№ 2-1-133/2026

<

Данные изъяты>

решение

Именем Российской Федерации

04 марта 2026 г. г. Пугачев

Пугачевский районный суд Саратовской области в составе:

председательствующего судьи Остапенко Н.В.,

при секретаре Дичко-Сторожук О.А.,

с участием истца ФИО1, его представителя ФИО2,

ответчиков ФИО3, ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3, ФИО4 о взыскании материального ущерба, причиненного преступлением, компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3, ФИО4 о взыскании материального ущерба, причиненного преступлением, компенсации морального вреда. В обоснование иска, с учетом уточнения указал, что приговором Пугачевского районного суда Саратовской области от 

<

Данные изъяты> ФИО3 и ФИО4 признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ. В ходе рассмотрения уголовного дела судом установлено, что ФИО3 и ФИО4 совершили мошеннические действия в отношении истца, завладев его денежными средствами на общую сумму 30 000 руб. Кроме того, ФИО3 и ФИО4 в ходе инкриминируемых им действий завладели его денежными средствами в сумме 70 000 руб., а всего в сумме 100 000 руб. Своими преступными действиями ответчики причинили ему моральный вред в сумме один миллион рублей. На основании изложенного, истец просит взыскать в свою пользу с ФИО3, ФИО4 в солидарном порядке убытки в сумме 100 000 руб. и взыскать солидарно компенсацию морального вреда в сумме один миллион рублей.

В ходе рассмотрения дела истец ФИО1 (в судебном заседании 

<

Данные изъяты>) и его представитель ФИО2 (в судебном заседании 

<

Данные изъяты>) исковые требования поддержали. При этом ФИО1 пояснил, что он, являясь индивидуальным предпринимателем, занимается установкой систем пожарной и охранно-пожарной сигнализации. В период с 

<

Данные изъяты> года по 

<

Данные изъяты> год ФИО4 вымогал у него денежные средства за содействие в заключении договоров на установку данных сигнализаций на территории 

<

Данные изъяты>. В связи с указанными обстоятельствами он обратился в полицию. Сотрудники полиции организовали оперативно-розыскные мероприятия с его участием для разоблачения ФИО4 и ФИО3, в которых он участвовал в период с 

<

Данные изъяты> года по 

<

Данные изъяты> год, и, используя принадлежащие ему денежные средства, передавал их ФИО4 Фактически им было передано ответчикам 6 раз по 30 000 руб., то есть денежных средств было передано больше, чем установлено приговором. Конкретные даты, время, место передачи денежных средств он назвать не может, все доказательства находятся в материалах уголовного дела, возбужденного в отношении ФИО3 и ФИО4 Действиями ответчиков ему причинен моральный вред, так как он в вышеуказанный период затрачивал свое время, участвуя в проведении оперативно-розыскных мероприятий, что отразилось на его доходе, он переживал, у него ухудшилось здоровье.

Представитель ФИО2 пояснила, что фактически в ходе оперативно-розыскных мероприятий ФИО1 ответчикам была переведена сумма в размере 128 000 руб., что подтверждается банковской выпиской по счету, принадлежащему ФИО1 Данные денежные средства переводились на банковские счета организаций, а впоследствии обналичивались в пользу ФИО4 и ФИО3 А всего было отдано ответчикам 200 000 руб., в том числе принадлежащих ФИО1 денежных средств, используемых в рамках проведения оперативно-розыскных мероприятий. Вследствие преступных действий ответчиков истец понес убытки, ему был нанесен моральный вред, который выражается в том, что он «опустил руки». Оперативно-розыскные мероприятия продолжались длительное время, в связи с чем истец не был способен вести свои дела, полноценно трудиться, был морально подавлен.

От ответчика ФИО4 

<

Данные изъяты> поступили письменные возражения, согласно которым он просит в удовлетворении исковых требований истца отказать в полном объеме. Так, истец требует взыскать в его пользу денежные средства в сумме 100 000 руб., из которых 30 000 руб. он передал добровольно на провокацию взятки под руководством сотрудников правоохранительных органов в рамках «Оперативного эксперимента», и 70 000 руб. не понятно кому и за что, чему доказательств истцом не представлено. Так же, истец требует взыскать в его пользу компенсацию морального вреда в размере одного миллиона рублей, указанные требования истца не обоснованы, поскольку инициатором передачи денежных средств был сам ФИО1 Каких- либо сведений, подтверждающих факт испытываемых истцом физических и нравственных страданий, не имеется (л.д. 90).

