Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

06 июня 2025 года г. Самара 

Октябрьский районный суд г. Самара в составе: 

председательствующего судьи Федоровой И.А., 

при секретаре судебного заседания Смоляковой Д.Д.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-33/25 по иску ФИО1, действующего в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ФИО2, ФИО3 к ГБУЗ Самарской области «СГКБ № 1 имени Н.ФИО10», Министерству здравоохранения Самарской области, Министерству имущественных отношений Самарской области о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, действующий в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ФИО2, ФИО3 обратился в суд с иском к ГБУЗ Самарской области «СГКБ № 1 имени Н.ФИО10» о компенсации морального вреда в размере 30000000 руб. в свою пользу, 30000000 руб. в пользу ФИО2, 30000000 руб. в пользу ФИО3

В обоснование иска указал, что его супруга ФИО9 обратилась в ГБУЗ Самарской области «СГКБ № 1 имени Н.ФИО10» с жалобами на боль в области живота. В период с 05.03.2023 по 01.05.2023 ФИО9 находилась на лечении в ГБУЗ Самарской области «СГКБ № 1 имени Н.ФИО10». В результате ненадлежащего исполнения медицинскими работниками ГБУЗ Самарской области «СГКБ № 1 имени Н.ФИО10» своих профессиональных обязанностей, 01.05.2023 ФИО9 скончалась. 

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО4, действующая на основании доверенности, исковые требования поддержали в полном объеме, просили их удовлетворить по основаниям, изложенным в иске. 

Представитель ответчика ГБУЗ Самарской области «СГКБ № 1 имени Н.ФИО10» ФИО5, действующая на основании доверенности, возражала против удовлетворения иска. 

Представитель ответчика Министерства здравоохранения Самарской области ФИО7, действующая на основании доверенности, просила в удовлетворении исковых требований отказать в полном объёме.

Помощник прокурора Октябрьского района г.Самары Рыбкина В.С. полагала, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению, с ГБУЗ Самарской области «Самарская городская клиническая больница № 1 имени Н.ФИО10» в пользу ФИО1 следует взыскать компенсацию морального вреда в размере 60000 руб., 80000 руб. в пользу ФИО2, 80000 руб. в пользу ФИО3

Представитель ответчика Министерства имущественных отношений Самарской области в судебное заседание не явился, был извещен надлежащим образом, представил письменный отзыв на иск, в котором указал, что Министерство имущественных отношений Самарской области является ненадлежащим ответчиком, в связи с чем, просит отказать в удовлетворении требований, заявленных к Министерству, в полном объёме. 

Третье лицо ФИО50 в судебное заседание не явился, был извещен надлежащим образом, представил письменный отзыв на иск.

Представитель третьего лица Территориального фонда ОМС Самарской области в судебное заседание не явился, был извещен надлежащим образом, представил письменный отзыв на иск, в котором разрешение заявленных требований оставил на усмотрение суда. 

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, были извещены надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщили. 

Суд, изучив материалы гражданского дела, выслушав мнение сторон, заключение помощника прокурора Октябрьского района г.Самары Рыбкиной В.С., приходит к следующим выводам. 

Судом установлено, что ФИО9 приходилась супругой истцу ФИО1, а несовершеннолетним ФИО2 и ФИО3 матерью. 

Из материалов дела следует, что 06.03.2023 ФИО9 обратилась в ГБУЗ СО «Самарская городская клиническая больница № 1 имени Н ФИО10» с жалобами на боль в области живота.

В период с 05 марта 2023 года по 01 мая 2023 года ФИО9 находилась на лечении в ГБУЗ «Самарская городская больницам № 1 имени Н.ФИО10». 01.05.2023 ФИО9 скончалась.

04.12.2023 по заявлению ФИО1 было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ. 

24.05.2024 по ходатайству представителя ответчика ГБУЗ Самарской области «СГКБ № 1 имени Н.ФИО10» была назначена судебная медицинская экспертиза, проведение которой поручено экспертам ГКУЗ «Ульяновское областное бюро судебно-медицинской экспертизы». 

Определением от 15.08.2024 произведена замена экспертного учреждения. Проведение судебной медицинской экспертизы поручено экспертам Санкт-Петербургского государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Бюро судебно-медицинской экспертизы». 

