РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

5 июля 2018 года гор. Владивосток

Первореченский районный суд гор. Владивостока Приморского края в составе: председательствующего судьи Бурдейной О.В.

при секретаре Маркиной А.В. 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО8 к АО «ДальЖАСО» о взыскании суммы страхового возмещения, 

установил:

истец обратилась в суд с вышеназванным иском, указав, что между сторонами заключен договор страхования «Каско» №№ автомобиля «LEXUS ES 300Н», ДД.ММ.ГГГГ года выпуска. В период действия данного договора произошел страховой случай – ДД.ММ.ГГГГ. Страховая компания выплатила страховое возмещение в размере 412 000 рублей. С целью определения фактической стоимости восстановительного ремонта истец обратился к независимым оценщикам. Согласно экспертному заключению ущерб составил 1 375 222 рублей. В адрес ответчика направлена претензия. В ответном письме страховая компания отказала произвести доплату. По этим основаниям просит суд взыскать с ответчика сумму страхового возмещения в размере 963 222 рубля, неустойку в размере 150 750 рублей, моральный вред в размере 15 000 рублей, убытки в размере 13 800 рублей, штраф в размере 50% от взысканной судом суммы и расходы по оплате государственной пошлины в размере 13 913 рублей.

В судебном заседании представитель истца поддержал исковые требования по основаниям и доводам, изложенным в иске. Просил признать заключение судебной экспертизы недопустимым доказательством, поскольку ответчик при назначении экспертизы в данное экспертное учреждение умолчал о наличии с ним договорных отношений. Пояснил, что экспертиза ответчика также не может быть положена в основу судебного решения, поскольку при наличии у экспертов сведений об ошибках в работе инвертора, оценку данному обстоятельству не дали, то есть, по их мнению, инвертор не поврежден, но почему они пришли к такому выводу в заключении не указано. Эксперт, выполнивший судебную экспертизу, в заключении и в судебном заседании пришел к выводу о том, что при данном ДТП инвертор мог быть поврежден, ошибки в его работе имелись, однако они могли быть устранены ремонтными воздействиями, однако где провести такой ремонт эксперт не указал. Организация, проверявшая инвертор на специальном оборудовании подтвердила в выданной ими справке, что ремонт инвертора невозможен, поскольку это очень сложный электронный прибор, в гор. Владивостоке он не ремонтируется.

Представитель ответчика в судебном заседании исковые требования не признал, пояснил, что все обязательства по договору ими исполнены на основании заключения экспертизы, также страховая компания поддерживает заключение судебной экспертизы. При осмотре инвертора в присутствии страховщика, собственника и эксперта, выполнившего судебную экспертизу, визуально он был не поврежден, в целом состоянии. Диагностика, которую сделали, и которую сделали бы в Лексус-Центре, все равно выдавала ошибки, потому что вся проводка была повреждена. Но утверждать, что инвертор в не рабочем состоянии не возможно.

Выслушав участников процесса, изучив материалы дела, оценив в совокупности все представленные доказательства, суд приходит к выводу, что заявленные истцом требования подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям. 

В силу с п. п. 1, 2 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Согласно п. 3 ст. 10 Закона РФ от 27.11.1992 N 4015-1 "Об организации страхового дела в Российской Федерации" страховая выплата определяется как денежная сумма, установленная федеральным законом и (или) договором страхования и выплачиваемая страховщиком страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю при наступлении страхового случая.

По смыслу ст. 929 ГК РФ по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

В соответствии с п.п. 1, 2 статьи 943 ГК РФ условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков (правилах страхования).

В судебном заседании установлено, что истец являлся собственником транспортного средства марки «LEXUS ES 300Н», ДД.ММ.ГГГГ года выпуска, г/н № (л.д. 14-17).

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО9 и АО «ДальЖАСО» заключен договор страхования СТ № № В качестве объектов страхования указаны «Ущерб, угон». Выгодоприобретателем по договору является ПАО СКБ Приморья «ПРИМСОЦБАНК». Страховая сумма определена в 1 850 000 рублей, страховая премия составила 138 750 рублей. Срок действия договора определен с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 84-85).

ДД.ММ.ГГГГ сторонами заключено дополнительное соглашение к данному договору, которым страховая стоимость установлена 2 013 000 рублей (в том числе бампер в сборе 134 000 рублей, фара 2 шт. 180 000 рублей, противотуманки 2 шт. 8 000 рублей, хром противотуманок 2 шт. 3 000 рублей), страховая премия рассчитана 150 975 рублей (л.д. 83).