В ходе судебного разбирательства ответчик ФИО4 исковые требования признал частично – на сумму 30 000 руб., установленную приговором суда, которую согласен возместить истцу солидарно с ФИО3 В удовлетворении остальной части требований просил отказать за необоснованностью.

<

Данные изъяты> ответчик ФИО3 подал в суд письменные возражения, согласно которым с иском ФИО1 не согласен. Согласно приговору Пугачевского районного суда Саратовской области от 

<

Данные изъяты> денежные средства и имущество на общую сумму 35 475 руб. от ФИО1 получили ФИО3 и ФИО4 Из этой суммы ФИО1 было возвращено имущество на сумму 5 475 руб. Таким образом, размер ущерба составил 30 000 руб. Никаких 70 000 руб. ни он лично, ни ФИО4 от ФИО1 не получали, и в этой части заявление истца ничем не мотивировано и свидетельствует лишь о злоупотреблении правом с его стороны. Также абсолютно ничем не мотивировано требование о компенсации морального вреда. Никакого морального вреда ими ФИО1 не было причинено. Приговором суда установлено наличие исключительно денежных отношений, никаких физических и нравственных страданий истцу они не причинили. Также истец злоупотребил своими правами, так как им осуществлялся перевод денежных средств в возмещение ущерба, однако от получения их ФИО1 уклонился и, более того, писал в различные инстанции необоснованные жалобы о направлении в его адрес денежного перевода, что свидетельствует о злоупотреблении им своими правами при наличии осведомленности о добровольном возмещении вреда (л.д. 99).

В ходе судебного разбирательства ответчик ФИО3 исковые требования также признал частично – на сумму 30 000 руб., установленную приговором суда, которую согласен возместить истцу солидарно с ФИО4 В удовлетворении остальной части требований просил отказать за необоснованностью.

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, и оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 52 Конституции РФ права потерпевших от преступлений охраняются законом. Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба.

Частью 3 ст. 42 УПК РФ закреплено право юридического и физического лица, признанного потерпевшим по уголовному делу, на возмещение имущественного вреда, причиненного непосредственно преступлением.

Приговором Пугачевского районного суда Саратовской области от 

<

Данные изъяты> установлено, что ФИО3 и ФИО4 совершили мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, группой лиц по предварительному сговору, с использованием служебного положения, при следующих обстоятельствах.

В дневное время 

<

Данные изъяты>, ФИО1 на территории г. Пугачева Саратовской области встретился с ранее ему знакомым начальником пункта централизованной охраны отдела вневедомственной охраны по городу Пугачеву – филиала ФГКУ «УВО ВНГ России по Саратовской области» (далее по тексту – начальник ПЦО) ФИО4, по вопросу оказания содействия в осуществлении своей предпринимательской деятельности по установке и обслуживанию пожарно-охранных систем и заключении соответствующих договоров с муниципальными учреждениями, расположенными на территории г. Пугачева и Пугачевского района Саратовской области, на что ФИО4 сообщил ФИО1 о возможности последним осуществлять деятельность только по монтажу, техническому обслуживанию и ремонту систем пожарной сигнализации.

После этого, в один из дней в период с 

<

Данные изъяты> по 

<

Данные изъяты>, ФИО4 на территории г. Пугачева Саратовской области сообщил своему знакомому – директору МУ «Хозяйственно-эксплуатационная служба учреждений образования управления образования администрации Пугачевского муниципального района Саратовской области» (далее по тексту – МУ «ХЭС», Учреждение) ФИО3 о намерениях ИП ФИО1 осуществлять предпринимательскую деятельность по монтажу, техническому обслуживанию и ремонту систем пожарной сигнализации в муниципальных образовательных учреждениях, расположенных на территории г. Пугачева и Пугачевского района Саратовской области.

