования не основаны на законе и противоречат ст. 151 ГК РФ, предусматривающей возможность взыскания компенсации морального вреда лишь в случаях нарушения личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие гражданину нематериальные блага, либо в случаях, предусмотренных законом. Доказательств того, что со стороны ответчиков имели место какие-либо посягательства на личные неимущественные права или другие нематериальные блага истца, которые бы причинили ему физические или нравственные страдания, истцом не представлено. 

Согласно ст. 98 ГПК РФ суд считает необходимым взыскать в равных долях с ответчиков понесенные ФИО1 расходы по уплате государственной пошлины в сумме 3265,96 рубля. 

В связи с тем, что проведение судебной экспертизы лицом, на которое была возложена обязанность по оплате, не оплачено, суд на основании ст. 98 ГПК РФ считает необходимым взыскать с ФИО2, ФИО3 в равных долях с каждого в пользу ГПКК «Красноярский региональный центр энергетики и экспертизы» стоимость судебной экспертизы в сумме 13308 рублей. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194 – 198 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 , ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного в результате затопления, удовлетворить частично. 

Взыскать с ФИО2 , ФИО3 в равных долях с каждого в пользу ФИО1 сумму ущерба в размере 103298 рублей, расходы на проведение досудебной оценки ущерба в сумме 8000 рублей, почтовые расходы 247 рублей 60 копеек, расходы по уплате государственной пошлины 3265 рублей 96 копеек. 

В удовлетворении исковых требований о взыскании расходов на стирку и сушку ковров, компенсации морального вреда отказать. 

Взыскать с ФИО2 , ФИО3 в равных долях с каждого в пользу ГПКК «Красноярский региональный центр энергетики и экспертизы» расходы на проведение судебной экспертизы в сумме 13308 рублей. 

Решение может быть обжаловано в Красноярский краевой суд через Октябрьский районный суд г. Красноярска в течение одного месяца со дня его изготовления в окончательной форме. 

Председательствующий 

Мотивированное решение изготовлено 19 сентября 2017 года.