Согласно выводам экспертного заключения Санкт-Петербургского государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Бюро судебно-медицинской экспертизы» №... от 17.03.2025 при оказании медицинской помощи ФИО9 в ГБУЗ СО «Самарская городская клиническая больница № 1 имени II.ФИО10» с 05.03.2023 по 01.05.2023 на основании представленных материалов (в том числе медицинской карты стационарного больного №...) выявлены дефекты диагностики: не выполнена интраоперационная холангиография при выявлении дефекта магистрального желчного протока при операции от 06.03.2023 с целью лучшего понимания оперирующим хирургом анатомических особенностей билиарного дерева и характера дефекта общего желчного протока; за весь период госпитализации не выполнена магнитно-резонансная томография органов брюшной полости для более четкой не инвазивной визуализации билиарной анатомии жидкостных скоплений брюшной полости; недостаточное использование компьютерной томографии органов брюшной полости для мониторинга патологического процесса (проведена только 31.03.2023 и 27.04.2023, а также 18.03.2023 - органов брюшной полости с частичной визуализацией верхних отделов брюшной полости). Целесообразно выполнять компьютерную томографию пациентам с острым панкреатитом при прогрессировании заболевания, при отсутствии эффекта от лечения и для уточнения локализации очагов нагноения перед выполнением дренирующих вмешательств с частотой исследований не реже, чем через каждые 7-10 дней; целенаправленно не сформулировано наличие показаний (или их отсутствия) по проведению экстракорпоральной детоксикации при появлении признаков сепсиса после 28.04.2023, а также недостаточно проводился прокальцитониновый тест (показано ежедневно при нахождении в отделении реанимации с рутинно с частотой раз в несколько дней при нахождении в профильном отделении).

Дефекты лечения: необоснованное выполнение удаления дивертикула Меккеля и червеобразного отростка во время операции от 21.04.2023 (обоснование резекции дивертикула Меккеля отсутствует, обоснование удаления червеобразного отростка в виде указания «признаков хронического воспаления» и планируемого расположения «Петли кишки несущей дренаж Гетца» «В этой области» представляется недостаточным); необоснованное выполнение резекции двух третей желудка во время операции от 28.04.2023 на фоне ухудшения состояния пациентки и прогрессирующей признаков полиорганной недостаточности (целесообразно было отложить до стабилизации состояния пациентки). 

Дефекты оформления медицинской документации: в протоколе оперативного вмешательства от 06.03.2023 отсутствуют целенаправленные указания на устранение дефекта холедоха, образовавшегося при его отрыве от желчного пузыря в результате тракции за желчный пузырь при его удалении (что не является синонимом отсутствия его устранения, но требует описания действий оперирующего хирурга); не оформлены отказы от показанной медицинской помощи (в объеме проведения влагалищного осмотра от 15.03.2023 - «Пациентка отказалась»; от оперативного вмешательства 19.03.2023 при выявлении по данным компьютерной томографии признаков абсцесса правой доли печени - «Больная продолжает отказываться от операций») в виде документов на бумажных носителях с подписью пациента (или консилиума врачей при отказе пациента от подписи), что требовалось согласно ст. 20 Федерального Закона от 21.11.2011 №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации». 

За исключением выявленных дефектов медицинская помощь ФИО9 в ГБУЗ «Самарская городская больницам № 1 имени ФИО8» с 05.03.2023 по 01.05.2023 была оказана в полном объеме, своевременно (по отношению к госпитализации) и адекватно ее состоянию, помощь соответствовала современной общепринятой тактике ведения подобных пациентов, а также требованиям Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «Хирургия», утвержденного Приказом Минздрава России от №... и Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «Анестезиология и реаниматология», утвержденного Приказом Минздрава России от №...

Причиной смерти ФИО9 является гангренозный холецистит (как проявление желчнокаменной болезни) с поражением слизистой оболочки, подслизистого отдела стенки вплоть до её субсерозных отделов, с формированием демаркационного воспаления и разрастаниями грануляционной ткани в субсерозных отделах стенки желчного пузыря и развитием фибринозного перихолецистита, осложнившийся развитием гнойного воспалительного процесса в брюшной полости рецидивирующего (волнообразного) характера - образованием желчного свища с желчеистечением (после показанного хирургического лечения), с формированием биломы ложа удаленного желчного пузыря, развитием острого деструктивного панкреатита и некроза головки поджелудочной железы (панкреонекроза), забрюшинной флегмоны, ограниченного перитонита подпеченочного пространства, свища луковицы двенадцатиперстной кишки (после показанного хирургического лечения), эрозивных анастомазита и эзофагита, некроза стенки двенадцатиперстной кишки, формированием спаек в брюшной полости (с нарушением моторно-эвакуационной функции желудочно-кишечного тракта), эндогенной интоксикацией и развитием полиорганной недостаточности, сепсиса (с очагами в брюшной полости и легких) и ДВС-синдрома. 