В связи с этим, в один из дней в период с 

<

Данные изъяты> по 

<

Данные изъяты> на территории 

<

Данные изъяты>, между директором МУ «ХЭС» ФИО3, являющимся должностным лицом, и ФИО4, являющимся должностным лицом, из корыстных побуждений, возник преступный умысел, направленный на хищение денежных средств и имущества, принадлежащего ФИО1, группой лиц по предварительному сговору, с использованием служебного положения, путем обмана ФИО1 относительно того, что ФИО3 может способствовать ФИО1 в заключении с муниципальными образовательными учреждениями, расположенными на территории г

<

Данные изъяты>, договоров по монтажу, техническому обслуживанию и ремонту систем пожарной сигнализации. При этом ФИО3 и ФИО4 осознавали, что какого-либо влияния на принятие муниципальными образовательными учреждениями, расположенными на территории 

<

Данные изъяты> и 

<

Данные изъяты> решений о заключении с ФИО1 договоров по монтажу, техническому обслуживанию и ремонту систем пожарной сигнализации, ФИО3 оказать не сможет. С целью реализации вышеуказанного преступного умысла, ФИО3 и ФИО4 разработали план совершения вышеуказанного преступления и распределили между собой роли в его исполнении, согласно которому, используя должностное положение ФИО3, авторитет и значимость занимаемой им должности директора МУ «ХЭС», ФИО4, должен был совершать действия по ведению переговоров с ФИО1 о намерениях участников преступного сговора и условиях получения денег и иного имущества; ежеквартально получать от ФИО1 денежные средства и иное имущество и передавать их ФИО3

Тем самым, в указанный период времени в указанном месте, у ФИО4 и ФИО3 возник совместный преступный умысел, направленный на хищение у ФИО1, путем его обмана, денежных средств с использованием служебного положения.

С целью реализации совместного преступного умысла, 

<

Данные изъяты> в г. 

<

Данные изъяты>, ФИО4 встретился с ФИО1 и сообщил последнему о том, что ФИО3 состоит в должности директора МУ «ХЭС» и в силу своей занимаемой должности, якобы, поспособствует ФИО1 в заключении договоров с муниципальными образовательными учреждениями, расположенными на территории 

<

Данные изъяты> по монтажу, техническому обслуживанию и ремонту систем пожарной сигнализации, за что потребовал систематически передавать ему (ФИО4) для последующей передачи ФИО3 денежных средств в размере 5 000 рублей.

На протяжении периода с 

<

Данные изъяты> по апрель 

<

Данные изъяты> года, ФИО1 заключал с муниципальными образовательными учреждениями, расположенными на территории 

<

Данные изъяты> договоры по монтажу, техническому обслуживанию и ремонту систем пожарной сигнализации.

Продолжая реализовывать вышеуказанный совместный преступный умысел, в период с 

<

Данные изъяты> по 

<

Данные изъяты>, ФИО3 и ФИО4 получили от ФИО1 денежные средства на общую сумму 30 000 рублей, а именно: в дневное время 

<

Данные изъяты>, после начала осуществления ФИО1 вышеуказанной предпринимательской деятельности, ФИО4, находясь у своего дома, расположенного по адресу: 

<

Данные изъяты>, реализуя общий с ФИО3 вышеуказанный преступный умысел, действуя умышленно, согласованно с ФИО3, выполняя возложенные на него функции при совершении преступления, получил от ФИО1 денежные средства в размере 5 000 рублей, которые в последующем передал ФИО3 В дневное время 

<

Данные изъяты> ФИО4, находясь у дома по адресу: 

<

Данные изъяты>, действуя в рамках ранее достигнутой договоренности с ФИО3, получил от ФИО1 денежные средства в размере 5 000 рублей. В дневное время 

<

Данные изъяты> ФИО4, находясь у дома по адресу: 

<

Данные изъяты>, действуя в рамках ранее достигнутой договоренности с ФИО3, получил от ФИО1 денежные средства в размере 5 000 рублей. В дневное время 

<

Данные изъяты> ФИО4, находясь у дома по адресу: 

<

Данные изъяты>, действуя в рамках ранее достигнутой договоренности с ФИО3, получил от ФИО1 денежные средства в размере 5 000 рублей. В дневное время 

<

Данные изъяты> ФИО3, находясь вблизи здания по адресу: 

<

Данные изъяты>, лично получил от ФИО1 денежные средства в размере 5000 рублей. В дневное время 

<

Данные изъяты> ФИО4, находясь у дома по адресу: 

<

Данные изъяты>, действуя в рамках ранее достигнутой договоренности с ФИО3, получил от ФИО1 денежные средства в размере 5 000 рублей.