Согласно справке ПАО СКБ «Примсоцбанк» кредитные обязательства ФИО10 перед банком погашены, кредит закрыт (л.д. 82).

В период действия заключенного сторонами договора произошло три страховых события, ДД.ММ.ГГГГ, которое урегулировано страховщиком в размере 368 806,90 рублей (л.д.102-125), ДД.ММ.ГГГГ, в результате которого страховой компанией выплачено 24 326,05 рублей (л.д. 126-139).

Третье (рассматриваемое) событие произошло ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 150-152).

ДД.ММ.ГГГГ истец обратился с заявлением к страховщику о выплате страхового возмещения (л.д.140).

ДД.ММ.ГГГГ поврежденное транспортное средство истца осмотрено экспертом-техником ООО «Компания «Компетент-Сюрвейер» ФИО11 составлен акт о страховом событии (л.д.144,153-154).

Из представленной сторонами дефектовочной ведомости от ДД.ММ.ГГГГ, следует, что по факту подключения сканера к автомобилю выявлено большое количество кодов ошибок по электрооборудованию, одна из ошибок говорит о неисправности инвертора гибридной системы (л.д.183-186). При указанном исследовании участвовали стороны, что ими подтверждено в судебном заседании.

В соответствии с экспертным заключением № № от ДД.ММ.ГГГГ, выполненной по заказу ответчика АНО «Хабаровский региональный центр судебной и независимой экспертизы», стоимость восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства истца составляет 507 318,70 рублей (л.д.157-182)

На основании расчета и решения №

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ страховая компания ДД.ММ.ГГГГ осуществила выплату страхового возмещения в сумме 412 040,86 рублей, из которых 3 800 рублей расходы по оплате эвакуатора, что подтверждается платежным поручением № № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 155-156, 187-188).

Не согласившись с выплаченной суммой, истец обратился к независимому оценщику ООО «Олимп», согласно заключению которого, стоимость устранения дефектов АМТС без учета износа составляет 1 762 452 рубля, а с учетом износа стоимость составляет 1375 222 рубля (л.д. 18-60).

ДД.ММ.ГГГГ страховщиком получена досудебная претензия истца, в которой он просил добровольно произвести доплату на основании представленного им экспертного заключения в размере 963 222 рубля (1 375 222 – 412 000) (л.д. 64).

Уведомлением страховщика от ДД.ММ.ГГГГ истцу отказано в доплате страхового возмещения, в виду того, что экспертное заключение, предоставленное истцом, не может являться допустимым доказательством, поскольку объем повреждений, установленный в данном заключении, отличается от объема повреждений, указанных в акте осмотре, составленном представителем страховщика и страхователя (л.д.65).

В ходе рассмотрения дела по ходатайству ответчика судом была назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено экспертам ООО «Компания «Компетент – Сюрвейер». 

Согласно заключению судебной экспертизы № №, стоимость восстановительного ремонта автомобиля марки «LEXUS ES 300H№, государственный номер №, ДД.ММ.ГГГГ года выпуска по повреждениям, полученным в дорожно-транспортном происшествии ДД.ММ.ГГГГ, округленно составляет 632 800 рублей. Бампер передний, облицовка решетки переднего бампера - имеют следы ремонтных воздействий. Учитывая характер и локализацию повреждений транспортного средства, полученных в ДТП ДД.ММ.ГГГГ инвертор автомашины мог быть поврежден, но при дополнительном осмотре ДД.ММ.ГГГГ в СТО «ТЕМП», в присутствии эксперта, повреждения инвертора не обнаружены.

Допрошенный в судебном заседании эксперт-техник ФИО12 подтвердил выводы, отраженные в заключении экспертизы. Пояснил, что он присутствовал при осмотре инвертора на специальном оборудовании. Выявленные ошибки указывают на то, что инвертор может быть поврежден, но это не значит, что требуется его замена. У него может быть перебит провод, может он неправильно стоит и сигнал не читается. В выводах указано, что инвертор не поврежден, поскольку не было оснований полагать, что требуется его замена. Устройство, на котором проверяли инвертор, предназначен для автомашины марки «Тойота», в то время как у истца автомашина марки «Лексус», данные автомобили разные, соответственно такая диагностика некорректна. Стоимость бампера и облицовки решетки бампера не рассчитывались, поскольку это не новые детали и требовали замены до даты ДТП. 