Характер и степень выраженности реактивных изменений в стенке желчного пузыря свидетельствует о длительности течения острых паталогических изменений у ФИО9, исчисляемых на дату проведения оперативного иссечения желчного пузыря (холецистэктомия от 06.03.2023) исходя из степени зрелости грануляционной ткани, разрастающейся с субсерозных отделах стенки желчного пузыря, единичными неделями (ориентировочно не менее 2 недель)

Имеющиеся патологические изменения в большом сальнике, образцы которого иссечены в разное время при выполнении многочисленных хирургических вмешательств, а именно сочетание проявлений продуктивного типа воспаления (в виде разрастаний грануляционной ткани разной степени зрелости) и альтернативно-экссудативного (гнойно-некротического) воспалительного процесса свидетельствуют о рецидивирующем (волнообразном) характере гнойного воспаления в брюшной полости у ФИО9

Выявленные дефекты диагностики и лечения при оказании медицинском помощи ФИО9 в ГБУЗ СО «Самарская городская клиническая больница № 1 имени ФИО8» с 05.03.2023 по 01.05.2023 не явились причиной развития у пациентки гангренозного холецистита, перихолецистита и гнойного воспалительного процесса в брюшной полости и остальных осложнений вышеуказанных заболеваний (и не повлияли на их закономерное течение) и проведенных показанных оперативных вмешательств, а также не создали неблагоприятных условий для диагностики и лечения данных патологических состояний (в связи с чем, не оказали влияния на шансы пациентки на благоприятный исход).

Следовательно, дефекты диагностики и лечения при оказании медицинской помощи ФИО9 в ГБУЗ СО «Самарская городская клиническая больница № 1 имени Н.ФИО10» с 05.03.2023 по 01.05.2023 (допущенные на фоне позднего обращения пациентки в стационар уже на этане причиной деструкции стенки желчного пузыря (гангренозного холецистита) с формированием инфильтрата) не привели к ухудшению состояния здоровья пациентки и в причинно-следственной связи с наступлением ее смерти не состоят.

ФИО1 в материалы дела представлен документ, поименованный как «резюме врача-специалиста ФИО6 по специальности «Судебно-медицинская экспертиза» №....

Допрошенный в судебном заседании по ходатайству истца в качестве специалиста ФИО6 поддержал выводы своего резюме, пояснил, что по его мнению отсутствует необходимость в назначении дополнительной судебной экспертизы. 

В соответствии со статьей 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (пункт 1).

Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы (пункт 2).

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (пункт 3).

В силу пункта 3 статьи 86 ГПК РФ заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 настоящего Кодекса. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда.

В силу пункта 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении» судам следует иметь в виду, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 ГПК РФ). Оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении. При этом суду следует указывать, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ.

Согласно разъяснениям, данным в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2013 № 13 «О применении норм гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении и разрешении дел в суде первой инстанции», исходя из принципа процессуального равноправия сторон и учитывая обязанность истца и ответчика подтвердить доказательствами те обстоятельства, на которые они ссылаются, необходимо в ходе судебного разбирательства исследовать каждое доказательство, представленное сторонами в подтверждение своих требований и возражений, отвечающее требованиям относимости и допустимости (статьи 59, 60 ГПК РФ) (пункт 13).При возникновении сомнений в достоверности исследуемых доказательств их следует разрешать путем сопоставления с другими установленными судом доказательствами, проверки правильности содержания и оформления документа, назначения в необходимых случаях экспертизы и т.д. (пункт 14). При исследовании заключения эксперта суду следует проверять его соответствие вопросам, поставленным перед экспертом, полноту и обоснованность содержащихся в нем выводов (пункт 15).