Продолжая реализовывать вышеуказанный совместный преступный умысел, 

<

Данные изъяты>, находясь на территории 

<

Данные изъяты>, ФИО3, желая обеспечить достижение преступного результата, действуя совместно и согласованно с ФИО4, осуществил звонок на абонентский номер ФИО1, в ходе которого сообщил о необходимости передачи ему (ФИО3) имущества - зарядного устройства и двух аккумуляторов. После чего, ФИО4, действуя в рамках ранее достигнутой с ФИО3 договорённостью, 

<

Данные изъяты> находясь у здания ОВО по 

<

Данные изъяты> - филиала ФГКУ «УВО ВНГ России по 

<

Данные изъяты>, расположенного по адресу: 

<

Данные изъяты> получил от ФИО1 имущество - зарядное устройства «

<

Данные изъяты>» стоимостью 1 690 рублей, два аккумулятора «

<

Данные изъяты>» стоимостью 1 890 рублей каждый, переданные в полимерном пакете «Хищный малый» стоимостью 5 рублей, а всего имущества общей стоимостью 5 475 рублей, которые в последующем передал ФИО3

Таким образом, ФИО3 и ФИО4 в период с 

<

Данные изъяты> по 

<

Данные изъяты>, путем обмана, убедив ФИО1 в том, что ФИО3, состоящий в должности директора МУ «ХЭС», в силу занимаемой им должности, якобы может поспособствовать ФИО1 в заключении с муниципальными образовательными учреждениями, расположенными на территории 

<

Данные изъяты> договоров по монтажу, техническому обслуживанию и ремонту систем пожарной сигнализации, действуя группой лиц по предварительному сговору, получили от ФИО1 денежные средства на общую сумму 30 000 рублей, а также имущество - зарядное устройства «Сонар УЗ-205.05» стоимостью 1 690 рублей, два аккумулятора «Delta DTM 12045» стоимостью 1 890 рублей каждый, переданные в полимерном пакете «Хищный малый» стоимостью 5 рублей, а всего денежных средств и имущества, принадлежащего ФИО1, общей стоимостью 35 475 рублей, которыми впоследствии распорядились по собственному усмотрению.

Суд квалифицировал действия подсудимых ФИО3 и ФИО4, каждого из них, как преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 159 УК РФ, по признаку – мошенничество, то есть хищение чужого имущества, путем обмана, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с использованием служебного положения.

Данным приговором суда по указанному выше факту ФИО3 и ФИО4, каждый из них, признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ, и каждому из них назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 2 года, в соответствии со ст. 73 УК РФ – условно, с испытательным сроком 2 года (л.д. 46-60).

Апелляционным определением Судебной коллегии по уголовным делам Саратовского областного суда от 

<

Данные изъяты> вышеуказанный приговор оставлен без изменения. Таким образом, приговор вступил в законную силу 

<

Данные изъяты> (л.д. 108-110).

В соответствии с ч. 2, 4 ст. 61 ГПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого гражданского дела, в котором участвуют те же лица. Вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

В соответствии со ст. 71 ГПК РФ приговор суда отнесен к числу письменных доказательств по гражданскому делу, и обстоятельства, установленные приговором, имеют значение для рассмотрения и разрешения настоящего дела.

Исходя из этого, суд, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения (абз. 2 п. 8абз. 2 п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. № 23 "О судебном решении").

Указанным выше приговором установлена вина ФИО3 и ФИО4 в хищении денежных средств и имущества всего на сумму 35 475 руб., из которых: 30 000 руб. – денежные средства, переданные ФИО1 в рамках ОРМ, и 5 475 руб. – стоимость похищенного имущества, которое, согласно приговору, было возвращено ФИО1

Обстоятельства причинения ФИО3 и ФИО4 материального ущерба истцу входили в предмет доказывания по уголовному делу и являлись квалифицирующими признаками инкриминируемого ответчикам преступления.

Таким образом, вступивший в законную силу приговор суда подтверждает факт причинения истцу материального ущерба в результате действий ответчиков на вышеуказанную сумму.

В связи с чем, суд признает указанные выше обстоятельства установленными и не подлежащими оспариванию.