В силу ч. 2 ст. 18 Федерального закона от 31.05.2001 N 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» эксперт подлежит отводу от участия в производстве судебной экспертизы, а если она ему поручена, обязан немедленно прекратить ее производство при наличии оснований, предусмотренных процессуальным законодательством Российской Федерации.

Исходя из положений статьи 41 названного закона, на негосударственного эксперта распространяются основания отвода для участия в производстве судебной экспертизы.

Статьями 4, 7, 18 того же закона установлено, что лицо, заинтересованное в исходе дела, а также в случае, если оно является зависимым от участников процесса, не может выступать в качестве эксперта.

Абзацем 2 части 1 статьи 18 ГПК РФ, регулирующей основания для отвода, в том числе эксперта, предусмотрено, что эксперт или специалист не может участвовать в рассмотрении дела, если он находился либо находится в служебной или иной зависимости от кого-либо из лиц, участвующих в деле, их представителей.

Как установлено в судебном заседании, производство экспертизы судом по ходатайству ответчика поручено ООО «Компания «Компетент-Сюрвейер». Экспертиза выполнена экспертом ФИО13 который ранее участвовал в качестве эксперта при осмотре транспортного средства истца поврежденного в ДТП ДД.ММ.ГГГГ в связи с наличием договорных отношений между ответчиком и ООО «Компания «Компетент-Сюрвейер». По двум другим событиям осмотр автомашины истца также осуществлялся экспертами данного учреждения, в том числе и ФИО14.. По этим же основаниям эксперт участвовал при диагностике автомашины на специальном оборудовании. Данные обстоятельства подтверждаются актами осмотра от ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, выводами судебной экспертизы и не оспаривалось представителем ответчика в судебном заседании (л.д. 109, 136, 153).

В судебном заседании представитель ответчика подтвердил наличие с ООО «Компания «Компетент-Сюрвейер» договора по осмотру поврежденных транспортных средств. Между тем, на данное обстоятельство им указано после проведения судебной экспертизы.

При таких обстоятельствах заслуживают внимания доводы представителя истца о том, что на ФИО15 в силу статьи 15 Федерального закона "Об оценочной деятельности в Российской Федерации" лежала обязанность сообщить суду или руководителю ООО «Компания «Компетент – Сюрвейер», в которой он занимает должность эксперта-техника, о невозможности своего участия в проведении оценки вследствие возникновения обстоятельств, препятствующих проведению объективной оценки.

Однако им мер к тому не принято, как не принято мер к заявлению самоотвода в порядке, установленном статьей 19 ГПК РФ.

По смыслу положений ст. 86 ГПК РФ экспертное заключение является одним из самых важных видов доказательств по делу, поскольку оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования, тем не менее, суд при наличии в материалах рассматриваемого дела заключения эксперта не может пренебрегать иными добытыми по делу доказательствами, в связи с чем, законодателем в ст. 67 ГПК РФ закреплено правило о том, что ни одно доказательство не имеет для суда заранее установленной силы, а в положениях ч. 3 ст. 86 ГПК РФ отмечено, что заключение эксперта для суда необязательно и оценивается наряду с другими доказательствами. Однако это не означает право суда самостоятельно разрешить вопросы, требующие специальных познаний в определенной области науки.

Таким образом, экспертное заключение оценивается судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.

Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

Принимая во внимание изложенное, суд приходит к выводу о том, что судебная экспертиза и пояснения эксперта в судебном заседании являются недопустимыми доказательствами по делу в силу вышеприведенных обстоятельств, поскольку вызывают сомнения и не позволяют суду прийти к выводу о независимости эксперта.

Кроме того, суд также учитывает при отклонении данного доказательства и тот факт, что эксперт, подтвердив наличие ошибок в работе инвертора – сложного электронного устройства, которые могут указывать на повреждения устройства, о чем им сказано в судебном заседании, каких-либо выводов о возможности его ремонта, стоимости таких ремонтных воздействий не привел, напротив, категорично указал на отсутствие повреждений.

Согласно ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать обстоятельства на которые ссылается в обоснование своих требований и возражений.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности, эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий.

Между тем допустимых доказательств нахождения инвертора в исправном и рабочем состоянии материалы дела не содержат и ответчиком не представлено, как нет таких выводов и в экспертном заключении, представленном ответчиком, учитывая, что на момент составления заключения эксперт располагал дефектовочной ведомостью с указанием ошибок, однако каких-либо выводов, почему инвертор не подлежит ремонту либо замене, в нем не отражено.