Суд принимает указанное заключение судебной экспертизы в качестве надлежащего относимого и допустимого доказательства. Квалификация судебных экспертов, надлежащим образом предупрежденных об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст.307-308 УК РФ, сомнений не вызывает, исследование ими проведено в пределах специальных знаний. Доказательств, свидетельствующих о заинтересованности экспертов в исходе дела, суду не представлено, выводы заключения носят категоричный, а не вероятностный характер. 

Заключение судебного эксперта ясное и полное, противоречий не содержит, сомнений в правильности и обоснованности не вызывает, объективными сведениями, к которым пояснения лиц, участвующих в деле, не относятся, не опровергается. Представленное истцом резюме не опровергает выводы судебной экспертизы. 

Таким образом, при принятии решения суд руководствуется заключением Санкт-Петербургского государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Бюро судебно-медицинской экспертизы» №... от 17.03.2025.

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В силу статьи 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - это физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Исходя из приведенных положений Конституции Российской Федерации и правовых норм, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства. 

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу п.1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Пунктом 2 статьи 150 ГК РФ определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с данным кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

В силу пункта 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Пунктом 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» предусмотрено, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции)

В соответствии с п.25-27 названного Постановления суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении….Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда. Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.

Согласно п.28 Постановления под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

В силу п.30 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием ответчик по настоящему делу должен доказать отсутствие своей вины в причинении морального вреда ФИО1, ФИО3 и ФИО2 в связи со смертью ФИО9, как указывал в исковом заявлении и судебном заседании истец, ненадлежащим образом.

При этом, доказательств обратного суду представлено не было.

Таким образом, установленные в заключении эксперта дефекты являются нарушением требований к качеству медицинской услуги, нарушением прав в сфере охраны здоровья, что может рассматриваться как основание для компенсации морального вреда.

Сам по себе факт отсутствия прямой причинно-следственной связи между выявленными дефектами оказания медицинской помощи ФИО9 и ее смертью, не исключает обязанности ответчика компенсировать причиненный истцу моральный вред, поскольку факт причинения им морального вреда истец связывает не только с фактом смерти ФИО9, но и с фактом оказания ей ненадлежащей медицинской помощи, выразившейся в допущенных дефектах ее оказания, установленных, в том числе по результатам проведенной по делу судебной экспертизы, что неизбежно причинило истцу нравственные страдания, связанные с переживаниями за жизнь и здоровье ФИО9

При изложенных обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что качество оказанной истцу медицинской услуги не отвечало установленным стандартам, что свидетельствует об обоснованности требований истцов о взыскании с ответчика компенсации морального вреда.

Смерть супруги и матери ФИО9 для истцов, безусловно, является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственника, а также право на родственные и семейные связи.

Моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесённые страдания.

Суд принимает во внимание, что здоровье - это состояние полного социального, психологического и физического благополучия человека, которое может быть нарушено ненадлежащим оказанием пациенту медицинской помощи, а при смерти пациента нарушается и неимущественное право членов его семьи на здоровье, родственные и семейные связи, на семейную жизнь, учитывает разъяснения, данные в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» о том, что моральный вред может заключаться, в частности, в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

Оценивая собранные по делу доказательства, исходя из фактических обстоятельств дела об оказании ответчиком медицинских услуг ненадлежащего качества, степень вины ответчика, степень перенесенных истцами нравственных страданий по поводу смерти близкого родственника (супруги, матери), которые до настоящего времени не могут смириться с утратой, разрыва семейной связи, с учетом наличия между истцами и ФИО9 чувства привязанности, эмоциональной и душевной связи, а также учитывая индивидуальные особенности личности истцов, возраст истцов, а также требований разумности и справедливости, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика ГБУЗ Самарской области «СГКБ №1 имени Н.ФИО10» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 50000 руб., в пользу ФИО2 – 50000 руб., в пользу ФИО3 – 50000 руб. 

ГБУЗ Самарской области «СГКБ №1 имени Н.ФИО10» является бюджетным учреждением. 

Согласно части 5 статьи 123.22 Гражданского кодекса Российской федерации бюджетное учреждение отвечает по своим обязательствам всем находящимся у него на праве оперативного управления имуществом, в том числе приобретенным за счет доходов, полученных от приносящей доход деятельности, за исключением особо ценного движимого имущества, закрепленного за бюджетным учреждением собственником этого имущества или приобретенного бюджетным учреждением за счет средств, выделенных собственником имущества независимо от того, по каким основаниям оно поступило в оперативное управление бюджетного учреждения и за счет каких средств оно приобретено.

По обязательствам бюджетного учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения, на которое в соответствии с абзацем первым настоящего пункта может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность несет собственник имущества бюджетного учреждения.

Согласно пункту 1 статьи 399 Гражданского кодекса Российской Федерации если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

Суд полагает, что компенсация морального вреда подлежит взысканию с ГБУЗ Самарской области «СГКБ №1 имени Н.ФИО10», а в случае недостаточности имущества ГБУЗ Самарской области «Самарская городская клиническая больница № 1 имени Н.ФИО10», на которое может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность следует возложить на Министерство здравоохранения Самарской области.

Санкт-Петербургским государственным бюджетным учреждением здравоохранения «Бюро судебно-медицинской экспертизы» направлено заявление о возмещении судебных расходов за проведение комиссионной судебно-медицинской экспертизы.

Из заявления следует, что стоимость судебной экспертизы составила 174 000 руб. Часть денежных средств в размере 50 000 руб. была внесена ГБУЗ Самарской области «СГКБ № 1 имени Н.ФИО10» на депозитный счет Управления судебного департамента в Самарской области на основании платежного поручения №... от 18.04.2024. 

В соответствии с ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. 

Согласно абзацу 2 ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела относятся в том числе, суммы подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам. 

В силу положений п. 2 ч. 2 ст. 85 ГПК РФ эксперт или судебно-экспертное учреждение не вправе отказаться от проведения порученной им экспертизы в установленный судом срок, мотивируя это отказом стороны произвести оплату экспертизы до ее проведения. В случае отказа стороны от предварительной оплаты экспертизы эксперт или судебно-экспертное учреждение обязаны провести назначенную судом экспертизу и вместе с заявлением о возмещении понесенных расходов направить заключение эксперта в суд с документами, подтверждающими расходы на проведение экспертизы, для решения судом вопроса о возмещении этих расходов соответствующей стороной с учетом положений части первой статьи 96 и статьи 98 ГПК РФ.

По общим правилам, предусмотренным статьями 56, 87, 88, 94, 98, 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы при рассмотрении дела несет сторона, заявившая ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы.

В соответствии со ст. 96 Гражданского процессуального Российской Федерации оплата экспертизы возлагается на сторону, заявившую ходатайство о назначении экспертизы.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано. 

Таким образом, принимая во внимание, что выводы экспертного исследования учтены в решении суда, а также то, что часть денежных средств в размере 50000 руб. была внесена ответчиком на депозитный счет Управления судебного департамента в Самарской области, суд полагает, что расходы по оплате проведенной по делу судебной экспертизы в размере 124000 руб. подлежат возмещению экспертному учреждению с ГБУЗ Самарской области «Самарская городская клиническая больница № 1 имени Н.ФИО10». 

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1, действующего в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ФИО2, ФИО3 удовлетворить частично.

Взыскать с ГБУЗ Самарской области «Самарская городская клиническая больница № 1 имени Н.ФИО10» ИНН 

<

***> в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 50000 (пятьдесят тысяч) рублей 00 копеек.

Взыскать с ГБУЗ Самарской области «Самарская городская клиническая больница № 1 имени Н.ФИО10» ИНН 

<

***> в пользу ФИО2 в лице законного представителя ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 50000 (пятьдесят тысяч) рублей 00 копеек.

Взыскать с ГБУЗ Самарской области «Самарская городская клиническая больница № 1 имени Н.ФИО10» (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО3 в лице законного представителя ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 50000 (пятьдесят тысяч) рублей 00 копеек.

В случае недостаточности имущества ГБУЗ Самарской области «Самарская городская клиническая больница № 1 имени Н.ФИО10», на которое может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность возложить на Министерство здравоохранения Самарской области.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Взыскать с ГБУЗ Самарской области «Самарская городская клиническая больница № 1 имени Н.ФИО10» ИНН 

<

***> в пользу СПб ГБУЗ «БСМЭ» ИНН 

<

***> расходы по оплате судебной экспертизы в размере 124000 (сто двадцать четыре тысячи) рублей 00 копеек. 

Решение может быть обжаловано в Самарский областной суд через Октябрьский районный суд г. Самары в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения, срок изготовления которого в течение 10 рабочих дней.

Судья И.А. Федорова 

Мотивированное решение изготовлено 23.06.2025.