Из системного толкования ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Вместе с тем, материальный ущерб от хищения денежных средств, заявленный истцом на сумму, превышающую 30 000 руб., не подтверждается приговором Пугачевского районного суда Саратовской области от 

<

Данные изъяты>. Других доказательств причинения материального ущерба в общей сумме 100 000 руб. преступными действиями ответчиков истцом не представлено и в исследованных материалах гражданского дела и вышеуказанного уголовного дела не имеется.

Доводы истца и его представителя о том, что ФИО1 передавал ответчикам денежные средства в сумме, большей, чем установлено приговором суда, являются необоснованными, фактически направлены на доказывание иных эпизодов преступлений, не расследованных в рамках вышеуказанного уголовного дела, в связи с чем данные доводы и представленные доказательства в их подтверждение судом во внимание не принимаются.

В соответствии со ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Согласно п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Таким образом, по общему правилу для удовлетворения требования о возмещении вреда суду следует установить наличие вреда, противоправного поведения причинителя вреда, причинной связи между противоправным поведением и наступившим вредом, вины причинителя вреда.

Статья 1082 ГК РФ определяет, что, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд, в соответствии с обстоятельствами дела, обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

В соответствии со ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Ответчики в добровольном порядке материальный ущерб истцу до настоящего времени не возместили, доказательств, опровергающих указанный размер ущерба, суду не представлено.

В соответствии с п. 1 ст. 322 ГК РФ солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом.

Согласно абз. 1 ст. 1080 ГК РФ лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.

На основании вышеизложенного, суд считает необходимым взыскать солидарно с ФИО3 и ФИО4 30 000 руб. в счет возмещения материального ущерба, причиненного преступлением.

В силу 150 ГК РФ к нематериальным благам, в случае нарушения которых подлежит взысканию денежная компенсация морального вреда, отнесены жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии с п. 2 ст. 1099 ГК РФ, моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

Согласно ч. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В ходе рассмотрения дела установлено, что требование о компенсации морального вреда является производным от имущественного требования. Истец не представил доказательств, что ответчиками были нарушены какие-либо его личные неимущественные права, либо что были совершены посягательства на его нематериальные блага, которые могли бы повлечь гражданскую ответственность, предусмотренную ст. 151 ГК РФ.

По смыслу положений ч. 2 ст. 1099 ГК РФ в совокупности с положениями ч. 1 ст. 151 ГК РФ право на компенсацию морального вреда возникает, по общему правилу, при нарушении личных неимущественных прав гражданина либо посягательстве на принадлежащие гражданину нематериальные блага, и только в случаях, прямо предусмотренных законом, такая компенсация может взыскиваться при нарушении имущественных прав.

В силу сказанного оснований для взыскания с ответчиков в пользу истца компенсации морального вреда не имеется. В удовлетворении иска ФИО1 в части взыскании с ответчиков морального вреда суд считает необходимым отказать.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина – в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Согласно п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" при предъявлении иска совместно несколькими истцами или к нескольким ответчикам (процессуальное соучастие) распределение судебных издержек производится с учетом особенностей материального правоотношения, из которого возник спор, и фактического процессуального поведения каждого из них.

Учитывая удовлетворение исковых требований о взыскании материального ущерба в сумме 30 000 руб. и, руководствуясь ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, п. 1 ст. 333.19 НК РФ, с ответчиков ФИО3 и ФИО4 следует взыскать в бюджет Пугачевского муниципального района Саратовской области государственную пошлину в размере 4 000 руб., с каждого по 2 000 руб.

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

иск ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать солидарно с ФИО3 (ИНН 

<

Данные изъяты>) и ФИО4 (ИНН 

<

Данные изъяты> в пользу ФИО1 (ИНН 

<

Данные изъяты>) в счет возмещения материального ущерба 30 000 руб.

Взыскать с ФИО3 (ИНН 

<

Данные изъяты>) в бюджет Пугачевского муниципального района Саратовской области государственную пошлину в размере 2 000 руб.

Взыскать с ФИО4 (ИНН 

<

Данные изъяты>) в бюджет Пугачевского муниципального района Саратовской области государственную пошлину в размере 2 000 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Саратовский областной суд через Пугачевский районный суд Саратовской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Решение в окончательной форме принято 

<

Данные изъяты>

Судья