Оценив представленные доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу о том, что при наличии сведений о выявленных ошибках в работе инвертора автомашины, единственным доказательством, в котором имеется вывод о необходимости каких-либо воздействий (замены), при отсутствии доказательств о том, что такие воздействия не были необходимыми (устройство исправно), отражено в представленном истцом экспертном заключении, которое соответствует требованиям Федерального закона "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" и отвечает требованиям ст. 86 ГПК, является полным, мотивированным, в нем подробно описаны содержание и результаты исследований с указанием примененных методов (методик), заключение содержит оценку результатов исследований, обоснование и формулировку выводов по поставленным вопросам, неясностей и противоречий не содержит, исполнено экспертом, имеющим соответствующие стаж работы и образование, необходимые для производства данного вида работ. Оснований не доверять указанному заключению не имеется.

Ответчик своим правом на заявление ходатайства о назначении повторной или дополнительной судебной экспертизы не воспользовался, иных доказательств не представил.

Кроме того, ответчиком не представлено доказательств в обоснование довода о том, что часть деталей, поврежденных в ДТП ДД.ММ.ГГГГ, имели следы ремонтных воздействий, а не заменены на оригинальные. 

Статьей 309 ГК РФ предусмотрено, что обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона.

В соответствии с пунктом 5.5 договора страхования, заключенного сторонами, договор, по которому произведена страховая выплата, сохраняет силу до конца срока его действия в размере разницы между страховой суммой, указанной в договоре, и произведенными выплатами (л.д.101 оборот).

Аналогичные положения закреплены в пункте 4.12 и 7.20 Правил страхования транспортных средств (л.д. 89, 91).

Учитывая вышеизложенное, суд принимает заключение экспертизы, представленное истцом, в качестве допустимого доказательства по настоящему делу в части оценки причиненного истцу размера ущерба и поскольку ответчиком страховое возмещение выплачено не в полном объеме, то требования истца о взыскании с ответчика такового подлежат удовлетворению с учетом положений ч. 3 ст. 196 ГПК РФ в размере 963 222 рубля (сумма восстановительного ремонта с учетом износа 1 375 222 – выплаченная сумма страхового возмещения 408 240,86), что не превышает размера страховой суммы, оставшейся после ранее осуществленных страховых выплат в период действия настоящего договора (2 013 000 – 368 806,90 – 24 326,05 = 1 619 867,05).

Согласно п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел, по спорам о защите прав потребителей», на отношения, вытекающие из договоров имущественного страхования, распространяет свое действие Закон РФ «О защите прав потребителей».

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2013 N 20 "О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества граждан" разъяснено, что отношения по добровольному страхованию имущества граждан регулируются нормами главы 48 "Страхование" ГК РФ, Законом Российской Федерации от 27.11.1992 N 4015-1 "Об организации страхового дела в РФ" и Законом РФ от 07.02.1992 N 2300-1 "О защите прав потребителей" в части, не урегулированной специальными законами.

На договоры добровольного страхования имущества граждан Закон о защите прав потребителей распространяется лишь в случаях, когда страхование осуществляется исключительно для личных, семейных, домашних, бытовых и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности (п. 2 названного Постановления N 20).

Специальными законами, регулирующими правоотношения по договору добровольного страхования имущества граждан (глава 48 "Страхование" ГК РФ и Закон РФ "Об организации страхового дела в РФ"), ответственность страховщика за нарушение сроков выплаты страхового возмещения не предусмотрена.

Пунктом 5 статьи 28 Закона «О защите прав потребителей» предусмотрена ответственность за нарушение сроков оказания услуги потребителю в виде уплаты неустойки, начисляемой за каждый день просрочки в размере трех процентов цены оказания услуги, а если цена оказания услуги договором об оказании услуг не определена, - общей цены заказа.

Под страховой услугой понимается финансовая услуга, оказываемая страховой организацией или обществом взаимного страхования в целях защиты интересов страхователей (выгодоприобретателей) при наступлении определенных страховых случаев за счет денежных фондов, формируемых страховщиками из уплаченных страховых премий (страховых взносов), а также за счет иных средств страховщиков. Цена страховой услуги определяется размером страховой премии (пункт 13 Постановления N 20).

Согласно пункту 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 13, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ N 14 от 8.10.1998 "О практике применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о процентах за пользование чужими денежными средствами" (в редакции от 04.12.2000) в денежных обязательствах, возникших из договоров, в частности, предусматривающих обязанность должника произвести оплату товаров, работ или услуг либо уплатить полученные на условиях возврата денежные средства, на просроченную уплатой сумму подлежат начислению проценты на основании статьи 395 ГК РФ.

Этим же пунктом разъяснено, что если законом либо соглашением сторон предусмотрена обязанность должника уплачивать неустойку (пени) при просрочке исполнения денежного обязательства, то в подобных случаях суду следует исходить из того, что кредитор вправе предъявить требование о применении одной из этих мер, не доказывая факта и размера убытков, понесенных им при неисполнении денежного обязательства, если иное прямо не предусмотрено законом или договором.

Таким образом, в тех случаях, когда страхователь не ставит вопрос об ответственности за нарушение исполнения страховщиком обязательства по статье 395 ГК РФ, а заявляет требование о взыскании неустойки, предусмотренной статьей 28 Закона «О защите прав потребителей», такое требование подлежит удовлетворению, а неустойка - исчислению в зависимости от размера страховой премии.

Учитывая, что ответчиком страховое возмещение выплачено не в срок и не в полном объеме, то требования истца о взыскании неустойки за нарушение сроков заявлены обоснованно. 

Сумма взысканной потребителем неустойки (пени) не может превышать цену отдельного вида выполнения работы (оказания услуги) или общую цену заказа, если цена выполнения отдельного вида работы (оказания услуги) не определена договором о выполнении работы (оказании услуги) (статья 28 Закона РФ «О защите прав потребителя»).

Истец, заявляя требования о взыскании неустойки, просит взыскать таковую исходя из периода 53 дня просрочки и суммы страховой премии 150 975 рублей.

На момент страхового события истцом внесена вся часть страховой премии, что подтверждено материалами дела и не оспорено стороной в судебном заседании.

Таким образом, с ответчика подлежит взысканию неустойка за 53 дня просрочки, с учетом вышеприведенных положений ограничивающих общий размер неустойки и ч. 3 ст. 196 ГПК РФ в размере 150 750 рублей (150 975 *3% *53). 

Нарушение прав потребителя в силу ст. 15 Закона РФ "О защите прав потребителей" влечет обязанность ответчика компенсировать истцу моральный вред.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает характер допущенного ответчиком нарушения прав истца, и полагает необходимым взыскать в пользу истца денежную компенсацию морального вреда в размере 1 000 рублей. По мнению суда, данная сумма будет являться достаточной, разумной и справедливой.

Если суд удовлетворил требования страхователя (выгодоприобретателя) в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке страховщиком, он взыскивает со страховщика в пользу страхователя (выгодоприобретателя) штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду (пункт 6 статьи 13 Закона).

Размер присужденной судом денежной компенсации морального вреда учитывается при определении штрафа, подлежащего взысканию со страховщика в пользу потребителя страховой услуги в соответствии с пунктом 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей (п. 45,46 Постановления N 20).

Принимая во внимание, что претензия истца о выплате страхового возмещения страховщиком оставлена без удовлетворения, суд считает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требования потребителя в размере 557 486 рублей (963 222 + 150 750 +1 000)/2). 

Согласно ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает другой стороне возместить все понесенные по делу судебные расходы.

С учетом разъяснений, содержащихся в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" суд не усматривает оснований для удовлетворения требований о возмещении расходов по оплету диагностики транспортного средства в размере 3 000 рублей и по оплате услуг эксперта в сумме 7 000 рублей, в связи с тем, что несение данных расходов истцом в установленном законом порядке не подтверждено. 

Расходы по оплате услуг эвакуатора в размере 3 800 рублей не подлежат удовлетворению, поскольку включены в сумму страхового возмещения, выплаченного страховой компанией ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 155-187).

При подаче иска в суд истцом оплачена государственная пошлина, которая подлежит возмещению ответчиком в сумме 13 769 рублей. 

Руководствуясь ст. ст. 13, 194 – 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО16 – удовлетворить частично.

Взыскать с АО «ДальЖАСО» в пользу ФИО18 страховое возмещение в сумме 963 222 рубля, компенсацию морального вреда в размере 1 000 рублей, неустойку в сумме 150 750 рублей, штраф в размере 557 486 рублей, государственную пошлину в размере 13 769 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований – отказать.

Решение может быть обжаловано в Приморский краевой суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме через Первореченский районный суд гор. Владивостока.

Председательствующий: